Текст книги "Пособие обольщения от умной дуры (СИ)"

Автор книги: Галина Кор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)

Глава 34

Маша

–Ну что вы такая неживая, Мария? Обнимите Константина, улыбнитесь, – уже второй час этот додик в коротких оранжевых штанишках и клетчатом свитере, бегает вокруг нас с фотоаппаратом и заставляет играть счастливую пару.

Под его пристальным взглядом и советами рядом стоящего дизайнера интерьера Сурена, мы успели нарядить супер-пупер модную елку, разложили под ней гору пустых коробок, завернутых в подарочную упаковку, удачно обыграли камин, а теперь лежим перед ним на ковре и играем в романтику.

Меня облачили в удлиненный вязанный свитер-тунику свободного кроя приятного бежевого цвета, в комплекте к нему шли высокие гетры. Прямо домашняя курочка… с идеальными локонами и нюдовым макияжем.

Косте же сватали два варианта, на выбор. Первым был свитер с оленем, второй со снежинками. От первого он почему-то категорически отказался.

–Зря, – сказала я, – у оленя глаза добрые, прямо, как у тебя, – за что получила шлепок по попе и гневный взгляд.

Я устала. Оказывается, играть в любовь и быть счастливой на фото – сложно. Особенно, когда туда-сюда бегает толпа людей: то свет переставляют, то макияж поправляют… Косте они тоже надоели, смотрит он на них волком… но ничего не говорит, видно результат важнее личных эмоций.

За окном уже темно. Я перестала следить за временем очень давно. Я надеялась, что оно у них ограничено и, сделав пару кадров, они свалят в закат, но… не так всё случилось, как мне бы хотелось.

Костя сидит на мягком ковре оперившись спиной о диван. Я, по задумке гуру фотографии, лежу между его ног. Одно радует и отвлекает от этого назойливого типа – Костя запустил руку мне в волосы и там шурудит, отчего я млею и таю, перехожу в исступленно-восторженное состояние. Поднимаю голову и преданно смотрю Косте в глаза, оказывается, я ещё тот тактильный маньяк, и задаю давно волнующий вопрос:

–Кость, а когда они уже уйдут, уморили, – он чуть наклоняется, таинственно улыбаясь, тянется, чтобы поцеловать меня в лоб. И…

–Отлично, снято. Это фото и разместим в журнале, – произносит этот гад. И всё это было ради одного фото? Да я бы ещё в начале съемки могла задать этот вопрос! Сколько времени бы сэкономили! – Съемка окончена, всем спасибо, – громко объявляет фотограф, хлопая в ладоши, как хлопушка-нумератор при съемке кино, и всё принимаются активно собираться.

Костя поднимается, чтобы выпроводить их за порог, а я так и остаюсь лежать на ковре. Поворачиваю голову к камину и слежу за языками пламени. Красиво.

–Что будем делать? – задает вопрос вернувшийся Костя.

–Иди ко мне, – маню его пальцем. Он опускается рядом, принимая ту же позу, что и раньше, а я кошкой крадусь к нему. Сажусь сверху, лицом к лицу. Провожу рукой по волосам… по щеке… Что-то меня потянуло на ласки. Может общая атмосфера навеяла?

–Где будем проводить Новый год? – теперь млеет он. Сейчас передо мной сидит добрый пушистый домашний кот. Он сыт, в тепле, у него игривое настроение и довольная улыбка…

–Может прямо здесь, на этом ковре, – говорю первое, что приходит в голову.

–Значит никакой Франции? – дергает бровью.

–А что я там не видела? Эйфелеву башню, что ли? – конечно, я не была во Франции, возможно, никогда и не полечу. И можно было бы воспользоваться моментом, но я не хочу.

–А что хочешь? – шепчет мне в губы.

–Тебя хочу, – мурлычу, целуя Костю в шею. Он тоже не теряет времени даром, запустил руки под свитер и гладит мою попу.

