Текст книги "Моя Академия 5 (СИ)"

Автор книги: Евгений Син

Соавторы: Валерий Листратов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

– А по здоровью что? – уточняю.

– Останется только головная боль, – поясняет целитель. – По большому счёту, ничего страшного, мы здесь его нормально подлечим, не переживай.

– Тогда я думаю, дело сделано, – соглашаюсь.

– Хорошо, значит, решили, – физрук поднимается со своего места. – Кстати, студент, поздравляю тебя с прохождением Второго Шага. Со следующих выходных, то есть уже завтра-послезавтра, вам всем будет доступен город.

Наконец выдыхаю. Оказывается, всё это время меня сковывало довольно сильное напряжение.

– Ладно. Ступай, студент, – отпускает меня директор. – Сейчас как раз время ужина. Думаю, твоя группа тебя ждёт-не дождётся.

– Спасибо, – благодарю всех преподавателей. – Стазис нужно снимать? – уточняю у Пилюлькина.

– А, знаешь, давай, – соглашается целитель. – Снимай сам, посмотрю.

Снимаю стазис, а целитель тут же накладывает свой.

Ещё раз всех благодарю, прощаюсь и ухожу в столовую, где меня должны ждать ребята.

Глава 14
И мертвого разбудят

– Ты задержался, – спокойно замечает Олеся, как только подхожу к нашему столу.

Интересное ощущение – группа, кажется, уже обсудила меня. Все решили, что волноваться незачем – справлюсь. Этот внутренний экзамен ребята проходят очень легко. Не в последнюю очередь, благодаря общей поддержке. Я, кстати, уверен, что наши обсуждения в процессе на пересмотр результатов не повлияют – мы же все достигли итоговой цели. А то, что справились наверняка быстрее, чем остальные – так это не оговаривалось.

Остальные ребята приветственно кивают и возвращаются к бурному обсуждению экзамена. Кажется, полноценно собраться всей группой они смогли только к вечеру.

– Есть такое, – соглашаюсь. – Сейчас вернусь, только ужин возьму, а то голодный до ужаса.

Есть и правда хочется сильнее обычного. Учитывая, сколько на самом деле прошло времени – не удивительно.

Подхожу к раздаче и забираю тарелку с ужином. Мало того, что он выглядит значительно интереснее, чем раньше, так ещё достаётся мне совершенно бесплатно.

– По распоряжению директора, – поясняет всё та же добродушная дамочка на раздаче. – Если вдруг окажется мало, не стесняйся, подходи! Обязательно добавки положим.

Смотрю на жаркое с мясом и овощами и понимаю, что добавка вполне может пригодиться.

– И компота бери побольше, он силы восстанавливает, – советует дамочка и протягивает мне сразу два стакана.

Улыбаюсь такой неожиданной заботе. В столовой ничего подобного не ожидал. Да и факт того, что директор уже распорядился безусловно радует. Забираю поднос и направляюсь к столу.

– А вот и я! – Сажусь напротив Олеси.

Вся группа оживляется и разом переключает внимание на меня.

– Как у тебя с Шагом? – спрашивает Макс.

– То есть вариант, что я не смогу его пройти, даже не обсуждался? – усмехаюсь.

– Конечно нет, – серьезно говорит Аглая. – Мы удивляемся, что ты так долго копался, с учётом того, что мы все свои тропы прошли примерно в одно время.

– Так получилось, – пожимаю плечами. – У меня не совсем стандартная ситуация. Настройки тропы другие.

– И что у тебя было? – спрашивает Макс.

– Ой! – машу рукой. – Просто более активное блуждание по коридорам с лёгким привкусом стелса и всего лишь пары боёв. Ничего серьёзного или опасного. Даже рассказывать нечего.

Не вру ни единым словом. Просто преподношу историю немного под другим углом, и ребят это вполне устраивает. Рассказывать о замке некроманта, спасении отца и мутации бесенка не тороплюсь. Да и директор вряд ли оценит мою словоохотливость. Тем более, что присутствие постороннего человека на территории Академии довольно деликатная тема.

– Просто получилось неприлично долгое путешествие, – смеюсь. – Видимо, из-за моего нестандартного таланта. Мы все учимся тому, чего нам не хватает, если я правильно понимаю настройки полигона.

