Текст книги "Ты услышишь мой голос (СИ)"
Автор книги: Эвелина Пиженко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 64 страниц) [доступный отрывок для чтения: 26 страниц]
Глава 18
Ещё было довольно светло, июньский вечер едва опустился на огромный город; оранжевое закатное солнце уже сползало за горизонт и, лаская последними лучами стены домов, прощалось со всеми до завтрашнего рассвета. Сидя на заднем сиденье такси и положив голову Диме на плечо, Наташа смотрела в окно, на гуляющие по вечерним улицам пары и улыбалась. Ещё совсем недавно она с грустью провожала взглядом влюблённых, вспоминая дни, когда они с Димой были вдвоём… Она уже не плакала, как раньше, она научилась не плакать о нём… Она многому научилась за эти месяцы одиночества без него. Днём спасала учёба, репетиции в Костиной студии, по вечерам – работа в ресторане. Но, когда ей всё же пришлось уйти, вечера стали самым страшным временем суток… В это время она часто вспоминала те недолгие недели и месяцы, когда Дима был рядом, думая о том, как легко она могла тогда расплакаться, обидеться по пустякам, открыть дверь и сказать ему: «Уходи», зная в душе наверняка, что он всё равно придёт… Сейчас бы она так никогда не поступила. Она никогда бы не упрекнула его ни в чём, не ревела бы, как маленькая девочка… и не молчала бы, когда он просил её обо всём рассказать.
Тогда она очень боялась его потерять. И поэтому потеряла. Она только сейчас поняла, как хрупко бывает счастье, как легко его утратить раз и навсегда.
Но теперь она снова может смотреть без грусти на счастливых людей – Дима снова рядом… и это – самое главное в её жизни. Есть ещё Валерик… но он с ней пока – одно целое, и поэтому у них одно счастье на двоих.
– Вот здесь поверните, пожалуйста, я вам неверный адрес дал, – обратился к водителю такси Дима, – Я прошу прощения, но нам нужно сначала в другое место заехать.
– Дим… Куда? – Наташа удивленно посмотрела на него, но потом, догадавшись, добавила, – К твоим, да?
– Да, поедем сразу к ним, – он назвал новый адрес водителю, – они же не в курсе, и меня ждут. Отец хотел приехать на вокзал, но я сказал, что не нужно. Да ты не бойся, – он ободряюще улыбнулся, – мы недолго побудем, а потом на машине уедем. У тебя ведь и вещей моих нет… нужно кое-что взять.
– Есть… – Наташа улыбнулась, – футболка.
– Какая футболка?
– Новая… Я тогда, ещё осенью тебе купила, а подарить не успела, – улыбка стала грустной, – ты знаешь… я её под подушку клала, она, правда, от этого измялась…
– Светлая такая… да?
– Да… а ты откуда знаешь?
– Я потом тебе всё расскажу… хорошо? – он крепче прижал её к себе, – Я тогда подумал… ладно… всё потом…
– Сынок, это ты? – услышав, как Дима открывает своим ключом дверь, Анна Сергеевна поспешила в прихожую, – А мы уже волнуемся, ты ведь когда ещё позвонил, что поезд прибывает… – на последнем слове она осеклась: Дима был не один. Бросив на пол дорожную сумку, он, держа за плечи, вывел вперёд Наташу – девушку, разрыву с которой она так радовалась прошлой осенью.
– Мама… – Дима посмотрел матери в глаза, – Мы с Наташей снова вместе. А у вас скоро будет внук.
– Боже мой… – побледнев, Анна прислонила пальцы к виску, – Дима… Что за шутки…
– Это не шутки, – он серьёзно смотрел на мать, – у меня будет сын.
– Саша!.. Иди скорее сюда! – трагическим голосом воскликнула женщина, – Саша!
– Что случилось? – Александр торопливо вышел из комнаты, – О! Димка… А я телевизор смотрю и не слышу… Наташа?! – он удивлённо уставился на девушку, – Вот так сюрприз!..
– Это ещё не сюрприз… – Анна поджала губы, – Дима утверждает, что у нас скоро будет внук.
