Текст книги "Газета Завтра 888 (47 2010)"
Автор книги: Газета Завтра Газета
Жанр:
Публицистика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)
В-четвертых, США стали проводить активную политику на постсоветском пространстве. Концепция «расширения демократии» 1993 г. предусматривала возможность включения бывших советских республик (кроме России) в НАТО. В 1990-е гг. эти проблемы носили дискуссионный характер. Ситуация изменилась после поддержки администрацией Буша «цветных революций» в Грузии (2003) и на Украине (2004). В 2007 г. Конгресс принял Закон о поддержке стремления Грузии и Украины в НАТО. Как следствие, Москва стала опасаться, что Вашингтон намерен уменьшить российское влияние на территории бывшего СССР.
С НАЧАЛА 2007 Г. в российско-американских отношениях нарастала военно-политическая эскалация. Москва пыталась удержать Соединенные Штаты в режиме стратегического диалога по ПРО/СНВ. Но в мюнхенской речи 10 февраля президент Владимир Путин впервые после 1985 г. заявил, что Россия может принять меры военного характера, если американские системы ПРО появятся в Восточной Европе.
13 июля Москва ввела мораторий на исполнение Договора об обычных вооруженных силах в Европе. 17 августа Россия возобновила полеты стратегической авиации. Весной 2008 г. Кремль выступил против предоставления Украине и Грузии индивидуальных Планов действий по членству в НАТО. Поэтому в Стратегии национальной обороны США 2008 г. Россия квалифицировалась как стратегический соперник Вашингтона.
«Пятидневная война» вокруг Южной Осетии (август 2008 г.) стала финалом второй «малой» конфронтации конца 2000-х годов. Фактическая вовлеченность в неё Соединенных Штатов была вызвана стремлением выяснить несколько моментов.
Во-первых, получить сведения о готовности России применить силу за пределами своих границ. Во-вторых, понять способность тандема «Путин—Медведев» действовать в условиях кризиса. В-третьих, выяснить степень прочности позиции России на Кавказе. В-четвертых, прозондировать уровень уязвимости российских ВВС для американских информационно-космических систем. В-пятых, создать прецедент для изменения правового режима черноморских проливов и обеспечения американского присутствия в Черном море. Возможность ограниченного военного столкновения между Россией и США перестала казаться «запредельным» сценарием.
Пришедшая к власти в январе 2009 г. демократическая администрация Барака Обамы попыталась скорректировать приоритеты в отношении России. В феврале 2009 г. вице-президент Джозеф Байден объявил о начале «перезагрузки».
25 марта стороны подписали соглашение о возможности транзита транспортных самолетов НАТО в Афганистан через воздушное пространство России. В сентябре администрация Обамы отказалась от развертывания «третьего позиционного района» ПРО на территории Польши и Чехии (хотя соответствующие соглашения США с этими странами денонсированы не были). 8 апреля 2010 г. президенты Дмитрий Медведев и Барак Обама подписали Пражский договор (СНВ-3), по условиям которого стороны договорились снизить к 2020 г. количество оперативно-развернутых СЯС до 1550 боезарядов у каждой из сторон.
Но официальные приоритеты Соединенных Штатов в отношении России почти не изменились. «СНБ-2010» объявила таковыми сокращение СЯС на 75% и снятие обеспокоенностей Москвы в сфере ПРО. При этом администрация Обамы разработала концепцию «минимального сдерживания» (minimal deterrence): сокращение СЯС и их перенацеливание на объекты экономической инфраструктуры. В условиях развития систем ПРО это может повысить соблазн у более сильной стороны пойти на силовое давление или даже развязывание ограниченного военного конфликта.
СТРАНЫ НАТО только за последние годы успели развязать несколько настоящих войн на территориях, далеко отстоящих от естественных границ блока, но при этом близких к границам России. НАТО воевало и воюет в Ираке, в Афганистане, в Югославии; сейчас его самолеты бомбят Пакистан в ходе пока что неофициальной войны. В качестве следующего объекта натовской агрессии назван Иран, у западных границ России, в Польше, размещаются американские ракеты «Пэтриот»; кроме того, в Румынии и Болгарии тоже могут установить новые батареи «третьего позиционного района» американской ПРО. А если вспомнить агрессию Грузии в Южной Осетии в августе 2008 года, то и она стала возможной именно с согласия и при поддержке НАТО и ее главного члена – США, потому что без американской военной, политической и моральной помощи Саакашвили никогда бы не решился напасть на РЮО и российских миротворцев в ней столь нагло и решительно.
