Текст книги "Писательница для оборотня (СИ)"
Автор книги: Ева Мирова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)
– Таня, зачем ты её выпустила? Пока туда, потом нам за ней возвращаться, ехать обратно и домой только к ночи попадём, – возмутилась тётя.
– Да нет же, я перееду сюда уже сегодня.
– Сегодня?!
– В доме всё есть для жизни, – напомнил Роман. – Только продуктов прикупить.
– Вот, заключим договор, заедем к тебе за вещами первой необходимости и вернёмся. А волчица пока лапы разомнёт. Засиделась без свободы.
После заключения договора я заехала с тётей на её квартиру за кое-какими вещами. Потом мы купили продуктов в ближайшем супермаркете и поехали обратно.
Домой.
Заезжая на территорию, я чувствовала волчицу, она была здесь и, казалось, была счастлива.
– Пойду посмотрю кухню, – объявила тётя, с волнением направилась в сторону последней.
Я же пошла на поиски нужной мне комнаты. Мне необходима была спальня Максима. Где она, я наверняка не знала и знать не могла, ведь меня туда не приглашали, когда я была здесь. Без волчицы внутри я не чувствовала так остро запахи, и она не могла мне подсказать, будучи далеко в лесу, но меня вело что-то неведомое и я пришла туда, куда мне было необходимо попасть.
Так легко открыла тяжёлую дубовую дверь и прошла в комнату с чувством, что нашла что-то давно потерянное и такое необходимое мне.
Здесь не было практически ничего. Все личные вещи были вывезены, на одной из полок осталась лишь книга по какому-то маркетингу. Только стены и мебель впитали в себя запах Максима. Особенный, проникающий теплом под кожу, уютный и успокаивающий с древесными нотками.
Глубоко вдыхая этот воздух, я прошла по гулкой комнате, села на край кровати и обхватив руками живот, горько и беззвучно заплакала. Впервые за эти месяцы. Отсутствие Максима рядом, с каждым днём давило всё сильней. Тоска такая, что хоть волчицей вой, а не отпустит.
Мне его страшно не хватало, я крепилась и всё равно искала его взгляд в каждых чужих глазах. Вздрагивала и сердце сбивалось с ритма, если кто-то подобно ему коверкал мою фамилию, конечно, случайно. И я ждала его каждую минуту. Вот сегодня, сейчас, откроется дубовая дверь, и Аристов зайдёт в комнату, ворча, как обычно что-то о работе...
Но нет. Тишина. Нет. Не заходит и снова тоска накрывала чёрной пеленой зыбкую надежду. А вместе с тоской всё больше росло и непонимание.
За что он так со мной?
Всё же хорошо. Никого не приставили к стенке и даже живых и здоровых теперь больше, чем могло бы стать без моих откровений. Слёзы громадными каплями всё падали на шёлковую блузку, немного искажая её персиковый цвет, а я следила за этим и постепенно успокаивалась.
Отрывисто вздохнув, я утёрла слёзы и оглядела комнату снова. Вся мебель из тёмного дерева отлично сочеталась со светлыми стенами, а небольшие окна компенсировались высокими потолками. Несмотря на пустоту, отсутствие штор на окнах и постельного белья на кровати, эта комната была тёплой. И я точно знала, что детям здесь будет хорошо. Простор позволял расставить кроватки прямо здесь, хотя бы на первое время.
И несмотря на столь сильные эмоции, слёзы, этот переезд сулил мне новые хлопоты. Я должна была отвлечься от печали. Работы предстояло много, даже чтобы принять душ и лечь спать, нужно было сначала принести вещи, разобрать шампуни, гель для душа, заправить кровать и прочее.
За своей сумкой я вернулась к машине, отмечая, что тётя уже начала готовить ужин. В кустах что-то зашуршало, и я испуганно обернулась.
– Чёрт! Ты меня напугала! – вслух призналась я, глядя на знакомые серые уши своей волчицы.
«Извини,» – облизываясь, волчица показалась передо мной.
Вся её морда была грязной, на носу сверху у шерстяной кромки засохла земля.
– В чём это ты? – спросила я, пытаясь разглядеть волчью морду.
