Текст книги "Пленники Черного леса (СИ)"

Автор книги: Геннадий Авласенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– Она уходить, – вдруг сообщил гном, прислушиваясь. – Она уже далеко совсем.

У Стива стало чуть спокойнее на душе. Вновь опустившись на прежнее своё место, он

принялся старательно подбрасывать в изрядно потускневший уже костёр свежие порции

топлива. Арбалет он пока оставил как есть, повернув его, осторожности ради, стрелой в

сторону леса. Аверзагар тоже уселся у костра, как раз напротив юноши. Его крошечные

глазки в упор смотрели на Стива, как бы требуя объяснений.

– Ну, не смог я! – Стив в сердцах швырнул в костёр очередное увесистое полено. –

Просто она такая красивая…

– Она красивой есть? – в хриплом голосе гнома звучало самое искреннее недоумение. –

Она урод много! Безобразно есть очень! Лицо, фигура, всё разом!

– Фигура? – теперь уже Стив с недоумением и, одновременно, с любопытством

посмотрел на явно оживившегося Аверзагара. – Какая же, по-твоему, должна быть фигура

у женщины?

– Вот такой!

Гном широко развёл руки в стороны… представив себе женщину с такой талией, Стив

невольно прыснул в кулак.

– Мой жена такой толщина иметь! – с гордостью объявил Аверзагар, потом лицо его

вдруг омрачилось, приняло крайне озабоченное выражение. – Долгий разлук был, – сказал

он, вздохнув, – очень долгий. Худеть могла очень.

Встревожено заржала чья-то лошадь, и дискуссия о женской красоте была прервана.

Вновь схватив арбалет, Стив вопросительно посмотрел на гнома.

– Там спокойно всё есть, – сказал Аверзагар. – Близко опасность нет.

Наверное, так оно и было, потому что лошадь вновь успокоилась и принялась щипать

траву. А Стив, вторично откладывая в сторону арбалет, невольно подумал, что ему всё-

таки повезло с напарником. Слух у гнома был поистине изумительный.

– Большой медведь идти по лесу, – сообщил Аверзагар Стиву, прислушиваясь к чему-то,

для молодого воина совершенно не различимому. – Далеко идти. Лошадь слышать,

пугаться. Медведь тоже пугаться костра, прочь уходить.

– А оборотень? – спросил Стив. – Ты его слышишь?

Аверзагар отрицательно покачал головой.

69

– Это хорошо! – Стив посмотрел в сторону спящего неподалёку Бара. – Разбудим их или

ещё немного покараулим?

– Мой сидеть ещё может! – гном внимательно взглянул на юношу. – Твой уже спать

хочет?

Стив пожал плечами.

– Да нет, вроде…

Гном пробурчал в ответ что-то совершенно невнятное и снова принялся молча

рассматривать пляшущие языки пламени. Стив тоже молчал, мысли в голове вяло

перетекали друг в друга, путались в беспорядке…

«Как быстро может человек привыкнуть ко всему необычному! – вдруг подумалось

юноше. – Вот и Чёрный лес, которого я боялся с детства, уже не кажется мне страшным, а,

может, я просто привык к нему? А ещё я сижу у костра наедине с гномом, и, почему-то,

воспринимаю его не как гнома, не как злое, уродливое, абсолютно чуждое людям

существо, в отвращении и ненависти к которому воспитывали меня с самого раннего

детства… сейчас я воспринимаю его, скорее, как одного из своих боевых товарищей. Как

Бара, как Люка… впрочем, Люка я воспринимаю куда отрицательнее, чем Аверзагара, как

это не странно!»

Стив украдкой взглянул в сторону неподвижно застывшего гнома. А интересно, как сам

гном воспринимает сейчас его, Стива?

И, как бы отвечая на мысленный вопрос молодого воина, Аверзагар вдруг заговорил,

негромко, размеренно, по-прежнему не глядя на Стива.

– Гном тоже ненавидеть человек. Любой гном. Сильно ненавидеть. Бояться тоже.

– Но почему? – Стив испытующе посмотрел на гнома, пытаясь поймать его взгляд, но

тщетно… внимание Аверзагара было приковано к огню, и только к огню… – Почему

гномы ненавидят и бояться людей?

– Почему? – гном, наконец, повернул широкое тёмное лицо в сторону юноши. – Вы –

убийцы есть! Вы убивать гном, это понять можно мне. Но вы убивать и человек! Это мой

понять совсем нельзя!

