Текст книги "Искушение герцогини"
Автор книги: Эмма Уайлдс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)
Глава 15
Знаю, это звучит как клише, но бывшие повесы становятся прекрасными мужьями. Почему? Во-первых, они совершили достаточно сумасбродных поступков на своем веку. А во-вторых, они знают, как доставить женщине удовольствие. Подумайте об этом. В конце концов, именно это и снискало им славу повес.
Из главы «То, что вы знаете наверняка»
Ничего удивительного в том, что смелость покинула ее. Брианна привела в порядок свой пеньюар, специально сшитый для этого случая, и попыталась унять нервную дрожь.
Она напомнила себе, что ночная сорочка должна быть соблазнительной. Колтон был ее мужем, он имел право видеть ее в любом наряде, к тому же в прошлом он уже имел удовольствие лицезреть ее полуобнаженной.
Однако этот пеньюар был действительно дерзким и определенно созданным, чтобы соблазнять.
Низкий вырез почти не скрывал груди, и по сравнению с ним платье, которое Брианна надевала в оперу, казалось скромным. Ее руки оставались обнаженными, с обеих сторон юбки были сделаны разрезы, а спина была настолько открыта, что если бы Брианна повернулась, Колтон бы увидел нижнюю часть ее тела.
Прекрасное начало вечера, подумала Брианна, и в ее душе вновь вспыхнула надежда.
Оставаться полуобнаженной, советовала леди Ротбург, намного заманчивее, чем не надевать вообще ничего.
«Накиньте прозрачный пеньюар, позвольте ему лишь мельком увидеть ваше тело, а потом пусть он потеряет голову».
«Думайте, как куртизанка».
Возможно, это и удалось бы Брианне, но только не без помощи печально известной соблазнительницы. Ей и в голову прийти не могло соблазнять Колтона, пробуя что-то новое, когда он уже и так получал удовольствие от их близости: после более чем неудачной первой ночи дела пошли на лад. Оглядываясь назад, Брианна поняла, как мало рассказывала ей мать об отношениях мужчины и женщины. Ее губы тронула усмешка, когда она вспомнила их «женский» разговор.
В первую брачную ночь Колтон сделал все возможное, чтобы успокоить ее, и даже погасил свечи, прежде чем раздеться. Однако это ничего не изменило, потому что в темноте Брианна его не видела и, когда почувствовала близость его возбужденной плоти, ее охватила паника. Откровенно говоря, она очень любила мужа и желала угодить ему, поэтому, как только утихла жгучая боль, Брианна поняла, насколько ей нравится чувствовать Колтона в себе.
Теперь она ждала этого с нетерпением.
Она уже не была той робкой юной женой и хотела, чтобы этот день рождения запомнился Колтону надолго.
Сегодня ночью она собиралась соблазнить его самым порочным образом, совратить его, и если верить леди Ротбург, удовлетворить тщательно скрываемую многими мужчинами фантазию. Брианна хотела, чтобы этот вечер оказался незабываемым.
Когда Брианна впервые встретила его, она тут же влюбилась, и мысль о его прошлом ни разу не пришла ей в голову. Но теперь, став чуть старше и опытнее, она поняла, что Колтон был далеко не невинен, когда женился на ней. Конечно, его нельзя было сравнить с Робертом, но и святым он тоже не был.
Вот и хорошо, потому что зачем ей святой? Брианне был нужен мужчина, который будет сходить с ума от желания.
Сходить с ума от любви, добавила бы она, если быть совсем честной, но Колтон был не из тех, кто говорит о своих чувствах, поэтому Брианна решила ждать, пока он будет готов признаться ей.
Может быть, этого никогда не случится. Такая неприятная возможность тоже существовала, но если бы Брианна знала о чувствах Колтона, этого было бы довольно.
Она еще раз провела щеткой по длинным волосам, разгладила прозрачный шелк на бедрах и оглядела комнату. Горели свечи, в воздухе витал слабый аромат духов, на туалетном столике ждала бутылка шампанского и два бокала, кремовые шелковые простыни так и манили прилечь. Все складывалось как нельзя лучше.
Теперь Брианне оставалось только дожидаться мужа.
Подойдя к дверям, разделявшим их спальни, она прислушалась. Видимо, слуга уже ушел, голосов не было слышно, и Брианна чуть приоткрыла дверь. Чтобы не оказаться в глупом положении, она вначале осторожно посмотрела в щелочку.
И тут же затаила дыхание. На Колтоне не было надето ничего, кроме брюк. Он стоял к ней спиной, и Брианна увидела, как перекатываются на спине мускулы, когда он наклонился за аккуратно разложенным на постели халатом.
Она как раз вовремя. Колтон раздевался, а именно это и было нужно Брианне. Она проскользнула в комнату и подошла к нему.
