Текст книги "Лирика"

Автор книги: Франческо Петрарка

Возможно, возразит мне некий спорщик. Ибо есть люди, что, не имея сил защищать истину, обманами с нею воюют и тут не знают покоя, из этого создавая себе искусство. Не сумев отрицать вовсе, скажет он, что лишь для упомянутых мною краев справедливо сказанное. Для иных, дескать, нет. И не существует, мол, изменения целого, ибо сколько в одном убавится, столько прибавится в другом. Я же скажу: с радостью буду повержен, на востоке, на севере или на западе повстречавшись с обратным. Но даже Венеция, откуда пишу тебе и где до конца дней своих поселился, не утех ища, а лишь покоя и безопасности, хоть спокойствием и благополучием выделяется, чему и мудрость граждан, и расположение города немало способствуют, была некогда еще благополучнее. А было это тогда, когда юношей впервые приехал я с наставником из Болоньи взглянуть на сей город. Ты мог бы убедиться, что сами жители этого не отрицают, хоть и стало теперь в Венеции много больше дворцов, чего не стану оспаривать. Ежели не угомонится мой противник, признаю, что как обстоят дела у серийцев и индов, мне не ведомо, но путь Египта, Армении, Сирии и всей Малой Азии тот же и участь не лучше, нежели у нас. Давнишни несчастья Греции, но бедствия скифов новы. Откуда недавно морем годовые запасы хлеба везли в Венецию, оттуда идут корабли, груженные рабами, коих продают несчастные родители, голодом понуждаемые. Диковинного вида толпа мужчин и женщин наводнила скифскими мордами прекрасный город подобно тому, как прозрачную реку мутит неистовый поток. И коли не нравилась бы толпа сия покупателям более, чем мне, коли не услаждала их взоры более, чем мои, не наполнял бы мерзкий народ узкие улицы, не поражал бы привыкших к красивым лицам приезжих, а в своей Скифии, вместе с Голодом, тощим и бледным в покрытом каменьями поле, где помещает его Назон, по сей день рвал бы ногтями и зубами скудные травы.

В возражение мне скажут, что зря я плачусь, ибо не только в наше время, но всегда подобные перемены происходят. Но не жалуюсь я, зная, что от начала вещей двигалось все, ничто не оставалось неизменным. И не вопрошаю: "отчего это прежние дни были лучше нынешних? Потому что, – как говорит Соломон, – не от мудрости ты спрашиваешь об этом". Многие могут быть тому причины, что ведомы Богу, а некоторые из них, быть может, и людям. Не плачу я о том, что меняются времена, не доискиваюсь причин, а хочу лишь, чтоб в перемены сами поверили те незнающие и неверующие, кто, средь зол родившись и иного не видев, на том стоят, что и не бывало иначе.

Все изменения, явственные и прискорбные, переменою наших занятий они объясняют и состоянием духа. С охотою признаю я все это, но ведь не зависят первые перемены от последних: громадное колесо вертится не менее быстро, оттого что по нему медленно тащится муравей. Скажут, наконец, что не обстоятельства, не времена, не мир изменяется, а только сами люди. В целом соглашусь с этим, ведь часто миром называют людей, для коих, несомненно, он и создан. И верно, что причины многих изменений в людях таятся, а быть может, и всех, коли заглянуть глубже, только одни явны, иные же сокрыты. Нет сомнения, что скоро изгнаны будут истина, вера и благочестие, воцаряется обманы, нечестие и предательство, по всей земле свирепствовать станут раздоры и войны, воинство мерзких разбойников безнаказанно пройдет повсюду, все, что встретится на пути, разоряя и опустошая, ни крепости, ни короли против них не устоят. Развращенные нравы, дурные занятия, пагубные привычки – ясно, что в людях самих корень всех зол. Но, как сказал уже, не о причинах я речь веду, а о самих вещах, коих в мое время не бывало. Редко королевства из-за рубежей или каких-либо обид воевали, не было еще этих союзов на погибель роду человеческому. Были союзы купеческие, видали их мы с тобою, при их посредстве долее других родина моя процветала. Всем краем нашим управляли они, короли и принцы пользовались советами их и поддержкой. И рассказать и поверить трудно, каким благом были они для людей. И иные были союзы – сообщества пилигримов, в святые места направляющихся, в Рим и Иерусалим. Не видывали разбойничьих отрядов, средь бела дня выстроившихся в открытом поле. И полководцы славы себе жестокостью и людскими страданьями не добывали. Было нам по двадцать пять лет, когда слух поразило ужасное имя. Сколь быстро взросло зло и куда обратилось, видели мы с тобою, селяне же несчастные, горожане и даже священники, не исключая и высшего, на себе испытали. Он, как говорил я уже, на берегах Роны, откуда вернулся недавно, едва не попал в плен и заплатил позорный выкуп. И он не умалчивал об этом, часто и горько сетуя в кругу близких, и я q сем упомянул в письме к нему. Кто же теперь решится отрицать, что ужасно и несказанно переменились времена? Либо стыда лишен он, либо рассудка. Нельзя не видеть явных и зловещих вспышек еще худших бедствий, когда несчастный мир ежедневно такое терпит, о чем прежде и не слыхивали.

