Текст книги "Паренек из Уайтчепела (СИ)"

Автор книги: Евгения Бергер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

Крыло двадцать девятое. Гидра

Гидры двигались текучими, смазанными движениями. Мелькали, постоянно перемещаясь, головы. Животные завораживали смотрящего на них странным танцем, усыпляли бдительность.

Маг рядом с Райной вновь принялся поучать спутницу:

– Обрати внимание, Кейти, гидры опасны тремя проявлениями. Яд! Звери способны плеваться им на расстояние до трëх метров! Заметь, им даже не нужно приближаться к жертве вплотную. Для гидры даже металл не будет помехой, их яд прожигает всё! Именно поэтому тварей отлавливают непосредственно перед казнями и соревнованиями. А выживших отпускают на волю сразу по завершении турнира. Содержать их себе дороже.

– Вольт, а второе? – переспросила горожанка, наматывая локон на пальчик.

– Регенерация! В течение пяти минут гидры способны с помощью магии восстановить снесëнные головы!

– Ох! – девушка потрясëнно выдохнула. – Хорошо бы людям такой способностью обладать. Матушка тогда зубы отрастила бы новые и не надо было платить Вам, Вольт, за теневые резцы. Ой, извините. Да. О чëм мы говорили? А третье?

– Телепортация! – маг замолчал, довольный произведëнным эффектом.

Девушка округлила губки и чуть отпрянула от решёток:

– Они могут прыгнуть и к нам? Прямо в толпу?

– Нет, конечно. Решëтки зачарованы. Арену зверюгам не покинуть, но в её пределах твари точно будут скакать. Причëм в самый неожиданный момент.

– Как же их ловят-то?

– Говорят, раньше драконы могли управлять гидрами, как и всеми остальными древними существами. По легендам, драконы первыми родились в глубинах подземных озëр наших островов. А потом создали себе помощников: для прудов – водяных да мавок, для лесов – брукс да душ леса, для полей – полудениц и полевиков, в пустынях разместили виверн и василисков, в болотах гидр и тарас, а в горах поселились сами, окружив себя мантикорами и грифонами.

– А кто создал людей? Тоже драконы?

– Люди с материка приплыли.

– Но это наши острова!

– Теперь да… Но по легендам…

– Выдумки эти легенды. И драконы – сказки. А гидр сетями ловят. Из чернëного серебра с тройным плетением. Мне Эйнен показывал. Кольца такие мощные, сцепки в палец толщиной.

Маг отвернулся и замолчал, возмущëнный упоминанием другого поклонника симпатичной горожанки. А ветреная красотка в локонах переместила всë внимание на арену.

Решëтки были давно подняты. И гидры обманчиво медленно ползли на арену. Иян успокаивающе похлопал мантикору по загривку, велев пока оставаться в стороне. Подхватил меч и щит. И двинулся к гидрами, планируя перехватить первую уже на входе, чтобы сражаться с тварями поочерëдно.

Однако, только достигнув выхода на арену, тварь тут же телепортировалась ближе к магу. Тот мгновенно отреагировал, срубив три головы. Гидра завизжала и вновь телепортировалась, отстреливаясь ядом из новой точки позади Ияна. К этому моменту на арену выползла и вторая тварь, которая тут же принялась обстреливать мага ядом. Мужчина ловко разворачивался, прикрываясь щитом, но яд гидр делал своë дело и постепенно разрушал металл. Спустя десяток минут щит скорее напоминал оплывшее и покорëженное кружево. Тем временем гидры всë плотнее сжимали кольцо вокруг Ияна, первая гидра успела отрастить срубленные головы и продолжила плеваться ядом ещё активнее.

Мантикора замурчала, завибрировала, возвращая магу накопленную и приумноженную магию. И, получив новые силы, мужчина поменял тактику, обратившись к своим ведущим стихиям. Отбросил покорëженный металл. Поднял левой рукой поток воздуха, снося ветром яд и отправляя его обратно на тварей. Воспользовался небольшой передышкой, вызвал огненный меч и попытался подобраться к одной из гидр поближе. Та тут же телепортировалась.

Маг поменял тактику в третий раз. Погасил меч. Успокоил ветер. И… Исчез!