«Это земля, здесь полно мышей!» – с радостью рассказала волчица, плюхнувшись на свой пушистый зад, она задрала довольную морду к небу, и вывалив набок чёрный от земли язык, улыбалась.
– Нравиться тебе здесь? – спросила я, достав из багажника свою сумку.
«Здесь хорошо, только всё пропахло волком Макса...» – с тоской призналась волчица.
Моя звериная половинка улеглась на дороге, положив голову на лапы. В её взгляде, устремлённом в сторону леса, была нескончаемая печаль.
– Прости, я как-то не подумала что... – начала я говорить вслух, но помолчав перешла на наше обычное общение.
«Ты сможешь здесь жить?» – спросила я у волчицы, вернув сумку на место.
«Да. Мне здесь хорошо, несмотря ни на что, а тоска, она никуда не уйдёт и место здесь ни при чём,» – призналась моя звериная половинка, шумно вздохнув.
«Ничего, мы справимся. Надеюсь, ты не ела мышей?!» – запоздало возмутилась я, вдруг осознав, что она реально могла их нажраться.
«Вот ещё, я жду обещанного поросёнка!» – фыркнула волчица, и поднявшись на ноги, гордо удалилась, проследовав в дом.
Уже на следующий день я договорилась с местным фермером о живой еде для волчицы. Несколько свиней, кроликов и птицу должны были привезти в ближайшее время. Мне бы хотелось угодить волчице и позволить ей поохотиться за добычей поблагородней, но, к сожалению, оленей у данного фермера не было. Я собиралась заняться этим чуть позже.
18
Глава 18
Следующий день мы планировали провести в заботах о нашем новом доме. Заказать шторы и прочие мелочи способные сделать наш дом до конца жилым и уютным. Ещё до завтрака тётя прошлась по всем комнатам и подсобным помещениям, составляя список необходимых приобретений и пришла в столовую в добром расположении духа.
– Я думала, что нужен будет немалый ремонт, а на самом деле, этот дом идеален! – восхитилась она, будучи искренни изумлённой.
– Да, сразу видно, как этот дом любили, – подтвердила я, потягивая прохладный чай из большой кружки и разглядывая в интернет-магазине детские кроватки.
Тот факт, что дом был так любим, заставил меня взгрустнуть. Только даже зная причину отъезда Аристовых, я не чувствовала себя как-то неправильно. Хотя, наверное, должна было ощущать себя как минимум воровкой.
Из-за меня семья Максима сорвалась с места, продав любимый дом за копейки, а я вселилась сюда и мне так здесь хорошо, что даже не стыдно. Лишь грустно, что всё так глупо вышло.
«А ведь могла бы стать членом семьи Аристовых и, возможно, жила бы здесь на законных основаниях без всякой грусти,» – подумалось мне и мои глупые мысли тут же развеяла волчица.
«Если бы ты не открыла существование оборотней, мы бы сейчас был в бегах, а девочка Лиза бы умерла, и в опасности была бы вся стая Макса!» – настойчиво произнесла моя звериная половинка.
«Выходит, что выбора у нас не было,» – признала я, глядя своей волчице в глаза.
«Был. Только какой дурак между жизнью выберет смерть?» – искренне удивилась волчица.
От дальнейшей беседы нас отвлёк первый звонок, раздавшийся в доме.
– Ты кого-то ждёшь? – с удивлением спросила тётушка.
– Нет.
Оставив все дела, мы вместе с тётей подошли к двери, за которой никого не было. Рядом с дверью был установлен домофон с камерой. Звонивший стоял далеко от самого дома перед воротами, перекрывающими въезд на территорию.
– Это полицейский... – в испуг шепнула тётя, пока я разбиралась с незнакомой мне техникой, имевшей кучу непонятных кнопок.
– Не знаешь, как это работает? – спросила я у тёти, и мы около минуты пытались разобраться, чисто случайно открыв ворота нежданному гостю.
Полицейский сообразил и сел в машину.
– Ой-ой! Ничего не трогай! Он заедет, а то воротами его придавим.
Вместе с волчицей и тёте, мы вышли на крыльцо, чтобы встретить полицейского.
– Вы Пузикова Татьяна Сергеевна? Я Пряников Константин Григорьевич. Следователь по особо важным делам.
