Текст книги "Туристу о географических названиях"

Автор книги: Евгений Поспелов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц)

Топонимика в горном туризме

Популярность гор как объекта туризма велика. Через горы проходят многие самодеятельные, а также всесоюзные и местные туристские маршруты – автобусные, автобусно-пешеходные, пешеходные, а в последние годы и конные. География горного туризма непрерывно расширяется. И хотя по-прежнему на первом месте по посещаемости находятся горы европейской части СССР – Хибины, Карпаты, Кавказ, Урал, все шире и шире поток организованных и самодеятельных туристов направляется в горы Средней Азии, Сибири, Дальнего Востока. В сфере туристских интересов оказываются все горные районы страны, которые используются на всех уровнях, от подножий до высокогорья. А это обстоятельство обусловливает необходимость знакомства туристов со всей совокупностью названий элементов горного рельефа. Рассмотрим основные особенности их образования.

В прошлом в употреблении местных жителей отсутствовали названия крупных горных систем, обширных массивов, протяженных хребтов или даже целых горных стран. Это обстоятельство имело глобальный характер, и географы давно обратили внимание на него. В употреблении местного населения находилось множество частных названий, относящихся к отдельным перевалам, склонам, ущельям и другим элементам орографии, имевшим значение для повседневной жизни и хозяйственной деятельности людей, но не было обобщающих названий крупных форм рельефа.

Известные современной географии названия Памир, Гималаи, Альпы, Кордильеры, Киргизский хребет, Среднерусская возвышенность и многие-многие другие были созданы искусственно, в процессе географического изучения территории. Местное население узнало эти названия только в последние 50—100 лет из литературы и других средств массовой информации, в ходе распространения образования и культуры.

Возникали подобные обобщающие названия в разное время и разными путями. Один из наиболее распространенных путей – использование в качестве имен собственных географических терминов гора, горы, хребет, которыми местные жители обозначали незнакомые им обширные горные объекты.

Подобное образование названий известно с глубокой древности и имеет глобальное распространение. Не вдаваясь в подробности, отметим, что такие названия гор, как Альпы, Апеннины, Арденны, Балканы (совр. Стара-Планина), Вогезы, Пеннины, Пинд, Пиренеи, Юра в зарубежной Европе и Атлас в Северной Африке, образованы из географических терминов, которые на разных языках древнего населения Европы и Африки означали «возвышенность, хребет, горы». Употреблялись эти названия уже во времена Древней Греции и Рима.

По этому же способу образованы названия некоторых обширных горных систем и на территории Советского Союза. Самая западная в нашей стране горная система Карпаты имеет название от фракийского термина карпе – «скала». Название массива на Кольском полуострове Хибины образовано или прямо из финского хибен – «возвышенность», или через посредство северных говоров русского языка. На Дальнем Востоке, по разным сторонам Амура, известны горы Малый Хинган (от монгольского термина хянган – «гребень горы»). Хребет Джугджур, служащий одним из звеньев водораздела между бассейнами Северного Ледовитого и Тихого океанов, имеет название, образованное эвенкийским термином дюгдюр – «высокая безлесная гора». Этот же термин находим в названии хребта Джугдыр, входящего в систему Станового хребта на водоразделе между бассейнами Зеи и Алдана.

Другой распространенный способ образования обобщающих названий заключается в перенесении названия части объекта на весь. И здесь примеры многочисленны. Современное название Кавказ, Кавказские горы имеет исходным Гроукасим – «белоснежная гора». Так древние выходцы из Индии и Ирана называли Эльбрус, а древние греки и римляне распространили это имя на весь горный хребет.

Здесь же может быть приведено и название Урал. Как следует из летописи, эти горы были известны новгородцам уже в XI в., однако ни тогда, ни в документах следующих четырех веков их собственное название не указывается. И только в описании похода москвитян под руководством воеводы Курбского, который состоялся в 1499—1500 гг., упоминается название Камень. В источнике середины XVI в. встречаются также названия Большой Камень, Пояс, Большой Пояс, Каменный Пояс и другие, что свидетельствовало об отсутствии единого общепринятого наименования. Однако вплоть до конца XVIII в. чаще всего употреблялись названия Камень и Пояс. В замечательном памятнике русской географии в картографии XVII в. «Книге Большому чертежу» (1677) впервые упоминается название Оралтова гора, представлявшее собой искажение тюркского названия Уралтау, сохранившегося и до настоящего времени для одного из хребтов Южного Урала. Название в форме Урал или Уральские горы постепенно распространялось все дальше и дальше к северу, пока не стало к концу XVIII в. относиться уже ко всему хребту, вытеснив из обихода название Камень.