– В этот раз у меня получилось тормознуть сознание сразу трех монстров, – хвастается Аглая.

– А я поставил две ловушки одновременно, – поддерживает Макс. – Никогда не получалось настолько быстро.

– Здорово, – улыбаюсь. – Главное, что мы все закончили Второй Шаг. Вам же физрук сказал, что это значит? – уточняю и ловлю непонимающие взгляды.

– Ага, сказал, – фыркает Макс. – Потом догнал и еще сказал. Да он нас разве что пинками с полигона не выгнал, чтобы мы остальных не задерживали.

– В смысле? – не понимаю.

– Из дверей, помимо нас, выходили другие студенты, – поясняет Аглая. – Любая из них могла открыться в любой момент. Все шли с разрывом минут двадцать на вскидку. Когда я вернулась, из соседней двери, куда изначально входила Марина, по итогу вышел Кормак.

– Марина же закончила раньше всех, правильно помню? – спрашиваю.

Рыжая довольно кивает.

– Так и было, я первая вышла, – подтверждает девчонка. – Физрук ещё удивился, говорит, не ожидал.

– Когда я выходил последним, он меня не торопил. Сказал, что с завтрашнего дня нам открыт доступ в город, – передаю слова препода. – На ближайших выходных можем поехать.

– Думаю, он специально тебя дольше всех гонял по полигону, чтобы ты его занятия больше не пропускал, – предполагает Аглая. – По поводу выходных сомнительно – не мы одни ломанемся гулять. Ты говорил, что знаешь капитана нашего дирижабля?

А вот тут одногруппница подкидывает прекрасную идею. Все тридцать человек перваков точно не поместятся на корабле. Не думаю, что хоть один из них захочет пожертвовать своим местом и остаться на выходных в Академии.

– Надо прямо сегодня прогуляться до Прокофьева, – предлагаю. – Иначе нам и правда просто не хватит мест. Академия в выходные – это, конечно, хорошо…

– Как и незапланированные выходы в лес или еще черт знает куда, ага, – Макс тут же напоминает про прошлый выходной. – Я бы вместо охоты на монстров с удовольствием выпил бы пенного и заглянул в синематеку.

– Первакам не наливают, забыл? – говорю Максу, но тот только хитро улыбается.

– Надо сначала места забронировать, потом губу раскатывать, – смеется Аглая. – У нас есть деньги и теперь есть разрешение.

– Согласен, – подтверждаю. – Погодите. А кому-нибудь из групп сказали про город?

Ребята смотрят по сторонам, но никакой бурной реакции за столами перваков не наблюдается. Все спокойно ужинают и, судя по напряженным лицам, обсуждают полигон.

– Вроде нет. Впервые от тебя слышу, – замечает Макс. – Хотя мы, конечно, догадывались. Да и физрук, вроде как, обещал…

– Ой, мало ли, что он мог пообещать. Вообще не понимаю, когда он говорит серьезно, – Аглая закатывает глаза.

– Тогда у нас, считайте, всё схвачено. – Доедаю последнюю ложку мяса и поглядываю в сторону раздачи. – До завтрака мы точно успеем пересечься с Прокофьевым. Ему сейчас утренние рейсы поставили.

– Я смотрю, ты неплохо осведомлен. – Макс хлопает меня по плечу. – И на сколько ты в курсе его расписания?

– Преподы говорили, что сейчас у дирижабля, в связи с загрузкой, три рейса в день, – рассказываю. – Всего три-четыре дня на то, чтобы привезти новых студентов и преподов.

– Только два дня уже прошло, – замечает Аглая.

– Значит, в лучшем случае, дирижабль будет летать завтра и послезавтра, а потом опять, как обычно, два рейса в день, – подсчитываю. – Один в город, один обратно.

– Раз нам теперь можно в город, то можно и расписание поменять, – улыбается Макс.

– В город летают не только перваки, – замечаю. – Сейчас из-за наплыва старших курсов могут быть серьезные проблемы с местами. Особенно в выходные. А из-за нас Прокофьев вряд ли захочет работать сверхурочно и на износ. Завтра, максимум послезавтра – последний день, когда мы сможем с ним договориться.

Энтузиазм ребят чуть угасает.

