Текст книги "Насколько больно? (СИ)"
Автор книги: Евсения Медведева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)
Глава 29
Мирослава
Я стала нервно оттягивать платье, от его взгляда моя кожа покрылась мурашками. Я стала искать глазами сестру, которую нашла сидящей на полу, в горке детских игрушек. Кира залилась румянцем, она часто моргала, было видно, что она нервничает!
– Привет! Я – Макс.
– Андрей! – в гостиную вошли парни. – Вот мой любимый племянник! Привет, мужик! Давай, расти скорее, будем с тобой ходить в клуб, дядя познакомит тебя с самыми красивыми девушками в городе!
– У твоего дяди нет вкуса, поэтому тебя познакомит крестный! – Макс вырвал малыша из рук Андрея.
– Какой еще крестный? – Андрей повернул голову в сторону Влада, но тот покрутил пальцем у виска и продолжил разглядывать Сережу.
– Ладно, мне пора! – Сережа едва коснулся пальцами моей талии, как с дивана вскочил Никита. Его газа потемнели, а между бровей залегла глубокая морщинка.
– Оставайтесь! Поужинаем вместе! – он пересел в кресло, которое стояло около меня и стал потирать подбородок, словно раздумывал над чем-то.
– Да, конечно, оставайтесь! Мы заехали, чтобы подписать документы, поэтому НАМ уже пора! – Андрей подошел к Никите и стал нервно хватать его руку. Но Никита отмахивался от него, как от назойливой мухи.
– Андрюх, а я тоже хочу остаться! Я так давно не видел крестника! – Макс упал на диван, подбрасываю Димку в воздух.
– Кира? Помочь тебе на кухне? – ласково спросила я, медленно удаляясь в кухню. Я видела огромные глаза сестры, она улыбнулась Сереже.
– Меня Кира зовут. Ты располагайся, а мы сейчас!
– Что происходит? Как семейный ужин мог превратиться в каторгу? А ну отвечай! – я схватила Киру за косу и дернула.
– Ш-ш-ш! – зашипела от боли сестра и стала растирать кожу головы. – Я не знала, что они дома! Они сидели в кабинете, видимо!
– Черт! Надо же было так вляпаться! И во всем виновата ты! – я ткнула сестру в бок.
– Прости…
– Ладно! А щенок мой?
– Да, мы подумали, что тебе тоже нужно кого-то целовать перед сном. Раз ты не хочешь, чтобы это были мы, пусть это будет маленький песик!
– Спасибо! – я обняла сестру. – А теперь я снова натяну на лицо гримасу ярости!
– Пожалуйста, Госпожа! – преклонила голову Кира.
– Мы попьем чай и вежливо откланяемся, а вы сделаете вид, что у нас самая воспитанная семья!
– Договорились! – Кира засуетилась на кухне, а я пошла в комнату, где парни оживленно что-то обсуждали. Влад кивнул мне и подмигнул, давая понять, что все хорошо, и никто никого не убил. А жаль… Я посмотрела на крепкое тело Сережи, потом на Никиту… Блин! Он просто дрищ по сравнению с Орловым! Я посмотрела в мутные глаза Никиты… Черт…
– Какие планы на будущее? – вдруг серьезно спросил Никита, не сводя с него взгляда.
– Пока не знаю. У меня еще есть время определиться! – Сережа пожал плечами и подошел ко мне, сев на барный стул рядом со мной.
– О! Времени полно! – рассмеялся Андрей, стараясь перевести тему.
– А как ты зарабатываешь? Я заметил, что машина у тебя не из бюджетных! – продолжал Никита, медленно смакуя чай. – Просто это наша маленькая сестренка, и мы очень переживаем за нее!
Я едва не подавилась. Кем он себя возомнил? Английской королевой? Придурок! Переживает он! Еще слово, и я убью его!
– Я зарабатываю продажей проектов декора. Вот и все.
– А как твоя жена, Никит? Слышала, она попала в аварию? – жалостливо произнесла я, не спуская с него взгляда. Если он решил, что выйдет сухим из воды, то он сильно ошибается. Очень сильно!
– Спасибо, Лягуха, она в порядке.
– О! За это я не переживаю, ведь у нее есть такой заботливый муж! – прошипела я и кинула в него лимоном, пока Сережа отвернулся.
