332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Филип Киндред Дик » Свободное радио Альбемута (сборник) » Текст книги (страница 18)
Свободное радио Альбемута (сборник)
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 17:50

Текст книги "Свободное радио Альбемута (сборник)"


Автор книги: Филип Киндред Дик






сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 66 страниц) [доступный отрывок для чтения: 23 страниц]

Глава 4

Потрясающая салатная заправка «Убик»! Где былая слава французской и итальянской кухни? Она давно миновала. Лишь «Убик» откроет вам, что такое подлинное наслаждение! Очнитесь! Мир новых, неведомых ощущений ждет вас! Это – «Убик»!!!

Сохраняет свои качества только при соблюдении инструкции.

Паломничество Рансайтера в Мораториум Возлюбленных Собратьев завершилось в Нью–Йорке. Роскошный бесшумный лимузин плавно приземлился на крышу центрального корпуса Ассоциации, скоростной лифт донес Рансайтера до кабинета на пятом этаже, и в девять тридцать утра он уже сидел в своем старомодном кресле из орехового дерева с кожаной обивкой и разговаривал по видеофону с отделом по связи с общественностью.

– Тэмиш, я только что вернулся из Цюриха. Совещался с Эллой… Что вы хотите, миссис Фрик? – Он свирепо развернулся к секретарше, вошедшей в кабинет и тихонечко прикрывавшей за собой дверь.

Робкая миссис Фрик, чью старческую бесцветность кое–как прикрывали яркие пятна грима, виновато развела руками: выбора нет, она просто вынуждена побеспокоить шефа…

– Ладно, – кивнул Рансайтер. – Что там случилось?

– Новая клиентка, мистер Рансайтер. Я думаю, вам стоит принять ее. – Произнося это, миссис Фрик приближалась к Рансайтеру, одновременно пятясь. Это был ее коронный маневр. Отработка его заняла наверняка не менее ста лет.

– Хорошо, сразу после разговора, – сказал Рансайтер. Он повернулся к экрану. – Как часто идут наши ролики по Всепланетному ТВ? Каждые три часа?

– Не совсем так, мистер Рансайтер. На протяжении дня наши ролики появляются в среднем через три часа, но в лучшее время оплата…

– Сделайте так, чтобы их крутили каждый час, – перебил Рансайтер. – И именно в лучшее время. Так считает Элла. Помните то решение Верховного суда, согласно которому муж имеет право убить свою жену, если сможет доказать, что она ни при каких обстоятельствах не дала бы ему развода?

– Да, это так называемая…

– Плевать, как оно там называется, главное, что у нас есть ролик на эту тему. Как там было?..

– Бывший муж сидит на скамье подсудимых. Камера показывает присяжных, судью, потом наплыв на прокурора, ведущего допрос. Он говорит: «Похоже, сэр, что ваша жена…»

– Да, именно этот, – кивнул Рансайтер. Когда–то он сам участвовал в написании сценариев для рекламных роликов. Такие проявления универсальности интеллекта поднимали Рансайтера в собственных глазах.

– Кажется, не вызывает сомнений, – заговорил Тэмиш, – что исчезнувшая группа пси работает на каких–то финансовых магнатов. Почему бы тогда не сделать упор на сюжеты, предназначенные для бизнесменов? Например, на этот, вспомните: муж приходит с работы. На нем ярко–желтая куртка с бахромой, обтягивающие брюки и кепочка защитного цвета. Он утомленно садится на тахту, начинает стягивать перчатки, потом, сгорбившись, хмурится и говорит: «Черт побери, Джилл, хотел бы я знать, что происходит со мной в последнее время. Можно подумать, что кто–то читает мои мысли!» Она отвечает: «Если тебя это тревожит, то почему ты не обратишься в пункт предупреждения? За умеренную плату они пришлют тебе инерциала, и ты будешь чувствовать себя, как раньше». И тут на лице мужчины расплывается лучезарная улыбка, и он говорит: «Не может быть! Я чувствую, что это изводящее меня ощущение уже…»

Вновь открылась дверь, и миссис Фрик возникла на пороге.

– Мистер Рансайтер, я… – ее очки подрагивали на носу.

Рансайтер кивнул:

– Потом договорим, Тэмиш. Короче, завалите ТВ нашими материалами – и пусть дают их каждый час.