Что же еще? Название чумы слышали мы или в книгах читали, чумы же вселенской, что вот-вот весь мир опустошит, и не слыхал никто и не видал. А ведь уж двадцать лет, как по всем странам она свирепствует, мешкая иногда или обходя некоторые места, но нигде до конца не угасая. Кажется, ушла, но идет назад, обрушиваясь на до времени возвеселившихся. И есть она. если не обманываюсь, знак гнева Божьего за грехи человеческие. Ежели меньше станет их когда-либо – и ярость небесная смягчится.

И слово "землетрясение" слышали и читали, само явление у историков находя, причины же его – у физиков. По ночам редкие толчки, сомнительные, скорее миражи, мерещились, бывало, любопытным: подлинного землетрясения никто в наше время не видел. Ныне же двадцать лет – одно начало у обоих было зол, – как двадцать пятого января Альпы, непривычные к землетрясениям, по словам Марона, содрогнулись, и вскоре всю восточную Италию и Германию так затрясло, что многие несведущие, кому все это внове было и в диковину, решили, что пришел конец света.

Я тогда в Вероне, в библиотеке своей, находился и, хоть не было это для меня делом вовсе неслыханным, все же потрясен был внезапностью и при виде пола, ходящего под ногами, и книг, отовсюду летящих, оцепенел, а выскочив наружу, увидел, как мечется народ и мои домочадцы. Смертельная бледность покрывала лица. Через год землетрясение в Риме разрушило башни и храмы, тогда же было оно и в Этрурии, о чем писал я, взволнованный, нашему Сократу. Через семь лет в нижней Германии и рейнской долине землетрясение случилось, и разрушился город Базель, небольшой, но красивый и, казалось, основательный; ничто, стало быть, не выдержит натиска природы. Всего за несколь-4 ко дней я оттуда уехал, месяц прождавши там нашего императора, принца доброго и мягкого, но ленивого. В варварской глуши принужден был я его разыскивать. Хотел я написать о землетрясении Иоанну, достойному архиепископу города, ибо не забыл, с каким почетом принял он меня, но написал ли, не помню: копии у меня не сохранилось. В тот же день, передают, восемьдесят замков по берегам Рейна с землей сровнялось. А в юности нашей чудом было бы, если б легкая содрогнулась пастушья хижина. Однако привычка у смертных и ужас и изумление притупляет. И тут тоже перемены, о коих речь веду, сказываются, причины же их, как говорил я уже, сокрыты. Разве только и это, и все прочее от грехов людских творится, грехам же сим ни числа нет, ни меры Одно людьми свершается, другое природою, по воле и промыслу Божию, и все из-за грехов человеческих, не станет их, не станет и наказаний. Впрочем, какова бы ни была причина бедствий, кто б ни творил их, они существуют.

Так, отец мой, в один день прошли перед глазами наши с тобою годы, по заслугам неравные, равные по числу, кои, не таясь, назвал я в письме к другу. Поступаешь ли ты так же или, по стариковскому обычаю, оглядываясь на прожитое, скрываешь что-то, не ведаю. Будь здоров и счастлив, не забывай меня.

ПРИМЕЧАНИЯ

КНИГА ПЕСЕН

Советы на жизнь Мадонны Лауры

Стр. 22. Был день, в который… – Петрарка имеет в виду Страстную пятницу (6 апреля 1327 г.), когда он впервые встретил Лауру… Скорбя, померкло Солнце… – Согласно преданию, в день распятия Христа "померкло солнце".