– Кстати, кто у нас просыпается раньше всех? – задаю вопрос.

Все сразу смотрят на меня.

– Да ладно вам, было всего пару раз, – отмахиваюсь. – И шансов на то, что я проснусь завтра рано, крайне мало.

– Почему? – удивляется Аглая. – Вроде не так уж страшно было, сам сказал.

– Это да, – киваю. – Но так получилось, что на тропе я перенапрягся. Сначала не придал значения, но, видимо, на адреналине не чувствовал. После ужина сразу упаду спать, и подозреваю, что надолго.

– Значит, не так уж просто там было, как ты рассказываешь, – с беспокойством замечает Олеся.

– Да, какая уже разница. Полигон прошли, доступ в город получили, всё нормально, – перевожу тему, и девчонка это замечает. – Мы все справились, значит, все молодцы. А в городе предлагаю держаться вместе. Можем попробовать зайти в «Сарай», но я не уверен, что нас пустят.

– Тебя же пускали, – напоминает Макс.

– Это другое, – отвечаю. – Пустили только под давлением следователей. Но попробовать можно. Там такая… свободная атмосфера. Арена, опять же, на заднем дворе. Можем застать какой-нибудь поединок.

– Не пустят и не пустят, – вмешивается Аглая. – Возьмем извозчика и поедем в другое место. Что нам, город маленький, что ли?

Все согласно кивают.

– Мальчики, ещё кое-что, – хитро говорит Аглая. – Поскольку мы не разделяемся, давайте первую часть нашего выхода посвятим нам, девушкам. Нам надо забежать в магазин – не все можно заказать доставкой.

– Аглая, ну, зачем, – одергивает её Марина.

– А что такого? У нас все равно планов пока нет, – как ни в чем не бывало пожимает плечами девчонка.

– Вообще не вопрос, – отвечаю и переглядываюсь с парнями. Те без проблем соглашаются.

– Ну вот и славненько. А дальше, если останется время… – продолжает Аглая, и тут у меня закрадывается предположение, что с магазином все не так уж просто… Но все уже начинают накидывать идеи.

В планы ребят пока не вмешиваюсь, понимаю, что для начала нужно договориться с дирижаблем, потом все остальное. Да и не всегда всё получается, как изначально задумано. С другой стороны, пусть группа лучше обсуждает будущий выход в город, чем моё путешествие.

– Я тоже хотела заглянуть в одно место, – говорит Олеся, подключаясь к общему обсуждению.

Успеваю сходить за добавкой и продолжаю слушать грандиозные планы. Девчонки планируют столько, что за неделю не успеть. Пусть. На месте разберемся.

В какой-то момент замечаю, что почти не чувствую вкуса. Ощущаю только смертельную усталость. Предчувствую скорый отказ мышц. Не удивительно – долгое усиление тела вполне себе чревато. А я под усилением не первый час. Да, использовал его не на полную, как ранее, на тропе, но магия в любом случае стимулирует мышцы и нервы больше обычного.

– Думаю, на первый день нам наверняка хватит, – замечает немногословный Марк.

– Благо, город никуда не убегает, – стараюсь пошутить, но чувствую, как сознание подает знаки.

Некоторое время ещё продержусь, но понимаю, что скоро могу отрубиться. Аккуратно касаюсь Олесиной руки под столом.

– Я, пожалуй, пойду, – тихо говорю ей. – Надо бы хорошенько отдохнуть.

– Я с тобой, тоже хотела лечь пораньше, – подхватывает девчонка. – А то я переволновалась на экзамене. А потом нас еще по законодательству зачем-то гонять начали. Два с половиной часа, наверное. По основным моментам, но все же. Теперь понятно – почему. А те кто отвечали неправильно, а это примерно все, нарывались на плотную самостоятельную работу с кратким сборником основных законов империи. Кратким, ага… там всего-то двадцать шесть томов и искать вручную. Зато так мы их все запомнили. Тебе скорее повезло, что физрук тебя столько гонял по тропе.

Благодарно киваю – на самом деле повезло. Борьба с таким сборником очевидно сложнее, чем риск на тропе.

– Здорово! – отвечаю. Спутник мне сейчас будет как никогда к месту. А с Олесей привычно и спокойно.