Между нами искрит. Желание настолько сильное и обоюдное, что заводимся с пол-оборота. Тяну вверх его свитер со снежинками. Прямо рвет на части, так хочется провести руками по горячей коже...

–Кх-кх… – упс, чуть оседаю и вжимаюсь в Костю, чтобы непрошённый гость не сильно рассматривал меня. – Босс, там это… проблема…

Костя резко оборачивается… Судя по голосу, обломщиком оказался Кит, правая рука Кости. Я с ним редко пересекаюсь, а разговаривала вообще один раз, в тот день, когда впервые попала в дом. Если честно, то он мне не нравится, на интуитивном уровне. Смотрит всегда так… оценивающе, придирчиво, будто пытается понять, что же такого во мне нашел Костя. Если бы не знала о его ориентации, могла бы предположить, что он ревнует Костю ко мне.

–Иди в кабинет, сейчас я подойду, – чуть высовываюсь из-за плеча Кости, подглядывая. Кит уходит. Костя поднимается и принимается снова натягивать свитер, который я уже успела с него стянуть. – Так что, едем куда-нибудь на праздник?

–Нет, не хочу, – отвечаю откровенно.

–А меня хочешь? – смотрит сверху вниз, глаза чуть прищурил, старается скрыть улыбку. Я так и сижу у его ног на ковре, будто перед господином. Я вижу, как ему эта расстановка нравится, его желание доминировать невозможно скрыть. Сейчас передо мной уже не пушистый ласковый котик, а тигр перед прыжком.

Осматриваю его с ног до головы. Как такого можно не хотеть?!

–Хочу, – мой ответ искренен, не вижу смысла это скрывать.

Костя доволен моим ответом. Его внутренний эгоист ликует. Он, будто поставил себе цель – привязать меня к себе… влюбить, чтобы дышать без него не могла. А что потом? Бросить? Растоптать? Зацепить побольнее? Он разворачивается и уходит, а я сажусь на диван и цепляясь то за одну мысль, то за другую, закручиваю сложившуюся ситуацию, как спираль, пытаясь понять, во что это выльется.

Как бы мне не хотелось признаваться, продолжая корчить из себя такую самостоятельную и независимую девушку, но я вязну в этих, если так можно выразится, отношениях. Костя, как паук, выплетает вокруг меня сети, то и дело задевая… И вот я уже связана по рукам и ногам, ещё брыкаюсь, но с каждым движением дышать все труднее и труднее.

–Маша, – на холодный и грозный тон реагирую быстро. Вскакиваю с дивана и во все глаза смотрю на Костю. Что уже произошло? Куда подевался мой кот-пушистик, верните его… Сейчас передо мной злобное чудовище. – Я ухожу, когда вернусь, не знаю. В доме ты одна, и никто не зайдет, ужинай без меня, не жди.

–Так может мне уехать? – глупо находиться в чужом доме, когда хозяин уходит, да ещё и плохом настроении.

–Тебе лучше быть здесь. И праздник никто не отменял… – разворачивается и уходит. А я стою посреди комнаты, не зная, куда себя деть.

Костя.

Новая жертва... словила лбом пулю.

Если раньше я бы только хмыкнул, пожелав новоиспеченному трупу землю пухом, то сейчас меня нереально потряхивает. И не потому, что я боюсь умереть, нет… просто чувство, что я, получив эту самую пулю в лоб, потеряю нечто большее, чем жизнь, заставляет принимать происходящее острее и болезненнее.

Пока Сема рассказывает все, что ему известно по делу, мой телефон оживает. Номер не определен. Сбросить? А вдруг что-то важное…

–Да, – принимаю вызов. Вскидываю указательный палец останавливая Семена на полуслове.

–Приветствую, Константин Игоревич, это полковник Златов, наркоконтроль.

–Чем обязан? – я абсолютно не ангел, и никогда им не был… и даже прикидываться не буду святым, уж слишком велик список моих «добрых» дел, но… я никогда не барыжил наркотой.

–Мне бы с вами переговорить… наедине.

–О чём? Я просто уверен, что точек соприкосновения у нас с вами нет, – говорю твердо и уверенно.

