Текст книги "Вселенная не по размеру"
Автор книги: Евгения Барбуца
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Вперед. Прыжок, и я на месте. Первый залп, уклоняюсь влево. Второй залп – вниз. Смена траектории астероидов. Трясет.
– Давай! – командую Змею.
Третий залп – вперед. Спустя мгновение на моем месте линкор.
Времени на расчет уже нет. Первый залп задевает правый бок. Не сильно, но больно. Отстраненно осознаю, что рядом со мной падает тело норма.
«Ганзо, траектория, левый борт», – мгновенно вывожу на шало оружейника.
Стреляю. Ныряю влево, и – второй залп. Системы фонят. Ударной волной отбрасывает чуть дальше.
– Змей!
Третий залп, и я прохожу между тремя лучами. Вместо меня вновь линкор.
Последняя полоса. Десять орудий. Первый залп. Уворачиваюсь. Задний ход. Второй залп – заваливаюсь вбок. Не успеваю. Жалит. Искрю.
«Ганзо, орудия на сто восемьдесят вперед, мишень – два удара перед носом».
Залп, и все равно мы не успеваем. Третья полоса – изменение интервала. Если я проскочу, то линкор увязнет под обстрелом как минимум трех орудий.
Выбрасываю магнитный крюк, цепляю линкор.
– Змей, врубай силовое поле! И двигатели на полную мощность.
С моей подачи должны успеть!
– Ты сама запретила!
– Я сказала: врубай! – И сделала рывок.
«Ганзо, залп!»
Ушла чуть вбок.
Все внутри меня вопило о перегрузке системы.
Датчики движения отмечали ускорение линкора надо мной.
Мне рано было уходить, не задетые его полем орудия продолжали обстрел.
Пора. Взрывная волна сбила все системы ориентировки. Радар перестал работать. Но я видела, потому что я – корабль. Двигатели на полную мощность. Правый бок обожгло болью, меня швырнуло влево. Нужно вперед, и я вырвалась. Сквозь осколки и пыль астероидов, сквозь лучи и взрывную волну вражеской системы охраны.
Было весело.
– Ина!!! – трясли меня за плечо.
Распахнув глаза, узрела Ганзо. Взгляд у него был немного… ошалелый… нет, радостный. Ну как же, до новой игрушки дорвался!
Так вот что такое экта. Подобного я не ожидала. Полное погружение. Вплоть до подключения нервных окончаний. Нужно будет изменить настройки этой части, а то не очень приятно чувствовать обстрел корабля на собственной шкуре.
С трудом вынув руки из золотистой субстанции, с удивлением отметила ее количество и место расположения. Экта поднялась выше запястий.
Она стекала с рук нехотя, не оставляя следов на коже и напоминая тем самым желе, только не липкое.
– Все живы? – раздался в эфире вопрос Рима.
– У нас потерь нет, – сообщил Мангус.
– А поесть у кого-нибудь есть? – под шумок вопросила я.
Меня услышали.
– Знаешь, Ина, – заговорил Лай, – я тебя лично накормлю.
И столько радости было в его голосе, столько счастья, что я ему искренне поверила.
– Мелкая, – прошло по закрытому каналу связи от Змея. – Был не прав, ты оказалась полезной. Но это не значит, что так будет в будущем.
Отключившись, повернулась к Ганзо.
– Ну и кто у нас победитель по жизни? – с насмешкой вопросила у хорога.
– Твой норм, – кивнул наемник.
И правда, остроухий валялся на полу в бессознательном состоянии.
Честно говоря, я и сама была бы не против прилечь рядом. Желудок сводило от голода, а мышцы от усталости.
Мы хорошо поработали вместе с моим мальчиком. У меня самый лучший кораблик во Вселенной. И у него еще много секретов, которых, по идее, не должно быть в командном корабле типа «Охотник». Но мне плевать, я его уже люблю.
И мое счастье ничто не способно затмить. Я будто снова оказалась в прошлом. И вновь я рядом с тем, кому принадлежала моя жизнь. Да чего уж там, с тем, кому принадлежала полностью. Кажется, еще чуть-чуть, и он позовет меня по имени, проникнув в суть меня.
А впрочем, это было давно и неправда.
– Дальнейшие указания, ведущий? – вновь подключилась к общей сети.
