Текст книги "Вернуть величие (СИ)"

Автор книги: Григорий Магарыч

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц)

От вставших перед глазами картинок из прошлого в душе поднялся пожар. Такой же яркий, как пламя горящих когда-то городов. Да, это дела минувших дней, но воспоминания о них глубокими бороздами вырыты в моей памяти.

– И ещё, у меня есть тридцать рублей, – одёрнула сестра от рефлексий. – Я их откладывала Владу, но тебе отдам. Пожалуйста, не пропей их. Ради всего святого. Такие возможности выпадают раз в жизни.

– Маш, почему мы здесь оказались? – спросил я, подняв глаза на сестру.

– Ты уже спрашивал. Потому что выселили за неуплату, – пожала плечами сестра, пригубив кружку чая. – Я старалась изо всех сил, но на работе сократили. К тому же, твоё бесконечное воровство из моих карманов ситуацию не улучшило. Не подумай, что я злюсь. Нет. Ты был учеником школы, в которой учатся дворяне. Тебя можно было понять.

– В комоде я нашёл фотографию нашей мамы. Расскажи, что с ней случилось.

– Она умерла, Кость, ещё до того, как ты начал говорить, – ответила сестра так, словно я должен был об этом знать. – Не смогла выдержать нападок со стороны своего рода.

– Так она была дворянкой?

– Была, – кивнула сестра. – Но после того, как сбежала с нашим отцом, её отношения с родом сильно испортились. Последней каплей стало то, что ни я, ни ты не унаследовали никакого дара. Обычные дети, ещё и от бедняка рождённые. В конце концов она была отречена, осталась без рода. Отец много работал, чтобы прокормить нас, но сам понимаешь. В этом мире простолюдин никогда не сможет жить той жизнью, которой живут дворяне.

Я кивнул ей.

– А с отцом чего?

– Когда мать погибла, наша бабушка обвинила во всём папу. Хотя, блин, своей ошибки она так и не смогла признать. Отец узнал о том, что его ждёт расправа, когда работал на Севере. Побоявшись, что его убьют, не стал возвращаться. Даже на похороны мамы не приехал. Первое время отправлял нам деньги, но позже и этого не стало.

– А мы?

– А что мы? – хмыкнула Маша. – Мы в этой истории обуза. И для той, и для другой стороны. Нас просто выбросили. Бабушка сочла оскорбительным брать нас под своё крыло, а отец решил, что за нами здесь худо-бедно присмотрят. Да, нас взяли в эту школу только из уважения к бабушке, но этот аттестат ничего не стоит, когда ты ни на что не годен.

– Со стороны отца разве нет никого?

– У него есть мама, но она думает, что мы с отцом живём, – девушка отвела взгляд. – К тому же, я не думаю, что она смогла бы нам помочь. Дома у неё нет, живёт она в поместье графа Голенищева с самого детства. Там работает в качестве прислуги.

Как всё запутано. Выходит, если слух о том, что я владею навыками мироздания, доберётся до рода матери. У них будет желание узнать обо мне больше? Да, с одной стороны, они стали причиной смерти матери этого пацана, да и сестра явно держит на них обиду. С другой же… сама связь с этими людьми несёт за собой много полезных знакомств.

– Я понял, – кивнул я, допивая чай. – А Влад, я так понимаю, возник в тот момент, когда отец перестал спонсировать нас, и денег совсем не осталось?

– Да, хозяйке квартиры мы на тот момент задолжали за полгода проживания. К тому же твои вечные штрафы… Воровство, драки, распитие спиртных напитков в общественных местах. Долги накапливались, и я была вынуждена обратиться к этому человеку.

– Хоть с одной проблемой мы разобрались, – невесело улыбнулся я.

– Если ты избил Влада и его дружков до полусмерти, это ещё не значит, что мы ему больше не должны, – покачала головой Маша.

– Это понятно, – я встал из-за стола, поддёрнул матрас и высунул пачку с деньгами.

Миг – и на меня уже смотрят глаза срущего котёнка, Маша резко сменила взгляд – так, словно её мозг внезапно перезагрузили. Глазки через минуту сузились, и по щекам сестры потекли слёзы. Пришло осознание лишь через минуту, но она молчала. Я тоже молчал. Молчал и наблюдал.