Конечно, президенты стран, как и обычные люди, могут считать, будто идея об агрессивности НАТО есть иллюзия и стереотип, игнорируя объективную реальность. На протяжении последних двух десятилетий лидеры России были склонны преуменьшать опасность, исходящую от Североатлантического альянса, взамен рассчитывая на теплые и дружеские личные отношения с главами Германии, Франции и Соединенных Штатов. Возможно, потому, что стремление сосуществовать с Западом по принципу «ребята, давайте жить дружно» не требует от руководителей дополнительных нервов, усилий и необходимости считать за себя и партнеров на несколько шагов вперед. Через это прошли Михаил Горбачев и Борис Ельцин, и их идеализм обернулся для СССР и России громадными внешнеполитическими потерями, разрывом единства страны, утратой ее территорий, авторитета и влияния в мире.
Владимир Путин в начале своей деятельности на президентском посту также сделал множество шагов навстречу Западу, игнорируя стереотип об его агрессивности. В 2001 году он под предлогом высокой стоимости содержания (а на деле – по «дружескому» совету США и бывшего начальника Генштаба генерала Анатолия Квашнина) объявил о закрытии наших военных баз на Кубе (Лурдес) и во Вьетнаме (Камрань). Тогда с базы Лурдес, обходившейся России менее чем в $200 млн в год, наша страна получала до 75% всей своей экономической и военной информации о США, просто считывая переговоры наземных центров с американскими спутниками-шпионами, а также собирая сигналы телекоммуникационных сетей США.
А за базу Камрань во Вьетнаме, где ремонтировались наши тихоокеанские суда и заправлялись стратегические подводные лодки, Россия по условиям договора, заключенного в советские времена, вообще ничего не платила Ханою. Причем из Камрани Россия ушла даже до истечения срока действия договора, который завершался лишь в 2004 году. В интервью американской газете Wall Street Journal в начале 2002 года Путин заявил, что отказ России от базы в Камрани является «абсолютно правильным и взвешенным военно-политическим решением».
В июне нынешнего года источники в Минобороны сообщили, что Москва вновь пытается открыть базу в Камрани и на Средиземном море. И якобы по Камрани уже готовы документы, в которых «обоснована и просчитана необходимость восстановления пункта базирования для обеспечения российских кораблей в Азиатско-Тихоокеанском регионе». При этом источники подчеркивали, что «если будет принято политическое решение, то ВМФ готов восстановить работу базы в течение трех лет». Однако за прошедшие годы Вьетнам уже успел заявить, что Камрань больше не будет ничьей иностранной базой, так что уйти России оказалось легче, чем вернуться.
Намереваясь дружить с Западом и НАТО, Россия почти полностью развалила Союзное государство с Беларусью. Москва даже и по сей день продолжает оскорблять руководство последнего из оставшихся у неё реальных союзников в Европе, через территорию которой получает большинство европейских товаров. И забывает о том, что в Белоруссии находятся наши стратегические объекты ПРО на западном направлении и огромная группировка войск, опирающаяся на инфраструктуру белорусской армии.
Но, как и ожидалось, в обмен на либеральную добрососедскую политику Россия получила вполне предсказуемый ответ. Решив, что миролюбие России есть признак ее слабости (а слабого партнера в международных отношениях принято давить беспощадно), США вышли из Договора по ПРО и начали размещать свои базы в Восточной Европе и на Аляске. Были организованы «цветные революции» вблизи наших границ – на Украине и в Грузии, там к власти пришли американские марионетки Ющенко и Саакашвили. Блок НАТО ускорил расширение на Восток к границам России и вышел за пределы Европы, где, по уставу НАТО, он должен располагаться, в Среднюю Азию и Афганистан. На свет появился т. н. проект ЭнергоНАТО – продукт совместной политики этого блока для контроля цен на российское углеводородное сырье на территории России.