Стр. 24…Добро одних над злом других подняв… – Речь идет о планетах Юпитер и Марс, то есть, иначе говоря, о торжестве благого начала (Юпитер) над злым (Марс)…И рыбаков Петра и Иоанна… – По преданию, апостолы Петр и Иоанн были рыбаками… И ныне городку… – Речь идет о селении Комон, где родилась Лаура.

Стр. 24 – 25. Сонет построен на восхвалении не только имени Лаура, но даже слогов, его составляющих.

Стр. 26. С тобой, мой друг… – Сонет явно обращен к какому-то конкретному лицу, которое, однако, Петрарка не пожелал назвать.

Стр. 27. Сонет обращен к другу при посылке ему плодов. В конце 1800-х годов Г. Р. Державин очень удачно перекладывает этот сонет на русский язык, называя свое стихотворение "Посылка плодов":

 
Когда делящая часы небес планета,
К нам возвращался, приходит жить с тельцем.
От пламенных рогов щедрота льется света,
Мир облекается и блеском и теплом.
Не только лишь земля с наружности одета,
Цветами дол пестрит и кроет злаком холм,
Но и в безжизненной внутрь влажности нагрета,
Плодотворительным чреватеет лучом,
И сими нас дарит, другими ли плодами.
Подобна солнцу ты меж красными женами,
Очей твоих лучом пронзая сердце мне,
И помыслы родишь, и словеса любовны
Но ах! они к тебе колико не наклонны,
В цветущей не живал я никогда весне.
 

Замечательно, что Г. Р. Державин, своевольно распоряжаясь сонетной формой, поразительно четко выстраивает образно-смысловую структуру сонета.

Стр. 28. Этот довольно ранний сонет обращен к Стефано Колонна. Петрарка приглашает его посетить тихий уголок в Гаскони, где поэт пользовался гостеприимством Ломбезского епископа…Кого Юпитер силой грозной мести… – Под Юпитером прозрачно скрыт папа Бонифаций VIII, преследовавший мятежное семейство Колонна.

Стр. 29. Этот XIII сонет неоднократно переводился на русский язык. Приводим перевод Ивана Бунина, сделанный в конце прошлого века, когда Бунин особо интересовался соне# ной формой, готовясь к переводу "Крымских сонетов" Мицкевича:

Когда, как солнца луч, внезапно озаряет Любовь ее лица спокойные черты, Вся красота других, бледнея, исчезает В сиянье радостном небесной красоты.

Смирясь, моя душа тогда благословляет И первый день скорбей, и первые мечты, И каждый час любви, что тихо подымает Мой дух, мою любовь до светлой высоты.

Свет мысли неземной лишь от нее исходит. Она того, кто вдаль последует за ней, Ко благу высшему на небеса возводит

По правому пути, где нет людских страстей. И, полон смелостью, любовью вдохновенный, Стремлюсь и я за ней в надежде дерзновенной!

Стр. 31. Й вот он созерцает образ в Риме… – Речь идет о "нерукотворном лике" Христа в римском соборе св. Петра. Согласно преданию, он запечатлен на платке, которым св. Вероника вытерла пот с лица шедшего на казнь Христа.

Стр. 32 – 33. Приводим перевод Г. Р. Державина, в котором он держится уже несколько иной строфической формы, чем в переводе сонета IX; Державин дает этому стихотворению название "Прогулка":

 
Находятся с таким в природе твари зреньем,
Что быстро свой взносить на солнце могут взор:
Но суть и тем, кому луч вреден удареньем;
А под вечер они выходят лишь из нор.
Иные ж некаким безумным вожделеньем
И на огонь летят, красот в нем зря собор:
Но лишь касаются, сгорают мановеньем.
И я, бедняк, сих толп и образ и позор!
Бессилен будучи сносить лучи светила,
Которым я прельщен; ни тени, коя б скрыла
Меня где от него, ни места, я не зрю:
Не с потупленными, слезящими очами
Влекусь чрез силу зреть на солнце меж женами,
Не мысля, ах! о том, хоть ею и сгорю.
 

Стр. 34 – 35. Сонет XXIV является стихотворным ответом знакомцу Петрарки Страмаццода Перуджа.

Стр 35. Сонет XXV адресован другу-поэту, отошедшему от любовной лирики и вновь к ней вернувшемуся.