–Я думаю, что мое предложение покажется вам интересным… Скину адрес, – говорит с нажимом, убедительно настаивает на моем присутствии. Пока явной проблемы нет, думаю, не стоит загрызаться с «нариками»… Узнаю, что он хочет, если что-то неприемлемое, буду поднимать связи.

Златов сбрасывает и через секунду прилетает адрес с геолокацией. Какое-то предприятие в черте города.

–Кто это был? – не без интереса спрашивает Сема.

–Да так… А связь между всеми этими смертями есть? – задаю такой явный вопрос, который раньше почему-то не всплывал.

–Они все в той или иной мере были причастны к наркоте. Кто-то закупал, кто-то продавал, кто-то поставлял… Не мелкие сошки. Все они не местные, но странным образом очутившиеся в нужное время и в нужном месте, чтобы принять смерть, как данность.

–Очень занимательная арифметика, – стараюсь сложить всю картину целиком, но пока не очень-то выходит. Одно понятно, кто-то убирает лишних, чтобы на их место поставить нужных. И на этом фоне звонок Златова… Что он хочет предложить мне? Уверенно встаю из-за стола, – я сейчас кое-куда съезжу…

–Я с тобой.

–Нет, ты мне там не нужен, – вижу, что Сема недоволен. А мне посрать. – В дом никого не пускать, тут будет Маша. Камеры… отключи, проверка – раз в час, – почему-то мысль, что кто-то будет на нее пялиться, приводит в бешенство.

Захожу в гостиную, сообщаю Маше о своём отъезде. Не нравлюсь я ей… с неустойчивой психикой и хищным выражением лица… ну что поделать, жизнь не всегда зефир.

Долго петляем по району. Никак не можем найти указанное на карте место. Женя останавливает машину ровно в тот момент, когда она совпадает со значком указателя местоположения на карте навигатора.

–Походу здесь, – крутит он головой, стараясь хоть что-то рассмотреть, – открывает дверь.

–Сиди в машине, – даю команду, а сам выхожу на улицу.

Холодно, охереть, как холодно на улице. Осматриваюсь. Метрах в двадцати, небольшой проход между двумя зданиями, машина там не проедет, придется идти. Подхожу ближе, заглядываю за угол. В конце прохода дверь, над ней блекло горит жёлтая лампа, качаясь на ветру. Это здание какой-то швейной фабрики, а две пристройки – склады для внутреннего пользования, машины грузятся с другой стороны, я видел большие ворота, когда мы объезжали здание в поисках нужной точки.

Становлюсь ровно по середине прохода и смотрю на центральное здание. Оно трехэтажное. Окна на первом и втором этаже зарешечены. В одном из окон на втором этаже горит свет. Уверен, что мне туда.

Внутри нарастает неприятное чувство. Страх… думаю, что нет… скорее предчувствие…

Весь этот проход длиной метров пятьдесят-шестьдесят, не больше… Дохожу ровно до середины, и жёлтая лампочка ярко вспыхивает и гаснет. Перегорела, что ли?

Только собираюсь сделать следующий шаг, как со спины в мою печень упирается ствол.

Первая мысль-молния: «Маша, она сама дома!» Грозит ли ей опасность? Блять, я не думаю о том, как оттянуть свою смерть, а переживаю о Маше, которая сидит в неприступной крепости!

Весь напрягаюсь, превращаясь в камень. Я уже приготовился почувствовать боль… опыт ловли пуль у меня есть… неприятное ощущение.

–Спокойно, Константин Игоревич, сегодня не день твоей смерти.

Глава 35

Константин

Я пытаюсь уловить знакомые нотки в голосе, но никак не могу отнести их к какому-то определенному человеку. Перед глазами есть образ, а лица меняются, будто слайды… Совпадений пока нет.

Хочу резко повернуться, чтобы увидеть незнакомца, но пистолет сильнее вдавливается в район печени. Я прямо чувствую, как она истошно вопит и бьется в истерике, пытаясь вразумить меня. А говорят, что печень молчаливый орган… точно не моя.

