Текст книги "Единственная на всю планету - Книга 1"
Автор книги: Геннадий Ищенко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 27 страниц)
– Может, сходим на реку смыть пыль? – предложил Олег. – Пёс дохлый, а бешеные собаки не бегают стаями.
– Помоетесь дома! – категорично сказал отец. – Поехали быстрее, пока у матери не случился инфаркт. Вы с нами?
– Да, – ответила Оля. – Нет у меня настроения идти на пляж. Виктор Олегович, зря вы так волнуетесь. Если бы этот пёс не издох сам, его убил бы Нор. Он у нас классный каратист. Один удар ногой...
– Ага, – ехидно сказал старший Фролов. – Особенно удар ногой в таких сандалиях, как у него. Садитесь быстрее в машину, каратисты.
– Как ты с ним справилась? – спросил Нор, когда Виктор высадил их возле калитки и Фроловы уехали. – Передавила шею?
– Сначала попыталась подчинить, – ответила Оля, – и ничего не получилось. Мозг почти разрушен, а то, что осталось, не поддавалось контролю. Еле успела всё пережать и держала, пока не умер. А Олег что-то почувствовал. Видел, как он на меня косился?
– Давай мыться, – сказал Нор, – а потом я займусь учебниками. Если получится, сегодня закончу с восьмым классом. Интересно, что о нас говорят соседи.
– Чтобы я ещё хоть раз куда-нибудь их отпустила! – сказала Александра. – Мало того что заехали в какую-то глушь, так на второй же день чуть не лишились детей!
– Зачем говорить глупости? – поморщился Виктор. – Во-первых, ты прекрасно знаешь, почему мы здесь. И устроились очень неплохо. В гробу, даже палисандровом, у меня было бы намного меньше удобств. Во-вторых, у нас прекрасные соседи и нашим детям не придётся скучать одним. А прогулки летом в лесу безопасны. Я не специалист и то знаю, что в наше время бешенство встречается редко, а если не повезёт, так покусают и в городе. И оно прекрасно лечится, если взяться лечить сразу. Это я перенервничал, а то не стал бы загонять их в машину. Сходили бы и покупались.
– Мне это не нравится! – упрямо сказала жена.
– И что именно тебе не нравится?
– Здесь совершенно нечем заняться! И прислуга...
– Прислугу возьмём, – терпеливо сказал муж. – Будем время от времени выезжать в райцентр. Заодно можно забирать детей из школы. Завтра установлю спутниковую антенну, и у тебя будет куча программ. А через несколько дней подключу спутниковый интернет, и сможешь общаться со своими приятельницами. Только не вздумай ляпнуть о том, куда тебя упрятал муж. Я тебе язык не вырву, это сделают другие. Что ещё?
– Мне не нравится эта Ольга! Слишком развязная и самоуверенная особа! И ты хочешь, чтобы наш сын учился с ней в одном классе!
– Это твоё мнение, – пожал плечами Виктор. – У меня оно совершенно другое. Умная и не по возрасту самостоятельная девушка, но если учесть условия, в которых она живёт... Можешь спросить мнение своего сына, он с ней общался больше тебя.
– И спрошу! И у него и у Людочки. Сейчас я их позову.
Через несколько минут в комнате собралось всё семейство Фроловых.
– Я хочу знать, какого вы мнения об Ольге! – заявила детям мать.
– Хорошая хозяйка, – насмешливо сказал Олег. – Пирожки – просто класс! Но если хочешь предложить её мне в жёны, то зря. Она умная и славная девушка, но не в моём вкусе. Ты же знаешь, что мне не нравятся рыжие и веснушчатые. Но дружить с ней можно. А друг у неё вообще классный парень. Если подружимся, мне будет жаль отсюда уезжать. И Людка сделала на него стойку, поэтому глупо спрашивать её мнение о сопернице. Не услышишь ни одного хорошего слова.
– Неправда! – запротестовала сестра. – Если бы она не убила собаку, та наверняка нас перекусала бы! И Нор ничего с ней не сделал бы своим каратэ.
– Как она могла убить этого пса? – спросил Виктор.
– Не знаю! – ответила дочь. – Только это точно она. Все пятились, а она шагнула навстречу псу – и он упал. Она же сама сказала, что ведьма! Она, наверное, и Нора околдовала. Нет в ней ничего такого, чтобы привязало такого парня, как он! Пап, а когда мы поедем к ним в следующий раз?