Гном замолчал и снова повернулся к костру.

– Мы убиваем врагов! – пылко воскликнул Стив. – И мы не убийцы, мы – воины, потому

что убиваем их в честном бою! – он вспомнил вдруг, как врывались они в волчьи селения,

как вели себя там после… вспомнил и поморщился. – Во всяком случае, если мы и

убиваем своих врагов, мы просто мстим им за все те зверства, которые они…

Перед мысленным взором юноши вдруг снова, ярко и отчётливо всплыли те давние,

страшные события. Двенадцать лет уже минуло, а словно вчера всё это было!

Вот врываются в их селение страшные всадники в волчьих шапках и накидках… вот

они, с воем и улюлюканьем мчаться по улицам, поражая стрелами разбегающихся в

панике жителей и рубя их налево и направо. А вот уже Стив вместе с отцом сидят в

маленьком потайном убежище на огороде. Убежище хорошо замаскировано, оно

совершенно не заметно снаружи… и всё должно хорошо окончиться… вот только матери

с ними почему-то нет. Сквозь узкую смотровую щель мальчику хорошо видно всё, что

происходит сейчас в селении… он всё спрашивает отца про мать, где она и что с ней… но

отец, кажется, и сам этого не знает, а потому сильно взволнован, хоть и старается не

показать Стиву своего волнения. А потом… потом началось самое страшное…

Зарычав, словно раненый зверь, отец вдруг выбирается прочь из убежища, крикнув

напоследок Стиву, чтобы тот оставался на месте и не смел бежать вслед за ним. Ничего

ещё не понимая, но уже чувствуя что-то нехорошее, Стив вновь приникает к смотровой

щели и вдруг замечает мать, которую тащит за собой на аркане один из этих чужих

всадников. Лицо матери страшно искажено, она, кажется, что-то кричит, но крика её не

слышно совершенно во всеобщем человеческом вопле…

Дальнейшее же, Стив помнит лишь урывками…

70

Вот отец, уже с мечом в правой руке и со щитом в левой, бежит как раз наперерез

этому всаднику… и тот замечает это и тоже взмахивает мечом, выпустив при этом из рук

верёвку. Мать вскакивает на ноги… и в это же самое время отец и чужой всадник

сшибаются в смертельной схватке, и меч отца глубоко вонзается в грудь пришельца, и тот

падает навзничь, успев в последний момент обрушить свой меч на неприкрытую шлемом

голову отца.

Вот мать бросается к отцу, пытается поддержать его… а тот стоит, согнувшись и

обхватив обеими руками голову, а между пальцев у него течёт что-то алое и Стив не сразу

соображает, что это кровь. Потом отец медленно оседает на землю, а мать, обхватив его за

плечи, тащит куда-то в сторону от дороги… тащит и не успевает, потому что в это же

мгновение ещё один всадник в высокой волчьей шапке на мгновение заслоняет от Стива и

мать, и отца.

Всадник пытается втащить мать к себе в седло, он схватил её за волосы… но матери

удаётся вырваться и даже отбежать в сторону… и вот уже в её руках тяжёлый, кованый

меч отца. Высоко вскинув меч над головой, мать идёт прямо на всадника, лицо её по-

прежнему искажено, но теперь оно искажено ненавистью, оно совершенно чужое, совсем

незнакомое Стиву лицо… и всадник, то ли от страха, то ли от неожиданности, подаётся

назад, отступает перед женщиной с мечом. А потом в груди матери, словно сама собой,

возникает вдруг арбалетная стрела, за ней другая… и мать, выронив меч, падает навзничь,

совсем рядом с бездыханным телом отца…

И отчаянный крик самого Стива… и провал, полнейший провал в памяти, ибо очнулся

он уже в доме своего дяди…

А потом были погребальные костры, множество погребальных костров… и отца с

матерью сожгли вместе, ибо все в селении знали, как любили они друг друга. А для Стива

началась сиротская жизнь в доме у дяди, хорошего, доброго человека… но всё равно, для

Стива эта была сиротская жизнь. А ещё была бешенная ненависть ко всему волчьему

племени, и лютая жажда мести, и желание поскорее вырасти и стать воином…

И вот его желание осуществилось, и юноша отправился в свой первый в жизни поход,

закончившийся так неудачно. Его вела, в первую очередь, жажда мести, но, после всех

тех зверств, которые творили уже его собственные соплеменники в волчьих поселениях,

уверенность в своей правоте незаметно пошатнулась, ослабла… впрочем, окончательно

она всё ещё не исчезла.