–Не стоит… – говорит голос, – и идти туда не стоит. Через тридцать секунд включатся камеры… и только тебе решать, светиться перед ними или нет. Златов уже ничего не предложит, поверь.

–Он мертв?

–Считай до пяти, вслух, – оставляет без ответа мой вопрос.

–Пять, – пистолет уже не упирается в моё тело, – четыре, – не слышу дыхания за спиной, – три, – я слышу только свой голос, – два… один! Резкий поворот головы – за спиной морозная ветреная ночь, и бешеная луна на небе светит ярче всех тусклых лампочек. Мертвая тишина… Будто и не было никого. Будто привиделось всё.

Срываюсь с места и бегу. Выбегают из проулка. Машина так и стоит в стороне. Запрыгиваю внутрь.

–Гони, – Женя быстро реагирует, педаль газа в пол и стартуем с пробуксовкой. Он то и дело смотрит по зеркалам, пытаясь понять, от кого мы бежим. Но сзади никого.

–От кого мы сматываемся? – наконец-то задает вопрос, остановившись на светофоре.

–От себя, – что я могу ещё ответить. Женя бросает на меня озадаченный взгляд, но не решается ничего сказать. Только покряхтел недовольно. Наверное думает, что я чёртов чокнутый тип.

–Кто-то выходил из переулка до меня? – ведь здание было прямо перед ним.

–Нет, кроме вас никто не выходил. – Значит незнакомец скрылся за одной из складских дверей.

Мимо нас пролетает несколько полицейских машин, а следом скорая помощь. Если тот тип не врал, то Златову ничем уже не помочь. Труп, он и в Африке – труп.

Что же Златов мне хотел предложить? Думаю, что возглавить одно из направлений наркобизнеса. Как ни как, а моя репутация… мать её ети, идет впереди меня. Большой город помнит всё… Кто с чего начинал, кто где косячил… Уверен, что папочка на меня у этого майора есть или была… А если этот тип забрал ее, теперь я его джин?

Нет-нет, если бы он что-то хотел, то сразу озвучил. У нас было время… Даже в те тридцать секунд мы могли решить многое.

–Куда едем? – нервно постукивая пальцами по рулю интересуется водитель.

И куда мне теперь, блядь!

Поеду к Лиле, может она что расскажет.

–В «Туз».

–А разве его не закрыли?

–Может и закрыли, но хозяйка-то на месте. Или ты мой бензин экономишь? – цежу сквозь зубы. Кривит ебло, что-то бормоча, но везет куда говорю.

Выхожу из машины прямо у центрального входа клуба «Туз». М-да, раньше припарковаться вот так, никогда не получалось. Всегда был ажиотаж. Машину некуда было приткнуть, клуб гудел, музыка, смех продажных баб… а сейчас… дикий-дикий запад… только ветра с песком, гоняющего перекати-поле, не хватает.

Поднимаюсь по ступенькам. Дверь открыта. Прохожу по пустым помещениям. Везде чисто, убрано, но звенящая тишина говорит о многом… гостей здесь ещё долго не будет. Иду по направлению кабинета управляющей. Он на втором этаже.

Дверь приоткрыта. Толкаю ее, чтобы зайти. Лиля сидит в своем рабочем кресле. В одной руке тлеющая сигарета, в другой стакан со спиртным. Она видела, как я проходил внизу по залу и поднимался к ней. Одна стена ее кабинета сделана из бронированного и тонированного стекла, поэтому всё помещение клуба перед ней, как на ладони.

–Привет, – не знаю почему, но голос дрогнул. Видеть Лилю такой… Прекрасно понимаю, что могу оказаться на ее месте, поэтому никакого удовлетворения от ее проблем не испытываю. Мы знакомы не так давно, никаких любовных историй… просто она сильная духом женщина, и это всегда побуждало уважать ее. Сильные люди, даже в слабости – сильны.

–Выпей со мной… Одна не могу.

