Текст книги "Писательница для оборотня (СИ)"
Автор книги: Ева Мирова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)
В маленькой машине началась обычная девичья паника, когда Макс, добежав до неё, несколько раз стукнул кулаком по удаляющемуся капоту.
– Стой, зараза! Пузикова! Выйди из машины, идиотка! – гневно орал он, ускоряя тем самым мою спасительницу.
Поняв, что мы и не думали выполнять его требование, бывший шеф рванул к своей машине и пустился за нами в погоню. Света лавировала на маленьком матизе как могла, но он, любитель погонять, быстро нагнал нас и стал прижимать к обочине.
Погоня длилась меньше минуты, ведь блондинка, испугавшись, вылетела на встречку под здоровенный мусоровоз. Раздался визг тормозов и скрежет метала, а после звон бьющегося стекла. Всё тело мне пронзила адская боль, и в глазах стремительно потемнело.
Лучше бы я так и пребывала в безмятежном неведении, но адский приступ жгучей боли в ногах вернул меня в сознание. Я с трудом смогла сделать вдох, чувствуя ещё и резь в животе. Пошевелиться удавалось с большим трудом, и я лишь опустила взгляд вниз, заметив торчавший из моего бока какой-то пластиковый обломок. Очень походило на то, что последний был от разлетевшейся панели матиза.
Крови я почему-то не видела, но вот ноги… Такая боль не предвещала ничего утешительного, а мне было страшно и шевельнуть ими. Для полного фиаско оставалось только понять, что от них ничего не осталось.
Искорёженный металл, крики людей и дым, идущий откуда-то спереди– всё сливалось в кошмарный сон с удушливым запахом горящей химии.
– Пузикова! Какого чёрта? Идиотка! – В окно, а если точнее, то в ту дыру, что от него осталась, с громким матом влез Макс.
Он выглядел сердитым и белым как побелка для потолка.
– Чёт не очень, – хотела произнести я со смехом, но вышел лишь жалобный скулёж.
– Ничего, подлатают тебя. Спасатели уже здесь, да и скорая подъезжает, – успокоил меня шеф, трясущимися руками выбирая из моих волос осколки стекла.
Я взглянула в сторону водительского места, но моей новой знакомой там не было.
– Живая она, только шишка на голове. Весь удар пришёлся на твою сторону, ты под мусоровозом застряла. Её увезли уже на попутке, – ответил Максим на мой немой вопрос.
– Вытащи меня, – попросила я.
– Нельзя, у тебя ноги зажаты, а дверь заклинило. Вытащить не получается, да и без врачей не полезу. Ты не отключайся! – потребовал он.
– Больно… Очень. – Я всхлипнула, уже не в силах терпеть жжение ниже пояса.
Боль только нарастала, и дышать из-за неё становилось всё тяжелее. Хотелось только зажмуриться, не дышать и не шевелиться. Казалось, что даже мысли причиняли мне боль.
– Терпи, дорогуша, терпи. Нечего было бегать, ты же писательница, а не спринтер, – недовольно пробубнил Аристов.
– Молодой человек, отойдите, – послышалось со стороны подошедшего врача.
Группа людей в форме отстранила Максима от искорёженного автомобиля, и больше я его не видела. Врачи и спасатели ближайшие полчаса, которые длились вечно, оставались единственными, с кем я общалась. Было больно, а ещё страшно, что бывший шеф, от которого я так стремилась убежать, вдруг уедет, оставив меня одну.
Меня очень долго не могли достать, а когда доставали, я вновь пожалела, что пришла в себя. Из того, что осталось от машины, меня переложили на каталку, одномоментно сделав несколько уколов в бёдра. Обезболивающее почти не помогало, а я ещё и посмотрела на ноги. Они были переломаны, причём каждая в нескольких местах.
«Теперь мне точно спринтером не стать…» – с горкой усмешкой поняла я. Осознание было молниеносным, отчего сердце забилось быстрее, а потом меня вновь поглотила тьма.
Пришла я в себя в каком-то странном месте. Скорую и путь в больницу, если тот вообще был, просто не помнила. Вокруг были кирпичные стены, в воздухе чувствовалась сырость, а само помещение напоминало подвал старого дома. Всё вместе совсем не позволяло мне подумать, что я находилась в больнице.
