Текст книги "Вернуть величие (СИ)"

Автор книги: Григорий Магарыч

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 21

Проводя один из самых уютных и расслабленных вечеров в своей жизни, я и подумать не мог, что на пороге нашего дома возникнут люди, которые смогут всё испортить.

Я тогда сползал с кровати, чтобы выкатиться на коляске в туалет. Ничего не предвещало беды. Но внизу послышались незнакомые голоса. И, судя по всему, говорили на высоких тонах.

Глянув на дверь своей комнаты, понял, что спущусь быстрее, чем доберусь до радио-няни. Повернул коляску в сторону лестницы и двинул вниз – встречать гостей.

А когда оказался в гостиной, обнаружил старую сгорбившуюся женщину с чёрным платком на голове и с тростью, рядом с которой стоял Марк Орлов. Поняв, что Лидия Орлова наконец решилась на то, чтобы поговорить с Машей, глянул на сестру. А та была в слезах.

Видимо, растеряна внезапным появлением бабули.

Заметив меня, старуха потерялась в сомнениях. Она невольно отшагнула, словно не ожидала увидеть.

– Внучек. К-костенька, – по глазам бабули потекли слёзы.

Я кивнул старухе, дёрнул колёса от себя – и коляска покатилась в сторону Марии. Осторожно встал на слабые ноги и приложил ладонь к макушке сестры. Девушка подняла на меня глаза и молча пожала плечами. Вижу по взгляду, Маша не знает, как реагировать на визит Лидии Орловой. И явно не готова принимать извинения. Светлана же стояла поодаль, демонстрируя нейтральность своей позиции.

– Вырос как, – прикрыла платком иссохшие губы старуха. – Красивый какой стал, господи.

Я снова упал в коляску, поглядел на Марка Орлова и склонил голову набок.

– Ну и зачем же вы к нам пожаловали?

– Приветствую, Константин, – согнулся дядька в поясном поклоне. – Мы с Лидией Александровной пришли поздравить тебя и Марию с приобретением большой фирмы. Таковы традиции семьи Орловых.

– Мы тринадцать лет как не Орловы! – зло выкрикнула сестрёнка.

– Да, дверью ошиблись, – вторил я. – Тут Коршуновы живут. И прошу, не стойте вы столбом, господин Орлов. Посадите вы уже Лидию Александровну, она на ногах-то еле стоит.

Марк вздрогнул и кивнул, после чего принялся усаживать старуху в кресло. Лидия Александровна поблагодарила своего сына и, присев, скрестила морщинистые кисти на коленях. Я же, глядя на это, покачал головой. Выглядят как бедные родственники, которые пришли милостыню просить. Нелепо и глупо.

– Я бы предложил чай или кофе, но воздержусь, Лидия Александровна, – буркнул я спокойным тоном. – Вас я не приглашал. А про традиции Орловых впервые слышу. Интересно, почему же?

Губы старой женщины задрожали, она снова затряслась, глядя то на меня, то на Машу.

– Будьте милосердны, внуки мои, простите меня, – бабка склонила голову в поклоне. – Простите. Тяжело мне. Отпустить хочу, но не могу. Думала, время вылечит, станет легче. Но с этим грузом на душе боюсь в могилу ложиться. Боженька наказал за деяния. Наказал и правильно сделал. Я заслужила.

Я молча поглядел на старуху. Она искренне раскаялась, чего греха таить.

– Как вам не стыдно приходить к нам и просить прощения, бабушка? – неожиданно подала голос сестра. – Мы так долго учились жить без вас, – голос её дрогнул. – Учились полагаться только на себя и не просить у других помощи! Вы не представляете, через что нам пришлось пройти. Два ни в чём неповинных ребёнка скитались по этому миру в поисках семьи, но семья от них отказалась. Почему мы должны забывать это? Как я могу простить вам смерть моей матери⁈

Лидия Александровна прикрыла глаза, опустила голову и приложила к губам платок. Плечи её задрожали.

– Вам вообще было интересно, живы ли мы? Интересовались ли вы, что мы чувствуем, когда дети и окружающие издевались над нами, называя сиротами? – Маша продолжала давить. – Вам было плевать, бабушка! Вы желали нам смерти!

– Никогда, – мотала головой старушка. – Никогда не желала. Не говори так.