Он дал отбой и молча повернулся к миссис Фрик.

– Я мотался в Швейцарию, – сказал он после паузы. – Я разбудил Эллу, чтобы получить от нее этот совет…

– Мистер Рансайтер уже освободился, мисс Вирт, – секретарша неуверенно отступила назад, и в кабинет вкатилась посетительница. Ее голова подпрыгивала при ходьбе, как мячик, в то время как грузное круглое тело нацелилось на кресло, цели достигло и умостилось, свесив худые ножки. На ней был немодный плащ из паучьего шелка, делавший ее похожей на дружелюбного жука, забравшегося в чужой кокон. Казалось, ее заботливо упаковали. Тем не менее она улыбалась и явно чувствовала себя абсолютно свободной. Далеко за сорок, прикинул Рансайтер. Если она и имела когда–то приличную фигуру, то время это кануло…

– Сожалею, мисс Вирт, но посвятить вам много времени я не смогу, – сказал он. – Давайте сразу к делу. Какие у вас проблемы?

– У нас кое–какие неприятности с телепатами, – начала мисс Вирт неуместно радостным, сочным голосом. – Это мы так думаем – но не уверены до конца. Среди наших служащих есть телепат, он работает негласно, и если обнаружит кого–нибудь из пси, он обязан сообщить об этом моему… – ее глаза сверкнули, – моему патрону. На прошлой неделе он представил такой отчет. Тогда мы поручили одной из частных фирм подыскать для нас лучшее агентство по предупреждению. Лучшим было названо ваше.

– Это я знаю – сказал Рансайтер. Его агентство действительно считалось лучшим. Правда, никаких дивидендов с этого он пока не получил. Может быть, этот заказ?.. – Сколько он обнаружил телепатов?

– Минимум двоих.

– То есть не исключено, что их больше?

– Не исключено.

– Работаем мы по следующей схеме: вначале проводим замеры пси–поля, чтобы понять, с чем имеем дело. Это занимает семь–десять дней в зависимости…

Мисс Вирт перебила его:

– Мой патрон хотел бы, чтобы вы сразу направили своих инерциалов, пропустив эту формальность. Время дорого.

– Тогда мы оказались бы не в состоянии определить количество и профиль инерциалов, а также не знали бы, как их следует расположить. При проведении пси–операций следует действовать систематически: это же вам не помахать волшебной палочкой и не насыпать дуста по углам. Нейтрализовать людей Холлиса можно только индивидуально, противопоставляя их пси–способностям соответствующие антиспособности. Думаете, Холлис действует иначе? Вначале кто–то из его людей устраивается, допустим, в отдел кадров, берет на работу другого: тот организует новый отдел или пробивается к руководству уже существующим, и так далее… иногда это занимает многие месяцы. А вы хотите, чтобы мы в двадцать четыре часа ликвидировали такую структуру. Крупные пси–операции похожи на изготовление мозаики; и ни мы, ни они не могут позволить себе ни малейшей торопливости.

– Но мой патрон, – бодро заметила мисс Вирт, – как раз очень торопится.

– Я поговорю с ним, – сказал Рансайтер, протянув руку к видеофону. – Как его зовут и какой у него номер?

– Я уполномочена вести эти переговоры.

– Тогда мы можем ни о чем не договориться. Почему вы не хотите сказать, кого представляете?

Он нажал на потайную кнопку, давая знак дежурной телепатке, Нине Фрид, приступить к работе. Нет, с этими людьми мне не хочется сотрудничать, подумал он. Похоже, что нанимателя зовут Рэй Холлис.

– Не будьте догматиком – сказала мисс Вирт. – Единственное, что нас сейчас интересует – это скорость. И только об этом мы вас просим. Скажу больше: предприятие, которому они угрожают, проводится вне Земли. Как с точки зрения уже вложенных средств, так и с точки зрения потенциальной прибыли это наш самый главный проект. Патрон вложил в него все свободные средства. Никто не должен был знать об этом. Нас буквально подкосила информация о телепатах…

– Простите, я на минутку… – сказал Рансайтер, поднялся из кресла и пошел к двери. – Хочу узнать, есть ли у нас кто в резерве.

Нина Фрид сидела в маленькой соседней комнате и курила.