Зрители громко ахнули:

– Да разве такое возможно? – удивилась горожанка с локонами.

– Анимагия, тебе говорю. Хамелеоны в пустыне так же делают, – тут же ответил ей спутник.

– Эй, маг, научи меня такому же! Плачу золотом! – громко крикнул сын одного из высокопоставленных сэров.

– И меня. Буду к Рози в гости ходить. Уж слишком у неë матушка строгая. – прокомментировал симпатичный детина, вызвав смех вокруг.

Гидры обеспокоенно закрутили головами в поисках противника. И мантикора тут же отвлекла внимание тварей на себя. Мявкнула, припустила по арене. Гидры попытались приблизится к магическому животному. Но мантикора опережала тварей в скорости. Кружила, резко поворачивала, постоянно меняя маршрут и не давая взять себя в клещи.

И в тот момент, когда гидры полностью забыли о втором противнике, сначала рядом с одной из ниоткуда возникло лезвие огненное меча и, тут же, прижигая, снесло стремительным движением твари головы, не оставляя возможности регенерировать. Лезвие тут же погасло, чтобы спустя пару мгновений появиться рядом со второй гидрой и уничтожить противника. Тварь упала, истекая кислотно-бурой жижей и вскоре затихла.

Маг медленно проявился, словно материализуясь из самого воздуха. Он был бледен. По вискам стекал пот. Победа далась ему нелегко.

И вновь Райне показалось, что ладони Ияна сверкнули. На них точно был нанесëн магический узор, меняющий каналы энергии. Дочь Артейсов переместила внимание на цветок силы мага и ахнула: тысячи новых лепестков. Тысячи, возникших за одну ночь. Не инициированных, прозрачных, не напитанных магией, но прекрасно сплетëнных и структурированных. Девушка вспомнила, как после нанесения печатей три дня находилась в беспамятстве, пока перестраивались еë тело и магия. Сейчас слабость сменилась наполненностью. Но силе понадобилось время, чтобы перестроиться. У Ияна этого времени не было! Он, спустя несколько часов после нанесения магической татуировки вышел на арену и участвовал уже во втором бое. И применял магию, несмотря на трансформировавшиеся потоки энергии.

Невидимка чуть пошатнулся. Но восстановил равновесие, собираясь с силами. Мантикора устроилась у его ног, еле заметно вибрируя, зверь делился магией с новым хозяином, который существу явно пришëлся по вкусу. Несколько мгновений, и на щеки мага вернулся румянец. И воин поднял правую руку в знак победы.

Зрители разразились громкими аплодисментами. Особенно после слов императора, присудившего Ияну вторую победу. Хлопала даже горожанка с локонами, приговаривая:

– Его ведь не убьют? Такой красавчик! Вольт, пусть он выживет!

– Зависит от третьего зверя. Маг устал и истратил почти весь свой резерв. Ему повезло, что первой была мантикора, которая признала в нëм хозяина и поделилась магией. Но и зверь израсходовал практически весь свой запас. Кейти, не обольщайся. Ситуация критическая.

Предыдущие прогнозы Вольта были объективными. И Райна со всë усиливавшейся тревогой ждала заключительного этапа.

Император поднялся и торжественно произнëс:

– Рад объявить, что животное для третьего тура помогут выбрать мои любимые дочь и супруга!

Запели трубы, заиграли рожки. По лестнице вниз двинулись две высокородные дамы в окружении фрейлин.

Райна разглядывала незнакомок. Младшей было лет семнадцать-восемнадцать, худенькая с белой фарфоровой кожей, такой, какая бывает только у рыжеволосых красавиц, с ярко-медными густыми волосами и невероятными глазами цвета зелëного аметиста, она во внешности не имела с родом Атейсов ничего общего, хотя они с Райной и были родственницами. Девушка была очень похожа на мать. У императрицы были те же рыжие густые волосы, как и у дочери, но чуть бледнее, как и глаза более обычного голубого и словно блëклого оттенка. Обе были одеты в наряды, подобранные под цвет глаз и изукрашенные опалами и жемчугом. Собранные в длинные перевитые нити камни сверкали на шëлке, подобно слезам диковинного зверя.