И только этот отрезвляющий душ недружественных шагов НАТО в ответ на протянутую руку Москвы привел российское руководство к осознанию бессмысленности и опасности либеральной внешней политики и тех громадных угроз национальной безопасности, которые она несет. Поэтому именно на Мюнхенской встрече 2007 года Президент РФ В.В.Путин выступил против попыток западных стран строить однополярный мир в ущерб интересам других народов и призвал уважать роль ООН как единственного законного механизма принятия решений в мире об использовании военной силы.
Похоже, что Россия опять, в который уже раз, проходит период либерального внешнеполитического идеализма, надеясь на добрые личные отношения с западными руководителями. По крайней мере, из Кремля постоянно раздаются заявления о том, что добрые отношения и взаимное уважение лидеров разных стран ведут их к успеху. К сожалению, это заблуждение очень давнее и распространенное, потому что внешняя политика есть вещь крайне жесткая: в ней на кону стоят интересы и безопасность стран и народов, в них по определению нет места такой химере, как взаимная приязнь лидеров. А есть лишь государственные и национальные интересы, которые должны всегда превалировать над личным уважением к кому угодно: к Меркель, Саркози или Обаме.
Западные лидеры давно заметили и широко используют склонность российских руководителей верить в дружбу народов. Сейчас они в полной мере применяют это оружие против президента Медведева. Накануне встречи в Лиссабоне следовало бы еще раз оглянуться. К сожалению, этого не произошло.
Исследование информационно-аналитического центра «НАМАКОН» публикуется в сокращении
Александр Горбатов ЗАЧЕМ РОССИЮ ТЯНУТ В НАТО?
Два года назад, в августе 2008 года, находящийся тогда в Европе далай-лама дал интервью телеканалу «Евроньюс». Обсуждая с ведущим передачи вооруженный конфликт в Южной Осетии и Грузии и временный разрыв НАТО дипотношений с Россией и возникшую в связи с этим напряженность в отношениях Россия—Запад, непризнанный Китаем тибетский духовный лидер предложил самый радикальный и наилучший метод разрешения этой проблемы – вступление России в НАТО. Тогда это предложение выглядело, мягко говоря, парадоксальным, но далай-лама настаивал, что именно это исключит не только фактор европейской нестабильности, но и сделает позицию России полностью предсказуемой. Стоит ли говорить, что за скобками остался и еще один вытекающий из этого аргумент – усиление давления на Китай. Хотя об этом ничего не было сказано, молчание порой красноречивее всяких слов.
Спустя два года мы видим, что предложение далай-ламы вовсю становится реальностью. Россия разворачивается в сторону НАТО, а в отношениях с Китаем, наоборот, никакого прогресса нет. Не меняется в сторону расширения или улучшения формат Шанхайской организации сотрудничества, не выдвигается никаких перспективных инициатив. Более того, не прошло и недели после визита президента России Дмитрия Медведева в КНР, как 4 октября главком ВМФ России Владимир Высоцкий дал крайне жесткое, по отношению к партнеру по ШОС, интервью ИТАР-ТАСС, которое касалось совместного норвежско-китайского проекта в Арктике. А дальше эта жесткость была доведена до предела на сайте NEWSru.com, где новость прошла под уже просто абсурдным заголовком «Главком ВМФ объявил арктическую войну Китаю: ни пяди своих интересов Россия не сдаст». А на следующий день «Известия» опубликовали статью замдиректора Института политического и военного анализа Александра Храмчихина, крупно анонсируя её основную идею: «Появление хотя бы одного авианосца позволит военно-морским силам Китая обеспечить благоприятный оперативный режим, включая Сахалин, Курилы и Камчатку». Хорошо, что после всего этого хоть мобилизация не была объявлена, и китайцы вроде бы промолчали.
А если говорить серьёзно, не стоит наивно думать, что в Пекине ничего не заметили и ни на что не обратили внимания. Нет сомнения, они скрупулезно ведут «дефектную ведомость» претензий и предъявят её, когда, как говорится, настанут сроки.
Тот цивилизационный выбор, который теперь настойчиво предлагается сделать нашей стране, приведет к тому, что Россия может действительно стать прифронтовой или даже фронтовой территорией гигантского блока НАТО по отношению к исламскому нестабильному Югу и к могучему Китаю, с которым у нас более 4 тысяч километров общей границы.