– Серьёзно?! – Александр выглядел изумлённым, – Вы, может, объясните, что происходит?
– Александр Иванович… – от волнения Наташка вдруг набралась смелости, – У нас с Димой будет ребёнок… Уже скоро, мальчик.
– Ну, что у тебя, Наташа, будет, я вижу, – Анна строго кивнула на её живот, – Но Дима-то тут при чём?
– А кто ещё?.. – глядя на неё, растерянно прошептала девушка. От обидных слов слёзы навернулись на глаза.
– Тебе это лучше знать.
– Мама, прекрати… – Дима крепко держал Наташку за плечи, как будто боялся, что она сейчас убежит, – Я понимаю, что для вас эта новость внезапная. Но, всё-таки, думай, что говоришь. Иначе мы сейчас просто уйдём.
– Подожди, Аня… Зачем так обижать? – Александр укоризненно посмотрел на жену, – Если Дима сказал – значит, так оно и есть. И вообще – почему мы тут всё это обсуждаем, на пороге? А ну, пойдём в гостиную.
– Пойдём, – Дима слегка подтолкнул Наташку, – Не бойся, проходи, это теперь и твой дом.
* * *
– В общем, так, родители, – стоя в дверях своей комнаты, Дима посмотрел на мать и отца, – сегодня все устали, поэтому подробности потом. Самое главное мы вам сказали. Сейчас я соберусь, и мы уйдём, а вы пока привыкайте к этой мысли… – Дима улыбнулся, – Да, мы вас ещё объедим.
Оставшись вдвоём в гостиной, Анна и Александр переглянулись – во взгляде Анны было нескрываемое раздражение; Александр же, напротив, выглядел весьма довольным.
– Дим, а давай не будем никого объедать? – присев на кровать, Наташа подняла на него глаза, – У меня всё приготовлено дома.
– Нет, давай всё же объедим, – засмеялся Дима, – когда мы ещё доберёмся, а я уже сейчас есть хочу, да и ты тоже.
– Я не хочу…
– Хочешь-хочешь… И Валерка тоже. Ты, наверное, устала? Ты полежи пока, а я кое-что соберу… – с этими словами он заботливо уложил её на свою кровать, сам присел рядом, – А потом пойдём ужинать.
– Дим… – она обняла его за плечи, – У тебя столько хлопот из-за меня, а ты ведь сам устал после поездки.
– Ну, что ты такое говоришь… – наклонившись, он поцеловал её в губы, – А хочешь, я тебе сюда поесть принесу?
– Нет… неудобно будет… я лучше с тобой пойду…
– Тогда сейчас… я быстро соберусь.
Уложив, наконец, вещи и закрыв сумку на молнию, Дима обернулся, чтобы позвать Наташу ужинать, но вместо этого только улыбнулся: уставшая и от жары, и от поездки на вокзал, она спала, трогательно обняв руками его подушку. Присев на край постели, он погладил девушку по голове, но она уснула так крепко, что даже не почувствовала его прикосновений. Укрыв её тонким покрывалом, он отправился в ванную, решив принять душ.
– Дима… Ужинать будешь?.. будете? – поправившись, сухо спросила Анна, когда сын показался на порогу кухни, – Или так поедешь, голодным?
– Мам… мы сегодня здесь заночуем. Наташа уснула, я не хочу её будить.
– Как пожелаете… Пойдём, тогда тебя покормлю.
Когда, поужинав, Дима уже собирался уйти к себе, Анна остановила его в дверях:
– Дима… Я всё-таки хотела бы с тобой поговорить.
– Ну, давай, мам, а то я уже спать хочу… Мне завтра с утра на работу срочно надо.
– Дима. Я не буду у тебя выпытывать, почему вы так внезапно помирились. Ты мне скажи только одно. Зачем ты это делаешь? Из благородства? Из угрызений совести? Из каких побуждений?
– При чём тут побуждения? – Дима удивлённо смотрел на мать, – Я люблю Наташку, вот и все побуждения. Да, мы поссорились осенью. Потом я узнал, что у неё будет ребёнок. Мой ребёнок. Мы встретились и помирились…
– Дима… А как же Кристина? – слегка наклонив голову, Анна строго посмотрела ему в глаза, – Что ты скажешь ей?
