Текст книги "Он украл мои сны"

Автор книги: Федор Московцев

Соавторы: Татьяна Московцева
сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 47 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]

Он показал выписки по расчетному счету Совинкома, контракты с крупными клиентами – кардиоцентром, казанской больницей номер шесть, волгоградскими больницами, получавшими товар по тендерам, выигранным Совинкомом в горздравотделе, и так далее. Были предъявлены кассовые отчеты по аптеке в кардиоцентре, договора аренды муниципальных аптек.

Ансимовых немного смутило то, что у Совинкома нет ни одного помещения в собственности. Но в целом все одобрили проект – всем понравилась высокая рентабельность (по дилерским договорам с компаниями Джонсон и Джонсон, Б.Браун, Шварц Фарма и т. д Совинком имел скидки до 50 %). Осталось лишь назвать сумму.

И тут Андрей засомневался. У него не было готового высокодоходного проекта, который бы уже через месяц стал приносить прибыль. Пока что он рисковал своими собственными деньгами и в любой момент мог свернуть дело, если оно перестанет приносить доход, или по крайней мере, отказаться от сомнительных проектов, таких как аптеки в Казани. Прекрасно зная своих компаньонов, он предвидел, что через месяц после того, как они внесут деньги, они приставят нож к горлу: плати проценты, – несмотря на все уверения, будто терпеливо будут ждать, пока новый бизнес раскрутится.

Самым мощным аргументом «против» было его стремление развязаться с долгами и прекратить выплачивать проценты. Выдавая ежемесячные платежи Второву и братьям Быстровым, он почти физически ощущал боль расставания со своими кровными деньгами. Кроме того – Волгопромбанк, проценты которого были неизмеримо меньше, чем у друзей, но это тоже убытки. Его компаньоны богатели, поднимались, а он, получается, топтался на месте или даже катился по наклонной плоскости.

В конце концов, Андрею хотелось такой же спокойной жизни, какой жили его компаньоны – работа максимум до четырех часов, потом личные дела и развлечения, плюс полноценные выходные. А в последнее время они взяли моду раз в квартал ездить за границу на неделю, а то и на две. Андрею это только снилось – с завода он мчался в офис Северного Альянса и занимался с менеджерами, этой бессмысленной тягомотиной без начала и конца, и каждые выходные проводил в командировках: Волгоград, Казань, Ставрополь, и так далее. Медицинский бизнес в Петербурге затеял Игорь Быстров, и так получилось, что он затолкал Андрея в это болото, в котором всё уже давно сожрали хищники более крупных пород (за год до этого премьер-министр через подконтрольную фирму задвинул городу оборудование на сотни миллионов долларов, и больницы даже не знают, куда это девать), сам же Игорь соскочил с этой темы и радуется жизни, а Андрей вынужденно продолжил это безнадежное дело. Хроническая усталость накапливалась, иногда ему просто хотелось выключиться, уехать на необитаемый остров и поселиться там, вдали от цивилизации.

Однако, ситуация сложилась такая, что понадобились бы радикальные меры, чтобы добиться желаемого. Андрей попал в зависимость – чтобы обслуживать разросшееся хозяйство, необходим постоянный приток денег. Аренда, зарплата сотрудникам, офисные расходы, прочие платежи – эти счета шли нескончаемым потоком. На расчетном счету постоянно должны оборачиваться крупные суммы, чтобы фирма продолжала существовать. И не было возможности отказаться от чего-то одного без ущерба для другого.

Основным источником бесперебойного поступления денег на расчетный счет были платежи кардиоцентра. То, что они прекратились, серьезно усугубило положение. Накапливалась задолженность перед стратегическими поставщиками – Джонсон и Джонсон, и Б.Браун. Руководители этих компаний стали намекать, что рассматривают возможность перехода на сотрудничество с Совинкомом на условиях предоплаты. Это грозило катастрофой – прекращение отгрузок клиентам повлекло бы за собой остановку платежей (с большинством больниц Совинком работал на отсрочке платежа). Ближайшие поступления ожидались в середине мая – от казанской больницы номер шесть, но до этого времени предстояло дожить. А в Джонсон надо было перечислить хотя бы часть задолженности – чтобы не испортить отношения.