Характерно в этом отношении высказанное не кем-нибудь, а Зб. Бжезинским мнение германской «Rheinischer Merkur» еще в октябре прошлого года: «…блок НАТО стал бы другим, если бы в его ряды вошла Россия, страна недемократическая и в военном отношении весьма своенравная… Её следует включить в масштабную глобальную сеть безопасности. Это некоторым образом может помочь ослабить её имперские амбиции». Россия, говорил Бжезинский, «не враг, но она еще враждебно относится к НАТО. Эта позиция вряд ли быстро изменится, тем более, что премьер-министр Путин в 2012 году снова станет президентом». Думается, сегодня этот известный политолог по последнему пункту вряд ли был бы столь же категорически уверен. Время, как ни странно, делает перспективы 2012 года менее ясными. Возможен не жесткий, а более мягкий, либерально-демократический, прозападный путь, которым последует российский лидер после президентских выборов.
И в заключение – небольшой штрих на тему – «взгляд за кулисы» по поводу заинтересованности НАТО в связи с последними либеральными инициативами. В публикации от 11.10.2010 журнала «The New Times» («Новое время»), посвященной перспективам безвизового режима гражданам России в страны Евросоюза, сказано: «…в реальности цементирующая основа – это общая внешняя безопасность» – на условиях анонимности делится с корреспондентом журнала один из высокопоставленных чиновников Еврокомиссии. «Для устранения визового барьера необходимо, чтобы Россия и ЕС вначале стали партнерами на военно-политическом театре». По его словам, сейчас впервые за последние десять лет появились реальные предпосылки к этому. Россия и Запад должны быть скованы одной цепью перед лицом новых угроз.
А не проще ли спросить, предварительно, конечно, все обсудив и растолковав, у наших людей, хотят ли они вообще сесть на эту цепь?
Автор – консультант ИРКСВ
Денис Тукмаков ТАТЬ В НОЧИ
СЕАНС РАЗОБЛАЧЕНИЯ
Русское интернет-сообщество кипит, блогосфера негодует, информационные сайты превратились в братьев-близнецов – топ-новостью каждого является одна и та же тема: запись Алексея Навального в своем «Живом Журнале» под названием «Как пилят в Транснефти». Скандал стоит небывалый: за первые сутки после публикации её аудитория составила миллион человек. Всеобщий ажиотаж, перепечатки зашкаливают, ссылками делятся все вокруг, и кто-то уже присваивает автору титул «капитан Очевидность». Реагировать вынуждены уже и официальные структуры. Молчит один только телевизор в углу. Он не расскажет о скандале.
О чем же написал Навальный, «миноритарный акционер многих российских корпораций», что ни день сутяжничающий с ними в честном российском суде?
«Прежде, чем вы начнете читать – загляните в свой бумажник, – начинает автор. – Может, вы и не заметили, но из него пропало примерно 1100 рублей. Не так много для каждого из нас, но эту сумму украли у каждого совершеннолетнего жителя России. Всего, по нашей оценке, по ходу этой истории было украдено не менее 4 млрд. долларов».
И далее Навальный, приводя сканированные листы "Материалов, подготовленных ОАО «АК „Транснефть“ по запросу Счетной Палаты № ЗИ-11-03-69/11-03», подробно рассказывает о том, как во время проектирования и строительства "Трубопроводной системы «Восточная Сибирь—Тихий океан» исчезло порядка ста двадцати миллиардов рублей государственных – то есть наших с вами – денег. Тащили по-всякому, заявляет Навальный. Завышали стоимость работ. Мухлевали с подрядчиками. Вводили липовые посреднические «услуги». Нарушали торги по выбору подрядов. Незаконно уничтожали документы. Учреждали оффшоры. Наносили необоснованный ущерб. Устраивали фальсификации и подлоги. Кто всё это устроил? Сотрудники «Транснефти», ее дочерние структуры и подрядные организации, отвечает Навальный.
Разоблачитель подчеркивает: «взрывающие мозг» документы являются не его собственным расследованием и не досужим «мнением экспертов». Это официальный, с подписями и печатями, отчет, составленный в 2008 году специалистами самой «Транснефти» по официальному запросу главного инспектора Счетной палаты А. С. Александровича.