Стр. 36. Сонет XXVI обращен к тому же другу-поэту. Стр. 36 – 37. Благой король… – французский король Филипп VI…на чьем челе корона II Наследная… – т. е. корона Карла IV. Далее речь идет о Крестовом походе 1333 г. Под "безжалостными сатрапами Вавилона" подразумеваются сатрапы Багдадского падишаха…Что Божий самый ревностный слуга… – папа Иоанн XXII…Твой нежный агнец… – подразумевается Агнесса Колонна.

Стр. 37…в троице планет… – по тогдашней космогонии это: Луна, Меркурий и Венера.

Стр. 38…А свет звезды, что немила Юноне… – т. е. свет Венеры.

Стр. 39. Коль скоро, Аполлон, прекрасный пыл… – т. е. пыл (любовь) к Дафне…Когда ты жил среди простого люда… – Речь идет об изгнании Аполлона с Олимпа…Она сидит на травке – наше чудо, II Сама сплетая над собою сень. – Подразумеваются сразу и Дафна (возлюбленная Аполлона) и Лаура (возлюбленная Петрарки) и обе они уподобляются вечному лавру.

Стр. 40. Сонет XXXV является, по мнению ряда крупнейших знатоков итальянской поэзии (от Жангенэ и до Фр. Флора), одним из лучших сонетов Петрарки. Оттого-то он, по всей видимости, и привлек внимание многих русских переводчиков, начиная с Г. Р. Державина. Вот его перевод под названом "Задумчивость":

 
Задумчиво один, широкими шагами
Хожу и меряю пустых пространство мест;
Очами мрачными смотрю перед ногами,
Не зрится ль на песке где человечий след.
Увы! я помощи себе между людями
Не вижу, не ищу, как лишь оставить свет;
Веселье коль прошло, грусть обладает нами,
Зол внутренних печать на взорах всякий чтет.
И мнится, мне кричат долины, реки, холмы:
Каким огнем мой дух и чувствия жегомы
И от дражайших глаз что взор скрывает мой:
Но нет пустынь таких, ни добрых мрачных, дальных,
Куда любовь моя в мечтах моих печальных
Не приходила бы беседовать со мной.
 

Стр. 41. Нет, Орсо… – Сонет посвящен Орсо дель Ангиллара.

Стр. 42. XXXIX сонет посвящен Джованни Колонна, и в нем речь идет о предполагавшейся встрече Петрарки с этим кардиналом весной 1337 г. Однако боязнь повстречаться с Лаурой удерживает поэта.

Стр. 42 – 43. Когда Амур иль Смерть в средине слова //Начатой мною ткани не порвут… – Речь идет о новом сочинении, над которым в ту пору Петрарка работал (предположительно над "Африкой" или "Жизнеописанием знаменитых мужей"). Но часто мне для моего труда // Недостает благословенных нитей, I/ Которые мне Ливии мог бы дать. – Как явствует из заключительного следующего терцета, речь идет о манускрипте, который Петрарка просил своего адресата (по разным предположениям, Джакомо Колонна или Джованни Колонна) прислать для работы. О том, что Петрарка просил прислать именно Тита Ливия, в оригинале не сказано. Вероятнее, что под mio dilecto padre (любимый мой отец) оригинала скрыт св. Августин, а не Тит Ливии.

Стр. 43. Когда из рощи Дафна прочь уйдет… – Под метафорической Дафной скрывается Лаура. Сонет написан по случаю отъезда Лауры в июле 1336 г.; в тот день разразилась сильная гроза.

Стр. 44. Вместе с предыдущим сонет образует определенное поэтическое единство…В глубинах Монджибелло труд замрет II Хромого Сицилийца-великана. – Согласно мифу, кузница Вулкана находилась в Монджибелло (вулкан Этна) или на Липари…И с ним Юнона вновь благоуханна. – Юнона – сестра Вулкана В данном случае олицетворение воздуха.

Стр. 44 – 45. Латоны сын с небесного балкона… – т. е. бог солнца Аполлон…Ту, по которой, как другой сейчас…

Под "той" подразумевается Дафна, в которую был влюблен Аполлон.

Стр. 45. Кто, проявив неумолимый нрав… – Речь идет об Юлии Цезаре, всплакнувшем над головой разбитого им при Фар-сале Помпея…И тот, кто был сильней, чем Голиаф… – т. е. Давид, рыдавший над трупом мятежного сына Авессалома и трупом своего гонителя Саула.