Даже название перевала может быть распространено на весь хребет. Примером служит хребет Хамар-Дабан на юго-восточном берегу Байкала. Известно, что название первоначально относилось только к одному перевалу: в бурятском дабан – «перевал через горы», хамар – буквально «нос», но в переносном значении – «мыс», а название в целом означает «мыс-перевал», поскольку, как указывал сибирский топонимист М. Н. Мельхеев, оно относилось «к небольшому перевалу близ Шаманского мыса». Как будет показано ниже, аналогично происхождение названия Яблоновый хребет.

Здесь же может быть упомянут и не очень часто встречающийся случай прямо противоположного характера, когда обобщающее название сохраняется лишь за частью объекта. Это название Становой хребет, которое русские землепроходцы XVII в. относили ко всей системе хребтов, протяженностью свыше 4 тыс. км, служившей водоразделом между Северным Ледовитым и Тихим океанами, включая сюда и Яблоновый хребет, и современный Становой хребет, и Джугджур, и Колымское нагорье вплоть до Чукотского полуострова. Именно большие размеры, труднодоступность, водораздельный характер и дали казакам основание назвать эту систему Становым хребтом, т. е. «основным, главным».

Многие обобщающие названия гор были присвоены русскими учеными в XIX—XX вв. в процессе географического изучения и картографирования Средней и Центральной Азии, Сибири. Это преимущественно простые имена, образованные от названий местностей, рек и народов, реже – присвоенные в честь какого-либо лица. Например, выдающийся русский географ П. П. Семенов во время своего путешествия в Тянь-Шань в 1856—1857 гг. (за которое он и получил в 1906 г. почетное добавление к своей фамилии – Тян-Шанский) хребет, который по ходу маршрута его экспедиции находился за рекой Или, назвал Заилийский Алатау (о значении Алатау будет сказано ниже). Другой талантливый русский ученый – А. П. Федченко во время своих путешествий в Среднюю Азию дал открытым им горным хребтам названия Туркестанский – по территории Туркестан; Заалайский – лежащий «за Алайской долиной»; Зеравшанский – по реке Зеравшан и Гиссарский по населенному пункту Гиссар (название образовано термином хисар – «укрепленный город», который известен в таджикском и тюркских языках этого края).

В 1926—1930 гг. на северо-востоке СССР, в бассейнах Индигирки и Колымы, работала экспедиция Академии наук. Руководил этой экспедицией геолог С. В. Обручев (впоследствии член-корреспондент АН СССР), а геодезистом, который выполнял съемку, определял астрономические пункты и составлял карту региона, был К. А. Салищев (позже – профессор Московского университета). Экспедиция впервые показала действительную картину географического строения этого огромнейшего края. В частности, ею были открыты и названы: хребет Черского – в честь исследователя Сибири И. Д. Черского (1845—1892), Юкагирское плоскогорье – по народу юкагиры, живущему в тех местах, Нерское плоскогорье – по реке Нера (правый приток Индигирки).

Эта же экспедиция подтвердила существование водораздельного хребта в верховьях Омолона, который местные жители называли Гыдан (эвенк. гыдан – «хребет»). Позже на картах стали подписывать хребет Гыдан (Колымский), в Географическом словаре 1983 г. находим уже Колымское нагорье и мелким шрифтом второе название – Гыдан, а в ряде последних атласов подписывается уже просто Колымское нагорье. Таким образом, местное терминологическое название за какие-нибудь полвека оказалось замененным искусственным названием по реке, которая находится на удалении более 200 км.

Сходным был путь образования названия Тянь-Шань. Первоначально существовало тюркско-монгольское название Тенгри-Таг – «небесная гора», относившееся лишь к восточной части горной системы. Еще в древности китайцы, узнав это название у местного населения, перевели его на свой язык – Тянь-Шань (китайск. тянь – «небо», шань – «гора»). В первой половине XIX в. название в китайском переводе проникло в труды западноевропейских географов, которые к тому же распространили его на всю горную систему. От них оно вошло в мировую литературу, в том числе и в русскую, где это название было впервые применено в 1831 г. Через посредство русской литературы название со временем проникает и в обиход местного населения.