– Скидываю координаты. На сверхсветовых в ускоренном режиме. Скоро сюда прибудут крейсера сопровождения нормов.
– Вас поняла.
Легкое движение руки и переход на сенсорное управление. С помощью экты кораблем управляют только в экстренных случаях, когда есть необходимость слияния сознания и бортовых мозгов. В обычном режиме этого не требуется.
Заметив шевеление на полу, с интересом взглянула на Шина.
– У тебя поесть есть? – задала вопрос, как только он открыл глаза.
Нет ничего мучительнее чувства голода. Особенно моего голода. Причем мучительно это не только для меня, окружающие тоже страдают, в основном от резко портящегося у меня характера.
Но я старалась, держалась из последних сил и пугала норма голодным взглядом. С Ганзо подобные штучки не пройдут, ему в обычном-то состоянии все до далекой звезды, а сейчас и подавно. Он вдумчиво изучал те игрушки, которыми обладал мой мальчик. А игрушек хватало, что неудивительно, корабль-то боевой. Если быть точной, то в своем классе – универсал. Не все поймут, не многие оценят, но хорог, судя по ожившим глазам, относился к ценителям. Он то и дело дергал меня на предмет получения доступа к тому или иному оружию. Приходилось объяснять и показывать. И если я в своей сфере считалась настоящей маньячкой летного транспорта, то теперь понимала, почему Ганзо называли гением оружейного дела. Он с легкостью освоился с прибамбасами древней расы. И это при том, что языка он не знал, а информация, выдаваемая мной, вряд ли могла считаться полной и точной. Нет, принцип действия я понимала, но смутно, ибо зачастую игрушки, установленные на моего мальчика, являлись настоящей древностью.
А уже вот в этом заключался настоящий парадокс. «Охотник» – относительно новая разработка. Для каораи сотня-другая стандартов ничто, на редкость долгоживущие сволочи, но вот бортовое оружие в основной своей массе устарело как минимум поколения на два. И даже с учетом этого оно превосходило большинство технологий нашей части Вселенной. Но все же…
Мой «Охотник» оказался сплошным противоречием. Звездолет, который никогда не оснащался эктой, вдруг обзавелся действительно редким и ценным усовершенствованием, но при этом оружейная комплектация выглядела так, будто сюда накидали того, чего не жалко. И чем дальше, тем загадочнее. Мне бы добраться хоть до какого-нибудь источника информации, уж тогда я бы развернулась.
Бросив мимолетный взгляд на Шина, вспомнила первые часы полета.
Стоило норму прийти в себя, как на меня обрушился такой поток брани, какого я в лучшие годы своей жизни не слышала. Причем забавляла больше всего его полная уверенность в том, что посмертие он вынужден делить со мной. Нормы интересная раса, технологично развитые, но в посмертие верят.
Ганзо тираду нашего нового друга выслушал молча, лишь бровь слегка приподнял. Стоило выйти из зоны покрытия планетных глушилок, как заработал его личный субпереводчик. «Уж теперь-то трудностей в общении не будет!» – подумала наивная я.
В общем, я убила уйму времени, доказывая остроухому, что мы живы и даже относительно здоровы. Но стоило этому чуду серокожему успокоиться на тему собственной жизни, как новый приступ бурных эмоций выплеснулся на мою многострадальную голову.
– Ты! – взвыл норм. – Ты зачем меня похитила?!
– Понравился, – ответила я предельно честно.
Стоит ли говорить, что после подобного ответа Шин заткнулся и еще долго нервно на меня косился. Одному Ганзо было все до звезды.
– Ты это, – замялся норм, – в смысле я не того. Не по той части.
– Не по какой? – опешила я.
– Не по девочкам, – вымученно выдавил тот.
– По мальчикам? – Мои глаза округлились сами собой.
Тут с кресла поднялся хорог. Ну да, у них с этим строго – идеология, понимаешь ли, не позволяет.
– У меня любимая есть! – возмущенно рявкнул остроухий.
– Тьфу, – расслабилась я. – И что? У меня тоже.
– Тоже любимая? – теперь в ступор впал Шин.
Тут Ганзо рухнул обратно в кресло.
– Любимый, – уладила я недоразумение. – Ты, кстати, его знаешь, – подмигнула нечего не понимающему норму.
