Текст книги "Звезда по имени...(СИ)"
Автор книги: Фил Бандильерос
сообщить о нарушении
Текущая страница: 29 (всего у книги 69 страниц)
Учитель, убедившись в том, что я могу показать то же, что и в тренировке с Квай-Гоном, заулыбалась всё больше и больше – мы немного отставали от её графика, несмотря на моё невероятно быстрое, по её словам, обучение. А если исключить третью форму как присутствующую у меня изначально, то оставался почти месяц «неучтённого» времени, которое тут же, по словам учителя, обернётся для меня адскими тренировками.
От учителя я узнал о семи формах, боя.
Первая – Шии-Чо, самая древняя и малопопулярная ввиду своей простоты. Но как основа она изучается в обязательном порядке всеми джедаями.
Вторая форма – Макаши, намного сложнее, основана на быстрых, плавных движениях, коротких колющих ударах и многочисленных уловках.
Третья – исключительно для защиты от бластерного огня, её я пропустил.
Четвёртой формой была Атару. Старая, но вечно популярная из-за скорости, агрессивности. В атару входили быстрые удары, такое же быстрое уклонение, размашистые, «рубящие» удары. Колющие были редкостью и только для того что бы достать противника на расстоянии. Минус формы в том, что меч имел гироскопический эффект, и что бы нанести удар, приходилось преодолевать мечом приличное расстояние, преодолевая сопротивление светового клинка. Без постоянной подпитки силой, движения атару выглядят как медленное размахивание световым клинком, как веером – чем быстрее движется светошашка, тем больше сопротивление, и если при использовании Шии-Чо ощущения были как от размахивания обычным железным мечом, то пользователь атару чувствовал, будто навесил на штангу пару центнеров «блинов» и размахивает ею. Адский стиль, но при достаточном мастерстве подпитки силой своего тела, как у Палпатина, эффективный. Мне, как человеку, наиболее искушённому в подпитке своего тела за счёт высокоразвитого тонкого вливания силы в мышцы, атару подходила более всего. Правда, в результате обучения я всеми силами старался понять получше суть гироскопического сопротивления. Скорость боя напрямую зависела от этого сопротивления.
Форма под номером пять мне не понравилась тем, что была рассчитана в первую очередь на защиту и контратаки. Уход в глухую защиту и мощные контратаки для истощения противника – вот её основа. Мне она не понравилась выжидающей тактикой боя, хотя идея с контратаками хороша.
Шестой формой был Ниман, который учитель не признавала полноценным боем вообще. Так, некоторые приёмы других форм и импровизация на их основе.
Замыкал семёрку джедайско-ситский стиль «Джуйо», который практиковала учитель. По её словам, этот стиль был чем-то на голову превосходящим все остальные, хотя я это записал в пристрастие. Но с этим можно было поспорить – форма основана на настрое бойца, эмоциях, скорости, акробатике, множестве уловок и контратак и сочетании их с основными приёмами, вроде оглушения или даже молниями, усилением, ускорением, даже рукопашным боем…
Моё уважение к учителю возросло, когда она продемонстрировала свои навыки, разбив меня в пух и прах буквально за пару секунд. Даже мои способности к предсказанию не годились, что бы противостоять седьмой форме. По словам Тоси мастеров, практикующих Джуйо крайне мало, и его запрещено передавать без персонального разрешения магистра, а тем более – записывать уроки на носители или оставлять в голокронах. Слишком опасный стиль для новичка – слишком легко возгордиться, освоив даже часть стиля, и начать испытывать злобу или даже ненависть во время боя. Я, как никто другой, знал, что голова должна быть холодной, иначе – кирдык. А гордиться своими навыками – последнее дело. Ферзь может гордиться тем, что он сильнее пешки, но они останутся фигурами, которые убивают друг друга, а выгоду получают те, кто вообще оружие в руках не держал, политики. Отсюда вывод – даже сильнейший джедай в галактике будет всего лишь фигурой в раскладе сил, что бы действительно быть выше этого, мало обучиться круто махать мечом.