– Здравствуйте, да, я Татьяна. А чем могу быть полезной?
– Здесь недалеко от вашего забора мы нашли в канаве женщину. Её убили.
– Какой ужас! – вскрикнула тётя, закрыв рот рукой.
– Да, убийства случаются. Видите ли, дело в том, как они случаются. Ничего странного, если бы жертва была изнасилована и задушена, или же, допустим, погибла бы от черепно-мозговой травмы после того, как её бы выбросили на полной скорости из машины. Это, как ни прискорбно, среди подобных находок уже норма. Труп женщины, которую нашли в полукилометре от вашего дома и почти под самым вашим забором, имеет рваные раны горла. Такие, словно её загрызло дикое животное. Нам известно, что вы оборотень и, судя по всему, волчицу не держите при себе, – следователь указал на мою волчицу, безразлично валяющуюся под солнцем недалеко от нас.
– Я закон не нарушала, это моя собственность, хочу, выпускаю волчицу, хочу сама обращаюсь! – возмутилась я.
– Простите, только я не поняла, к чему вы клоните? – осторожно поинтересовалась тётя.
– А что тут непонятного? Есть жертва со рваными ранами, есть зверь способный эти раны нанести. Всё очевидно, и вы должны проехать с нами, – заявил полицейский, кивнув в сторону волчицы. – И её прихватите.
Я не стала спорить, забрав себе свою звериную половинку, обратилась к тёте:
– Приготовь, пожалуйста, горячий шоколад, я скоро вернусь, – уверенно произнесла я, на что полицейский усмехнулся.
По всему его виду было ясно, что он уже обвинил меня и раскрыл дело. Только я точно знала, что мы здесь ни при чём и это очевидно, только не для всех.
– Куда мы едем? В отделение?
– Тело женщины ещё не увезли, эксперты работают. Проедем к месту обнаружения трупа. Здесь всего-то метров пятьсот.
– Вы сказали, к месту обнаружения, значит, убили её в другом месте?
– Я этого не говорил, – усмехнулся мужчина. – Но вы мне нравитесь.
Через несколько минут мы уже были на месте и стоило только следователю выйти из машины, как к нему подлетел молодой парнишка и затараторил:
– Содержимое сумочки указывает на то, что жертва была проституткой. Кроме мятной жвачки и тридцати презервативов разного калибра, а также анальной смазки, ничего нет. Судя по тому, как стёрты задники её туфель, тащили её сначала по щебню, точнее скажу после экспертизы. А затем, вероятно, довезли сюда на машине. Убита в другом месте.
– Отчёт о проделанной работе оглашённый при подозреваемой. Вау! Ну? Обвинения с меня сняты? У меня нет на территории щебня, да и в моём ли положении таскать мёртвых проституток? – посмеялась я и следователь Пряников обласкал меня убийственным взглядом, таким, словно кнутом огрел.
– Что по ранам? – сухо спросил он у коллег, копошащихся возле жертвы.
– Определённо укус животного. Смертельный. Сонная артерия порвана, по предварительной версии, животное напало со спины, вцепилось в шею жертвы и убило её. Зуб даю на спине будут ссадины от когтей.
– Это не я и не моя волчица! Зачем нам убивать какую-то проститутку? При всём уважении к вам и вашим коллегам, это бред сивой кобылы! Она не еда! Смысла убивать её нет!
– Спокойно, если вы не виноваты, то мы разберёмся. Чего вы так разнервничались? – с ехидной улыбочкой поинтересовался Пряников.
– Ой! Действительно, а чего это я? Подумаешь, вместо того чтобы за завтраком выбирать своим близнецам кроватки, должна смотреть на этот ужас! Вы обвинили в убийстве меня, уже по факту наличия зубов! Даже не удосужились дождаться первых сведений, столько времени потратили на меня, когда могли бы искать реального убийцу! – кричала я, чувствуя, что влипла.
Доверия нашему следствию не было никакого. Им обвинить невиновного что раз плюнуть.
«Её загрызла кормящая собака, у неё щенки, она их видимо защищала.»– как бы между делом,лениво заявила моя волчица и я охнула от неожиданности.
– Что? Вам плохо? – перепугался следователь.