– Узнайте, кого она представляет, – сказал Рансайтер, – и сколько они готовы заплатить. – У нас тридцать восемь бездействующих инерциалов, подумал он, может быть, удастся пристроить их всех. И, похоже, наконец–то объявились пропавшие люди Холлиса. Вся эта проклятая банда…

Он вернулся за свой стол.

– Если в вашу фирму проникли телепаты, – сказал он, – само предприятие перестало быть секретом. Это вы понимаете, надеюсь. Независимо от того, какую именно информацию им удалось умыкнуть. Так, может быть, вы скажете мне, что это за проект?

Мисс Вирт замялась.

– Я сама не знаю.

– И где он разворачивается?..

– Тоже.

– А как зовут вашего патрона, вы знаете?

– Видите ли, я работаю в дочернем предприятии и знаю своего непосредственного шефа, мистера Шепарда Говарда, но кого представляет мистер Говард, мне не сообщили.

– Если мы выделим вам инерциалов – будем мы знать, куда они отправлены?

– Не исключено, что нет.

– Ну а если вы их нам не вернете?

– Как это? Они обезопасят наш проект и сразу после этого…

– Дело в том, – сказал Рансайтер, – что люди Холлиса иногда убивают наших инерциалов. А за безопасность сотрудников отвечаю я. Поэтому я просто обязан знать, где они будут находиться.

Микродинамик в левом ухе включился, и Рансайтер услышал голос Нины Фрид: «Шефа мисс Вирт зовут Стэнтон Мик. Она его доверенное лицо. Никакого Говарда не существует. Проект, о котором шла речь, сконцентрирован в основном на Луне. Выполняет его «Техпрайз», исследовательская фирма Мика, контрольный пакет которой формально принадлежит мисс Вирт. Чем занимается эта ее фирма, она не знает; Мик не посвящает ее в технические и научные детали, что очень ее обижает. Впрочем, от сотрудников Мика она узнала, в чем общий смысл проекта. Если ей сказали правду, то суть лунного проекта – это разработка радикально нового и очень дешевого способа межзвездных полетов. Похоже, что Мик задался целью создать систему, позволяющую любой этнической или политической группе заняться колонизацией планет. Если это так, то монополия правительств будет подорвана».

Нина Фрид отключилась. Рансайтер поудобнее устроился в своем кресле из орехового дерева и задумался.

– О чем вы думаете? – тут же спросила его мисс Вирт.

– Прикидываю, хватит ли у вас денег на оплату. Поскольку замеров поля нет и не предвидится, то о количестве инерциалов говорить можно только приблизительно… боюсь, что их должно быть не менее сорока. – Рансайтер знал, что Мик способен оплатить услуги любого количества инерциалов или, по крайней мере, сделать так, чтобы их оплатил кто–нибудь другой.

– Сорока… – эхом отозвалась мисс Вирт. – Хм. Весьма солидно.

– Чем больше людей мы введем в операцию, тем быстрее и надежнее будет результат. Поскольку вы торопитесь, мы введем их в действие одновременно. Если вы уполномочены подписать контракт от имени своего патрона, – он направил на нее указательный палец, мисс Вирт даже не моргнула, – и если выплатите аванс, мы, думаю, сможем уложиться в семьдесят два часа.

Он замолчал и стал выжидающе смотреть на нее.

Микродинамик в ухе забубнил: «Как владелец «Техпрайза», она имеет право подписывать любые обязательства, располагая всеми активами фирмы. Сейчас она прикидывает их сумму, исходя из сегодняшнего биржевого курса акций… несколько миллиардов поскредов, так она считает. Но принимать обязательства на себя она не хочет, предпочитая, чтобы это сделали непосредственно поверенные Мика – даже если это приведет к задержке в несколько дней».

А так торопились вначале, подумал Рансайтер… или делали вид, что торопятся.

«Интуиция ей подсказывает, – продолжала Нина Фрик, – что вы догадываетесь, кто за ней стоит. И она боится, что вы заломите непомерную цену. Мик знает, какая у него репутация, поэтому предпочитает действовать через посредников и подставных лиц. Впрочем, им все равно необходимо получить как можно больше инерциалов, поэтому с предстоящими затратами они смирились».

– Сорок инерциалов, – проговорил Рансайтер. – Посмотрим: шесть на пятьдесят и на три… и еще на сорок… – он зацарапал ручкой по листу бумаги.

