Текст книги "Пособие обольщения от умной дуры (СИ)"

Автор книги: Галина Кор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 28

Маша

 -Как прошла встреча? – интересуюсь, как только съедаю всё до последней крошки. Средиземноморская еда – это отдельное великолепие. Я сыта, немного пьяна, в меру счастлива… Если не считать приступа неконтролируемого дисбаланса в работе головного мозга, то можно считать, что день рождения удался.

–Нормально. Нас пригласили сыграть в Покер, – Костя допивает из стакана виски и поднимается. По интонации его ответа о результате встречи, понимаю, что не всё так гладко, как могло бы быть.

–Пойдем, – поднимаюсь и следую за ним. Он ловит мою руку и крепко сжимает. Если бы я не знала, что происходит между нами, была сторонним наблюдателем, могла бы предположить, что у нас реальные отношения. Но это не так.

Я уже не обращаю внимание на интерьер самого казино, мне просто надоело всем восхищаться. Красиво, не спорю, но реагирую ровно. Хм, оказывается к хорошему быстро привыкаешь…

В помещении много людей. Мужчины одеты в костюмы, дамы в вечерние платье… все происходящее вокруг ассоциируется у меня с кино… да-да, меня так и тянет на кинематограф. Потому что мир роскоши, богатства, шикарности и торжественности, я могла лицезреть только там. В «Агент 007», что-то там было про казино… точно, Казино «Рояль»… И хоть я не люблю Дэниела Крейга, но ассоциация от этого меньшей не становится.

Константин садится за стол, как раз есть одно место, а я топчусь сзади. Крупье тут же выдает ему фишки, забирая наличку. Игра начинается. Мне невероятно скучно. Надо себя чем-то занять. Ничего лучше не придумала, как начать рассматривать игроков. Не знаю, кто из них тот самый человек, с которым встречался Костя, но пытаюсь это понять. Безрезультатно. Один за одним игроки проигрывают свои фишки и покидают стол. Остается Костя и интересный мужчина лет сорока пяти. Он похож на американского шпиона, уж не знаю почему у меня возникло подобное сравнение. Просто он слишком… даже не знаю, как и выразить свои мысли. Костя не простой парень, а этот тип ещё кручёнее, как французский круассан. Много слоёв, а что внутри – сюрприз. Он мне подмигивает. Я так явно пялилась, что спалилась… Краснею, чем вызываю его голливудскую улыбку. Смущаюсь и отвожу взгляд.

От нечего делать начинаю считать карты. Я понимаю, что в казино такие дела не приветствуются, но я же не играю… Чтобы не вызывать лишние вопросы у оставшегося игрока и крупье, начинаю прикидываться дурой. Хватаю у пробегающего мимо официанта бокал шампанского и пританцовываю на месте под музыку, звучащую фоном в зале.

Что дало мне наблюдение за Костиным соперником и подсчет карт? Во-первых, я вижу, когда он блефует. Во-вторых, сейчас, когда Костя, поставив на кон все свои фишки, и получив на руки не очень хорошую карту, собирается сдаться, думая, что у соперника более выигрышное положение, я понимаю, что это совершенно не так… Но, как сказать? Ему надо скинуть третью карту и, согласно моему подсчету, получить более выгодную. А потом открываться… и сгребать выигрыш.

Начинаю активнее пританцовывать, будто страшно хочу писать. Наклоняюсь к Константину так, что мои волосы закрываю нас, и быстро шепчу на ухо:

–Сбрось двойку и открывайся, он блефует, – целую в щеку, оставляя след помады и громко говорю, – спасибо, сама бы я не нашла. Разворачиваюсь и иду в сторону туалетов.

Самое интересное, что мне он оказался действительно нужен. Кроме того, что я страшно хотела пи-пи, замечаю, что у меня начались «эти самые красные дни». Теперь понятно, почему меня накрыла паника с истерикой…

В туалете я провела не меньше пятнадцати минут, выхожу, и сразу замечаю ожидающего меня Костю. У него в руках лоток с фишками.

–Выиграл? – я не сомневалась, но всё же звучит вопрос, а не утверждение.