Итак, без внешних вливаний Андрей никак уже не справлялся.

«Давай, витиеватый, разрабатывай уже медицину в полный рост – можешь ездить по командировкам сколько угодно, мы уже тут тебя прикроем», – эти слова Владимира Быстрова постоянно звенели в ушах Андрея.

«А может рискнуть?! – решился он. – Возможно, развязав руки, удастся наладить бизнес?!»

Глава 69

Итак, повинуясь призыву компаньонов, настойчиво требовавших бизнес-план, Андрей подготовил доклад о том, сколько уже потратил своих денег на аптечный проект, сколько требуется инвестиций еще, и ожидаемую выручку. Все цифры были достоверны, но структуру платежей пришлось изменить – о казанских аптеках и аптечном модуле на Кузнецкой Андрей говорил как о состояшихся фактах, поэтому он занизил сумму потраченных денег на существующие аптеки и сумму занижения вставил в соответствующие графы.

Получилась следующая таблица:

РАСХОДЫ (февраль-апрель 2004 года), в рублях

Волгоград

1. Аренда (аптека по ул. Ухтомского) за три месяца – …60,000

2. Аренда (аптека по ул. Еременко) за три месяца……12,000

3. Ремонт аптеки по ул. Ухтомского…………101,746

4. Сигнализция по тому же помещению (Ухтомского)…108,429

5. Мебель, витрина, вывеска (аптека Ухтомского)……89,000

6. Разработка проекта (аптека по ул. Кузнецкой)……100,000

7. Разрешение выделения земли (Кузнецкая ул.)……120,000

8. Подписание письма у мэра (создание………100,000

муниципального склада расходных материалов)

9. Инвентарь и мебель для аптек (ул. Еременко……208,000

и Запорожская)

10. Зарплата сотрудникам……………40,000

11. Организационные расходы, комиссионные……1,000,000

по передаче муниципальных аптек + оплата

переданного имущества

Казань

1. Аренда аптеки (ул. Профсоюзная)…………60,000

2. Аренда аптеки (ул. Р.Зорге)…………40,000

3. Оборудование, инвентарь……………155,000

4. СЭС, пожарники, согласования…………30,000

ИТОГОсумма:………………… 2,224,175

Планируемые сроки открытия очередных трех аптек в Волгограде – начало сентября

Планируемые сроки открытия двух аптек в Казани – до 15 сентября

Открытие трех аптечных пунктов в Волгограде – конец сентября

Аптека в Кировском районе – открытие в октябре.

ПЛАНИРУЕМЫЕ РАСХОДЫ (по мере открытия аптек)

1. Товар для аптеки по ул. Ухтомского………600,000

2. Товар для аптеки по ул. Запорожской………300,000

3. Товар для аптеки по ул. Еременко…………600,000

4. Товар для аптеки по ул. Профсоюзной (Казань)……1,000,000

5. Товар для аптеки по ул. Р.Зорге…………1,000,000

6. Ремонт, обновление оборудования в………500,000

аптеке № 256 (Кировский р-н)

7. Покупка трех аптечных пунктов:…………250,000

Центральная женская консультация (Мира, 2),

Поликлиника № 3 (Советская, 23А),

Детская поликлиника № 15 (пр. Ленина, 30)

(данная сделка идет через начальника горздравотдела)

8. Организационные расходы по переоформлению……300,000

Аптек №№ 3,4,31

9. Оборудование, инвентарь для аптек………300,000

По ул. Цимлянской в Волгограде и магазине

«Магнит» в Волжском

ИТОГОсумма:………………… 4,850,000

ПЛАНИРУЕМЫЕ РАСХОДЫ С КОНЦА СЕНТЯБРЯ ПО ДЕКАБРЬ (минимум)

1. Строительство аптечного модуля по ул. Кузнецкой…1,800,000

2. Строительство модуля на ул. Чехова………1,800,000

(больница № 6, Казань)

3. Товар для шести аптек в Волгограде………5,000,000

ИТОГОсумма:…………………8,600,000

ПЛАНИРУЕМАЯ ПРИБЫЛЬ (по аптекам, открывающимся в сентябре)