– Мой тоже ненавидеть люди, – слова Аверзагара возвратили молодого воина к

действительности.

Вздрогнув, он снова посмотрел на невозмутимое лицо гнома, а тот, сказав эту фразу,

вновь замолчал и молчал довольно долго. Потом он повернулся к юноше и добавил:

– Мой иметь ненависть к люди до встреча с тобой.

– А теперь? – спросил Стив, поражаясь сходству изменения своего отношения к гному и

изменения отношения Аверзагара к нему, Стиву. – Теперь ты уже не ненавидишь людей?

Гном пожал широкими плечами, вздохнул.

– Мой не знать ответ, – откровенно признался он. – Мой вдруг понимать, что люди очень

разный есть. Мой запутаться совсем.

Гном замолчал.

«Я тоже запутался! – уныло подумалось Стиву. – А хорошо это или плохо – до сих пор

не знаю!»

Заворочался неподалёку Бар, сонно забормотал что-то. Потом он вдруг сел, посмотрел

на Стива.

– Ну, как, порядок?

– Полный!

Бар огляделся по сторонам, зевнул, подобрался поближе к костру.

– Продрог, пока спал! – сообщил он Стиву, усаживаясь рядом с ним. – Никаких

происшествий не было?

71

– Как тебе сказать…

Немного поколебавшись, Стив всё же сообщил Бару о девушке-оборотне, и о том, что

он не убил её, проявив досадную мягкотелость.

Но, к удивлению юноши, Бар на него нисколечко не рассердился.

– Молодость, молодость… – он вздохнул и вдруг, совершенно неожиданно, улыбнулся

Стиву. – Хорошо ещё, что хватило ума за ней не побежать! – Бар помолчал немного,

потом посмотрел на невозмутимо сидящего гнома. – Она, что, и в самом деле ушла?

Аверзагар кивнул.

– Совсем?

Гном снова кивнул утвердительно.

– Это хорошо! – Бар снова зевнул, потянулся, встал. – Впрочем, меня на все эти штучки

не купишь! Всажу стрелу прямо в сердце – рука не дрогнет!

Он замолчал, в третий раз широко зевнул и, подойдя к спящему Люку, легонько пнул

его ногой под объёмный зад.

– Вставай, толстяк! Наша очередь сторожить!

Стив ожидал, что Люк, по своему обыкновению, разразиться сейчас бранью или

жалобами на плохое самочувствие, но, к его великому удивлению, толстяк проворно

вскочил на ноги.

– Как скажешь, Баар! – угодливо произнёс он.

– Почему ты меня так назвал? – удивлённо спросил Бар и тут же незаметно подмигнул

Стиву. – Я, кажется, не предводитель и никогда им не был!

– Отряд не должен оставаться без предводителя! – почтительный голос Люка сделался

ещё угодливее, хоть, казалось, это уже невозможно. – И кому же, как не тебе, возглавить

наш небольшой отряд!

– Весьма польщён! – в голосе Бара Стив уловил скрытую насмешку. – Впрочем, по моему

мнению такой внушительный отряд, как наш, вполне может обойтись без предводителя!

– Как скажешь, Баар! – всё так же угодливо, но уже слегка увядшим тоном, произнёс

Люк.

Аверзагар поднялся на ноги, шумно сопя и отдуваясь.

– Пойти буйвол смотреть, – буркнул он, ни к кому конкретно не обращаясь, и косолапой

своей походкой удалился в темноту ночи.

Воины посмотрели ему вслед.

– Я тоже коней проверю? – с готовностью предложил Люк и, не дожидаясь ответа,

бросился вслед за гномом.

Стив и Бар остались вдвоём.

– Видал! – рассмеялся Бар вполголоса. – А что дальше будет!

– Может, скажешь ему? – Стив внимательно вглядывался в темноту, поглотившую гнома

и Люка. – Или ещё помучаешь?

– Завтра скажу! – Бар внимательно посмотрел на Стива. – А вот ты сам, Стив… что ты

будешь делать с такой уймой денег?

Стив пожал плечами. Он как-то совсем об этом не задумывался.

– Подумай!