Подхожу к столу. Напиваю в чистый стакан из бутылки виски. Подношу свой стакан к ее…

–Давай, не чокаясь, – одним глотком выпивает все содержимое. Не задумываясь, делаю тоже самое.

–Все так плохо? – задаю вопрос, садясь в кресло напротив.

–Меня сливают, – крутанувшись в кресле, отворачивается от стеклянной стены и поворачивается лицом ко мне, – скоро здесь появится новый управляющий.

–А ты? – странно, насколько я помню из рассказов «знатоков», этот клуб открывался именно под Лилю. За заслуги, так сказать, перед «компанией». Ее муж был очень влиятельным человеком в криминальном мире. Его убили, давно, больше двадцати лет назад, в разгар передела власти. Лиля выжила, хотя пережила не самые приятые, но очень запоминающиеся дни в плену у конкурентов мужа. Она знала очень много, несмотря на то что была соплюхой, ей лет девятнадцать было… ничего не рассказала.

–А я… вот, пытаюсь пить, но одна не могу… – нервно хохотнув, продолжает, – чуть не ляпнула, что воспитание не позволяет. Откуда у меня воспитание? У дочери уличной проститутки и барыги… воспитание.

–Тебе хоть что-то известно? Что происходит? – пропускаю мимо ушей упоминание о ее биографии.

–Вычеркнуты из плотного ряда бойцы наркобизнеса. Один из них – в моем клубе, – наконец-то она тушит сигарету, которая истлела до фильтра.

–Так разве тот, кто занял мое место, имел отношение к наркоте?

–Да. Он был крупным поставщиком у Сивого.

–А ты каким боком ко всей этой истории?

–Никаким. Просто я многим поперек горла. Слишком жирный кусок урвала, незаслуженно… Люди меняются, многое забывается… На мое место придет более молодой, активный, с другими жизненными принципами, правилами… Свято место, пусто не бывает.

–Я могу тебе чем-то помочь, – я редко жалею людей, но Лилю мне реально жаль. Одинокая баба… причем умная, справедливая, с принципами – это редкость. Почему-то сейчас сравниваю их с Машей… Думаю, когда ей будет за сорок, она будет приблизительно такой же. Главное, чтобы её жизнь так не ломала, как Лилю.

А будет ли у Маши шанс всё это избежать, если она свяжется со мной?

–Не парься… это не твоя война. Тебя не тронут.

–Добрый вечер, – резко поворачиваюсь. На пороге стоит… мой хороший знакомый… из Монако!

–Добрый вечер, Лука, проходите, – Лиля указывает ему рукой на кресло, стоящее рядом со мной, – знакомьтесь, это Константин Игоревич…

–А мы знакомы, – перебивает он её.

–Вот и отлично, не люблю эти долгие церемонии.

–Ты? – пытаюсь правильно сформулировать вопрос, но кроме, «какого черта», ничего на ум не приходит.

–Он мой адвокат. Его нанял Байронов.

–Ты так хорошо знакома с Байроновым, что он нанимает тебе адвоката? – сегодня прямо вечер откровений и открытий.

–Байронов был другом моего покойного мужа, – поясняет Лиля, наливая спиртное в стаканы.

–Ааа… так плохи твои дела, что понадобился адвокат международного уровня? – я запутался, ни хрена не понимаю.

–Костя, – отвечает за нее Лука, – в таких делах, где замешаны большие деньги и наркотики, нужно быть всегда начеку. – Поясняя такие просты истины, Лука смотрит на меня уж слишком… загадочно.

В момент, я понимаю, что ловить мне здесь больше нечего, у Лилии свой замес, и владеет она информацией поверхностно, а может, наоборот, знает слишком много. Если рулит Лука, то ничего лишнего не протечет в инфополе.

Сейчас я даже и не вспомню, как судьба столкнула меня с Лукой. Такое чувство, что я знаю его вечность, но спроси меня о нем что-то конкретное – не отвечу. Он вроде и позиционирует себя человеком открытым, но в то же время… неуловим… Будто ветер, ты его ощущаешь, но никогда не поймаешь.