– Да? – нервно дернул тот ухом.
– Ну вот же он, – развела я руками. – Моя прелесть! – Нагнулась и поцеловала панель управления.
Краем уха уловила тихий вздох облегчения со стороны хорога. Что-то он в последнее время стал излишне чувствительным. Впрочем, наемник довольно быстро возвращался к своему нормальному состоянию.
– И что ты со мной делать будешь? – поинтересовался норм.
– Не знаю пока, – призналась честно.
Нет, были, конечно, мечты и планы, но кто ж о таком болтает?
– Ну хочешь, к любимой отправлю? – Правда, ненадолго, но уточнять этого не стала, дабы не травмировать тонкую душевную организацию.
– Нет, – встрепенулся Шин.
– Чего так? – Подобная реакция, мягко говоря, заинтриговала.
– Не твое дело, – буркнул пленник.
– Смотрите, какие мы скрытные, – обиделась я. – Признался бы сразу, что не ждут тебя дома. За что посадили?
– Откуда ты… – начал было норм, но был перебит.
– Потому что это и кирито ясно, – лениво пояснил Ганзо, решив поучаствовать в беседе. – Планета с такой системой безопасности, которая позволяет всем желающим проникнуть в атмосферу, но не позволяет ее покинуть, может быть только тюрьмой. Правда, ваша больше похожа на курорт, – со знанием дела заметил хорог. – Плюс подготовка персонала не соответствует режимному объекту подобного типа.
– Так за что сослали без права на помилование? – Неуемный интерес приглушил чувство голода.
– За любовь к науке, – поморщился Шин, явно давая понять, что дальше развивать эту тему не намерен.
– Ну, раз все так благополучно закончилось, может, признаешься, что в правом кармане твоей формы у тебя спрятан питательный батончик? – посмотрела на норма жалостливо.
– Откуда ты узнала? – в который уже раз поразился тот.
– Унюхала. Ну так как?
– Отдай ей, – ровным тоном попросил Ганзо.
Шин не стал сопротивляться и чуть подрагивающими руками передал мне еду.
– Спасибо, – искренне поблагодарила я и понеслась в пищеблок, дабы поесть как нормальный человек.
Но кто бы мне дал расслабиться наедине с собой и питательным батончиком производства нормов? Они, кстати, лучшие в области продуктов питания типа «сухпаек».
– Что будешь делать с этой ученой деткой? – прервал мое одиночество Ганзо.
Понять, о ком он, было нетрудно.
– Посмотрим, – пожала плечами. – Почему «деткой»?
– Слабак, – коротко пояснил наемник.
– А я так не думаю, – не согласилась с ним. – Он раненый отключил охранку на линкоре, сбежал от нас, проследил за мной, и при этом свалился лишь после удара головой о корабль. Может, ты, Ганзо, от такого и не поморщишься, ну так у тебя подготовка. А у него? Согласись, он интересен.
– По сравнению с тобой – нет.
– Ну вот, – надула я губы. – Не кормят нормально, рисковать жизнью заставляют, обижают как могут, вдобавок допросы устраивают.
– Даже не собирался, – флегматично заявил хорог. – Мне плевать, откуда ты это знаешь. Главное, что знаешь. Свою выгоду я уже поимел. – Это он намекнул на игрушки с моего кораблика. – Рим в своем интересе. Но со Змеем и Лаем будешь разбираться сама.
И всего-то? Что наврать, я придумаю, да даже правду ради разнообразия сказать могу. Все равно никто не поверит. Ну что они мне сделают? Пытать не будут, угрожать тоже нечем, разве что часы тренировок увеличат. Не страшно.
– Кхар с ними, – отмахнулась я, жадно вгрызаясь в питательный батончик. – Нужно раздобыть еды, – заметила, прожевав.
– На корабле Мангуса много запасов, – равнодушно сообщил Ганзо.
– Вот только добраться до них удастся не скоро, – погрустнела я.
Чтобы получить еду, нужно произвести стыковку. А чтобы произвести стыковку, необходимо выйти из сверхсветовой, чего мы себе позволить не можем, ибо торопимся покинуть сектор обитания нормов. В общем, еда мне не светит как минимум стандартные сутки. Ужас.
