Текст книги "Писательница для оборотня (СИ)"
Автор книги: Ева Мирова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)
– А-а-а-а! Уж лучше бы ты молчала! – завопила я, хватаясь за голову.
«Он хочет, чтобы ты её обратила!» – продолжила стерва подливать масла в огонь, вместо того чтобы замолчать.
– Ничего не хочу знать! Замолчи! Замолчи! – заорала я в подступившей истерике, зарываясь головой под подушку.
9
Глава 9
Ночка выдалась совсем неспокойной. Мало мне было мыслей про девочку, подкинутых волею волчицы, ещё и все прелести оборота свалились на меня именно когда я оказалась в клетке одна, если не считать забившегося от ужаса кролика в душевой. Рядом не было Макса способного меня поддержать и успокоить, пришлось самой как-то справляться.
Я дважды оборачивалась полностью волчицей и ещё при первом обороте осталась без одежды, ибо не контролировала процесс. Не смогла вовремя раздеться. Волчице было жарко, она хотела пить ещё сильней чем я, а та бутылка с водой так быстро закончилась. Мои попытки напоить её водой из-под крана были тщетны. Волчица эту воду не воспринимала никак.
Нас двоих не хило колбасило. Обращаясь, волчица в клетке билась боками о стальные прутья, пытаясь вырваться на волю. А к утру случилось то, чего я ожидала, зная Макса. Он умел выпускать волка, и я так тоже хотела научиться делать. Обессилив после второго оборота, я почувствовала, что это случиться вновь, по телу прошла уже знакомая в жар бросающая дрожь, но мне так не хотелось этого. Укутавшись в одеяло, я от всей души пожелала, чтобы меня это не коснулось, чтобы это прекратилось, и тогда волчица отделилась от меня, обдув прохладным ветром.
Мы смотрели друг на друга молча, словно привыкали к тому, что есть теперь друг у друга. Будучи в теле волчицы, я могла видеть только серые лапы, теперь же разглядела её полностью. Она была крупней тех волков, что я когда-то видела в зоопарках, учебниках по биологии и по телеку, но чуть меньше, чем волк Макса. Серый мех поблескивал в электрическом свете, уставленные на меня жёлтые глаза, обрамлённые чёрной шерстью словно подводкой, излучали любопытство.
– Это ты, – шепнула я, протянув руку к волчьей морде.
«Коснёшься меня, и мы вновь станем едины!» – предупредила волчица, отпрянув от меня.
Я тут же убрала руку, не решаясь прервать этого чуда. Я слышала её как бы снаружи, но чувствовала внутри. Мы были одним целым даже на таком уровне, между нами словно был провод, питающий улавливаемой информацией.
– Мы можем жить так? Раздельно? – вслух спросила я, любуясь красавицей волчицей.
«Можем, только это опасно, лучше бы нам надолго не разделяться.»
Волчица медленно отступила, разрывая наш зрительный контакт и прошлась вдоль стальных прутьев, ведя понизу носом. Она хотела почуять того, кого так ждала. Волка Макса. Только это были глупые надежды, никакого Макса и его волка здесь не было.
«Он идёт!»– выпалила волчица и запрыгнув на кровать, коснулась мокрым носом моей руки. Оставив на коже мокрый след, она со мной соединилась, вновь обдув меня прохладным дуновение ветерка.
Лишь через десяток минут дверь моей комнаты-клетки отворилось. Одетый с иголочки Влад был возбуждён и взволнован, он схватился руками за прутья.
– Ты обращаешься! Уже можешь контролировать этот процесс? – спросил он, пялясь на меня через промежуток между прутьями.
– С чего бы мне отвечать на ваши вопросы? Вы меня похитили и держите в клетке! – взбрыкнула я, укутываясь в покрывало до самого подбородка.
– Да, но я не убью тебя, за это можешь не беспокоиться! Здесь ты под защитой от тех, кто с радостью тебя растерзает, как запретный плод... – прошептал под конец он, перемещаясь вдоль клетки по ту сторону.
– Так чего вы хотите? – устало спросила я, не ответив на поставленный вопрос.