Бар сел у огня, некоторое время молча наблюдал, как укладывается Стив, закутываясь

поплотнее в плащ.

– Дом хороший поставишь, хозяйством обзаведёшься. Женишься потом…

– На ком?

– С деньгами это не проблема! Можешь хоть трёх жён себе завести!

Стив вздохнул.

– Сначала надо из леса выбраться!

– Выберемся! Теперь выберемся!

Из темноты вынырнул Люк, за ним тяжело топал гном.

– Ну, как лошади? – спросил Бар.

72

– Порядок!

Люк тоже сел у костра, как раз напротив Бара. Аверзагар же, ни слова не говоря, улёгся

на землю, неподалёку от Стива, сунув под голову вместо подушки свой боевой топор. Ещё

мгновение и он уже храпел.

Впрочем, храпел гном негромко и даже как-то, мелодично, что ли, ничуточки не мешая

Стиву. Но молодому воину не спалось.

Возможность внезапно разбогатеть не особенно взволновала Стива… это была какая-то

слишком отдалённая перспектива, из леса сначала выбраться надо, а Стив уже почти

потерял на это надежду. Все его товарищи мечтали об этом… и где они сейчас?

А деньги, богатство…

Нет, неплохо, конечно, когда они есть, ну а уж, тем более, когда их много. Но сейчас у

Стива были совсем другие причины для бессонницы.

Просто, раньше для молодого воина всё было ясно и понятно, и это его вполне

устраивало.

А вот теперь перестало!

Нахмурившись, Стив перевернулся на другую сторону, поплотнее завернулся в плащ.

«Спать! – мысленно приказал он себе. – Спать немедленно!»

Стиву показалось, что он на мгновение одно закрыл глаза, но, когда он открыл их снова,

вокруг уже светало. Рядом с юношей стоял Аверзагар, он то и разбудил Стива.

– Вставать скорее! – повторил гном. – Спать нет время!

– Встаю! Встаю! – сонно пробормотал Стив, поднимаясь на ноги… потом он взглянул в

хмурое, чем-то явно озабоченное лицо гнома и добавил встревожено: – Случилось что?

Аверзагар ничего ему не ответил. Он просто стоял и молча смотрел на юношу. Странно

как-то смотрел.

– Да что произошло-то?

Стив торопливо огляделся по сторонам.

На поляну как раз наполз лёгкий предутренний туман… еле различимые отсюда лошади

буквально плыли в его белёсых волнах… их было, почему-то, всего две. У костра, низко

опустив голову, сидел Бар и, кажется, дремал, Люка же нигде не было видно.

Тревожные мысли охватили юношу.

– Люк? Где он? – Стив ещё раз внимательно оглядел поляну. – С ним что-то случилось,

да?! Что ты молчишь?

Не отвечая, Аверзагар подошёл вплотную к неподвижному Бару, поманил Стива рукой.

– Ты сюда смотреть!

– Что?!

Похолодев от недоброго предчувствия и уже понимая смутно, в чём тут, собственно,

дело, Стив бросился к потухшему костру, ухватил Бара за плечо, с силой встряхнул.

– Бар, ты… – голос его осекся…

Широко раскрытые глаза воина были пусты и безжизненны, из шеи его торчала рукоять

небольшого кинжала.

– Он мёртв быть.

Обернувшись, Стив схватил гнома за отвороты его меховой одежды, с силой притянул к

себе.

– Это ты сделал?! Ты… – он уже понимал, что гном тут ни причём… он знал уже имя

убийцы, тем более, что сумка с драгоценной накидкой тоже исчезла, как и лошадь Люка. –

Это Люк? – пробормотал Стив, отпуская гнома. – Это он, да?!

Гном засопел обиженно, но ничего не ответил. Впрочем, ответа и не требовалось.

Наклонившись, Стив снова посмотрел в лицо мёртвому товарищу.

Люк! Жирный ублюдок, как же он решился на такое!

– Мы догоним его, да? – Стив глядел на Аверзагара почти умоляюще. – Ты говорил, что

хорошо знаешь этот лес, ведь так?! Мы должны нагнать его… и тогда… тогда… – пальцы

юноши с силой впились в шершавую рукоятку меча. – Мы перехватим его, ведь так?!

73

– Нам нет необходимость искать его лес, – сказал Аверзагар, после недолгого молчания. –

Он на тропа уже. Мы тоже туда ехать.