И чего, спрашивается, мне со всеми не летелось? На кой макрос поперлась за прототипом? Из соображения галактической безопасности? Звучит слишком пафосно. Нет, само собой, корабль ушедших оставлять было нельзя. Не готовы еще местные формы жизни к таким технологиям. Но когда я увидела «Охотника», просто влюбилась. Не смогла по-другому. Что ж, за всякую любовь нужно платить. Мне ли не знать?
– Не грусти, – вдруг заговорил Ганзо. – Потерпи немного.
Бросив на наемника тоскливый взгляд, представила, что со мной будет через стандартные сутки голодания. Пожалела саму себя и полезла в собственный карман за неприкосновенным запасом. Подумав, все же не стала доставать украдкой взятые с кухни крекеры и молча отправилась в ЦУК. Так мы, пилоты, именуем ареал своего обитания, скромно обзывая его Центром Управления Кораблем.
Шина на месте не оказалось. Где он бродит, узнать труда не составило, этот любитель метода научного познания пытался вскрыть люк, ведущий к двигателю. Причем – любыми подручными средствами. Огромная, непонятно откуда взявшаяся железка, судя по всему, показалась норму идеальным орудием для отпирания дверей. Гравитацию ему там, что ли, отключить в назидание? Впрочем, пусть развлекается, все равно без моего позволения ничего у него не получится. Даже не собираюсь задаваться вопросом, что понадобилось ушастому рядом с двигателями.
Заодно проверила местоположение хорога. Этот просто бродил по кораблю, внимательно рассматривая все, что ему казалось интересным. Руками не трогал, за что вызвал во мне прилив нежности к своей персоне. Что ни говори, а из всей команды он мне нравился больше всего. Рядом с ним я себя чувствовала… спокойно.
Решив поведать своим пассажирам об их каютах, включила громкую связь.
– Шин, когда надоест гнуть непонятное нечто в руках, можешь отдохнуть в пятой от входа каюте. Вторая палуба. Двери ломать не нужно, там голосовое управление. А если тебе вдруг понадобится медицинская помощь, то медотсек на первой палубе, через три отсека от моторного. Там тоже голосовое управление.
Вздрогнув, норм выронил самодельный рычаг. Он молодец, сам обработал рану, еще и передвигаться умудрялся свободно. Но нервы у него ни к кхару.
– Ганзо, твоя каюта вторая.
Хорог лишь кивнул.
Ну что ж, теперь можно расслабиться.
– Птичка, – активировался мой коммуникатор. – Меняем курс. Змей выслал координаты.
Посмотрев на координаты, тихо выругалась теми словами, которыми приличные девушки в приличном обществе не ругаются. Наемники направлялись не в филиал академии, как изначально планировалось, а в сектор ксерков. С другой стороны, это ведь я решила, что мы летим домой, мне же никто не сообщал пункта назначения.
Делать нечего, пришлось разворачивать корабль.
Не то чтобы я переживала по поводу узнавания своего корабля, совсем нет. Несведущий не поймет, с чем имеет дело, не побывав внутри. И даже в этом случае местные определяют принадлежность к той или иной технологии по языку тех или иных знаков.
Однажды, в бытность мою курсанткой академии наемников, старик взял меня с собой на выставку древних артефактов каораи. Один ученый археолог выложил свою коллекцию с собственными пояснениями.
Анис долго не мог понять причину моего гомерического хохота. Ну не могла же я ему рассказать, что лотом, обозначенным, как портативное переносное оружие с выгравированными вдоль всего корпуса непонятными символами, переведенными археологом как напутствие удачного боя, является обычный депилятор. Да, древний, да, стилизованный, но всего лишь машинка для удаления волос. Причем не для расы ушедших, а для их питомцев. А символы – элементарная инструкция к применению.
С древними всегда так.
Проще говоря, мне придется лишь поменять язык интерфейса. Везде.
Представив масштаб работы, невольно застонала. Это ведь не просто – поменять лингвистику в настройках, это еще и перепрограммирование внешних панелей. Проверка кают и отсеков питания.
И чуть не забыла про медотсек. На кораблях типа «Охотник» обычно устанавливали саркофаги. Положат в такой саркофаг полутруп, и выползет оттуда живой, а главное, полностью здоровый индивид. Понятия не имею, как они работают, меня в свое время интересовали исключительно летательные аппараты, а не медицинские прибамбасы. Единственное, что помнила, это обязательное наличие особой субстанции, в простонародье обзываемой «гасэ». В переводе – «живучка».