– Я уже сказал. Вернее, она сама всё узнала. Мама… у нас с Кристиной ничего не получилось, между нами уже давно нет никаких отношений. Зачем мучиться?
– У вас всё бы получилось, если бы ты выкинул из головы… – Анна кивнула головой в сторону Диминой комнаты, где спала Наташа.
– Наташку я любил и люблю до сих пор. Просто мы по-глупому поссорились, я не знал, что она беременна… Она и сама тогда ещё не знала.
– Дима… А какой у неё срок? – Анна чуть прищурила красивые глаза.
– Восемь месяцев, – он пожал плечами, – А что?
– Для восьми месяцев у неё слишком маленький живот. Это я тебе, как женщина, говорю.
– Что ты имеешь в виду? – Дима нахмурился.
– А то… Вы когда поссорились?
– Мама… ну, я тебя понял… перестань.
– Что значит – перестань? Ты не ответил… Впрочем, я сама помню. Ты вернулся домой в середине октября. Это семь с половиной месяцев назад. А ты знаешь, что для женщины скорректировать месяц-другой при подсчёте срока – пара пустяков? А потом просто сказать, что «переходила»…
– Мама, если ты не перестанешь, я сейчас уйду, – во время монолога матери Дима сидел мрачнее тучи, – я даже слушать тебя не буду. Это мой ребёнок. И давай больше не будем к этому возвращаться.
– Дима, потом будет поздно!.. Поверь моему опыту – такой маленький живот бывает только на шестом месяце, на девятом женщина – как крейсер.
– Так, всё… Я пошёл спать, – с этими словами Дима положил в тарелку большой кусок курицы, пару ломтиков хлеба и, выходя из кухни, обернулся в дверях:
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – поджав губы и не глядя на сына, ответила Анна.
– Наташ… – прошептал Дима, тронув девушку за плечо, – Встань, поешь.
Она только сонно покачала головой и повернулась на другой бок. Расстегнув молнию, он осторожно стянул в неё комбинезон – оставшись в одном нижнем белье, Наташка даже не проснулась. Выключив свет, лёг рядом, натянул тонкое одеяло… погладил её по животу… тихонько повернул к себе… рукой скользнул по нежной коже спины, прижал крепко… в темноте губами нашёл губы – поцеловал сначала слегка, как бы украдкой… потом чуть крепче… наконец, не удержавшись, припал к ним горячо, рукой блуждая по соблазнительному, несмотря ни на что, женскому телу – так, как велела взявшая верх над всем остальным мужская природа…
– Дим… – отвечая сквозь сон на его поцелуи, пробормотала Наташка, – Тут так вкусно пахнет курицей… Это мне снится, да?..
Глава 19
Скользнув рукой под подушку, Дима вытащил сигналивший телефон, выключил будильник и, положив телефон на пол, снова закрыл глаза. Наташа тоже проснулась и, потянувшись к нему, обняла, уткнулась лицом в грудь…
– Выспалась? – убрав с её лба светлую прядку, ласково спросил Дима.
– Мне так хорошо сегодня спалось… – не сказала, а промурлыкала она, – А вот как уснула, не помню…
– Ничего не помнишь? – улыбаясь, тихо спросил он.
– Помню… как ты меня ночью курицей кормил, – запрокинув голову, она весело посмотрела на него.
– И всё?.. – целуя, многозначительно прошептал он ей на ухо, – Больше ничего не помнишь?
– Не-а… – она бросила лукавый взгляд.
– Совсем-совсем ничего?.. – он крепко прижал её к себе, – Пока не вспомнишь, не отпущу…
– Не отпускай… – блаженно улыбаясь, она закрыла глаза.
– Наташка… – так же тихо, но уже более серьёзно спросил Дима, – А… на каком сроке положено… ну… в общем… отношения прекращать?
– Ну… в общем-то, уже положено.
– Почему ты мне не сказала?.. – он посмотрел на неё как-то виновато, – Я не знал…
– Всё хорошо… – ласково прошептала Наташа и поцеловала его с какой-то особой женской нежностью; ему показалось, что она никогда ещё его так не целовала, – Знаешь… я так мечтала когда-нибудь снова с тобой проснуться… Хотя бы один раз…
– Теперь всегда будем просыпаться вместе.