– Откуда ему знать, в какой стороне тропа? – почти выкрикнул Стив, жажда мести и

мести немедленной, буквально сжигала его . – Откуда ему знать, где искать тропу?!

Гном снова засопел. На этот раз немного смущённо.

– Он знать, где тропа. Он спрашивать меня прошлая ночь. Мой отвечать. Мой не знать

его намерений.

«Значит, он ещё ночью всё это задумал! – пронеслось в голове у Стива. – И когда он

льстил Бару, он уже знал, что убьёт его!»

Стив тряхнул головой и увидел, что Аверзагар внимательно за ним наблюдает.

«…вы убиваете друг друга!» – вспомнились вдруг юноше пророческие слова гнома.

Возразить было нечего, люди и в самом деле вели себя как самые жестокие убийцы, если,

конечно, не считать тёмных сил зла. Впрочем, если поразмыслить, даже демоны редко

убивают друг друга…

– Его не так виноват есть! – буркнул гном, он словно и в самом деле легко читал

затаённые мысли Стива. – Рука Люк водить лесной дух. Мой предупреждать вчера, ваш не

слушать!

Ничего на это не отвечая, Стив внимательно и как-то по-новому взглянул на своего

попутчика. Странная мысль пришла вдруг в голову молодому воину.

А что если гном всё лжёт! Что, если и Люк валяется сейчас убитым где-нибудь под

грудой валежника! Возможно, накидка эта настолько дорога гному, что ради её он готов

пойти на всё, на убийство даже, тем более, что жертвы его всего лишь люди – извечные и

заклятые враги гномом! Тогда и убийство – вроде и не убийство вовсе, а скорее, подвиг…

– Ты мне не верить?

Гном, кажется, и в самом деле умел читать мысли. А может, все чувства Стива

проявились в этот момент на враз побелевшем лице юноши.

– Ты считать, что мой убивать их двоих?

В огромной лапищи Аверзагара уже был зажат его тяжёлый боевой топор, медвежьи

глазки гнома холодно и спокойно смотрели на юношу, словно подстерегая каждое

неверное его движение.

– Ты так считать?!

С быстротой молнии Стив выхватил из ножен меч, но ответная реакция гнома оказалась

ещё быстрее. Его боевой топор взметнулся вверх, выбивая оружия из рук юноши.

Впрочем, Аверзагар, тут же снова опустил топор вниз.

– Мой их не убивать! – медленно произнёс он и Стив вдруг снова поверил гному, сам не

понимая, почему. – Лошадь Люк тоже исчезать. На тропа мы найти её след.

Стараясь не смотреть в сторону Аверзагара, Стив молча подобрал меч, сунул его в

ножны.

– Извини! – он наконец-то заставил себя поднять голову и посмотреть на гнома. – Не

обижайся, ладно!

– Мой не обижаться! – гном, косолапо ступая, подошёл к юноше и неожиданно положил

на его плечо тяжёлую свою лапищу. – Мой понимать твой горе! – он вздохнул. – Но надо

дальше ехать. Нельзя тут долго остаться!

– Да, конечно! – Стив судорожно вздохнул, снова посмотрел на восковое лицо Бара. – Но

сначала мне надо совершить похоронный обряд! – он замолчал, почти умоляюще

посмотрел на Аверзагара. – Ты поможешь мне?

Некоторое время гном молчал, словно раздумывая.

– Мой тебе помогать, – произнёс он, наконец. – Твой говорить, что делать мне – мой всё

делать.

Глава 2

74

Тропа, о которой упоминал гном, оказалась, к радостному удивлению Стива, и не

тропой вовсе, а довольно приличной дорогой, вроде той, которая и привела сюда Стива с

товарищами. А, может, это и была та самая дорога.

Но, как бы там ни было, Аверзагар клятвенно уверял юношу, что, следуя этой самой

дорогой (или тропой), они, в конце концов, выберутся из кошмарного этого леса. Правда,

когда же произойдёт радостное сие событие – об этом гном умалчивал. А, может, и сам не

знал этого точно.

Ширина тропы позволяла им ехать не друг за другом, а рядом, и Стив, поглядывая

время от времени в сторону своего попутчика, всякий раз с трудом превеликим сдерживал

улыбку – уж больно комично выглядел гном верхом на лошади.