Инквизитор быстро скользнул глазами по девушке, губы его дрогнули, двинулся навстречу, но дочь императора, вздрогнув, резко отстранилась и спряталась за мать. Императрица протянула мессиру руку для поцелуя, удостоилась лëгкого прикосновения губ сквозь шëлковую перчатку и села слева от императора. Девушка, быстро проскользнув, устроилась рядом. И вновь вздрогнула, когда мессир занял место рядом с ней.

Рханас VI искренне улыбнулся при виде дочери:

– Асель, милая, помоги нам начать третий тур.

Райна удивилась, как точно было подобрано имя для девушки. Асель – медовая. Нежная, хрупкая статуэтка с волосами цвета мëда.

Девушка запустила изящные пальчики, унизанные крупными кольцами с опалами, в бархатный мешочек. Достала кость. Огласила результат:

– Дракон.

Тут же села на место.

Трибуны взорвались комментариями:

– Дракон?

– Где они его возьмут?

– А я бы посмотрел!

– Гоните дракона, сэры!

– Что маг, не ожидал? Для тебя приготовили особенных противников…

И лишь инквизитор сидел, улыбаясь.

Крыло тридцатое. Инквизитор

Когда Асель вытащила кость с изображением дракона, дочь Артейсов в напряжении замерла. Девушка вспомнила, как три дня назад на этой арене она взывала к драконам. И даже ощутила их присутствие. Смутное, где-то на самой границе восприятия. Но ощутила. Но древние не прилетели.

На сомнения девушки Душа Леса позже загадочно ответила, что драконам ещё рано летать. Рано… Почему?

И вот выпала кость с изображением дракона. У императора есть свой ручной древний? Но драконы не подчиняются никому!

Однако Рханас VI безмолвствовал, такой же удивлëнный, как и все остальные. Невидимка спокойно стоял на арене и ждал.

Райна с волнением перевела взгляд с Ияна на инквизитора. Стейлар улыбался. Со внутренним превосходством, явно зная больше других.

На трибунах кто-то начал скандировать:

– Дра-кон! Дра-кон! Дра-кон!

Крик тут же подхватили дальше. И вскоре весь амфитеатр ревел:

– Дра-кон! Дра-кон! Дра-кон!

Инквизитор о чëм-то тихо спросил у Рханаса VI. Тот побледнел. Но потом кивнул. И Стейлар встал и медленно спустился вниз. Стукнули кованные решëтки, выпуская мессира на арену. Публика резко замолчала. Стало так тихо, что было слышно, как среди простолюдинов у кого-то плачет младенец. Миг. Затих и он.

Инквизитор встал, поднял руки к небу и, усиливая силу голоса магией, начал ритуал.

– Старший самому себе, древний самому себе, летящий на собственных крыльях, тот, от кого отказывались трижды, тот, кто принял самого себя, откликнись на мой зов. Приди!

От искажëнных слов призыва по коже Райны побежали ледяные мурашки.

Каждую фразу Стейлар подкреплял оборотом против часовой стрелки, перенаправляя магию вспять, нарушая законы еë естественного движения, взламывая. А затем и вовсе подключил странные браслеты на руках, ногах и шее, по которым заструились ручейки чужой силы. Постепенно они обвивали собственные энергетические потоки мага, словно вьюнки, делая их мощнее и крепче. Отдельные ручейки превращались в разноцветные полноводные реки. Такого Райна никогда не видела. А инквизитор продолжал и продолжал пить чужую силу.

Эхом до дочери Артейсов докатилась агония заключëнных из подвалов мессира, боль людей, из которых сейчас выкачивали магию. Иян тоже дëрнулся, видимо, ощутив чужие страдания.

А инквизитор тем временем перенаправил потоки к внутреннему цветку магии. И Райна увидела невероятную структуру, более напоминающую колючку чертополоха, чем лепестки силы. Острые иглы, тысячи игл, каждая из которых сейчас зажигалась светом энергии. А мессир всë больше и больше заимствовал чужую магию, наполняя внутреннюю структуру. Оборот, новая волна силы, ещё один оборот… Инквизитор всë наращивал и наращивал скорость. Райна видела, как энергия, петля за петлëй, поступает к цветку силы. Это был новый для девушки способ работы с магией. Но, пожалуй, она могла его повторить: не прямая, а спиральная, уплотнëнная подача энергии. Иян тоже внимательно наблюдал за действиями мессира, отслеживая его работу с магией.