–Пойдем на выход, у нас через сорок минут самолёт.

У входа в казино меняем фишки на деньги. Нам выдают запечатанную банковскую пачку по сто евро… а это, на минуточку, десять тысяч! Обалдеть! Выходим из здания, и возле входа ждем, пока подгонят нашу машину. Костя сам за рулем.

–Держи, – Костя протягивает мне деньги.

–Зачем?

–Положи в сумочку, они твои. Ты же их выиграла.

–А разве такие деньги носят в сумочке? – дрожащими руками пытаюсь запихнуть пачку банкнот. Смотрю с опаской по сторонам, ожидая ограбления. Но людям всё равно, они, наверное, такие деньги тратят за вечер, а я трясусь, будто это сумма всей моей жизни. Сама веду себя, как воровка…

–Только как ты узнала, что он блефует? – смотрю на камеры наблюдения. Что-то я стала слишком мнительной, мне кажется, что скажи сейчас мой метод, со всех сторон налетит охрана с криками: «Ага! Попалась!». Поэтому встаю на цыпочки и говорю ему на ухо.

–Считала карты, – отстраняюсь. На его лице нескрываемое удивление. Но подъехавшая машина спасает меня от дальнейшего расспроса. Это я так думала, пока не услышала следующий вопрос уже в машине:

–Ты умеешь это делать? Считать…

–Ну это ж математика… Никогда не применяла на практике, но мальчишки когда-то разговаривали на эту тему, мне стало интересно… Прочитала. Ничего особо сложного в тех методах нет… Из трех более распространённых, мне больше понравился метод вычисления вероятностей. Все строится исключительно на показатели…

–Ой, даже не начинай, – останавливает меня взмахом руки, – я уверен, что это очень просто для тебя… но непостижимо для меня.

–Так зачем ты тогда играешь, если не уверен в своей победе?

–Потому, что так делает большинство. Люди бросают монетку в автомат и верят в чудо, – пожимаю плечами. Так, да и так… даже спорить не буду. – А вообще, Маша, ты невероятно сказочное и нереальное существо, – потирая подбородок пальцами, говорит Костя. Ожидаю продолжения фразы, не спешу опровергать его предположение, – только ты могла накрутить себя воспоминаниями из фильма, и тут же хладнокровно считать карты по какому-то там методу…

–Просто у меня начались месячные, только что увидела в туалете.

–Тогда вопросов больше нет. Это реальная причина.

Быстрый осмотр самолёта и мы снова взлетаем. Как только стало можно вставать, снова иду в туалет, проверить, все ли в порядке.

Возвращаюсь. Нахожу Константина, лежащего с закрытыми глазами на боковом диванчике. Думаю, что он спит, хочу пройти и сесть в кресло, но он переворачивается на бок, освобождая место и мне.

–Иди ко мне, – я и не спорю. Ложусь рядом. Ноги гудят от этих долбанных туфлей. С большим удовольствие избавляюсь от них. Благодать…

Пока я пытаюсь умоститься, ерзаю… и от каждого моего движения бугор, упирающийся в мой попец, становится больше… и больше… Толчок.

–Эй, нет! Не хочу, – пытаюсь вырваться, но сильная мужская рука удерживает меня на месте.

–Успокойся, спи уже, раненная… истекай кровью. Я тоже устал, – ладно, пусть трется, может это его успокаивает, как ребёнка, сосущего грудь. Взрослые мужики – бо́льшие дети, чем младенцы.

Внизу живота неприятно ноет. У меня так всегда, в первый день цикла. Костя будто чувствует мою боль, кладет руку именно туда, откуда распространяется неприятное ощущение. Рука большая, горячая… Ее тепло действует, как грелка, обезболивает, успокаивая бунтующий организм и снимает напряжение.

Я не засыпаю, а просто отключаюсь.

Чувствую аккуратное прикосновение.

–Заходим на посадку, займите места в креслах и пристегнитесь, – слышу голос Алексея сквозь сон.