Прощаемся с ребятами. Все остальные остаются в столовой формировать план будущей поездки. Марк только вздыхает и качает головой, но так же, как и я, соглашается со всеми предложенными пунктами. Тем более, что первый пункт про магазин Аглая уже озвучила, а Олеся и Марина согласились. Подозреваю, всё, что мы можем придумать сегодня, после этого, уже не имеет значения.

Олеся держит меня под руку и мы неторопливо идём до комнаты. В принципе, мне везёт – откат не настигает меня посредине коридора или пока мы поднимаемся по лестнице. Уже неплохо. Дотащить до кровати здорового парня – та еще задачка для хрупкой девушки. Да и не хочется лишний раз её напрягать. Но чем ближе подхожу к своей комнате, тем сложнее контролирую себя. Разум подсказывает, что остаётся всего несколько минут до сна. И он уже полностью готов воспользоваться этими минутами.

– Ты же нам рассказал далеко не всё, что видел на экзамене? – спрашивает девушка.

– Олеся, правда, – поднимаю на нее взгляд. – Мне очень сложно сосредоточиться. Думать тоже невыносимо. Давай как-нибудь потом.

– Что ты, я всё понимаю, – девчонка чуть крепче сжимает мою руку. – Уверена, что там всё было намного сложнее, чем у нас. Не переживай, расскажешь как захочется. Я без задней мысли спросила. Ты сейчас главное отдыхай… и я рада, что с тобой всё в порядке. Пока тебя не было, сильно заволновалась…

Олесю слышу только урывками. Сознание перестает воспринимать предложение. Картинка тоже становится нечеткой. Провожаю девушку до двери как в тумане. Всё, что происходит дальше готов списать на сон.

– Береги себя, пожалуйста, – слышу голос Олеси и чувствую нежный поцелуй.

Не знаю как оказываюсь возле своей двери, но последние шаги даются мне очень тяжело. Захожу в комнату и, не раздеваясь, падаю на кровать.

И вот тут приходит откат.

В этот раз он переживается ощутимее, чем в предыдущий. Будто тело решило поговорить со мной языком физиологии. Мол, что, чувак, ты не понимаешь намёков? Вот тебе последствия в полный рост.

Мышцы сводит судорогами. Несмотря на то, что мозг реально устал думать и чувствовать, отключиться и провалиться в сон не могу. Чувствую практически каждую клеточку своего тела. Да, не больно, но безумно неприятно. Тело буквально кричит: вот тебе результат, если будешь бездумно усиливать себя не пропорционально физическому развитию, надрываясь каждый раз.

Именно эти мысли кучу времени лениво ворочаются у меня в голове. И ведь я с ними полностью согласен, но поступить иначе всё равно не мог. Двинуться с места и принять обезболивающий эликсир – тоже не могу. Физически не получается даже поднять руку. Дикая беспомощность. Это тоже во всех смыслах неприятно.

Все чувства теряют остроту. Восприятие покрывается налётом тумана и безразличия.

И самое обидное, что красная колба восстановительного эликсира лежит на полке совсем рядом, буквально в метре от меня. С трудом разлепляю глаза и умудряюсь на неё посмотреть, а вот взять не могу.

– Ииии? – Прямо в лицо мне заглядывает мордочка бесёнка. Мелкая тварюшка нежданно-негаданно объявляется у меня в комнате.

Интересно, как? Дверь-то полностью закрыта. Да и директор совсем недавно вроде постарался с защитой.

Ах, да, у меня же не доделана половина комнаты со стороны ванной, и там никакой защиты по большому счёту нет. Правда завхоз вроде говорил, что односторонняя защита стоит абсолютно везде – с той стороны пройти не могут.

Собираю все силы и показываю бесенку глазами на красную колбу. Тварюшка кивает, по-хозяйски перелезает через меня и по кровати добирается до полки. Показывает мне на соседнюю колбочку с прозрачным эликсиром. Двигаю зрачками в разные стороны – надеюсь, обезьянка поймёт моё «нет». Понимает и показывает когтем ещё на одну пробирку.

– Иии? – опять переспрашивает.

Снова двигаю зрачками. В глазах мелькают яркие пятна и круги, но меня снова не выключает. Сейчас мне это на руку.