– Ты больше никуда не едешь?
– Придётся. Сразу после выпускного едем выступать, а потом ещё в конце месяца.
– Ну, вот… – грустно сказала она, – Так и рожу без тебя.
– Ну, ты уж меня дождись… – улыбнулся Дима, – Я же должен буду под окном роддома поорать.
– А ты-то чего орать будешь? – засмеялась Наташа.
– Ну, как… Буду спрашивать, на кого похож. Вроде бы, так положено, – засмеялся он в ответ, – Я ещё ребят с собой возьму, вместе будем орать, как тогда, помнишь?
– Вот их-то там как раз и не хватало! – она прыснула, но вдруг, что-то вспомнив, приподнялась на локте, – Дим… а сколько времени? Вставать пора! У меня сегодня последняя консультация, а ещё домой надо попасть, переодеться.
– Точно! А потом мне в центр, и, наверное, на целый день, – он ещё раз поцеловал её и решительно откинул одеяло, – Ну, что, встаём на раз-два?..
* * *
Когда Наташа, одетая и причёсанная, вышла из ванной, ей больше всего хотелось снова незаметно прошмыгнуть в Димину комнату, не встречаясь с Анной Сергеевной, но та внезапно возникла на её пути.
– Доброе утро… – попыталась улыбнуться Наташка, но строгий вид Диминой матери не располагал к улыбкам.
– Доброе утро, – довольно сухо ответила женщина, – Наташа, позови, пожалуйста Диму, и… и идите завтракать.
– Спасибо, я не хочу, я… – начала Наташка, но Анна строго перебила её:
– Завтракать нужно обязательно, особенно в твоём положении. А Диме – тем более, у него сейчас огромная нагрузка. И работа, и репетиции, и выступления… Ты, пожалуйста, не очень нагружай его своими проблемами, и старайся меньше ему звонить в течение дня.
– Я его не нагружаю… – растерянно произнесла Наташа, – Да и проблем у меня нет.
– Беременные женщины всегда капризны. Поэтому, я ещё раз прошу: не дёргай его по пустякам, у него очень ответственный период. Слава Богу, что хоть все экзамены позади.
– Хорошо, я не буду, – покорно согласилась Наташа и отправилась звать Диму на завтрак.
После завтрака, выслушав ещё несколько пунктов наставлений от Анны Сергеевны и прихватив Димины вещи, они отправились на окраину города, в маленькую квартирку на третьем этаже старой пятиэтажки. По-быстрому переодевшись в широкий летний сарафанчик, Наташка обула удобные лёгкие туфельки на низком каблучке и, прихватив сумочку, застыла в дверях.
– Всё, я готова.
– Ты так шустро бегаешь, – засмеялся Дима, – мне казалось, что беременные должны ходить вразвалочку.
– Ну… я могу и вразвалочку, – улыбнулась в ответ Наташка, – только тебе долго ждать придётся.
Отъехав от университета, куда он завёз Наташу, Дима на ходу достал мобильный телефон.
– Саня, привет. Сегодня в пять репетиция, позвони Белову и Мазуру, предупреди, хорошо? Будет новая песня для выпускного, надо успеть за десять дней всё сделать. Ну, всё, в пять в студии…
К его удивлению, Кристины в продюсерском центре ещё не было, хотя она сама велела ему прийти пораньше. Поздоровавшись с бухгалтером – единственным сотрудником, явившемся на работу к этому часу, он прошёл в студию. Включил компьютер и, пока он запускался, отправил Наташе сообщение по телефону: «Как ты?» Ответ пришёл через минуту: «Всё хорошо. Сижу на консультации». Улыбнувшись, написал: «Освободишься – позвони», потом включил аппаратуру и тронул клавиши синтезатора.