Мисс Вирт, сохраняя на лице застывшую счастливую улыбку, ждала с видимым напряжением.

– Интересно, – пробормотал Рансайтер, – кто заплатил Холлису за внедрение в ваш проект?

– Какая разница? – сказала мисс Вирт. – Важно, что они там есть.

– Иногда так и не удается этого установить, – продолжал Рансайтер. – Но вы правы: когда на кухне заводятся муравьи, никто не спрашивает, откуда они пришли, а начинают их травить… – Он наконец вывел итоговую сумму.

Она была колоссальной.

– Это… это надо обдумать, – сказала мисс Вирт. Она оторвала взгляд от шокирующих результатов вычислений и привстала. – Здесь есть место, откуда бы я могла связаться с мистером Говардом? Конфиденциально?

Рансайтер, тоже вставая, сказал:

– Нечасто случается, чтобы какая–либо организация располагала таким количеством инерциалов одновременно. Если вы промедлите, ситуация может измениться. Так что лучше берите их сразу.

– А вы считаете, что нам нужно так много?

Взяв мисс Вирт за руку, Рансайтер вывел ее из кабинета и провел прямо в зал контроля.

– На этой карте, – показал он, – мы обозначаем расположение наших – да и чужих тоже – инерциалов. Кроме того, здесь же обозначено расположение людей Холлиса… правильнее сказать, было обозначено. – Он пересчитал лежащие тут же флажки с именами исчезнувших пси, покрутил в пальцах последний: это был флажок С. Доула Мелипоуна. – Теперь–то понятно, где они все.

Механически–счастливая улыбка исчезла с лица мисс Вирт: она все поняла. Рансайтер взял ее за руку, положил на ладонь флажок и сжал в кулачок ее внезапно повлажневшие пальцы.

– Подумайте, – сказал он. – Видеофон вон там. Никто вам мешать не будет.

Он вышел из зала. Положим, я не вполне уверен, что все исчезнувшие пси находятся именно там, подумал он. Но это не исключено. Кроме того, Мик отказывается от нормальной процедуры. Если в результате некоторые инерциалы окажутся лишними – что ж, это его проблемы.

По закону Рансайтер должен был сообщить Объединению, что многие, если не все, исчезнувшие люди Холлиса выявлены. Впрочем, по тому же закону на подачу такого извещения отводилось пять дней… Он решил тянуть до последнего. Такой шанс резко поправить свои дела выпадает раз в жизни.

– Миссис Фрик, – сказал он, входя в собственную приемную, – напечатайте договор на сорок… – он замолчал.

В приемной сидели двое: Джо Чип – как всегда, с похмелья, но мрачный более, чем обычно, – и длинноногая девушка с блестящими вьющимися волосами, черными, как и ее глаза. Она буквально излучала красоту, и казалось, что приемная освещена медленным мрачным пламенем… такое впечатление, подумал Рансайтер, что она сопротивляется собственной привлекательности, что ей отвратительна гладкость ее кожи и чувственность, притягательность, томная нежность ее губ. Будто бы она только что из постели, еще в полном беспорядке… и недовольна приходом дня… да, каждого дня.

– Я так понимаю, что Джи–Джи вернулся из Топики, – сказал Рансайтер вслух, подходя.

– Это Пат, – сказал Джо. – Просто Пат. А это мистер Рансайтер… – он махнул рукой.

Готовность к поражению, к безоговорочной капитуляции читалась в этом жесте, но Рансайтер знал, что это у Джо напускное. В действительности его сопротивляемость была весьма и весьма высокой.

– Анти–кто? – спросил Рансайтер девушку, которая все так же, развалясь и вытянув ноги, сидела в кресле.

– Антикетогенетик, – промурлыкала она.

– Это как? Что именно вы делаете?

– Предотвращаю кетоз, [16]16
  Болезнь обмена веществ у дойных коров и свиноматок. – Здесь и далее примечания переводчика.


[Закрыть]
– непонятно сказала она. – Но без использования глюкозы.

– Джо, расшифруй, – сказал Рансайтер.

– Покажи мистеру Рансайтеру заключение, – сказал Джо девушке.

Не вставая, девушка дотянулась до сумочки, порылась в ней и вынула желтый бланк. Развернула его, просмотрела и протянула Рансайтеру.

– Невероятно, – сказал Рансайтер. – Она и в самом деле так хороша? – Он задал вопрос и только после этого заметил два подчеркнутых креста: знак ненадежности.