– И теперь, когда мы обрели дом, окружили себя новой семьёй… когда мы наконец полюбили эту жизнь, вы врываетесь к нам и просите у нас прощения, – изливала душу Мария. – Мы больше не дети, которые ничего не понимают. Мы никогда не были Орловыми. Ими мы и не станем!

Старуха посмотрела на сестру, дрожащей рукой она взялась за трость и еле поднялась на трясущиеся ноги. Посмотрела на Марка и с трудом переставляя ноги пошаркала к выходу. Но сын её бережно остановил. Обняв старуху, он посмотрел на нас.

– У Лидии Александровны диагностировали смертельную болезнь, – его голос зазвучал слегка взволнованно. – Ей осталось жить полгода. Мы знаем, что вы обижены. И бабушка ваша знает. Знает и ест себя изнутри за прошлое, поверьте. Годы пройдут, ненависть отступит. Но вы так и не сможете с ней поговорить. Не нужно жить с этой ненавистью. Отпустите и… Прошу вас, не отправляйте Лидию Александровну на тот свет с таким грузом на душе.

Новость застала Машу врасплох. Сестра застыла на секунду. Посмотрела на меня так, словно пыталась найти в моём лице ответ. Но в моих глазах ответа не было.

– Вы дали чётко понять, что Орловы вам не семья, и мы принимаем это, – добавил Орлов. – Нам лишь хотелось оставить прошлое. Зарубить топор войны, позволить Лидии Александровне уйти на тот свет прощённой.

– Это правда? – Маша непрерывно смотрела на старушку.

Лидия, тихо плача в плечо Марка, лишь кивнула.

– Независимо от вашей фамилии, мы считаем и всегда будем считать вас членами семьи Орловых, – добавил Марк, поглаживая спину Лидии. – Будем поддерживать вас в начинаниях. Направим все свои ресурсы на то, чтобы грязный убийца Соколов не смог и пальцем вас коснуться. От вас же просим лишь одно, забыть прошлое. И больше не возвращаться к тому ужасному отрезку нашей жизни.

Взгляд Маши стал растерянным. Она не знала, что сказать. Так и молчала где-то с минуту. А когда Лидия Александровна и Марк Орлов, не услышав ответа, покинули наш дом, сестра побежала в свою комнату. Мы со Светланой уловили приглушенный плач на втором этаже.

– Тяжело ей, – вздохнул я.

– А вот вы не выглядите особо встревоженным.

– Я встревожен, – ни один мускул на моём лице не дрогнул. – Крайне.

– Да ну? – улыбнулась Светлана. – Что думаете, Мария простит бабушку?

– Для начала ей нужно немного остыть. Дальше будет видно.

* * *

На следующий день Мария с нами не разговаривала. Она приготовила завтрак молча, накрыла нам стол, а сама ушла завтракать в свою комнату. Я же старался не трогать её в этот период. Представлял, что творится в её доброй душе, поэтому был готов принять любое решение. Меня старушка не бросала, обижаться тут не на что. Это касается только Маши. И пусть она сама решает свои вопросы, пока я буду решать свои.

– Итак, у нас по расписанию лёгкая тренировка. – буркнул я с набитым ртом, поднимаясь с инвалидного кресла. Размял ноги и понял, что спокойно могу обойтись без кресла.

– Как скажете, господин Коршунов, – кивнула Светлана и поднялась из-за стола.

На тренировке мне понравилось своё состояние. Энергия в резерве за пару дней, посвящённых сериалам, чаю и варенью, восстановилась; кости и мышцы обрели прежний тонус. Даже в голосе пропала характерная хрипота.

Поэтому первым же делом я отправился на фабрику с целью наконец сдвинуть рабочий процесс с мёртвой точки. Когда прибыл, меня уже ожидал посланный Софией инженер – старенький мужчина с полуседой шевелюрой по имени Захар. Заметив мою фигуру, он тут же вскочил со стула и направился ко мне.

– Господин Коршунов! – крепко пожал он мою руку. – Очень приятно с вами познакомиться. Я Захар. Воробьёв Захар Матвеевич! София много рассказывала о вас. Для меня честь работать с таким талантливым и одарённым человеком!

– Да, Захар, ты мне сейчас руку раздавишь.