Стр. 46. Мой постоянный недоброжелатель… – зеркало…Хоть нет на свете трав, достойных стать // Цветку неповторимому оправой. – В переводе несколько приподнято. В оригинале проще: растительность недостойна такого красивого цветка. Вот смысл уподобления Лауры Нарциссу.

Стр. 46 – 47. И золото, и жемчуг, и лилеи… – Петрарка ревнует к украшениям Лауры, ревнует к зеркалу, в которое она смотрится.

Стр. 49…Спасающейся Дафны превращенье… – т. е. превращенная в лавр. Как и в ряде других сонетов, тут с Дафной идентифицируется Лаура…И не был бы с усталым старцем схож, I Гигантской тенью застившим Марокко. – Под "усталым старцем" подразумевается мифологический Атлант, превратившийся под взглядом Медузы в одноименную гору.

Стр. 50 – 51. Скорей… там, где две реки, II Евфрат и Тигр, влачат свои извивы // Из одного истока, Феб зайдет… – Смысл этого стихотворного пассажа таков: "скорее солнце зайдет на Востоке…"

Стр. 51. На первый дар, синьор мой, отдохнуть… – Сонет обращен к Агапито Колонна при посылке ему даров. Из дальнейших строк следует, что Петрарка посылал своему знакомцу подушку, манускрипт философского или морального содержания и кубок. Агапито Колонна доводился родным байтом кардиналу Джованни и епископу Джакомо, друзьям Петрарки.

Стр. 52 – 53. Среди минимум полдюжины русских переводов этого LXI сонета отметим перевод В. Брюсова.

 
Благословен тот вечер, месяц, год,
То время, место, та страна благая.
Тот край земной, тот светлый миг, когда я
Двух милых глаз стал пленник в свой черед.
Благословенна ты, боль роковая,
Что бог любви нам беспощадно шлет,
И лук его, и стрел его полет,
Разящих сердце, язвы растравляя.
Благословенны речи все, где я
Ее назвал, печали не тая,
Желанья все, все жалобы, все стоны!
Благословенны вы, мои канцоны,
Ей спетые, все мысли, что с тоской
Лишь к ней неслись, к ней, только к ней одной.
 

В первом четверостишии Петрарка благословляет время и место (Прованс, Авиньон, церковь св. Клары), где он впервые встретил Лауру.

Стр. 53. Одиннадцатый на исходе год… – Сонет написан 6 апреля 1338 г. в одиннадцатую годовщину встречи с Лаурой.

Стр 54…Из груди, где разросся лавр младой //Листвой любви… Обычное в "Канцоньере" отождествление Лауры с лавром.

Стр. 55. Нет, не о том, чтоб в сердце у меня// Умерить пламя… Почти буквальная цитата из Данте ("Чистилище", VIII, 84).

Завидев левый брег в Тирренском море… – если ехать из Прованса в Италию.

Стр. 56. К кому обращен сонет LXVIII, точно не выяснено. Предполагают, что римскому приятелю Петрарки Орсо дель Ангиллара (или к Стефано Колонна). Священный город ваш… – т. е. Рим.

Стр. 58…Оружие, что точит мой тиран… – т. е. Амур, любовь.

Стр. 59 – 60. Меж созданных великим Поликлетом… – Сонет на портрет Лауры работы Симоне Мартини.

Стр. 63… Жестокий луч еще согреет грудь… – Бойнице уподобляются глаза Лауры.

Стр. 66…Стереть с лица следы неравной схватки. – схватки с Амуром, любовью.

Стр. 68. Сонет XCI, по всей вероятности, посвящен брату поэта Герардо по случаю смерти его возлюбленной.

Стр. 70. Рыдайте, дамы. Пусть Амур заплачет. – Сонет написан на смерть поэта Чино да Пистойя (ок. 1270 – ок. 1337 гг.), друга Данте. Рыдай, Пистойя, вероломный град… – Пистойя названа вероломной за то, что в 1301 г. изгнала Чино как представителя партии черных гвельфов.

– Пиши, – Амур не раз повелевал… – Сонет написан в виде обращения бога любви к поэту.

Стр. 72. Когда бы чувства, полнящие грудь… – Петрарка сетует на то, что его верность Лауре приносит ему только боль. А вот верность апостола Петра и Марии Магдалины Христу доставила им прощение и любовь.

Стр. 74. Любезный Орсо, вашего коня… – Посвящен Орсо дель Ангиллара, который не смог принять участия в турнире.