Нужно будет сходить проверить. Но позже. До сектора ксерков еще двое стандартных суток. А пока можно вздремнуть. Прямо тут, в кресле пилота, благо оно удобное и имеет свойство подстраиваться под физические параметры организма.
Но как бы не так…
Словно в насмешку, стоило мне закрыть глаза, тут же замигал сигнал коммуникатора, сообщая о закрытой линии связи.
– Мелкая, – раздался голос старика.
Помяни ментала, он и появится.
– Слушаю тебя, старик, – устало пробормотала я.
– Скажи мне, подкидыш, насколько далеко ты от нашей системы? – вкрадчиво спросил он.
– Достаточно далеко, тан Анис, – ответила настороженно. – Что случилось?
– Видишь ли, какое дело, – начал старик, как обычно, издалека. – На базу академии напали.
Я бы непременно рухнула на пол, если бы уже не сидела.
– Кто?
– Вот тут начинаются чудеса, – хмыкнул старик. – Мы не знаем. Сначала взломали серверы с информацией о курсантах. А потом взвыли наши системы наземного контроля, сообщая о высадке. Знаешь, что самое удивительное?
– Что? – холодея, осведомилась я.
Расслабилась. Глупая кирито! Очень глупая кирито!
– Мы ничего не засекли. Понимаешь, подкидыш? Ничего.
– И зачем ты мне это рассказываешь? – сглотнув, спросила я. – По протоколу это секретная информация.
– Я тут подумал, – протянул уважаемый преподаватель. – Ты уж прости меня, старого, мелочь, но будь добра, расскажи, кто это такой за тобой охотится?
– С чего ты взял, что приходили именно за мной? – возмутилась я.
Сейчас главное – не выдать собственного волнения.
– С того, что именно ты не так давно послала в космос мощный сигнал, – жестко припечатал ментал.
– Не факт, – возмутилась я. – Сам говорил, что ожидаете проверку. Может, это она и есть.
– Была уже проверка, – устало вздохнул наемник. – Прилетали главы Союза. Перерыли всю документацию. Великий и Ужасный еле успел подбить все несостыковки.
– Никто не пострадал? – не выдержала я.
– Только наша гордость и серверы. На моей памяти подобное происходит впервые. Я не смог никого засечь. Понимаешь? Я!
Какой удар по гордости ментала. Привыкшие контролировать все и всюду, они теряются в подобных случаях.
– И все равно, не факт, что прилетали за мной, – упрямо возразила ему.
– Я не первый год под звездами хожу, – усмехнулся старик. – Мне можешь не рассказывать свои байки. Ты только скажи, подобное может повториться?
Задумалась.
– Нет, – твердо заявила ему.
Я не допущу. Это ведь так легко устроить. Нужно всего лишь больше никогда не появляться в академии.
– В общем, я тебя предупредил, подкидыш.
– Спасибо, старик, – прошептала, обрывая связь.
Куда мы там направляемся? К ксеркам? Что ж, с превеликим удовольствием.
Зачем? Зачем он меня ищет?
Мне указали мое место. Подробно объяснили, что для них есть я. Так зачем пытается найти? Решил добавить что-то от себя? Мне хватило ее слов. Она ведь была права. Самое мерзкое – осознавать ее правоту и не иметь возможности ответить. Он сам учил меня, что ответ должен быть равноценным. Вот только на правду нет ответа. И защищаться от правды нет сил.
С нарочитой медлительностью подняла руки вверх и со всей силы опустила на иглы подлокотника. Намеренно травмируя себя, прикрыла глаза, в полной мере ощущая боль в ладонях.
Да, больно. Но лучше такая боль, нежели рвущая душу и сердце.
«Нари, не беги от боли, – говорил он. – Боль – твой главный помощник. Она очищает разум и придает силы…»
Ни кхара она не придает! Путает мысли и заставляет вспоминать!
Вот и сейчас я словно сквозь вату слышала его голос, звучащий из далекого прошлого.
Забыть. Забыться.
И я опустила руки в чаши на приборной панели. Экта, будто чувствуя мое состояние, потянулась к живой плоти, стремясь соединиться со мной и моей проклятой кровью.