– Извините! – отшагнул он, кратко кивнул Светлане и снова посмотрел на меня. – Ваша сотрудница передала мне, что вы готовитесь к выпуску новейших микро-чипов, которые окажутся в два, а то и в три раза быстрее тех, что производят конкуренты. Расскажите, как вы собираетесь…

– Погоди, прошу, – остановил я инженера жестом руки. – Давай так. У меня есть то, что заменит даже самое передовое оборудование по работе со сплавами. На этом мои компетенции заканчиваются.

– Вы не понимаете, насколько в нынешнем мире ценится такая возможность! – несмотря на мой скепсис Захар воспрял сильнее. – Если ваши слова правдивы, мы утрём нос всем. А позже обретём возможность выйти на мировой рынок!

– Захар, не хочу тебя обидеть, – скривился я. – Но поменьше экспрессии. Давай для начала сделаем что-нибудь, что привлечёт внимание покупателей.

– Конечно, пройдёмте!

Мы направились к металлической лестнице и оказались на цокольном этаже завода – в просторном помещении, больше напоминающем заброшенную лабораторию. Здесь когда-то велась активная работа, но после потери владельца оборудование заржавело.

Но Захар – оптимист. Он буквально пальцем показывал на то оборудование, которое собирался пустить в работу. И тогда в игру включился мой дух кобры. Она филигранно очищала оборудование, даже местами совершенствуя.

Когда старый инженер высунул свой телефон и разобрал его по запчастям, я увидел микросхему.

– Вот она, – продемонстрировал мне чип Захар. – Микросхема. Четыре ядра, с частотой…

– Не мой язык, Захар, – покачал я головой. – Давай так. Ты знаешь, что нужно сделать, чтобы эта штука стала лучше?

– Удвоить количество ядер, чтобы…

– Сто-оп! – снова прервал я, высовывая кобру и кладя шарик на стол. – Сейчас я свяжу твоё тело с духом третьего ранга. Только правую и левую кисти, чтобы ты не погиб. Затем ты попробуешь одной лишь силой мысли сделать из этого чипа – наш, не скопированный точь в точь, но похожий. А затем добавишь что-то такое, чего нет у конкурентов.

– Мне потребуются чертежи! – бросился он в сторону рабочего стола. Судорожно принялся перебирать бумаги с чертежами. А когда нашёл что-то, пулей метнулся обратно ко мне. – Я представить не могу, что такое возможно!

– Готов? – я вытянул из шарика кобры две тонкие нити ауры и послал их в сторону Захара. Те вошли в его сухожилия, и старик поморщился.

– Меня будто… меня начинает тошнить.

– Это нормально, – я кивнул. – Начинай работу.

Захар принялся пыхтеть над микросхемой, а я вышел наверх и направился в сторону бывшей столовой. Там, за столиком, сидела Светлана. Она ловко крутила кинжалы в руке. Заметив мой силуэт, поднялась на ноги.

– Господин Коршунов, по территории завода шастают незнакомые люди.

– Да, – кивнул я, оглядываясь. – Соколов не дремлет.

– Если оставим ситуацию, они вполне смогут перерезать весь ваш штат инженеров, – предостерегла Светлана.

– Это понятно, – задумался я, шагнув к треснутому окну. – Вот только стоит нам тронуть одного из них, и начнётся война. А мы к такому не готовы.

– Сидеть и ждать их атаки тоже рискованно. Только представьте, что с ними станет, когда выяснится, что вы вошли в игру и стали явной угрозой их доходам.

– Подорвутся на своих стульях, – хмыкнул я. – И начнётся бойня за место под солнцем.

– Едва ли нас хватит на всех, господин.

– Наверняка я могу пообещать только одно, Светлана. Они умоются кровью, если примут решение атаковать нас.

Глава 22

Ожидание затягивалось. Инженер Захар Воробьёв битый час пребывал в лаборатории, не выказывая никаких признаков жизни.

Мы со Светланой ожидали его в Богом забытой столовой с обветшалыми стенами и паутиной, украшающей углы и окна. Спустя некоторое время заметили в окне фигуру Софии. Девушка спешила к нам, перескакивая через мусор и заросшую траву, поглотившую всю территорию фабрики.

Её появление стало неожиданностью. Я подошёл к окну и осёкся, глядя на Софию. Она пришла не одна. Следом за девушкой потянулось около пяти дюжин низкорослых китайцев, разодетых в синие комбинезоны.