Инквизитор всë добавлял скорости и вскоре закрутился волчком. Так быстро, что линии стали смазанными, напоминая юлу. И вдруг этот странный волчок резко начал расти в размерах, всë увеличиваясь и увеличиваясь. Взломал верхнюю границу клетки из решëток.

И… Резко остановился. Перед Ияном стоял огромный чëрный дракон. Загривок украшали блестящие на солнце иглы, напоминающие острия мечей, лапы с кривыми когтями взрывали грунт, крылья завершались острыми костяными крюками.

Дракон взревел:

– Сррразимся, рррыцарррь? – и хрипло рассмеялся.

Горожанка рядом с Райной вцепилась в мага:

– Вольт, маг сможет что-нибудь сделать?

Мужчина покачал головой:

– Нет, Кейти. Против такой силы нет. Он обречён.

Крыло тридцать первое. Бой с мессиром

Дракон, в которого превратился инквизитор, выпустил струю пламени. Иян установил воздушный щит, прикрывая себя и мантикору. Пламя стекло в стороны и погасло, соприкоснувшись с песком, оставляя на арене подпалины.

Маг устремился под пузо дракона. Взмах огненным мечом. Под чешуëй чёрного откликнулось собственное пламя, чешуйки накалились, сочась внутренним жаром, не причиняя древнему ни малейшего неудобства. Дракон сместился, ударил шипованным хвостом, оставляя на арене глубокие рытвины, но и невидимка сменил местоположение. Какое-то время противники кружили рядом друг с другом. Дракон пытался спалить мага огнëм, а тот определить незащищëнное место магического зверя. Но, похоже, у драконов почти не было изъянов.

Иян пытался перейти в невидимый режим. Бесполезно. Для древнего найти мага не составило труда, он действовал так, словно чëтко видел противника. Пробовал Оррес и вспрыгнуть на дракона, но удержаться на магическом звере не смог. Бой длился долго, и Райна заметила, что Иян устал и начал сдавать. Инквизитор же, напротив, тянул со своих сосудов всë больше и больше энергии. И уже радовался будущей победе.

Сосудов. Райна вспомнила слова Мастера Ру, сказанные им после нанесения дочери Артейсов магической татуировки:

– Я сдержал слово, данное императору. Это печати, которые делают тебя сосудом. Но ты доверилась мне. И магические татуировки, которые я нанëс, особенные. Это печати Принцессы и дракона Сердце. Исходные. Первые. Печати, которые позволяют взаимно обмениваться магией, если твой мужчина нанесëт себе такие же. Либо ты можешь просто однажды избрать того, кому подаришь свою силу. Сама. Сердцем. Искренне пожелать поделиться своей силой. До того момента твоя магия запечатана. Выбор за тобой, дочь Артейсов. Я сделал всë, что мог. И даже больше.

– Спасибо, Мастер.

И сейчас, стоя рядом с ареной, на которой шло сражение Ияна и мессира, Райна смотрела на свои ладони, с двумя драконами: золотым и серебряным. Стать сосудом. Навсегда. Лишиться права выбора, отдав свою магию другому. Переводила взгляд на арену. Иян начал ошибаться. Всë чаще. Сказывалась усталость. Но он продолжал биться. Хотя бой был неравным с самого начала: инквизитор тянул чужую силу, напитывался ей.

Ладони. Несвобода. Иян упал на одно колено, уворачиваясь от струи пламени. Зажал обожжëнный бок. Мантикора взревела, отдавая остатки силы новому хозяину и бросилась на дракона. Крохотная по сравнению с древним, но бесстрашная.

– Нет, я сам, он тебя уничтожит, отойди! – Иян устремился к мессиру, отражая пламя огненным мечом.