– Нет. Я слышу волчицу, не знаю, вам это поможет или как, моя волчица считает, что её загрызла собака...
– Как интересно, что ещё она может сказать?
– У неё щенки, у этой собаки, она их кормит.
– А след ваша волчица может взять? – спросил Пряников.
«Вот ещё!»– фыркнула моя звериная половинка, но выбора у неё не было.
Уже через минуту она обнюхивала тело неудачливой проститутки, а спустя полчаса вывела всю следственную группу к частной дороге, что была отсыпана щебнем.
– Подождите меня здесь, это может быть опасно, – предостерёг мужчина, вынимая из кобуры пистолет.
– Ну уж нет! Я не собираюсь стоять здесь одна! – заявила я, и это были непросто капризы. Мне и так было достаточно одиночества.
– Чёрт с вами, вы всё одно что бессмертны, – бросил следователь с нескрываемой завистью, а я подстраховавшись забрала волчицу себе.
Путь к дому занял ещё около десяти минут, нас громким лаем встретила собака. Не скажу, что большая, средняя и очень агрессивная с челюстями как у акулы. Кажется, это был бультерьер.
Она лаяла, кидаясь на забор, роняя нити слюней на пресловутый щебень и, если бы не забор, давно бы покусала каждого.
«Выпусти меня, я её могу успокоить,» – любезно предложила волчица и я пошла на это, забыв о безопасности и про закон.
Только волчица оказалась напротив беснующейся псины, та поджала хвост и заткнулась. Волчица рыкнула и собака, скуля унеслась прочь.
Всё это происходило безмолвно для меня. На каком-то ментальном уровне волчица подчинила волю собаки себе, заставив ту делать то, что нужно было ей.
– Класс, нам в отдел такая не помешала бы, – восхитился следователь.
– Я писательница, найдите себе другого оборотня.
«Это она её загрызла, а её хозяин подкинул труп к нашему забору,» – объяснила волчица, и сама вернулась ко мне, уткнувшись носом в мою ладонь.
Вернуться пришлось нескоро. Пешком возвращаться домой я не хотела, а следователь Пряников был занят задержанием хозяина собаки. Пришлось ждать около часа, пока Пряников смог меня подвезти домой. И стоило мне переступить порог дома, выпустить волчицу, как на меня налетела тётушка, желая выпытать все детали случившегося.
– Ну что там? Откуда труп? У нас не будет проблем? – засыпала меня вопросами тётя, взяв при этом за руку и ведя в столовую.
На столе стоял давно остывший шоколад в большой кружке, и я взялась за него. В последнее время меня тянуло не на мясо, а именно на шоколад и прочее сладкое, словно я не оборотень, а обычная беременная женщина.
– У нас проблем не будет, убийца собака, а труп подкинул её хозяин. Кстати, он не знал, что мы купили этот дом. Просто вывез на машине тело туда, куда успел.
– Ничего не поняла. Давай сначала, – попросила тётя, подперев голову рукой.
Я тяжело вздохнула, и всё же продолжила свой рассказ.
– Мужик, живёт здесь неподалёку на другой сторону дороги. Он хозяин старшинского терьера Лои, недавно ощенившейся пятью щенками, подхватил на дороге проститутку. Привёз её к себе в дом, чтобы предаться платной любви и как-то он не подумал, что его Лоя, став мамочкой озвереет и почует в проститутке угрозу своим щенкам. Она кинулась на женщину со спины и разорвала ей какую-то артерию. Потеря крови и моментальная смерть. По сути, это причинение смерти по неосторожности, я думаю, что его даже не посадят. Он просто испугался и поступил так глупо.
– Ужасы какие! А собаку эту бешеную застрелили? – спросила тётя, очень необдуманно.
Волчица, растянувшая вдоль окна, гревшая свои бока в лучах солнца, грозно зарычала, услышав подобное. В её зверином мире Лоя поступила верно.
– Нет. Наверное, владелец собаки и пытался тихо избавиться от тела несчастной. Боялся, что собаку потребуют усыпить.
– А её не требуют усыпить? Просто у нас скоро дети, а рядом припадочная псина, – волнуясь, спросила тётя.
– Я не знаю, но ты можешь не переживать, волчица не даст нас в обиду. Видела бы ты, как она хвост поджала от одного её взгляда. Ладно, я попью шоколад, точнее уже поем, а то он застыл, и мы поедем в город.