– Ты должна дать интервью и показать на камеру свои способности. Это преступление перед всем человечеством скрывать такие возможности! Люди умирают в страшных муках от болезней, перед которыми наша медицина бессильна, когда такие, как ты живут сотни лет и вам не страшны никакие болячки! Только представь! Сколько горя не станет, если вы оборотни выйдете из тени и то, что с тобой сделал Макс, не будет уже считаться чем-то запретным. Вы сможете лечить и спасать жизни людей, детей... – последнее слово мужчина выговорил на выдохе и прищурился. – Отвечай! Ты контролируешь оборот?!
– Я не знаю! – выкрикнула я от злости.
Кажется, волчица была права, и мы с ней здесь заложники из-за той болезненной девочки. И я даже была готова согласиться с доводами Влада, похоже, безутешного отца неизлечимо больного ребёнка, только сомнения так же были со мной. Не опасна ли эта затея для оборотней...
– Узнай, узнай, время есть, не так много, как хотелось бы, но есть. Я зайду позже.
– Эй! Воды мне в бутылках принесите! Холодной!
– Хорошо, что-то ещё? – заискивающе поинтересовался мужчина, выглядывая что-то или кого-то в моей клетке.
– Одежду! И кролика заберите, он боится, и я это чувствую. Раздражает, – волчица была сыта ещё от того мяса, которым её накормил Макс и до кролика ей не было никакого дела, но до меня доходила эта трясучка серого трусишки.
– Не съела, значит? – спросил Влад с расстройством. – Хорошо, я распоряжусь.
Он ушёл, и я вновь услышала волчицу.
«Соглашайся!» – неожиданно потребовала она.
Я искренне не могла понять, почему волчица на стороне этого типа Влада, пока она сама мне всё не растолковала.
«Лучше умереть чем такая жизнь!» – заявила волчица.
– О чём ты болтаешь? – вслух спросила я, нахмурившись от того настроения, которое передавалось мне от волчицы.
«Я не хочу жить, скрываясь как крыса! Ты была права, можно и за поросёнком с фермы побегать, если бы я была голодна, кролик что трясётся там в углу уже был бы мной съеден!» – волчица облизнулась, и я почувствовала, как она рвётся наружу.
Она была настроена решительно, либо сдаться и быть растерзанной, как запретное существо, либо выйти из тени и жить открытой жизнью.
– Да, я лишь предложила, это логично, но я не готова, знаешь ли, взять и погибнуть... Влад нас может и не тронет, а вот как к такому перформансу отнесутся другие оборотни?
«Выпусти меня!» – попросила волчица, никак не ответив на мой вопрос.
– Думаешь, я так уже умею? – спросила я, и зажмурившись представила, как выпускаю волчицу, а она словно Джин из лампы вылетает из меня.
Это было похоже на выдох и лёгкий ветер несущий в себе запах леса обдул моё лицо, кровать подпрыгнула.
«Умеешь...» – ласково произнесла волчица, стоя передо мной на кровати.
Она гордо держала голову поверху и была довольна мной.
– Ну хорошо, допустим, я сделаю то, о чём просит этот мужчина, а дальше? Ты же сама сказала, ясно к чему он клонит. Ты сможешь обратить ребёнка? Это вообще возможно? Как эта девочка вынесет это? – засыпала я волчицу вопросами, она ответить не успела.
Дверь отворилась и в комнату почти зашёл вчерашний хам, но увидев волчицу шуганулся сделав несколько шагов назад. Поглядывая на волчицу, приспешник Влада не решался заходить.
– Да не ссы ты, здесь же клетка, – усмехнулась я, моя волчья половинка уселась на кровати рядом так, чтобы не коснуться меня.
Обе мы с интересом смотрели на человека, который ещё вчера был смелее.
– Клетка, – ещё раз кивнула я на прутья, вынуждая мужчину зайти.
Промежутки между прутьями были для волчицы таковыми, что она не смогла бы даже морду высунуть туда. Разве что кончик её чёрного носа пролез бы, не более. Тот, кто подготовил для меня эту тюрьму, явно смыслил в оборотнях и их габаритах.
Бросив в меня злой взгляд, бугай шагнул в комнату. Через прутья совсем невежливо и грубо по очереди полетели бутылки с водой, а после одежда. Закинув последний кулёк с чем-то чёрным, мужик хотел сделать ноги, но я его остановила.