Нехотя поднимаюсь и иду к креслу, как зомби, прямо босиком. Падаю в него, пристегиваюсь на автомате. Сон меньше трех часов – вообще ни о чем… Костя садится напротив. Он выглядит не лучше…

Проверка документов проходит в самом здании аэропорта, все максимально быстро. На часах начало четвертого. Я даже не пытаюсь строить из себя нечто, поэтому молча сажусь в машину и даю право выбора мужчине, куда меня везти – к нему домой или в общагу. Ко встрече с тараканами в дорогом вечернем платье я была не готова, поэтому внутренне обрадовалась, когда, открыв глаза после полудремы в машине, оказалась у него дома.

Быстро приняв душ, падаем в кровать и просто спим. Это ли не кайф.

Воскресенье. На часах одиннадцать. Я открываю глаза, а рядом никого…

Пора снимать «маскарадный» костюм, надевать привычный повседневный, и убираться восвояси. Не доросла я ещё до мира богатых и успешных. Все, конечно, здорово, но не по мне. Это должен быть мой путь, который я проделаю сама, а не при помощи мужчины.

Спускаюсь на первый этаж в надежде найти Константина, сказать очередную глупость, пытаясь убедить его больше не пересекаться, а потом испариться… из дома… из его жизни.

Из-за угла вылетает, скорее всего горничная, судя по ее рабочему платью.

–Ты кто? – отпрянув в сторону спрашивает. – Как ты сюда попала?

И только я было открыла рот, чтобы поинтересоваться, где я могу найти Костю, входная дверь открывается, и заходи Женя.

–Привет, Маша, – активно начинаю указывать на него рукой. Даю понять, что вот он меня знает и я именно та Маша, которой он сказал: «Привет». – Константин Игоревич сказал, чтобы я отвёз тебя в город. – Облегченно выдыхаю, и следую за ним, помахав на прощанье рукой горничной.

Сажусь в машину.

–Ты успела позавтракать? – заботливо интересуется Женя.

–Нет, – отрицательно качнула головой.

–Так пойдем, поешь, – он хотел вставить ключ в зажигание, но берется за ручку, собираясь открыть дверь.

–Нет-нет, я не хочу.

–Как знаешь.

Выезжаем со двора. Молчу, но язык так и чешется, желая задать вопрос.

–А где сам Костя? – всё-таки не удержалась.

–Приехала Альбина и они уехали. – Дальше я уже не хочу ничего знать. Мозг сам домысливает, да и Женю не остановить. – Он хотел на ней жениться, пока был жив её папаша. Потом его убили, и Костя стал на его место, но руководил всего пять месяцев, поставили кого-то нового. Босса же активно продвигают во власть…

–Жень, всё это очень познавательно, но мне не интересно, – осекаю его.

–Маш, давай встречаться… ну, когда босс тебя бросит, – громко вздыхаю. Отличное предложение... акция дня…

–Нет.

–Маш, ну ты мне прямо реально нравишься… прямо любовь с первого взгляда…

И так, всю оставшуюся до общежития дорогу Женя ныл, уговаривал и приводил доводы, а я отвечала кратко: «Нет».

Машина отъезжает от общежития… и я надеюсь больше никогда не увидеть ни её, ни тех, кто в ней ездит.

Глава 29

Маша

Шесть дней от Кости ни слуху, ни духу. Отлично. Долгие проводы, лишние слезы. Есть, что вспомнить в старости. Детям, конечно, не расскажу… может только по пьяни подруге.

Вечер пятницы. Я, как старая дева, улеглась на кровати, щёлкаю семки и смотрю дурацкое шоу по онлайн-ТВ. Сплевывать мне лень, поэтому жду пока вырастет борода из шелухи, и снимаю все одним махом. Главные герои так активно поливают друг друга грязью, что я с трудом понимаю, кто из них по сценарию положительный, а кого надо на лобное место и высечь розгами.

Звонит телефон. Бросаю мимолетный взгляд. «Неизвестный номер». Значит аноним идет лесом.

Что-то шоу стало меня утомлять, нет накала страстей, только одна их ругань, переключаю на другой канал, а тут «Экстрасенсы». Матерь божья, вот это персонаж… Камера снимает какого-то шамана крупным планом… его бешеные глаза на весь экран, и он говорит: «Бойся, он идет за тобой», а потом ещё руку так тянет… скрючивая пальцы. Жуть какая! Аж передернуло.

