Текст книги "Колье для Изабеллы"
Автор книги: Энн Эшли
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)
Хотя день был солнечным и вполне теплым, в камине, как, впрочем, и в самые жаркие летние дни, горел огонь. Графиня уселась в любимое кресло, попробовала вино и одарила внука одобрительной улыбкой.
– Теперь я не жалею о твоем визите, мой мальчик, – заметила она. – Хотя уверена, что ты пришел не только ради того, чтобы принести мне эту бутылку.
– Вы правы. Я пришел попрощаться, мэм. Днем возвращаюсь в Оксфорд.
Графиня покачала головой.
– Мои несчастные старые мозги, должно быть, размягчаются, но твоя мать точно говорила, что ты собираешься остаться до конца следующей недели.
– Так я и планировал, пока не узнал, что она пригласила своего старшего брата. Дядя Хорас приедет вечером. Надеюсь, меня к тому времени уже здесь не будет.
Графиня озорно хихикнула, и эхо разнесло ее смешок по комнате.
– Не могу сказать, что виню тебя, Бертрам! Кто захочет выслушивать проповедь перед каждой трапезой?
– Ваш дядя духовное лицо? – с почтением поинтересовалась Сара.
– Не просто духовное лицо! Епископ! Ни больше, ни меньше! – Бертрам неуважительно закатил глаза. – И самый занудливый старикашка, каких только носила эта земля! Вероятно, я загляну домой в конце месяца, когда он уедет. Вы еще будете здесь, Сара?
– Нет, не будет! – ответила графиня прежде, чем Сара успела открыть рот. – Я забираю ее в Лондон. Мы должны приехать до начала сезона, чтобы пополнить ее гардероб!
– Кузен Маркус сопровождает вас? – В глазах Бертрама вспыхнули дьявольские огоньки. – Мадам, я бы на вашем месте не беспокоился о будущем Сары. Она быстро найдет подходящего мужа. Я сам мог бы жениться на ней! Думаю, мы прекрасно подошли бы друг другу, – заметил Бертрам. – А вам лучше потратить время на поиски подходящей жены для Маркуса! Видите ли, он не становится моложе.
– Возьму на себя смелость сообщить тебе, дерзкий юнец, что твой кузен уже нашел себе идеальную супругу! – бросилась графиня на защиту любимого внука. – Так случилось, что он… э… несколько недель назад сказал мне, что собирается сделать предложение старшей дочери Бэмфорда.
Бертрама эта неожиданная новость привела в восторг; Сара же испытала острую боль в сердце. Словно железный обруч обхватил ее грудь и стал медленно сжиматься.
Отрицать бесполезно: сообщение графини оказалось для девушки тяжелым ударом, болезненным и совершенно неожиданным. Но почему? Сидя на краешке кровати, Сара отчаянно пыталась разобраться в своих противоречивых и гнетущих мыслях. Ее опекуну скоро исполнится тридцать два года. Ему давно пора серьезно подумать о браке.
Равенхерст очень богат и, совершенно естественно, хочет иметь детей, наследников. Маркус будет чудесным отцом, уж в этом она не сомневается! И к браку он должен был отнестись очень серьезно, уныло думала Сара. Женщина, которую он выбрал, наверняка соответствует его идеалу. Она из благородной семьи, светская дама с безукоризненными манерами, идеальная хозяйка для его красивого дома в Равенхерсте. Сара закрыла глаза, пытаясь избавиться от мучительного образа безупречной и очень красивой женщины.
Сара вздохнула. Она отреагировала на это известие, словно избалованный ребенок, узнавший, что его безоблачному счастью скоро придет конец. Ну, пора прекратить глупое ребячество! – приказала она себе, поднимаясь с кровати и направляясь к двери. Она всегда гордилась своей рассудительностью. И должна вести себя как здравомыслящая девушка.
Она была уже на середине лестницы, когда парадная дверь открылась, и в холл вошел ее опекун. Словно остановленная сверхъестественной силой, Сара заворожено следила, как он кладет шляпу и перчатки на столик. Маркус будто почувствовал, что за ним наблюдают, неожиданно поднял голову, и чудесная улыбка осветила его лицо.
Сара на секунду замерла, потрясенная. Собственные чувства открылись ей вдруг с такой пугающей ясностью, что она резко развернулась и бросилась вверх по лестнице в свою комнату. Как не верить своему сердцу?