Тем временем бесенок переводит коготь на красную пробирку. Она-то мне и нужна.

С трудом моргаю. Существо забирает колбу. Добирается до меня, открывает крышку и выливает всё содержимое мне в рот.

Всё-таки эти существа разумны, пусть разум у них работает по каким-то другим законам. Главное, что логика приближена к человеческой.

Жадно глотаю эликсир. Чувствую, как он взрывается в желудке и разливается теплом по всему организму. Делаю глубокий вздох и резко сажусь на кровати. Тварюшка отпрыгивает в сторону.

Стараюсь набрать в легкие больше воздуха.

– Фух! – Закашливаюсь, но постепенно прихожу в себя.

Бесёнок внимательно смотрит на меня, наклонив голову на бок.

– Спасибо, ты очень вовремя, – говорю и роюсь в своих вещах. Отдаю существу один из накопителей, который забрал из замка – сам я, пожалуй, остерегусь им пользоваться.

– Иии? – удивляется существо.

– Ты вообще откуда? – спрашиваю.

Бесёнок показывает на стену, в которой застряла половина ванны.

– Ты ко всем можешь так попасть? – задаю вопрос.

Бесёнок качает головой в разные стороны. Получается, только ко мне.

Всё-таки есть какая-то дыра в ограничениях, наложенных завхозом на мою комнату. И, похоже, существо в эту дыру прекрасно вписывается.

– Кто-то ещё может проникнуть с той стороны? – интересуюсь.

Обезьянка опять-таки качает головой в разные стороны.

– Ну хоть это утешает. Ладно.

Быстро выпиваю друг за другом ещё два эликсира. Всё-таки полезная стандартная аптечка Пилюлькина.

Всё, теперь у меня есть от пятнадцати минут до часа. Потом снова накатит неуёмное желание пожрать. А после – нормально засну.

Смотрю на кусок ванной в стене. Раз у меня теперь есть силы, можно попробовать закончить расширение комнаты. Благо, половина работы уже сделана.

Глава 15
Договариваюсь с капитаном

А ведь получилось!

Просыпаюсь и с удовольствием потягиваюсь.

Смотрю на огромную ванную комнату с окном и мраморным полом. Посередине огромная ванна. Всё ровно так, как я себе представлял. Перед сном мне хватает часа, чтобы успеть закончить длинную вязь глифов для расширения комнаты. Времени уходит немного, но это и не удивительно. Преподы постоянно провоцируют и создают условия, в которых мы учимся, даже если не хотим. На себе замечаю, как всё лучше получаются первоначальные умения: быстрое начертание, удержание и точное формирование. После занятия с физруком на полигоне четко контролирую подачу магии. Выдаю ровно столько, сколько требуется. Не больше и не меньше.

Всё это Академия умудряется вложить в голову совершенно незаметно, преподавая разные дисциплины. И всего за месяц с небольшим.

Эффективность обучения даже не оспаривается. Преподаватели знают своё дело. При этом студенты не замечают, как их арсенал постепенно растет с каждым днем. Контрольные точки держат нас на одном уровне, но все понимают, что у каждого свои способности.

Интересно работает – когда знания не навязывают, ими хочется пользоваться. Именно поэтому ночью выстраиваю вязь глифов вместо того, чтобы лежать и думать о вечном. И ладно я – у меня свой интерес, но ведь вся группа работает точно так же.

Разве что такой ванной у них нет. Усмехаюсь.

Вчера, сразу после работы с глифами, рассмотреть своё творение не успеваю – голод скручивает желудок. Неприятное последствие восстановителя. Благо, время позднее и в столовой мне никто не встречается. Да и новый круглосуточный режим работы безусловно играет на руку.

Успеваю закинуть в себя примерно полтора ужина и вернуться в каморку. Хотя, какую теперь каморку – настоящую комнату. И вот тогда меня окончательно накрывает сон.

Сейчас чувствую себя совершенно отдохнувшим и довольным жизнью. Так и не скажешь, что вчера в очередной раз избежал смертельной ловушки, но тенденция меня совсем не радует.