– Подождёшь, – ответил отец. – Домработницы нет, да и не будет она раскладывать ваши вещи. Сами потом замучаетесь их искать. Её дело только убирать в доме и готовить. Так что включайтесь в работу. Половина вещей до сих пор лежит в чемоданах, в доме срач, а мы ходим по гостям. Один раз нужно было сходить, второй пойдёте, когда сделаем всё первоочередное.
– А когда ты вернёшь мобильники? – спросила Люда.
– Тех, которые у вас были, не получите, – сказал Виктор. – Завтра съезжу в Алейск и куплю другие. И имейте в виду, что звонить по ним можно только друг другу, соседям и тем друзьям, которые здесь появятся. С остальными общайтесь по скайпу и то только здравствуй, чмоки-чмоки и до свидания! Чтобы ни одним словом не обмолвились, где живёте, если не хотите дожидаться совершеннолетия в интернате. И это если повезёт уцелеть. Вам всё ясно?
– Это есть наш последний и решительный бой! – пел себе под нос Нор, раскладывая на столе последнюю стопку учебников. – А ну, брысь отсюда!
Машка с Угольком дружно его проигнорировали.
– Вот так и садятся на шею! – сказал он им. – Выгнать вас, что ли?
– Сам виноват, – сказала вошедшая Ольга. – Взял бы за хвосты...
Пушистую живность словно ветром сдуло со стола.
– Что это ты с утра поёшь революционные песни? – спросила девушка. – Девятый класс?
– А ты откуда знаешь? Опять обостряла слух магией? Мне говорить тише?
– Нет, – засмеялась она. – Подслушала через Уголька. – С твоей подсказкой всё заработало. Найти бы, в чём я ошибаюсь при передаче мыслей.
– Ты жадная. Найдешь это, потом потребуется что-то ещё.
– Нор, сегодня утром Виктор звонил отцу. Он собирается в город и спрашивал, не нужно ли туда же кому-нибудь из нас. У отца работа, а я попросила меня подвезти. Естественно, что с возвратом. Хочу поговорить с Катериной о твоей учёбе в нашей школе. Заодно смотаюсь в книжный магазин. Может, найду что-нибудь из того, что нужно. А если у тебя возникнут вопросы, я на них отвечу потом.
– Поезжай, пока обойдусь без тебя. Если будут сложности в математике и химии, переключусь на гуманитарные предметы или физику. С ней я разберусь без посторонней помощи. И сразу дай Виктору номер своего мобильника. Будет легче состыковаться при отъезде.
Виктор и сегодня подъехал к десяти.
– Садись, красавица, – сказал он Ольге, кивнув на кресло рядом с собой. – Расскажи, что в вашем городе есть интересного, глядишь, не заметим дороги.
– Город как город, – пожала она плечами. – Я его плохо знаю. Постоянно ездим только в школу и к одному другу и иногда с ним же посещаем центр города и мотаемся там по магазинам. В городе есть большой комбинат «Алейскзернопродукт», мясокомбинат, маслосыркомбинат и сахарный завод. Ну и станция.
– Это я читал, когда выбирал место, куда бы приткнуться, – сказал Виктор. – Меня интересует другое. Но я понял, что в этом ты мне не помощница. Куда тебя везти и сколько времени ты планируешь на свои дела?
– Мне тяжело вам рассказать дорогу, проще показать, – ответила Оля. – Я по ней часто езжу и хорошо запомнила. Мне нужно навестить знакомых и сходить в один магазин. Дела на полтора-два часа, но если вы задержитесь, могу задержаться и я. Вот здесь записала номер моего мобильного.
– Не скажешь, какое у тебя впечатление от моего сына?
– Умный и симпатичный юноша. Мне кажется, что с ним можно дружить. Большего у нас с ним не будет. У меня есть Нор, а Олегу я тоже не нужна в этом качестве.
– Он сказал о тебе то же самое, – улыбнулся Виктор. – Это уже город?
– Предместье, – подтвердила Оля. – А чему вы удивляетесь? Гоните так, что деревьев вдоль дороги не различить: всё сливается. Хорошо хоть, дорога прямая.
– По другой я так не гнал бы. Как едем дальше?
– Прямо до центра, а потом повернём направо. Я скажу где.