Несколько минут Сара стояла, крепко прижавшись спиной к закрытой двери, отчаянно пытаясь различить звук его шагов за оглушающим грохотом в ушах. Когда, по ее мнению, Маркус дошел до своей спальни, она подбежала к гардеробу и схватила пальто. К счастью, в холле никого не было, и она незаметно покинула дом.
Дорожка вилась перед домом и исчезала за густыми рододендронами. Через несколько минут, не видя на тропинке никаких преследователей, девушка почувствовала себя увереннее и немного расслабилась.
Нет, не сейчас, сказала она себе, углубляясь в заросли кустарника. Слишком рано! Равенхерст не должен знать о ее чувствах.
Но когда же это случилось? Она и теперь с трудом верит, что любит его, но это правда! Иначе откуда такая неприязнь к незнакомой женщине, которую Маркус выбрал себе в жены? Ее терзает ревность – жестокая, мучительная ревность! А там, где нет любви, конечно, не может быть и ревности…
Как могла она позволить себе совершить такую глупость! Как могла влюбиться в этого властного, часто бесившего ее мужчину! Он ведь никогда не вел себя как пылкий влюбленный. Да, он поцеловал ее однажды, но это можно не считать… Он вел себя с ней скорее как строгий, всегда хмурый дядюшка, а не джентльмен, ухаживающий за дамой.
В этом вся суть! Он интересуется ею, Сарой, лишь как заботливый опекун, ни больше, ни меньше. Она ему нравится. Он, несомненно, считает ее привлекательной. Но его сердце – в отличие от ее глупого сердца! – принадлежит другой.
Неожиданный звук за спиной отвлек Сару от невеселых мыслей. Она резко обернулась. Боже, пусть это будет не Маркус! Она еще не готова встретиться с ним.
Несколько секунд Сара ничего не видела, кроме зарослей, затем листва заколыхалась, и девушка в ужасе уставилась на смутную фигуру, вышедшую на тропинку. Горло ее сжалось, и она с трудом прохрипела:
– О Боже! Это вы!
Глава двенадцатая
– Я, миссис Армстронг! – Неприятная улыбка скривила красивые губы. – Или мне следовало сказать – мисс Пеннингтон?
Страх ушел, и Сара почувствовала себя на удивление спокойной. И на этот раз маскарад безупречен. Никто – даже Стаббз или Равенхерст – ни на секунду не усомнился бы, что перед ними юноша.
С коротко стриженными белокурыми волосами, стройная, в простой домотканой одежде, эта женщина мало напоминала суетливую старую деву из «Приюта путешественников». Только голубые, холодные как лед глаза остались теми же. И Сара не забыла эти глаза.
Она мельком взглянула на смертоносный металлический предмет, сжатый тонкими пальцами.
– В этом действительно есть необходимость?
– Искренне надеюсь, что нет, мисс Пеннингтон. Поверьте, я не имею ни малейшего желания причинить вам вред, но не дрогну, если вы не станете выполнять мои приказания. – Женщина указала направление пистолетом. – Теперь мы покинем эти мерзкие заросли, где мне пришлось работать в последние дни. И, пожалуйста, пока помолчите.
Звать на помощь бесполезно. Даже если кто-то услышит ее, к тому времени она уже будет лежать на земле с куском смертельного свинца в груди. Итак, следует лишь подчиниться.
Она повернулась и, физически ощущая дуло пистолета, направленного ей в спину, молча направилась в чащу. Ветки цепляли ее волосы, выдергивая шпильки, и, в конце концов, совершенно взлохмаченная, она выбралась из зарослей к грубому деревянному забору, отделяющему сад вдовствующей графини от остального поместья.
Здесь ей было приказано перелезть через забор и держаться как можно ближе к деревьям.
Наконец они достигли открытого места, отделяющего сад от леса. Господи, хоть бы увидеть кого-нибудь из многочисленных работников, но, к несчастью, все поля были пусты. Только коровы и овцы, пасшиеся на пышных лугах, с любопытством поворачивали головы в их сторону.
Добравшись до леса, похитительница явно почувствовала себя увереннее, хотя все еще молчала, жестами указывая, в какую сторону идти. Избегая главных троп, где их мог заметить обходящий лес егерь, женщины шли на восток, но, только когда они добрели до заброшенного озера, Сара наконец поняла, куда они направляются.