Это говорит о весомости документа, раз. И о том, что вопиющие факты были тогда же предоставлены пред очи Счетной палаты, два.
И – никаких последствий. Никаких десятков и сотен уголовных дел. Никаких громких увольнений с волчьим билетом.
Впрочем, одна отставка все-таки состоялась. Семен Вайншток, с 1999 г. руководивший «Транснефтью», 11 сентября 2007 года сменил место работы и был отправлен… возглавлять госкорпорацию «Олимпстрой» в Сочи. В апреле 2008 года он был снят и с этой должности, после чего Семен Михайлович избрал местом своей дислокации город Лондон. Все это не помешало ему получить в июле того же года орден «За заслуги перед Отечеством» III степени – как сказано в президентском указе, «за большой вклад в развитие отечественной промышленности и многолетний добросовестный труд». Ну, а весной нынешнего года Вайншток переехал на ПМЖ в Израиль.
ТОРЖЕСТВО ВОРА
«Информационная бомба» Навального разорвалась в блогосфере, и осколки ее усеяли, так сказать, благодатную почву. И хотя речь в этом расследовании шла о делах пятилетней давности, все понимают, что это – удар по нынешнему правительству России и лично по Путину. Если за два года никто так и не был посажен, если дело спущено на тормозах, если «Транснефть» продолжает строить трубопровод и «сидеть на потоках», а ее прежний руководитель остается на свободе, стало быть – в этом тоже кто-то виноват. Кто, если не власть?
Удар по Путину пришелся на чувствительное место. Общество взбудоражено тотальной коррупцией, пронзившей каждую сферу жизни. Главными коррупционерами в глазах людей выглядят не частные лица, не бизнесмены и не финансовые магнаты, а высшие чиновники государства. Любое обвинение в «попилах и откатах» на столь высоком уровне, как строительство стратегического трубопровода на Дальний Восток, бьет напрямик по системе государственного управления, и прежде всего – по лидеру исполнительной власти.
Но Путин – молчит. Не конкретно по делу «Транснефти» – на следующий день после информационной бомбы от Навального «Транснефть» получила благодарность от правительства за «вклад в развитие отношений с Китаем» и «в связи с завершением трубопровода». Путин – и силовики вместе с ним – молчат концептуально, никак не реагируя на мочилово, организованное против них. Премьер то и дело встречается с подчиненными, мотается по России, посещает проблемные точки страны, разговаривает с животными, разъезжает на болидах, но – молчит. Путин – в информационной ловушке. Стоит ему начать реагировать на все эти чудовищные упреки, как мигом закружится колоссальный смерч новых обвинений. Время для реагирования упущено: люди, стырившие четыре миллиарда баксов, вот уже несколько лет разгуливают на свободе.
Подобные скандалы сотрясают Россию с регулярностью средневековых эпидемий. Невиданный хапок в эпоху приватизации и «первоначального накопления капитала». Гигантские суммы, недополученные при залоговых аукционах. Предшествующий дефолту 1998-го транш МВФ в размере 4,8 млрд. долларов, растворившийся безвозвратно на неизвестных счетах. Шиш, заработанный бюджетом после продажи активов ликвидированного РАО ЕЭС, когда государство из причитающихся ему 15 млрд. долларов, по утверждению А. Илларионова, не получило ровным счетом ничего.
Время от времени сажают проворовавшихся мэров и префектов, но главные воры всегда безнаказанны.
Не просто бизнес, не одна только элита, но и вся Российская Федерация как государственная машина за два десятка лет существования обернулась «Татем в Ночи». Россия все последовательнее живет по принципу «Приватизация прибыли, национализация убытков». Государство, сбрасывая с себя одно за другим обязательства и поощряя истеричный угар жирующей элиты, возлагает всё бремя расходов на население – подавляемое, загнанное в стойло деградации, лишенное политических средств воздействия на власть. Отчетливее всего это проявилось в Кризис 2008 года, когда на спасение «конкретного бизнеса конкретных людей», по выражению «Ведомостей», было потрачено порядка шести триллионов рублей – сумма, сравнимая с расходной статьей всего российского бюджета-2008.