Через десять минут Виктор высадил Ольгу у дома Замятиных и уехал решать свои дела, записав на всякий случай улицу и номер дома. Катерина Ольге обрадовалась.
– Заходи, волшебница! – сказала она девушке. – Как добралась?
– Подбросил новый сосед, – объяснила Ольга, – он же и отвезёт. Как ваше самочувствие?
– Проходи в комнату, – сказала Катерина. – Есть будешь? А чай? Ну раз ничего не хочешь, садись на диван, поговорим. Чувствую я себя просто здорово. Давно так не чувствовала. За это тебе огромное спасибо! Как дела у твоего Нора?
– Вчера догрыз восьмой класс, сегодня с утра взялся за девятый. К выходным должен закончить, тогда будем устраиваться в школу.
– Мне не нравится твоя идея – дурить голову директору с завучем. Что, если поступить по-другому? Они обе очень порядочные женщины и могут войти в ваше положение. Не обязательно им рассказывать, кто он такой и откуда взялся: всё равно не поверят. Но могут пойти тебе навстречу и не вникать, почему нет некоторых документов. Но для этого нужно потрудиться. У завуча второй год садится зрение. Она уже и в очках плохо видит. Подробностей я не знаю, но если ты ей поможешь, то она для тебя многое сделает.
– А что не так у директора? – спросила Оля.
– У директора всё так, проблемы с её мужем. У него сильная гипертония, постоянно сидит на лекарствах. Понятно, что ты не заменишь ему сосуды, но, может быть, как-то можно помочь? Принять в школу парня без аттестата за девятый класс и медицинской карты – это не преступление. Эти аттестаты сейчас покупают через Интернет. Если твой Нор будет хорошо учиться, ему всё сделают задним числом, а если не потянет учёбу, не поможет никакая бумага. Возьмёшься?
– Можно попробовать, только с условием, что они будут молчать о моём лечении.
Глава 8
– Купила! – Оля положила рядом с учебниками две немаленькие книги. – «Физиология человека» Смирнова и «Анатомия». Дорогие, сволочи! Пришлось занять деньги у Фролова, своих мне не хватало. Он на меня так странно смотрел...
– У тебя же есть анатомия, зачем ещё одна? – спросил Нор.
– То пособие для начинающих, а это вузовский учебник. Я уже полистала обе книги. В них есть всё, только много латыни, поэтому пришлось вернуться и купить «Латинский язык и основы медицинской терминологии».
К двум книгам она добавила третью.
– Сколько раз ты улучшала память?
– Пока только два. Сегодня в последний раз укреплю тело и заодно усилю память. И с отцом нужно заняться. Слушай, Нор, у меня был разговор с Катериной по поводу твоей школы, так она предложила вот что...
Оля пересказала другу свой разговор с Замятиной.
– Нормальный вариант, – сказал он. – Мы не знаем подробностей лечения зрения при разных болезнях, знаем только, как его вообще улучшить, так что можно попробовать. Хуже точно не будет. С сосудами подробностей больше, но там не обойдешься одним сеансом, а если он уже старик, то поможешь только на время. Это лучше, чем постоянно пудрить им мозги и думать, вспомнят об этом или нет, когда перестанет действовать наша магия. Когда думаешь заняться?
– Я сказала Катерине, что посоветуюсь с тобой, а потом позвоню. Она договорится с клиентами, а Сергей меня отвезёт. Не хочется лишний раз обращаться к Виктору насчёт машины, хоть он и предлагал. А как дела у тебя?
– Уже пробежался по литературе, истории, обществознанию и географии. Ты их неплохо запомнила, поэтому и мне нет смысла читать. Сейчас закончу с биологией и на сегодня останется одна экономика. На завтра у меня алгебра, геометрия и русский, послезавтра – физика с химией и ОБЖ, а на субботу только информатика с английским. Поэтому, если ты их полечишь раньше и будут результаты, в субботу уже можно ехать показывать меня школьному начальству. Чем сейчас займёшься?
– Обед у нас есть, поэтому до ужина я свободна. Сейчас обработаю себя магией, надену те штаны, в которых работаю во дворе, и начну вспоминать вашу борьбу. Пока тепло и сверху не капает, этим можно заниматься во дворе. Потом до прихода отца займусь латынью, а когда надоест, попробую с передачей мыслей. Надо поговорить с отцом и заказать для нас с тобой нормальные кимоно. В городе их шьют – я узнавала. Мы уже просадили его зарплату, а я ещё заняла три тысячи у Виктора, но на счёте денег много. Стоп! Уже знаю, какую глупость ты хочешь сказать. Так вот, чтобы яот тебя не слышали «заработаю и отдам». Ты теперь наш и такими разговорами только обидишь и отца, и меня. Понял? Вот и умница.