«Вот же козлина!» – подумала я, глядя на горку вещей, что образовалась на полу.
Такое пренебрежение и хамство? Ну вот ещё!
– А кролик? Вы должны его забрать, – лукаво произнесла я и мило улыбнулась.
«Ну ты и стерва...» – мысленно усмехнулась волчица, при этом я чувствовала её одобрение.
– Так давай его сюда, суй в дырку, – пробасил бугай, ох как же он боялся.
От того как тряслись его поджилки, волчица испытывала к нему презрение, а мне было смешно и жалко одновременно этого здоровяка, но за то пренебрежение, что он нам выказывал, я хотела его проучить.
– Да нет, я не могу. Он же боится меня, возьму в руки и сердечко от страха остановится. Вы проходите, волчица вас не тронет, – нежно пообещала я. – Он там, в душевой забился.
Трусливый хам под два метра ростом ширине плеч едва ли меньше, недоверчиво посмотрел на волчицу, а та легла, не спуская взгляда с бедолаги. Только тогда мужик решился открыть клетку и с невероятно быстро колотящимся сердцем проследовал в душевую. Его страх наполнил пространство до такой степени, что воздух можно было зачерпывать ложкой или резать ножом.
«Он сейчас сам помрёт,» – лениво подумала волчица.
Страх кролика стал вовсе не заметен под страхом этого мужчины, а когда он проследовал с кроликом в руках обратно, волчица вслед ему рыкнула.
– С-с-суука-а-а! – завопил бугай, пулей вылетая из клетки, а после из комнаты.
– Ну да, не кобель же, – усмехнулась я.
Было смешно и ликование ласкало душу, только у произошедшего была и иная сторона медали.
«Ты видела, как он на нас смотрел?» – мысленно спросила я у волчицы.
«Со страхом?» – уточнила она, растягиваясь на половину кровати.
– Нас не все будут любить, страх порождает злость. Бей или беги, – закончила я свою мысль уже вслух.
Даже мне, всего несколько дней как оборотню, было ясно, что таким рады будут не все.
Одних нас оставили ненадолго. Я лишь успела принять душ и одеться в простое чёрное платье, напиться воды, напоить волчицу, радуясь, что на воду из бутылки она была согласна. А после меня заинтересовала еда в пакете, я была так голодна.
Есть вчерашние роллы, которые провалялись в пакете всю ночь без холодильника, я не решилась. Понюхав их, я поняла, что те уже нехорошо пахнут, а другой еды не было.
《Интересно, нас кормить собираются?》– спросила я волчицу.
《Как ты можешь думать о еде?》– фыркнула она, отвернув от меня морду.
Её тоска по волку Макса становилась всё отчётливей, хотя на мой аппетит не влияла, но всё же было не по себе. Я про Макса тоже думала, но на чувстве голода это не сказывалось. Всё же мне необходимо было быть сильной всегда, а не падать в голодный обморок.
– Ну знаешь, я вчера ляжку мясную на десяток килограмм не стачивала. Сытый голодного не разумеет.
После моих слов дверь открылась, за мной явился приспешник Влада, только не тот, что забирал кролика, а уже другой.
– Она останется здесь, а ты пойдёшь со мной и без глупостей. Твою куриную шейку мне свернуть секунда дела, даже ойкнуть не успеешь, – проговорив эту угрозу, дяденька радостно улыбнулся во все тридцать два зуба.
Самое поганое было то, что от него пёрло эдакой самцовой уверенностью и даже капельки страха в его крови не наблюдалось.
– Я не знаю, смогу ли я уйти от неё, – промямлила я, поглядывая на волчицу.
– Я знаю что можешь, Влад сказал, – уверенно ответил двухметровый бугай, отворяя для меня клетку.
Я так и вышла под волчье игнорирование происходящего и мужчина, заперев клетку, вывел меня из комнаты босиком. Впрочем, моя босоногость пошла мне в плюс. Полы были покрыты мрамором и он приятно холодил мои горящие ноги. Меня провели по длинному коридору в просторную столовую, стены которой были увешаны жуткими черепами различных животных.