В коридоре слышится шум… преимущественно вопль комендантши. Вчера девочки со второго этажа провели к себе в комнату парней, мало того, что нашла их, выгнала веником, так ещё и бегала по этажам, проверяя все комнаты на наличие мужского пола. Говорят, что и на чердак полезла… сказочная ведьма.

Дверь в мою комнату распахивается, ударяясь о стену, являя Костю, злого, как черт… а за его спиной пляшет ведьма-комендантша. И шаман в ноутбуке… как бамкнет в бубен и завоет по-волчьи… Неужели я так нагрешила, что пришел час расплаты… И сразу в ад?

–Да что вы, мужчина, претесь, как танк… Сказала же, что сейчас позову! – запыхалась Григорьевна. Конечно, бежала небось за ним, лбом спортивным.

Это ж как дело-то было? Костя сел в лифт, а она бежала за ним по лестнице? Или они вдвоем шли по лестнице? Ну он, конечно, скала… шел молча на пролом до самой моей комнаты. Четвертый этаж, на минуточку!

Проходит в комнату и становится по середине, придирчиво осматривая. По лицу видно, что он не в восторге.

–Конечно, не ваши хоромы, Константин Игоревич, – хочется вставить мне, но молчу, жду развязки.

Тут из коридора забегает стасик, молоденький ещё, неопытный, и прямо к ногам высокого гостя.

–У вас тут ещё и тараканы, – брезгливо говорит Костя. И всё-таки давит своим бесценным ботинком обычного «общяжного парня Станислава».

–А что вы хотели! Общежитие, как ни как, – комендантша у нас баба ушлая, ей палец в рот не клади, откусит по самые пятки, – мы письма писали в санстанцию! У меня все письма есть, подколоты в папочку! А вы, собственно, кто?

–Кто надо. Начальство надо знать в лицо, – и просто закрывает перед ее носом дверь. Последнее, что успеваю увидеть, как комендантша открывает и закрывает рот, как кит, выброшенный на сушу.

–Дом? – Костя обводит руками комнату. Пожимаю плечами. Будто у меня была тысяча классных вариантов, а я выбрала халупу. – Ещё раз… – замолкает. Снова открывает дверь, а там так и стоит Клавдия Григорьевна, – Что-то ещё хотели? – спрашивает таким тоном, будто он реально ее начальник.

–Да! – ляпает не подумав, но нут же исправляется, – нет-нет…

–Нет? Тогда свободны! – и снова закрывает дверь. Я бы засмеялась… ну смешно, же… Но не рискую. Прикусываю губу, скрывая улыбку.

–Так вот… ещё раз не ответишь на мой звонок, выпорю.

–Когда это ты мне звонил? – напрягаю память. Достает телефон, набирает… мой телефон оживает и там… «Незнакомый номер».

–А! Так это ты! – показываю ему надпись на экране, – буду знать… в следующий раз, – и снова сбрасываю.

Подвигает стул и садится напротив, складывает руки на груди, щурит глаза, будто пытается заглянуть внутрь меня… и молчит… Я для него – кубик Рубика, «Чёрный Квадрат»… что-то непостижимое, чересчур заумное, занудное… то, что постоянно портит нервы, а толку – ноль. Все это написано на его лице, а ещё усталость… И где же тебя так потрепало?

Хлопает ладонями по коленям, будто очнувшись, резко встает и говорит:

–Собирайся, пошли.

–Куда?

–Тебе это принципиально знать? – а я и задумываюсь. Правда, какая разница? Все равно не пойду… – Маша, лучше не перечь мне. Я на взводе, если сейчас психану, разнесу все тут к хуям, – говорит тихо, но чувствуется в сказанном мощь и боевой настрой.

–Ладно, – поднимаю руки вверх, сдаюсь, – брать-то хоть что с собой.

–Веревку и мыло! Блять, Маша, что здесь можно взять? – обводить руками комнату. – Самое ценное, что отсюда можно вынести – это труп таракана, и он уже на подошве моего ботинка! Себя бери, себя! – довела всё-таки мужика до срыва. Кричит, бедненький, аж вены на лбу вздулись. – Надень хоть что-то, и на выход. В восемь, мы должны быть на новогодней сходке в мэрии.