Выручка (в месяц):

1. Ул. Ухтомского………………600,000

2. Ул. Запорожская………………300,000

3. Ул. Еременко………………600,000

4. Ул. Профсоюзная………………1,000,000

5. Ул. Р.Зорге…………………800,000

6. Кардиоцентр…………………900,000

ИТОГОсумма выручки:………………4,200,000

Рентабельность (из расчета средней наценки 18 %)……640,678

Расходы по всем аптекам (минимум)…………100,000

ИТОГОчистая прибыль:………………540,678

ПЛАНИРУЕМАЯ ЕЖЕМЕСЯЧНАЯ ПРИБЫЛЬ ПО ВСЕМ АПТЕКАМ

Выручка:

1. Ул. Ухтомского………………600,000

2. Ул. Запорожская………………300,000

3. Ул. Еременко………………600,000

4. Ул. Профсоюзная………………1,000,000

5. Ул. Р.Зорге…………………800,000

6. Кардиоцентр…………………900,000

7. Поликлиника № 3………………900,000

8. Центральная женская консультация………600,000

9. Детская поликлиника № 15……………600,000

10. Ул. Цимлянская………………800,000

11. «Магнит»…………………800,000

12. Ул. Кузнецкая………………1,500,000

13. Больница № 6 (Казань)……………1,500,000

14. Аптека № 256…………………1,000,000

ИТОГОсумма выручки:………………11,900,000

Рентабельность:…………………1,815,254

Расходы (минимум):…………………250,000

ИТОГОчистая прибыль:………………1,565,254

Таков был бизнес-план, который Андрей представил своим компаньонам на рассмотрение (к этому плану были приложены подтверждающие документы: договора с поставщиками, строительными фирмами, с арендодателями, личные дела фармацевтов, и так далее).

Прогноз по выручке был более чем оптимистичен, за исключением аптеки, находящейся в кардиоцентре, которая уже давала выручку под миллион и имелась тенденция к увеличению продаж (аптека в кардиоцентре на тот момент была единственной рентабельной – учитывая обороты а также наценку по некоторым сердечно-сосудистым препаратам, достигавшим 50 за счет скидок, которые давали поставщики; также через эту аптеку отпускались некоторые расходные материалы для операций и дорогостоящие рентгеноконтрастные препараты, не предусмотренные медицинской страховкой). Огромный потенциал был у 256-й аптеки, но она еще не была открыта. Сумма расходов в данном бизнес-плане была занижена.

Вначале Андрей хотел дать денежные цифры и сроки, соответствующие реальности: суммы расходов велики, выручка на первоначальном этапе низкая, и неизвестно как она будет расти. Кроме того, казанские аптеки, в отличие от волгоградских, впервые открываются в этих местах, и, хотя и находятся в проходных местах (улица Профсоюзная – на пересечении с улицей Пушкина, улица Р.Зорге – в помещении крупного супермаркета), но народ еще не привык, что здесь есть аптеки. Чтобы раскрутить точки, придется поиздержаться на рекламу……

Но Андрею нужно было во что бы то ни стало получить от компаньонов деньги до майских праздников, чтобы перечислить на Джонсон и Джонсон как минимум пятьсот тысяч рублей (запланированная прибыль в размере $25,000 вся уже была расписана до копейки). И не просто до праздников, а конкретно до 26 апреля – в этот день Мариам с сыном уезжают в Волгоград, и Андрей планировал рвануть на машине туда же, чтобы, забрав Таню, поехать с ней на море, там провести с ней примерно неделю, а все майские каникулы – с женой и сыном. Компаньоны упорно настаивали, чтобы он был вместе с ними в сочинском пансионате «Заполярье» пусть даже с семьёй – они как-нибудь внесут коррективы в свои обычаи и будут кадрить девушек так, чтобы Мариам не заметила, возьмут отдельное бунгало, например. Учитывая ситуацию с Таней, Андрей в глубине души сомневался, стоит ли педалировать отношения, которые вскоре могут сойти на нет. Он был уверен на 100 %, что она поддерживает контакт с Ренатом. Возможно, брат-конкурент приближается к заветной цели семимильными шагами. И у него реальный шанс, особенно если принять во внимание, что Таня динамит Андрея по сексу с начала года. Для него, как для семейного человека, это наилучший выход из положения – безболезненное расставание и сохранение отношений с братом. Так думал он. Но в конечном счёте в нём заговорил инстинкт охотника, от которого ускользает добыча. Он бы так не переживал, если бы поддерживал интимные отношения с Таней в прежнем режиме, примерно раз в неделю, если она бы достала его своими намеками на то, что пора бы определиться, и тут бы вдруг раскрылись её шашни с Ренатом. Но поскольку она держалась несколько отстраненно, не навязывала себя, а скорее наоборот; то, недоступная, она стала во сто крат желаннее.