《Дом охотника...》 – подумала я, прикусив губу.
В моей книге был охотник, правда помоложе и звали его не Владом...
За большим столом сидели двое. Сумасшедшего вида Влад и девочка Лиза. Хрупкая, как пушистый одуванчик. Дунешь – разлетится по округе.
– Доброе утро, – хриплым голоском поприветствовала меня девочка.
– Доброе, – ответив с паузой, я ей улыбнулась и вопросительно уставилась на хозяина дома.
– Присаживайся, Лиза пообещала позавтракать, если ты составишь ей компанию.
《Отличённое продолжение, значит если бы не Лиза, про завтрак можно было бы не мечтать...》– подумала я, присаживаясь за стол.
Только я успела развернуть салфетку, лежащую на тарелке, как из неоткуда вырулила женщина в розовом халате. Она быстро соорудила для меня на блюде тарелку с овсяной кашей и кусочками фруктов, а ещё яичницу с хрустящим беконом.
– Лиза, – Влад обратился к девочке, та же не спускала с меня взгляда.
На её блюде стояла белая бутылка без каких-либо надписей. Я взяла ложку, Лиза потянула из салфетки металлическую трубочку. Мы начали с ней завтракать одновременно, только я разошлась и съев овсянку уже принялась за яйца с беконом, девочка же быстро сдалась.
– Папа я всё, не могу больше, – произнесла Лиза и скривившись, откинулась на спинку стула.
Вид у неё был прямо сказать паршивый. Словно не попила что-то, а вагон угля разгрузила.
– Даже половины не выпила, – нахмурился Влад, как выяснилось всё же папа этой малышки.
– Она такая противная, – расстроенно призналась девочка и её действительно передёрнуло.
– Понимаю, но если ты не выпьешь сама... – Влад недоговорил, что будет, девочка знала это и так.
Лиза посмотрела на меня и вновь коснулась трубочки безжизненными губами. Она явно пила что-то для неё гадкое, зажмурившись и часто делая передышки между глотками. Пока я за этим наблюдала, у меня пропал аппетит и ко второму блюду я уже не прикоснулась.
– Я контролирую оборот, – призналась я, и была готова признаться перед всем миром, что оборотни существуют.
Это было таким спонтанным решением, только я ничуть не сомневалась в его правильности. Сколько по всему миру таких как Лиза? Сама много раз отправляла платные сообщения, чтобы родители могли собрать детям на лечение, только вот Влад явно не нуждался в средствах. Просто лечения для этой девочки не существовало...
– Я знаю, – сказал Влад, посмотрев на меня с благодарностью. – Мисс Хелен! Проводите Лизи в детскую!
После оглушительного крика на всю столовую к столу подошла тётка, которую я видела вчера и осторожно помогла девочке спуститься со стула.
– Папа, можно Таня придёт ко мне поиграть? – тихонько спросила малышка, прежде чем пойти за своей няней.
– Конечно, – согласился Влад, ничуть не волнуясь, согласна ли на это я.
Хотя, я и не была против, но всё же хотелось, чтобы с моими желаниями то же считались.
Лиза посмотрела довольно на меня, и они с мисс Хелен медленно покинули столовую и только после этого Влад продолжил беседу со мной.
– Рассказать всё миру и вывести оборотней из тени, донести возможности чудесного исцеления от неизлечимых болезней – всё это лишь половина дела. Я хочу знать, как ты перенесла оборот. Что ты чувствовала? Это больно? – с нескрываемым волнением начал спрашивать Влад. – Я хочу быть уверен, что Лиза это перенесёт.
– Словно у вас есть выбор, – зло высказалась я, хотя, причин злиться на этого мужчину у меня не было.
– Есть. Болезнь её убивает без моей на то воли, если же оборот её убьёт, я этого не вынесу. Получится, что я своими руками... – недоговорив, Влад схватился за переносицу, зажмуривая глаза.
– Я не помню момента укуса, я была без сознания. Потом, при первом обороте было страшно, адреналин, дыхания не хватало и нет умения пользоваться волчьим телом. Потом сильная головная боль, похоже, она началась при второй стадии, когда образовывались ментальные связи с волчицей. Перед тем как услышать её впервые моя голова чуть не раскололась напополам. Кстати, я хочу знать, что с Максом? Его вы не тронули?