Университет окончен… Осталось получить диплом. Через десять дней – традиционный гала-концерт и их прощальное выступление. Прощальное – только как студентов, но с университетом он не прощается, теперь он – руководитель совместного проекта «Звёзды зажигаются»… Это – его идея, его проект по отбору талантливой студенческой молодёжи и вывода её на большую сцену – проект, который будет очень кстати для их продюсерского центра, поскольку финансировать будущих «звёзд» берётся крупное предприятие, шефствующее над учебным заведением. Работы предстоит много, и работы интересной, его песни будут петь талантливые исполнители, а что ещё нужно для молодого, одарённого музыканта? А ещё – Наташа… И их сын, который вот-вот родится – Валерка… И, конечно, они – самое главное и дорогое, что есть в его жизни.
С этими мыслями наигрывая новую мелодию, он не заметил, как прошло довольно много времени. Кристина так и не появилась, но звонить ей и уточнять, когда она придёт, не было желания.
– Дима, – бухгалтер центра Светлана, молодая миловидная женщина, заглянула в дверь студии, – пока тебя не было, приходили три девочки, хотели тебя увидеть, по поводу проекта. Я им сказала прийти после обеда. Правильно?
– Да, всё правильно, спасибо большое, – Дима приветливо улыбнулся, – я сегодня весь день здесь буду.
– Ты сегодня какой-то не такой, – женщина дружелюбно улыбнулась, – не как обычно…
– А какой? – удивлённо спросил Дима.
– Ну-у-у-у… Прям счастливый какой-то… Кстати, как съездили-то, всё удачно?
– Да, всё удачно, и сборы, и выступления… – мелодия мобильного телефона не дала ему договорить, – Да, Наташ. Всё?.. Я сейчас за тобой заеду… Да, вот сюда и приедем, тут у нас кафе рядом неплохое… Жди меня, я скоро.
Положив телефон, он снова обратился к Светлане, которая с нескрываемым интересом слушала его разговор:
– Я сейчас уйду, если Кристина без меня появится, скажи ей, что я буду позже. Я её с утра ждал, теперь пусть она подождёт.
– А я тоже на обед ухожу, – Светлана многозначительно посмотрела на Диму, – Нет…Всё-таки ты сегодня какой-то не такой!
* * *
Наташа сидела в своей аудитории и, подперев лицо ладошкой, не сводила счастливых глаз с окна. Она совершенно не слышала, о чём говорит преподаватель, всё, что произошло в её жизни в последние четыре дня, не шло из головы. Время от времени она тайком читала смс-ку, присланную Димой, ей казалось, что она слышит его голос, такой любимый и родной. Сидя рядом с ней, Оксана то и дело бросала удивлённые взгляды на подругу. Произошедшую с Наташей перемену она заметила ещё позавчера, на экзамене, но, торопясь на свидание со своим молодым человеком, выяснить ничего так и не успела. После того, как у неё появился парень, Оксанка реже приезжала к Наташе, ограничиваясь лишь рассказами о нём на переменах между парами. Наташка искренне радовалась за подругу, но грусть то и дело проскальзывала в её взгляде. Когда она почти месяц назад рассказала Оксанке о визите Сергея, та сначала осторожно, а потом всё настойчивее советовала не отказывать ему сразу, а подумать… «Ведь он тебя любит… Наташка, по-настоящему любит! И с ним тебе не нужно будет бояться, что его кто-то у тебя отнимет», – говорила подружка. В ответ на эти слова Наташа только печально улыбалась…
Увидев сегодня её в университетском коридоре, Оксанка чуть было не зажмурилась – ей показалось, что от Наташки исходит какой-то удивительный свет, а, взглянув в её глаза, она недоумённо закусила губу… С огромным трудом вытерпев до конца консультации, она не удержалась, и толкнула Наташу локтем:
– Наташка, слышишь?
– Что? – та повернула к ней счастливое лицо.
– Ты какая-то не такая… Что-то произошло?
– Да… – шепнула в ответ Наташа и, услышав сигнал, достала мобильный телефон.
– Смс-ка? – Оксанка невольно скосила глаза на экран.
– Ага, – радостно прошептала Наташа.
– От кого? – спросила подруга и, не дождавшись ответа, сама сделала предположение, – От него?
– От него, – в Наташкином шёпоте было столько нежности, что Оксанка снова в недоумении закусила губу.