Обобщающие названия хребтам присваиваются и по фамилиям отдельных лиц. Выше было отмечено одно такое – хребет Черского, присвоенное экспедицией С. В. Обручева и К. А. Салищева 1926—1930 гг. Однако начало присвоению хребтам подобных названий было положено во второй половине прошлого века русскими исследователями Центральной Азии. Н. М. Пржевальский назвал открытые им горные хребты по именам знаменитых путешественников Марко Поло, Колумба, Гумбольдта, а В. А. Обручев – по именам русских ученых Семенова, Мушкетова, Потанина и иностранных – Зюсса и Рихтгофена.

Оба исследователя в своих отчетах подчеркивали, что названия они давали лишь безымянным хребтам. Однако впоследствии на многие из открытых ими хребтов были распространены в качестве обобщающих названия отдельных вершин или перевалов, а первоначальные названия стали использовать лишь как дополнительные. Так, на современных картах находим хребты: Бокалыктаг (Марко Поло), Улан-Дабан (Гумбольдта), Циляньшань (Рихтгофена), Тэргун-Дабан (Мушкетова) и т. д. В качестве основного сохранилось название хребет Семенова, данное в честь П. П. Семенова-Тян-Шанского. А хребет, которому Н. М. Пржевальский дал название Загадочный, позже, в память об исследователе, был переименован в хребет Пржевальского, но его современное название – Аркатаг (Пржевальского).

Следует подчеркнуть, что, называя горные хребты именами выдающихся путешественников, русские исследователи Центральной Азии распространили на объекты суши уже сложившуюся ранее у моряков традицию называть вновь открытые ими объекты (острова, мысы и т. п.) в честь выдающихся мореплавателей или просто своих предшественников, внесших посильный вклад в изучение Земли.

Мы уже говорили, что многие названия гор образованы географическими терминами, означающими «горы, хребет, вершина». Но нередко и сами названия становятся терминами. Например, слова дельта, меандр, архипелаг когда-то были названиями и писались с заглавной буквы: Дельта, Меандр, Архипелаг. Некоторые названия не достигают уровня «настоящих» терминов, но все же превращаются в некие эталоны, носители признака и используются для характеристики других объектов, похожих на них по своим свойствам. Примером может служить название мощной горной системы Альпы, которое послужило основой для образования имен значительно меньших по своим размерам гор в других местах Земли: Австралийские Альпы, Японские Альпы, Новозеландские (или Южные) Альпы, Канадские Альпы, а в Советском Союзе – Гуцульские Альпы в Карпатах и Суганские Альпы на Кавказе. Не все эти названия признаны наукой: «настоящими» считаются лишь те Альпы, которые характеризуются типичным альпийским рельефом: крутыми склонами, скалистостью, обилием острых гребней и пиков. Поэтому часть из перечисленных Альп можно найти только в журналистских репортажах, туристских проспектах и другой популярной литературе.

Альпы занимают 60% территории Швейцарии. Исключительная красота горных ландшафтов этой страны имеет мировую известность, и поэтому название Швейцария уже давно воспринимается как нарицательное для обозначения понятия «живописная горная страна». По подсчетам ученых, существует свыше 100 различных Швейцарий, причем около половины из них приходится на северные районы Центральной Европы, а самой первой была Саксонская Швейцария, появившаяся в 1766 г. Известны Азиатские Швейцарии – так называют то Ливан, то Кампучию, то Непал, Африканские Швейцарии – Лесото или Свазиленд, Южноамериканская Швейцария – Уругвай и т. д.

Но наибольший интерес для нас представляют отечественные Швейцарии. Издавна название Русская Швейцария закрепилось за окрестностями Звенигорода. Здесь много лесов, полей, извилистых речек, текущих порой в глубоких долинах с обрывистыми берегами, много пологих и крутых возвышенностей, в связи с чем и появилось это название. Под названием Подмосковная Швейцария иногда выступает Рузский район, расположенный на юго-восточных склонах Смоленско-Московской возвышенности с холмистым рельефом, расчлененным речными долинами и оврагами, а иногда – северные районы, лежащие в пределах Клинско-Дмитровской возвышенности. Кроме того, в разных местах страны известны: Маленькая, или Курская, Швейцария – место в Посемье по рекам Козле и Вабле, где превышения рельефа достигают 110 м, а речные долины врезаются на глубину до 30—35 м; Северная Швейцария – в окрестностях города Ковдор у границы с Финляндией; Донецкая Швейцария – ландшафтный заказник в окрестностях города Славяногорска, на берегу Северского Донца; Латышская Швейцария – живописные окрестности города Сигулды по реке Гауя; Молдавская, или Бессарабская, Швейцария в Кодрах; Белорусская Швейцария в Мозырских высотах БССР; Оренбургская Швейцария в районе турбазы Кувандык; Казахстанская Швейцария – Кокшетауские горы в Кокчетавской области и, наконец, Сибирская Швейцария – так называют и Горный Алтай, и Тункинские Гольцы в Восточном Саяне. Вероятно, есть у нас и другие Швейцарии, поскольку фантазия туристов неисчерпаема.