Девушка осторожно подошла ко мне, взяла в руки деньги и начала проверять их на подлинность. А когда поняла, что это нехилая для двух бедолаг сумма, снова посмотрела на меня.

– Это…

– Они твои, синичка. Можешь делать с ними всё, что пожелаешь, – подал я голос, ощущая искреннюю радость за нас обоих. – Если посчитаешь нужным вернуть Владу, я приму это. Если же потратишь на себя… сделаю так, чтобы Влад об этом долге забыл.

Маша зажмурилась, прижала деньги к груди и рухнула в мои объятия. Ай, милота какая. Ну как можно не любить этого гоблина?

– Тебе больше не придётся унижаться ради благополучия братика. Братик больше не ребёнок, сам попку подтереть сумеет, – улыбнулся я.

– А откуда, Кость? – прошептала она, вытерев слёзы.

– Из-под матраса, но там больше нет. Только носочки, а их трогать не советую.

– Хорошо, я не буду докучать, – сдержанно пролепетала сестра. – Но дай слово, что нас за это не посадят.

– За это – не посадят, – уверенно заявил я.

И снова она бросилась ко мне обниматься. Как ребёнок, который хочет о многом сказать, но изо всех сил старается это погасить в себе.

– Я свободна, Кость, – все негативные мысли будто в миг выветрились из её головы.

– Добби свободен.

– Свободна!

– Эй, прекращай, я сейчас расплачусь, – отпрял я от сестры. – Хватит радоваться так, словно мы мир спасли. Нам предстоит ещё многое сделать, чтобы исправить ситуацию. И первое, с чего я начну, это позову тебя с собой в столицу. Но только больше никаких помоек. Понимаю, тут тебе комфортно и все дела, но…

– Дурак! – в шутку стукнула меня по плечу Маша. – А я не стану обузой, Кость? На самом деле, я так напугалась, когда услышала, что тебя заберут у меня. Мы ведь единственные друг у друга остались, и главным моим смыслом в жизни было выбить тебя в люди.

– Отныне это не твоя забота, – усмехнулся я. – Так что, ты согласна? Дважды предлагать не буду.

– Согласна!

– Вот и славненько, – прикрыл я ладонью зевок. – На этой тёплой ноте предлагаю ложиться спать. Завтра трудный день. Мне предстоит посетить заведение под названием «школа». Хотя, думаю, ты сама всё слышала.

– Слышала.

– Всё, иди.

– Хорошо.

Школа… после той «вечеринки» меня воротит от одного лишь воспоминания о ней.

Но ладно, я драматизирую. Всё не так уж плохо. Выпускной позади, а это значит, дикари с большой долей вероятности сидят в своих усадьбах и усердно готовятся к поступлению в высшие заведения. Я их едва ли встречу. К тому же, энергия в дохляке ещё не восстановилась для перемещения в астрал, а это значит, можно занять себя чем-нибудь другим. А школа как-никак социум. Да, не самый благоприятный, но социум.

А ещё не терпится посмотреть на реакцию Анны, её «парня» и всех этих зазнавшихся дикарей, когда те увидят мою фотографию в выпускном альбоме.

Глава 5

Лидия Александровна стояла у раковины, промывая посуду. Она смотрела на мирно текущую струю воды, перекатывая в руках мыльные тарелки и обдумывая всё, что произошло сегодняшним утром.

Ей пришло письмо от спецслужб Новгородской губернии. Внук, Константин Коршунов, постиг редчайшую на сегодняшний день тайну соприкосновения миров. Внук, который был изгнан из рода вместе с его матерью по решению Лидии…

Содержание письма многим поражало. О многом заставляло задуматься. Восстановление в школе, приглашение в столицу. Парень, который по сей день живёт в нищете, доедает крохи хлеба в попытках выжить в этом мире, каким-то неимоверным чудом унаследовал Дар далёкого предка, одного из Семи Великих Гвардейцев.

Что уж говорить о других членах семьи. Для всех эта новость стала громом среди ясного неба.