– Она лучшая из всех, кого я знал, – сказал Джо.

– Пойдемте в кабинет. – Рансайтер повернулся, и они поднялись за ним.

И тут в приемную влетела толстенькая мисс Вирт; ее глаза вращались, и дышала она, как загнанная.

– Я говорила с мистером Говардом! – налетела она на Рансайтера. – И получила от него инструкции! – Тут она увидела Джо и Пат, заколебалась на мгновение, но продолжила: – Мистер Говард желает, чтобы мы немедленно покончили со всеми формальностями. Это возможно? Время слишком дорого… – Она показала всем свою неподвижную блестящую улыбку. – Не подождут ли молодые люди? Дело, по которому я здесь, не терпит отлагательств.

Пат оскорбительно захохотала.

– Подождать придется вам, мисс Вирт, – сказал Рансайтер. Его вдруг охватил беспричинный страх. Он еще раз взглянул на Пат, перевел взгляд на Джо, и его страх усилился. – Посидите здесь, мисс Вирт, – он показал на кресло.

– Мистер Рансайтер! – сказала она. – Я уже могу точно сказать вам, сколько инерциалов мы закажем. Мистер Говард считает, что сам способен оценить наши потребности.

– Ну?

– Одиннадцать.

– Через пять минут мы подпишем контракт, – сказал Рансайтер. – Как только я освобожусь. – Жестом руки он пригласил Джо и девушку войти в кабинет, захлопнул дверь и опустился на свое место. – Ничего у них не получится, – сказал он, обращаясь к Джо. – Одиннадцать. Да хоть и пятнадцать. Что такое пятнадцать против Мелипоуна? – Гадкая смесь усталости и страха бродила в нем. – Ладно. Это, как я понимаю, наша новая потенциальная сотрудница, которую Джи–Джи откопал в Топике? И ты считаешь, что мы должны принять ее? И Джи–Джи, и ты – оба так считаете? Тогда, конечно, примем… – Обкатаем ее на Мике, подумал Рансайтер. – Но только никто еще не сказал мне, на что она способна.

– Миссис Фрик говорила, что вы летали в Цюрих, – сказал Джо. – Что предложила Элла?

– Больше рекламы, – сказал Рансайтер. – По ТВ. Каждый час. – Он повернулся к интеркому: – Миссис Фрик, подготовьте договор о приеме на работу новой сотрудницы. Начальный оклад согласно декабрьскому соглашению с профсоюзами. Кроме того…

– И каков же этот начальный оклад? – перебила его Пат. В голосе ее прозвучал какой–то детский сарказм.

Рансайтер внимательно посмотрел на нее.

– Я до сих пор не знаю, на что вы способны, – сказал он.

– Она справляется с предсказателями, Глен, – сказал Джо. – Но особым способом… – Объяснять, что это за способ, Джо не стал. Казалось, что у него кончился заряд аккумулятора.

– Она может приступать к работе сразу? – повернулся к нему Рансайтер. – Или мы должны ее тренировать, обучать?.. У нас и так сорок инерциалов сидят без дела – а мы принимаем еще одного. Хотя нет, уже не сорок – тридцать. Все равно – тридцать сотрудников ковыряют в носу, получая за это жалованье. Может быть, поувольнять к чертям наших агентов? Да, кстати. Джо: по–моему, люди Холлиса нашлись. Расскажу чуть позже. – Он снова повернулся к интеркому и продолжил: – Обязательно отметьте, что мы имеем право в любой момент расторгнуть этот договор без уплаты какой–либо неустойки. В течение первых девяноста дней сотрудница не имеет права на пособие, а также на оплату отпуска по болезни и лечению. Ваш начальный оклад, – Рансайтер посмотрел на Пат, – будет равен четыремстам поскредам в месяц при двадцатичасовой рабочей неделе. Кроме того, вы должны вступить в профсоюз. Это профсоюз работников горно–обогатительной и металлургической промышленности – именно он представляет интересы работников предупредительных служб. Тут я ничего не могу поделать.

– На профилактике видеофонных линий я заколачиваю больше, – сказала Пат. – Ваш мистер Эшвуд…

– Наши агенты лгут – перебил ее Рансайтер. – Их обещания нас ни к чему не обязывают.