В отличие от обширных горных систем и протяженных хребтов, получавших названия искусственные, которые возникали в процессе обобщения знаний об этих объектах, отдельные вершины и небольшие хребты, как правило, именовались местными жителями. И в этой категории названий на первое место должны быть вынесены названия, образованные народными географическими терминами. Рассмотрим названия с участием старинного русского термина камень, который имеет широкий спектр значений. Это названия и хребтов – Камень, Поясовый Камень, и отдельных вершин – Камень, Сердце-Камень, Арий-Камень, и других многократно повторяющихся на Урале, в Сибири и на Дальнем Востоке возвышенностей. Напомним, что термин камни обозначает «береговые скалы или пороги на реках» (Камни реки Чусовой и другие, Подкаменная Тунгуска); сюда же могут быть добавлены и подводные камни, например известные Нефтяные Камни в Каспийском море.

От западных границ до Камчатки известен термин сопка. Но если в псковских, тверских говорах это «небольшой холм», то в Сибири название Сопка относится уже к значительным горам, а на Камчатке – это вулканы с высотами от 3 до 5 тыс. м (Жупановская Сопка, Ключевская Сопка и др.).

Известны также вершины с названиями Курган и Пик, что вполне естественно; понятны и названия Скала, Утес. Менее удачное применение для отдельных вершин имен Холмы и Хребет. И уж совсем неожиданны для вершин названия Перевал, Котел, Котлован, которые, по всей видимости, даны не местными жителями, а являются плодом творчества пришлых экспедиционных работников.

Таким образом, русская горная терминология развита сравнительно слабо, что вполне понятно, так как русский язык складывался на Восточно-Европейской равнине, в условиях отсутствия горного рельефа. Но народы, живущие в горах, имеют более дифференцированную систему терминов. Для примера возьмем карпатские говоры украинского языка. Географическая терминология, применяемая в Карпатах для обозначения гор, очень детальна: в зависимости от размеров и формы вершины, от покрывающей ее растительности, наличия скал, камней применяются различные термины. В центральной части советских Восточных Карпат наиболее часто в названиях гор встречаются следующие термины, расположенные в порядке частоты их употребления: кичера – «гора, покрытая лесом, кроме вершины»; верх – «вершина горы»; клива – «незаросшая голая вершина горы»; горб – «невысокая пологая горка, холм»; магура – «высокая отдельная гора»; грунь – «гора, покрытая лесом» и «пик, вершина горы, самый верх»; горган – «высокая каменистая вершина горы, гребень высокого хребта»; аршица – «крутая каменистая гора, гора с длинными острыми гребнями»; бердо – «крутая гора, скала, обрыв»; бескид – «скалистый горный хребет».

Все эти термины неоднократно применяются самостоятельно и входят в состав многих сложных названий. Известны горы Горганы, Бескиды, географическая область Верховина, вершины Кичера, Клива, Горб, Магура, Грунь, Бердь, хребет Аршица, а также Яворова Кичера, Косов Верх, Черная Клива, Сынечавская Магура, Толстый Грунь и т. д.

Для полноты картины отметим также названия с менее выраженным терминологическим значением, встречающиеся по одному или по два раза: Шпилак (от шпиль – «невысокая круглая горка»), Маковец, Маковка, Рог, Рожок, Гребень, Болван.

Подобные развитые системы горных терминов и образованных от них названий находим и у народов Кавказа, таджиков, киргизов, горных алтайцев и других, для которых горный рельеф является неотъемлемой частью их быта.