Всё же он сомневался. И, по своему обыкновению, отложил принятие окончательного решения на самый последний момент. Главное для него было решить вопрос с перечислениями на Джонсон и переводами другим поставщикам, с которыми нельзя портить отношения, и отвезти двести тысяч Халанскому. Да, он использует не по назначению деньги, выданные партнерами на аптеки, но к середине мая, когда поступят деньги из Казани и из других источников, возместит потраченные средства.

Глава 70

Чем больше Таня размышляла, тем больше путалась. И злилась на себя: как её угораздило завести отношения с иногородними, неужели в родном городе мало мужчин?! Одно было ясно: она рассматривала Рената как своего постоянного парня, к которому испытывает некие чувства и он лучше, чем… те, кто до этого был. Хотя она до конца и не разобралась, какие чувства к нему испытывает. Это её пугало. И она бы не волновалась по этому поводу – время всё расставит по местам, но времени-то как раз у неё не было. Она хотела ребёнка, причём срочно!

Её очередная запись в Живом Журнале гласила:

provokatsia wrote

«Меня всегда безумно раздражали все эти парочки, задрачивающие друг на друга в скайпе, познакомившиеся непонятно при каких стечениях обстоятельств в непонятно каких городах и теперь истязающие себя любовными письмами из Сочи в Воркуту, не отпускающие друг друга никуда от себя, находясь на расстоянии в тысячу километров пути, обрывающие телефонные провода словами «скучаю» или «я верю, что мы скоро увидимся»… М-да, безумно раздражали. И ведь они прекрасно осознают безвыходность ситуации, этой нелепой выдумки под названием «любовь на расстоянии», но всё равно не решаются оборвать романтичную связь сквозь километры железных дорог и медных проводов. И вот посмотрите на меня. Наæ¥й чтение электронных сообщений – от этого только глаза портятся! Гораздо интереснее читать этикетки на бутылках. Я не сплю уже вторые сутки. Вчера думаете после офиса я домой пошла? æ¥й там!.. В баре моей подруги меня уже ждали ледяное шампанское и мой горячий бармен. У меня такое чувство, что на это заведение наложено проклятие вечно бухающего персонала и таких же посетителей. Самое главное, обе социальные группы счастливы и довольны. Часов в 11 вечера мы поехали купаться за город. Конечно, после тяжелого рабочего дня, выбежать из машины прямо в воду – просто прекрасно. Однако никто не предполагал такого ливня… Хотя он особо никому не мешал. Я вот всю ночь чувствовала амазонкой и как бы других вариантов не было, когда тебя трахает сзади безумно волосатый бармен с могучими накаченными руками, а ты стоишь по колено в воде, обопираясь на ствол какого-то тонкого дерева. Движения всё резче и быстрее, в предоргазменном состоянии ты ловишь губами капли дождя и наконец взрываешься, ощущая как ветер ласкает каждую частичку твоего тела. По дороге домой я на чуть-чуть уснула на нём, а когда открыла глаза, увидела, что он на меня пристально смотрит. Нежные какие-то чувства, не знаю… В общем, я пойду мастурбировать в туалет, потому что спокойно такое вспоминать не могу. Цените мои усилия воли, что я рассказала вам всё до конца. до связи».

Глава 71

Светлый день очередной раскидки (дележа прибыли) наступил 23 апреля, в пятницу. Накануне Андрей заказал во Внешторгбанке три миллиона восемьсот тысяч рублей – такую сумму перевели с расчетного счета Экссона в Международном Московском банке на поганку под названием Кэш-проджект, расчетный счет которой находился во Внешторгбанке.