«Я что, умерла и попала в ад?» – пришла ко мне мысль, полная страха.
– Что ты сказала? —донёсся голос шефа из темноты дальнего угла.
– Макс, это ты?
– Ага. Так что ты там про ад мямлила? – фыркнув, недовольно переспросил он, выходя на свет, исходящий от тусклой лампочки под потолком.
– Я ничего не говорила… – шепнула в ответ, чувствуя что-то странное, но никак не связанное с травмами после аварии.
– Так и я молчал.
– Что? Что ты сделал со мной? – В панике откинув покрывало, которым была укрыта, я ошалела, в ужасе прикрывшись им снова.
Уставившись на Максима, что так и стоял, замерев в нескольких шагах от меня с непроницаемым лицом, я гулко сглотнула.
– Ты… Ты обратил меня? – тихо спросила у него.
Понимание этого было таким, словно меня окатили ледяной водой, лишив возможности дышать.
«Другого выбора не оставалось, иначе бы ты умерла», – каким-то образом ответил он, даже не шевельнув губами.
5
Глава 5
Осознать новую жизнь уже не совсем человека было непросто, но сложнее оказалось перенести полное обращение и научиться пользоваться незнакомыми навыками. Я даже не успела собраться с вопросами, роившимися у меня в голове, что адски болела, как мои руки стали обрастать шерстью.
Уже не будучи собой, но видя всё вокруг, я со скулежом свалилась с кровати на бетонный пол. Попытка подняться была максимально неудачной, ведь мощные волчьи лапы подо мной разъехались в разные стороны. Сердце забилось в панике, а я жадно хватала воздух пастью и, как мне казалось, не умела ровным счётом ничего.
– Ляг! Ложись, я сказал! – строго потребовал Максим, по-прежнему находившийся в человеческом облике.
Он схватил меня за шею, с силой толкая на пол, а я остро почувствовала его тепло, запах и чувство волнения за меня.
«Что происходит? Не могу стоять!» – в панике мысленно выкрикнула я, даже не надеясь быть услышанной.
– Спокойно. Всему предстоит ещё научиться, – сказал он, пытаясь меня успокоить, только вот я чувствовала его неуверенность.
Он говорил то, во что и сам не верил.
Паникуя из-за этого, я вновь попыталась подняться. От неумелого дыхания в горло мне залетали текущие слюни, и было непонятно, как в таком облике кашлять. Задыхаясь, я вырвалась из рук Максима и заметалась по помещению, только и успевая перебирать лапами, в попытке зацепиться когтями за пол.
Снеся кровать, под грохот от её падения я врезалась в кирпичную стену и заскулила. В глазах всё поплыло, и я, сфокусировав взгляд, попыталась снова подняться. Эту попытку прервал появившийся волк, схватив меня где-то в области холки и придавив своим весом к полу. Как бы ни было странно, но подобное не привело к новому витку паники. Наоборот. От тепла, исходившего от зверя, и его чёткого стука сердца, я будто бы успокоилась.
Или это была не я?
В теле волчицы, придавленной к полу волком, я пробыла недолго. Вскоре мне удалось вернуться в первоначальный облик, что стало понятно, когда я голым телом ощутила холодный бетон, попутно чувствуя какое-то странное покалывание в руках и ногах. Не успела я оглянуться и хоть немного прийти в себя, как рядом появился обнажённый Макс и принялся материться, как сапожник.
– Теперь из-за тебя ещё и одежду искать! – ругался он, тряся надо мной клочками от своих вещей. – Даже трусы по швам, ну что ты Пузикова за зараза то такая?! Из-за тебя мы теперь в полной заднице!
– Ч-что? —подрагивая, пролепетала я, хотя и была возмущена его наглостью.
К горлу подступил комок, а на глазах у меня почти сразу же проступили слёзы.
«Сначала напугал до полусмерти, потом уволил и бросил, даже кровати не дал, а в итоге ещё и зачем-то обратил. Лучше бы дал сдохнуть тогда…» – пришла ко мне неутешительная мысль. Ещё немного – и я бы разрыдалась, спрятав лицо в ладонях, но перепачканные бетонной пылью руки шефа резко притянули меня к себе.
– Ну-ну, чего ты сопли разводишь? Я сгоряча, прости. Ну, Пузикова! Тише… – прошептал он, опять намеренно коверкая мою фамилию.