Блаженное забытье. Меня нет. Есть бесконечность и далекие звезды.
Не знаю, сколько времени прошло, но из транса мое сознание вырвал Ганзо.
– Ина, – тряс он меня за плечо.
– Мм? – не слишком дружелюбно посмотрела на наемника.
– Змей не смог связаться с тобой, – терпеливо сообщил хорог.
Само собой не смог, я же выключила коммуникатор.
Включила портативное устройство и увидела кучу пропущенных сообщений. Мельком отметила, что прошло как минимум двадцать стандартных часов. Это что же, я половину стандартных суток провалялась в трансе? Нехило меня перекрыло.
– А чего он хотел? – хмуро осведомилась у как всегда невозмутимого хорога.
– Рим скомандовал общий сбор. Стыкуемся.
Просигналила Змею.
– Какого макроса, мелочь? – злобно зашипел дохис. – Думаешь, раз вывела нас разочек из задницы, то теперь тебе все можно?
– Во-первых, из ПОЛНОЙ задницы, – начала я занудствовать. Иногда на меня накатывает. – А во-вторых… достал уже шипеть. Ящерица летающая.
– Кто?! – яростно проскрипел коммуникатор.
– Динозавр, – не выдержала я.
Так хотелось с кем-нибудь поругаться.
– Что такое динозавр? – растерялся Змей.
Ох, ляпнула не подумав. Совсем забыла, что в этой части Вселенной про данную форму жизни мало кто слышал.
Не то чтобы она была редкостью, скорее проблема в терминологии. Это слово пришло с беженцами-землянами и было подхвачено каораи.
– Древние предки рептилий, – кратко пояснила, по возможности стараясь не хамить.
Поздно, Змей успел обидеться.
Так, огрызаясь и переругиваясь, мы произвели стыковку.
– Шин, – устало позвала я по громкой связи. – Ты с нами.
Норм противиться не стал, но кислую рожицу состроил. А куда он денется с космического корабля?
На линкоре нас встречала целая делегация.
Рим, парни из команды Мангуса, Лай и неизвестный мне норм. Ксерк тоже решил спереть себе собственного норма? Меня начинала пугать схожесть наших мыслей.
Змей отсутствовал, поскольку хоть кто-нибудь все-таки должен отслеживать периметр.
– Дед? – оторопело спросил Шин, глядя на второго норма.
Немая сцена. Причем потрясенно молчали все.
– Внук? – не менее удивленно пробормотал дед.
– Оставим церемонии, – недовольно прервала я счастливое воссоединение семьи. – Здесь где-нибудь есть еда?
– Да, – отмер Лай. – Корабль был полностью готов к вылету. Отсек питания загружен под завязку.
Ну наконец-то мне повезло!
– Веди, – хмуро кивнула, игнорируя взгляды окружающих.
– Птичка, ты ничего не хочешь мне сказать? – посмотрел на меня Рим.
Это он на неучтенного норма намекает?
Глянула выразительно на Ганзо. Вроде как он должен был сообщить ведущему о нашем новом друге. В ответ получила равнодушное пожатие плечами.
– Я голодная, – пробурчала себе под нос, обходя по кругу собрание наемников.
Тяжело вздохнув, Рим кивнул Лаю, дабы тот отвел меня в пищеблок.
Как ни странно, вся честная компания поперлась следом. Бросая через плечо настороженные взгляды, я решила, что делиться едой не буду.
А ничего так нормы пищеблок обустроили. Чистенько, уютненько, и дроиды активны. Самой готовить не пришлось. Стоило забить в меню параметры и усесться на место, как дроиды начали стаскивать на стол все, что я заказала. Себе, что ли, этих милашек забрать? На «Охотнике» таких точно нет.
– Дед, но как? – не выдержал напряженного молчания Шин, стоило главным действующим лицам рассесться за моим столом.
– Погоди, – жуя, встряла я. – Это не тот ли дед, который тебя имечком обидел?
– Э… тот, – растерянно кивнул норм.
– Оу, – ухмыльнулась я. – Продолжайте.
– Хватит, – сказал свое веское слово ведущий.
И без того молчавший народ вытянулся по струнке, если такое возможно в положении «сидя». У Шина вообще уши поникли.