– Значит, ты решила?
– Что – решила? – она наконец-то подняла счастливые глаза.
– Замуж…
– Наверное…
– Смольникова и Воронцова, вы так уверены в своих познаниях? – заметив, что девчонки совершенно отвлеклись от предмета, преподаватель постучал по столу костяшками пальцев, – Если это так, я никого не держу, но на экзамене спрошу по полной!
– Ну, и правильно! – не обращая внимания на замечание, Оксанка кивнула Наташе, – у ребёнка будет отец, пусть и неродной.
– Почему неродной? – опустив глаза, Наташа улыбалась своим мыслям, – Родной.
– Ну, понятно, что он будет считать его родным. Я имела в виду, что по крови неродной, – делая вид, что записывает за преподавателем, прошептала Оксана.
– И по крови тоже, – рисуя на листочке какой-то невероятный цветок, Наташа ещё ниже опустила голову, – самый родной.
– Как это? – подруга вытаращила изумлённые глаза, – Ты о ком говоришь? О Сергее же?!
– Нет…
– А о ком тогда?!
– О Диме.
– Как… – забыв о предосторожностях, Оксанка медленно выпрямилась, – Ты его всё-таки нашла?!
– Нет. Он сам пришёл.
– Да ты что?! – окончательно забывшись, девушка воскликнула во весь голос, – Морозов?!
– Да, – окинув взглядом аудиторию, Наташа заметила, как большинство одногруппников повернули головы в их сторону.
– Когда?!
– Четыре дня назад…
– И ты мне не сказала?!
– Я не успела. Он пришёл ночью, а днём уехал на гастроли. Вернулся вчера вечером.
– Так он что, и ночевал у тебя?
– Нет, я ночевала у него, – тихо рассмеялась Наташа.
– Ой, я так и подумала, что ты меня разыгрываешь, – разочарованно протянула Оксанка, – но ты всё равно какая-то странная…
Пряча улыбку, Наташа молча встала со стула. Консультация закончилась и, выйдя в коридор, она достала мобильный телефон. Поговорив с Димой под любопытным взглядом подружки, она весело взяла её под руку.
– Серёжка, да? – не унималась Оксанка. Уже выйдя на улицу, она никак не хотела покидать Наташу, которая с загадочным видом всматривалась в подъезжающие к стоянке автомобили.
– Ну, ты ведь всё равно не веришь… – увидев, как знакомый «фольксваген» подруливает к университетскому двору, та радостно обняла девушку и, взмахнув ей на прощание рукой, быстрым шагом направилась к воротам.
– Обалде-е-е-ть… – только и смогла произнести Оксанка, наблюдая, как, выйдя из машины, Дима Морозов спешит навстречу Наташе.
* * *
Кристина медленно, сложив на груди руки, ходила из угла в угол своей шикарной спальни. Новая квартира, купленная отцом, уже давно её не радовала, ведь она надеялась, что здесь они будут жить вместе с Димой. Надежды так и не оправдались: после недолгих, вновь вспыхнувших в конце прошлого года отношений, она поняла, что чувства вернулись только к ней. Его случайный порыв быстро угас; провожая её по вечерам, он редко оставался у неё на ночь, ограничиваясь простым недолгим присутствием. Посмотрев телевизор и перебросившись с ней ничего не значащими фразами, он прощался и, дежурно поцеловав её в щёку, уходил. Правда, в центре они постоянно были вместе, но там Дима был занят только музыкой и проектами, всё их общение было лишь на деловой почве… А где-то в начале весны он окончательно отдалился от неё.