Стр. 74 – 75. Надежды лгут, и, в торжестве обмана… – Сонет не без основания относят к Джованни Колонна ди Сан Вито, который собирался принять монашество.

Стр. 75. И то окно светила моего… – В первом четверостишии Петрарка говорит о двух солнцах – Лауре и солнце настоящем.

…И место, и пора жестокой встречи… – авиньонская церковь св. Клары.

Стр. 76. Когда поднес, решившись на измену, // Главу Помпея Риму Птолемей… – Комментаторы полагают, что сонет, судя по его нарочитой учености, относится к раннему периоду творчества Петрарки. Основываясь на свидетельстве Лукана, Петрарка говорит о притворстве Цезаря. Далее говорится о притворстве Ганнибала, после поражения во 2-й Пунической войне.

Стр. 78. Успеха Ганнибал, победе рад… – Сонет посвящен молодому Стефано Колонна, разбившему 22 мая 1333 г. войско Орсини под Сан-Чезарио. Медведица, лишившись медвежат… – На гербе Орсини имеется изображение медведицы. Тут намек на битву при Сан-Чезарио.

Стр. 78 – 79. Пандольфо, и в неопытные лета… – Сонет посвящен Пандольфо Малатеста, владетельному синьору Рими-ни. Кто Африканца, Павла и Марцелла… – Африканец – Сципион Африканский; Павел – Павел Эмилий, победитель македонцев в битве 168 г. до н. э.; Марцелл – римский консул, сражавшийся с Ганнибалом.

Стр. 80. Благое место, где в один из дней… – Сонет посвящен другу Петрарки Сеннуччо дель Бене. Ему же посвящены следующие сонеты – СХИ и СХШ.

Стр. 84. Безбожный Вавилон, откуда скрылось… – Под Вавилоном подразумевается Авиньон, где находился папский двор. Новому Вавилону противопоставляется Воклюз и уединенная жизнь.

…Меж двух влюбленных Донна шла… – т. е. между Аполлоном и Петраркой.

Стр. 86…На Рим лицо, а к Вавилону спину… – т. е. к Авиньону.

Стр. 87. Узнав из ваших полных скорби строк… – Сонет посвящен Антонио да Феррара, который, поверив в слухи о смерти Петрарки, написал по этому поводу скорбные стихи.

Стр. 87 – 88. Семнадцать лет, вращаясь, небосвод… – т. е. речь идет об очередной годовщине первой встречи с Лаурой. Сменить привычку – говорит народ – // Трудней, чем шерсть! – В буквальном переводе латинская поговорка звучит так: "Волк меняет шерсть,.но не умысел".

Стр. 88. Внезапную ту бледность, что за миг… – Сонет на расставание с Лаурой по случаю отъезда в Рим для венчания лавровым венком (1341?).

Стр. 92 – 93. Что ж, в том же духе продолжай… – Этот – как и два следующих сонета (CXXXVII и CXXXVIII) – направлен против папского двора в Авиньоне…Презренная раба вина… – По утверждению Петрарки, папским придворным так нравилось французское вино, что они нипочем не хотели перебираться-обратно в Рим.

Стр. 93…Венеру с Вакхом, Зевса и Палладу. – Здесь переводчик не совсем точен: в оригинале сказано, что "новый Вавилон" стал предпочитать Венеру с Вакхом Зевсу и Палладе, т. е. любострастие и вино божественной воле и мудрости…Вот нового султана видит око… – т. е. нового папу, и далее под Багдадом подразумевается Рим, в который новый папа снова перенесет столицу христианского мира.

Стр. 94…Богатств приблудных? Константина Ль чаешь? – Существуют несколько толкований этого неясного в оригинале места. Наиболее убедительным представляется следующее: император Константин (274 – 337), сделавший христианство государственной религией и тем самым положивший начало обогащению церкви, навлек на себя священный гнев.

Стр. 94 – 95. Когда желанье расправляет крылья… – Сонет обращен к друзьям, монахам обители Монтрё, среди которых находился и брат Петрарки Герардр…В Египет – я, оно – в Ерусалим. – Эта петрарковская символика расшифровывается: я – в рабство (Авиньон), оно – на свободу (благословенный город).

Стр. 97. И солнце при безоблачной погоде… – Сонет обращен к Сеннучча дель Бене.