Пока сплю, бесёнок выскальзывает из комнаты. Каким путем – непонятно. Наверняка сейчас носится по Академии и пытается найти возможность сожрать магию. Ну, пусть его. Его диета – не моя проблема. Что уж тут говорить, если сам директор серьезно не отнесся к наличию этой формы жизни на территории Академии. Только посмеялся. Вполне может быть, что тварюшка в замке преподносит всем определенный урок – например, не бросать, где не попадя собственность Академии. Или убирать рабочее место. Будем решать проблемы по мере поступления.

Ещё раз внимательно осматриваю ванну – естественно, вода не работает, сливать некуда. Надо бы расспросить завхоза, как все тут правильно подключить. Не я первый. Должны быть либо амулеты, либо зачарования на подобные вещи. Так что моцион сегодня все так же проходит в общей душевой.

Всё-таки одногруппники знают меня очень неплохо. Сегодня опять просыпаюсь раньше всех остальных. В коридорах никого нет. Привожу себя в порядок и как обычно собираю все вещи. Со стороны может показаться, что готовлюсь к дальнему путешествию – но никогда не знаешь, что тебя ждет в Академии.

Долго не раскачиваюсь, сразу иду в сторону посадочного поля для дирижабля. Прокофьев может улететь с минуты на минуту, так что нужно его ловить.

Люди капитана только-только начинают погрузку больших заколоченных ящиков из Академии. Что внутри – непонятно, но обращаются с грузом предельно аккуратно.

В общем, успеваю прийти к дирижаблю вполне ко времени.

– Аккуратнее! – Прокофьев покрикивает на парней. – Считай, что это хрустальная ваза твоей дорогой бабушки. Не дёргай так! Ты слышишь? Ящик не дёргай. А то как и в прошлый раз все останетесь без премии.

– Да ладно тебе, кэп, чего сразу орать-то? – огрызается матрос. – Всё нормально будет. Не разболтаем ничего.

– Поговори мне ещё тут, – беззлобно ругается в ответ Прокофьев.

Некоторое время просто стою рядом и слежу за переругиваниями – лезть в пекло не собираюсь. Жду, пока капитан сам заметит меня.

– О, студент, привет! – радостно приветствует Прокофьев. – Как у тебя дела? Как учеба?

Капитан выглядит измотанным. Круглосуточные перелеты дают о себе знать. С отдыхом эти несколько дней у капитана, очевидно, не ладится. Матросы тоже дерганные. Огрызаются, но делают.

– Здравствуйте, – отвечаю. – Всё в порядке, впитываем знания как губки. Я к вам по делу, – объясняю.

– Да это понятно – в такую рань вставать без дела как минимум странно, – ухмыляется Прокофьев. – Что у тебя случилось, студент? Никак до города надо добраться?

– Да, надо, – подтверждаю. – Только не сейчас, я заранее хотел договориться.

– Понятно, – кивает кэп. – Когда? Ты что так швыряешь? – резко отвлекается на матроса. – Тапки свои дома так бросать будешь, а здесь будь добр, аккуратнее!

– На выходных, – поясняю, как только взгляд капитана снова падает на меня.

– А начальство твоё в курсе? – капитан щурит один глаз. – Ты же первокурсник.

– Да, Академия разрешает, – говорю. – У нас как раз вчера закончился экзамен, и с сегодняшнего дня мы полностью свободны в плане выходов.

– Аки птицы – лети куда душе приспичит? – смеется Прокофьев. – Ладно, это меняет дело, – соглашается он. – Не то чтобы я сильно переживал по допуску, так и так помог бы тебе. Но раз начальство не имеет ничего против – добро пожаловать на борт. Когда собираешься? Один или с друзьями?

– С друзьями, – киваю. – Нас шесть человек. По возможности, либо в последний рабочий день недели вечером, либо в первый выходной день утром. Когда вам удобнее…

Капитан внимательно следит за матросами и записывает на листок принесенные коробки.

– Ты как ставишь? – снова обращается к матросу. – А следующий куда? Себе на голову? Сдвигай к стене. Корабль у нас не пентхаус!

Не понимаю, как они не путаются в заказанном – на мой взгляд, все ящики одинаковые. Однако одни вносят на корабль, другие выносят. Понятно, что за счет увеличения количества студентов, поставки тоже подскочили в разы. Наверняка и не только продуктов. Германыч вряд ли упустит шанс заработать копеечку и поработать с новыми студентами. Снаряжение, расходники, да мало ли чего еще надо? А доставляет только этот дирижабль.