– Конечно, я пока вас ждала все окна померила, можно заказать тюль и шторы сразу для всего дома, а не только в спальни, – сообщила тётя, встав со стула.
– О шторах мы побеспокоимся позже, сегодня решим вопрос с нашей безопасностью.
– Ты о чём? – спросила тётушка, присаживаясь на место.
– Знаешь, вся эта история с собакой и проституткой у нашего забора показала мне, как мы уязвимы. Нам нужно организовать круглосуточное видеонаблюдение по периметру. Хочу, чтобы при повторении подобного, я могла предоставить алиби себе, своей волчице, а в будущем и детям.
– Не кажется ли тебе, что это слишком? – усмехнулась тётушка.
– Нет, вовсе не слишком. Кроме меня, защищать нас некому. Я хочу держать эту ситуацию под контролем. Сама посуди, не все любят оборотней, подставить нас подобным образом желающие найдутся, подожди только, эту историю в новостях покажут, – объяснила я, только тётя не восприняла всерьёз мои опасения.
– Глупости! Да теперь же всякие анализы, экспертизы и прочее. Даже если бы всё так не разобрались, то ту же слюну проверить и всё бы выяснилось, – спорила тётя, стоя на своём.
– Меня выдернули из дома за минуту, хорошо, что следователь привёз на место обнаружения трупа и труп ещё не увезли. Волчица не смолчала унюхав собаку и Пряников мимо ушей не пропустил. Мне только осталось оказаться на месяцок в СИЗО, пока специалисты исследуют слюни волчицы. Это решено! Мы едем в фирму по видеонаблюдению. У меня есть одна на примете, они ставили камеры в кабинете Максима. Здесь недалеко до них, даже в пробках не постоим.
– Ох, ладно! Пей, то есть ешь свой шоколад, я пола собираться. Ну хоть за пледами мы заедем? – спросила тётя, не терпелось ей начать обживать дом, создав в нём уют.
– Да, думаю, мы успеем. Кстати, я могу закинуть тебя в торговый центр, пока ты там выбираешь всё для дома, я съезжу, закажу видеонаблюдение, – предложила я, что было вполне разумно. Я знала, что тётя не отступится от своего мнения, а узнав, сколько это всё будет стоить, и вовсе схватиться за сердце.
«Ты меня оставишь здесь?» – поинтересовалась волчица, едва оторвав голову от пола.
– Нет, ты с нами поедешь, – ответила я и имела честь лицезреть волчье недовольство.
Тяжело вздохнув, волчица поднялась на лапы и неожиданно завыла, пугая тётю.
– Чего это она? – опешив, спросила тётя, не успев ещё уйти.
– Не любит магазины, – пожала я плечами, отдав всё внимание кружке с шоколадом.
У меня было целых десять минут наслаждения, когда я могла не думать о чём-то ещё, кроме божественного вкуса какао и молока.
Как и обещала, я высадила тётю возле торгового центра, а сама поехала за камерами. В фирме под названием 《Секьюрити》, меня радушно встретила приятная девушка по имени Дарья и, судя по всему, не узнала меня, либо же была равнодушна к происходящему. Она предложила чай с печеньем, я отказалась от угощения, и мы сразу приступили к выяснению чего же я хочу.
– На сегодня мы можем предложить вам пять вариантов видеонаблюдения. Есть камеры с дальностью видеофиксации от пяти до ста пятидесяти метров, – начала объяснять она. – Если вы хотите установить камеру с наблюдением на дом, я вам советую взять модель Лион. Зум до ста пятидесяти метров с качеством до восьми мегапикселей. Ночная видеосъёмка. Датчик движения и обзор на триста шестьдесят градусов. Она не из дешёвых, зато вы получите отличную картинку, по ней хоть лица распознать будет можно. Идеально подходит для уличного видеонаблюдения. Есть камеры и попроще, но...
– Не нужно попроще. Мне нравится эта модель, о которой вы говорите, – оборвала я.
– Хорошо, сейчас посчитаю, сколько будет стоить с установкой и подключением. – Дарья с улыбкой отвлеклась от меня, уставившись в монитор ноутбука буквально на минуту. – Полностью все работы вместе с камерой обойдутся вам в двести три тысячи, – объявила она, произведя расчёты.