Итак, ей предстоит стать средством к возвращению бриллиантов Фелчета. Но как ее похитительница достигнет своей цели? Колье наверняка уже отправлено в Лондон и надежно заперто где-то в недрах Главного полицейского суда.
Они подошли к каменному лодочному сараю.
– Мисс Пеннингтон, будьте добры вынуть тот деревянный засов и прислонить его к стене, – вежливо, но твердо велела похитительница, отступив на шаг, чтобы Сара смогла выполнить приказ, что оказалось нелегким делом, поскольку дубовый засов был большим и тяжелым.
Затем, повинуясь движению пистолета, Сара вошла внутрь и, не успев оглядеть сумрачный, пахнущий плесенью сарай, получила следующий приказ: сесть на кучу пустых зловонных мешков. Похитительница ловко скрутила руки пленницы крепкой веревкой и привязала, как животное, к металлическому кольцу, укрепленному в стене прямо над ее головой.
– Простите за некоторую театральность, – криво улыбнувшись, заметила женщина. – Понимаю, что у вас мало шансов на побег. Прутья в окне достаточно крепкие, и вы не сможете открыть дверь, когда я уйду и закрою вас на засов, но лишняя предосторожность не помешает. Надеюсь, вам не очень неудобно?
– Вовсе нет, – так же вежливо ответила Сара, внимательно изучая свою похитительницу, севшую на деревянный ящик поблизости.
Это была очень красивая женщина, из нее получился удивительно привлекательный юноша. Не юная, ей около тридцати, решила Сара. Правильные черты лица, аристократическая линия носа, красивого оттенка волосы.
– Изучаете своего похитителя, мисс Пеннингтон? Для того, чтобы дать подробное описание сыщику?
Сара улыбнулась.
– Учитывая ваши несомненные таланты, это пустая трата времени. – Она выдержала пристальный взгляд женщины. – Не позволите ли узнать ваше настоящее имя?
Женщина безразлично пожала плечами.
– Почему бы и нет? Грант, мисс Пеннингтон. Мисс Изабелла Грант.
Сара опустила глаза и вздохнула. Эта женщина совершила убийство, однако, оказавшись с нею лицом к лицу, девушка не чувствовала ни ненависти, ни даже неприязни.
– Что вы намереваетесь делать со мной, мисс Грант? – Сара подняла голову, взглянула прямо в холодные глаза и, подумав, добавила: – Пожалуй, вам следует знать, что бриллиантов у меня больше нет.
– Я верю вам. – В голубых глазах мелькнуло нечто похожее на уважение. – Я вообще сомневалась, что колье было у вас, поэтому и обыскала все комнаты в гостинице, кроме вашей. Однако, увидев вчера Стаббза, я сообразила, что какое-то время оно было именно у вас – среди ваших вещей. Вы законопослушны и, обнаружив колье, вручили его опекуну, который в свою очередь, не теряя времени, связался с сыщиком. Все логично!
– Но как вы узнали, где искать меня? И как вы узнали, что мистер Равенхерст – мой опекун?
– Обнаружив, что вы с Равенхерстом покинули гостиницу, я пробралась туда. Стаббза в комнате не было, но он оставил на столе свои записи, весьма кстати. В результате я получила необходимую информацию. Равенхерст очень услужливо сообщил Стаббзу, куда намеревается увезти вас. – Она вдруг нахмурилась. – Теперь позвольте задать вопрос вам – из чистого любопытства. Где вы обнаружили колье?
– В моем несессере для письменных принадлежностей есть секретное отделение, – не колеблясь ответила Сара. – Полагаю, мистер Натли положил его туда.
На мгновение в голубых глазах появилось отсутствующее выражение, затем Изабелла улыбнулась.
– Ну конечно! Несессер стоял на столике в гостиной! Никогда бы не поверила, что Натли так изобретателен. Видите ли, мисс Пеннингтон, он был просто придурковатым фигляром. Мне вообще не следовало с ним связываться, но… – она пожала плечами, – некоторое время наша связь имела смысл. Впрочем, теперь все это в прошлом. Вчера вечером я увидела Стаббза в деревенской гостинице. Он меня не заметил или не узнал. Жаль, что ваш опекун привез его сюда. Это несколько связало мне руки.
– Значит, это вы вломились в дом вчера вечером? Вы недооцениваете мистера Стаббза и моего опекуна. Они не дураки!