– Ну смотри, что у нас по времени. Получается, летим через три дня, – прикидывает Прокофьев. – Ходить тогда уже будем всего по два рейса в день: утренний и вечерний. Вечерний рейс около четырёх дня. Пару часов в дороге и вы в городе. Переночуете там же – и у вас целый день.

– То есть мы прилетаем засветло? – уточняю.

– Ну да, – подтверждает кэп. – Как раз успеете найти гостиницу. Благо, город хоть и небольшой, но они там есть. Или тебе какой-нибудь гостевой дом посоветовать? – предлагает капитан. – Там тише, спокойнее, дешевле. Или, может, дом на компанию? У нас и такое есть. Вам уже сдадут – вы же по закону совершеннолетние. Когда мои прилетают, всегда их там от греха подальше селю. Сам, конечно, когда с мужиками собираемся, лучше в гостинице, но мы там почти не спим. Так, пару часов от силы. Но это наши дела.

– Нам бы что-нибудь такое, чтобы запомнилось, – отвечаю. – Всё-таки мы первый раз все вместе в городе остаемся.

– Тогда точно в гостиницу, – подтверждает Прокофьев. – У любого извозчика спросишь. Хороших там всего две, их каждая собака знает. Поедешь в любую, не ошибёшься.

– Хорошо, спасибо большое, – благодарю мужика. – Зарезервируйте для нас места, пожалуйста. Боюсь, в выходные наплыв будет ого-го.

– Это только первое время, – машет рукой капитан. – Потом обленитесь, никто вас сладким пряником в город не заманит. Тогда шесть мест, правильно? Да твою ж дивизию! – Прокофьев реагирует на громкий звук на корабле. – Если хоть одно стеклышко треснуло, ты у меня будешь бегать с тряпкой в зубах и стены до блеска натирать! Надо же какие криворукие…

Матрос виновато опускает голову и направляется за следующей коробкой, по пути выслушивая недовольство напарников. Да уж, нервная работенка у капитана.

– Я вообще за погрузку отвечать не должен, но разве их одних оставишь? – ворчит капитан. – Шесть мест говоришь? – возвращается к моему вопросу. – Не вижу проблем. Тем более вы пока первые, кто озаботился.

– Мы просто узнали первее всех, так получилось, – рассказываю. – Уверен, у вам сегодня ещё придут.

– Придут – разместим, – добродушно улыбается Прокофьев. – Успеют ли? Другой вопрос. В общем, первые шесть мест резервирую, – заверяет он. – Придумал когда?

– Как вы и подсказали, на последний рабочий день, – отвечаю. – Четыре часа дня – это удобно. Мы уже заканчиваем с занятиями, да и девчонки обрадуются, что быстрее по магазинам пройдутся.

– Ох, парень молодой ты ещё, зелёный, – смеётся капитан. – Ладно, записал. Своих предупреди, чтоб не опаздывали – ждать никого не будем. Вылетаем ровно по времени.

– Понял. Оплачивать сразу? – интересуюсь.

– А, не бери в голову, потом оплатишь, не так уж это дорого, – отмахивается капитан. – За перелёт беру всего по золотому с каждого. Цену не задираю. Полетите на дирижабле, считай, первым классом, даже с обедом.

– Ну если только с обедом, – смеюсь. – По золотому – не проблема.

На корабле снова раздается громкий звук – на этот раз бьющегося стекла.

– Ну всё, молитесь, – предупреждает капитан матросов. – На пять минут нельзя оставить. Все собрались, будем учиться как правильно ставить коробки! Ладно, студент, – оборачивается ко мне. – До встречи! А то сначала он у меня коробку уронит, потом голову.

Прощаюсь с капитаном и возвращаюсь в Академию. Забронировать места мы успели – а это самое главное. Больше нигде опоздать не должен. До завтрака ещё успеваю зайти к Пилюлькину, если он не спит.

– Константин Иванович, можно? – спрашиваю и заглядываю в целительскую.

Пилюлькин не спит и явно занят – внимательно разглядывает вещи у себя на столе.