На висках мага выступили бисеринки пота, он побледнел, щëки осунулись. Но продолжал сражение. Его внутреннее пламя Райна ощущала, как своë. И сейчас огонь слабел, засыпал… Ещё чуть-чуть и иссякнет совсем…

И дочь Артейсов решилась. Вскинула ладони и произнесла:

– Я, Райна Артейс, по своей воле отдаю свою силу тому, кого… люблю…

Те слова, которые девушка произнесла почти шëпотом, магия усилила и тройным громким эхом разнесла по всему амфитеатру:

– Я, Райна Артейс, по своей воле отдаю свою силу тому, кого люблю…

Ладони девушки запылали ярким огнëм, подобным серебряному свету Луны, мягким, нежным и сильным. Драконы на ладонях пришли в движение, танцуя и следуя друг за другом:

– Я, Райна Артейс, по своей воле отдаю свою силу тому, кого люблю…

Огромная сила с гудением устремилась к Ияну. И в тот же самый миг точно такими же узорами полыхнули ладони невидимки:

– Я, Риян Оррес, по своей воле отдаю свою силу той, кого люблю всем сердцем.

Энергия окружила мага золотым ореолом, всë сгущаясь и сгущаясь. Сила, подобная жаркому огню полуденного Солнца:

– Я, Риян Оррес, по своей воле отдаю свою силу той, кого люблю всем сердцем.

Изображения двух драконов вспорхнули с рук мага и поплыли в воздухе над ладонями Ияна. А потом золотой жар устремился к Райне:

– Я, Риян Оррес, по своей воле отдаю свою силу той, кого люблю всем сердцем.

Не было потери силы, утраты себя, было слияние двух потоков энергии в единое целое. Невероятное, восхитительное, мощное и одновременно ласковое, гибкое и нежное.

Цветок силы мага расцвëл тысячами новых лепестков. Энергия устремилась, зажигая поочерëдно каждый из них. Лепестки пришли в движение. Магия устремилась по ним, нахлëстываясь всë новыми спиральным витками. Рияна окружило круговоротом силы. Золотой смерч поднялся выше, разрастаясь, а когда успокоился, на арене стоял огромный золотой дракон. В его зеркальной чешуе отражалось солнце, рассыпая солнечных зайчиков по амфитеатру. Вдоль спины пробегали сполохи огня.

Чëрный дракон напал, воспользовавшись ещё не полной трансформацией противника.

Райна бросилась вперëд, удивляясь, что решëтки рассыпаются в пыль от прикосновения сияющих серебром лап. Она вынеслась на арену лунным вихрем, сияя каждой чешуйкой и рассыпая серебряные искры. Лунная драконица.

Набросилась на чëрного дракона, оттесняя в сторону от Рияна, давая возможность любимому завершить оборот. Еë трансформация в лунную драконицу прошла быстрее, лепестки силы успели укрепиться за три дня. И сейчас магия виток за витком зажгла и питала цветок силы. Да, Райна была значительно меньше чëрного дракона и ещё плохо умела управлять новой формой своего тела. Но были и преимущества: сила, ловкость, острота ощущений и одновременная ясность мыслей.

Бросок. Поворот. Увернуться. Попыталась использовать пламя, смешно чихнула, выдохнув немного огня. Замешкалась. Больно получила по задней лапе ударом чëрного шипованного хвоста. От боли соскользнула в обратный оборот и вернулась в человеческий облик, нагнулась, зажимая кровоточащую рану на ноге.

И тут уже не выдержал Риян. Набросился, сминая, тесня мессира. Осыпал градом ударов. Поднялись в воздух, продолжая бой. Чëрный дракон двигался более ловко, закладывая сложные виражи, выдыхал длинные струи пламени. Но вскоре и золотой дракон освоил полëт и, будучи магически сильнее, стал лидировать. Вираж, поворот и слетел артефакт с левой лапы мессира. Чужая магическая подпитка сразу стала слабее. Неожиданный разворот, рассечено крыло чëрного и потерян ещё один артефакт.

Инквизитор неожиданно развернулся и помчался к трибунам. Над головами зрителей пронеслось пламя. Люди начали разбегаться, крича в страхе.

Чëрный дракон завис над императорской ложей и острым когтем попытался подцепить Асель. Рханас VI бесстрашно бросился на защиту дочери, выхватывая церемониальный меч. Удар чëрного хвоста с шипами, и обагрëнное кровью тело императора отлетело в сторону, а когтистая лапа подхватила принцессу. И мессир тëмной тенью взмыл с императорской дочерью в небо. И тут же встретился с золотым противником. Обмен ударами. Глубокое ранение в брюхо. Инквизитор взревел от боли. Асель выпала из разжавшейся лапы.