Всего три месяца счастья – если это можно было назвать счастьем… Улучив минутку, она как-то порылась в его телефоне – среди прочих, ей известных абонентов обнаружила некую Инну… На всякий случай, переписав себе её номер, Кристина затаилась, решив до поры до времени подождать. Но однажды, не выдержав, спросила у Димы напрямую. Он сказал, что это психолог… Но Кристина, с её женским чутьём, догадывалась, что это не просто деловая связь, а что-то другое… Она даже пыталась выследить, куда ездит Дима, но ей это не удалось: по вечерам он ехал домой, а в выходные вообще исчезал из её поля зрения. Несмотря на все её подозрения, он не очень был похож на вновь влюблённого, всё так же сочиняя печальные мелодии и пропадая в своей студии до поздней ночи. И Кристина немного успокоилась…
Новость, полученная от менеджера дорогого супермаркета, грянула как гром среди ясного неба: Дима приезжал за продуктами, но не один… С ним была беременная длинноволосая девушка, по описанию очень похожая на его бывшую невесту. И, судя по тому, как он вёл себя с ней, это была не случайная встреча. Сцена же на вокзале расставила всё по своим местам. Он помирился со своей Наташей, она его встречала с гастролей, и они вместе уехали домой.
Устав ходить туда-сюда, девушка прилегла на кровать… Блуждающий по комнате взгляд остановился на дверце шкафа, за которой у неё всегда была бутылка мартини или виски… Да, полтора года назад она крепко подсела на алкоголь – слишком много было пережито унижений и боли из-за связи с Мухаммедом и потери Димы – так ей казалось в тот момент. Но когда, благодаря отцу, Дима снова замелькал рядом с ней, она невольно переключилась на некую игру. Нет, свои чувства к нему она игрой не считала, она его действительно любила, но подсознательно возник азарт – получить то, о чём она снова мечтает, несмотря на соперницу, вопреки всему… Это её даже увлекло. Пару раз сорвавшись, она вдруг поняла, что таким способом она не вернёт его никогда, что для этого нужны не только её обаяние и красота, а нужен трезвый и ясный ум. Не зря она была дочерью Лапина…
Теперь она практически не употребляла алкоголь – с прошлой осени, когда они вместе с «патрулями» возвращались из Москвы… Эйфория от съёмок с Димой была тогда жестоко прервана известием о его женитьбе на Наташе… Но в тот раз она, даже изрядно выпив в компании музыкантов, смогла взять себя в руки, и это была победа.
Так что же – сейчас снова проиграть?
– Чёрта с два, – со злостью вслух проговорила девушка, глядя на заветную дверцу, – не дождётесь! И ты, Дима, не дождёшься. Ещё поглядим, что у тебя и в этот раз получится… – с этими словами она резко встала и, глядя на себя в огромное зеркало плательного шкафа-купе, поправила причёску. Она красива, молода, обеспечена… У неё свой бизнес… на который день и ночь пашет Морозов.
Вот пусть и пашет под её пристальным вниманием. Ему всё равно никуда не деться. А уж крови попить она ему сумеет.
С этими мыслями она взяла телефон и, найдя номер Дианы, нажала на кнопку вызова.
– Приветик… Это я. Чем занимаешься? Да вот, поболтать захотелось, составишь компанию? Да нет, – Кристина усмехнулась, – просто меня один человек ждёт. А мне нужно время потянуть. Пусть подольше подождёт. Встретимся – всё расскажу. Ну, всё, выезжаю…
* * *
Забрав Наташу из университета, Дима повёз её в небольшое, но очень уютное кафе, расположенное по соседству со студией. Устроившись за столиком в углу и сделав заказ, он, одной рукой достав что-то из нагрудного кармана, другую протянул девушке:
– Дай мне руку…
– На… – она доверчиво подала свою ладошку. Он молча, осторожно надел ей на безымянный палец колечко – то самое… Золотое, с тремя небольшими камешками, оно весело сверкнуло на её руке.
Ничего не говоря, он смотрел на неё, слегка улыбаясь и держа её ладонь в своих руках. Наташа тоже молчала, подперев лицо другой ладошкой и глядя в его синие-пресиние глаза.
– Я хотел ещё вчера… Но ты уснула…
Как будто вспомнив что-то, Наташа грустно улыбнулась и опустила голову.
– Наташ… – Дима слегка сжал её пальцы, – Ты прости… я без шампанского и свечей… Но ты ведь не вернёшь его, правда?
Она подняла на него свои большие карие глаза и, всё так же улыбаясь, отрицательно покачала головой.
– Пожалуйста, ваш заказ, – молоденькая, веснушчатая официантка, стрельнув глазками, поставила на стол тарелки с едой, – приятного аппетита.