–Сходке? – я уже встала с кровати и натягиваю джинсы. Сегодня не решаюсь с ним спорить, видно не все так гладко в жизни начинающего депутата…

–Ну бал… Скоро Новый год, у важных людей корпоратив. Мне надо быть там, – кидаю на него взгляд. Он должен быть там, а я? Я вопрос не задаю, но он отвечает, будто читает мои мысли. – С дамой, Маша, а так как другой дамы у меня пока нет, то ты будешь играть ее роль. Ходить тенью, молчать и улыбаться. Понятно?

Поворачиваюсь к нему лицом, натягиваю на лицо улыбку, репетирую.

–Такую? – спрашиваю сквозь зубы не переставая улыбаться.

–Можешь не улыбаться… С такой улыбкой у тебя лицо становится придурковатым. – Надеваю верхнюю одежду, а Костя натягивает мне на голову шапку, заботливый какой… – Готова? На выход.

Закрываю комнату и следую за ним. Спускаемся. Проходим мимо поста. Григорьевна резко поднимается, как солдат в карауле, только честь не отдает и смотрит на нас во все глаза. Костя на нее – ноль внимания. Комендантша смотрит на меня, ожидая хоть какого-то пояснения… А я же «добрая душа»… провожу большим пальцем по горлу, поворачиваю голову на сторону и вываливаю язык. Клавдия Григорьевна охает и хватается за сердце. Надеюсь, она не спишет меня, как потерянную боевую единицу и не выселит из общаги? Шутки-шутками, но на улице зима. Поэтому решаю вставить:

–Я вернусь, – звучит с оптимизмом.

–Веселее, – Костя открывает дверь, пропускает вперед, подгоняя.

Куда-то едем. Не решаюсь спросить куда. Чтобы занять мозг и руки, тереблю шапку. Костя начинает разговор первым.

–Сейчас переоденемся и в мэрию. Вещи уже готовы, визажист быстро приведет тебя в порядок и полетим дальше. Нельзя опаздывать.

Почему я не умею держать язык за зубами? Это бы значительно облегчило жизнь и мне, и окружающим.

–Почему ты не пригласил Альбину, или как там ее… – должно было прозвучать ровно, но получилось с претензией.

Костя смотрит мне в глаза, на лице появляется гримаса бешенства, она уродует его красивое лицо. Секунда, он громко вздыхает, пытаясь взять себя в руки, потом откидывается назад и чуть съезжает вниз по спинке кресла. Устало проводит рукой по лицу, будто пытается снять с себя навалившийся груз. В авто становится так… напряженно от общей тишины.

–Женя, – бедный водитель аж вздрагивает, услышав свое имя, – напомни-ка мне… номер статьи «За нанесение тяжких телесных…».

–Сто двадцать первая, от 5 до 8 лет, – Женек вжался в кресло, стараясь слиться с ним воедино.

–Не-не, нам нужен пункт два, где со смертельным исходом… Чувствуя я, Евгений, что ты скоро станешь потерпевшим именно по этой статье.

–Ну, Константин Игоревич, я…

–Тсс… закройся, ты уже наговорил, – резко останавливает его. – Теперь ты, – поворачивается в мою сторону, – я могу менять баб, как трусы недельку, открывая каждый раз новую пачку. Ты же, сидишь и ждешь, пока я позову тебя, делаешь радостное ебало при встрече, и не выносишь мне мозг… – он что-то сыплет-сыплет, насыпая полные карманы, а сижу и обтекаю.

Щелчок, и понеслась!

–Да что ты мелешь?! Ты кто такой, чтобы вываливать на меня все это дерьмо?! – ору так, что аж слюна летит в разные стороны. – Дядя, сейчас я выйду из машины, и ты забудешь дорогу к моей общаге! Или ты думаешь, что, трахнув меня два раза волшебным бревном, можешь диктовать мне условия?!

И тишина. Только наша ярость разрывает салон авто на части.

–Приехали, – тихо произносит Женя.