В русской горной терминологии особое место занимает термин гора, которым обозначают, согласно словарю Э. М. Мурзаева, «поднятие, заметно выделяющееся на земной поверхности среди равнины, а также среди плоскогорий или в горной местности». Как видно из этого определения, понятие гора очень широко по своему содержанию. Действительно, если посмотреть на географическую карту, то можно видеть, что термином гора сопровождаются названия мощных горных сооружений, нередко имеющих высоту в несколько тысяч метров и являющихся высшими точками целых горных стран: Эльбрус, Народная, Белуха, Победа. Но в центральных и северо-западных районах Русской равнины этим же термином обозначают невысокие моренные холмы. Для примера вспомним названия знаменитого Пушкиногорья: Святая гора (сравн. Святогорский монастырь), Трехгорье (сравн. имение Тригорское), Савкина горка Воронья гора (сравн. городище Воронич), Лысая гора, Синичья гора.

В центральных областях, в Поволжье гора – «сухой и высокий берег реки». Вероятно, многие знают произведение известного писателя П. И. Мельникова (А. Печерского) «На горах», которое начинается так: «От устья Оки до Саратова и дальше вниз правая сторона Волги «Горами» зовется… горки, пригорки, бугры, холмы, изволоки грядами и кряжами тянутся во все стороны меж долов, логов, оврагов и суходолов…» В этом смысле термин гора употребляется и в Московской области, где отдельные участки берега Москвы-реки называются Николина гора, Марьина гора, Соколова гора. Среди них и Ленинские горы (бывшие Воробьевы горы) – высокий берег Москвы-реки в черте города, напротив Лужников. А Акулова гора на реке Уче, притоке Клязьмы, получила известность благодаря упоминанию в стихотворении В. В. Маяковского «Необычайное приключение, бывшее с Владимиром Маяковским летом на даче», которое было написано в Пушкине на Акуловой горе, в даче Румянцева.

Среди имен гор многочисленны описательные названия. Признаки, отражаемые в таких названиях, весьма разнообразны. Это размеры и форма горы: Большая, Великая, Высокая, Круглая, Округлая, Овальная, Вытянутая, Длинная, Горбатая, а также Купол, Конус, Пирамида, Шишка, Трапеция; характер склонов: Крутая, Пологая, Обрывистая, Ступенчатая, Ребристая – и вершин: Плоская, Столовая. Сюда же относятся названия: Железная и Магнитная; Гранитная, Каменная и Песчаная; Валунная и Щебеночная; Осыпная и Скалистая. Здесь приведены лишь отдельные примеры названий-характеристик – в действительности их намного больше, причем многие неоднократно повторяются и входят в различные сочетания. Так, кроме часто повторяющихся названий Каменная, известны горы Каменная Игла, Каменная Тундра, Каменный Гребень, Каменный Зуб, Каменный Рог, Каменный Сырт и другие, а также Каменистая, Каменник, Каменуха. Прилагательное Большая нередко выступает в качестве самостоятельного названия, но значительно чаще встречается в сочетании с именами собственными, образуя пары-противопоставления: Большая Вузих – Малая Вузих, Большая Ипелька – Ипелька и т. п.

Важная характеристика гор – цвет, что отражается в названиях на русском языке: Белая, Бурая, Голубая, Зеленая, Красная, Рябая, Светлая, Синяя, Черная – и во множестве названий на других языках народов СССР. Специфика названий гор заключается в том, что в отличие от имен населенных пунктов, рек, морей включаемые в них цветовые характеристики в большинстве случаев отражают реальный цвет объекта, а не какие-либо иные (социальные, идеологические, ориентирные) признаки.

Наибольшее распространение в названиях имеет прилагательное белый: многократно повторяется Белая и Белые горы, часты сочетания: Белая Грива, Белая сопка, Белый Камень, а также Белоголовая, Белогорье, Белуха. Иногда такие названия связаны с цветом горных пород, но в подавляющем большинстве случаев отражают наличие ледников, снежников или просто длительного сохранения снежного покрова в летнее время. Постоянство признака способствовало превращению названия Белок в термин белок – «снежная гора, даже летом», откуда в Алтае, Саянах сложные названия Чуйские Белки, Катунские Белки, Фигуристые Белки. Этот же признак отражается и в простых конкретных названиях Ледниковая, Ледовая, Ледяная, Снеговая, Снежная.

Распространенные тюркские названия Акдаг, Актас, Актау, Акташ, Актепе, Актоба, Актюбе, где ак – «белая», даг, тау – «гора», тас, таш – «камень», тоба, тюбе, тепе – «холм», кроме основных значений – «цвет пород», «наличие льда, снега», иногда обозначают и «безлесную открытую степную гору».