В этот замечательный день, с утра переделав всю рутину (вместе с Алексеем, уже почти полностью перетянувшим на себя все административные полномочия), Андрей засел за телефон и принялся звонить – в свой волгоградский офис, затем в Казань. У Ирины горел только один вопрос: что с деньгами, пойдут ли сегодня платежи поставщикам? Андрей грустно ответил, что пятьсот тысяч перечислит с расчетного счета Кэш-проджект, помойки, на которую перевели с Экссона деньги на обналичивание, по заранее подготовленным платежкам, в счет взаиморасчетов с Совинкомом. (для него это было очередным ударом – он обналичит товарищам деньги и выдаст им, а своими кровными будет латать дыры на фирме). Своим тоном он старался не выдать негодование по отношению к Ирине за её болтливость в постели с врагом. Она же, будто чувствуя, разговаривала чересчур мягко и, записав, какие платежи куда пойдут, долго расписывала, какие замечательные у неё планы по продажам, что после того, как Джонсон получит деньги, она возьмет в оборот ростовских представителей Джонсона, которые обещали продвигать Совинком в Ростове, Краснодаре и Ставрополе.

«Только ни с кем не делись своими планами!» – мысленно твердил Андрей, вслух же поддакивая в ответ.

Закончив телефонные переговоры, он заметил, что в людской никого нет из компаньонов, только сотрудницы – Вероника и Карина. Он направился в другой кабинет. Ансимовы с Быстровыми обсуждали, у кого закупать полипропилен для Балт-Электро. Уфимский поставщик, у которого брали до этого, не располагал нужным объемом, возникла авральная ситуация. И тут Андрей уже не в первый раз отметил, что не владеет вопросом и не готов высказать свое мнение. Игорь, профессиональный кардиохирург, досконально разбирался во всех тонкостях, а ведь ещё недавно сидел во время общих обсуждений, хлопая глазами, за что получал нагоняй от Владимира.

Андрею показалось странным, что именно в этот момент он заскучал по временам, когда его чуть не насильно приводили в этот кабинет на собрания, Владимир запрещал делать посторонние звонки и вообще заниматься Совинкомом на заводе. Андрею приходилось вести свой медицинский бизнес тайком – делать нужные звонки, выходя на лестничную площадку, или по дороге на заводоуправление. И это несмотря на то, что Владимир с Игорем получали процент с продаж по волгоградской фирме. Да что там – доходило до того, что Владимир анализировал телефонные распечатки и заставлял Андрея оплачивать волгоградские звонки (хотя по идее, периодически возникала необходимость общения с волгоградским бухгалтером Экссона).

А была ли вообще гармония – когда он ощущал себя полноценным членом команды? Как-то незаметно прошла эволюция от того момента, когда его втолкнули на завод, как пробный шар, получится – не получится, и он был как ширма для Фарида, у которого Артур с Владимиром увели аккумуляторный бизнес и примкнули к Экссону лишь когда дело наладилось и стало ясно что их работодатель, Фарид, всё проглотил и навредить не сможет; и до сегодняшнего состояния, при котором Андрея, как выполнившего свою функцию, выталкивают на вольные хлеба осваивать целину, освоение которой никого не интересует. Да, золотая середина проскочила незаметно.

– Ну что, как там медицина, когда можно будет клювик помочить? – первым на Андрея обратил внимание Игорь.

Они стояли вчетвером у окна, Андрей же примостился на ближайший от окна стол.

Следом за братом Владимир обратился к официальному директору и учредителю Экссона:

– Что с деньгами, ты не опаздываешь в банк?

– Нет, поеду к двум часам.

Зазвонил телефон. Алексей подошел к столу, взял трубку. Выслушав от секретаря, кто звонит, сказал, что будет говорить, и она соединила. Игорь с Владимиром принялись обсуждать какие-то семейные дела. Артур приблизился к Андрею:

– Ну что, готов?

Андрей кивнул.

– Мы с братом дадим тебе… посмотрим, около полутора миллионов, – известил Артур о принятом инвестиционном решении. – Лёхе всё подробно распишешь.