– Я понимаю, мисс Пеннингтон, что совершила глупость, но у меня была хрупкая надежда на то, что мистер Равенхерст оставил колье у себя. Как вы знаете, я потерпела неудачу и лишь насторожила полицейского и вашего опекуна. Теперь они знают, что я где-то поблизости. – Мисс Грант беспечно взмахнула рукой, словно этот факт не имел особого значения. – Впрочем, безделушка, которую я жажду заполучить, перевешивает весь риск… Я должна владеть тем колье!
– Но почему, мисс Грант… Изабелла? Почему именно это колье так много значит для вас?
– О, дорогая, это длинная история! – Губы Изабеллы скривились в горькой усмешке. – Действительно, почему бы не рассказать обо всем? В конце концов, это не принесет мне никакого вреда и поможет скоротать время. Видите ли, мне придется сидеть здесь, пока не стемнеет.
Изабелла встала, подошла к окну и устремила взгляд на серое, покрытое рябью озеро.
– Я так и не научилась плавать, Сара, а вы?
– Я тоже.
– Тогда у нас есть что-то общее… но подозреваю, что на этом наше сходство и заканчивается. – Сунув руки в карманы, слегка расставив ноги, Изабелла стала похожа на задиристого юношу. – Вы видите перед собой результат единственного опрометчивого поступка моей бедной матери, одной ночи ее всепоглощающей страсти. Моя мать была единственным ребенком деревенского викария. Как и вы, она была милой, добродетельной и очень хорошенькой. Мой дедушка жил рядом с большим поместьем, примерно таким же, как это. Он и его дочь, моя мама, были частыми гостями в господском доме. Однажды на обеде моя мать познакомилась со знатным юношей, гостившим в семье. Он очаровал ее. По глупости она поверила, что он полюбил ее, и отдалась. – Изабелла рассмеялась. – На следующий день она обнаружила, что ее возлюбленный уехал, не оставив даже прощальной записки. Как только дедушка узнал о прискорбном положении моей матери, он тут же отослал ее к своей сестре в Бристоль. Моя мать умерла, дав жизнь мне.
Сара с сочувствием взглянула на Изабеллу. В ее голосе не было никакой горечи, одно лишь безразличие. Наверное, трудно испытывать скорбь по человеку, которого никогда не знал, подумала Сара.
– Излишне говорить, что мое детство не было счастливым, – продолжала свой рассказ Изабелла. – Сестра отца была лицемерным и недалеким созданием. Она ни на минуту не позволяла мне забыть о материнском позоре. Но она дала мне образование, достаточное, чтобы получить место гувернантки в состоятельной семье, жившей на окраине Бристоля. Не прошло и месяца, как хозяин дома изнасиловал меня.
Сара в ужасе вскрикнула.
– Да, Сара, меня изнасиловали! Вряд ли вы представляете, что это значит… И дай вам Бог никогда этого не узнать! Мой дедушка не желал иметь со мной никаких дел. Я была его позором, пятном на его безупречной репутации. Мой отец был – и есть, если уж на то пошло, – никчемным распутником, равнодушным ко всем и ко всему… Неудивительно, что я презираю всех мужчин!
– Да, неудивительно, – мрачно согласилась Сара. – Что же вы сделали? Вы ведь не остались в той семье?
– О Боже, конечно, нет! Я попыталась найти приют у моей любящей тетушки. Естественно, она не поверила мне. Она была убеждена, что это я совратила мужа ее подруги. Тетя отказалась принять меня, и мне пришлось присоединиться к странствующей театральной труппе. Театр завораживал меня с раннего детства. Мир фантазий гораздо приятнее жестокой действительности. Я была хорошей актрисой. Не думайте, что я хвастаюсь, но у меня врожденный талант. Только из-за высокого роста мне всегда давали играть мужские роли, что меня вполне устраивало. Думаю, мне надо было родиться мальчиком. Моя жизнь, я уверена, была бы более… удачной. Уверяю вас, театр не только радость. Но я не хочу осквернять невинные уши рассказами об отвратительных сторонах актерской жизни. Достаточно сказать, что после восьми лет странствий я поняла: с меня довольно! Кроме того, – Изабелла пожала плечами, – я стала слишком старой, чтобы играть подростков. Так что я начала размышлять о том, где бы еще применить мой несомненный талант.
– Как вы познакомились с мистером Натли?