С белым цветом пород или наличием ледников связаны названия многих известных вершин Советского Союза и зарубежных стран: Казбек по-грузински Мкинварцвери – «ледниковая гора», уже упоминавшееся древнее индоиранское название Эльбруса Гроукасим – «белоснежная гора»; Монблан в Альпах в переводе с французского «белая гора»; хребет Ливан имеет название из древнесемитского лабан – «белый»; название африканской горы Кения объясняется из языка масаев как «белая гора»; Сьерра-Невада – «снежные горы» – есть в Испании, в Северной и Южной Америке, и во многих разных местах мира.

Часто встречаются, но уступают белым по распространенности черные горы. Этим определением, как правило, характеризуются два основных признака – реальный цвет горных пород и наличие растительности: горы Черная, Черная Сопка, Черный Камень, Черный Шпиль, местность Черногорье или в сочетании с собственными названиями: Черный Салан, Черная Гилева.

В тюркской топонимии Каратау («черная гора») – «гора, покрытая черневой тайгой», противопоставляется Актау («белая гора»). В связи с этими двумя терминами нужно указать и третий – тюркск. алатау – «пестрые горы», т. е. горы, в высокогорной части которых перемежаются белые пятна снега, черные каменистые россыпи, зеленые участки травянистой растительности, серые гранитные массивы. Иногда название Алатау получают отдельные вершины или небольшие хребты, но широкую известность имеют крупные хребты: Кузнецкий Алатау, Таласский Алатау; на территории Киргизской ССР этот же термин пишется ала-тоо, откуда хребты Терскей-Ала-Тоо, Кюнгей-Ала-Тоо. Иногда термин алатау имеет смысл «высокие горы».

В двух последних названиях интересно не только цветовое определение, но и географический смысл их первых частей. У киргизов кюнгей – «сторона горы, хребта, обращенная к солнцу», т. е. «южная сторона»; а терскей – «теневой, северный склон». Рассматриваемые названия присвоены жителями котловины Иссык-Куля, для которых хребет, расположенный вдоль северного побережья озера, т. е. обращенный к солнцу, был кюнгей, а хребет, служащий южным обрамлением озера, оказывался теневым – терскей. Таким образом, название «южный» получил северный хребет, а «северный» – лежащий южнее.

Из других названий гор с цветовыми обозначениями отметим Синие горы. Это распространенное в русском фольклоре название связывают со зрительным впечатлением от синеющих на горизонте гор. В России многочисленны Красные горки – пригорки, на которых в прошлом проводились игры, хороводы, гулянья. Здесь красная – «красивая» (солнечная, живописная), но известны и Красные горы, сложенные красноцветовыми породами.

Разнообразны названия гор по характеру растительности. В них представлены все распространенные породы деревьев: горы Березовая, Дубовая, Еловая, Кедровая, Лиственничная, Осиновая, Сосновая, а также растительность, имеющая более ограниченное распространение: Бамбуковая, Стланиковая. Известное название Яблоновый хребет, которое в любительских объяснениях часто связывают о дикими яблонями, в действительности к растительности не имеет никакого отношения, о чем подробнее будет рассказано ниже.

Названия гор образуются от термина лес: хребет Лес, гора Лесная в Сибири и на Дальнем Востоке, Лесная Гряда на Валдайской возвышенности, горы Лесистые Карпаты. В связи с этим термином нельзя не вспомнить распространенную в славянских языках общность терминов гора и лес, на которую обратил внимание Э. М. Мурзаев: в старославянском гора означала также «лес», в современном сербскохорватском гора – «гора» и «лес», а в болгарском гора – только «лес». На основании этого делается вполне справедливый вывод, что у славян гора – первоначально только «лесная возвышенность», «высота, поросшая лесом». А возникнуть такое значение могло лишь в таких географических условиях где на равнине господствовали степи, а в горах – леса т. е. в степной зоне Европы, где леса покрывали Карпаты, горы Крымского полуострова[1]1
  См.: Мурзаев Э. М. Гора – лес // Русская речь. 1967, №2. С. 80—82.


[Закрыть]. Полученный вывод важен в историко-географическом отношении, так как содержит данные для уяснения былого расселения славян.