Не выдержав, я всё же разревелась, ведь не понимала, что и как будет дальше. «Какая жизнь меня ждёт? Кто я вообще теперь такая? Написав книгу про оборотней, я просто выдумала её сюжет, но мне бы никогда и в голову не пришло, что я сама окажусь в волчьей шкуре», —рассуждала про себя, давясь от горьких рыданий.
– Тихо, я сказал! – неожиданно рявкнул Максим, хватая меня за подбородок.
Прищурившись, он посмотрел мне в глаза. Долго и пристально, словно в гляделки играл. И так его взгляд на меня раньше не действовал. Я быстро перестала реветь, ощутив по телу волну успокаивающего тепла, а вместе с ним и уверенность в том, что всё наладится. Причём я знала, что подобное мне внушил Макс.
– Успокоилась? – поинтересовался он.
Я лишь моргнула в ответ, потому что его пальцы всё ещё фиксировали мой подбородок. Ни кивнуть, ни слова сказать не удалось бы.
– Отлично. Итак, Пузикова, мы с тобой в заднице! Причём в той её стороне, где света в конце тоннеля ждать не приходится, – заявил Аристов, опровергая ту уверенность в хорошем исходе, которую сам же недавно и внушил.
Выдернув из-под перевернувшейся кровати простыню, он подал её мне.
– Где мы? – осторожно спросила я, лишний раз боясь говорить с ним.
Максим выглядел таким злым, что мной отчего-то ощущалась вина.
– Заброшенная часовня. Всё, что я успел организовать. Но нам пора отсюда уходить, причём срочно, а шмоток у меня, сама видишь, никаких не осталось.
– Прости, – пробормотала я, замотавшись в единственное, что было. Хотя…
– Ты не виновата. Я должен был подумать, что может произойти обращение.
– Там одеяло ещё есть. – Вздохнув, я указала за кровать.
– А из наволочки мне шапочку смастерим, ну или тебе трусы. – Шеф усмехнулся. – Дойдём до первой психушки! А что, неплохая идея скрыться среди душевнобольных. Там нас, наверное, искать не станут.
– Я против, – буркнула в ответ, поскольку насмотрелась в последние несколько недель сериалов по телику про психов или маньяков.
Мне не хотелось, чтобы меня кололи препаратами, которые могли превратить человека в овощ.
«А если я снова стану волчицей, но при свидетелях? Тогда меня, небось, на опыты отдадут?!» – задумалась я, досадливо морщась.
«Тяжёлый случай… Совсем шуток не понимаешь, что ли?» – мысленно проворчал Макс, который и в самом деле достал одеяло, чтобы обернуться им по пояс.
– Я пока ещё на колёсах. Заедем в одно место, там прибарахлиться можно, – проговорил он вслух и без промедления шагнул ко мне, сразу же подхватывая на руки.
Вскоре шеф донёс меня до авто, постоянно косясь на мои губы.
– Что такое? – спросила я, когда Аристов усадил меня в машину.
Подобрав валявшееся там на сиденье зеркальце, я посмотрела на собственное отражение. Впрочем, всё оказалось в порядке. Исчез даже маленький шрамик, что был у меня ещё с детства, оставленный коготком кошки Муськи по контуру нижней губы.
– Что? —Максим удивлённо посмотрел на меня.
– Ты так на мои губы глядел, словно из них волчий хвост торчит! С ними всё в порядке, – обрадованно заключила я, хотя в такой ситуации это и звучало бредово.
– У тебя здесь полосочка белая была. Исчезла, – хмурясь, объяснил шеф, поражая меня своим заявлением.
Я всегда думала, что мужчины к подобным вещам и не присматриваются вовсе.
– Так странно. Ты не помнишь, когда у меня день рождения, не знал, что я вегетарианка, хотя у нас было сто пятьсот совместных ужинов, а едва заметный шрамик увидел? Очередное доказательство, что мужиков волнует только внешность!
– Бред! – отрезал Максим, заводя машину, которая оказалась не его.
– Хм, а может, ты меня обратил не потому, что я могла умереть? – спросила в ответ, прищурившись и вглядываясь в его профиль.
«Дура!» – безмолвно заявил шеф.