– Я встретила его, когда наша труппа давала частное представление в одном большом доме в Лондоне. Мы поговорили немного, и мне стало ясно, что он устал существовать на жалкое отцовское пособие. В тот момент он показался мне идеальной находкой: его повсюду приглашали. К тому же Натли жаждал легких денег. – Нахмурившись, Изабелла покачала головой. – Конечно, глупо было брать его в партнеры. Видите ли, он был жаден, и ему не терпелось воспользоваться деньгами.
– Итак, вы начали грабить богатых? – подсказала Сара, поскольку Изабелла умолкла.
– Да, я устраивалась горничной в различные дома. Иногда работала неделю, иногда две, затем, когда хозяева давали большой прием, и весь персонал был занят, я крала различные драгоценности и передавала их Натли – сразу же или на следующий день, когда он приезжал поблагодарить хозяйку за приятный вечер.
Примерно через неделю я отвозила нашу добычу в Бристоль, продавала одному знакомому джентльмену и клала деньги в банк, чтобы впоследствии разделить их с Натли. Но как я уже говорила, деньги он жаждал получать сразу же. На этот раз я решила заключить с ним сделку. Если он поможет мне украсть бриллианты Фелчета, я отдам ему все деньги с нашего общего счета, и мы расстанемся. Натли согласился, но настоял на том, что поедет со мной в Бристоль, причем колье будет находиться у него.
– Вы… вы убили его? – спросила Сара и чуть не вздохнула от облегчения, когда Изабелла отрицательно покачала головой.
– Нет, я не убивала его. Нам удалось на секунду остаться наедине в той гостинице, и он сказал, что Стаббз, возможно, сыщик из Главного полицейского суда. Я попросила его отдать бриллианты мне, но он отказался. Сказал, что надежно спрячет их до конца путешествия. Я дала ему немного наркотика, который он и подмешал потом в пунш. Но Натли был круглым дураком – никогда ничего не мог сделать как следует! – Изабелла покачала головой, как будто отвечая на какую-то свою мысль. – Теснота той гостиницы создавала проблемы. Я не хотела, чтобы кто-то увидел меня ночью, поэтому надела мужской костюм и стала ждать. Натли вышел из своей комнаты, и через несколько минут я последовала за ним. Но он наотрез отказался открыть мне, куда спрятал колье. Я рассердилась и шагнула к нему, должно быть, даже напугала его. Он отступил, упал и ударился головой о скамью. Вы спустились как раз в тот момент, когда я искала колье. Я услышала, как вы наткнулись на стул в столовой, и к тому времени, как вы вошли в гостиную, успела открыть окно и вылезти. С крыши пристройки я прокралась к окну своей спальни, открыла его и попала внутрь.
– А служанка… Изабелла, это вы убили ее?
– Да, я, – равнодушно призналась она, но Сара заметила сожаление, промелькнувшее в ее глазах. – Я не собиралась это делать… Я вообще не хотела причинить кому-то вред. Но назойливая маленькая потаскушка копалась в моих вещах! Кажется, я говорила вам об этом, когда мы в первый раз встретились на лестничной площадке. Помните? Она открыла коробку, где я хранила парики и грим, и сразу поняла, что я не та, кем хочу казаться. Узнав, что Натли мертв, она сразу же явилась ко мне. Угрожала, что расскажет об увиденном сыщику. Стены в той гостинице были тонкими, как бумага, и я испугалась, что наш разговор подслушают. Мне удалось убедить ее встретиться со мной ночью.
Все так точно вставало на свои места, что Сара могла бы поверить: Изабелла – всего лишь жертва обстоятельств… Однако кое-что ее смущало.
– Вы сказали, что не хотели никому вреда, – напомнила она. – Но, Изабелла, когда вы пошли на встречу с Роуз, при вас был кухонный нож. И к тому же вы положили на тело мертвой девушки письмо, чтобы бросить тень подозрения на Дотти. Это бессердечно!
Изабелла не стала отрицать обвинения.
– В тот вечер, когда я отнесла свой поднос на кухню, нож лежал на столе. Я хотела лишь припугнуть девчонку, но, как только мы встретились, поняла, что этой хищнице доверять нельзя. Рано или поздно она заговорила бы, сколько бы я ей ни заплатила. А что касается письма… – Изабелла ехидно улыбнулась. – Я хотела обыскать комнату Дотти, когда заметила то письмо под дверью. – Она рассмеялась. – Если память мне не изменяет, Дотти… э… была занята с нашим лихим капитаном.