Аналогичное совмещение значений терминов гора, лес наблюдается и в других индоевропейских языках, чем в частности, обусловлено появление таких известных названий гор, как Чешский Лес, Тюрингенский Лес, Шварцвальд, Гарц (из средневекового немецкого Hardt – «лес»). Всем знакомый географический термин тайга – «хвойный лес» своим возникновением обязан этому же совмещению значений: в Южной Сибири, в Северной Монголии тайга – «гора, покрытая лесом», откуда со временем развилось современное значение. Универсальность этого явления видим на примере горы Чегет в Приэльбрусье: на карачаево-балкарском чегет – «северный склон горы», «лес»; указание экспозиции склона здесь отражает лишь наиболее благоприятные условия произрастания лесов.

Но и отсутствие растительности также важный признак, дающий повод для образования названий. Наиболее часто встречается название гора Лысая, реже – Плешивая. В Сибири вершины гор, лежащие выше границы леса, но еще не настолько высокие, чтобы сохранять снежный покров в летнее время, называют гольцы. Иногда названия образуются одним этим термином – Голец, но чаще в сочетании с прилагательными: Широкий Голец, Ботовский Голец. В последние 10—20 лет на картах количество названий с термином голец резко сократилось, так как в процессе «упорядочения» названий термин был исключен из тех, где он сочетался с существительным: вместо Голец-Пурпула, Голец-Лонгдор и т. п. стали писать Пурпула, Лонгдор. Таким образом, оказалась утраченной важная географическая характеристика объекта, придававшая названиям специфически сибирский колорит.

Многочисленны названия гор «по животным»: Волчья и Медвежья, Лисья и Песцовая, Баранья и Козья, Оленья и Изюбриная, Орлиная и Воронья и т. п. Можно предполагать, что названия связаны с реальным обитанием тех или иных животных на этих горах, но, по-видимому, это справедливо далеко не во всех случаях. Так, известны три горы Верблюжья. Одна из них находится в Казахском мелкосопочнике, где обитание верблюдов возможно. Но две другие расположены на Северном Урале и на Новой Земле, т. е. далеко за пределами ареала этого животного. Очевидно, этим горам названия даны за их внешний вид, напоминающий верблюда. Здесь название Верблюжья входит в один ряд с названиями гор Верблюд, Бык, присвоенными по признаку внешнего сходства.

Однако внешнее сходство горы с каким-либо животным – признак весьма субъективный: одна и та же гора у разных людей вызывает совершенно различные ассоциации. Это можно хорошо видеть на примере известной крымской горы Аюдаг. Обычно ее название объясняют из татарского языка как «медведь-гора» (аю – «медведь», даг – «гора»). Но средневековые генуэзцы называли ее Камилла – «верблюд», а писатель В. П. Катаев отмечал, что она похожа на мышь. К этому следует добавить, что современные топонимисты отвергают все эти версии и связывают название горы с родоплеменным названием древнего тюркского населения Крымского полуострова.

Вообще, названия-метафоры, основанные на уподоблении гор другим объектам, имеющим какой-либо характерный признак, распространены очень широко. Например, известны горы Коврига, Корабль, Копна, Копешка, Стожок, Печи, Печки и т. п. Горы Колокольня есть на Урале и в Сибири, а известную на Байкале бухту Песчаную, излюбленный объект туристов, ограничивают мысы Большой и Малый Колокольный. Это глубоко вдающиеся в Байкал утесы, напоминающие колокольни.

Многие метафоры встречаются в названиях на разных языках народов СССР. Например, одна из гор Кузнецкого Алатау по своему внешнему виду получила название Сундук. В Киргизии есть гора Сандык («сундук»), а в Эвенкийском автономном округе три горы с названием Авса из эвенк. авса – «сундук, ящик».

Одна из вершин Сихотэ-Алиня носит название Голова. Метафорическое употребление названий частей тела человека и животных – явление распространенное, об этом специально писал Э. М. Мурзаев[2]2
  См.: Мурзаев Э. М. Очерки топонимики. М.: Мысль, 1974. С. 126—135.


[Закрыть], причем встречается оно в различных языках. Можно указать тюркские названия Баш-Алатау, Баштау, Башташ, где баш – «голова», а таш, тау и алатау – «гора»; на берегу Селенги гора Тологой, в Казахстане – ряд гор Толагай из бурят., монг. тологой – «каменная голова». В Читинской области гора Шапка, на Северном Урале – Кент-Нер, где манс. кент – «шапка», нер – «гора», а в бассейне Нижней Тунгуски гора Авун, эвенк. авун – «шапка».