Стр. 99. Фула, Бактр, Кальпа, Танаис, Олимп, Атлас – Петрарка перечисляет отдаленнейшие, по тогдашним географическим понятиям, точки. Стало быть, речь идет о всем "подлунном мире". В последнем терцете он ограничивает сферу распространения своих песен Альпами и Средиземным морем, т. е. Италией.

Стр. 106 – 107. Сонет CLIX переводился на русский язык неоднократно. Приводим первый русский перевод этого сонета, выполненный Ив. Козловым:

 
В какой стране небес, какими образцами
Природа оживясь, умела нам создать
Прелестный образ тот, которым доказать
Свою хотела власть и в небе, и меж нами?
Богиня где в лесах иль нимфа над волнами,
Чьи локоны могли б так золотом блистать?
Чье сердце добротой так может удивлять?
– Хотя мой век оно усеяло бедами.
Мечтатель, пламенный еще, не встретясь с ней,
Божественных красот всей прелести не знает,
Ни томного огня пленительных очей;
Не знает, как любовь крушит и исцеляет,
Кто звука не слыхал живых ее речей,
Не зная, как она смеется и вздыхает.
 

Стр. 110. Приводим этот CLXIV сонет еще и в переводе О. Мандельштама:

 
Когда уснет земля и жар отпышет
И на душе зверей покой лебяжий:
Ходит по кругу ночь с горящей пряжей
И мощь воды морской зефир колышет.
Чую, горю, рвусь, плачу – и не слышит
В неудержимой близости, все та же,
Целую ночь, целую ночь на страже!
И вся как есть далеким счастьем дышит.
Хоть ключ один – вода разноречива:
Полужестка, полусладка.
Ужели Одна и та же милая двулична?
Тысячу раз на дню, себе на диво,
Я должен умереть на самом деле
И воскресаю так же сверхобычно.
 

Стр. 111. Быть верным бы пещере Аполлона… – Сонет целиком построен на иносказании. Общий смысл его таков: когда б я оставался верен латинской музе (т. е. писал бы латинские стихи, которые Петрарка всегда считал для себя главными), а не отвлекался бы на написание пустяков (т. е. любовных стихотворений по-итальянски), то я прославил бы свою родную Флоренцию, как прославил Катулл свою Верону, и т. д. Исходя из общего этого смысла, следует толковать и детали. Терн, репей – поэтические пустяки, писанные по-итальянски. Олива сохнет. – Символ «усыхающей мудрости».

Стр. 118. Глухой тропой, дубравой непробудной… – Летом 1333 г. Петрарка по пути из Кельна в Авиньон проезжал Арденн-ский лес. Этим путешествием и навеян сонет.

Стр. 120. Да, Джери, и ко мне жесток подчас… – Это стихотворный ответ на сонет Джери дей Джанфильяцци ("Мессер Фран-ческо, кто сохнет от любви…"), в котором этот последний вопрошает: как победить враждебность своей возлюбленной?

Стр. 120 – 121. Ты можешь, По, подняв на гребне вала… – Сонет написан под впечатлением плавания по реке По (из Пармы в Верону в 1345 г.?)…лучшее из солнц… – Лаура. – Стр. 121. Амур меж трав… – Весь сонет – парафраза того, что Петрарка кратко выразил в своем прозаическом трактате "О презрении к миру": "Я нечаянно попал в сети". В первом четверостишии Лаура уподобляется лавру, под которым раскинута сеть из жемчуга и золота, т. е. из ожерелья и волос Лауры. Два следующих стиха: плод, свисавший рыболовным крючком ко рту поэта, – означает, по-видимому, надежду на удовлетворение любовного влечения.

Стр. 123. Амур, природа, вкупе со смиренной… – Сонет написан по случаю болезни Лауры.

Стр. 124 – 125…И тот, кто пятьдесят шесть лет царил… – император Август…И тот, кого в Микенах погубили. – Агамемнон. Сей доблести и древней мощи цвет… – Сципион Африканский.

Стр. 125…И Македонец закусил губу… – Александр Македонский. "Блажен… Найдя такую звонкую трубу!"… – Под "звонкой трубой" следует понимать в данном случае Гомера и его "Илиаду"…Петь горячо из Мантуи пастух… – пастух Вергилия.

Стр. 126…Ладья моя блуждает в океане… – Под блуждающей в океане ладьей подразумевается жизнь поэта.