ВАЛИТЬ ЛЕС, ВАЛИТЬ ИЗ СТРАНЫ
Главное, что день и ночь воруется сегодня в стране, – это не бюджетные транши, но историческое время. Россия топчется на месте. У правящей элиты, уже открыто пренебрегающей Россией, отсутствует образ будущего для нации. Никакая модернизация так и не запущена. «Нанотехнологии» оборачиваются грандиозным блефом. Госкорпорации приказали долго жить. Нацпроекты, сжирая колоссальные средства, в лучшем случае латают дыры на истерзанном, в клочьях и струпьях, теле страны. Развитие в России остановлено.
Теперь либеральствующие «изряднопорядочные» резвятся в блоге у Навального, наперебой клеймят Путина, голосуют на «Эхе Москвы» за то, чтобы «валить из Рашки». Но ведь именно они, либералы, в первую очередь повинны в воцарившемся положении дел. Они год за годом ластились к режиму, обслуживая его со всей неистовостью и беззаветностью идеологических борцов. Именно они тщательно, кирпич за кирпичиком, возводили систему тотального воровства и «войны всех против всех», оправдывая приватизацию и залоговые аукционы, призывая народ отринуть «краснопузых», затем проклясть «нациков» и, в конечном итоге, заклеймить «имперастов» и «поцреотов». Сами либералы поимели от режима всё – и вот теперь они мечтают «свалить».
Пусть сваливают. Невыносимо уже от их жути. От их скотской лицемерной жути людей с вечной фигой в кармане, которые, как в анекдоте, «дерут и плачут». Пусть бегут, если им жизнь дорога – иначе, оставшись тут, свалив режим и вместе с ним страну, они очень скоро будут болтаться на скинхедских виселицах. Потому что единственный жизнеспособный проект на развалинах Российской Федерации – это обрубленное по рукам и ногам моноэтническое государство, в котором править будет, жестоко и тупо, второе издание «Черной сотни».
Впопыхах либералы грызутся между собой, натравливая на Навального политтехнологов, озадаченных, кто заказал тому мочилово Вайнштока, зачем потребовалось ворошить пронафталиненную тему двухлетней давности и отчего «миноритарный акционер» не требует расследовать нынешние подвиги «Транснефти». К этому вопросу присоединяются уже и прокремлевские сетевые ресурсы, вопрошающие, отчего Навальный всякий раз обрушивает свой гнев на общегосударственные проекты, реализация которых невыгодна глобальным конкурентам. Заодно они выпытывают у Навального, как нынче его успехи в учебе в Йельском университете и чем именно занимался он на закрытом семинаре IRI и USAID для российской демократической оппозиции, прошедшем в марте этого года под покровительством представителя политотдела посольства США Роберта Бонда.
И все же большинство либерально-ориентированных пользователей социальных сетей который день носят Навального на руках и требуют немедленной отставки правительства. Ради этого они готовы довериться даже Счетной палате – то есть фактически самому правительству. Ради этого сойдет и внутрикорпоративный конфликт, когда новые сотрудники «Транснефти» сдавали Степашину предыдущих коллег. Все пойдет в дело, лишь бы свалить власть – или свалить из страны.
Но, может, быть, стоит уже – сажать? Давать ворам срока? Отправлять преступников этапами в Сибирь? И тут у либералов наступает помрачение ума.
Двадцать лет они твердили нам про репрессии 30-х годов: «Это было уничтожение лучших людей страны». Или даже так: «Это была война со своим народом». Что вменяли они Сталину? То, что «истребил элиту»: руководящую, военную, научную, творческую...
Но вот вскрывается мегаворовство в государственной компании. Тут ведь по-хорошему нужно сажать всех, верно? Скольких – всех? Сто человек? Тысячу? И это только одна компания. Сколько в стране таких корпораций? Десятки? Сотни? И ведь всех этих «пильщиков» и «откатчиков» можно назвать «производственной элитой». Цветом нации, в некотором роде. Не бомжи в кабинетах сидят, а люди с высшим образованием, отцы семейств.
Но разве вопиющая коррупция в стратегической кампании – не антигосударственная деятельность? Разве это не политический вопрос? Не враги ли народа миллиардами воруют у страны, из бюджета, у нас с вами? Не 58-я ли сталинская это статья?