– Это вовсе ни кстати, мы говорим о твоих ощущения при обороте, а не о твоём любовнике, – усмехнулся Влад.
– Я всё рассказала, а! Ещё очень жарко становится, температура повышается, но, похоже, это теперь моё постоянное состояние.
– Горячая волчья кровь...– пробубнил Влад отрешённо и поднявшись со стула бросил: – Макс твой с ног сбился, ищет тебя. Я планирую в честь премьеры 《интервью с оборотнем》 устроить приём, могу прислать ему приглашение. Прислать?
Вопрос Влада застал меня врасплох, я не знала, как лучше и что Макс устроит, узнав на что я подписалась. Может пусть, сначала остынет?
– Я подумаю.
– Всё подготовят до вечера, твой ответ мне нужен не позже.
10
Глава 10
После завтрака меня вернули в мою комнату-клетку. Волчица по-прежнему лежала на кровати как больное животное. Это меня терзали переживания по поводу того, как всё пройдёт, как люди воспримут новость про оборотней, а главное, насколько сильно будет злиться Макс, за то, что я всё рассказала. Волчицу же вовсе не трогало всё человеческое в этом мире, она тосковала по своему волку.
– Влад устраивает приём по случаю разоблачения оборотней, нам можно пригласить Макса, – рассказала я, присаживаясь на край кровати.
«Я знаю, я всё слышала,» – ответила волчица и вздохнув проскулила.
– Ну хватит! Всё будет... – решив потрепать волчью шкурку своей звериной половинки, я забрала волчицу себе. – Хорошо всё будет! Макс нас простит, ты со своим волком воссоединишься, можно будет жить не скрываясь.
«Если бы всё было так просто...» – с грустью заметила волчица внутри меня.
– Так! Стоп! Ты сама сказала соглашаться! Ты сама сказала, что как крыса по тылам прятаться всю жизнь не хочешь, а теперь заднюю врубаешь?
«Мы одно целое с тобой и тайн друг от друга у нас нет. Я ведь чувствую, что ты по Максиму не тоскуешь так, как я по его волку, вы не пара друг другу!» – заявила волчица, грозно рыкнув в конце.
«Чтобы ты там понимала пушистая!» – пробурчала я уже про себя, вытягиваясь на кровати.
Тот уклад отношений что сложился у нас с Максом, с самого начала заставлял сдерживать свои чувства. Выходить за рамки свободных отношений было чревато разбитым сердцем. Я настолько привыкла к убеждению, что, между нами, только хороший секс и ничего больше, что и теперь не могла думать о чём-то большем.
«Он спас тебя, он тебя любит, а ты думаешь о чём угодно, кроме него!» – взвилась волчица.
– Угу, спас... Потом десять раз от меня и от тебя, между прочим, отказался. Мне вообще кажется, что он не против оставить между нами всё как было, и не более того. Так мне его приглашать? Уверена, что он явится, чтобы выказать мне своё фи, – договорив вслух, я сделала небольшую паузу, да и волчица молчала.
«А ты сможешь быть с его волком, если мы с Максом разбежимся?» – спросила я, ведь, по сути, мы могли быть раздельно, волчья парность нас никак не касалась.
«Только если ты мне это позволишь...» – осторожно заметила волчица, забавно навострив ушки. Так делают собаки, когда не верят своим ушам, что их манят вкусненьким.
«Да на здоровье, только Макс ведь тоже должен разрешить своему волку быть с тобой?» – спросила я, сомневаясь, что этот босс согласится на подобное, раз всё пошло не по его указке.
Волчица ничего мне не ответила, она лишь тоскливо вздохнула и убралась со своей тоской куда-то глубоко, где я её совсем не слышала.
В клетке, как и с волчицей вместе я пробыла несколько часов, после чего снова пришёл приспешник Влада.
– А где? – он оглядел мою клетку в поисках волчицы.
– Что? Снова вместе нельзя? – хмыкнула я.
– Бинго, детка. Выпускай хвостатую, оставишь её здесь, сама пойдёшь с малой поиграть, – произнёс бугай с радостной улыбкой.