Девушка не стала заходить в здание. Она остановилась на небольшой возвышенности и повернулась лицом к китайцам, которые нагнали её и взяли в полукруг. Девушка возвела руку к небу и принялась что-то выкрикивать, воодушевляя китайцев на подвиги.

Сомневаюсь, что эти люди говорили на нашем языке, но София, кажется, об этом не думала. Со стороны картина больше напоминала шествие недовольных рабочих во главе с невысокой худенькой девочкой в очках.

– Светлана, ты глянь что у нас под носом происходит, – с улыбкой на лице буркнул я, указывая на протестующих азиатов. – Негодующий народ собирается захватить наш завод. У нас какой день недели?

– Воскресенье, – скучающе отозвалась Светлана и подошла ко мне.

– Не к добру, – покачал я головой.

– Ого, – дёрнула бровями Светлана, наткнувшись взглядом на протестующих китайцев. – Забастовка какая-то? А кто эти люди? Работники завода?

– Нет, – хмыкнул я. – Я не знаю, кто они, но что-то мне подсказывает, София затеяла какое-то мероприятие.

– Давайте послушаем, что там происходит, – Светлана открыла окно, и до нас стали доходить звуки беснующих китайцев.

София, у которой под глазами виднелись чёрные мешки, разрывая глотку, орала:

– … мы уничтожим каждый намёк на мусор в этом месте! Очистим эту поглощённую природой помойку и заставим всё блестеть! – София сделала театральную паузу, позволив китайцам три раза выкрикнуть «уря». – Вы, мои славные работяги, словно фундамент, вынесете на своих могучих плечах все прошлые неудачи нашей фирмы и в будущем прославитесь как люди, которые проложили мост к успеху завода «Байкал»! Ваши имена будут выгравированы на тротуарах!..

Мы со Светланой переглянулись. Прыснули от забавности ситуации и снова посмотрели на Софию.

– Вы – блюстители доблести, чести и чистоты завода «Байкал»! Наточите косы, распушите валики, оголите молотки и пилы! – не унималась София. – Ваши предки воздвигли Китайскую стену, так чем хуже вы, мои бойцы⁈

– Уря-я-я!

– Как такая малышка может быть такой громкой? – удивился я.

– Такие обычно самые громкие, – усмехнулась Светлана.

– … а теперь, когда ваши глаза горят, а в жилах течёт сила, покажите мне всю мощь китайского народа! – продолжала она. – Отныне вы не мигранты, вы строители нашей Империи. Так соберите всю свою волю в кулак и разнесите всю затхлость этого места к чёртовой матери! УР-А-А!

После мотивирующей речи китайцы выкрикнули своё трёхкратное «уря» и рассыпались по территории.

Кто-то ловко залез на крышу, другие принялись косить траву, а третьи побежали внутрь здания. Они напоминали кучку муравьёв, на домик которых полилась струя.

Через некоторое время к нам на территорию заехала грузовая машина. Следом за ней вторая и третья. Заметив это, отряды китайцев рванули к грузовикам, забирались на них и, выстроившись в строй, принялись их разгружать.

И всё это под гимн Китая, который включила София на огромной колонке. Видимо, для поднятия духа.

Как только девушка поняла, что процесс уборки запущен, она устало выдохнула и развернулась. Увидев меня, машущего ей рукой, тут же пошагала к нам в столовую.

Кратко кивнув нам, София присела за наш столик.

– Доброе утро, босс. Привет, Светлана, – приветствовала она и глянула в окно. – Мои работяги. Горжусь.

– Пламенная речь, – улыбнулся я. – Репетировала?

– Нет, ораторские способности у меня с детства развиты, – отмахнулась она. – Как успехи у Захара Матвеевича? Есть продвижения? Вы не представляете, сколько денег я заплатила ему, чтобы он просто приехал сюда.

– Это сколько? – я поднял бровь.

– Две тысячи, – покачала она головой. – И не надо на меня так смотреть, босс. Вы дали указания – любой ценой заманить инженера. Желательно опытного и умелого. Я выполнила. И заплатила ему столько, сколько посчитала нужным.

Я поджал губы. За одну смену платить такие деньги… да мы разоримся через месяц такими темпами.

– Надеюсь, орда китайцев шла бонусом? – спросил я. – Скажи, что это так, София, иначе я буду расстроен.