Тринадцать лет она не видела внука. Имела массу возможностей помочь, но не желала смотреть на него. Этот человек напоминал о том страшном времени. Лидия не могла его простить. Но спустя столько лет мучительных угрызений совести она так и не сумела оставить эту историю в прошлом…

Эта фамилия снова возникла перед ней, напомнив о худших временах в её жизни.

– Говорят, парень талантлив, – раздался голос за спиной Лидии.

На кухню вошёл Марк. Старший сын Лидии и брат ныне погибшей Елизаветы, матери Константина и Марии Коршуновых.

– Судьба порой даёт нам крайне ценные уроки, – спокойно протянула старушка, убирая тарелку к другим. – Душа Великого Гвардейца с самого детства боролась за свою жизнь, и сейчас она выбрала человека, который сейчас проживает похожее.

– Скоро парень поступит в столицу, – подал голос Марк. – Я читал протокол полицейских. Видел то, что было снято камерами видеонаблюдения. Он изменился, матушка. Это не просто пробуждение Дара, это что-то большее. Что-то, что обычному человеку не постичь.

Рука женщины спокойно потянулась за очередной посудиной, и та послушно скользнула в руки, будто её подали невидимой рукой. Лидия закончила с помывкой и подошла к окну, взяла в руки фотографию дочери и нежно прильнула к ней губами. Слёзы невольно потекли по морщинистым щекам старушки.

– Прости меня, доченька. Прости душу грешную, – грустно прошептала она. – Я не могла поступить иначе. Я должна была…

Марк поднялся со стула и подошёл к женщине, положил руку на её худенькое плечо и посмотрел на фотографию.

– Сейчас важно другое, матушка. Отныне в нашем роду есть одарённый наследник.

Женщина повернулась к сыну.

– Он не вернётся, Маркуша, – старушка вытерла слёзы, губы её затряслись. – Они пережили столько боли. Невыносимой боли. Они не простят меня. Нас вычеркнули из своей жизни.

– Мы не станем давить на парня. Не станем, матушка, – Марк говорил спокойно, поглаживая старушку по голове. – Перестань лить слёзы. В его жилах течёт кровь нашего рода, кровь Великого Гвардейца. Лишь мы способны стать его опорой. Прошлое тем и прекрасно, что оно – прошлое.

Лидия посмотрела на стену, которую некогда украшал яркий дух последнего Великого Гвардейца, прозвавшего себя Фениксом. Наследие, которое он оставил после себя одной из своих дочерей, оставалось нетронутым больше трёх сотен лет. В своих мемуарах Гвардеец ласково называл свою дочь «бусинкой», а когда та погибла, создал из её ауры духа.

Несмотря на свою безграничную мощь Феникс был самым добрым, заботливым и благородным человеком. Он был любящим отцом, в глазах которого царила мудрость прожитых лет.

Ещё вчерашним утром дух «бусинки» покинул родовой артефакт, это стало ясно, когда светящееся украшение на стене померкло. Лидия поняла, что кто-то из её потомства наконец унаследовал способность управления струнами мироздания.

И этот «кто-то» оказался изгнанным человеком, который сейчас живёт в грязи и нищете. Он буквально борется за своё место в этом мире.

– Он вернулся не просто так, Маркуша. Он вернулся, чтобы восстановить свой род. Он напишет новую историю, – сняв украшение со стены, протянула Лидия. – Константин Коршунов, сын моей дочери, обретёт новые знания этого мира. Он напишет, Маркуша. Он обретёт.

Старушка оглянулась на сына.

– Сыночек, милый. Позаботься о том, чтобы Костя был в сохранности. Он пробудил дар пару дней назад, а недруги наши не дремлют. Не дай Бог навредят, напугают. Приставь лучшего, пусть присмотрит. Так мне будет спокойнее.

– Я всё сделаю, матушка. Не переживай.

* * *

– Я всё решила! – заявила сестра утром, уперев руки о стол. – Костя, ты слышишь меня?

Приоткрыв сонные веки, кивнул, подавая признаки жизни. В руках держал чашечку кофе, который сестра купила полчаса назад. Не понимаю, она вообще спит?