– Дотти говорила, что вы показались ей знакомой. Значит, вы действительно знали друг друга?
– О да! Несколько лет назад мы вместе работали в Бристоле. Потом я отправилась дальше с труппой; не могу вспомнить, что делала Дотти. С нами она точно не поехала. – Изабелла отошла от окна, зажгла свечу и поставила ее на ближайший к Саре ящик. – Боюсь, теперь я должна оставить вас. Уилкинс уверил меня, что сюда никто никогда не приходит. Вы будете здесь в безопасности, а я должна кое-что устроить, чтобы завтра с утра спрятать вас в другом месте. – Она нахмурилась. – Внезапное появление этого чертова сыщика доставило мне кучу забот! Сара, я совершенно не собиралась похищать вас, но…
– Почему вы так уверены, что колье еще здесь? Все это может быть пустой тратой времени, – заметила Сара, но Изабелла замотала головой.
– Если оно не у вашего опекуна, то точно у сыщика! Он наверняка хотел воспользоваться им, чтобы поймать меня. Я вернусь, как только достану немного еды, но боюсь, это будет не скоро, так что я оставляю вам свечу.
– Изабелла, – тихо позвала Сара. Изабелла остановилась. – Не делайте этого! Вас поймают и… повесят…
В ответ раздался смех.
– Моя дражайшая тетушка не уставала повторять, что я кончу жизнь на виселице. Только не в Англии, милая! Я хочу попытать счастья в Новом Свете.
– Тогда уезжайте, Изабелла! Уезжайте сейчас, пока у вас еще есть шанс! Неужели это колье так важно для вас?
Голубые глаза сверкнули огнем.
– Очень важно, Сара! Оно значит для меня все… Если бы лорд Фелчет был честным человеком, он женился бы на моей матери, и бриллианты стали бы моими. Они мои по праву!
Переодевшись, Маркус отправился в библиотеку и уселся писать длинное письмо своему секретарю. Мысли о подопечной не давали ему сосредоточиться, и письмо было закончено очень не скоро. Запечатав послание, Маркус покинул библиотеку и, войдя в гостиную, с удивлением обнаружил там лишь бабушку.
– Где Сара?
Вдовствующая графиня отвлеклась от своего вышивания.
– Понятия не имею! Я не видела ее с самого ленча. Думала, что она с тобой.
– Тогда, может, она в своей комнате? – Маркус сел и рассеянно забарабанил пальцами по подлокотнику кресла. – Когда я вернулся, она как-то странно посмотрела на меня и пулей бросилась вверх по лестнице. Очень странно посмотрела!
– Маркус, ты же знаешь, как действуешь на людей! Наверное, ты сказал какую-нибудь гадость и расстроил бедное дитя.
– Я даже рта не раскрыл! Впрочем, женщины часто капризничают.
Только графиня собралась, было дать достойную отповедь внуку, как явился Клег, чтобы зажечь свечи. Графиня попросила его послать Баддл в комнату Сары и проверить, все ли в порядке. Пять минут спустя вошла мрачная Баддл.
– Миледи, мисс Сары нет, и ее пальто тоже! – Баддл с тревогой взглянула на хозяйского внука. – Я знаю, что в хорошую погоду она гуляет с Саттоном, и спросила его. Но он тоже ее не видел – с самого утра.
– Маркус, не волнуйся! – не очень убежденно сказала графиня. – Может, Сара захотела побыть одна, вот и все. – Краешком глаза она заметила за спиной Баддл дворецкого. – Да, Клег. Что теперь?
Дворецкий подошел к Маркусу и протянул записку:
– Я только что нашел это под дверью. Она адресована вам, сэр.
Пробежав глазами короткую записку, Маркус побледнел и кивком отпустил слуг.
– Та женщина захватила Сару? – догадалась графиня.
Маркус не ответил, но в этом не было и нужды. Его мрачное лицо говорило красноречивее слов.
– Мы должны отправить всех здоровых мужчин на ее поиски! – пылко воскликнула старая графиня.
– Нет, мы не можем это сделать. Вот, прочитайте сами! – И Маркус протянул ей письмо.
«Равенхерст, ваша подопечная у меня. Она цела и невредима и таковой останется, если вы не попытаетесь обнаружить ее местонахождение. Вы знаете, что я хочу в обмен на ее возвращение. Завтра вы получите дальнейшие инструкции».