– Папа, мы уже всё разложили и помогли матери с уборкой, – сказал Олег отцу. – Тебе нужна помощь с «тарелкой»?
– Нет, я настрою сам, – ответил Виктор. – Хотите, чтобы я отвёз вас к Ковалёвым?
– Мы не будем тебя отвлекать, – сказал сын. – Тут идти минут пятнадцать. Погода прекрасная, так что дойдём сами. Ты только скажи маме.
– Не возражаю. И обязательно позвоните, как только доберётесь до соседей. А с матерью я поговорю.
– Пошли, – спустившись на первый этаж, сказал Олег сестре. – Отец даёт добро.
– А машина?
– У тебя нет своих ног? Он занят и неизвестно когда освободится. Сейчас полезет настраивать спутниковую антенну. Тебе нужен телек? Вот и не будем ему мешать. Идти недалеко по дороге через лес. Дыши свежим воздухом и мечтай о Норе или о ком-нибудь другом, например, о Джеке Чане. Это реальней. А если не хочешь идти, я пойду один.
– Я иду, – буркнула сестра. – Попросил бы у отца пистолет.
– Может, возьмём его штуцер? – съязвил брат. – Вооружимся до зубов и пойдём в гости: вот смеху будет! Лучше надень вместо туфель кроссовки. Если нападёт заяц, сможешь удрать.
Люда обиделась на брата, но поменяла обувь. Дурой она не была и понимала, что по просёлочной дороге удобней идти в кроссовках, чем в туфлях, пусть даже на них совсем небольшие каблуки. Собака, которая досталась им от прежних владельцев дома, при виде молодёжи радостно завиляла хвостом и начала ластиться. Люда несколько раз кормила её разными вкусностями, не входившими в обычный собачий рацион, и это было оценено.
– Давай возьмём с собой? – предложила девушка. – И ей будет не так скучно, и мне спокойней.
– Можно, – согласился брат, отстёгивая цепь. – Мы так её и не назвали.
– Пусть будет Умницей, – предложила Люда. – Смотри, какая умная морда. Умница, пойдём гулять. Послушалась!
– Ты посиди весь день на цепи, точно так же рванешь, когда отпустят. Слушай, Люда, ты на самом деле не втюрься в Нора. У них с Ольгой всё железно. Сама потом будешь мучиться. Через месяц пойдёшь в новый класс, там наверняка будут ребята.
– Что приличного может быть в такой дыре? – раздражённо сказала сестра.
– А Нор уже неприличный? Смотри, будешь так себя вести, никто не станет дружить, а мы сюда приехали надолго. На год точно, а то и на два. Думаешь, почему мать психует? Так что о Москве пока забудь, ты не скоро её увидишь.
– Я здесь, наверное, сдохну! – мрачно сказала девчонка.
– Ну и дура, – припечатал брат. – Во всём нужно искать хорошее. Природа здесь замечательная, вон какой воздух! Лес, речка под боком, а в городе тоже течёт река Алей. Отец говорил, что недалеко два больших озера, туда тоже можно съездить. Сегодня он сделает вам телевизор, а потом будет интернет. Это ты сейчас села на бутерброды, потому что мама ничего не умеет готовить. Возьмём прислугу, и будет нормальная еда. А хаять свой класс, когда не видела никого из ребят, вдвойне глупо. Там таких, как Нор, может быть десяток.
– Посмотрим, – нехотя согласилась сестра. – Куда она побежала? Умница!
Собака, которая до этого, виляя хвостом, бежала по дороге впереди ребят, загавкала и рванула в лес, не реагируя на крики Людмилы.
– Вот тебе и Умница! – сказал Олег. – Наверное, заяц. Не обращай внимания: побегает и вернётся. Да и мы уже почти пришли, видишь съезд с дороги?
– Двадцать минут ходьбы, – посмотрела на часики девушка. – Терпимо. Как только будем добираться зимой, если заметёт дорогу?
– Спросишь у Ольги, она как-то добирается.