В любом случае, девушке было крайне важно, чтобы я сидел за столом вместе с ней и уплетал приготовленный завтрак. Яичница с сосисками, свежий хлеб и даже масло. Всё вокруг кричало о том, что у бедолаг появилась лишняя копейка. Маша, конечно, даже с этим фактом экономила. Думаю, даже имея состояние будет смотреть на цены, но получилось у неё и впрямь неплохо.

Готовить сестра умеет.

– Я боюсь с Владом разговаривать. Поэтому хочу, чтобы деньги вернул ты.

– Может, забудем про это? – поднял я бровь. – Этот упырь тебе психику поломал, а она явно стоит дороже любых денег. Да, от себе подобных защищал, но в гробу я видал такую защиту. Пусть утрётся, а мы снимем домик, накупим еды и одежды.

– Нет, я так не могу, Кость, – решительно заявила Маша. Она правильная, из принципиальных. – Давай мы просто вернём сколько должны, а потом будем думать о чём-то большем. С таким грузом, боюсь, мне будет трудно. Войди в положение.

Пожимаю плечами.

– Понял, будь по твоему.

– Честно отдашь?

– Угум, – протыкаю кривой вилкой сосиску.

– Адрес я тебе оставила, – добавила она, взяв тарелку и пустив её под ржавую струю воды. – Нам нужно готовиться к переезду, поэтому я попрошу загрузить меня работой. Лишний рубль не помешает. Хочу отложить как можно больше, чтобы было на что снять комнатку в столице. Там цены космические, ты бы знал.

Я хмыкнул, пожимая плечами.

– Что-то модно, а что-то вечно.

– Всё, Кость, помой тарелку за собой, – выхватив потрёпанную сумочку, попросила Маша и открыла дверь. – Меня нет.

Стоило ей выйти, как я пошагал к койке и рухнул лицом в душку, снова погрузившись в дивный сон.

А проснулся уже после того, как уловил краем уха скрип открывающейся двери и цокот каблуков. Бусинка не сигнализировала об опасности, поэтому резких движений я не делал. Высокая стройная девушка с белыми волосами, стянутыми в хвост, безмолвно присела за столик. Она взяла в руку телефон и молча в него уткнулась. Когда заметила мой удивлённый взгляд, приветливо кивнула.

– Доброе утро, господин Коршунов, – голос её был деловитым и даже слегка грубоватым для такой милой внешности.

К тому же, от незнакомки чуть ли не разило мощной аурой.

– Доброе, – я поднялся с кровати и стал натягивать трусы. – Вежливые люди представляются для начала. И вообще, как вы сюда зашли?

Глянув на заколоченную досками створку, девушка пожала плечами.

– Меня зовут Титова Светлана Борисовна, я представительница частного охранного предприятия «Щит». А вошла потому, что дверь была открыта.

Шагнув к умывальнику, я принялся приводить себя в порядок. Ненароком заметил, как руки покрылись еле заметным слоем мышц, а дышать стало легче. Отражался эффект поглощения души низшего Демона. Еле заметный глазу, но крайне существенный.

Высушив лицо и руки аурой, я взял со стола бутылочку воды и высушил её до дна. Поглядел на представительницу охранного предприятия.

– Кто вас послал?

– Это тайная информация, господин. Мне запрещено её разглашать, – не глядя на меня, отозвалась она. – Но будьте спокойны, меня приставили к вам с целью защиты от возможных попыток навредить. Вы, наверное, осведомлены о том, что слухи о вас расползлись до самой столицы. О пробуждения вашего дара говорят все. Излишнее внимание может привести к неприятностям. Я здесь для их предотвращения.

Отложив пустую бутылку, я присел напротив девушки. Краем глаза заметил деньги, которые оставила Маша, попросив перед этим вернуть долг Владу.

Взял всё, оставив на столе тысячу рублей. Пододвинул их к Светлане.

– Извините, но мои услуги уже оплачены, – девушка опустила глаза на деньги. – И да, я перед тем, как приступить к работе, ознакомилась с вашей характеристикой, Константин, поэтому скажу сразу. Меня трогать нельзя. Только в крайних случаях. Например, когда я ранена.

А шлейф девственника всё тянется и тянется. Я, усмехнувшись, покачал головой.