– А твои родители? Чем занимаются они? – продолжил Никита после того, как съел половину лимона вместе с кожурой и не поморщился. Макс и Андрей стали кашлять, корча физиономии, от одного этого вида.
Никита поднял бровь и стал медленно двигаться взглядом сверху вниз по моему телу. Кожа головы стала чесаться, щеки вспыхнули, губы пересохли, шею сдавило, соски напряглись, живот стал пульсировать, я инстинктивно забросила ногу на ногу… Черт! Что? Он одним взглядом разбивает меня! Он сжигает, словно огонь! Я горю, мне плохо! Мне нужен воздух! Никита продолжал двигаться от моих бедер, которые благодаря моему платью были почти голыми… Он двигался по миллиметру, направляясь к ступням… Боже! Я вспомнила, как его горячие губы покрывали каждый сантиметр моих ног, я помню, как он покрывал поцелуям каждый пальчик! Каждый пальчик!
– Мои родители работают с недвижимостью! – сказал Сережа, вырывая меня из воспоминаний.
Я чувствовала, как горели мои щеки, отчего на лице Никиты играла самодовольная улыбка. Он знал, что я возбуждена, а мне был плохо оттого, что он знает! Черт! Он все знает!
– Я тут слышала, что вы решили завести ребенка? – зашипела я, подыскивая что-нибудь потяжелее, что невозможно проглотить и не поморщиться.
– Никит, мне пора! – Андрей вскочил с дивана.
– Кир, Диме пора спать! – Влад бросился к сыну.
– А можно мне добавки? – Макс облизывал пальцы, измазанные сливочным кремом из торта. Он был единственным, кто получал кайф от всего этого.
Ну что за семья!
– Ладно! Это нам пора! Мне завтра в академию! Сереж, ты же подвезешь нас с Орлом домой?
Влад закашлялся, а Макс стал ржать, катаясь по дивану.
– Что? – я не понимала, что могла такого сказать?
– Ничего, милая! Все хорошо! – рассмеялся Никита, он поймал маленького песика и стал чесать его за ухом.
Нет! Это мой пес! Не трогай его! Но, кажется, я ошиблась! Щенок распластался на его коленях, приминая ласки незнакомого мужика. Черт! Черт! Даже моя собака превращалась в лужицу, радом с этим придурком.
Я встала, стараясь сдержать порыв бешенства. Я почти видела окровавленное лицо Никиты, я видела, как он умоляет остановиться, пока я избивала его битой. Интересно сейчас можно купить биту?
– Да, действительно! Уже поздно, поехали, я отвезу тебя домой! – Сережа встал и пошел к парням, прощаясь с каждым.
Кира убежала в кабинет за переноской для щенка.
– Вот, это корм, это пеленки, это рекомендации. Через неделю мы должны с тобой свозить его к ветеринару, – Кира вручила мне увесистый пакет. На полу стояла специальная маленькая кожаная сумка, торцы которой были перфорированы. – Эй, ты где?
– Не кричите! Малышка спит! – Никита сел рядом, моя голова закружилась, я схватилась за стену, чтобы не упасть. Мои легкие молили меня остаться и дышать дальше этим соблазнительным запахом. – И еще, Малыш, на будущее. Это девочка! Поэтому, если тебе так нравится моя фамилия, то можешь взять ее… Но тогда она будет Орлица!
– Нет, хватит с меня и одной безмозглой блондинки с твоей фамилией! – прошептала я и встала, стараясь избавиться от его чар.
Я не могу! Нет, хватит! Мы распрощались и поехали домой. Я была так благодарна тому, что милый песик стал темой для разговора. Слава милым щеночкам! Всю дорогу в моей сумке вибрировал телефон, но я не решалась посмотреть, кто это! А вдруг это не он? Мне было плохо оттого, что я столько месяцев старалась убедить себя в том, что мне все приснилось. Нет, мое тело четко дало понять, что подчиняется каждому его взгляду! Да что там говорить? Я чуть не застонала в гостиной, в окружении семьи и друзей! И мне не было стыдно. Мне хотелось еще! Мне хочется еще!