По правую сторону лес был сведён метров на двести, и недалеко от дороги виднелась изгородь лесничества. Они свернули на съезд и подошли к калитке.
– Не стучи, – прошептал Олег. – Дай посмотреть!
Посмотреть он хотел на Ольгу, которая с закрытыми глазами перемещалась по двору, нанося воображаемому противнику удары руками и ногами. Движения были плавными и в то же время очень быстрыми. Она не просто размахивала конечностями, а словно по каким-то правилам танцевала странный, ни на что не похожий танец.
– Как она может столько времени вертеться волчком? – сказала Люда.
Говорила не громко, но её услышали. Из-за дома вылетели два здоровенных ворона и с хриплым карканьем закружились над гостями. Ольга прекратила тренировку, вытерла рукавом пот со лба и направилась к Фроловым.
– Привет! – поздоровалась она. – Заходите. На воронов не обращайте внимания, сейчас я их уйму. А ну живо на забор!
Как ни странно, но обе птицы тут же послушно метнулись к забору, на котором и обосновались.
– Послушались! – удивилась Люда.
– Плоха та хозяйка, которую не слушается живность, – назидательно сказала Оля. – Проходите в дом. Немного посидите, пока я переоденусь.
– А где Нор? – спросила Люда.
– Нор у нас человек занятый, – с усмешкой ответила Ольга. – Умудрился лишиться аттестата за девятый класс, поэтому сейчас на всякий случай повторяет все предметы.
– А не проще взять дубликат? – спросил Олег.
– Всё не так просто. Нужно появиться в школе, а его школа чёрт-те где. И родители умотали за границу, а опеку мы только что оформили. Пусть учит, не развалится.
– Так ему придётся сдавать все предметы? – ужаснулась Люда.
– Я думаю, обойдёмся без этого, – засмеялась Ольга. – Но учёба ещё никому не навредила. Ему осталось недолго, в субботу закончит. Вы не обедали?
– Завтракали, – ответила Люда. – Бутербродами.
– Сейчас я приведу себя в порядок и пообедаем. Идите пока мыть руки, вы знаете где, а потом подождите на кухне.
Олег с Людой по очереди помыли руки и прошли на кухню.
– Интересные книги здесь кто-то читает, – сказал Олег, увидевший на подоконнике учебник. – Латинский язык.
– Это, наверное, Ольга, – испуганно косясь на дверь, сказала сестра. – Заклинания наверняка на латыни!
– Перестань говорить глупости, книга по медицине.
– И вовсе не глупости! По каким учебникам сейчас можно учить латынь, как не по медицинским? И медицину можно изучать не только для лечения. Кто может вылечить, тому нетрудно и убить! Ту собаку она точно убила.
– Боишься?
– Боюсь!
– А зачем тогда сюда пришла?
– Интересно, потому и пришла. Она меня пугает и притягивает одновременно!
– Можешь не бояться, никто тебя здесь не съест, – сказала вошедшая на кухню Ольга. – Яне подслушивала ваш разговор, но и уши не затыкала. Нужно тише говорить, если не хочешь, чтобы тебя все слышали.
– У нас гости? – спросил появившийся в двери Нор. – Привет, ребята! Эта рыжая зараза у меня на плече зовется Машкой. Гладить не нужно: может цапнуть.
Протянувшаяся к белке Люда отдёрнула руку.
– Так книга твоя? – спросил Олег. – Зачем нормальному человеку латынь?
– Спасибо! – сказала Оля, разливая всем по тарелкам борщ. – Уже записали в ненормальную. Меня интересует медицина, а в ней нечего делать без латыни. Я не собираюсь поступать в мединститут, остаётся учить самой. Хобби у меня такое, понятно?
– Собаку ты успокоила своим хобби? Таинственная ты особа!
– Таинственность не портит девушку, – вступился за подругу Нор. – Ваше семейство тоже не назовёшь обычным. Откуда вы приехали?
– Из Москвы! – гордо задрала подбородок Люда. – Я москвичка в четвёртом поколении!
– Не вижу! – демонстративно посмотрела в разные стороны Ольга. – Где она?
– Кто? – спросил Олег.
– Москвы не вижу, – объяснила Ольга. – Ляпнет она такое в школе, а потом долго будет жалеть. Назовут «москвичкой» и произносить это слово будут не с гордостью, а с издёвкой. Тех, кто выделяется, особенно незаслуженно, никто не любит. Давайте есть, а то всё остынет. Потом поговорим.