– Нет, босс. Не бонусом! Рабочие в эту стоимость не входят, их я нанимала отдельно на рынке одежды. Такова нынешняя реальность нашей фирмы. Скажите спасибо, что мне удалось затащить на завод Захара Матвеевича. Только представьте, каково ему будет выходить отсюда под риском смерти, – пояснила она. – Люди Соколова, как и сам Соколов – убийцы и преступники. С такими конкурентами очень сложно вести дела.

Я посмотрел на Светлану. Девушка поняла меня без слов и кивнула. Если на Захара Матвеевича и впрямь устроят покушение, это станет отличным поводом показать зубы конкуренту и дать ему понять, что мы здесь не на птичьих правах и полны решимости отстаивать своё.

– Ладно, так и быть, – сдался я. – Надеюсь, Захар Матвеевич не зря свой хлеб ест и сейчас готовит что-то, что оставит у покупателей только приятное удивление.

– Он до сих пор работает над микросхемой?

– Да, София, – отозвался я. – И меня напрягает то, что он до сих пор не обрадовал нас добрыми вестями.

К тому же, я ощущал дух кобры. Если бы Захар помер, узнал бы сразу. Но он был жив и активно тратил ауру моего духа.

– Тридцать лет стажа, – пожала плечами София. – Это вам не шутки. Человек знает, что делает.

– Заказчики в семь прибудут? – спросил я.

– Ага, – кивнула девушка. – Именно поэтому собрала как можно больше рабочих рук. Но всё равно есть сомнения, что ребята не успеют к приезду гостей и покупателей. Но, в любом случае, мы ведь не будем с ними по заводу расхаживать. Да и журналистам гулять тут и вынюхивать запретим. Только коридор, столовая, уборные, гардероб и путь до актового зала.

Я поднял бровь.

– Журналистам?

– Ага, – кивнула она. – Такое событие не обойдёт стороной местные СМИ. Именно поэтому я выложила столько денег на рабочих.

Не буду спрашивать сколько она выложила. Поберегу свои нервы.

К нам в столовую забежала горстка китайцев и рассыпалась по помещению. Двое начали сдирать старую штукатурку, другие принялись вырывать потолки, а третья группка рванула на кухню. В помещении стало шумно и пыльно. Запахло краской.

– Что ж, – я поднялся на ноги. – Раз такое дело, я попробую ускорить процесс уборки.

София вскочила следом, посмотрела на меня хлопающими глазами.

– Правда?

– Да, – засучил я рукава рубашки. – Ты позаботилась о том, что будут есть наши гости?

– Я…

– Позаботься, – заключил я и поглядел на Светлану. – А ты съезди мне за новым комплектом одежды. Боюсь, этот будет испачкан.

– Да, господин, – Светлана поднялась на ноги.

– Всё, ребятки, за работу.

* * *

К семи часам вечера мы сделали всё, что было в наших силах. Завод неплохо преобразился за такой короткий срок, исчезла та затхлость и обветшалость, появились чистые тротуары, запахло скошенной травой. Внутри здания тоже провели колоссальную работу. Запах краски из комнат не успели выветрить, но это завод, а не картинная галерея. Пусть терпят. К тому же, помещения были восстановлены и хорошенько вымыты.

К вечеру китайцев я не отпустил. За дополнительные деньги попросил создать иллюзию активной работы и стать прислугой для посетителей. Они хоть и были дико вымотаны, но в просьбе не отказали. Помылись, приоделись и вполне сошли за обслуживающий персонал. Каждого гостя они услужливо приветствовали, провожали до актового зала, а на вопросы отвечали охотно, – хоть и на ломаном русском – и готовы были помочь.

Больше скажу, китайцы стали на время приёма неплохими поварами, официантами и охранниками. Можно ли было сказать, что я сэкономил на них примерно треть зарплаты инженера? Пожалуй, да. Словил ли себя за жадностью? Ну нет, конечно!

Когда гости начали подъезжать к воротам, я уже был вымыт и причёсан. Светлана привезла мне классический костюм-тройку, а сама накинула на себя нарядное белое платье до щиколоток, в котором аккуратно подчеркнула свои упругие формы.