Резко поворачиваюсь, чтобы открыть дверь и выскочить, но Костя хватает за руку и притягивает к себе. Только успела повернуть голову и открыть рот, чтобы послать козла к черту, как этот самый… впивается в мои губы и целует так, будто в последний раз… пытаясь передать всё своё внутреннее страдание, боль и усталость. Обмякаю в его руках. Жалость погубит меня. Упираюсь рукой в грудь Кости, останавливая.

–Пойдем, а то опоздаем, – говорю, отводя взгляд. Мне кажется, что такому как он, моё сострадание и понимание не нужно, ему главное – добиться своего.

Костя открывает дверь, и мы выходим. Машина стоит у самого входа в Fashion House. Мне все равно, что на меня наденут и как накрасят. Настроения нет никакого. Делаю что говорят, надеваю то, что приносят… послушная кукла. Девушки чувствуют натянутость между нами, поэтому стараются всё делать максимально быстро. Уложились в сорок минут.

И вот мы заходим в зал для торжественных мероприятий, расположенный на втором этаже мэрии. Людей очень много. Играет легкая музыка, но ее практически не слышно, из-за светских бесед.

–Приветствую, – мимо проходящий мужчина протягивает руку Косте.

–Взаимно… когда погасите задолженность? – чувак приходит в замешательство. И вместо ответа начинает блеять.

Дальше я просто отключаю слух. Я не слышу, что говорит Костя, не вникаю в ответы, не рассматриваю людей, сменяющих друг друга… просто следую за ним. В какой-то момент в моей руке появляется бокал с белым вином, и я мочу в нем губы, чтобы меньше улыбаться незнакомцам. Лица в голове проносятся, будто я катаюсь на карусели. Начинаю чувствовать легкое головокружение и тошноту.

Мы подходим к очередной кучке людей. Дежурные рукопожатия. Один из мужчин предлагает Косте поговорить наедине, и он соглашается. Я начинаю следовать за ним по инерции, но какая-то дама врезается в меня, обливая руку вином. Хоть бы извинилась! Сделала каку и растворилась в толпе. Хорошо, что только руку облила, а не все платье.

Успеваю дернуть Костю за рукав.

–Я в туалет, – он кивает и указывает направление, где он будет.

Приведя в порядок свой внешний вид, заставлю себя вернуться в зал. Кто бы знал, как мне не хочется…

В зале что-то происходит… Свет погасили и идет отсчет. Взрослые люди, а как дети… Они кричат:

–Елочка – гори! И стоящая по середине зала елка вспыхивает сотнями огней. Ведущий просит освободить центр зала, предлагая кавалерам приглашать дам на медленный танец. Капец, дискотека 80-х…

Иду по-над стеной в том направлении, которое указал Константин. Если честно, надеюсь, что не найду его… вернусь в авто и там его дождусь. Лучше слушать претензии Жени, чем лицезреть всех этих снобов.

Как оказалось, из этого зала есть запасной выход, ведущий к лестнице. Издалека слышна ругань. Какая-то дама, надрываясь, требует ответить на массу вопросов. Знакомый голос отвечает:

–Альбина, отъебись! Я тебе уже сказал, что всё, конец! – дикий крик, смешанный с рыданием, служит ему ответом.

Медленно выхожу из-за угла, вижу всю картину целиком. Дама, которая облила меня, и есть та самая Альбина… Она кидается на Костю, а он, замахивается, чтобы ударить её по лицу. Внутри все ухает от ужаса.

–Константин Игоревич, – говорю твердо, будто я его… секретарь, помощница, да кто угодно… но только не девушка, которая увидела позор «соперницы». Опускаю глаза в пол, – вас ищет заместитель мэра, – придумываю на ходу. Надеюсь, что у мэра всё-таки есть заместитель.

Дама срывается с места и проносится фурией мимо меня, задевая плечом.

Костя подходит к окну, засовывает руки в карманы, да так и стоит пару минут.

Оживает так же быстро, как и впал в анабиоз. Проходит мимо, а я за ним. В зал больше не возвращаемся, идём на выход.

В машине молчим. И эта тишина разжигает внутри огонь…