– Да, а кто у тебя там всем рулит? – поинтересовался он, всматриваясь в глаза Андрею. – Есть надежный человек?

– Ну да, конечно!

И Андрей пересказал то, что уже многократно говорилось: есть такая Ирина Кондукова, Тишин, и другие. В конце концов, Максим, родной брат Андрея – правда он учится на дневном отделении мединститута, но в офисе Совинкома бывает каждый день.

– Просто у нас батя, он на пенсии, делать ему нечего, он может там присмотреть за твоими гаврилами, – не дослушав, перебил Артур.

– Давай, я с ним встречусь, пусть подъезжает, отлично, – стараясь не выдать своего удивления, ответил Андрей. Ему показалось это странным – как пенсионер будет управлять молодежью, да еще в такой далекой от строителя сфере, как медицина.

Артур между тем расхваливал достоинства своего отца: работал в торговле, бывший руководитель облпотребсоюза, и между прочим знает Халанского, так что можно смело поручать носить ему деньги.

«Да Халанского весь Волгоград знает, только главврач кардиоцентра даже от моего родного брата отказался принимать деньги, когда я не смог вылететь в Волгоград», – мысленно усмехнулся Андрей.

Проговорив то, что считал нужным, Артур пошел на выход, ему нужно было к гендиректору Балт-Электро. Перед тем, как уйти, он попросил позвонить ему, как только деньги будут получены, он подойдёт к банку и встретит – а то мало ли чего. То же самое Владимир – закончив с Игорем, попросил позвонить ему насчет денег, сам он будет в районе Исаакиевской площади в начале третьего. И вышел, сказав, что едет на Октябрьскую железную дорогу.

Оставшись втроём, Алексей, Андрей и Игорь принялись обсуждать поездку в Сочи. Вся компания отбывала 29-го апреля, и Игорь принялся распекать Андрея:

– Достал, постоянно от коллектива отрываешься!

Андрей стал оправдываться, прикрываться женой. Что было правдой – Мариам взяла несколько дней за свой счет, чтобы провести семейный отдых – вместе с выходными и праздничными днями набиралось две недели.

Тогда Игорь с упорством трактора стал давить: «Приезжай с семьей, поселишься в другом корпусе от нас!» Он был настолько экспрессивен, что Андрей уже не знал, что отвечать. Бывший кардиохирург был умелым переговорщиком – мог по телефону договориться с клиентом, которому звонил впервые, насчет закупок и передачи комиссионных, причем тут же оговаривался что сам деньги не привезет, нечего делать, а вышлет переводом или отправит конверт поездом; а комиссионные будут выданы за вычетом процента на обналичивание. Андрей ставил его в пример всем своим лопухам-менеджерам, которые по полгода обивали пороги больниц, прежде чем принести хотя бы мизерный заказ.

– Ты нас наɘδываешь, небось опять свою Таньку потащишь на Кипр! – сделал вывод Игорь, видя упорство Андрея.

И принялся по новой:

– Ладно, бери её и приезжай с ней в Сочи – мы не будем выступать.

Алексей поднял голову от бумаг:

– Бери всех сразу, чего мелочиться!

Они расхохотались – Алексей и Игорь, и принялись в шутливой форме обыгрывать эту тему. Мол, неплохо было бы присовокупить многих других, побывавших на съемной квартире на Фонтанке.

Андрей посмотрел на часы – пора обедать. Он спросил Алексея: «Куда пойдем – в заводскую столовку или кафе?» Но тот снова уткнулся в бумаги. Игорь брезговал заводским общепитом и никогда не обедал ни в столовой, ни в кафе возле Кировского таможенного терминала.

Уговаривать Алексея – дохлый номер. Обычно они ходили на обед вместе – Андрей и братья Ансимовы. Но в отсутсвие Артура бывало так, что Андрей, у которого начинало сосать под ложечкой в час дня, начинал торопить Алексея, но чем больше теребил, тем сильнее тот зарывался в бумаги, вдруг вспоминал, что надо сделать срочные звонки, и игнорировал приглашение самым естественым образом – выходило так, что ему одному есть дело до работы, а Андрею лишь бы пожрать.