Графиня взглянула на внука. Он стоял у окна и смотрел вдаль невидящим взглядом.
– Ты… ты думаешь, она может сделать с Сарой что-то плохое?
– Она уже совершила убийства. Я уверен, что она способна на все!
– О, Маркус, нет! – Глаза графини подозрительно заблестели. – Ты должен отдать это колье. У тебя нет выбора!
– Конечно, я отдам! – Его голос прозвучал ровно, но, когда он повернулся к бабушке, она чуть не задохнулась от холодной ярости, горевшей в его глазах. – И если хоть один волосок упадет с головы моей маленькой Сары, я задушу эту женщину собственными руками. – Маркус прошел к двери, но обернулся и добавил: – Я должен связаться со Стаббзом и сообщить ему о случившемся. А пока, мэм, буду премного вам обязан, если вы сохраните все в тайне.
Через полчаса Маркус был уже в гостинице. Он не знал, на что решиться, и это подливало масла в огонь его ярости. Если он пошлет людей на поиски, как предложила бабушка, Сара подвергнется еще большей опасности. С другой стороны, как только похитительница получит колье, Сара станет ей не нужна… станет обузой. Можно ли доверять преступнице? И откуда начинать поиски? Сара может быть где угодно: здесь, в этой самой деревне, или далеко отсюда. Он заскрежетал зубами от досады. Ситуация казалась безнадежной.
В гостинице Маркус не нашел Стаббза – тот еще днем ускакал из деревни на нанятой лошади и до сих пор не вернулся.
– Он сказал, куда направился? – обратился Равенхерст к хозяину.
– Нет, сэр! – Тот почесал в затылке. – Кажется, упомянул, что вернется к ужину.
– Хорошо. Я подожду и выпью кружку пива.
Маркус сидел за угловым столом, глубоко задумавшись и почти не замечая, как зал потихоньку заполняется местными работягами. Только когда раздался неожиданный взрыв хохота, он оторвал взгляд от ярко горевших в очаге поленьев и обвел глазами помещение. К его разочарованию, Стаббз не появился. Похоже, ему придется ждать долго.
Опрокинув в горло остатки пива, Маркус подошел к стойке за новой порцией.
– Из-за чего весь этот шум? – спросил он, заметив веселое выражение нескольких лиц.
– О, это всего лишь старый Сол рассказывает свои небылицы, – ответил хозяин.
– Говорю, я ее видел! – клялся почти беззубый старик в грубой домотканой куртке и потрепанной бесформенной шапке. – Видел собственными глазами. И слышал тоже. О, милорд, – он уставился близорукими глазами на Равенхерста, – как же страшно она кричала! Не человек, это точно!
– Не обращайте внимания, сэр, – посоветовал хозяин. – Он всегда несет какую-то чушь. Говорит, что видел старую ведьму в лодочном сарае вашего дяди.
Кружка в руке Маркуса остановилась на полпути к губам.
– Итак, ты слышал чей-то крик. Когда это было? – Он заметил, как хозяин бросил на старика предостерегающий взгляд. – Ладно, старик! Меня не интересует, что ты там делал, но я хочу знать, действительно ли ты видел и слышал кого-то около лодочного сарая.
– Это было, может, час назад, сэр, – ответил старик после некоторого колебания. – Иногда я хожу напрямик через землю его светлости. Никакого вреда!
– И ты точно слышал женский крик?
– Это была ведьма, сэр! И выла она ужасно. Я видел ее тень через окно. Вся согнутая, скрюченная. Не человек!
Велев подать перо и бумагу, Маркус вернулся к столу, быстро написал несколько слов, сложил лист, сунул в него записку похитительницы Сары и подошел к стойке.
– Передай это мистеру Стаббзу, как только он вернется, ясно? – Маркус вручил сложенные листки хозяину, проследил, как тот положил письмо на полку для сохранности, затем повернулся к старику. Вынув из кармана горсть монет, он бросил их на стойку. – Купи себе еще пива. А если я найду эту твою ведьму, будешь вознагражден отличным ужином!
Старик смотрел вслед Равенхерсту, не зная, что и думать. Если графский племянник хочет отправиться на охоту за ведьмой, это его дело! По крайней мере ему лично обломится приличный ужин. А он видел ее – огромную, согнутую, качающуюся из стороны в сторону, всю покрытую спутанными волосами… Он точно ее видел!