Там, на поляне, по окончании погребальной церемонии, Стиву удалось-таки уговорить

Аверзагара пересесть с неуклюжего и плохо управляемого своего «скакуна» на

освободившуюся лошадь Бара. Правда, не сразу – гном долго не соглашался, но, в конце

концов, Стив своего добился. Он также внёс предложение (и довольно разумное, с его

точки зрения) пустить освободившегося буйвола на мясо, но с этим предложением

Аверзагар не согласился категорически. Буйвола пришлось отпустить на все четыре

стороны, причём Стив был полностью уверен, что они совершают большую глупость, и

что ещё сегодня днём буйвол будет сожран какими-либо неведомыми лесными тварями.

Но переубедить упрямого гнома молодой воин так и не смог.

Поэтому, мысленно выругавшись, Стив принялся за подгонку седла и стремян,

сообразуя их длину с длиной коротких, кривых ножищ Аверзагара. В конце концов, он

справился-таки с нелёгкой этой задачей и даже помог приземистому гному вскарабкаться

в слишком высокое для него седло. После этого всадники тронулись, наконец, в путь.

Пробираясь вслед за Аверзагаром сквозь густые, колючие заросли кустарника, Стив не

имел возможность в полной мере насладиться таким исключительным зрелищем, как гном

верхом на лошади. А вот теперь, выехав на тропу, он наконец-таки обратил на это

внимание и, наверное, расхохотался бы во весь голос, если бы не опасался этим своим

смехом окончательно разъярить и без того раздражённого сверх всякой мере Аверзагара.

Вообще-то, гному, если он и впрямь родился и вырос в Северных скалах, сидеть верхом

на лошади должно бы быть не в новинку. Но мохнатые коротконогие пони гномов – это

одно, а боевые лошади воинов – нечто совершенно другое! К тому же лошадь Бара была,

кажется, самой долговязой из всех лошадей, когда-либо встречавшихся Стиву. Бедняга

Аверзагар чувствовал себя весьма неуютно и, кажется, уже успел не один раз пожалеть,

что так опрометчиво послушался Стива и променял удобного низкорослого своего

«скакуна» на это долговязое чудовище. Лошадь тоже была не в восторге от нового седока,

она выражала своё возмущение негодующим фырканьем и частым мотанием головой… в

ответ на это Аверзагар тоже фыркал и тоже мотал головой ничуть не хуже лошади.

Впрочем, гном на удивление быстро приспособился к новому своему положению,

лошадь тоже постепенно успокоилась. Да и сам Стив перестал улыбаться всякий раз,

когда взгляд его останавливался на попутчике. Тоже привык, что ли…

В правой руке юноши был арбалет, заряженный длинной стрелой с серебряным

наконечником. В лапище гнома тоже был зажат взведённый арбалет, Аверзагар обращался

с грозным оружием так сноровисто и умело, что Стив даже удивлялся поначалу. Потом он

вспомнил о происхождении всех, без исключения, арбалетов и удивляться перестал.

Оборотень, приходивший ночью, ушёл именно в эту сторону, об этом сообщил Стиву

Аверзагар, а он не мог ошибиться. Чудовище могло быть на расстоянии десяти миль

отсюда, но могло оказаться и совсем неподалёку, так что Стив предпочёл за лучшее не

рисковать. Немного успокаивало его клятвенное уверение гнома в том, что ни один

оборотень не сможет подкрасться к ним незаметно… уж он-то, Аверзагар, непременно

почует приближение любой твари, живой или мёртвой, за добрую сотню шагов, а то и за

все двести.

75

Сомневаться в правдивости слов гнома у молодого воина вроде бы не было никаких

оснований, тем не менее, он и сам старался всё время держаться настороже и не терять

бдительности ни на мгновение. Чёрный лес не то место, где ты можешь расслабиться,

наивно полагаясь на кого-либо, кроме себя самого.

Хоть гном и был довольно неважным наездником, следопытом он оказался отменным.

Поэтому он первым обнаружил на тропе почти неразличимые отпечатки конских копыт.

Здесь проехал Люк, даже не проехал – он мчался во весь дух, очевидно опасаясь погони.

Лошадь Люка – это было заметно по следам – шла то рысью, то крупным аллюром…

время от времени всадник пускал её даже галопом. Между тем Стив с гномом

продолжали продвигаться вперёд неспешно, со всеми предосторожностями – нагнать с

таким темпом передвижения убийцу становилось весьма проблематично, но когда Стив

заикнулся только, что неплохо было бы немного прибавить в скорости, Аверзагар

решительно мотнул свей лохматой башкой в знак полного несогласия с юношей.