Чëрный дракон бросился прочь, телепортируясь. А Риян золотым огнëм помчался вниз и в последний момент, почти у земли успел подхватить дочь императора. Бережно поставил девушку на трибуны. Огляделся. Магический след телепорта рассеялся. Мессир теперь мог быть, где угодно. Но в ближайшее время не представлял угрозы. Полученное ранение требовало очень долгого лечения.

Риян, поняв, что угроза миновала, метнулся к Райне. Склонил золотую голову перед своей принцессой, шумно втягивая воздух ноздрями. Увидел, что мантикора уже зализала рану и вообще его любимые девочки нашли общий язык. Райна сидит верхом на мантикоре, почëсывая той лопоухую лохматую голову, а магический зверь помуркивает от удовольствия. Увидев своего дракона, Райна оставила мантикору и подошла к Рияну. Коснулась тонкими изящными пальчиками золотой чешуи. Дракон на удивление оказался тëплым.

Так они и стояли посреди арены: золотой дракон и его любимая принцесса. Победившие страх. Преодолевшие смерть. Любящие друг друга.

– Это же дракон Сердце и его принцесса! – выкрикнул кто-то из толпы. – Они вернулись через тысячи лет! Они нашли друг друга спустя вечность!

Крыло тридцать второе. Дар подземного озера

Тот голос с трибун всколыхнул мысли, смутно возникавшие в сознании самой девушки:

– Это же дракон Сердце и его принцесса! – выкрикнул кто-то из толпы. – Они вернулись через тысячи лет! Они нашли друг друга спустя вечность!

Райна не была уверена, что они с Рияном те самые Дракон и Принцесса, побывавшие в пещере посмертия и вернувшиеся. Но еë сны. Она ведь и вправду видела сцены из прошлого. То, что могли знать лишь лунная драконица и еë золотая пара. Никто больше. И их новые формы: золотой и серебряная. Так похоже на легенду… Но, как подтвердить или опровергнуть свои предположения дочь Артейсов пока не знала…

Еë золотой дракон дохнул лëгким облачком магии на раненую ногу девушки. И боль прошла, а рассечëнная кожа вновь стала ровной и гладкой. Риян ткнулся огромной головой в ладонь и взмыл в небо. Искать мессира – поняла Райна, увидев мысленно нечëткий, но вполне понятный образ.

Сама дочь Артейсов попробовала наступить на пострадавшую и вылеченную ногу, боли по-прежнему не было, решительно зашагала к ложе императора.

Тело Рханаса VI уже подняли и перенесли на сдвинутые стулья. Над погибшим императором склонились плачущая жена и бледная, растерянная дочь.

В ложу вошли главы кланов, возглавлял их Рейв Райбер. Он кивнул Райне, признавая еë право находиться среди равных. Было очевидно, что главы уже успели о чëм-то договориться и доверили озвучить свою волю Рейву.

Глава Восточного крыла спросил, обращаясь к Райне:

– Сможешь магически усилить мой голос?

Дочь Артейсов кивнула:

– Да. Мои способности значительно возросли после… происшедшего.

Рейв вскинул руку, призывая публику к молчанию. Постепенно взволнованные горожане Сиалы притихли, ожидая новостей.

И глава Восточного крыла объявил:

– Император мëртв. Погиб, не оставив сыновей и не озвучив воли наследования. В таком случае закон предусматривает лишь один исход – Камень Истины. Артефакт будет прямо сейчас доставлен на арену. После похорон все главы кланов, сэры и простолюдины получат право касания. И тот, кого изберëт камень, и станет новым императором Драконовых Островов.

Трибуны взорвались шумом, горожане бросились обсуждать неожиданную, будоражащую новость.

Рейв продолжил:

– Тот же камень определит наследника дома Артейсов. Мы все с вами стали свидетелями чуда, происшедшего сегодня. У Райны Артейс появился законный супруг, который может претендовать возглавить род наравне с Рыром Артейсом и сыновьями оного.

На трибунах послышались возгласы:

– У Артейсов два дракона, чего ещё вам надо?