Не хотела расставаться со своей звериной половинкой и оставлять её здесь одну, только и в клетке сидеть было невмоготу. Нехотя, я всё же выпустила волчицу и вновь получила возможность размять ноги.
– Как вас зовут? – спросила у мужчины, когда мы шли к Лизе через весь дом.
– Меня не зовут, я сам прихожу, – отшутился бугай, совсем несмешно.
– Ммм.
– Да ладно, Вадим Сергеевич, начальник охраны, – доложил приспешник Влада, самый главный из них.
– А я Таня, – сообщила ему, хотя он и не спрашивал.
– Да я уж в курсе, – усмехнулся Вадим Сергеевич.
Мы шли остаток пути молча. Этот начальник охраны совсем не боялся меня, более того, он спокойно следовал впереди меня, оставив мне возможность самой следовать за ним. Спиной обычно не оборачиваются к тем, кому не доверяют или кого боятся. Но я уже наблюдала и другое отношение к себе.
Именно эта разница в отношении среди охраны наводила меня на печальные мысли. Я переживала насчёт того, как люди отнесутся к тому, что оборотни существуют? Ведь не все будут рады узнать о таком, явно эта новость вызовет среди людей волнения и реакции будут всякие.
– Пришли, – сообщил Вадим Сергеевич, резко остановившись, так что я врезалась в его спину.
– Ауч! – выкрикнула я, больно ударившись носом о каменные мышцы мужчины.
– Осторожней, детка, смотри куда идёшь, а то не волчица, а курица слепая, – расхохотался Вадим Сергеевич.
Его смех был таким заразительным, что и я рассмеялась, потирая свой покрасневший нос.
– Не убилась и славно, – заключил мужчина, отворив для меня дверь детской комнаты.
Перед моими глазами предстало огромное пространство. Одна детская комната, очень светлая с множеством окон от пола до потолка, была едва ли меньше, чем вся моя квартира. Да какое там! Комната Лизы была огромной, можно на этой площади было и три мои квартиры разместить.
Высокие потолки подпирали прямо здесь же растущие пальмы, на двух даже виднелись зелёные кокосы. На втором ярусе стояли детские качели, эта комната, по всему заменяла девочке ещё и улицу.
– Таня, я так рада, что ты пришла, – раздавшийся слабенький голосок девочки Лизы послышался со стороны кровати.
Я посмотрела туда и увидела малышку под капельницей, а за мной закрылась дверь, и Вадим Сергеевич остался с другой стороны.
– Во что будем играть? – спросила я у девочки, думая, что с ней можно поиграть разве что в города.
– Я скоро освобожусь, и мы сможем поиграть в дочки-матери, – весело предложила Лиза, слабо улыбаясь.
Рядом никого не было и я сама сообразила сесть на пуфик, стоявший возле кровати.
– Хорошо, не боишься иголок? Я жуть как уколов боюсь, – призналась я, ища глазами хоть кого-то из взрослых. Странно было и дико, видеть такую малышку одну под системой.
– А я не боюсь. Давно привыкла уже, всегда были иголки. Осталось ровно пятьдесят семь секунд, уже пятьдесят шесть, пятьдесят пять...
Лиза смотрела на подвешенный флакон с прозрачным раствором, и отсчитывала оставшиеся в нём капли. Жутко было наблюдать, как ребёнок тесно связан со своей болезнью, что даже знает на глаз, сколько капель осталось до конца капельницы.
– Два, всё! – Лиза сама перекрыла систему, когда капельница закончилась. – Сегодня ошиблась на две секунды. Обычно я не ошибаюсь, просто отвлеклась на твой приход.
– Ничего, тебе её снимут? – спросила я, ожидая, что и иглу девочка сама уже в состоянии вытащить.
– Да, сейчас мисс Хелен придёт, отключит меня, и мы сможем поиграть в дочки-матери. Пока ты можешь выбрать куклу, которой будешь играть, – предложила Лиза, тяжело вздохнув, и указав мне на полку вдоль стены.
Кукол на ней было множество. От самых простых пупсиков в комбинезонах, до баснословно дорогих фарфоровых красавиц с натуральными волосами, в невероятных платьях и кожаных туфельках.