– Пока! У тебя очень интересная семья! Очень! – рассмеялся Сережа. – Я надеюсь, что прошел тест!
Мы припарковались у подъезда. Сережа тискал шпица.
– Да, семья у меня ОГО-ГО! – рассмеялась я. – С ними не соскучишься. Это ты еще Кристину и Кирилла не видел! Вот это цирк! У них недавно была свадьба, так наши клоуны прогнали тамаду через 40 минут! Представляешь? Сидят родственники, бабушки и краснеют оттого, что парни сыплют шутками, которые они не привыкли не то, что говорить, но и думать! Но это скоро прошло! И через час бабули отплясывали с Максом стриптиз!
– Хотел бы я на это посмотреть! У нас в семье все не так. Мы не собираемся попить чай, не устраиваем допросы друг другу… Мы живем в разных концах города, созваниваемся на Дни Рождения!
– Ну, это тоже не плохо?
– Да, неплохо, только вот хочется, как у вас…
– Ладно, я пойду, а то время уже много! Не провожай, теперь у меня есть защитник!
– О! Я спокоен за тебя, но ты все равно напиши, как дойдешь.
– Хорошо. Спасибо за вечер! Я давно так не отдыхала!
– И я… – Сережа взял мою руку и медленно поднес к своим губам, но не успел.
– Мирослава! – громкий голос раздался откуда-то. Я подняла голову. У подъезда стоял Никита. Он поднял руку, в которой лежали мои ключи от квартиры. Черт! Они были в моей сумке! Когда он успел?
– Ладно, мне пора! Я растяпа, оставила ключи!
– Пока! Напиши! – Сережа кивнул Никите и выехал из двора.
– Что? Что тебе нужно?
– Ты не брала трубку! – прорычал он, хватая тяжелую сумку.
– Отстань! Тебе не нужно мне звонить! Я бы не оставила свои ключи, если бы ты не копался в моей сумке!
– А я и не копался! – он снова потряс связкой. Дура! Это не мои ключи! Идиотка.
– Никит, прошу, уйди! Я устала, я привыкла, но стоит тебе только появиться на горизонте, как мой мир переворачивается с ног на голову. Я не отдаю отчета своим поступкам. Я не контролирую свой рот, свои щеки! Я не контролирую свое ТЕЛО!
– Я вижу… – он поднял руку и провел пальцем по щеке, по коже стали бегать мурашки. – Я чувствую то же самое!
– Уйди! Мы оба знаем, что ничем хорошим это не закончится!
– А если…
– Нет! Я не буду ждать, пока ты наиграешься в семейную жизнь. Я не могу спокойно смотреть на то, как ты бросил свою жизнь к ее ногам. А она вытирает ноги, словно о половую тряпку. Ты мне сказал жить? Дышать? Вот, видишь? Я живу! Я дышу! Ты слишком хорош, чтобы бросить Полину! А я не буду делить тебя! И я не смогу ждать, пока ты надоешь ей! И я не хочу знать, что ты придешь ко мне только тогда, когда она попросит уйти! Нет! Уходи!
– Ты уверена? – его глаза вновь потемнели.
– Да! Мне нужен ты! Ты мне нужен полностью, а не по частям! Мне нужно твое сердце целиком! А ты разорвал его на маленькие кусочки, в дань дружбе! Нет! Уходи!
Никита поднял ворот черного пальто, от резкого движения хлопья снега полетели в стороны, опускаясь на мое лицо. Он улыбнулся, взял мой подбородок двумя руками, приподнимая голову. Он еще раз заглянул в мои глаза. Потом он ушел, оставляя следы на белом снегу, но и они скоро пропали…
Боже! Как я ненавижу снег!
Глава 30
Никита
Боже! Зачем я поехал за ними? Я мчался по дороге, обгоняя тащащиеся машины, я так боялся не успеть. Вот только я сам не мог ответить на вопрос, что я пытался предотвратить? Когда она появилась в доме Влада, я замер! Ее маленькое светлое платье, открывающее всю красоту ног, рыжие волосы были убраны, и только маленькие прядки едва касались тонкой шеи. Она сжимала в руках букет роз и была счастлива! Конечно, она была счастлива, потому что ее щеки так и пылали, а глаза блестели. Но я бы успокоился, если бы не огонь, который вспыхнул в ее глазах, когда она увидела меня. Я чувствовал, что она уговаривает себя не броситься на меня. И я знал, что сам уговаривал себя, чтобы не кинуться к ней и не поцеловать.