Поднимаюсь с кресла, протягиваю ему руку, чтобы проститься.

–Ты не останешься, – вопросительно вскинув брови интересуется Лиля, – а как же виски? Он у меня отменный, с тридцатилетней выдержкой, – рекламирует она.

–Меня, последнее время, что-то потянуло на все молодое и свежее, – пытаюсь отшутиться.

–Ну, если молодое и свежее, ещё и женского пола, – Лука поднимается и протягивает руку в ответ, – Лилечка, ты исключение из правил! – тут же включает подхалима увидев, как она хмурится. – Ты одна на миллион, у которых нет возраста. Ты, как дорогое вино...

–Ой-ой, ну началось, – расплывается в улыбке, – попытка оправдаться засчитана.

Жмем руки. Лука не отпускает мою, всматривается в мое лицо.

–Что-то ты выглядишь усталым, Костя… Сегодня просто не твой день, – говорит, понижая голос. А меня, накрывает, будто оказался на морозе в минус пятьдесят.

Отпускает руку. Делаю шаг назад… второй… разворачиваюсь, чтобы выйти из кабинета Лили. Уже переступив через порог, резко оборачиваюсь. Лука так и смотрит мне вслед. Подмигивает и, пытаясь скрыть улыбку, проводит костяшками по верхней губе.

На ватных ногах спускаюсь по лестнице, прохожу по пустому залу клуба и выхожу на улицу. Холодный ветер, перемешанный со снегом, приводит в чувства. Застываю на пороге, не спешу спускаться к машине. Поднимаю голову и смотрю в беспроглядное небо.

Что это сейчас было?

Нет, не сегодня. Обо всем я подумаю завтра.

Спускаюсь и сажусь в машину.

–Куда, – спрашивает Женя.

–Домой.

Едем молча, только музыка фоном. Мыслей много, но я отгоняю их. Раз это не моя война, и лезть не буду. Я хочу быть частью завтра… а чтобы увидеть завтра, надо забить на сегодня.

Захожу в дом. Тихо. Смотрю на часы. Одиннадцать. Поднимаюсь в свою спальню. Стараюсь не шуметь, чтобы не разбудить Марию. Включаю свет в гардеробной, переодеваюсь. Шаг в спальню… а кровать даже не расстелена. Включаю верхний свет. Комната пуста.

Не понял… Что за номер? Где? Где эта иллюзионистка?

Звоню на проходную.

–Если вы выпустили Машу, я вас… – начинаю рычать.

–Да в доме она, – не дает мне закончить фразу охранник, – точно, не выходила. Последний раз видели ее на кухне, что-то готовила. Мы сильно не следили… Вы же приказали не глазеть. Вот мы и это… бросим взгляд, раз в час, ходит-бродит, и все… – бросаю трубку не дослушав. Ходит-бродит!!! Придурки!

Быстрым шагом иду в сторону кухни. Здесь свет тоже не горит, включаю. На столе стоит какой-то пирог. А Маши нет…

О еде думать не могу, слишком много эмоций за день, кусок в горло не полезет. Тем более я ещё не нашёл потеряшку. Прохожу мимо гостиной. Даже не заметил, что горит наряженная нами елка. Делаю несколько шагов в комнату. Из-за дивана торчит чья-то нога… Прохожу дальше. Вот чудо! Дрыхнет на полу возле камина! И что делать? Пытаться поднять? Разбужу…

Опускаюсь рядом. Спит, как сурок, тихо посапывая. Стаскиваю с дивана подушку и плед, укрываю нас. Пытаюсь лечь, как можно ближе. Маша поворачивается ко мне лицом, утыкается носом в грудь и закидывает руку на талию. Обнимаю в ответ.

И вот как такую кошечку, даже когда она кидается и шипит дикой рысью, можно тронуть хоть пальцем? Только гладить по шерсти… чтобы когти не выпускала. Ну или тапкам по жопе дать, чисто в профилактических целях…