Минут десять ели вкусный борщ с курятиной и сметаной.
– Да,это не бутерброды, – вздохнул Олег. – Спасибо тебе большое.
– Давно я не ела такой вкуснятины! – облизала ложку его сестра. – Спасибо, добавки не надо, а то лопну.
– Курицы домашние, да и всё остальное для борща покупаем не в магазине, а в деревне, – объяснила Оля. – Потому и вкусно, что свежие продукты. Оставляйте посуду, я потом помою. Значит, я таинственная особа? Может быть и так, но почему я буду открывать вам свои секреты? Нор правильно сказал. У вас куча секретов, которыми вы ни с кем не делитесь, у нас они свои. Так что придётся кое-кому умерить любопытство.
– Это всё сестра, – сказал Олег. – Мне тоже интересно, но я могу терпеть, а её распирает. Оля, я видел у вас комп. А интернета нет?
– Откуда здесь интернет? – печально сказала девушка. – Пользуюсь, когда бываю в городе у знакомых.
– Я потому и спросил, что у нас скоро будет интернет, – объяснил Олег. – Он спутниковый, поэтому скорость большая. Если будет нужно, можете прийти и поработать.
– Спасибо за предложение, – поблагодарил Нор. – Будем иметь в виду.
– А как вы учитесь зимой? – спросила Люда. – Дорогу не заметает?
– Обязательно заметает, – засмеялась Ольга. – Мы тогда сачкуем на законных основаниях. К нам даже автобус в такую погоду не присылают. Ждут, пока закончится метель, а уже потом чистят дорогу. Иной раз неделю сижу дома и учусь сама. Задание спрашиваю у подруг по мобильнику, а они мне завидуют. Но дорогу чистят только до деревни, а от нас идти до места посадки минут десять. Я пользовалась лыжами, а вам будет труднее, разве что ваша машина пройдёт по любому снегу. Но когда сугробы больше метра... Можно дать на лапу бульдозеристу, чтобы почистил и ваш участок дороги. Не так уж для него много работы.
У Олега прозвучал сигнал вызова мобильного телефона.
– Чёрт! – выругался он. – Забыли позвонить отцу. Да, папа... Заболтались и забыли. Нет, нас Ольга накормила обедом. Хорошо, сейчас.
– Влетит? – сочувственно спросил Нор.
– А ты думал! – отозвался Олег. – Сейчас за нами заедет отец. Сказал, что для укрепления памяти несколько дней посидим дома. И спрашивал, где собака.
– А что не так с собакой? – спросила Ольга.
– Убежала за кем-то в лес, – объяснила Люда, – а на прогулку взяли мы. Так что ещё и за это получим. Быстрее, Олег! Отцу здесь ехать две минуты.
Ольга вышла провожать ребят, а Нор опять взялся за учебники. Вернувшись, она зашла в его комнату.
– Тебе сколько над ними корпеть? – спросила она друга.
– Часа три, а что?
– Тогда я звоню Катерине, что завтра готова лечить, а после твоих занятий обдумаем, что делать с сосудами мужа директора школы. По зрению-то я всё хорошо помню.
– Здравствуйте, Валентина Ивановна! – поздоровалась Ольга, проходя вместе с Катериной в просторную прихожую.
– Здравствуй, Ковалёва, – сказала директор. – Значит, ты у нас экстрасенс?
– Что-то типа того, – ответила девушка. – Только я очень прошу не распространяться о моём лечении. Я не вылечу вашего мужа, только облегчу состояние на год-два. И скорее всего, потребуется ещё один сеанс.
– Я тоже не хочу, чтобы болтали о том, что директор школы выжила из ума и для лечения мужа пользуется услугами своих старшеклассниц, – сказала Валентина. – А ты сильно изменилась за лето, прямо не узнать. Была симпатичной, а сейчас прямо красавица. Проходи в гостиную. Это Николай Алексеевич. А это, Коля, наше молодое дарование, которое будет тебя лечить.
– И что мне делать? – весело спросил невысокий полный мужчина лет семидесяти. – Ложиться не надо? Я...
– Что с ним?! – рванулась к застывшему мужу Валентина.