– Угу, – кивнула я, прикидывая в уме, хватит ли мне денег на всю территорию.
– Оформляем? – спросила Дарья, потянувшись за бумагой для принтера.
– Да, только нужно посчитать, сколько камер необходимо. Я, если честно, не помню наверняка, участок неровный. Одна сторона около полутора километров, к северу участок идёт на расширение, там около двух километров, может быть, чуть больше. В цифрах не помню, не додумалась документы взять. Это ширина. Длина участка по два километра с каждой стороны. Получается, если на каждые сто пятьдесят метров по камере, то нужно камер пятьдесят? Верно? – уточнила я.
– Вам так много нужно! Такими крупными заказами у нас занимается сам директор, Артур Станиславович. Идёмте, я вас провожу к нему, – встрепенулась Дарья, подрываясь с места.
– Хорошо, – согласилась я.
Поднявшись, я проследовала за Дарьей и чем ближе мы подходили к кабинету директора фирмы, тем сильней я ощущала волнение волчицы.
《Что с тобой?》– поинтересовалась я, сбавляя скорость шага.
《Я чувствую оборотня! Волк! Альфа другой стаи!》– заявила волчица, настораживаясь.
《Он для нас опасен?》– спросила я у волчицы, встав на месте.
– Вам плохо? – спросила меня Дарья, заметив, что я остановилась.
《Нет, не опасен, вроде,》– неуверенно решила моя звериная половинка.
《Ну спасибо, что предупредила.》
– Нет, просто так быстро, – с улыбкой наврала я девушке, почёсывая живот.
Дарья понимающе кивнула и, дождавшись меня, постучала в дверь к директору.
Проходила я к Артуру Станиславовичу с опаской. Увидев меня, брови мужчины удивлённо приподнялись, а сканирующий надменный взгляд прошиб меня словно током шандарахнуло. Такого волнения я не испытывал, даже когда шла в первый класс. Встреча с подобным оборотнем другой стаи была для меня в новинку и, надо заметить, не особо-то приятную. Чувствовалась эта звериная настороженность и желание защищать свои границы от чужака, то есть от меня.
– Артур Станиславович, женщина хочет территорию оснастить видеонаблюдением. Остановились на модели Лион, нужно минимум двадцать пять штук.
– Спасибо Даша, чай нам сделай, пожалуйста, – попросил он и обратился ко мне; – Не ожидал встретить вас, Татьяна. Я для вас просто Артур.
– Я присяду? – спросила я, опасаясь этого оборотня.
《Он не опасен,》– выдохнула волчица. Она успокоилась сама, успокаивая тем самым и меня.
– Конечно. Так вы хотите установить видеонаблюдение? – спросил красавец-мужчина, удостоив меня обворожительной улыбки, идущей в тандеме с его взглядом надменных глаз, беспощадных в своей красоте, призванной разбивать женские сердца, только не верное волчье.
У Максима то же были красивые глаза, хотя и не столь порочные при всей его нахальности. Всё же правду говорят – глаза, зеркало души.
В сочетании с вороным цветом волос его ясные сапфировые глаза в обрамлении чёрных ресниц выглядели невероятно притягательно. Хотелось смотреть в них постоянно и это не нравилось мой звериной половинке. Она злилась. Ревновала.
– Да. Сегодня меня, точнее, волчицу мою, чуть не обвинили в убийстве проститутки. Хочу обезопасить себя, – призналась я, чувствуя себя неловко.
Общаться с чистокровным оборотнем мне ещё не приходилось, Максим и его семья были не счёт.
– Да уж, – усмехнулся мужчина. – А Максим? Я слышал, что вся его стая уехала из страны.
– Да. И я не знаю где он.
– Это странно, а учитывая ваше положение... – оборотень бросил короткий взгляд на мой живот, недоговорив.
– Максим не знает. Он разозлился, возможно, опасался последствий после моего признания. Я его не осуждаю, – с грустью призналась я.
– Вы, конечно, перевернули мир оборотней своим признанием с ног на голову, но оно и к лучшему. Я уже спас трёх человек, – похвастался Артур, всё с той же улыбкой, способной пленить любую женщину.
– Это прекрасно! Жаль, на моём счету лишь одна девочка. Как-то не до спасения.
– На самом деле на вашем счету гораздо больше спасённых жизней. Если бы не ваша решимость, я бы не спас никого, – решительно отрезал Артур.
От беседы нас отвлекла вошедшая в кабинет Дарья. На подносе она несла ароматный чёрный чай и печенье в хрустальной вазочке. И я как настоящая домовладелица подумала, что хочу такую же себе домой. Даже придумала, куда поставлю.
– Ваш чай.
– Спасибо, Даша.
После ухода Дарьи, мы больше не вернулись к разговорам на тему оборотней, а перешли к делу. Попивая чай, Артур занимался моим заказом, изредка спрашивая у меня нужную ему информацию, а когда всё закончил, выдал мне документы.
– Договор сегодня подписывать не будем. Возьмите пока почитать этот экземпляр. К вам уже сегодня могу отправить нашего инженера. Он посмотрит участок. Составит список необходимых работ и определит точное количество камер. Тогда определимся о финальной сумме и времени необходимом для работы.
– Спасибо.
– Вот здесь мне свой номер напишите и адрес, – припросил Артур, подвинув ко мне листок бумаги для записей. – Созвонимся и всё решим.
– Хорошо, до свидания.
– До встречи, Татьяна, – с улыбкой попрощался Артур, вогнав меня в краску напоследок подмигнув своим сапфировым глазом.
《Кобель!》– возмутилась моя звериная половинка и я поспешила унести её подальше.
Вернувшись к торговому центру, где я оставляла тётю, выяснила, что она ещё и половину своего списка не отоварила. Нашла я её возле стенда с посудой. Тётушка выбирала тарелки, которых изначально в списке не было.
19
Глава 19
Проснулась я оттого, что кто-то тряс меня за плечи. Едва разлепив свои очи, увидела перед собой, конечно, тётушку.
– Таня, вставай! Уже полдень!
– Что случилось? – простонала я, перекатываясь с одного бока на другой. Эти дети отдавили мне все внутренности, оттого-то я и дрыхла каждую раз всё дольше, ибо всякое пробуждение несло за собой боль в печени и почках, а ещё в спину отдавало.
– Там мужчина к тебе приехал.
– По камерам? – удивилась я, ведь ещё вчера всё решили, и я даже внесла аванс.
– Нет, это фермер. Он привёз для волчицы еду. Живую... – с грустью протянула тётя.
– Так прими, я-то тебе зачем? Там уже оплачено, – пробурчала я в подушку, в тщетных попытках снова отдаться сладкому безболезненному сну.
– Нет, давай ты сама. Я не могу на этих бедолаг смотреть. Одно дело кусок мяса на рынке купить, а этот живой корм, без меня. Поднимайся! – властно потребовала тётя от меня, несмотря на то, с какой печалью в голосе она говорила о прибывшей на убой живности.
– Ладно... Встаю...
Лишь чудом я отодрала себя от кровати. Накинула халат и прямо в домашних тапочках пошла встречать свой живой заказ.
– Здрасте! Куда выгружать? – хмыкнул мужчина, потирая лямку джинсового комбинезона. Последний, надо сказать, мечтал, чтобы его освежили.
– Да сюда, прямо и выгружайте, – велела я, щурясь от яркого осеннего солнца.
– Что, прямо так? Разбегутся ведь, – резонно заметил фермер.
– Ну, так, она поймает, – объяснила я, махнув на волчицу.
Из-за фургона давно показывались едва подрагивающие волчьи уши. Моя волчица вся дрожала от нетерпения и жаждала настоящей охоты.
– Ох тыж! Предупреждать надо! Убирай её! – хуже порося разорался фермер, резко переходя на ты.
Я спорить не стала, нужен был результат. Забрала свою звериную половинку себе и ждала, как выгружают порося, уток, кроликов, а те дают дёру в разные стороны.
– Спасибо! – крикнула я вслед быстро удаляющемуся грузовику, желая быть вежливой. Конечно, ответа не последовало.
– Приятного аппетита, – произнесла я, выпуская волчицу.
Та даже не взглянула в сторону хоть кого-то. Опустив свой пушистый зад напротив меня, не дала мне вернуться в дом.
《Ты должна обратиться,》 – заявила волчица.
– Вот ещё! У меня дел полно, не хочу я носиться по лесу за поросёнком, – отмахнулась я, обходя хитрое препятствие двумя метрами.
《Ты должна! Это полезно для волчат!》– продолжила наставать волчица, преследуя меня и практически наступая на пятки.
– Детьми манипулировать нельзя! Это запрещённый приём! Мне нужно книгу писать, нужно начинать ещё одну, иначе это последний поросёнок, которого я смогу тебе позволить с такими тратами. Твоё содержание влетает в копеечку, а на подходе ещё трое! – не без сожаления заметила я, ещё сильней начав ценить свои книги и возможность заработать на них.
Если бы ни мои романы, что люди хватали как горячие пирожки, а издательства дрались за право печати и озвучки, нам пришлось бы туго.
《Ты должна охотиться со мной и есть мясо. Пока ты находишься в моём теле, твоя человеческая оболочка восстанавливается. Выносить троих оборотней нелегко.》– волчица продолжила меня убалтывать с резоном.
– Хорошо, хорошо, – согласилась я, заходя в дом и ловко захлопнула дверь перед самым носом волчицы.
– После моего завтрака обсудим! – крикнула ей.
Волчица недовольно мотнула головой и сев перед дверью завыла.
– Опять?! – охнула тётушка, выронив от неожиданного волчьего соло из рук коробку молока.
– Привыкай, мне досталась волчица-стерва, – развела я руками, держа курс в столовую, когда до меня донеслось:
《Сама такая!》– фыркнула в ответ моя волчья половина и что-то ещё там подумала, только я отошла далеко и уже не слышала её ворчания.
Раскачивалась я аж до вечера. Всё это время моя волчица терпеливо ждала, пока я заберу её себе и позволю взять над собой верх. Прежде чем обернуться, я разделась догола и аккуратно сложив вещи на кровати, встала у зеркала. Чувствовала толчки малышей, любуясь прилично большим животом, и по сей день не верила, что это я. Лишь наглядевшись на свои раздувшиеся телеса, я отдала волю волчице.
Уже привычно было выпускать свою звериную половину на волю, только каждое полное обращение было для меня до сих пор словно прыжок в воду без запаса кислорода. Волнение ударяло в кровь мощнейшей дозой адреналина, я на секунды задыхалась и, лишь полностью встав на четыре лапы, успокаивалась.
《 Тебе понравится,》 – с довольной ухмылкой произнесла волчица, поглотив человеческое тело своим звериным.
А ведь и правда, будучи единой с волчицей в её теле, я лишь питалась покупным мясом. Охота зверя оказалась для меня совсем иным и неизведанным миром. Только мысли про это отпали, когда ещё три жизни под сердцем ворвались в моё сознание яркими картинками. Будучи волчицей, я ощущала своих малышей совсем иначе, чувствовала их ярко и видела маленькие ручки и ножки, точно зная, что это девочки, хотя по УЗИ пол так и не смогли определить.
《 Это девочки! У нас будут дочки!》 – радостно закричала я.
《 Я знаю, 》 – нежно ответила волчица, а вся та любовь, что она питала к нашим малышкам донеслась и до меня, окутав безграничным ощущением тепла и уюта.
Звук биения их маленьких сердец довёл меня до слёз и пока я плакала, умиляясь тему, что поняла, моя звериная половина вышла из дома, спустилась с крыльца и понеслась вглубь леса, начав охоту.
Я в этот процесс включилась лишь тогда, когда волчица взяла след кролика. Она петляла по его следам, делая лишние круги, строго отслеживала все кроличьи зигзаги, делая изредка паузы. Зарываясь носом в землю и ловя самые неуловимые тонкие как леска нити запахов, она уточняла нужное направление. Резкий звук треснувшей ветки словно хлыстом ударил по слуху, заставив испугаться. Огромное сердце забилось бешено и гулко, волчица резко развернулась и стремглав понеслась по лесу, глубоко дыша. Запах, доносившийся до моего сознания, был вовсе не предыдущий и не имел к кролику никакого отношения.