– Пристегнись, Пу-у-узикова, а то снова придётся тебя из салона выскребать, – протянул вслух он, дополнив своё замечание ехидным смешком.
Несколько минут мы ехали в тишине, пока выбирались по гравийной дороге на трассу. Впрочем, стоило только Аристову влиться в общий поток машин, как он снова со мной заговорил:
– Если нас гайцы остановят, то говорим, что мы нудисты. И что пока мы питались силой солнца, у нас украли одежду.
– Нас тогда точно в психушку закроют.
– Не закроют. Что ты сейчас чувствуешь? Волчицу слышишь?
На его вопрос я ответила с некой заминкой, сначала прислушавшись к себе.
– Нет, иногда только слышу твои мысли.
– Не иногда, ты слышишь все мои мысли, а я – все твои.
– Какая досада, – попыталась я пошутить, но брошенный на меня короткий взгляд Макса отбил у меня всякое веселье.
– Вот уж не планировал обзаводиться истинной парой, да ещё и таким образом, – зло хмыкнул он, сжимая руль добела напряжёнными пальцами.
Разволновавшись, я тяжело задышала. Дико зачесались руки, отчего мне даже показалось, что из них начала расти волчья шерсть. Слава богу, только показалось.
– О чём ты говоришь? Что значит, истинная пара? Я твоя пара? – собравшись с мыслями, задала я глупый вопрос для писательницы, написавшей об этом роман.
– Твоя волчица истинная пара для моего волка. Всё, как ты в книжке написала, – хмурясь, подтвердил Максим.
Судя по выражению его лица, данная новость была ему совершенно не нравилась, что вызвало у меня стойкое чувство обиды. Всё тело покрылось мурашками, а глаза защипало от слёз. Я даже и не ожидала от себя, что могла быть такой плаксой. Сложившаяся ситуация вызывала у меня лишь негативные чувства.
– И как? И что теперь будет? – спросила я, с трудом подбирая слова.
Мой голос предательски дрожал, а по щекам всё же скатилось несколько слезинок. Хорошо, что Аристов следил за дорогой, и я успела их незаметно смахнуть.
– Не знаю, – пожал плечами шеф, не внося никакой конкретики.
Его тон был таким, словно я была назойливой мухой и жутко ему мешала.
– Нам ещё долго ехать?
– Часа три.
– Тогда полезу на заднее. Что-то меня в сон клонит, – соврала я и, отстегнув ремень безопасности, перелезла назад.
Там я легла на сиденье и, отвернувшись лицом к его кожаной спинке, смогла выплакаться, ведь не думала, что Макс мог заметить. Я не рыдала в голос, а просто вытирала уголком простыни слёзы, которые, как мне казалось, беззвучно текли из глаз. Причин для подобной реакции я и сама не могла понять. Аристов не хотел быть со мной и, по всей видимости, меня подобное очень задело. Наверное, поначалу решив, что наши свободные отношения – это нормально, я сама себя так обманывала. Просто боялась признаться, что хотела большего, чем просто секс, а теперь до меня наконец всё дошло. Только вот шеф и от свободных отношений со мной отказался, поэтому глупо было ожидать, что он мог обрадоваться, узнав об истинности наших волков.
Пока мы ехали, меня сморил сон, и я уснула, выплакав все обиды. Когда же нам удалось добраться до места, Максим разбудил меня.
– Приехали! Просыпайся, рёва-корова! Бутик дядюшки Руслана к вашим услугам, только сена здесь не предлагают! Могу спросить, чем ещё коровушек кормят?
Распахнув заднюю дверь, он опёрся на неё, встав передо мной словно римский правитель в белой тоге. Зевнув, я понуро выбралась из машины. Всё тело у меня затекло от неудобной позы и, пока я разминалась и оглядывалась, к нам поспешила незнакомая мне рыжеволосая девушка.
– Привет, Макс! —Она изящно помахала Аристову и нежно улыбнулась.
Шеф же буквально шею себе свернул, встречая её плотоядным взглядом.
– Привет, Викуша! – ответил он, когда та подошла ближе. – Родители дома?
– Папа дома, а мама к соседке ушла, кажется.
– Шмотками не богата? Приодеть бы надо. – Макс взял меня под руку и потянул вперёд, обращая на мою персону внимание девушки.