Предвидя сценарий, Андрей раскрыл свой ноутбук и начал просматривать таблицу, в которую заносил свои расходы. Игорь за другим столом изучал бюллетень недвижимости.

В начале второго Андрей закрыл компьютер, положил его в портфель, поднялся, и, со словами: «Я в банк, минут через сорок подъезжайте на Исаакиевскую площадь», вышел из кабинета. Он был такой голодный, что, наверное, быка бы сейчас слопал. На заправке на улице Трефолева он купил два сникерса и сок – когда мучил голод, голова вообще ничего не соображала. Только одна мысль доминировала: «Поесть!»

«Как они могут так долго терпеть без еды – до самого вечера?!» – жуя шоколадный батончик, размышлял Андрей об оставшихся на заводе товарищах. Настроение его заметно улучшилось, когда организм получил калории. Переехав через Обводный канал, он задумался, что делать с Таней. Вспомнил, как здорово там у неё внутри устроено, и как она начинает тереться пятками по его ягодицам и бедрам, когда ей захорошеет. Как правило, они кончают вместе. Да, надо сделать попытку – пригласить её на море. Он не давал ей отбой, регулярно звонил, а когда последний раз созванивались, сказал, что продумывает маршрут поездки. Пока ехал по каналу Грибоедова, и далее через Фонарный переулок и по Большой Морской до Исаакиевской площади, мысленно поимел её во всех позах.

На площади он оставил машину не там, где обычно, рядом с Мариинским дворцом (это место просматривается из офиса Северного Альянса), а с другой стороны – напротив Исаакиевского собора. И пока шёл до банка, тоже думал о Тане. И даже когда, заполнив чек, подошёл к стойке, на его лице блуждала мечтательная улыбка. Операционистка улыбнулась в ответ, и тут он сообразил, что плотоядный оскал здесь не к месту.

– Ого! – увидев сумму чека, операционистка застучала клавишами. – Вы заказывали?

– Так точно, – оглядев зал, Андрей вдруг подумал, какая же интересная планировка у этого исторического здания. Если он задумает строить дом, то возьмет на вооружение кое-какие идеи. – А знаете, судя по всему, именно этот дом описывает Лев Толстой в романе «Анна Каренина» как особняк Бетси. Да, особняк княгини Елизаветы Фёдоровны Тверской.

Операционистка, подняв глаза, некоторое время соображала, чтобы переключиться.

– Да, а не самих ли Карениных этот дом? – вернувшись к компьютеру, она сделала проводки, расписалась на платежном поручении и пропечатав его, протянула Андрею.

– Нет. Каренины проживали на Кутузовской набережной, – уверенно ответил он.

Взгляд его снова заскользил по залу.

– Когда читаю о приеме в доме Бетси, на котором обсуждали браки «по страсти» и браки «по рассудку», всегда почему-то представляю ваш операционный зал, – поделился он, когда операционистка, подписав чек у контролера, вернулась.

Операционистка подала чек:

– Ваши три триста – надеюсь на выходные вам хватит!

Отойдя от стойки, он положил в портфель пропечатанное платежное поручение. Пятьсот тысяч рублей ушли на Джонсон и Джонсон. Это самый горящий платёж. Остальные будут перечислены из тех денег, что компаньоны дадут на аптеки. И, бог даст, к середине, максимум к концу мая удастся вернуть деньги, акцептировав из тех средств, что переведут клиенты.

На первом этаже, в холле, его ждал Артур.

– Ну как?

– Сейчас, получу в кассе.

Андрей прошёл в кассу, дверь которой находилась возле поста охраников. Получив деньги, вышел обратно в холл.

– Тут есть обменный пункт, – Артур кивнул на вывеску.

И направился в обменник, находившийся под лестницей. Андрей последовал за ним. Там, выяснив курс евро и доллара, Артур стал звонить брату, чтобы узнать, как обстоят дела в других местах. Выслушав, набрал Владимиру – проконсультироваться, насколько выгоден курс, который даёт Внешторгбанк. Владимир обычно совершал валютные операции через обменный пункт в районе Финляндского вокзала – там его знакомые валютчики давали ему хорошие скидки. Но в этот день у них не было необходимой суммы – он всё выбрал, конвертировав выручку, полученную с каких-то побочных дел.