Дверь открылась, и вошла миссис Фрик, осторожно неся заполненный бланк договора.

– Спасибо, миссис Фрик, – сказал Рансайтер, принимая бумагу. Потом он повернулся к Джо и Пат. – У меня есть жена, молодая прекрасная женщина. Она лежит в холодильнике. Когда я говорил с ней, вмешался какой–то неприятный парень по имени Джори, и потом я говорил уже с ним, а не с ней. Она угасает – а я вынужден любоваться этой старой развалиной, моей секретаршей… – Он видел перед собой Пат, девушку с черными густыми волосами и чувственным ртом, и чувствовал в себе зарождение темной страсти, смутных и неясных желаний, которые уносились в никуда и возвращались пустыми, замыкая круг…

– Я подпишу, – сказала Пат и потянулась к авторучке.

Глава 5

Ты неэкономна, Хелен: желудок опять переполнен.

Постой! Я подарю тебе «Убик»! «Убик» сделает тебя стройной, как в юности! «Убик» приносит облегчение голове и желудку.

Помните: «Убик» улетучивается за несколько секунд.

Избегайте длительного использования.

Когда выпадали долгие дни вынужденного бездействия, Типпи Джексон, антителепатка, спала до полудня. Вживленный в ее мозг электрод стимулировал быстрый сон, то есть сон со сновидениями; так что, пока Типпи спала, укутанная с головой в простыню, ей, можно сказать, было чем заняться.

В данный момент события, происходящие исключительно в ее сознании, разворачивались вокруг фигуры могущественного сотрудника Холлиса, наделенного колоссальными псионическими способностями. Все прочие инерциалы в Солнечной системе отступили перед ним или были раздавлены. И вот последней, кто принял на себя удар сверхъестественного поля, стала она, Типпи.

«Со мной что–то не в порядке, пока ты здесь», – сообщил ей ее туманный противник. На лице его возникла гримаса дикой ненависти, придавшая ему сходство с сумасшедшей белкой.

«Должно быть, ты ошибся, считая свои способности неограниченными, – сказала ему Типпи в своем сне. – Ты воздвиг необоснованную концепцию собственной личности, опираясь на элементы подсознания, которые тобой не контролируются. Поэтому ты и боишься меня».

«Ты случайно не сотрудница какой–нибудь службы предупреждения?» – спросил телепат Холлиса, нервно озираясь.

«Если ты так могуч, как утверждаешь, – сказала Типпи, – то прочти мои мысли!»

«Я не могу читать мысли, мой талант куда–то исчез. Давай ты поговоришь с моим братом Биллом? Эй, Билл, побеседуй с леди. Она нравится тебе?»

Билл, достаточно похожий на своего брата–телепата, сказал:

«Нравится, потому что я предсказатель, и мне она ничего не может сделать. – Переступая с ноги на ногу, он улыбнулся, показывая лопатообразные белые резцы. – «Хитрой природой отлитый почти человеком, только лишенный разумных пропорций…» – он остановился. – Как там дальше, Мэтт?»

«…Я, недоделанный, высланный в мир прежде срока, в мир сих дышащих, слепленный наполовину…» – сказал похожий на белку Мэтт–телепат, почесывая в задумчивости свою шкурку.

«А, да, – кивнул Билл–предсказатель. – Помню: «И вот такой я, горбатый, костлявый, ужасный так, что собаки звереют, меня лишь увидя…» Это из «Ричарда III»», – пояснил он Типпи. Оба брата ухмыльнулись. Резцы их были сточены, будто они сидели на диете и питались невареным зерном.

«И что это все значит?» – спросила Типпи.

«Это значит, что мы собираемся тебя прикончить», – сказали оба брата в унисон…

Звонок видеофона вырвал Типпи из сна.

Сквозь толчею разноцветных пузырей она кое–как доплелась до аппарата и, жмурясь, подняла трубку. Боже, как поздно, подумала она, увидев часы. Я превращаюсь в растение…

– Слушаю, – сказала она вслух. На экране появился Рансайтер. – Добрый день, мистер Рансайтер. Что, нашлась для меня работа? – Она старалась не попадать в поле зрения камеры.

– О, миссис Джексон, я рад, что застал вас дома, – сказал Рансайтер. – Мы с Джо Чипом формируем оперативную группу из одиннадцати инерциалов. Задание крайне важное. Пойдут самые лучшие. Джо выбрал вас, и я с ним согласен.