Что касаемо Софии… девушка вырубилась сразу, как был решён вопрос с едой в столовой. Мы уложили её в одну из комнат персонала и позволили ей немного восстановиться. Словом, проснулась она под сигнал будильника. Как только открыла глаза, в тот же миг побежала приводить себя в порядок.

– Кажется, Голенищевы приехали! – взволнованным голосом заявила София, глядя в экран с камер видеонаблюдения. – Ох ты ж… князь и дочурку с собой взял. Так вот она какая, Агата Голенищева. Боже, она такая же красотка, как на фотографиях.

Я, застёгивая на шее цепочку с духами ворона и бусинки, глянул в монитор. Многозначительно посмотрел на Софию.

– Я их не приглашала, – тут же отреклась она. – Это они с Москвы к нам? Надо же.

– Видимо, новость дошла и до них, – вздохнул я. – Впрочем, половина фирмы принадлежит Голенищеву. Не мудрено, что князь интересуется делами компании и следит за транзакциями. Вот только зачем он дочь с собой привёз?

– Угадайте, – криво усмехнулась Светлана. – Старик не упустит возможность в лишний раз продемонстрировать вашу связь с дочерью. Готовит почву для будущей свадьбы и затягивания вас в род.

Я вернулся к зеркалу, продолжив приводить себя в порядок.

– Князю очень хочется поскорее окупить свои инвестиции.

– Эй, босс. Кажется, Орловы тоже тут, – снова подала голос София.

– Насыщенная вечеринка намечается, – хмыкнул я. – Не ударить бы в грязь лицом.

Когда всё было готово к выходу, оставался самый последний штрих – а именно, та самая разработка, которая, по сути, и была поводом собрания. Я взял в руки телефон и сделал звонок.

– Да, господин, – Захар Матвеевич сильно устал, судя по голосу.

– Не отвлекаю?

– Нет, господин.

– Гости собрались. Пора бы уже выйти и показать этим людям что-то интересное, – пояснил я. – Ты готов, Захар Матвеевич? На тебя можно надеяться?

– Да, я готов.

– Здорово, – выдохнул я. – Выходи, помоем тебя. Не будешь же ты в таком виде презентовать микросхему.

– Да, господин. Поднимаюсь.

Я отключился, поглядел на Светлану и натянул слабую улыбку. Но в ответ лишь получил каменную физиономию.

– Босс, – лицо Софии резко посуровело. – Босс, подойдите, пожалуйста.

Я закатил глаза, сделал шаг к девушке и заглянул в монитор.

– Что?

– Видите этого человека? – она указала пальцем на рослого мужчину спортивного телосложения. – Это Михаил Соколов. Прикажите выдворить ублюдка?

Я посмотрел на экран внимательнее. Постарался запомнить всех, кто разговаривал с этим персонажем.

– Чтобы он устроил на ровном месте скандал? – отозвался после недолгой паузы. – Нет, София. Мы только навредим своей и без того мрачной репутации. Пусть смотрит.

– Он будет разнюхивать! – в глазах девушки забесновали чёртики. – Этот ублюдок… аргх! Ненавижу его!

Я посмотрел на Светлану, окинул её талию оценивающим взглядом и заявил:

– Светлана, родная. Присмотри за гостем. Пусть лучше думает о том, как овладеть тобой, чем расхаживает по заводу в попытках навредить нам.

Светлана крутанула кинжалом, поставила ногу на табурет и аккуратно сунула его под длинное платье.

– Сделаю.

– Ладненько, друзья мои, – размял я шею, глядя на экран. – Пора начина-а-ать? Что за?.. – мой взгляд наткнулся на ещё одну фигуру. – София. Ну-ка, увеличь изображение. Скорее!

София нажала на кнопку, и картинка увеличилась.

– Что там?

– Эта девушка, – нахмурился я. – Анна…

На экране было чётко изображено лицо той самой девушки Анны, которой Константин неоднократно признавался в любви. Устраивал за ней слежки и практически всегда был в её глазах обиженным и, что самое неприятное, униженным.

– Ну да, Анна Покровская, дочь одного из наших покупателей, владельца сети магазинов Пиксель, – пояснила София. – Вы её знаете, босс?

– Да, – задумчиво кивнул я. – Учились в одной школе.

– О, это здорово!

– Не сказал бы, – покачал я головой. – Она меня знает слегка… другим.

– Это каким?

– Никаким, София, – поиграл я желваками. – В прямом смысле – никаким.