Как все сложно! До нее моя жизнь была проще, чем примеры в первом классе. До нее я не задумывался, что может быть и по-другому. Ее губы, глаза, кожа, румянец – это все, что мне нужно! Мне нужно, чтобы она сияла, чтобы глаза блестели! Я так думал, но я ошибался!
Я ошибался, когда считал, что она осчастливит меня, когда начет жить дальше! Я не думал, что рядом с ней может оказаться другой. Честно, я не думал! А когда увидел парня, стоящего за ее спиной, я перестал дышать. А когда он прикоснулся к ней, я готов был убить его. Я думал, что умирал все эти пять месяцев, не видя ее, но нет! Я умер в тот день, когда она появилась на пороге не одна. Мне было больно! Насколько больно? Мне было больно жить и дышать! Теперь я знал, что чувствовала она. Теперь я знаю, насколько больно ей, зная, что дома меня ждет жена.
А когда я увидел, как он собирается поцеловать ее руку? Его губы намеревались прикоснуться к моим пальчикам! Это мои пальчики! Я вышел из темноты подъездного козырька и окликнул ее. У меня не было плана. Я просто чувствовал, что должен быть там. Хорошо, не сегодня. Сегодня он не поцелует ее! Нет, только не сегодня.
– Ты идешь обедать? – в кабинет вошел Андрей.
– Нет, мне нужно съездить по делам, – я гипнотизировал телефон, пока он искал ее.
– Хочешь поговорить?
– У меня на лице написано, что я хочу поговорить?
– Нет, но упаковка сломанных карандашей намекает на это!
– Мне пора! – я схватил пальто и выбежал из кабинета, одеваясь по пути.
Я ехал в лифте, не сводя глаз с экрана телефона. Теперь я превратился в сталкера. Я не могу не знать, где она, я не могу не видеть ее! Я каждый день ездил в торговый центр, в котором она обедала на большой перемене. И почти каждый день она была с ним! Она смеялась над ЕГО шутками, смотрела в ЕГО глаза, и ЕГО рука придерживала ее за талию.
И каждый день мне было больно! Но, несмотря на это, я каждый день наблюдал за ней, вычисляя ее местоположение с помощью программы на телефоне. Я проверял по вечерам, дома ли она, во сколько вернулась, а иногда просто сидел в машине, глядя в ее окна.
– Алло? – я сидел в кофейне на третьем этаже, откуда открывался хороший вид на ресторанчик, в котором обычно они обедали.
– Привет, сын! – веселый голос отца заставил меня отвести телефон от уха и посмотреть на экран, чтобы убедиться, что это не глюк. Черт!
– Привет! Землетрясение? Война? Что заставило тебя позвонить?
– Ну, мама спрашивает, приедете ли вы с женой на Новый Год? Или ты повезешь ее в Европу на шоппинг? Просто если повезешь, то я бы хотел, чтобы мама поехала с вами.
– Пап, говори как есть? Ты пытаешься узнать, не ушел ли я от Полины?
– Мне по фиг, с кем ты водишь шашни! Мне фиолетово, кто тебя ублажает! Меня не волнует, кто больше тебе нравится – блондинки или рыжие! Меня волнует только то, что ты обязан нести ответственность! Ты убил ее брата!
– Хм… Меня порядком это достало! Расскажи мне, папенька, кто был их отец?
– Не придуривайся! Ты был маленький, когда его не стало! Он был моим другом! И я заботился о малышке и ее брате! Которого ты потом втянул в сои игры с этими нелегальными боями!
– Их отец был начальником твоей охраны, который умер от огнестрельного ранения, прикрывая тебя, папочка! Он защитил тебя! Так кто тут кого убил? Чтобы я больше не слышал этих разговоров! Я надеюсь, что ясно выразился! А мои отношения с Полиной тебя не должны волновать!
– Да, не думал я, что ты будешь копаться в моем белье!
– Не думал я, что ты будешь называть меня убийцей! Тебе было бы проще, если бы меня тоже убили, да? Сознайся?