Поднявшись с места, я прошлась вдоль полки и со всей ответственностью выбрала куклу. В это время вернувшаяся няня девочки отключила её от системы.
– Маленькая мисс Лиза, прошу вас, не разыгрывайтесь, вам вредно, – настоятельно рекомендовала женщина.
– Папа запретил тебе так говорить! – капризно взвизгнула малышка, неожиданно для меня.
– Простите, – почти склонившись, женщина попятилась из комнаты с системой в руках.
На этом инцидент был исчерпан, если не обращать внимания на оставшийся в душе неприятный осадок. Самое смешное, я не могла толком понять, что расстроило меня больше. Каприз Лизы или то, как мисс Хелен перед ней присела.
Поднявшись с кровати, Лиза подошла ко мне и посмотрела на куклу, дабы оценить мой выбор.
– Она похожа на меня, – заметила девочка, накрутив на палец медный локон кукольных волос. Я развернула куколку к себе.
Медные кудри не единственное что напоминало сходство с девочкой. На фарфоровом лице куколки были изображены такие же светло серые глаза и губы имели тот же сиреневатый оттенок что у Лизы.
– И правда, можно я тогда назову её Лизой? – спросила я, включаясь в игру. Давно забыла, когда неслась домой из садика, потому что там меня ждал пусик Ванюша.
– Конечно, тогда мою дочку будут звать Таней, эта на тебя похожа, – радостно заболтала Лиза, выхватывая с полки куклу с чёрными локонами и голубыми глазами.
После выбора дочурок, Лиза предоставила мне выбрать и транспорт для них. Похоже, к каждой кукле сразу приобретался и транспорт. Таким выбором кукольных колясок не смог бы похвастаться ни один детский магазин. Я выбрала классику, люлька на больших колёсах со спицами, Лиза же схватилась за современный прогулочный вариант. Наша игра в дочки-матери начиналась стандартно. Прогулка, кормёжка дочек с последующими переодеваниями и плавно всё перетекло в игру в доктора.
– Моя доченька страшно больна, – наигранным голоском прощебетала Лиза, вынося чемодан с красным крестом.
На ковре, где мы расположились, тут же развернулся целый операционный стол. Я копошилась с туфельками на своей кукле, особо не понимая уже своей роли в этой игре.
– А что с ней? – задала я стандартный вопрос.
– У неё больное сердце и её спасёт только операция, пересадим ей здоровое сердечко! – по-деловому заявила малышка, выискивая среди игрушечных инструментов пластиковый скальпель.
Так, во время игры с Лизой я и узнала в чём заключалась вся беда Влада. У девочки было больное сердце, которое не могли подлатать ни одни врачи мира, только пересадка. Но где во всём мире найти такое подходящее сердце?
11
Глава 11
К вечеру, как и обещал Влад, всё было готово к интервью. На этот раз Вадим Сергеевич не заставлял меня разделяться с волчицей. Напротив, попросил выйти из клетки вместе с ней, перед этим став одним целым. Но даже этот факт не пугал его, я так и шла за ним. Он не боялся поворачиваться ко мне спиной и того, что я могла обратиться и как-то ему навредить.
– Сначала тебя приведут в порядок, – предупредил начальник охраны и завёл меня в просторную комнату, а после передал в руки визажиста и парикмахера.
Целый час меня пытали эти две девушки. От запахов косметики и лака для волос я бесконечно чихала, чем то и дело портила красоту. Мастера молчали и переделывали всё без нервов, пока не явился Влад.
– Как успехи? – поинтересовался он, любуясь моим отражением в зеркале.
– Невозможно работать в таких условиях! Я тени наложить не могу, она чихает постоянно! – истерично взвизгнула одна из девушек.
Влад уже напрямую посмотрел на моё лицо и махнул рукой.
– Оставьте так, губы только ярче подкрась и баста.
– Зачем вообще всё это нужно? – вздохнув, спросила я.
– Ты должна выглядеть хорошо, – с усмешкой ответил Влад и тут же отвлёкся, ушёл к оператору, который всё крутился возле камеры.