– Эти деньги я положил сюда с другой целью. Но, раз на то пошло, давайте разъясним. Что именно входит в ваши обязанности?

– Обязанностей много, но, если говорить вкратце, можете считать меня своим ассистентом по деловым вопросам. Выражаясь иначе, я с этого момента вхожу в состав вашей семьи, а значит добровольно на контрактной основе назначаюсь вашим вассалом. Про права сторон можете подробнее узнать в государственном ведомстве.

– В состав семьи? – поднял я бровь. – Жить вы тоже с нами будете?

– Если вы прикажете, то да, – в голосе Светланы прозвучала нотка грусти. – В мои обязанности входит круглосуточная защита и обеспечение полного спокойствия своего сюзерена.

– Во дела. Я имею право отпустить тебя?

– Имеете полное право, – кивнула девушка. – Но поверьте, я пригожусь. К тому же, меня не похвалят в предприятии за провал.

– Раз уж вы так уверены в своей полезности… Можно на «ты»?

– Разумеется.

– Возьми эти деньги. Купи мне что-нибудь из одежды и вот такую чертовщину, что в руках держишь. На покупках не скупись. Ты, смотрю, девушка не бедная. Уверен, профессионал! Если не хватит, со своих добавь, – я поглядел на неё с улыбкой. – Как всё купишь, мчи в сторону школы. Я буду ждать тебя там. Договорились?

– Да, господин.

– И ещё, добрось до школы. Не в службу. Если это входит в твои обязанности, конечно.

Девушка сомкнула губы в нить, но молча кивнула, взяла деньги и вышла из дома. Я же, пожав плечами, поднялся из-за стола и подошёл к комоду. Собрал свои документы и вышел следом.

Присел в её крупный автомобиль, и мы направились в сторону школы.

Пока ехали, я старался как можно лучше её изучить. Девушка явно владеет оружием ближнего боя, кольцо на безымянном пальце – дух, замаскированный под низшего. Обладает лёгким оттенком серого цвета, что говорит о смене двух-трёх хозяев.

Интересная персона. Узнать бы, от кого прибыл такой приятный подарок.

Пребывая в своих мыслях, поблагодарил Светлану и вышел из машины. Высокое монументальное здание школы сегодня было практически пустым. Не мудрено, ведь недавно у дикарей был выпускной.

Миновав череду ступеней, я оказался в холле. Охрана поинтересовалась целью посещения, так как у меня не было билета учащегося или хоть каких-то корочек. Но это не стало проблемой, после того как он сделал звонок и проверил меня на наличие опасных предметов, наконец-то было позволено пройти внутрь.

Шагая в сторону, куда указал охранник, я осматривался по сторонам. Школа как школа: лавочки, растения, картины. Вот только память Константина выбрасывала в голову настолько неприятные воспоминания, что тело бросало в дрожь. Дошло до того, что мне силой пришлось утихомирить страх дохлика, чтобы продолжить свой путь по коридору.

Открыв нужную дверь, вошёл в скромно обставленный кабинет. Парты, кресло с одной стороны, два десятка стульев с другой. На учительском столе графин с водой и три стакана. Позади доска и полка с десятком учебников.

Присев на первую парту, принялся ожидать.

Дородная женщина в строгом костюме прибыла спустя пятнадцать минут. Она кивнула мне в знак приветствия, прикрывая за собой дверь. Присела за учительское кресло и выложила на стол охапку бумаг.

– Здравствуй, Константин.

– Добрый день, – ответил я взаимностью.

– Меня зовут Маргарита Николаевна, я буду принимать у тебя экзамены. Ты, наверное, уже был поставлен в известность, что твой формат обучения был переведён на ускоренный. Но, как ты понимаешь, экзамены у выпускников уже прошли и времени на подготовку у тебя не осталось. Наша школа сделала всё возможное, чтобы восстановить тебя в короткий срок, но экзамен придётся сдать самому. Достаточно набрать минимальный порог, чтобы мы на законных основаниях смогли выдать тебе аттестат. Ты готов?

Я посмотрел на первый лист, который оказался на моей парте. Чуть скривил губы и поглядел на учителя.

– А подсказки будут?