– Орлов, заходи, заходи, – отзывается целитель. – Задачку ты мне задал замечательную.

Похоже, он сегодня так и не ложился. Слегка покрасневшие белки глаз и немного всклокоченный вид говорят сами за себя.

– Задачку ты, конечно, задал замечательную. – повторяет целитель. – Давненько я так свой мозг не напрягал.

Замечаю, что на столе лежат две открытые тетради из замка некроманта. Более того, Пилюлькин разгибает несколько листов и вытаскивает на стол, чтобы сравнивать несколько рисунков одновременно.

– В общем, пока я тебя ничем не порадую, – заявляет целитель. – Отца твоего лечить не начал. Пока только обновляю стазис, готовлюсь. Судя по записям, всё это переделанный ритуал кровного родства. Тут лучше не торопиться и хорошенько разобраться, как что работает. Можно случайно нарушить связи. Признаюсь, открыл для себя очень интересный подход, просто замечательный, – в голосе Пилюлькина слышится неподдельный восторг.

– Что если над ритуалом работал всего один маг? – предполагаю.

– Да без разницы, – говорит целитель. – Главное, чтобы никто особо не узнал, что эти записи теперь хранятся у нас. Если они узнают, что тетради в Академии, не сложно догадаться, что кто-то из наших наведывался к ним в замок и наследил.

Привлекать лишнее внимание к Академии и создавать проблемы всему педагогическому составу не хотелось бы.

– Да, я понимаю, – киваю. – Никому ничего не рассказывал и не собираюсь.

– И не собирайся, – одобряет целитель. – Потому что так не принято. Пусть империя воюет с некромантами уже не первый год, но лично академии стараются этого не делать. Но, если посмотреть с другого угла – они насильно удерживали твоего отца, да еще запустили серьезный ритуал, чтобы вытянуть тебя на след крови. Можно рассмотреть этот жест не иначе, как объявление войны в адрес всей нашей Академии. Ты уже наш, следовательно, мы за тебя отвечаем.

– Признаться, не задумывался об этом в таком ключе, – отвечаю. Слова целителя меня неслабо удивляют.

– Пока не забивай голову, политика между академиями тебя не касается, – советует Пилюлькин. – В общем, Орлов, честно тебе скажу, ничего про ритуал или про отца прямо сейчас сказать не смогу. Всю ночь сижу разбираюсь, а конца и края не видно. Но ничего-ничего, мне кажется, я ухватился за нужную ниточку. Распутаем. После уроков, если хочешь, заходи, там уже больше понятно будет.

– У моего отца по здоровью никаких изменений? – уточняю.

– Он в стазисе, чего ему будет, – пожимает плечами целитель. – Я его разместил в дальнем углу лазарета, отгородил ширмой, чтобы ни у кого нездорового интереса не возникло. Он там хоть год пролежит. Шучу-шучу, – замечает мою реакцию Пилюлькин и улыбается.

Сначала возникает мысль попросится пройти к отцу в лазарет, но с другой стороны – чего нового я там увижу? Через стазис ничего толком не разглядишь. Да и целитель прямым текстом говорит, что пока никаких изменений.

– Ладно, – вздыхаю. – Удачи вам с ритуалом.

– Удача тут ой как пригодится, Орлов, – Пилюлькин поджимает губы. – Если к завхозу пойдешь, захвати несколько пустых стерильных пробирок для меня. Сам понимаешь, тут не оторваться.

А и заодно захвачу. Это неплохой повод спуститься к складам. На завтрак сильно опоздать не должен, да и еды теперь на всех хватает с запасом.

– Афанасий Германович! – Негромко стучусь.

Дверь самостоятельно открывается.

– Заходи, заходи! – доносится из-за металлических стеллажей. – Подожди минуту, сейчас подойду.

Смотрю по сторонам. На складе как попало стоят неразобранные ящики. Как я и догадывался – большое количество студентов провоцирует большое число запасов. Нужно всего и много. Судя по всему, разгрузка только закончилась. Матросов уже не видно, да и двери склада уже закрыты. Видимо, Германыч как раз пытается разобрать все доставленное. Вижу, как один из ящиков срывается с места и самостоятельно плывет по воздуху, пока не исчезает где-то там, за стеллажами.