Закончив перебор упражнений из атару, я выключил тренировочный меч и решил, что пора пойти будить учителя, но это не понадобилось – Тоси уже встала и, заметив меня тренирующимся, пошла на поздний завтрак. При подпитке силой четырёх часов сна хватало для полноценного отдыха, и мы этим пользовались.
– Как результаты? – спросила учитель, глядя на поджаривающихся подопытных.
– Неплохо. По крайней мере всё получилось, правда тимиары слишком тупы для чего-то сложного… – сказал я. – Но, надеюсь, есть более умные животные?
– Найдём, – улыбнулась учитель. – Обычно этому обучаются несколько месяцев…
– Я до прихода к вам тренировался. Не в этом, конечно же, но всё же, не первый год работаю с силой.
– Пусть так, – кивнула учитель, – тебе ещё многому придётся научиться. С внушением эмоций закончено?
– Можно и так сказать, – подумал я, ведь тренироваться мне ещё много-много, прежде чем я смогу легко и непринуждённо внушать противнику эмоции. Пока что отвлечься от внушения я не мог, и в бою этот навык бесполезен.
– В таком случае… – протянула Тоси, оглядываясь на завтрак, – приступим к скорости, потом будет акробатика, и наконец твоё любимое – начнём изучать барьеры.
– Наконец-то, – обрадовался я и, позавтракав, мы приступили к тренировке.
Время действительно текло незаметно – половина назначенного срока уже прошла. Учитель, как только мы закончили с азами постановки барьера вокруг себя, обратилась ко мне:
– Завтра идём на охоту. Лечить себя ты умеешь, с оглушением или успокоением цели справишься, так что можно начать практику.
Я ничего не ответил. Но хотелось попробовать себя в роли охотника – если бы я мог оглушить противника, а не только уклоняться, то тогда, на Мандалоре, не пришлось бы подставлять свою жизнь под угрозу. Ведь зверюга, напавший на меня, был чертовски быстр!
Охота была главным местным занятием – учитель уже скопила у себя с центнер шкур и клыков, которые можно было продать в деревне. Я же пока своих трофеев не имел.
Когда мы вышли, было ещё темно – акулы – ночные хищники. Я не испытывал проблем с освещением, просто смотрел через силу и следовал интуиции. Тоси взяла с собой винтовку, а мне разрешила взять только световой меч.
Движения Тоси были более чем естественными в лесу, и судя по спокойному фону, силой она не пользовалась, а мне приходилось – иначе никак не успел бы за учителем. Двигались мы быстро, но учитель не сбивая дыхания, начала рассказывать:
– Охотимся на акулов. Они ходят стаями по десять-двадцать особей, слух и нюх у них хороший, быстрые, хитрые, но с интуицией у тебя будет возможность обогнать его. Хватка челюсти сильная, без укрепления тела даже не думай подходить близко. Если укусит – тут же освобождайся, так как набросятся остальные. Лучше всего начать с неожиданной атаки из укрытия, бластером. Завалишь одного-двух, пока остальные найдут тебя. Убежать от них нереально – быстрые и выносливые, они легко догонят любого. Если удастся завалить всех, то получишь десяток шкур, а они высоко ценятся.
Я не стал отвечать. Брифинг был окончен, хотя я уже читал про этих тварей и знал немало. Методов охоты, правда, не было. Скорость движения заметно снизилась и учитель стала идти немного тише.
– Тсс. Тут есть Акулы. Десяток тварей. Пойдём к ним, – сказала учитель, тут же направившись в сторону. Идти долго не пришлось – через пять минут тихого шага она жестами показала мне быть тихим. Пришлось аккуратно наступать, что бы не спугнуть Акулов.
Через пару десятков метров учитель запрыгнула на дерево, встав на толстую ветку. Я последовал её примеру, совершив головокружительный прыжок на высоту четырёх-пяти метров.
– Они здесь, – сказала Тоси, кивнув в сторону. Я присмотрелся – действительно, в полусотне метров от нас была стая в десяток особей, которые занимались своими делами. Выглядели как огромные волки, а детёныши похожи на собак, только сильно зубастых.
– Что делать будем? – шёпотом спросил я.
– Я открою огонь из винтовки, а ты используй оглушение, если сможешь. Чем больше захватишь, тем лучше.
Тоси сняла с плеча винтовку и, прислонившись к стволу дерева спиной, прицелилась. Я тоже прицелился, направляя импульс на самую большую группу особей. Через несколько секунд раздался выстрел винтовки и я ударил оглушением. Импульс в силе прошёл точно так, как рассчитывал, а вот с силой я перемудрил – использовал сильнее, чем надо, и пять взрослых особей свалились замертво там, где и стояли. Остальные члены стаи тут же подняли вой. Осталось пять взрослых особей, которые бросились на звук – к нам.
– Теперь световым мечом, Хэния, я тебе помогать не буду. – сказала Тоси, устраиваясь на ветке, свесив ноги. Хоть мне и не хотелось кромсать зверей светошашкой, деваться было некуда и я спрыгнул, максимально забронировав себя силой. Способность усиливать сопротивление кожи так, что тело было неуязвимо для холодного и пулевого оружия, была в какой-то мере у большинства джедаев, и способствовала переходу джедаев на световые мечи, которые легко разрубали любую броню силы.
Зато зверюшки такого не знали, и бросились на меня. Было немного страшно, но я справился с дрожью при виде пяти полутораметровых волкоподобных тварей, которые неслись на меня со всех ног. Закрыв глаза, я увидел траектории их движения и прыгнул вверх, сильно оттолкнувшись от ствола дерева. Прыжком с места не удалось бы развить такую горизонтальную скорость, но жертва Акулов неожиданно сама бросилась на них. Первый намеченный противник среагировал на меня, но я, крутанув меч, что бы подкорректировать свой полёт, снёс ему голову одним размашистым движением меча. Следующий акул бросился следом за предыдущим, и был намного злее. Опасности разозлённый противник почти не представлял, так как его движения были предсказуемыми – он прыгнул, едва расстояние между нами стало достаточным для прыжка, но я ускорился с помощью силы и ушёл вбок, снеся ему голову вторым быстрым движением. В это же время сзади подходил третий, а остальные обходили меня по кругу. Я не упускал из виду ни одного противника, и когда следующий прыгнул, использовал окружающий пейзаж для более сподручной победы – отпрыгнул в сторону дерева, одновременно выключая световой меч. Зверь понял, что я не представляю опасности и прыгнул ещё раз, но я быстро ушёл с траектории атаки. Акул влетел в дерево, травмировав себя. Скорость зверя не позволяла ему остановиться. Я же, пока акул вперился в твёрдое дерево, прыжком преодолел расстояние до других двух, убив одного, мгновенно активировав меч и отрубив голову, а в другого вонзил силовой канал, предавая ему эмоции страха. Как и ожидалось, устрашённый противник попятился, решив ретироваться.
Бой был закончен – осталось только окончательно довести до сердечного приступа одного и отрубить голову другому, что уже не составило никакого труда – будучи хромым на передние лапы, цель не могла двигаться так же быстро, как раньше.
Последний его прыжок был медленнее предыдущих, и мне даже не пришлось ускоряться. Разве что чуть-чуть, что бы дать пространство для обезглавливающего удара.
С «этой» стороны бой не казался таким уж зрелищным – просто уходил от атак и рубил сам, когда выдавалась возможность, вот и всё. Ещё, разве что, прыгал, но это не в счёт. Со стороны это должно смотреться намного эффектнее – первый прыжок на приличную высоту, с отталкиванием от дерева, так, что скорость моя была под полторы-две сотни километров в час, а дерево сильно покачнулось, заскрипев, потом эффектные уходы от атак – неподготовленному зрению откроется только смазывающийся силуэт, вспышка, и падающий обезглавленный зверь. Про последний приём с отключением меча я вообще промолчу. Учитель перестала фонтанировать интересом пополам с азартом, и спустилась ко мне, когда я выключил меч.
– Ты молодец, Хэния. Почему не использовал барьеры?
– Не было необходимости, учитель.
– Атару у тебя на уровне падавана, скорость намного выше падаванского уровня – обычно акулы слишком быстры для обычного падавана и его могут только рыцари-джедаи, использующие быстрые формы боя, завалить. Не поспевает, как правило, меч. Тут ты тоже выделился. О том, что ты использовал подобие тракаты вместе с сокан я вообще молчу.
– Сокан? – не понял я и учитель пояснила:
– Если не вдаваться в подробности, то это тактическое использование окружающей местности. Траката – когда джедай включает меч только для удара, что бы обмануть противника. Ты использовал тракату против двух, одного приманил, второго убил, а первый влетел в дерево, это уже сокан.
Я на это ответа не нашёл. Под самые обычные и логичные движения и решения найдут отдельное название… Хотя со скоростью учитель права, мои способности к ускорению были нерядовыми, и как правило, Тоси приходилось попотеть, когда мы отрабатывали «скорости» – удары и блоки с ускорением. Зато при поединке давила меня стилем в лёгкую, с её то способностями.
После окончания боя я наконец расслабился, не почувствовав вокруг никаких живых организмов.
– А сейчас – разделываем добычу! – преувеличенно радостно объявила Тоси. – Угадай, кто этим займётся? – улыбнулась она.
– О, нет…
– Да. Ты их убил, тебе и шкуры драть, – грозно объявила учитель и тут же смягчившись. – Будет тебе хорошая практика.
========== 34. Забвение ==========
Восемь месяцев тренировок не прошли даром.
Учитель действительно оказалась прекрасным спецом в бою на светошашках и способностях силы. Большим арсеналом запас джедайских техник не мог похвастать, зато использование их было крайне сложным.
Пожив в лесу почти год, я уже начал забывать человеческую речь, зато с первых недель пребывания выбил у учителя обучение тогрутскому языку. Навык в жизни может быть полезным, да и помимо основного и тойдарианского надо было говорить на чём-то.
В моём случае я выбрал язык, который не может освоить ни один человек – тогруты в процессе общения издавали множество звуков и их оттенков, которые не сможет издать человеческое горло. Но я не плакался в жилетку, а начал новую волну экспериментов с медицинскими техниками, целью которых была модификация моих голосовых связок. Довольно сложная, но очень интересная задача – лечение травм и большинства болезней я уже освоил и приступил к медицине модификаций тела, что было воспринято Тоси не так восторженно. Пришлось успокоить учителя, что я не буду делать ничего не проверенного на подопытных кроликах, то есть тимиарах.
После того как она стала брать меня с собой на охоту, мы всё чаще занимались тогрутским языком, потому что так было быстрее всего, да и моё податливое сознание позволяло усвоить его быстрее, чем у обычных людей.
То, что я не совсем человек, я Тогруте не говорил – ей знать точно незачем.
Охота тоже разнообразила применяемые приёмы – сначала я использовал оглушение, но потом, поняв, что целью является не количество шкур, начал экспериментировать ещё и с формами охоты.
Выходя на дело, можно было как попрактиковаться в способностях, так и в их применении – например усыпить одного акула, а остальных прогнать, после чего прирезать спящего и с чистой совестью идти в лагерь. В минуты скуки и раздражения я позволял себе хорошенько с ними подраться – против некоторых применял тракату в сочетании с атару. Скорость движений удалось поднять почти вдвое по сравнению с предыдущей, заодно стал вырисовываться собственный стиль, берущий за основу стиль джуйо, которому учитель начала обучать меня после достаточного освоения атару. Тут уже было сложнее и я, по началу, справлялся с трудом – необходим был правильный эмоциональный настрой. Беда в том, что вскоре после десятка общих тренировок с отработкой основных стоек, приёмов, уловок, мы перешли непосредственно к бою. Вот тут то меня и поджидали проблемы, которые начисто отбивали у меня возможность продолжить обучение. Спустив на всех уровнях сознания контроль со своих эмоций, после первого спарринга, мне стало сложно вообще сконцентрироваться на бое, не то что бы уж производить тонкие настройки, получая азарт и адреналин.
С джуйо вышел облом по одной простой причине – как только я отпускал самоконтроль, учитель становилась девушкой. Довольно сексуальной девушкой, которую я хотел просто до жути! Слава Силе, удалось скрыть от Тоси эти эмоции, иначе был бы позор на мою голову, но она сама, прекратив спарринг, подумав что-то начала выговаривать:
– Ты слишком невнимателен, Хэния, как только ты прекращаешь контроль, тут же теряешь концентрацию. Думаю, тебе стоит сначала подготовиться.
– Эм… учитель… – начал я, не став даже блокировать смущение, – тут такое дело… – я понимал, что стиль едва ли не лучшее, чему она может меня обучить, но с другой стороны признаваться ей в таком… Хотя я что, сопливый подросток? С одной стороны да, но с другой – парень пятнадцати-шестнадцати лет на вид, с довольно мускулистым телом и точно серьёзным взглядом, так что со стороны Эрдва часто ловил пошлые комментарии по поводу своей сексуальной необузданности. Если бы я не переспал тогда с Али, то проблем бы не было, но былого не вернёшь… и все мы задним умом крепки.
– Да? – с подозрением посмотрела учитель на мой смущённый вид.
– Понимаете, мы с вами уже почти год сидим в лесу. Я живу в лесу, никого вокруг нет…
– И? – протянула она требовательно.
– У моего организма есть естественные потребности…
– Можешь отойти, – кивнула она.
– Да нет же! Кроме еды, сортира и сна есть и другие естественные потребности… – недовольно сказал я.
– Да говори же ты! – не выдержала учитель. Судя по эмоциональному фону, ей и в голову не могло прийти такое.
– Короче, мне женщину надо! Понятно? Я уже год ни с кем не спал! – возмутился я такой непонятливости.
– Чтооо? – учитель отошла на шаг назад и глаза её начали вылезать из орбит.
– Эм… – я улыбнулся чуть виновато, – когда я снимаю самоконтроль, который держу интуитивно, тут же теряю концентрацию. Ведь рядом со мной красивая девушка, а у меня гормоны, отсутствие секса целый год и полный стресс ввиду жизни в лесу, да ещё и в вашей кампании… теперь вы понимаете, чего и кого я хочу? – я опять улыбнулся, а учитель после этих слов густо покраснела, так, что тонкие белые линии на её лице стали сильно выделяться.
– Да ты… да я… – она кажется заволновалась, но спохватившись, тут же успокоила себя, оставшись немного красноватой, – я… кхм. Извини, я не учла, что люди взрослеют в этом плане чуть раньше Тогрут… прости меня.
– Нет, никаких проблем, учитель. К тому же я не человек, – ошарашил я её окончательно.
– Чтоо??! – удивилась она ещё больше и ещё громче.
– Эм… – я взъерошил волосы на затылке, – я полу-миралука. Конечно, от людей меня отличает только нечеловеческая психика, но всё же… миралуки взрослеют ещё быстрее людей.
– Да… – протянула Тоси, – это что-то… впервые вижу падавана, который открыто говорит учителю, что хочет её… – она опять покраснела. – Надеюсь, ты держишь себя в руках? – спросила она.
– Да, конечно. – кивнул я, – только когда держу разум под контролем. Стоит ослабить хватку и хочется… – я выразительно взглянул на её грудь. Тоси, поняв, к чему я, снова засмущалась, как школьница, и прикусила губу. За время нашего пребывания в лесах Шили, к ней тоже мужики не ходили табунами, так что у неё тоже зов природы был, но наверное на порядок более слабым, чем у меня.
– Я… я даже не знаю, как эту проблему решить… – пригорюнилась она. – С тогрутой тебе нельзя… да и я бы не согласилась по моральным принципам ордена, – тяжело вздохнула она. – Так что придётся либо терпеть, либо искать тебе женщину-человека.
– Можно хоть миралуку, хоть тви’лечку. С женщинами-людьми у меня как-то не складывается. Чисто психологически они от меня далеки…
– К тому же ты привереда. О, сила, как теперь научит тебя Джуйо? – молитвенно возвела очи к небу она. – Это же нереально, когда у тебя слюна течёт!
– Эй, эй! – обиделся я. – Я не ребёнок! Ничего не могу со своей психикой поделать, природа таким сделала.
– Да, да, прости, я понимаю, что тебе ещё тяжелее… – опять тяжело вздохнула она.
Пришлось отложить тренировки в Джуйо до возвращения в орден, хотя Тоси сказала, что лучше уж просто в бордель заскочить. Проблема только в том, что в местном борделе только тогруты, и если бы они обслуживали кого-то кроме местных, бордель бы разнесли на части и выдворили с планеты. Хотя по словам Тоси, в галактике встречаются тогруты с древнейшей профессией. Но на этих словах она опять заволновалась. Могла бы и убрать эмоции, но она в отличии от меня не практиковала постоянное подавление собственных эмоций и желаний. Проблемой было то, что за время тренировок я сам вымахал на целую голову, и сейчас был по подбородок Тоси, а если приложить к этому впечатляющую, мускулатуру, хоть и не как у культуриста, но всё же заметную, как у спортсмена, то… Понимаю, почему она покраснела. Было проще, когда она думала обо мне, как о ребёнке, а тут оказывается полностью половозрелая особь мужского полу вместе с ней живёт, да к тому же с опытом секса, а не невинный мальчик-с-гормонами.
Я пережил этот разговор быстро, уже на следующий день не обращал внимания, тогда как для Тоси начались проблемы. Усилив свою эмпатию, я мог чуть ли не прочитать все её мысли, и они не отличались от первоначальных выводов – на меня она уже не смотрела как на ребёнка, а как на мужчину. Несмотря на некоторую биологическую разницу межу людьми и тогрутами, наши расы вполне отчётливо чувствовали влечение к представителям противоположного пола у обеих рас. Люди не страдали проблемами совместимости, а вот у тогрут секс с человекоминопланетянином сурово наказывался. В итоге проблемы, начавшиеся у меня, из-за нашего разговора, перекинулись на Тоси, которую я всё чаще ловил за украдкой брошенными взглядами, или иногда неосознанными знаками внимания, которые она сама старательно избегала.
Это угнетало меня ещё больше. Ведь не будь правила, и если бы джедаи могли соврать, я бы с чистой совестью предложил пойти в палатку и на ночь избавить друг друга от проблем, а после всё забыть. Но это было невозможно. Хотя…
Был один способ, но учитель никогда на него не согласиться. Никогда. Нет, я сказал никогда!
Вечером, стоило наступить сумеркам, стоящий на стрёме Эрдва заметил, что к нему приблизился его хозяин. Я, воровато оглянувшись, встал перед дроидом.
– Что-то случилось, капитан? – он отказывался звать меня по именам, предпочитая мою фактическую должность на нашем корабле. Но это особенности программы астродроида, заточенного под космический корабль, наложенные на его личные предпочтения.
– Да. Есть одна просьба. Для начала, проведём эксперимент – покажи мне произвольно один из своих инструментов. Любой.
– Хорошо, – из бочонка корпуса вышел манипулятор со световым резаком.
– Хорошо. Убери, а потом скажешь, правильно я сказал, или нет.
– Ничего не понимаю, но ладно, – сказал дроид. Я сел перед ним в позу сейза, провалившись в собственное сознание. За время обучения в Альдераанской академии я натренировал работу с собственной памятью, и сейчас мне предстоял эксперимент с ней же. Порывшись, я нашёл нужное воспоминание, пока оно не отложилось в долговременную память и старательно убрал его из головы, оставив внутри пустоту. Просто забыл, силой воли выдавил его из разума. Вынырнув, я увидел дроида, смотрящего на меня своими сенсорами и продолжил эксперимент:
– Ты показал мне… – я задумался. А действительно, что же показал дроид? Ощущение было как пресквю – слово застряло на кончике языка, так как я тупо не мог сказать его. Не помнил. Пресквю это такое состояние, которое может быть у человека, забывшего какое-то слово, замявшегося в разговоре. Я понимал, что дроид показал мне какой-то инструмент, мог даже сказать, что он использовал для этого первый манипулятор, но… не помнил, как будто белое пятно на ткани памяти.
– Не помню, – сказал я. – Дай подсказку.
– Этот инструмент ты сделал сам, – сказал дроид. Сам я сделал только сканер и резак. Сканер или резак? Даже с подсказкой не мог вспомнить!
– Какой инструмент?
– Резак, – сказал он, – у тебя проблемы с памятью? Битые ячейки? Может, тестирование поможет?
– Нет, Эрдва, – сказал я, улыбаясь, – тестирование тут не поможет. У меня всё великолепно! Так, принимай инструкции. Сейчас же прекрати наблюдать за палаткой Тоси, утром скажешь нам, что у нас были воспоминания, от которых мы по обоюдному согласию отреклись. Ничего более. Ещё можешь сказать, что проблем с изучением Джуйо теперь быть не должно!
– Есть, капитан! – сказал Эрдва, и перенаправил сенсор в сторону леса.
Тоси лежала на своём спальнике и уже готовилась ко сну. Постучаться я не мог, ибо некуда, так что спросил достаточно громко:
– Тоси! Можно к тебе?
– Входи, Хэния, – вздохнула с той стороны девушка. Мне предстояло невероятное по меркам джедая…
– Учитель, – начал я, пригнувшись, войдя в палатку. Тоси села на спальнике, обратив внимание на меня, – я даже не знаю, с чего начать…
– Хочешь поговорить о своей проблеме? – скучающе спросила она.
– О нашей проблеме, – учитель на эти слова немного порозовела, – и вы уже не девочка, которая краснеет, когда кто-то говорит подобные вещи, а… – я бросил выразительный взгляд на её порозовевшее лицо.
– Что, так заметно? – с волнением спросила она.
– Да. Я… я мог бы вам предложить вариант, от которого вы наверняка откажитесь.
– О как? Уж не задумал ли ты что непристойное? – стрельнула она в меня глазками. – Учти, законы…
– Знаю я про законы. И про правила и про обычаи. Прелесть любого закона, что его можно обойти.
– Ничего себе? И как?
– Я достаточно хорошо умею работать с памятью, – сделал я толстый намёк. – Достаточно, что бы стереть воспоминание бесследно.
– И у меня тоже?
– Учитывая, что работа с собственным сознанием не сильно отличается от работы с чужим… – протянул я.
Тоси на секунду задумалась, а потом густо покраснела. Я сидел напротив в позе сейза и собирался с духом, что бы продолжить:
– Я думаю, вы и так поняли, что я предлагаю. Это, конечно, немного странно… тем более что против правил ордена, но… я не вижу другого выхода, если только не улетать с планеты.
– А ведь можно и улететь, – сказала она. – Денег с продажи шкур хватит что бы…
– И вы пойдёте в бордель? – спросил я прямо. Очевидно, что к представителям древнейшей профессии она испытывала более чем брезгливость. – Мы хоть с вами не чужие друг другу…
Девушка была в состоянии аффекта, это явно, так как следующая фраза была лишена логики и смысла:
– Но ведь правила ордена запрещают…
– Правила ордена не дают прямого запрета. Тем более это сделано что бы взрослый учитель не совратил юного ученика, а это не наш случай. Я… я всё-таки думаю, – я закинул пробную удочку, положив руку ей на плечо, от чего Тоси вздрогнула, – что так будет лучше. Для нас обоих. Тем более что вспомнить вы ничего не сможете и не придётся врать.
– Ты… ты уверен в этом? – в тогруте боролись самые противоречивые чувства. Я же, поняв, что это согласие, сказал «да», тут же приблизившись к ней, убрав все свои ментальные ограничители и впиваясь в её губы. Через пару секунд она ответила мне, а через минуту мы уже стягивали друг с друга одежду.
Это было не похоже ни на что другое, что в этой жизни, что в предыдущей – после того как я убрал щиты, почувствовал просто звериный инстинкт, который бил набатом и требовал женщину. Стоило увидеть грудь и рельефный, но достаточно изящный пресс тогруты, как я окончательно потерял над собой контроль, просто разрезав маленьким лезвием шнуровку на её штанах и стянув их. Тоси помогла мне, приподнявшись. Нижнего белья она не носила, и началось всё очень быстро. Такая сексуальная Тоси стала наконец моей.
Вот когда особенно чувствуешь себя мужчиной – это после секса. Одного раза не хватило ни ей, ни мне, и за первым контактом последовали ещё два, потом с небольшим перерывом, в котором она о чём-то со мной говорила, мы сменили позу, хотя на жёстком спальнике было не совсем удобно.
Окончательно измученными и удовлетворёнными друг другом мы почувствовали себя только когда уже светало. Тоси, повалившись на меня и тяжело дыша, сказала, как только перевела дух:
– Жаль…
– Что?
– Жаль, что я ничего не запомню, – Тоси посмотрела на меня как-то иначе, и потянувшись, страстно поцеловала. Стоило нам нацеловаться вдоволь, я ответил:
– Мне тоже жаль. Но воспоминания не главное. Главное, что теперь мы можем быть самими собой, а не двумя озабоченными сексом мужчиной и женщиной…
– Это да, – грустно сказала учитель. – Как ты сотрёшь память?
– Для этого понадобится что бы вы мне доверились учитель, – сказал я, но получил неожиданный ответ:
– И это мне говорит мужчина который лежит на мне… куда катится мир…
– Я имею в виду полное доверие, учитель.
– Да доверяю я тебе, доверяю.
– В таком случае нам лучше одеться.
Мы довольно быстро оделись. Тоси была вне себя:
– Что ты сделал с моими штанами??? – возмутилась она. – Как я их теперь одену?
– Оденьте те, в которых прилетели, – пожал я плечами, хотя немного вины за мной было – я всё-таки набросился на неё как голодный зверь на добычу… может, ещё чего натворил нехорошего?
Учитель ушла смывать следы, а потом, одетая вернулась в палатку.
– Что нужно делать?
– Сядьте напротив, – коротко сказал я, и так официально, словно мы только что не отдавались друг другу много раз.
Она села и я, положив руку ей на голову, погрузился в транс. Чужое сознание я чувствовал так же хорошо, как и своё, и был уверен, что всё получится. Спустя пару минут мне удалось соединиться силой с её разумом… не удержавшись, я посмотрел как это всё выглядело с её стороны… и чуть не вылетел из подсознания – такие незамутнённые эмоции, а уж когда мы начали в первый раз, так и вовсе ощущения просто феерические! Не знал, что у женщин так, не зря Тоси всю округу перебудила, если конечно кто-то додумался спать возле лагеря в лесу! Как только на шум не сбежались хищники…
Воспоминания одно за другим заволакивало белое марево забвения – с того момента, как я постучался в палатку, и до того, как я положил руку ей на висок. К монтаралам коннектиться было бесполезно – в них не было мидихлориан и силы. Почти не было. Спустя минуту окончательно подправив всё, что нужно, я погрузил её в сон, и Тоси заснула сидя. Теперь пришла моя очередь – это было намного легче, чем с Тоси – себе то я доверял полностью. Стоило Тоси оказать чуточку сопротивления, и я тут же был бы выкинут из разума.
Странно… что я делаю в палатке учителя? И почему она спит, да ещё и сидя, да ещё и напротив меня? Всё страньше и страньше…
Я уложил учителя на её постель, решив, что мы просто тренировались в медитации и заснули… или какая-то способность силы привела к временной амнезии и сну. Но не могло же случиться ничего? Интуиция молчала. И спать хотелось просто чудовищно, так что я, положив девушку, которая так и не проснулась, прикрыл её одеялом и ушёл к себе спать. А на утро нас ждало сообщение-сюрприз от Эрдва. Тоси так вообще не поняла, к чему бы это, и задумчиво почесала кончик лекку, решив, что раз так, то пусть… хотя в душе её терзали смутные сомнения…