– Не трогайте его! – повысила голос Ольга, закрепляя слова внушением. – Это нужно для лечения. Закончу – и всё пройдёт.
Она поставила один из стульев напротив дивана, на котором сидел пациент, села и взяла безвольные мужские руки в свои.
– Мне это не нравится, Катя! – тихо сказала директор Замятиной. – Когда она лечила тебя, ты была такая, как Коля?
– Я была в сознании, – так же тихо ответила Катерина. – Но я должна была сообщать о том, когда появится боль. Она вылечила меня, и я уверена, что поможет и Николаю. Потерпи, это недолго.
– Странное ощущение... – сказал пришедший в себя Николай. – Как будто всё тело журчит и чешется. Никогда такого не чувствовал.
– Вас почешет жена, – улыбнулась ему Ольга. – Я запустила чистку сосудов, после неё будет легче работать вашему сердцу и понизится давление. Вам потребуется ещё один сеанс. Только сейчас поберегитесь, а то навредите себе, а Валентина Ивановна припишет это результатам моего лечения. Тогда хоть уходи из школы. Уже всё, – сказала она растерянной хозяйке. – Я приеду через три дня, тогда и поговорим и о моём деле.
Завуч жила одна и приняла её более приветливо.
– Заходите, – посторонилась она, пропуская в квартиру Катерину с Ольгой. – Ковалёва? Я совсем плохо вижу, сейчас возьму очки... Да, Ольга. Мне кажется, или ты на самом деле какая-то другая? Пойдёмте на кухню, попьём чая с пирожными.
– И чаю попьём, Надежда Игоревна, – улыбнулась Ольга, – и ваши пирожные съедим, но сначала давайте займёмся лечением. Должно хватить одного сеанса, но вам нужно сидеть двадцать минут. Где это удобней сделать? Можете даже лечь.
– Тогда я сяду в кресло, – сказала завуч. – Ты действительно сможешь хоть что-то сделать? Мне говорили об операции, но для меня это слишком дорого, и никто не даёт гарантии, что зрение изменится к лучшему. Я не скупердяйка, но приходится помогать детям. И мне говорили, что в результате операции можно ослепнуть. Не врачи говорили, но ты ведь знаешь, какие они сейчас. Им лишь бы платили деньги... Мне так плохо, что скоро придётся бросать работу, а я не представляю жизни без школы...
– Я не буду врать, – отозвалась Ольга. – Вряд ли я полностью вас вылечу, но зрение существенно улучшу. Этого лечения должно хватить лет на десять.
– Какое у тебя впечатление? – спросил Ольгу Сергей, когда вёз её домой. – Получилось твоё лечение?
– Кто его знает? – пожала она плечами. – Всё сделала так, как нужно. Подождём два-три дня, тогда станет ясно. Лишь бы сдержали слово и не болтали. Дядя Серёжа, вы ничего не узнали по нашим новым соседям?
– По Фроловым ничего нет, – ответил он. – Похоже, что ваш сосед – крутая шишка в мире бизнеса. Такому удобней прятаться в наших краях, чем за границей. Я на его месте озаботился бы документами на другую фамилию. Нужно иметь веские основания, чтобы купить особняк в медвежьем углу и переехать в него с семьёй. Видел я его машину. Такая держит очередь из Калаша и стоит... очень дорого. А вот охрану он не взял. Наверное, не было надёжных людей, которым можно довериться на несколько лет. А может, он на мели, с ними это тоже бывает. Всё, приехали. Беги, а я сразу возвращаюсь. Похоже, что скоро пойдёт дождь.
Дома первым встретил Егор.
– Как прошло лечение? – спросил он. – Я понимаю, что ты сразу не вылечишь, но можешь сказать хоть что-то?
– Могу сказать,что скоро будет дождь, – улыбнулась Ольга.
– Понятно. Кимоно заказала?
– Купила готовое. У них были моего размера. Естьи большие, но на Нора нельзя брать без примерки.
– Примерит, – сказал отец. – Уже начало августа, и через две недели начнёт холодать, а у него только летние вещи. Так что тряхнём мошной и купим всё на осень и зиму. Да и тебе кое-что нужно. Поэтому на следующей неделе поедем в Алейск.
– Пап...
– Что мнёшься?
– Ты не беспокойся. Если у меня получится с лечением, денег будет много. Есть и другие способы заработать.
– Например, цирк, – улыбнулся он.