– Риян бился, как зверь. Объявляйте его, и все дела.

Рейв спокойно продолжил:

– Прощание с императором состоится завтра на арене на рассвете. Сразу после ритуала будет открыт доступ к камню истины. Все решения одобрены Советом Глав Кланов Драконовых островов. Доброго дня!

Райна вздрогнула:

– Что супруг?

Рус Зоан усмехнулся:

– Девочка, а ты что не знала? Печати Дракона и Принцессы были помолвочными. Сразу после траура по императору сыграем свадебку. Эх, погуляем! Жаль, ты никому из моих сыновей не досталась! Они у меня все как на подбор красивые да умные!

Императрица возмущëнно вскинула голову:

– Рус, как Вы можете говорить о таких вещах перед телом Вашего императора?

– Не фырчите, императрица. Жизнь идëт. Мы стареем. Дети растут. Закон жизни.

Асель испуганно оглядывала всех вокруг и жалась к матери. Райна вспомнила, что она сама ощущала после смерти отца: растерянность, боль, страх и веру в силу своего рода. Дочь Артейсов хотела подойти к девушке, но еë внимание отвлëк Рейв Райбер.

Глава Восточного крыла подошëл к ней:

– Райна, сейчас очень важно выследить инквизитора. Риян ведь за ним отправился?

– Да.

– Если будут новости, извести меня пожалуйста.

– Конечно.

– У меня нет ни малейшего сомнения, что дом Артейсов возглавит Риян.

В какой-то момент Райне стало больно от мысли, что даже друг отца не допускает возможности, что камень может выбрать еë. И пусть. Она подойдёт к артефакту вместе с другими. И попробует. И в любом случае уже сегодня слетает в родной замок, чтобы убедиться, что магия воды проснулась.

Забрать ключ рода Артейсов не составило труда, Сайтах бережно хранила артефакт. А дальше Райна обернулась драконом и устремилась домой.

Только увидев белоснежные башни родового гнезда, Райна поняла, как скучала по дому. Сделала круг, облетая замок. В форме дракона она видела и ощущала намного больше. Вода возвращалась. Подземные воды питали ручьи и реки.

Сделала круг побольше. Природа вокруг уже проснулась и начала восстанавливаться. Колодцы деревень наполнились водой. Древний лес зазеленел. Мельком Райна заметила довольного маленького водяного, плещущегося в своем болотце, мавок, входящих хороводы у озера.

Вернулась ко дворцу, помогла водам наполнить фонтаны и водопады, ощутила, как откликается сад. Сейчас ей были доступны все потоки магии. Не требовалось ритуалов и слов, чтобы запустить движение энергии. Лунная драконица ощущала родную землю, словно собственное тело. Знала, о чëм и как нужно позаботиться, что и чем напитать, чтобы единое целое жило гармонично и счастливо. Ощущала искорки магии Души Леса и других древних. И… Нечто пока непонятное в глубинах собственного дворца.

Приземлилась у родового замка, обернулась человеком, взошла по белоснежным ступеням. Неведомая сила влекла еë вниз. Что там, девушка не знала. Как и о самом существовании глубоких подземных уровней. Ступени вели вниз. Всë глубже и глубже. Райна ускорила шаг. Стены мягко светились изнутри. Белоснежные врата преградили дорогу. Родовой ключ смог их отомкнуть. И наконец створки врат разошлись, явив подземное озеро. То самое, которое, по словам Души Леса, питало дар Артейсов. И когда-то давно было пронизано магией самими драконами – основателями островов.

Тëмные воды застыли в неподвижности. Райна подошла ближе. И… Увидела чудо!

В глубине подземного озера, словно из тела самого острова, исходила пуповина, питающая светящееся невероятное существо, одновременно похожее и на ребëнка, и на дракона. Цветок силы малыша был настолько сложен и прекрасен, что дочь Артейсов восторженно замерла, не в силах отвести взгляда от увиденного волшебства. Разноцветные потоки магии омывали полупрозрачные крылья, наполняя их первозданной энергией.

Позади девушки раздался шорох. Райна обернулась. Душа Леса. Стояла, улыбаясь:

– Теперь, дочь Артейсов, ты и сама видишь, кого пробудил твой зов…