Пауза затянулась, а я продолжала жевать. Взгляды обоих нормов были прикованы ко мне и к быстро исчезающей еде.
– Я так понимаю, ты внук уважаемого Кальнера? – начал Рим.
– Да, – кивнул норм настороженно.
– Позволь спросить, как ты тут оказался?
Ножками!
– С ней пришел, – еще один кивок, но уже в мою сторону.
– А к ней ты как попал? – терпеливо выспрашивал наемник.
Эх, жаль, Змея нет, с ним бы было веселее. Особенно с учетом того, кто именно привел ко мне норма.
– Она меня похитила.
– Зачем? – Глаза ксерка округлились от удивления.
– Не знаю, – грустно вздохнул Шин.
Требовательные взгляды присутствующих скрестились на мне. Пусть пялятся на здоровье, моей трапезе это не помешает.
Вкусно, кстати. Пусть продукты не натуральные, но вполне питательные, и аромат от них исходит просто невероятный.
Я так понимаю, не ели только мы с Шином и Ганзо, поскольку остальные остались равнодушными к запахам. И если хорог, не стесняясь, таскал у меня вкусняшки, то Шин напряженно следил за скрывающейся в моем рту пищей.
– Ина? – обратился ко мне Рим.
– Ой, давай не сейчас, – поморщилась я.
– Нет, сейчас, – отрезал ведущий.
– Что? – психанула тут же. – Сейчас ты мне расскажешь суть своего задания? Объяснишь, почему спер ученого, помешанного на технологиях ушедших? Откроешь, наконец, правду о настоящей цели операции?!
– Успокойся, – приказал ксерк.
Да я в принципе спокойна, даже не разозлилась. Против моих проблем тайны командира такая мелочь, что из-за них и расстраиваться не стоит. Злилась я из-за того, что мне мешали нормально поесть. Они не понимали, но регулярное и плотное питание для меня – жизненная необходимость.
– Угу, – продолжила жевать.
– Так зачем ты похитила этого паренька? – уперся Рим.
– Влюбилась, – сделала честные глаза. – Как увидела, так сердце в пятки ушло.
Ведущего перекосило, нормы еле удержались на своих местах, Ганзо продолжал меланхолично таскать с моего подноса еду, а Лай с любопытством переводил взгляд с меня на Шина.
– А он норм, – плаксиво кивнула на Шина, продолжая свое представление. – Значит, враг. А я люблю, мочи нет, расстаться не могу. Дай, думаю, украду жениха, ну, как маджанцы. Правда, они невест прут, откуда только можно, но чем я хуже? – патетически возвела очи к потолку и продолжила невозмутимо поглощать еду.
По мере произнесения моей речи у деда по имени Кальнер, кажется, случился «приступ третьего сердца», у внука в лице Шина просто нервный срыв, у нашего командира лицо кровью наливаться начало, в динамиках корабля вообще какое-то ненормальное хрюканье послышалось. Лай же откровенно веселился, за что заслужил от меня ласковый взгляд. И только хорог оставался равнодушным ко всему. За это ему было даровано два ласковых взгляда.
В наступившей тишине, пока народ переваривал информацию, я наконец закончила трапезу.
– Кстати, Кальнер, вы в каком именно храме внуку имя откопали? – пошла я вразнос.
Настроение было не к кхару. И не только из-за недавних новостей. Даже голод не стал тем фактором, который подвел к черте. Окончательно взбесил меня допрос Рима.
Я знаю, что такое дисциплина. Знаю о жизненной необходимости подчиняться и беспрекословно следовать приказам. Мы команда наемников, и пусть это не военный отряд, но внутренняя организация по сути та же.
Но вот в чем загвоздка: у наемничьих отрядов свой, особенный уклад. Никто не будет работать с ведущим, к которому нет доверия. И если Ганзо, Змей и Лай уже давно с Римом, при этом идут за ним добровольно, то я – это совершенно другая история.
И при этом Рим смеет требовать от меня молчаливого повиновения? Да меня же на каждом шагу разводят вслепую! За кораблем они отправились – как же!
– Впрочем, не важно, – с наигранной веселостью отмахнулась я. – Знающих язык каораи в этой части Вселенной – единицы, так что позор вашему мальчику не грозит.
– Почему? – откашлялся ученый дед.