– Не говори ерунды!
– Нет, это ты не говори ерунды! Его убили не на боях, его убили те, кто угнал его тачку! Его смерть не имеет никакого отношения к боям! Ты думаешь, что я сам не задавал себе вопросов? Что было бы, если бы я сам поехал? Задавал, задаю и буду задавать! Коля был моим другом! А теперь, если у тебя больше нет вопросов, то я не хочу больше слышать твой голос!
– Сын, ты должен! Это дело чести! Что скажут о тебе? Что скажут обо мне? Я не последний человек в области, твои…
Я засунул телефон в карман, не в силах выслушивать переживания отца о своей репутации, и посмотрел на ресторан. Нет, хватит! Все! Я бросил на стол деньги и пошел к машине. Я не могу больше смотреть на это! Я не могу!
– Никита Сергеевич, совещание через 45 минут! – секретарша встретила меня, забирая пальто.
– Хорошо! – я открыл дверь, на диване сидел Влад, листая какой-то журнал. – Привет! Что случилось?
– Все хорошо! Просто зашёл поговорить!
– Кофе?
– Давай!
– Марин, сделай нам кофе! – я сел в кресло, напротив Влада.
– Как дела? – но он не смотрел на меня.
– Давай к делу?
– Как тебе Сергей?
– Какой? – Марина поставила поднос на столик.
– Симпатичный, правда?
– Я не специализируюсь по мальчикам! Ничего не могу сказать! – я заскрипел зубами, осматривая Влада, который с интересом рассматривал журнал о подводном мире. Конечно, *лядь, я знал, о ком он говорит. О том смазливом парне!
– Хорошая партия для Миры! Правда?
– Тебе видней.
– Нет, мне нужен твой совет.
– Я НЕ ЗНАЮ! – я еле держался, чтобы не сорваться.
– Вот, думаю, может взять с парня обещание? – он закурил и задумчиво посмотрел в окно. – Пусть позаботится о ней?
– Ну, это Мирославе решать!
– Конечно, но он хорошая партия! И детки будут симпатичные! Моему Димке нужна компания! Мы вот с вами почти одного возраста. И ему нужны такие же подельники. Только нужно предупредить, что нам нужны парни!
– Не рано? – я еле говорил, представляя картинку, которую рисовал мне Влад.
– Ты не пьющий, будешь шафером? А то нам нужен кто-нибудь, кто будет смотреть за моей приемной сестренкой.
– Заткнись! – зашипел я и бросил чашку на стол, расплескивая кофе. Я тоже закурил. Перед глазами стояла картинка, как я веду Миру в белом платье к алтарю, а там стоит ОН! Не я! Он!
– Нет, это ты заткнись! Ты думаешь, я в восторге оттого, что Мира связалась с тобой? С тупым женатиком? Ты думаешь, что я кайфанул, когда смотрел в ваши глаза и понимал, что уже все случилось и уже поздно что-то делать? Ты думаешь, я радовался, когда очередную мою сестру охмурил мой ДРУГ, и опять за моей спиной? Нет, придурок! Я готов был разбить твой е*альник! Я готов был спрятать ее! Черт! Ты хороший, но как кандидатура для Миры ты не подходишь! И, все-таки, как думаешь? Сергей хороший вариант? – Влад затушил сигарету и встал. Остановившись у двери, он наконец-то посмотрел мне в глаза. – Кстати, я друг для тебя?
– Что ты спрашиваешь? – психанул я и закурил очередную сигарету.
– Ответь!
– Да! Ты мой друг! Ты тот, за которого я и горы сверну! Доволен?
– Тогда запомни! Если однажды, я приду к тебе и буду требовать у тебя обещание жениться на моей жене, когда я умру, чтобы позаботиться о ней, то разрешаю тебе послать меня на *уй! Потому что жизнь одна! Просто пошли меня и выбрось из головы этот бред! Ну и вызови дурку, потому что я буду явно не в себе! Я буду благодарен, если ты после моей смерти не дашь умереть ей с голоду, если закончатся деньги. Если поможешь повесить шторы, встретишь вечером с работы или поговоришь с сыном, когда он начнет курить в 14. Но я буду разгневан, если ты женишься на ней и остаток жизни просрешь, выполняя свое долбанное обещание! – он ушел, громко хлопнув дверью. А я остался в кабинете, терзаемый миллионом вопросов. Но среди них не было ни одного ответа!