– Лес нельзя быстрый движение! – наставительно произнёс он, в голосе гнома

послышалась даже лёгкая укоризна. – Лес опасность много. Быстрый движений – шанс

жить не иметь.

Всё это Стив знал и без гнома. Но вот Люк мчался по лесу очертя голову, и пока что

жирному ублюдку удивительно везло!

– Насколько он нас опережает? – спросил Стив Аверзагара, и вдруг заметил, что гном

очень уж внимательно всматривается в следы на тропе.

Не отвечая, гном вдруг с силой натянул поводья, останавливая лошадь. Ещё ничего не

понимая, Стив, тем не менее, тут же последовал его примеру.

– Что произошло?

По-прежнему молча гном всё всматривался и всматривался в почти неразличимые для

Стива отпечатки на тропе.

– Да что произошло-то?!

Аверзагар вытянул вперёд руку, указывая толстым пальцем на какую-то вмятину на

тропе.

– Он тут упасть, – угрюмо заметил гном. – Лошадь тоже упасть, прижать ему нога.

– А потом? – спросил Стив, тревожно озираясь по сторонам. – Потом что?

Вокруг было тихо и спокойно, но юноша знал, как обманчива бывает порой тишина.

– Потом он бежать, – угрюмо пояснил Аверзагар, озираясь по сторонам. – Бежать без

лошадь. Лошадь просто исчезать.

В ровном голосе гнома Стив расслышал нотки недоумения, даже тревоги. Неведомая

опасность страшна именно своей неопределённостью, непредсказуемостью. Здесь что-то

произошло, но ни Стив, ни даже Аверзагар, не знали пока, что именно.

– Может её унёс какой-нибудь хищник? – предположил, было, Стив, но Аверзагар

протестующе мотнул головой.

– Хищник запах оставлять – запах нет совсем! Кровь нет, след хищник нет!

Гном, оказывается, не только хорошо слышал, но и обоняние имел – ни чета

человеческому.

– Может, лошадь в лес убежала? – внёс Стив новое предположение, и снова Аверзагар

начисто отмёл его предположение.

– Лошадь упасть, больше не встать, – сказал он. – Лошадь исчезать просто.

– Вот это да! – Стив поднял голову вверх. – Не на небо же она улетела!

В это время он заметил, как ветка одного из деревьев, стоящих впереди, чуть

пошевелилась.

– Бродячее дерево! – Стив указал рукой на притаившегося хищника. – Так вот кто утащил

лошадь!

Приглядевшись, гном согласно кивнул. Дерево было не из больших, примерно в четыре

человеческих роста… это и объясняло, каким образом самому Люку удалось остаться в

живых, пожертвовав лошадью.

76

Некоторое время всадники внимательно наблюдали за притаившимся хищником, но

дерево больше никак себя не выдавало.

– Надо сторона обходить, – сказал гном. – Прямо ехать нельзя. Смерть ожидать прямо.

Стив был с ним полностью согласен. Повернув лошадей в сторону, они принялись с

превеликим шумом и треском продираться сквозь сплошные заросли низкорослого и

неколючего, к счастью, кустарника. Стив отчаянно молил Небо и всех его небожителей,

чтобы поблизости не оказалось ещё одного древесного хищника, ибо сжатые со всех

сторон кустарником путники не имели ни малейшего шанса остаться в живых при

подобной встрече.

Небо ли помогло или просто счастливое стечение обстоятельств, но, в конце концов,

измотанные донельзя Стив с гномом вновь очутились на тропе, покинув далеко позади

себя, своевременно обнаруженного, древесного убийцу. Дальше двинулись с прежней

скоростью и с удвоенной осторожностью.

– Он устать сильно, бежать последний сил, – сообщил гном, в очередной раз внимательно

исследовав тропу. – Он хромать одна нога.

«Это хорошо! – злорадно отметил про себя Стив, поглаживая левой рукой рукоятку меча.

– Это замечательно просто!»

– Тут он упасть… снова встать… – сообщал между тем Аверзагар. – Дальше уже не

бежать, идти просто. Хромать ещё сильнее. Его дерево зацепить щупальце, наверное.