Сколько вам нужно времени, чтобы добраться до бюро? – голос Рансайтера был самый оптимистичный, но лицо на экране выглядело усталым и озабоченным.

– Если это связано с выездом… – начала было Типпи, но он ее прервал:

– Понимаю, вам нужно собраться, да? Однако по уставу вы обязаны быть наготове каждую минуту. Плохо, когда устав нарушается, особенно тогда, когда время так дорого.

– Вы меня не поняли. Я собрана. В бюро я буду через пятнадцать минут. Все, что я хочу, – это оставить записку мужу, он сейчас на работе.

– Хорошо, тогда все в порядке, – сказал Рансайтер рассеянно: наверное, он уже искал следующее имя в списке. – До встречи, миссис Джексон.

Странный был сон, подумала Типпи, снимая пижаму и возвращаясь в спальню за одеждой. Что за стихи они там читали? «Ричард III», вспомнила она, снова, как наяву, увидев их огромные плоские резцы и шишковатые головы с торчащими пучками рыжих волос. Я же не читала «Ричарда III», вдруг поняла она, а если и читала, то так давно… Но как могут человеку присниться строки неизвестной ему поэзии? Наверное, это настоящий, не приснившийся телепат пытался влиять на меня… или даже дуэт телепата и предсказателя – те, кого я видела во сне? Стоит, наверное, узнать в нашем отделе информации: не работают ли у Холлиса братья Билл и Мэтт?

Встревоженная и озабоченная, она начала торопливо одеваться.

Раскуривая зеленую гаванскую сигару «Куэста–Рэй» класса «палмасупрема», Глен Рансайтер откинулся на спинку своего великолепного кресла, нажал на кнопку интеркома и сказал:

– Миссис Фрик, выпишите Джи–Джи Эшвуду чек на сто поскредов.

– Хорошо, мистер Рансайтер.

Джи–Джи продолжал безостановочно кружить по кабинету, стуча каблуками по паркету из настоящего дерева.

– Джо Чип так и не сказал мне, что она может, – сказал ему Рансайтер.

– Джо – болван, – бросил Джи–Джи.

– Как получилось, что эта девушка, Пат, может перемещаться в прошлое – а никто больше не может? Я сомневаюсь, что это принципиально новый талант – просто раньше вы, агенты, не обращали на это внимания. С другой стороны, нелогично принимать ее на работу в предупреждающую организацию – у нее прямые псионические способности, а не анти…

– Я уже говорил, и Джо подтвердил это, что она способна нейтрализовать предвидение.

– Это побочный эффект… Джо, например, считает, что она представляет опасность для фирмы. Почему?

– А как он это сам объясняет?

– Никак. Пробормотал что–то. Это же Джо – никаких доводов, одни предчувствия. Но в группу для Мика он ее хочет включить… – Рансайтер перелистал лежащие перед ним личные карты инерциалов. Сложил их стопкой, подравнял. Нажал на кнопку интеркома: – Пригласите Джо сюда, посмотрим, что за группу он набрал. Они должны быть уже здесь, – сказал он, взглянув на часы. – Я намерен сказать Джо прямо в глаза, что он чокнулся, раз включил эту Пат Конли в группу. Он же сам утверждает, что она опасна. Что вы скажете, Эшвуд?

– Он слишком привязан к ней.

– Не понял?

– У них сексуальное взаимопонимание.

– У Джо не может быть сексуального понимания. Нина Фрид читала его мысли – он слишком беден даже… – он оборвал себя: дверь открылась, и миссис Фрик в своей характерной манере проследовала к столу, неся на подпись чек для Джи–Джи. – Я догадываюсь, почему он взял ее, – сказал Рансайтер, выводя свою подпись на чеке. – Чтобы не спускать с нее глаз. Он ведь тоже летит с нами: будет проводить замеры поля, что бы там ни говорил заказчик. Мы должны знать, с чем имеем дело. Благодарю вас, миссис Фрик, – взмахом руки он отпустил секретаршу. – Ваш чек, Эшвуд. Допустим, мы не проведем замеров, и пси–поле окажется слишком сильным для одиннадцати инерциалов. Кто будет виноват?

– Мы, – сказал Эшвуд.