Глава 31
Никита
На каком этапе жизни человек начинает понимать простые истины? Может, когда все ошибки уже совершены? Или когда уже не осталось времени на те, что ты ещё не успел сделать? Или же не осталось сил на исправление совершённого? Мы начинаем биться в агонии, вспоминая все то хорошее, что сделали за всю жизнь, но забываем те поступки, слова, которыми невозможно гордиться. Почему мы думаем после, а не до? Мы легко разбрасываемся словами, не отдавая отчета в важности сказанного. Или наоборот, мы можем переоценить важность сказанных слов, обрекая себя на мучения.
Когда мы понимаем, что самые красивые, нужные и важные слова, при халатном обращении к их сути, могут превратиться в кошмар?
Огромная любовь – в жгучую ненависть
Влюбленность – Рабство
Наслаждение – Привычка
Спорт – Инвалидность
Свобода – Одиночество
Долгожданные дети – Обуза
Опека – Тирания
Тишина – Молчание
Человек – Зарубка в чьей-нибудь телефонной книжке
Таинство обручения – Обреченность
Обещание – Гильотина твоей жизни…
– Нет, ты пообещай, что женишься на ней! – шептал Коля, выдыхая густое облако дыма.
– С какой стати? – я знал, что спорить с ним не стоит, просто нужно сменить тему.
– Она что, не красивая?
– Красивая.
– Тогда женись!
– Так, с тебя хватит на сегодня! – я забрал косячок у друга.
– Нет, правда! Вот было бы здорово! Мы бы стали настоящей семьей!
– Мы и так семья, придурок! – мы валялись на земле, возле заброшенного завода, наблюдая за тихим бегом облаков.
– Это моя мечта! Мы же выросли вместе! Вместе наблюдали, как меняемся, как растет борода, как грубеет голос. Как растут титьки у Поли! – засмеялся друг.
– Придурок!
– Ну, а если я умру? Что, Полина останется одна?
– Почему одна? Мы так же будем дружить!
– Ага! Через месяц после похорон ты забудешь про нее!
– Отвали!
– Нет, поклянись, что женишься, если я умру, а у нее до сих пор не будет мужа!
– Когда ты умрешь, у нее уже будут внуки!
– Поклянись! – рычал Коля, схватив меня за руку, он смотрел мне в глаза.
– Не буду! Что за бред? – я пытался встать, чтобы уйти от этого бессмысленного разговора.
– Я буду спокойно лежать в земле, если буду знать, что ты поклялся! Клянись!
– Клянусь! Ну, что, Урод? Доволен?
– Поль? – друг снял солнечные очки, повернувшись к сестре, которая красила ногти, сидя на капоте машины.
– Чего? – пропищала она, дуя на ногти.
– Ты слышала? Если я умру, то ты должна выйти замуж за Орлова!
– Да пошел ты! Я хочу по любви!
– Клянись! Будешь сыта, в безопасности! Он не бросит, будет заботиться, баловать!
– Нет!
– Кому сказал! – он снял кроссовок и бросил в машину, привлекая внимание сестры.
– И что? Каждый день ждать, вернется ли он со своих боев живым? А если и вернется, то до утра обрабатывать его раны и ссадины? Ты посмотри на него? Ему скоро вышибут мозг! И тогда, большой вопрос, кто о ком будет заботиться!
– Вы же встречались? – не унимался Коля, переводя взгляд то на меня, то на сестру.
– Ага, неделю, пока твой друг не стал пускать слюни по другим телкам! – Полина злобно посмотрела на меня и показала средний палец.
– Он нагуляется! Станет серьезным, надежным, спокойным! Не спорь! Клянись!
– Ладно, Зануда! Клянусь, что выйду за этого поганца! Но только ради тебя!
– Вот теперь мне спокойно… Спокойно… И только попробуйте не сдержать клятву…
Кто бы знал, что через два дня моего друга не станет. Никто и думать не мог, что в собственном городе, возле собственного гаража, его ударят трубой по голове и угонят старую машину…
А каково жить, понимая, что совершил ошибку? Каково метаться между обещанием и желанием жить? Все постоянно тыкают меня лицом в то, что я не прав. Вы действительно думаете, что я дебил, и за 7 лет брака не нашел ни одной минуты, чтобы обдумать?