– Нет, подсказок не будет, – Маргарита Николаевна поднялась с кресла и написала на доске время начала экзамена. – У тебя ровно один час. Если не наберёшь минимальный порог, придётся сдавать в следующем году.

Женщина присела обратно в кресло и уткнулась в газету, оставив меня наедине с бумажкой.

Что ж, я понимал, что просто так никто не выдаст мне аттестат. Поэтому первым же делом прикрыл глаза и канул в самые дебри воспоминаний Константина Коршунова. Но когда кроме самоудовлетворения, бесконечных избиений и разгильдяйства в его памяти ничего полезного не нашлось, прибег к другим методам поиска информации.

А именно – решил пустить в ход всё, что знаю сам.

Почесав голову, я взял чёрную ручку и сунул её в рот, пробегая по вопросам глазами. А через пару минут допёр, что на самом деле в экзамене нет ничего сложного. Обычные вопросы обычной школьной программы.

Я хоть и учился только руками размахивать, но меня нельзя назвать необразованным. Всё же, чтобы управлять сотнями солдат в качестве главнокомандующего, ты должен знать кое-какие вещи. И порой куда более сложные, чем математика.

Процесс ускорился, я скрупулёзно принялся царапать нужные ответы, а когда ответил на последний вопрос, глянул на часы. Прошло всего десять минут.

– Я всё, – бумажка упала на стол учителя. – Давайте следующую.

Поглядев на меня чуть удивлённо, женщина приняла лист и глазами прошлась по моим ответам. Снова посмотрела на меня и вытянула другой. На втором листе явно проверялись мои знания родного языка. С ним я расправился за пятнадцать минут.

Последний лист с вопросами был чуть интереснее. Нити мироздания, природная аура и всё, что к этому относится. Потратив рекордные пять минут, я вытянул лист учителю.

– Я даже первый экзамен проверить не успела, – выказала удивление Маргарита Николаевна. – Не хочешь проверить ответы?

– В вопросах магии я ошибаюсь реже, чем рождаются одарённые в этом мире, – улыбаюсь и поднимаюсь со стула. – Всего доброго, Маргарита Николаевна.

Проще пареной репы, как оказалось.

Выходил я из здания в приподнятом настроении. Нет, не потому что удачно выполнил экзамен. Наверное, больше был рад тому, что не встретил дикарей на своём пути.

Машина Светланы к этому времени ожидала меня у школьных ворот. Присев в неё, я получил от охранницы в точности такой же аппарат, какой был у всех в этом мире. Телефон! Ни единой кнопки, лишь огромный яркий экран, на котором красуется циферблат и много других разноцветных значков.

Из кармана я высунул салфетку, на котором был записан номер сотрудницы банка. Номер Ирины.

– Запиши, будь добра.

Светлана приняла телефон в руки и что-то в нём потыкала. Вручила обратно.

– Будут ещё поручения?

– Да, вот, – вторая салфетка следом была протянута Светлане. На ней красовался адрес парня, которого я ещё в первую ночь искалечил. – Вези меня туда, будем разбираться с долгами.

– Выбивать?

– Возвращать, – улыбнулся я. – Надеюсь, у тебя есть в кармане пять-десять тысяч. Не смотри-и на меня так, Светлана. Не смотри. Я же знаю, что есть. А вот скупиться не надо. Не скупи-ись. Я такое не приветствую.

– Господин Коршунов, я и без того выложила больше, чем вы мне дали.

– Ой, не прибедняйся, – отмахнулся я. – Такая машина навороченная. Я не пальцем делан.

– Это служебная.

– Вези-и давай!

* * *

Маргарита Николаевна держала лист с ответами Константина. Десять минут? Столько ему понадобилось, чтобы набрать высший балл? Как такое возможно?

Женщина прекрасно помнила Коршунова, ведь преподавала у него. И, сказать честно, в жизни бы не подумала, что этот человек вообще сможет на что-то ответить. Притом он не списывал. У него и телефона-то не было, что говорить про интернет.

Когда проверка была окончена, женщина протёрла переносицу.

Три экзамена, три высших балла.

– А пишет-то как коряво, Боже.

* * *

От автора: не скупитесь на комментарии и лайки. Не скупи-и-итесь. Автор такое не приветствует!