– Потому что надписи на стенах древних строений не всегда несут сакральный смысл. Иногда это конкретный адрес, по которому посылают нежеланных гостей.
– Ина, прекрати, – грозно прервал меня командир.
Ну все, нарвался.
– Не желаешь слушать бред, Рим? Тогда, может, не стоило делать из меня тупую кирито? – прошипела я.
– Это бунт, птичка? – оскалился ксерк.
Ой, кажется, он завелся.
– Не бросайся громкими словами, – упрямо задрала подбородок. – Чтобы иметь право на бунт, я должна быть членом команды. Но, судя по всему, ты не собирался предоставлять мне такую возможность. Да, Рим?
– Я смотрю, у нас возникло недопонимание, – продолжил скалиться ксерк. Кстати, то еще зрелище. – Пойдем-ка, поговорим.
Вот тут-то я искренне пожалела о своих словах. Но встать пришлось и идти за ведущим, понурив голову, тоже пришлось.
Завел он меня в какую-то каюту, подозреваю, что в его, усадил на одну-единственную кровать и уселся в кресло напротив. Потрясающе, я так понимаю, этот линкор проектировали для знатной персоны. В обычных кораблях обстановка проще, да и каюты меблированы по минимуму.
В общем, сидели, молчали, сверлили меня нехорошим взглядом. То есть ведущий сверлил, а я делала вид, что меня здесь и вовсе нет.
– Так, значит, моя птичка недовольна отсутствием доверия к ней? – начал он первым.
– Нет, – не согласилась я. – Я недовольна тем, что меня тут держат за дуру.
– И в чем же это выражается? – вкрадчиво спросил он, чуть подавшись вперед.
– Тебе все перечислить или назвать основные моменты? – разозлилась я.
– Давай вкратце, – поморщился он.
Помимо лица его недовольство выражал хвост, нервно шуровавший по полу.
– Как скажешь, – протянула насмешливо. – Пожалуй, начнем с утаивания от меня реального заказчика операции.
– Зная тебя, я справедливо предположил, что на разведку ты работать не будешь, – вполне спокойно ответил Рим.
– Все зависит от мотивации и оплаты, – не согласилась я.
– Учту на будущее, – кивнул он. – Что еще тебя не устраивает?
– Утаивание настоящей цели.
– Моя птичка слишком умна, – поморщился ксерк.
– Зачем нужно было лгать мне?
– Это как раз момент мотивации, – усмехнулся наемник. – Тебе ведь самой было интересно взглянуть на корабль нормов. Мне можешь не врать, я видел блеск в твоих глазах.
– Слишком складно говоришь, – провела пятерней по ежику волос. Три стандарта прошло, а я до сих пор не привыкла к коротким волосам. – Зачем нужны были все эти трудности?
– Потому что я не знаю причин, по которым ты согласилась работать на меня. Потому что тобой невозможно управлять. И потому, что это ты. Я наблюдал за тобой два стандарта.
Последнее заявление выбило меня из колеи. По-моему, мне просто заговаривали зубы.
– В любом случае вся эта операция не внушает доверия. Такое чувство, что мы действовали исключительно на свой страх и риск.
Увидела, как скривился Рим, и меня вдруг осенило.
– А был ли заказ? – спросила, прежде чем успела четко сформулировать мысль.
В каюте повисла тягучая тишина.
– Не заказ, – вдруг заговорил ведущий. Голос его звучал хрипло, а на лице не отражалось ни одной эмоции. Но мои слабые зачатки эмпатии улавливали то, что пытался скрыть наемник. Он не хотел говорить правду, но отчего-то переступал через себя. – Происходит что-то странное. Планеты заключают союзы, наблюдается повсеместный рост технологий. Причем технологий необычных. Мой отец… Это было задание, на котором погибли три разведывательные группы. Отец не знает, что я взялся за эту работу. Он даже не знает, что я выпустился раньше времени. Не знал, – поморщившись, уточнил Рим. – Скорее всего, ему уже доложили. Линкор необходим как вещественное доказательство технического прорыва. А ученый – источник информации. Эту операцию я задумал давно и тщательно искал подходящего пилота. И то, что пилотом оказалась ты, не изменило моих намерений. Бандитский налет – это не военный рейд. Принципиальные отличия позволяли мне надеяться на благополучный исход. И я не ошибся.