– Спасибо, – Дима кивнул девушке и перевёл взгляд на Наташу, – давай, лопай…
– Димка… – она весело рассмеялась, – Какой ты не романтичный! Вместо свечей и шампанского – рассольник… да ещё и «лопай»…
– Да? А мне сказали, что я сегодня счастливый…
– Кто это тебе сказал? – игриво улыбнулась Наташа.
– Мало ли кто… – хитро ответил Дима, – Если останешься со мной после обеда в студии, скажу.
– С тобой? – её улыбка снова стала грустной, – Думаю, мне там не будут рады.
– Это неважно. Я не хочу с тобой расставаться, даже на несколько часов… Останься со мной? Если устанешь, я отвезу тебя домой. А сейчас – лопай…
Пообедав, они не торопились выходить из-за стола – пока Дима расплачивался, Наташа, допивая сок, задумчиво смотрела куда-то вниз.
– Дима… – какое-то время она ещё помолчала, но потом, решившись, продолжила, – Знаешь, почему я ушла из группы осенью? И почему перестала ходить с тобой сюда…
– Почему? – он серьёзно посмотрел на девушку, – Я ведь до сих пор ничего не знаю.
– Меня просто выгнали.
– Кто?
– Лапин… Он сказал, что я лишняя и предложил работу в турецком или египетском ресторане.
– Почему ты мне ничего не сказала?
– Он сказал, что, если ты узнаешь, то пойдёшь с ним на конфликт, и тогда он сделает так, что ты будешь ему должен очень много денег.
– И ты поэтому молчала?
– Да… Я тогда вообще запуталась. Меня все пугали, что ты меня обязательно бросишь… станешь известным и бросишь… И я… я просто зациклилась на этом. А после разговора с Лапиным я вообще уже не могла быть рядом с тобой. Мне было очень больно… и обидно… и я не могла тебе ни о чём сказать… мне казалось, что я – препятствие на твоём пути. Я ужасно боялась тебя потерять… я не могла ни быть с тобой, ни расстаться… Я сама измучилась… И тебя измучила… – говоря об этом, Наташа не поднимала глаз; чувствуя свою вину, она боялась посмотреть на Диму, – Это я во всём виновата. Ты меня простишь? – она с мольбой подняла на него глаза, – Простишь?..
– За что?! – он казался потрясённым, – Наташка… И ты всё это носила в себе?! Ты об этом молчала тогда?.. Ну, почему ты мне тогда ничего не сказала?..
– Когда ты ушёл, я поняла, что теряю тебя… и испугалась ещё больше. Я решила всё рассказать… приехала сюда, тем вечером… помнишь? Я ехала, чтобы всё тебе рассказать и вместе вернуться домой… – она замолчала, но он понял всё без слов.
– Знаешь что… – он снова взял её за руку, – Ты сейчас пойдёшь со мной, домой одну я тебя не отпущу. В студии есть и диван, и кресло, и ноутбук с интернетом… Туда никто не войдёт, я всех предупрежу, а, если мне придётся уйти, я тебя просто закрою. А ты ляжешь и будешь спать. Хорошо? А вечером, дома, мы обо всём поговорим… Я тебе тоже всё расскажу… Но сейчас ты останешься со мной.
– Хорошо… – кивнула головой Наташа. Внезапно она уставилась на двери, которые находились у Димы за спиной. Заметив это, он оглянулся и тоже удивлённо застыл – Кристина с незнакомой девушкой направлялись прямо к их столику.
– Как замечательно… – в словах Кристины сквозили ехидство и сарказм, – Что можно спрашивать с персонала, если так называемые руководители отсутствуют на работе?
– У меня обед, – невозмутимо ответил Дима, – у персонала, кстати, тоже.
– Я тебя ждала с самого утра.
– Наверное, не там ждала. Я с утра был в студии, если буду нужен – я там, – с этими словами Дима, взяв Наташку за руку, вышел из кафе.
– И что это было? – усаживаясь за соседний столик, Диана удивлённо проводила взглядом молодых людей.
– А то и было, о чём поболтать хотелось, – поджав губы, ответила Кристина подруге, – Морозов, собственной персоной…