– Здравствуйте, – неуверенно поздоровалась я, кутаясь в простыню.
– Невеста твоя? – усмехнувшись, спросила Викуша.
И мне бы хотелось назвать её уродиной, но она была красива. Длинные волосы ниже талии, ясные голубые глаза, тонкие черты лица и милые веснушки, что украшали её вздёрнутый аккуратный нос – всё казалось идеальным и гармоничным. Про длину же её стройных ног и вовсе говорить не стоило. Я такими точно похвастаться не могла.
– Скажешь тоже, – весело отозвался Аристов, и я окончательно потеряла уверенность в себе, сгорбившись и опустив взгляд на свои грязные босые ноги.
– Максим? —позвал с крыльца какой-то мужчина. —Идите в дом!
Он был очень похож на отца Макса, поэтому я поняла, что незнакомец, вполне вероятно, являлся дядей моего шефа.
– Идём. Викуш, платье ненужное какое-нибудь пожертвуй, – походя попросил Максим, одарив рыжую красотку улыбкой.
Мы пошли к дому, на крыльце которого стоял родственник моего шефа.
«Если он его дядя, то Максим что? Пускал слюни на свою сестру?! Фу! Извращенец!» – мысленно возмутилась я, забыв, что уже и думать не могла спокойно.
– Дура. Она мне по крови никто, – ответил Макс, посмотрев на меня волком.
– И какого хрена ты вытворил?! – зашипел незнакомец, хватая его за одеяло.
– Воу-воу! Полегче! У меня выбора не было. Одежду дашь или так и будем здесь стоять? – спросил шеф, глядя на точную копию собственного отца и ухмыляясь.
– У тебя не выбора не было, а мозгов, похоже! Идите в дом, – велел мужчина, отпустив нерадивого племянничка.
«Да уж, с мозгами у него явно беда…» – посетовала я про себя.
– Пузикова! Ты что-то разболталась, – выдохнул Максим, затыкая уши, что неожиданно заинтересовало меня.
«Помогает?» – в мыслях спросила я, уже подумывая прикупить беруши.
«Нифига…» – огорчённо подумал Аристов, но руки от ушей не убрал.
– Здесь присаживайся. – Хозяин дома указал мне на диван в гостиной, а сам ушёл поговорить с племянником наедине.
Затихнув в ожидании, я огляделась. Дом явно не был полон детей, ведь никаких игрушек вокруг не наблюдалось, равно как и детских фотографий, как было, помнится, у Макса. Я даже засомневалась в том, что дом принадлежал оборотням.
Вскоре в гостиной показалась Виктория.
– Платья нет, но есть костюм. – И она, словно бы издеваясь, выдала мне спортивные трико и мастерку.
– Спасибо. – Улыбнувшись, я приняла от неё вещи, а потом встала с дивана и, прикинув штаны, с огорчением поняла, что нормально их носить не могла. Штанины волочились по полу, а подвернуть их не позволяла модель.
– Блин, великовато! Ладно, погоди, я ещё что-нибудь посмотрю, – пробормотала девушка, но затем спохватилась и с сомнением предложила: – Может, пойдём со мной? Проще ведь сразу прикинуть!
Она увела меня к себе в комнату, миновав которую мы попали в гардероб. Платьев там правда оказалось немного, но все были слишком праздничными на вид.
– Наверное, тебе подойдёт юбка. Есть вот такая. Она на шнурке, затянешь по талии. – Вика вытянула из глубин вешалку с синей коротенькой юбкой в гармошку.
– Да, отлично, – отозвалась я, поспешив с выводами.
Юбка смотрелась на мне неприлично короткой, а её длина даже при наличии нижнего белья была критичной. Последнего у меня не наблюдалось, и я стушевалась, оглядывая вываленные передо мной из шкафов горы одежды.
– Посмотри и выбери всё, что тебе нужно. Верх можешь взять любой. А я пойду обувь гляну. У тебя какой размер ноги?
– Тридцать шестой, – ответила я и взглянула на ноги рыжеволосой красавицы.
У неё был, как минимум, тридцать девятый, но лучше большая по размеру обувь, чем ничего.
– Сейчас у брата гляну. Похоже, у него как раз сейчас тридцать шестой. Кроссовки же унисекс. – Виктория мило улыбнулась и вышла из гардеробной.