– Как вариант, – согласилась дочь. – Или ограбление банка. Не нужно меняться в лице, я пошутила!
– Ну тебя с такими шутками! – сердито сказал отец. – Я выполнил обещание и привёз вам дуб. Нор уже начал строгать ваши мечи. Слышишь? Пошёл дождь. Давно пора: лес пересох, недолго и до пожара. Иди, Нор тебя уже заждался.
– Что с тобой? – спросил Виктор дочь. – Сама на себя непохожа. Неужели из-за этого Нора?
– Нет, папа, дело не в нём, – ответила она.
– А в ком? Ты была весёлой и беззаботной, а сейчас целыми днями ходишь задумчивая и печальная, как «Мировая скорбь». Кто в этом виноват?
– Почему мы здесь? – спросила Людмила. – Только не нужно повторять о происках твоих врагов, я это уже слышала. Враги у тебя были всегда, но мы от них не бегали. Что ты натворил?
– Ничего особенного, – сказал Виктор и, как в детстве, пригладил дочери волосы. – Ты уже достаточно взрослая, чтобы понять, что в бизнесе никто не может застыть и долго стоять на одном месте. Возможно только движение вверх или вниз. И новые богатства создаются медленно, чаще делят то, что уже есть. И даже если ты играешь по правилам, проигравшие часто не склонны смириться со своим проигрышем. А в России в бизнес пришло много людей, которым плевать на всё, кроме собственных интересов. Пока плаваешь на поверхности и питаешься мошками, ты не интересуешь крупных хищников, которые обитают в глубине. Но стоит немного отъесться и увеличиться в размерах – и попадаешь в разряд их пищи. А если, не дай бог, перехватил их добычу или укусил самих...
– Может, ты перестанешь говорить метафорами и скажешь, что сделал?
– Я запустил одну схему, которая через два года выведет нас в разряд тех, кого в России называют олигархами. Как часто бывает в таких случаях, появится много недовольных, чьи ноги я оттоптал. На недовольство некоторых можно плевать,а на других не хватит слюны. Когда я войду в силу, это будет уже не так страшно. Увеличатся мои возможности, и будут другие правила игры. Но до этого времени нужно дожить.
– А почему не уехали за границу?
– Потому что нас будут искать там. Мир не так велик, как кажется, а русскому за границей укрыться труднее, чем здесь, тем более с семьёй. Я сделал так, что наш след повёл за границу, но мы туда не поехали.
– А почему не взяли охрану?
– Я не знаю, сколько придётся здесь прожить, но думаю, что не меньше двух лет. Как ты себе представляешь наше совместное проживание с охраной? На несколько месяцев я их взял бы, а кто же поедет на годы? А отпускать никого нельзя. Не настолько я им верю, чтобы так рисковать. Наша безопасность не в охране, а в том, что никто не знает, где мы обосновались.
– Мы всё равно бросаемся в глаза. Ольга так и сказала, что мы здесь прячемся, и что у нас куча секретов...
– И о чём у вас был разговор?
– Я поинтересовалась её секретами, а она меня обломала. Сказала, что у нас свои секреты, а у неё свои. И раз мы держимся за свои, то и в её лучше не лезть.
– А у неё есть секреты?
– Навалом! Я прекрасно помню, как она убила бешеного пса. Захотела, чтобы он сдох, он так и сделал. Вороны делают всё, что она прикажет, а наша собака? Она ведь тогда вернулась с её запиской на ошейнике, а Умница не подпускает к себе чужих. Мы кормили пять дней, пока перестала на нас рычать и бросаться! И ты видел когда-нибудь, чтобы девчонки из захолустья учили латынь? А она учит! А как она танцевала с закрытыми глазами! Помнишь своего Силаева? Я как-то зашла в вашу службу безопасности, а он в зале так же танцевал. Называется бой с тенью. Так вот, она двигалась быстрее него. Олег смотрел и облизывался. Так и стоял бы, если бы её не предупредили вороны. И прежние владельцы отсюда убрались из-за них, ты сам это говорил. Сблизился бы ты с ними? Я узнала, что Нор прекрасно стреляет, и у них есть ещё ружьё. Два ствола и ведьма – чем не охрана? И живут рядом. Пообещать по-настоящему большие деньги, и можно жить спокойно. Они будут заинтересованы в том, чтобы мы уцелели, а перекупать их никто не станет.