Мне было 23 года, единственной целью моей жизни была победа! На старой бетонной стене после каждой победы я ставил зарубки кровью. А потом пересчитывал, получая от этого огромное удовольствие. Во время боя адреналин глушил боль, не позволяя отвлекаться. А после? После спасала только травка. Мои ушибы, вывихи и разрывы начинали ныть одновременно, сводя с ума…
Мне было 23, когда я пообещал то, что мог выполнить только ценой собственной счастливой жизни… Но нет, не только я страдал.
Каково наблюдать, как родной человек превращается в холодную гламурную сучку? Это тяжело. Лучше жить, совершать ошибки и вспоминать только тогда, когда придёт старость. Лучше не знать, не видеть, не замечать…
Мирослава
Куда улетают птицы? Как они понимают, что им нужно лететь? Им становится холодно? Мне тоже было холодно, я завернулась в свитер и, обхватив кружку, смотрела в окно. Снег был везде, он покрывал машины, дороги, тротуары. Только красные гроздья рябины пробивались сквозь шапку снега на ветках. Ягодки притягивали внимание уставших глаз, они были ярким акцентом среди серого города. Мне хотелось взять в руки карандаш. Птички сели на ветку, скидывая снег, скрывавший лакомство. Может, мне тоже пора улететь?
– Ну, ты согласна? – Кира приехала в гости, мы сидели на кухне, пока Димка спал в комнате.
– Не знаю, мне скоро на учебу, так хочется еще полежать на диване, щелкая пультом.
– Завязывай хандрить? Ты меня не спрашивала, а я не отвечала, но теперь скажу. Есть люди, которые борются за всех и каждого. Они с самого утра начинают бороться! На работе выкладываются, доказывают, что могут ВСЕ, что не хуже других! Никита из таких, он уехал из города с пустым карманом, они с Полиной снимали комнату в общаге. Да, мы не любим ее, но мы любим Никиту, потому что он достоин уважения. Он не взял у папы ни копейки. Все, что он имеет – его собственная заслуга. Влад долго ждал Никиту, пока у него закончится договор с конкурентами, на которых он работал в то время. Он уговаривал уйти раньше, но тот отказывался. Он самый надежный. Он каждый день доказывает, что может! Посмотри на меня!
Я повернулась к сестре.
– Но за него ни разу не боролись! Ни разу! Отец списал его, боясь за свою безупречную репутацию, мама осталась с отцом. И только Полина каждый день напоминала ему, что он должен бороться!
– Ты мне предлагаешь побороться? – я не могла понять, к чему клонит моя сестра.
– Нет, я просто говорю, что в этом нет ничего плохого! Если любишь, то борешься! Я не боролась. Я собрала вещи и уехала, спрятав голову в собственном страхе.
– А чего ты боялась?
– Боялась, что не смогу жить с Владом, что буду каждый раз смотреть в его глаза и искать упрек. Даже если его не будет, я буду искать.
– А как вы снова… сошлись?
– Он попал в аварию, и его привезли в ту больницу, где я стояла на учете. Сначала думали, что разрыв печени, но оказался просто ушиб. Но как только я увидела его в палате, то поняла, что не смогу без него. Если любишь, то не отрекайся, прикрываясь тем, что так лучше! Нет, лучше тебе будет только с любимым человеком!
– Ты к чему?
– Рядом с тобой сидел Сережа, а ты сверлила взглядом Никиту, я думала, что ты убьешь его! А если любишь, то зачем пошла в кино с Сережей?
– Не знаю, я не могу думать!
– Можешь, будь честной. Ты знаешь, что его брак не настоящий, знаешь, что он любит тебя! Ты чувствуешь, что твое сердце готово разорваться только рядом с ним. Так кто здесь поступает неправильнее? Он, который не скрывает, что совершил ошибку молодости? Или ты, которая сказала, что начала жить заново, познакомилась с парнем, а сама смотришь на Никиту? Можешь врать кому угодно, но не ври себе! Не смей!