А ведь есть еще воры в армии и силовых структурах, в ВПК и многочисленных НИИ, в министерствах и муниципалитетах. В общественных организациях, включая «шакалящих у посольств». В театрах, больницах, вузах, спортивных клубах, СМИ – это уже творческая интеллигенция.
Помимо воров, имеются убийцы, истребляющие по двадцать тысяч человек в год, а также насильники и развратники, хулиганы и автоугонщики, бойцы наркомафии и производители палёной водки.
Все вменяемые люди понимают, что сажать нужно. Так почему бы не объявить это «репрессиями»? Мы же о подавлении коррупционеров, убийц, насильников говорим? Так давайте называть вещи своими именами. Миллионов пять, которых нужно будет отправить в новый ГУЛАГ, наберётся? Да где-то так и будет. И вот скажите теперь: если кто-то, лет через пятьдесят, опять назовет эту борьбу с ворьём – «войной с собственным народом», прав ли он будет?
В ОЖИДАНИИ ЧУДА
Путин, Навальный, Вайншток… Ну, а мне-то что? Отчего я всякий раз готов впрячься за власть/Россию/стабильность? Отчего так боюсь распада страны, гражданской войны, всеобщей деградации?
Ведь если режим рухнет, я-то мало что потеряю. Я ничего от нынешней власти не имею, кроме разве что социальных выплат за детей, за которые муниципалов благодарить надо. Я не сижу на бюджете, не пилю потоки, я отстранен от пирога, не имею никакого доступа к реальному богатству страны. Так отчего бы мне не желать нового передела, при котором, возможно, и мне что-то перепадет?
Всё, что я получаю от государства, – это один сплошной геморрой в лице полицаев, налоговиков, чиновников, таможенников и собственно верховной власти. Бесплатные поликлиника и школа? Сам я давно уже хожу к платным докторам, а за детских врачей и учителей ежемесячно плачу налоги, так что мы квиты. Государство меня защищает? Не уверен: от ментов я за всю жизнь не увидел ничего хорошего, ну а армия и подавно с 1991-го не при делах.
Зачем я впрягаюсь за всех этих долдонов из «партии и правительства», если они сами себя не защищают – заткнули рты, не реагируя на поток обвинений? И если их всех в один прекрасный день зачистят под корень – мне-то чего горевать? В нынешней системе все мои горести – псу под хвост.
А для чего я так переживаю за мой богоносный народ? Отчего страдаю из-за того, что одна его часть мечтает валить прочь, а другая добровольно, даже не рыпаясь, предпочитает вымирать по миллиону в год? Ведь когда с кем-то что-то происходит на уровне обыденного опыта – какой-то дурак рядом годами глушит водку, перебегает на красный свет автостраду, подсаживается на героин, занимается уринотерапией или отдает квартиру секте – мне такого ни капли не жалко. Откуда же берется жалость, когда доходит до статистических сотен тысяч?
Что ж я без конца переживаю: то за армию, то за сельское хозяйство, то за заводы, то за РПЦ? Ведь если военные двадцать лет терпят беспредел, село добровольно спивается, работяги не готовы даже на стачку, а РПЦ позабыло про русский народ – чем я им могу помочь?
А Россия? С чего бы мне страшиться её распада? Ну, распадётся – в первый раз, что ли? У нее привычка такая: каждые лет триста разлетаться вдребезги. А потом снова собираться.
Так почему же?!
И тут вдруг я понимаю: что-то осталось. То ли гордость, то ли стыд. Жгучая тоска оттого, что в России больше не умеют производить канцелярские скрепки, аспирин и лампочки. Досада за то, как можно было профукать такую страну. Злость за всех этих придурков несчастных, торчащих кто во власти, кто на героине: да что ж вы творите-то, братцы?! Бытовое нежелание видеть в соседях, в одноклассниках детей, в постовом на перекрестке каких-нибудь китайцев. Осознание, что страдают ведь где-то действительно невинные души: в детдомах, в тюрьмах, в своих пустых стариковских квартирах. И какая-то странная уверенность в том, что должно же случиться какое-то чудо, что без чуда тут никак, что не бывает так, чтоб без чуда.