Минут десять отняли переговоры с валютчиками с биржи, потом Артур снова позвонил брату, и, посовещавшись, они решили, что ради копеечной маржи не стоит переться на Васильевский остров, на биржу, а закупиться евро здесь, в ВТБ.

Наконец, Артур определился:

– Всё, 50 тысяч евро – беру здесь.

И направился в кабинку. Настроение Андрея упало.

«Неужели конвертируют все деньги?!»

Если Ансимовы не дадут денег, сорвется его поездка с Таней – он будет вынужден остаться в Петербурге до 30-го, будет изыскивать средства, чтобы перечислить поставщикам Совинкома.

– Чего там говоришь, у тебя в Волгограде появился «решальщик вопросов»? – спросил Артур, когда вышли на улицу.

– Ну да, бывший силовик, помогает мне выигрывать тендеры.

Они шли по направлению к Исаакиевской площади, болтая по всякой ерунде, и думая каждый о своём. На площади, напротив Исаакиевской собора, рядом с Андреевым джипом выстроились транспортные средства всех остальных учредителей Экссона. Все были в сборе. Забрались в Паджеро, Игорь уселся впереди, остальные сзади. Когда Андрей раздал всем деньги, каждому по семьсот пятьдесят тысяч, Игорь заглянул в опустевший портфель, бесцеремонно засунул туда руку, пошарил среди бумаг:

– А чего у тебя так мало осталось? Куда успел спустить?

– Перечислил в Волгоград на дело – по безналу.

Принялись обсуждать курсы валют – прогноз по евро и доллару. Курс евро стабильно рос, обогнал доллар и понижаться явно не собирается. Андрей опять же не смог поддержать разговор – оставшиеся двести пятьдесят тысяч пойдут на личные нужды. В частности, надо думать насчет ремонта квартиры на Морском фасаде – дом будет сдан не позднее мая, и многие хозяева уже вставляют двери и завозят материалы. Родители вообще советуют, чтобы сэкономить на аренде, быстро ремонтировать кухню и одну из комнат, перебираться на новую квартиру и неспешно, постепенно отделывать остальные комнаты. Шестьсот долларов, что он сейчас платит за съемную трехкомнатную квартиру на Большеохтинском проспекте (хозяин поднял цену вслед за ростом цен) – это чрезмерно. Компаньоны еще не знают про другую хазу – на Фонтанке, которую раньше нанимали на троих с Быстровыми (для встреч), потом, когда они вышли из проекта, Андрей оставил для себя, и так до сих пор не определился, что с ней делать – уж больно удобное местоположение. К тому же он обставил её мебелью, бытовой техникой, коврами, картинами, и прочими удобствами, и куда всё это девать – непонятно.

Обо всём этом он думал, слушая вполуха друзей, обсуждавших колебания валютных курсов. Мысли о том, что, возможно придется отменить поездку с Таней, отодвинулись на задний план – он всё же надеялся, что всё как-то само собой разрулится в последний момент, как это обычно бывало.

– Ну что, витиеватый, поедешь с нами в Сочи? – обратился Владимир с заднего сиденья.

Андрей загадал: если сегодня получит от компаньонов взнос на аптечное дело, то всё сложится удачно и минимум к концу лета, максимум к концу года финансовое положение окончательно нормализуется, аптеки заработают, продажи на фирме вырастут, в общем, всё будет хорошо.

Он повернул голову:

– Без базара.

В этот момент он был абсолютно уверен в своих словах.

– Вот это ответ не мальчика, но мужа, – как обычно с легкой ехидцей произнес Алексей. – Андрюха… беспощадный, крутой… как яйцо, резкий – как понос, опасный – как сквозняк.

Разложив деньги по карманам, выйдя из машины, некоторое время переговаривались, обсуждая сегодняшние планы – фитнес, променад по Невскому проспекту, и завтрашний футбол. На ближайшие два-три часа дела уже имеются – конвертировать, положить в банк, что-то купить, в общем пристроить полученные деньги.