Она возилась со мной около часа, но подобрала для меня полный комплект одежды, белья и обуви. Более того, девушка даже позволила мне сходить у неё в душ.
Под струями горячей воды я оглядывала своё тело и не находила на нём ни единого шрамика. Отметины на сбитых в детстве коленках или от порезов ножом при готовке просто исчезли с кожи. Всё было так, как я и писала в романе. Только волчицы я до сих пор не чувствовала, хотя по моей задумке оборот и должен был проходить быстро.
– Ты голодна? – спросила Вика, когда я полностью привела себя в порядок.
– Не откажусь от… – начала было я, но запнулась, думая только о мясе.
«Чёрт! Я же не ем мясное!» – чертыхнулась про себя, прикусив губу.
– Есть отбивная, курица, индейка, говядина и ещё с десяток мясных блюд. Я же верно понимаю, что ты… – Девушка замолчала, сканируя меня ясными глазами.
«И как ответить, чтобы не выдать тайны? А вдруг ей обо всём знать не положено?» – задумалась я, но потом всё же ответила:
– Я как Максим. А ты?
– Боже упаси. – Она усмехнулась, сопровождая меня на кухню. – Мама сошлась с папой, когда была беременна мной, так что я не оборотень. Выбирай.
Открыв холодильник, процентов на семьдесят забитый мясными блюдами, Виктория посторонилась, дав мне возможность что-нибудь взять самой.
– На плите ещё жаркое с телятиной. Кстати, оно ещё горячее. Будешь? – любезно спросила девушка.
– Да. То, что надо.
– А чего папа на Макса так взъелся? Не знаешь? – полюбопытствовала она.
– Нет, – откликнулась я, пожав для убедительности плечами, хотя и сама ещё не понимала, что можно было рассказывать, а что не стоило.
– А как вы в таком виде очутились?
Сначала мне хотелось что-нибудь придумать, но потом я подумала: а зачем? Легенда ведь уже была, поэтому я в следующие мгновения её и озвучила:
– Мы с Максом нудисты. Пока питались силой солнца, у нас украли одежду.
Девушка прыснула от смеха, но не отстала от меня. Её любопытству можно было бы позавидовать, равно как и длине её стройных ног.
– Поэтому вы притащились за одеждой к нам? – с подозрением уточнила она.
– Перегрелись. Много солнца вредно, – сообщила я, уже сама поверив во всё.
– Ну да. Нудисты ведь шляп не носят. – Вика усмехнулась, но наконец решила оставить меня в покое.
Я даже успела немного поесть, отмечая про себя, каким прекрасным оказался вкус мяса, а ещё то, что мне уже не было жаль забитого ради еды животного, когда на кухне появился шеф. Появился совсем несвоевременно, ведь я только распробовала блюдо и как раз, пусть ещё и не доев, подумывала попросить добавки. Он был уже одетым и готовым к дальнейшей дороге.
– Пузикова! – громко выкрикнул Максим, снова коверкая мою фамилию. – Хватит жрать! Поехали!
Не слушая его, я затолкала ещё несколько кусков мяса в рот и только потом встала из-за стола. Почему-то я сильно сомневалась, что он мог озаботиться по пути моим пропитанием, ведь до сих вспоминала комнату без кровати.
– В машине поешь, – утешила меня Виктория, с милой улыбкой вручая мне бутерброд с чем-то мясным и пачку апельсинового сока.
– Спасибо, – поблагодарила её в ответ.
Едва я успела сесть в машину, ещё не захлопнув дверь, как Макс рванул с места.
– Поприличнее одежды не нашлось? – недовольно спросил он, оглядев мои открытые ноги.
Короткая юбка едва ли прикрывала треть бедра и исправить подобное было невозможно, разве что сверху прикрыться, но простыня осталась у Вики в комнате.
– Если вам что-то не нравится, Максим Егорович, вы можете вернуть меня туда, откуда взяли! – отчеканила я и открыла коробку с соком, после чего сделала из неё несколько глотков.
Апельсиновый сок тут же пошёл не в то горло, я подавилась и закашлялась, до кучи ещё и начав чихать, благодаря чему мой неприличный наряд оказался испорчен.
Вздохнув, Максим выхватил у меня из рук коробку сока и, взглянув на картинку на той, выбросил её прямо в окно, на обочину проезжей части.
– Хрюкнуть не забудь, – фыркнув, посоветовала я.
Конечно, было не время замечать подобное свинство, однако и спустить ему такую наглую выходку я не могла.
– Вика. Видимо, она не поняла, что ты оборотень, – хмурясь, заключил Макс.
–Вообще-то она знает, я ей намекнула, а что? При чём здесь Вика?
– Сок апельсиновый, а у нас на него реакция не очень, – объяснил шеф, любезно передав мне влажные салфетки.
– Спасибо. – Расстроившись ещё больше, я принялась вытираться.
Одежде салфетки помочь не могли, а я всё чихала и не могла остановиться.
– Походишь так пока, завтра заедем в магазин и купим тебе новую одежду.
– Завтра?! – возмутилась в ответ. – Я сейчас хочу домой!
– Ты не поняла ни черта?! – неожиданно рявкнул Аристов.
– Чтобы я что-то поняла, мне нужно всё объяснить, а пока я знаю лишь то, что ты не больно рад нашей парности. Вот и всё! Не рад, так отвези меня домой. В твоей помощи не нуждаюсь! – выпалила я, бросив пачку с салфетками на заднее сиденье.
– Глупости. Дело вовсе не в этом. – Шеф фыркнул, о чём-то думая. – Тебе нельзя оставаться одной. Мало того, что ты всё про оборотней написала, так ещё и…
Он запнулся, не договорив, а потом выдохнул, поджимая губы. Макс явно хотел сказать что-то ещё, вот только никак не мог на это решиться.
– Ну? Ты родишь, наконец? Или как?
– Я обратил тебя, тем самым нарушив запрет. И теперь меня, как и тебя… В общем, нас должны уничтожить. Таков закон оборотней, соблюдать который – долг каждого в любой точке нашей планеты. Нам придётся скрываться всю жизнь. К слову, о родах… О потомстве даже и не мечтай. Если нас поймают, то волчат порвут в первую очередь на наших глазах.
– Чего? – Рассмеявшись, я не поверила ни единому его слову. – Что за бред?
То, о чём он говорил, звучало для меня смешно и глупо, в особенности если учесть, что его дядя не кинулся рвать нас на части. Наоборот, даже помог.
– Ты, наверное, головой об что-то долбанулась?! Я тебе серьёзно говорю! —Аристов разозлился и ударил руками по рулю, зарычав и съехав на обочину.
– Почему же твой дядя нас не порвал? Зачем он вообще должен так делать? Что такого в обороте? Подумаешь, одним оборотнем стало больше! Ещё и непонятно, стало ли, ведь я вообще ничего не чувствую, кроме дурацких побочных эффектов! Сок не пей апельсиновый, слушай твои мысли и следи за тем, что думаешь сама!
– Погоди, сейчас просто помолчи, – попросил вдруг Максим, и подобное прозвучало у него так искренне, что я действительно закрыла рот.
Он выскочил из автомобиля и ушёл подальше от трассы, чтобы выпустить волка. Я видела, как между деревьев промелькнула его светлая шкура, а потом запыхавшийся шеф вернулся к машине и открыл дверь с моей стороны, чтобы поговорить.
– Дядя помог нам, конечно, только и он рискует за всё поплатиться, – выдохнул он и погладил меня по лицу, пальцем проведя по губе там, где когда-то был шрам и шепнув: – Ты под запретом, писательница. И твои книжки нам теперь костью в горле. Я ведь без труда тебя вычислил, так что и другие легко смогут сделать то же самое.
– Но почему? Вы же не опасны! – воскликнула я.
В последнем мне удалось убедиться лично, если было не принимать во внимание жуткое наказание за нарушение запрета.
– Всё дело в территориях. Их просто не хватит, если каждый оборотень начнёт обращать всех, кто ему понравится. Начнётся анархия, а бесконтрольная охота столь большого количества волков просто погубит животный мир. Питания на всех не хватит, – спешно объяснил Аристов, садясь обратно за руль.
Мы вновь тронулись в путь, хотя он и не забрал с собой волка.
– А ты ничего не забыл? – спросила я, но не сразу, а лишь когда мы проехали несколько километров.
– Перехватим его выше. Ему сложно находиться рядом с твоей волчицей. Связи ещё не установились, но он её чувствует, а дотянуться даже ментально не может. И поэтому злится.
«Ну вот, час от часу не легче», – устало подумала я.
6
Глава 6
Проехав ещё несколько десятков километров, Максим остановился у обочины и приоткрыл заднюю дверь. Через считанные секунды в машину запрыгнул его волк, бросивший в мою сторону тоскливый взгляд.
– Максим, – позвала я шефа.
– Что?
– А долго ждать? В смысле, когда там всё устаканится?
– Ты про оборот спрашиваешь?
– Именно. Сколько времени пройдёт от начала и до конца? Я в книге своей всё описывала по-другому. У меня там всё с этим быстро.
– А вот здесь начинается самое интересное. Ты написала, что всё проходит быстро, но так было раньше. Если бы тебя обратил такой оборотень, как мой отец или дядя, а не такой, как я, то всё так и было бы. Я – новый вид оборотней, понимаешь?
Аристов нервно посмотрел на меня. Он явно чего-то боялся, что было для меня уже очевидным фактом.
– Примерно. Ты умеешь выпускать волка, а твой папа и дядя так не могут? Но ведь я обернулась, да ты и сам оборачивался. – В голове у меня снова была каша, из-за которой оказалось очень сложно соображать.
– Эй, писательница, ты чего? Забыла, что сама же и написала? В твоей книге вроде так и было, разве нет?
– А, ну да. Просто мне что-то нехорошо, вот и туплю. – Я пожала плечами.
Голова раскалывалась, и я приложила пальцы к вискам, чтобы хоть немного унять боль лёгким массажем.
– Ничего, это нормально, – не очень-то и уверенно произнёс Макс. – Я предполагаю, что такие, как я, ещё никого не оборачивали, поэтому в твоей книге всё иначе. Мне очень интересно узнать, откуда такой сюжет появился в твоей голове? Тебе точно никто ничего не рассказывал? Может, сказки на ночь?
– Нет. Ничего такого я не помню. А сюжет… Просто однажды в голову пришло, вот и всё. Я тогда «Сумерки» посмотрела, там герой в волка превращался.
При упоминании популярного сериала шеф поморщился.
– Сколько будет длиться оборот, неизвестно. Ты другой оборотень.
– Я что? Буду такой, как ты? Из меня тоже выползет волчица? – Я в панике схватилась за голову, которая буквально разрывалась от боли, а затем безмолвие в автомобильном салоне оказалось нарушено чьим-то негромким голосом:
«Здравствуй, Таня. Я твоя волчица...»
Это был мягкий, ласковый и завораживающий тембр долгожданной хищницы, успокоивший меня и унявший адскую боль, что недавно разрывала мне голову.
– Я слышу её! Слышу! – радостно завопила я, отчего Макс от неожиданности ударил по тормозам, и нам в зад едва ли не въехала едущая позади машина.
Водитель последней, проезжая мимо, обложил нас злыми матами, но мы не обратили никакого внимания на возникшее недоразумение.
– Так чудно! А скажи что-нибудь ещё? – попросила я вслух, смотрясь со стороны откровенной психопаткой.
«Тебе достаточно просто подумать, и я тебя услышу, равно как и ты меня!» – довольным голосом ответила волчица.
– Можешь выпустить её? Видишь её? – начал расспрашивать Максим, оглядываясь на своего волка.
– Нет, я только её слышу. Но я не слышу твоего волка. Это нормально? —удивлённо уточнила я, ведь в моей книге было не так.
– Всё будет, нужно только время. А сейчас бы нам где-нибудь переночевать, да и жрать уже охота. – Шеф засмеялся, после чего обернулся назад и коснулся головы своего волка, прежде чем снова тронуться.
Подул лёгкий ветерок с ароматом хвои, едва Аристов соединился со зверем. Меня же захватил какой-то детский восторг, ведь я понимала, что совсем скоро могла повторить подобное. Мне хотелось рассказать всем об этом чуде, и я искренне не понимала, за что меня надлежало убить.
Найти ночлег оказалось довольно затруднительно. Первых два попавшиеся нам на пути придорожных отеля были переполненные, в двух других места имелись, но требовали паспорта с нас двоих. У Макса были с собой документы, а я, увы, при себе не имела даже собственных трусов не то что паспорта.