Было ощущение, что Влада мой внешний вид и технические вопросы волновали больше, чем то, как я сама справлюсь с этой задачей. Никаких напутственных слов или пожеланий того, как я должна говорить. Он словно знал наверняка, что я всё сделаю как надо. Меня просто накрасили и нарядили словно куклу, а Владу словно знал наверняка, что я всё сделаю как надо.
– Таня, всё готово, идём, я хочу познакомить тебя кое с кем, – подозвал меня Влад, взглянув на мои матовые губы, покрытые яркой красной помадой. Она мне вовсе не шла, да к тому же клубничный ароматизатор вышибал из глаз слезу.
Хотелось стереть всю косметику с лица и отмыть голову от лака, но вместо своих желаний я исполнила просьбу Влада и последовала за ним.
– Это Макс Соколов, – представил меня Влад молодому парню.
Он совсем не был похож на моего Максима. Карие глаза и тёмные волосы модельная стрижка резкими линиями, фигуры разные. Этот Максим был худой и высокий, все руки в татуировках, только имя как-то сразу и расположило к нему.
– Таня, – представилась я.
– Очень рад знакомству, – волнуясь, произнёс парень.
– У Максима свой канал на ютубе посвящённый всякого рода природным аномалиям, – начал говорить Влад.
– Я не аномалия! – возмутилась я, чувствуя и внутреннее возмущение волчицы.
– Конечно нет, вы скорее чудо, – оправдался за Влада Максим. – У меня много тем, не только аномалии. Последний выпуск был посвящён календарю майя.
– Ещё у Макса два миллиона подписчиков на канале, и он любезно согласился нам помочь, для начала этого хватит, – лукаво проговорил Влад и подвёл меня к креслу.
– Давайте начнём сразу, а подводку я у себя в студии уже записал.
Мы сели с Максимом друг напротив друга и началась съёмка. Начал Максим с вопросов о книге, которую я написала, будучи ещё обычным человеком. Он всё выспрашивал откуда у меня родилась такая идея, а я отвечала так же, как совсем недавно рассказывала семейству Аристовых.
– Просто пришла в голову и всё, – пожав плечами, призналась я.
– И всё же, как так вышло, что ты написала правду? Совпадения? – не унимался Соколов.
Я задумалась над его вопросом. Раньше для меня это так действительно и было, но теперь я начала сомневаться, особенно после того, как ошиблась во времени оборота. Ведь в книге было написано иначе, героиня сразу прошла весь оборот, это не заняло у неё столько времени...
– Да, – неуверенно ответила я. – Просто хотелось придумать что-то новое, одни детали потянули за собой другие и так написалась книга.
– Хорошо, допустим, что тебе пришла эта идея в голову просто так, ты и не подозревала что оборотни существуют, а теперь, когда ты сама стала оборотнем? Есть в планах написать продолжение? Я думаю, после нашего с тобой интервью роман обретёт небелую популярность.
– Я даже про это не думала, пока.
«Тоже мне писательница...» – фыркнула внутри меня волчица, словно великий знаток писателей.
Только её мысль навела меня на то, что я ведь действительно никакая не писательница. Написала одну-единственную книгу и только...
– Давай перейдём к главному, как это происходит? Ты описывала в книге два вида оборотней. К какому виду ты относишься?
– Я могу оборачиваться в волчицу сама, и могу выпускать волчицу, оставаясь в человеческом облике, – сказала я и не предупредив Максима, выпустила свою звериную половинку.
Парень неподдельно испугался, дёрнувшись на стуле, но тут же обратился к оператору:
– Картинка, звук? Всё пишется? – взволнованно уточнил он.
– Всё ок, – подтвердил мужчина за камерой, сам же смотрел на волчицу округлившимися глазами.
– Вау! Это просто... Это самое необычное, что я когда-либо видел, а обратно как?
– Просто нужно коснуться её, – я едва погладила свою волчицу, и мы стали одним целым.
– Покажешь и второй вариант? – попросил Максим Соколов, поставив меня своей просьбой в тупик.
Во-первых, я контролировала процесс выпуска волчицы на волю, сама же обращаться по желанию не пробовала, во-вторых, это было смертельно для моего шикарного платья.