Стр. 127. Лань белая на зелени лугов… – "Лань белая" – Лаура…Промеж двух рек… – т. е. между Соргой и Дюрансом (притоком Роны)…убор златых рогов. – Витиеватое уподобление кос Лауры. Сверкала вязь… Не тронь меня!.. – Петрарка воспользовался легендой, согласно которой через триста лет после смерти Цезаря был пойман олень с алмазной надписью на шее: "Noli me tangere. Cesaris sum" ("He тронь меня. Я принадлежу Цезарю"). Полдневная встречала Феба грань… – т. е. когда поэт достиг "половины жизненного пути" (35 лет), что, к слову сказать, и дало основание для датировки этого сонета (1339 г.).

Стр. 128. Кого-то кормят звуки, 11 Кого – растений сладкий аромат… Почти дословная цитата из Плиния…Кого живит огонь, кого – вода… – т. е. саламандр живит огонь (согласно поверью), вода – рыб.

Стр. 130. Любимого дыханья благодать… – На возвращение из Тосканы в Прованс.

Стр. 138 – 139. С альпийских круч ты устремляешь воды… – Река Рона.

Стр. 147. "О донны, почему, сходясь в часы бесед…" – Сонет обращен к подругам Лауры.

Стр. 149…И с ними солнце – в лодке на просторе… – речь идет о лодочной прогулке по Роне…Ни пастырь, что навлек на Трою горе… – т. е. Парис, послуживший причиной Троянской войны. Кто б их ни вез Автомедонт иль Тифий… – Автоме-донт – возница Ахилла; Тифий – кормчий аргонавтов.

Стр. 154. Был македонский вождь непобедим… – Речь идет об Александре Великом. Плиний рассказывает, что Александр Великий разрешил только нескольким художникам делать его изображения – Апеллесу в живописи, Лисиппу – в скульптуре (в бронзе). Тидей – один из семи царей, сражавшихся против Фив; будучи раненным в жестокой схватке с Меналиппом, нашел в себе достаточно сил, чтобы поразить его, и, уже умирая, все еще грыз его голову. Этим эпизодом, рассказанным Стацием, воспользовался Данте (рассказ о графе Уголино в "Аду"). По преданию, римский диктатор Сулла ослеп в припадке ярости. Римский император Валентиниан I (364 – 375 гг.) умер от приступа ярости во время приема послов. Аякс – легендарный герой греческого стана под Троей. Бросился на меч, разобиженный тем, что ему не достались доспехи Ахилла.

Стр. 157. Все сочеталось в нем. высокий гений… – Речь идет о какой-то царственной особе (предполагают, что о Карле Люксембургском).

Стр. 160. Я сам в беде и злейших бедствий жду. – Написано в ответ на стихотворное послание (сонет) Джованни Донди, математика из Падуи, в котором тот сетовал на свои любовные страдания и просил у Петрарки соответствующего совета.

Стр. 172 – 173. – Жизнь – это счастье, а утратить честь… – Сонет написан в форме диалога между Лаурой и воображаемой собеседницей.

Сонеты на смерть Мадонны Лауры

Стр. 178. Синьор, я вечно думаю о Вас… – Сонет посвящен кардиналу Джованни Колонна…Два светоча я призываю снова… – т. е. Колонна и Лаура

Стр. 178 – 179. Увы, прекрасный лик! Сладчайший взгляд!.. – Написано на смерть Лауры (Авиньон, 6 апреля 1348 г.).

Стр. 179. Повержен Лавр зеленый. Столп мой стройный… – На смерть кардинала Джованни Колонна (3 июля 1348 г.). На русский язык этот знаменитый сонет переводился неоднократно. Среди переводчиков – Конст. Батюшков и Ив. Козлов.

Стр. 186 – 187. Как часто от людей себя скрываю… в своей пустыне милой… – Речь идет о затворнической жизни в Вок-люзе.

Стр. 190 – 191. Сеннуччо мой! Страдая одиноко… – Сонет написан на смерть Сеннуччо дель Бене, близкого друга Петрарки, случившейся в 1349 г…Гвиттоне, Чино, Данту мой поклон… – Петрарка перечисляет поэтов любви Гвиттоне д'Арец-цо, Чино да Пистойя, Данте, которые находятся на небе Венеры (согласно тогдашней космогонии "третьей сферы").

Стр. 192. Свой пламенник, прекрасней и ясней //Окрестных звезд, в ней небо даровало… – т. е. в Лауре. Ее вернуть на родину огней. – т. е. вернуть на звезду Венеру, откуда спустилась ее душа на землю.