– Я им говорил, что одиннадцати может не хватить. Хотя мы и отобрали лучших людей и вообще делаем все, что можем. Влезть под крылышко Стэнтона Мика было бы очень неплохо. Но поражает, что такой богатый человек может оказаться таким скупым и недальновидным… Миссис Фрик, где Джо? Джо Чип?

– Мистер Чип в приемной. С ним еще несколько человек.

– Сколько их? Десять–одиннадцать?

– Где–то примерно так. Я могу ошибиться на одного–двух.

– Это наша группа, Джи–Джи – сказал Рансайтер. – Я хочу посмотреть, как они выглядят вместе. Прежде чем отправляться на Луну. – Он затянулся своей сигарой с зеленым ободком. – Мисс Фрик, скажите им, пусть войдут.

Она выскользнула из кабинета.

– Каждый в отдельности – отличный работник. Это мы знаем, – Рансайтер приподнял и снова бросил на стол пачку документов. – Но как они будут работать в группе? Насколько сильным окажется их совместное антиполе? Мне хотелось бы, чтобы вы задались этим вопросом, Джи–Джи. Именно этим вопросом.

– Только время сможет ответить на него, – сказал Эшвуд.

– Я так давно занимаюсь всем этим… Можно сказать, что это мой вклад в современную цивилизацию, – сказал Рансайтер.

В дверь стали входить его сотрудники.

– Хорошо сказано, – подхватил Эшвуд. – Вы – полицейский, охраняющий право на одиночество.

– А вот Рэй Холлис говорит, что мы пытаемся пустить время вспять…

Он внимательно посмотрел на людей, которые вошли в кабинет и теперь стояли кучкой и молчали, ожидая, когда он заговорит с ними. Ну и дерьмо, подумал он с тоской. Этот недозрелый фасолевый стручок в очках и с лимонного цвета волосами, в ковбойской шляпе, черной кружевной мантилье и бермудах, надо полагать, не кто иная, как Эди Дорн. Интересная смуглая дама с быстрыми беспокойными глазами, одетая в шелковое сари, опоясанное нейлоновым оби, и толстые носки – это Фрэнси, шизофреничка, временами посещаемая пришельцами с Бетельгейзе. Волосатого парня в цветастом балахоне и спиральных рейтузах, стоящего с цинично–снисходительным видом, Рансайтер раньше не встречал. Ну и так далее. Пять женщин и пять мужчин. Кого–то еще не хватает…

Вошли Джо Чип и перед ним – девушка, Патриция Конли. Теперь стало одиннадцать – полный состав.

– Вы показали отличное время, миссис Джексон, – сказал Рансайтер тридцатилетней мужеподобной даме в эрзац–кожаных брюках и серой футболке с портретом лорда Бертрана Рассела. – Вам я звонил последней, тем не менее вы успели.

Типпи Джексон улыбнулась бледной бескровной улыбкой.

– Некоторых из вас я знаю – сказал Рансайтер, поднимаясь из своего кресла и давая сотрудникам знак садиться, устраиваться поудобнее и курить, если появится такое желание. – Вас, мисс Дорн, мы с мистером Чипом назвали первой – имея в виду результаты нейтрализации С. Доула Мелипоуна, и не ваша вина, что с ним был утерян контакт.

– Спасибо, мистер Рансайтер, – тонким, прерывающимся голосом сказала Эди Дорн; она покраснела и уставилась в стену. – Я рада, что могу принять участие в новой акции… – добавила она не слишком уверенно.

– Кто из вас Эл Хэммонд? – спросил Рансайтер, бросив взгляд на личные карты.

Высокий сутуловатый негр с благородным удлиненным лицом показал на себя.

– Нам еще не приходилось встречаться, – сказал Рансайтер. – Среди антипредсказателей у вас самый высокий рейтинг. Мне следовало познакомиться с вами раньше… Кто у нас еще антипредсказатель? – Подняли руки трое. – Для вас наверняка будет интересно знакомство с мисс Конли. Она нейтрализует деятельность предсказателей совершенно иным способом. Может быть, мисс Конли сама объяснит нам это? – он кивнул Пат…

…и обнаружил себя стоящим перед витриной нумизматического магазина на Пятой авеню. Внимание его привлекала золотая монета в один доллар, никогда не выпускавшаяся в оборот. Было бы здорово включить ее в коллекцию…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю