Текст книги "Звезда по имени...(СИ)"
Автор книги: Фил Бандильерос
сообщить о нарушении
Текущая страница: 33 (всего у книги 69 страниц)
Получив координаты, я решил, что обследовать здание смысла больше нет – даже если здесь и есть что-то полезное, то мне оно было без надобности. Хозяин же, вернее его призрак, молча наблюдал за моими переговорами с дроидом, после чего просто растаял в воздухе.
Других зацепок не было, хотя доверять ситху, да и ещё такому шибанутому, как этот? Но альтернативы у меня не было. Судя по его речи и моим догадкам, помочь с переделкой гипердрайва мне не сможет никто. Выбора у меня не оставалось, придётся лететь в указанное место и посмотреть, может, мне удастся с помощью силы что-то сделать с этой неведомой фигнёй. Да и не было никакого подтверждения, что она всё ещё там – дрейф в космосе за последнее время мог сместить неведомую фигню далеко от той точки, на которую указывали координаты.
– Эрдва, твои мысли по этому поводу? – спросил я, уже вылетая из двери в сторону корабля.
– Стоит слетать и посмотреть. В случае чего, наверняка мы сможем убраться подальше.
– Предполагаешь наличие агрессора?
– Не исключаю, что это существо нас обмануло. Вероятность не нулевая.
Галактика была конечно очень и очень большой, но скорость гипердрайва сделала своё дело – неделя пути и я уже готов выйти в нужной точке.
К слову, одному путешествовать трудно. Иначе как по крайней необходимости, нельзя путешествовать одному – это негативно отражается на психике. Приходится компенсировать медитациями, но я не всесилен – общение с Эрдва, вот что скрашивает мои серые будни путешественника. За всё время Эрдва уже почти развился в полноценную личность – у него было чувство юмора, свои желания, увлечённость техникой, которую породил созданный мною сканер (оказавшийся несвоевременным изобретением), а так же некая бесшабашная авантюрность. Тони Старк далёкой-далёкой галактики, вот кто он.
В один прекрасный день я пошёл в трюм и, позвав Эрдва, изготовил ему новый корпус. Полностью новый корпус, с тем же окрасом, но не из дюрастали, как этот, а из другого сплава.
Название металлу не пришлось долго придумывать – ВБРС-1, Вольфрам, Бескар, Рутений, Серебро, первый номер.
Да, мои эксперименты вышли за рамки манипуляций формой металла – чем дальше я уходил в металлообработку, тем больше понимал, что мне необходимы металлы с чётко выраженными свойствами. Для прочности, стойкости к воздействиям того или иного типа, жёсткости, реакции с другими металлами… В данном сплаве есть два сильно тугоплавких металла – Вольфрам и Бескар – если легировать, то есть равномерно распределить молекулы вольфрама в бескаре, то тугоплавкость металла будет намного выше, а следовательно, корпус невозможно будет прожечь бластерным выстрелом, у которого основной поражающий фактор – мгновенная отдача температуры после дестабилизации заряда, то есть после его попадания в твёрдую поверхность. Прожечь ВБРС-1 намного сложнее, чем дюрасталь. Стойкость к светошашке, как я выяснил, может происходить из двух источников – первое – металл инертен к воздействию фотонов, которые в сверхконцентрированном виде и составляют световую дугу меча. Воздействие светошашки на такой металл приведёт к тому, что фотоны отразятся от поверхности, дуга разомкнётся и цикл либо прервётся, если конструкция меча предусматривает питание исключительно с помощью рекуперации, повторного использования потраченной энергии. Такой меч тратит заряд аккумулятора только на создание новых фотонов и для преодоления электрического сопротивления проводников, то есть аккумулятор к нему маленький и тратится энергия медленно в неподвижном нерабочем виде и быстро при бое, так как каждый удар тратит часть фотонов из арки и они восстанавливаются из заряда батареи, не возвращаясь в цикл. Чем выше ёмкость аккумулятора, тем дольше меч может продержаться в бою без подзарядки, но компактный аккумулятор не может создавать арку более минуты без рекуперации, то есть повторного использования энергии.
Если светошашка, рассчитанная на рекуперацию столкнётся с бронёй, инертной к воздействию, то фотоны будут отражены, дуга разомкнётся и меч выключится, даже небольшой скачок потребления энергии высосет из меча половину заряда.
Другое дело – мечи с сильной батареей – такие я видел в храме – меч не погаснет после столкновения с бронёй и дуга снова восстановится, как только меч будет отведён от брони. В бою это самое рациональное решение.
Есть сверхтугоплавкие металлы – суть их сопротивления в том, что меч прожигает металл медленно – металл сопротивляется прожиганию, но не отражает фотоны. В таком случае меч просто надо подержать в одном месте или увеличить интенсивность дуги, или ударить несколько раз в одну точку. Меч тоже быстро разрядится, но не так быстро, как в первом случае. Такая броня спасает и от бластера и от любого теплового оружия, рассчитанного на прожигание брони, так что наиболее ценна. Металлы же, стойкие к фотонам, как правило, бесполезны как военный ресурс, так как достаточно взять бластер и пристрелить кого хочешь. Сплавы и легирование не помогают – металл теряет свои свойства. Таким образом можно сказать, что не возможно сделать надёжную и дорогую броню от светового меча, которая будет легко пробиваться из любого другого оружия, можно сделать тяжёлую броню из бескара, но она будет сильно сковывать движения, можно сделать лёгкую броню из бескара, но нет гарантий, что она выдержит и одного удара или выстрела из чего-то, серьёзнее пистолета. Это при том, что сковывать движения она всё равно будет.
Логичное решение – вообще отказаться от брони, полагаясь на навыки и чувства – так эффект будет намного больше. Можно, конечно, быть закованным в броню из фрика, который отражает светошашку, но тогда тебя легко подстрелят из пистолета, даже джедаи носят при себе бластеры, все без исключения. Единственное исключение из правил – если известно, что у противника есть только светошашки, тогда можно попробовать использовать металл, стойкий к мечу. Но это глупость, у каждого джедая или ситха в галактике есть как минимум пистолет, а скованность движений при грамотной стрельбе не даст горе-воину отразить выстрел.
Как и ожидалось, чудо-решений, как за один раз обеспечить себе безопасность, не существует. Впрочем, форсюзеров в галактике менее одного на миллиард разумных, так что не стоит слишком фокусироваться на форсюзерах, куда вероятней, что меня просто захотят подстрелить из бластера.
Именно на это и был расчёт, когда я создал ВБРС-1.
Судя по сложности молекулярной структуры металла, создать этот сплав без непосредственного манипулирования металлами с помощью Силовой Ковки практически нереально. Это давало… колоссальный простор для фантазии, ведь я мог на молекулярном уровне связать при помощи силы металлы практически в любой последовательности и создать металлы с любыми качествами. Но для этого неплохо бы знать теорию металловедения, а мои знания ограничивались голонетом, в котором, всё же, можно было найти и описания сплавов, и перспективные идеи. Например идею тяжёлой брони я взял именно отсюда. Для человека она бесполезна, так как вес самой брони выходил около сотни килограмм, а даже с силовым костюмом игра не стоила свеч. Другое дело – дроид – он может компенсировать вес работой репульсоров, тем самым остаться таким же лёгким в работающем состоянии. Инерцию компенсировали двигатели, так что дроид мог вообще без каких-либо серьёзных осложнений одеться в такой бронекорпус.
При этом получалась пятисантиметровая броня, не теряющая прочность даже при сильном нагреве и радиаторы для охлаждения после попадания, термоаккумуляторы.
Кстати, о термоаккумуляторах. Моё изобретение. Есть металлы с разной теплопроводностью, так я внедрил внутрь брони ещё один слой, который миллиардами ниточек-столбиков входит в основную броню и вытягивает из неё тепло, а после того как отдельные элементы нагреются, то есть, вытянут из молекулярного радиатора всё тепло, они отстреливаются. Элементы, размером и формой с карандаш я так же встроил в корпус Эрдва. Правда, они нагреваются быстро и сильно, поэтому пришлось экранировать и добавить механизм отстрела, похожий на пистолет. На термоаккумуляторы шёл чрезвычайно дорогой металл, который добывался всего на нескольких планетах из целой галактики.
В результате работы Эрдва был перезапущен.
– Чувствуешь что-нибудь?
– Нет, – ответил дроид. – Только то, что я стал намного тяжелей.
– Это не беда, друг мой, всего то и надо что чуть-чуть компенсировать это работой репульсоров на пару процентов мощности.
– Сделано, – прокомментировал дроид, – так уже вообще никаких изменений не чувствую.
– Хорошо, закрой все отсеки, сейчас будем тебя тестировать.
Я достал из арсенала свой бластер «вестар» и выстрелил в дроида. Место, в которое попал выстрел из бластера нагрелось докрасна, но буквально на долю секунды, после чего дроид прокомментировал:
– Мне отвечать на нападение, или нет?
– Нет, пока что я тестирую только броню, – сказал я, целясь уже из винтовки. На этот раз сегмент брони размером с кулак покраснел на целую секунду, но тут же потух, а из бока дроида с щелчком вылетел раскалённый добела цилиндрик. Полы в трюме сделаны из жаропрочного материала, так что максимум – оставит немного неровный подплавленный след. Остывать ему предстоит ещё долго.
– Согласно моим данным, охлаждение этого металла происходит в несколько тысяч раз быстрее чем следовало бы. Материалы высокой тугоплавкости, как правило, медленно отдают тепло.
– Правильно, так что я встроил в броню систему, которая вытягивает тепло и отстреливает при необходимости термоаккумуляторы.
– Ты изобрёл новую броню? – удивлённо спросил дроид.
– Можно и так сказать. Специально для тебя, друг мой. Теперь тебе не страшны никакие выстрелы или огнемёты.
Дроид, судя по тому, что он провернулся вокруг своей оси, был рад этой новости. Я же, отложив винтовку, ушёл вместе с Эрдва из трюма, не забыв положить раскалённый аккумулятор на небольшую подложку из керамики – просто засунул в кружку с остатками чая. Чай тут же пыхнул облачком пара, а в структуре аккумулятора появилась трещина из-за неравномерного охлаждения.
Корабль вышел из гиперпространства там, где не было ни маяков, ни ретрансляторов, ничего не было. Дикое пространство.
========== 40. Триединство-1 ==========
Ну почему у меня нет звёздного разрушителя? Или хотя бы крейсера?
Как в диком космосе обнаружить какой бы то ни было объект? Сканер, установленный на «короне» был конечно хорош, но не настолько, насколько мне бы хотелось – зона обнаружения была в радиусе миллиона километров в активном режиме сканирования. Это всего три световых секунды, то есть в полтора миллиарда раз меньше, чем расстояние между двумя довольно близкими звёздами. Улавливаете масштаб?
То есть корабль такого размера как у меня не мог обеспечить полноценную работу в космических масштабах. Мне нужен был звёздный разрушитель и его супер-сканеры, которые были намного, очень и очень намного более мощные, чем стоят на обычном маленьком корабле. Жаль, что ЗР в моём времени просто не производятся, так что неоткуда взять суперсканер, способный найти требуемое.
Зато у меня была Сила. Вот ей то я и воспользовался, как только понял, что по сканерам и всем прочим датчикам, нахожусь в неизвестном космическом пространстве, вне звёздных систем.
Сила была намного полезней, чем сканеры – я почувствовал что-то странное на некотором отдалении. Направив туда корабль, полетел посмотреть поближе, что это за такое…
Чем ближе приближался, тем лучше видел – это оно. Сканеры вскоре показали наличие объекта.
Октаэдр, действительно. Трудно представить себе такой большой объект, он не просто большой, он подавляет своим невероятным размером. Внутри мог бы разместиться целый флот кораблей поменьше.
Сделан объект был из чего-то, что при наблюдении более всего походило на металл. Ситх сказал, что не знает, из чего он сделан, вот я, как любитель покопаться в железе, и посмотрю что это за металлическая хреновина.
Объект приближался всё ближе и ближе. Я уж было хотел готовиться на посадку, но сканер показывал, что до него ещё один километр. Странно, при таком приближении он занимал всё моё поле зрение – почти что от горизонта до горизонта. Поверхность не была однородной и гладкой – она была испещрена какими-то огромными символами, которые слабо отражали свет звёзд, из-за чего казалось, что поверхность матово-чёрного октаэдра блестит тысячами блёсток.
– Вот это хреновина! – восхитился Эрдва. – Кто же мог её построить?
– Не знаю, друг мой, но уверен, кто бы её не построил, это было невероятно давно. Этот регион не исследован и в моё время, так что тут могут быть местные формы жизни. Хотя если говорить о размерах, то рано делать какие-бы то ни было выводы.
– Это мы ещё посмотрим. Садимся на поверхность? – весело спросил дроид. – Или тут повисим?
– Садимся, мой железный друг, – я отпустил рукояти и Эрдва взял управление на себя.
Никакой реакции на посадку «короны» на объект. Ни молний, ни самозащиты, вообще ничего.
Исследовать объект я вышел один. С помощью силы можно проникнуть куда угодно.
Выйдя из корабля, я поправил шлем скафандра. Гравитация была микроскопической – создаваемая самим объектом.
А внутри…
Так, по порядку. Внутри не было ничего, что я мог бы понять. Внутри объекта было огромное количество силы, которая струилась по множеству линий внутри объекта, скорее напоминая ток электронов по печатной плате.
Это не помогало понять сущность объекта, но уже кое-какая зацепка – это было связано с силой.
Линии сплетались друг с другом и по ним переходила сила, пульсирующим потоком.
Тонкость линий и аномальная сложность силовой конструкции говорили, что джедаи не были причастны к этому объекту, как и ситхи – скорее всего он старше обоих орденов вместе взятых. Не берусь утверждать, но предполагаю именно так.
Больше понять было невозможно, кроме того, что это явно на порядок выше моего уровня. Моего! Уровня владения силой. Я считал, что я тут главный дока в вопросах тонких манипуляций, а вот оно что, оказывается!
Пришлось вернуться на корабль в задумчивости. Что бы понять, как эта штука влияет на гиперпространство, надо понять как она работает. А это было вне моих сил. Оставалось только скрипя зубами наблюдать за этой штуковиной.
Когда давление в трюме достигло приемлемых значений, я стянул шлем и закинув его на полку, пошёл в кабину. Понять эту штуковину – вот моя задача.
– Эрдва, взлетаем. Держимся на небольшом отдалении, – приказал я. Корабль, готовый к взлёту, тут же поднялся с поверхности и начал отдаляться. Дроид пока что не мешал моим мыслям.
Вдруг, можно сказать, внезапно, что-то произошло. Не успел я понять, что именно как корабль тряхнуло и кабину озарил свет.
– Эрдва?
– Объект пришёл в движение! – отрапортовал дроид.
Октаэдр действительно пришёл в движение – грани начали светиться и медленно стороны октаэдра, с того острого угла, направленного в нашу сторону, раскрылись. Внутри был свет, много белого света, маленькое светило.
– И что с того?
– Мы в гравитационном захвате! – ответил Эрдва.
– Двигатели на полную! – скомандовал я.
– Бесполезно, капитан, – ответил Эрдва немного грустно, – мощность притягивающего луча намного выше. Мы только разрушим корабль.
Мне оставалось только материться и смотреть, как корабль тянет к себе эта непонятная штуковина.
Через минуту свет из иллюминаторов залил всю кабину и стало непривычно тихо.
– Эрдва? – спросил я, так как даже своим супер-зрением ничего не видел.
– Да, кэп? – спросил дроид заинтересованно.
– Мы живы?
– Судя по всему, да. Датчики полностью отключились. Ничего не вижу.
– Я тоже, – кивнул я, – тогда осталось надеяться, что мы ещё не на том свете. По крайней мере я бы встретился с Али… Вот жеж, не стоило верить этому ситху. Ему то пофиг, а мне умирать молодым!
Через полторы минуты такого пребывания стало темнеть. Стали видны очертания панелей управления.
– Эрдва?
– Понял. Датчики по прежнему молчат, – сообщил дроид.
Постепенно видимость улучшалась. Судя по спидометру, который был перед моим носом, корабль летел с большой скоростью.
Ещё через минуту, когда зрение вернулось к нам, передо мной и Эрдва…
– Впереди планета! – сообщил дроид.
– Вижу. Странный способ добираться до планеты, – поёжился я. – Думал, всё, кранты нам.
– Гравитационный луч исходит с этой планеты.
– Значит, нас ещё ведут?
– Да, двигатели отключены, – дроид был лаконичен.
Планета, отдалённо похожая на землю, была впереди нас. Как бы мы не старались, приходилось терпеть и готовиться к худшему. Я проверил наличие у меня светового меча – в случае чего, устрою агрессору секир-башка.
Секир башка устроить не получилось потому, что я не почувствовал агрессора.
Корабль медленно прополз через атмосферу и опустился на небольшую посадочную платформу. Рядом с ней было бетонное здание в котором, судя по всему и находился проектор притягивающего луча.
– Выходим? – спросил дроид, повернув видеосенсор в мою сторону. – Скафандр можешь не надевать.
– Сидеть тут явно бессмысленно, – кивнул я дроиду, – если бы они хотели, наверняка разнесли бы корабль. Узнать бы ещё, где мы находимся… – я вылез из кресла и вышел в трюм. Скафандр не надевал. Эрдва был со мной рядом, а бронирование ему я обеспечил, так что за друга не боялся.
Планета представляла из себя типичную планету-сад, то есть обилие растительности, воды, умеренный климат, свежий воздух, пригодный для дыхания.
– Предлагаю обследовать то строение, – дроид повернулся в сторону сооружения, в котором был проектор луча, затянувшего нас на планету. Сам проектор штука немаленькая и вряд ли поместилась бы в такое маленькое здание, тем более реактор для него, но попробовать стоило, тем более что это единственный след цивилизации в пределах видимости.
Стоило нам приблизиться, как в дверях домика показался мужчина. Старик.
– Здравствуй, – тут же приветливо поднял он руки, – не знал, что у меня гости, да ещё и такие.
– Гости сами приходят, а мы тут не по своей воле, – ответил я.
– Найти монолит не по своей воле. Я бы сказал, что это почти невозможно, – улыбнулся старик.
– Монолит? – не понял Эрдва.
– Врата. Врата сюда, – ответил он, но тут же замолчал на секунду, задумавшись. – Предлагаю пройти в мой дом.
Я убрал руку с рукояти меча и кивнув, последовал за стариком. Кто бы он ни был, он должен что-то знать про этот странный артефакт…
Старик был явно не молод и явно не человеческой расы. Скоро мы добрались до его «дома». Ну как «дома», небольшой особняк, с непонятной, но примечательной архитектурой. Дроид влетел первым, а я вошёл следом, постоянно сверяясь с силой.
Как бы не вышло чего из этого приключения…
Старик меж тем обратился ко мне:
– Вот здесь я и живу. Приятно видеть новое лицо. Уже много тысячелетий у меня не было гостей…
– Тысячелетий? – не понял я. – Вы выглядите, конечно не самым молодым, но…
Старик на это заявление рассмеялся.
– Да, да, понимаю, – закивал он, – сразу и не скажешь. Ладно, не будем лишний раз языки чесать. Скажи лучше, что привело тебя к монолиту?
Пришлось рассказать старику свою историю. Как бы это ни было удивительно, он никак не удивился тому, что со мной произошло. Но по крайней мере он задумался.
– Что ж, не думал, что ты найдёшь нас с таким предлогом, но что было, то было, – кивнул старик.
Я сел на удобный диван, старик тоже приземлился на удобное кресло и начал вещать. Словоблудия ему не занимать:
– Для начала, Энакин, я бы хотел спросить тебя, не замечал ли ты за собой какие-то особенные способности, выходящие за рамки простой силы?
– Нет, выходящего за рамки Силы – нет, – отказался я, – то, что другие используют силу как дубинку – это замечал.
– Ах, да, конечно же, – кивнул он, – понимаю. Сила есть нечто большее, чем мы можем себе представить. Чем больше ты узнаешь силу, тем больше будет от тебя скрыто, таков закон природы. Твои способности явно выходят за рамки того, что принято считать нормальным.
– Это есть, – подтвердил я. Тогда старик, улыбнувшись, начал вещать:
– Я, как и многие до меня, принадлежу не к привычному тебе понятие расы, совсем нет. Кем я был рождён – это уже неважно. Сила сделала меня своим избранником, проводником. Такое было раньше – среди обычных одарённых появлялись те, чьё видение силы и способности к контролю её превосходили на порядок обычных одарённых. Если копнуть ещё глубже, то около миллиона лет назад существовала раса Селестийцев, которые имели врождённые способности к манипуляции Силой. Но и среди них были те, кого сила одаривала больше других. Одни нас называли «повелители Силы», другие «потомки Силы», но суть оставалась неизменна – мы были намного могущественней других. Однажды это сыграло со мной злую шутку…
– То есть даже среди своих Селестийцев были гении, – кивнул я.
– Совсем нет! – изобразил отрицание старик, – совсем нет. Гений – это другое. Было два вида пользователей силы, две ступени иерархии. Мы, те, кто звал себя Архитекторами и простые селестийцы, что звали себя небожителями. Такова их участь – они были одарены все и их раса достигла небывалого могущества. Но простые пользователи силы, которые в гордости своей звали себя именно так, подчинялись архитекторам, чьи способности выходят за рамки понимания простого смертного. Это сделало нас другими. Это… это и погубило Селестийцев. Но об этом как-нибудь в другой раз. У меня для тебя две новости, очень хорошая, хорошая и плохая… – улыбнулся он. – Какую ты хочешь услышать первой?
Я задумался. Не над новостями, а над речью старика. Если это правда… О, Сила, что за существо передо мной!?
– Давайте с самой хорошей.
Старик прокашлялся и ответил:
– Самая хорошая в том, что ты так же один из нас, – это выбило меня из колеи. Хотя догадываться я начал с самого начала, как увидел этот «монолит». Старик между тем продолжил: – Хорошая новость в том, что ты можешь вернуться в своё время.
– А плохая? – начал я бояться того, что скажет старик.
– Плохая в том, что посылать тебя в твоё время я не собираюсь. Твой уровень навыков, конечно, может и создал у тебя иллюзию того что ты более искусен в контроле силы, но это врождённая способность. Не обижайся, но даже по сравнению с детьми-архитекторами, твои навыки ниже среднего. Ты можешь либо выучиться и создать себе гипердрайв, что бы улететь в своё время, либо остаться здесь. Одно я скажу точно – необученного Архитектора отсюда я не выпущу. Ты несёшь в себе слишком большую опасность для галактики.
Вот так-так…
– И долго мне придётся здесь задержаться? – спросил я, сжавшись. Старик зловеще улыбнулся:
– Не знаю. Минимум на несколько лет. Поверь мне, юноша, что бы ты не думал о себе, твоя связь с силой и обучаемость не выше чем у любого другого Архитектора. А тот возраст, в котором ты был наиболее обучаем, ты уже упустил.
– Вот как? – погрустнел я. – Значит, я сделал свой выбор, я буду учиться.
– Что ж, вижу в тебе я желание учиться. Это уже хорошо, но мало. Располагайся в моём доме. Я начну готовить тебя к тому, что тебе предстоит… – загадочно сказал он и ушёл.
Я ещё с минуту просидел на диване, после чего пошёл по дому, искать спальню для гостей.
– На втором этаже, – сказал старик откуда-то из глубины дома. В голове возник образ спальни и всего строения дома. Ничего себе, это даже не телепатия, а полноценный коннект!
Забравшись в спальню, я сел на кровать.
Дом был довольно аскетично, но при этом ничуть не бедно обставлен, как я люблю.
Эрдва пристроился тут же.
– Что думаешь, капитан? – спросил он.
А что я думал? Я был одновременно в панике, пристыжен и на душе скребли кошки. От чего? От того, что раньше я мог думать о себе как о сильном. Как о сильном, умелом, не требующим дополнительного обучения, то есть докой в некоторых вопросах. Наверное, столкнись Ньютон с теорией относительности Эйнштейна, или Лео Да Винчи, думающий, что он изобрёл всё, что только можно, с современной промышленностью, то почувствовали бы то же самое. Я был неправ. Сильнее это меня не сделало, просто самооценка упала ниже плинтуса. По сравнению с тем, кто создал «монолит» мой уровень знаний казался мне смехотворным. Напыжился, как самоуверенный ребёнок, знаете ли…
Так, переваривая информацию и думая о том, что мне предстоит, я и заснул…
========== 41. Триединство-2 ==========
* Через год *
Старик стал просто таки моим кошмарным сном.
Нет ничего, с чем бы я не справился – так я думал до того как увидел задачки старика. Начать хотя бы с того, что мой уровень силы был недостаточно развит по его мнению и мне следовало гораздо больше времени уделять медитациям и силе.
По началу он даже часто ворчал, что я слишком медленно расту над собой. Силовая ковка – вот одна из его епархий. Сильная сторона вдруг стала не такой уж и сильной – старик мог создать сразу готовый корабль – со всем необходимым. Как у него это получалось, ведь для этого требуется держать в голове бесчисленное множество различных деталей и знать устройство корабля вплоть до последней молекулы. Но он это делал, а я оставался смотреть с открытым ртом на это чудо природы.
Другие навыки он тоже тренировал – так например много времени мы уделяли развитию как моей чувствительности к силе, так и способностям к тонкой манипуляции энергией. Тренировка продлилась целый год. Для меня это был долгий срок, а старикан даже не заметил, словно пара дней прошло. Так, выдаст задание, прочтёт лекцию и вперёд, юноша!
Было тяжело. Особенно по началу. Обыденное дело – пойти в поле, что бы вытянуть из под земли металл, минералы, очистить, изменить, построить из них себе транспорт и вернуться на нём обратно. По качеству произведённого таким образом транспорта и определялась степень подготовки. Поначалу это скорее вызывало смех – ну серьёзно, какой транспорт я мог создать из того, чем мог манипулировать поначалу?
А ведь это только малая часть тренировок. Мало было уметь работать силой, нужно было уметь работать головой – запоминать строение различных многофункциональных узлов, принцип их действия, формулы и физические законы. Но и этого старику было мало – к четырём предметам, ковке, инженерии, математике, физике, прибавился пятый – взаимодействие сил.
Насколько я понял из вводной лекции сила может взаимодействовать не столько с физическими объектами, сколько с силой внутри них, то есть соединяться в одно общее и таким образом взаимодействовать. Любое прямое воздействие с помощью силы и было взаимодействием сил.
Например, внушение. Лёгкое, казалось бы дело – сконцентрироваться на эмоции и подать её другому. Тоси не могла мне объяснить принцип действия, а старик запросто. Передача эмоций была ещё легчайшим делом – сложно было взаимодействовать с конкретной эмоцией – усилить, ослабить, убрать, подавить вовсе… На этом принципе строилось много способов влияния. Самое сложное из них – влиять опосредованно – воздействовать силой на что-то, что бы это что-то имело другое восприятие. Например, придать звучности своим словам, взгляду, сконцентрировать внимание на какой-то детали, или наоборот, так воздействовать на что-то, что бы это не привлекало внимания и выглядело совсем обыденным, пропускалось.
Старик владел этой техникой в совершенстве, так что его лекции крепко запоминались и потерять внимание к ним было физически невозможно.
Год тренировок прошёл. Я научился многому, но многому мне ещё стоило научиться – главного, как создать гипердрайв я так и не узнал. Прежде чем приступить к этому следовало обучиться у детей старика.
Архитекторы были чрезвычайно занимательными личностями с занимательной историей, которую мне в нормальном варианте поведал старик. Сам он просил, что бы я называл его «учитель», но искренне сказать это не получалось – хоть он меня и учил, учителем для меня была Тоси…
Я конечно иногда грустил о ней, но будучи отрезанным от галактики, не мог вернуться. Да и она наверняка взяла себе нового ученика.
Вернёмся к истории этой занимательной и чрезвычайно интересной расы – Архитекторы.
Первое, что я узнал – архитекторы это ни разу не небожители, хотя и имеют к ним прямое отношение. Когда-то давным давно, в далёкой-далёкой галактике жила небольшая раса, происходящая с планеты «Селестий». Раса эта была антропоморфной, но не людьми. Давно это было, ещё до появления Раката. Раса селестийцев в отличии от других рас развивалась быстрыми темпами – все представители этой расы были форсюзерами. Для них не составляло труда предвидеть недалёкое будущее, проблем в общем-то было не так много, как у других. Случались войны, случались проблемы глобального масштаба, но многие из них разрешали Архитекторы. Тогда архитекторы ещё не имели этого имени и звались другим словом, но факт был в том, что Архитекторы были правителями селестийцев с незапамятных времён. Редко, очень редко, среди обычных форсюзеров рождались уникумы, способные чувствовать силу на совершенно другом уровне и в совершенно другом ключе, нежели обычные форсюзеры – эти уникумы могли использовать свои способности с невероятной эффективностью. Постепенно уникумы стали подготавливаться по своей программе, спасибо за это неизвестному архитектору. Силовая ковка, медицина, техники разума… преуспевали они конечно во всём, но именно в этих искусствах могли добиться особых результатов. Благодаря силовой ковке и буквально видению, чувствованию силовых полей архитекторы стали одними из первых межзвёздных путешественников – им удалось достичь достаточного уровня, что бы создать гиперпространственные врата и улететь в неведомые дали. Общество селестийцев считало их правителями, святыми, аристократией, и так далее по списку.
Очень скоро селестийцы нашли другую расу и были удивлены отсутствием у той способности к силе. Списав это на болезнь или причуду судьбы они отправились дальше. И обнаружили что галактика отнюдь не пустынна, а силой не владел почти никто. Изредка попадались им представители других рас, способных на это, но это было скорее исключением из правил. У селестийцев появилось главное отличие их от всех остальных – Сила. Будучи сильнее других рас они быстро начали свою экспансию – захватывали планету за планетой, расу за расой. Селестийцы стали основой первичной глобализации галактики – если до них какого бы то ни было общества не было – каждая планета была сама за себя, то после их появления расы начали полноценную межзвёздную жизнь. Под предводительством архитекторов селестийцы реализовывали большие и громкие проекты, например, построили станцию «балансир» для прокладки гиперпространственных маршрутов. Эта станция могла бы даже передвинуть звезду и планету с маршрута, что бы не пришлось огибать. Галактика становилась одной большой колонией селестийцев. Тогда-то и появилось прозвище «небожители», так как они не считались с религиями других рас, твёрдо навязывая свои ценности. Миры, что сейчас зовутся центральными были главным регионом экспансии селестийцев – Корусант, Альдераан, Муунлист, Коррелия… коррелианский сектор они даже создали сами, при помощи «балансира». Станция могла делать и не такое.