– Может быть, – согласился Стив.

Он вспомнил вдруг, что совсем недавно Люк уже имел дело с ядом бродячего дерева, и

в приличной даже дозе, а, значит, теперь даже самая незначительная порция яда для него

смертельно опасна. Поёжившись, Стив представил вдруг, как ненавистный толстяк,

задыхаясь от боли и ужаса, медленно бредёт по враждебному, страшному этому лесу…

как всё труднее и труднее тянуть ему онемевшую ногу. Как напряжённо оглядывается он,

стараясь и, одновременно, опасаясь услышать за собой приближающийся топот погони…

как страшен ему малейший шорох в чащобе, со всех сторон окружающей тропу… как

мысленно прощается он уже с жизнью, и, одновременно, всё ещё надеется на что-то…

Да, как бы не относился Стив к убийце Бара, в данный момент толстяку не позавидуешь!

– Сюда посмотреть желать? – Аверзагар ткнул пальцем куда-то себе под ноги. – Видеть

что?

Стив присмотрелся.

На влажной, вязкой глине, чуть в стороне от цепочки, виляющих из стороны в сторону,

беспорядочных следов Люка, явственно виднелся ещё один след – отпечаток огромной,

когтистой лапы, нечеловеческой… и в то же время, отдалённо напоминающей отпечаток

изуродованной человеческой ступни увеличенного размера.

– Оборотень? – прошептал Стив, чувствуя, как по спине побежали холодные мурашки . –

Тот самый?

Гном пожал плечами.

– Может тот, другой тоже может. Мой точно не определить.

Оборотень шёл за Люком. Теперь, когда местность стала более низкой и влажной, и

редкий травянистый покров почти полностью исчез с тропы, даже Стив отчётливо

различал на податливой глинистой почве – и неровные, вихляющие из стороны в сторону,

отпечатки разношенных, старых сапог Люка, и, прямо поверх этих его отпечатков,

глубоко вдавленные следы тяжёлых, когтистых лап. Оборотень двигался намного быстрее

Люка, он явно его настигал… но вот отпечатки когтистых лап оборотня неожиданно

исчезли. Вместо них ошеломленный Стив различил поверх следов Люка явственный

отпечаток босой женской ноги…

– Арбалет у него быть? – шёпотом поинтересовался Аверзагар, лихорадочно меняя

обычную стрелу в своём арбалете на стрелу с серебряным наконечником. – Стрела

нужный быть?

77

Стив пожал плечами. У Люка арбалет был, стрелы тоже имелись… но вряд ли он держал

оружие в руках в момент нападения дерева. Так что, скорее всего, арбалет тоже пошёл на

завтрак бродячему хищнику, или, скорее, как гарнир к конскому мясу. А может деревья-

хищники умеют отрыгивать несъедобные предметы?

– Теперь мы внимательный должны быть!

Это было ясно и без напоминания. Всадники продвигались вперёд медленно, осторожно,

внимательно вглядываясь в обманчиво-безмятежную тишину утреннего леса. А тут ещё

тропа, до сей поры относительно прямая, принялась вдруг вилять из стороны в сторону…

и всё тянулись и тянулись по ней куда-то вдаль две цепочки следов, таких разных и уже

намертво связанных друг с другом…

– Он остановиться! – удивлённо проговорил гном. – Он её увидеть, её ожидать. Почему

не бежать, дурак?!

«От оборотня не убежишь!» – невольно подумалось Стиву. Он представил себе, как идёт

по тропе красивая эта девушка… медленно идёт прямо по направлению к Люку, и

улыбается ему совершенно так же, как улыбалась этой ночью Стиву… и смотрит на

онемевшего от неожиданности толстяка всё тем же взглядом, жаждущим, зовущим…

нежным…

Стив вдруг ощутил в душе некое подобие ревности. Этого ещё не хватало!

– Он тоже онеметь перед её красота! – констатировал Аверзагар странное поведение

Люка. – Вы, люди, не понимать, что истинный красота есть!

И гном презрительно сплюнул.

– Ты их не слышишь? – поспешил перевести разговор в более деловое русло Стив, держа

арбалет наготове. – Они далеко отсюда?

Аверзагар прислушался.

– Слышно ничего нет, – сообщил он Стиву мгновение спустя. – Они далеко от это место.

Некоторое время всадники ехали молча. Две цепочки следов тянулись теперь совсем