ОБО МНЕ: Я очень рано начал подавать надежды: буквально с первых минут рождения. - Надеюсь, ребёнок всё-таки выживет, - лихорадочно работая с сипящим полузадушенным мальчиком, твердила заведующая родильным отделением, вызванная среди ночи на крайне тяжёлые роды. И мой вдруг прорвавшийся крик давал некоторые основания для её оптимизма. Не прошло и трёх лет, как та же самая фраза была произнесена надо мной ещё как минимум четырежды: сначала, скинув в доме у бабушки все крынки, я едва не захлебнулся вытекшей из них сметаной; потом (спустя несколько недель, а может, месяцев) –отпил из кипящего на печи чайника; потом – слетел в открытый по какой-то хозяйственной надобности подпол; а уж затем, спрятавшись от бабушки, съел почти пачку стирального порошка. - Надеемся, ребёнок всё-таки выживет… С тех пор я не ем сметаны, не ем стирального порошка и побаиваюсь докторов. А заодно – и строгих святых, пред ликами которых надеялась бабушка на моё чудесное спасение. Не переставал я подавать надежды и взрослея. - Надеюсь, из этого молодого человека выйдет толк! - гремел пришедший к нам как-то в гости друг отца, вручая мне иллюстрированную книжку «Легенды древней Греции». - В нём есть любопытство, а значит, тяга к познанию! Тяга была. Сгорая от любопытства, я ждал, когда родители уйдут провожать друга отца, чтобы спокойно полистать красивую книжку и попробовать со дна рюмок напитки, которые пьют взрослые. Возможно, впрочем (я уже не помню), моя тяга к познанию удовлетворялась в обратном порядке: сначала напитки, а потом книжка. Со временем я продолжал оставаться источником надежд, хотя и претерпевших существенные изменения. - Надеюсь, вы понимаете, что в рамках общеобразовательного учреждения подобное поведение недопустимо! - отчитывал меня и моих друзей, участников школьного вокально-инструментального ансамбля, директор школы. Директор весьма некстати завалился в репетиционную комнату, «каморку», где мы должны были готовиться к конкурсу военно-патриотической песни. Стены «каморки», как и всей школы, сотрясались от жёсткого рока, а над нашими головами витали клубы сигаретного дыма. - Надеюсь, такого больше не повторится! - требовательно возглашал директор. И мы клялись, что никогда… не понимая, впрочем, чего не должно повториться: рока, сигарет, чрезмерной громкости?.. Решили: не должно повториться неожиданных визитов. И поменяли в «каморке» замок. Шли годы. Надежды окружающих содержали всё менее оптимизма. - Надеюсь, вы одумаетесь, - с грустью в голосе говорил замдекана металлургического факультета, отдавая мне документы. - Нам жалко терять студентов, имеющих опыт работы на заводе. Скажите, ну зачем вам армия? Через два года у вас будут корочки лейтенанта запаса, а вы бросаете институт и идёте на те же два года служить простым солдатом. Разве подобное поведение разумно? Что тут сказать? Он был прав. Все мои сокурсники, а в первую очередь родители, считали подобное поведение неразумным. - Надеюсь, товарищ младший сержант, вы научитесь исполнять свои обязанности должным образом! - чеканил слова командир части, разрывая бумаги о присвоении мне очередного воинского звания. А я, разве же, не исполнял? Просто драка между нашей и соседней ротами состоялась в моё дежурство и на нашей территории. Из-за столпотворения не было абсолютно никакой возможности пробиться к телефону, чтобы доложить о происходящем дежурному по части. А кроме того, как я мог оставаться в стороне, если наши терпели поражение? Но вот служба кончилась, и я поспешил пробуждать в людях надежды с новой силой. - Надеюсь, твои родственники не преувеличивали, суля мне в жизни горы золотые? - с сомнением в голосе допытывалась от меня после свадьбы жена. - Надеюсь, журналистика получила мастера своего дела! - жал мне руку на защите диплома декан факультета журналистики Уральского госуниверситета. А что? Я был очень даже ничего. Ведь по словам декана, впервые студент-выпускник дневного отделения являлся уже главным редактором журнала! Поэтому, обмывая диплом, я жал декану руку как равный равному, одновременно вытаптывая ему грядки на даче, куда он меня и других празднующих дипломников так неосмотрительно пригласил. Впрочем, редакторство моё продолжалось не слишком долго. И вновь не обошлось без надежд. - Надеюсь, старик, ты понимаешь, что твой журнал придётся закрыть, - изображал на лице сожаление учредитель издания. - Времена, сам знаешь, непростые, и мы избавляемся от лишних расходов. Да, я знал и прекрасно понимал. Покинув пост главного редактора, я работал журналистом, специалистом по рекламе, начальником рекламного отдела. И шёл только туда, где надежды на меня возлагались серьёзные. Главные же из них расцвели в период, когда я решился ступить на стезю собственного бизнеса. - Надеюсь, мы приведём вскоре нашу маленькую фирму к серьёзным успехам! - восклицал мой студенческий товарищ, приведший вскоре нашу маленькую фирму на поживу серьёзным бандитам. - Надеюсь, осенью мы превысим оборот в миллион долларов! - ставил цель мой новый партнёр по бизнесу, а вернувшись осенью из командировки, оправдывался: - Пойми, они меня кинули! У них там всё повязано с властями. Надеюсь, ты не думаешь, что я отдал им наши деньги специально? - Надеюсь, вы откроете ещё сто магазинов! - поднимала тост одна из мох работниц на открытии десятого по счёту магазина. - Надеюсь, экономический кризис не продлится долго, - дежурно извинялась сотрудница компании-франчайзера, закрывая франшизу, а значит, и бизнес, в который я вложил все свои средства. Ах, этот кризис! Ах, если б не этот кризис... Сейчас я по-прежнему на коне. Или, по крайней мере, на не утратившем резвости пони. Работаю успешно, хоть и не на высоких руководящих должностях. Я всё ещё силён духом и статен собой. Но мне вдруг стало ясно, что пришла пора оправдывать надежды, которые возлагались на меня столь достойными людьми! Что оправдывать надежды нужно не завтра и не на следующем этапе жизни, а прямо сегодня, не сходя с этой самой страницы. Я хочу опубликовать несколько книг, написанных за прошедшие годы, и хочу найти читателя, которому мои книги будут интересны. Эти книги очень разные, и похожи они на чемоданы: одни из них тонкие – другие потолще,и даже с двойным дном;одни лёгкие –другие требуют для себя усилий;одни новые – другие потрёпаны временем. Мне неловко обладать моим богатством одному. Да и тащить такой груз задача не из лёгких. Я решил отдать книги-чемоданы вам. Забирайте! И, умоляю, не думайте про то, что каждая вещь, будь то книга или чемодан, имеют цену, которую нужно платить хозяину: ведь и он, возможно, заплатил за них немало. Но это не должно вас заботить! Поскольку я понял, что в жизни имеет значение не корысть, а бескорыстие!Что жить надо не для себя, а для других! Отдай и воздастся! Полюби окружающих, и окружающие полюбят тебя! Вынеси им, что у тебя есть – всё, без остатка! А потом хотя бы за часть не бери денег, или, по крайней мере, предложи хорошую скидку. Надеюсь, вы понимаете, что это была шутка. Я надеюсь. Я, по-прежнему, надеюсь. И, знаю, есть люди, которые надеются на меня.