– Ложишься спать, дорогой?
Колтон резко обернулся, и его брови поползли наверх, когда он увидел одеяние жены. Он так и замер на месте.
Брианна улыбнулась, стараясь скрыть волнение:
– Мы можем перейти в мою комнату?
Какое-то мгновение Колтон молчал, но потом еще раз скользнул взглядом по ее почти несуществующему наряду и ответил:
– Конечно, смотреть на тебя одно удовольствие, но что, если бы мой слуга все еще был здесь, Брианна?
– Я прислушивалась под дверью. – В этом весь Колтон: выражать недовольство, одновременно жадно разглядывая ее тело.
Не выпуская халата из рук, он переспросил с легким раздражением:
– Неужели?
– Я ждала тебя. – Брианна указала на свой пеньюар, если можно было так назвать почти прозрачную кружевную ткань. – Сегодня твой день рождения.
– Верно. И какая здесь связь? Мой день рождения и твое ожидание? Если это одеяние сирены – подарок мне, я с радостью его приму.
– Я хочу заняться с тобой любовью.
Как и ожидала Брианна, Колтон в мгновение ока оказался рядом.
– С радостью доставлю тебе это удовольствие. Брианна коснулась ладонью его груди.
– Нет, Колтон, это я хочу доставить тебе удовольствие. Это мой подарок тебе. Тебе останется только лежать и наслаждаться. Я собираюсь заняться с тобой любовью, а не наоборот.
– Брианна…
– Как грубо вот так отказываться от подарка, ваша светлость, – лукаво перебила она.
– Я бы ни за что на свете не отказался, – ответил Колтон, глядя ей в глаза. – Прекрасно. Раз уж мы начали играть по твоим правилам, то, что я должен делать? Брианна указала на дверь:
– Иди туда, сними брюки и ложись в кровать. Халат можешь оставить здесь, он тебе не понадобится.
– Неужели? – В голосе Колтона появились самодовольные нотки. Он был герцогом, и сам привык отдавать приказания, а не подчиняться.
– Да, – ответила Брианна, выдержав его пронзительный взгляд.
«Если ваш мужчина обладает хотя бы крупицей ума и уверенности, он не сможет устоять перед женщиной, которая главенствует в спальне. Нет, он не пожелает, чтобы так было всегда, поскольку мужчинам свойственно стремление доминировать, особенно когда речь заходит о близости, но поверьте мне, время от времени смена ролей доставит ему только удовольствие».
Колтон направился к двери, странно посмотрел на Брианну и наконец исчез в спальне. Брианна глубоко вздохнула и последовала за ним.
Она следила, как он неторопливо расстегивал брюки, как они соскользнули с его стройных бедер, явив взгляду Брианны его возбуждение. После этого он лег на спину, на кровать и посмотрел на нее, с вызовом приподняв бровь.
«У меня все получится», – подумала Брианна, она ведь видела, как сильно возбужден Колтон. Половина дела была уже сделана, поскольку он подчинился ей. Но что будет, когда она свяжет его?
Брианна не уставала удивлять Колтона, и не всегда это было так уж плохо. Взять хотя бы этот пеньюар, скорее просто массу кружев, которые совершенно не скрывали ее соблазнительной груди и подчеркивали длинные ноги. Подобный наряд надела бы распутная женщина, однако даже в нем Брианна выглядела как ангел с растрепанными золотистыми волосами и прекрасной белой кожей.
Такая чистая. И такая пьянящая.
В отличие от Роберта Колтон вечером не пил так много вина, словно был кровно заинтересован в процветании французских виноградников, однако голова у него чуть кружилась, и ему казалось, будто все происходит во сне. Видя, какой усталой была Брианна в последнее время, Колтон не хотел удерживать ее допоздна и пообещал себе не заходить в ее спальню сегодня вечером.
Но она пришла сама.
– Закрой глаза.
Сладострастный тон ее голоса заставил Колтона рассмеяться. Брианна, соблазнительно покачивая бедрами, прошла через всю комнату и остановилась у кровати.
– Если ты хочешь, чтобы я закрыл глаза, тебе не стоило выбирать этот наряд, – ответил Колтон, любуясь плавным движением ее грудей при ходьбе.
– Можешь сделать это для меня? – Брианна говорила чуть слышно, и глубокие темно-голубые глаза блестели.
«Я бы отдал тебе весь мир…»
Колтон не произнес этого вслух, но мысль поразила его до глубины души. Он по-новому взглянул на Брианну. Она была не просто прекрасной женщиной, которую он желал, и которая доставляла ему наслаждение. За прошедшие пять дней он наблюдал, как она общается с его бабушкой, очаровывает его братьев, играет роль любезной хозяйки, смеется со своими друзьями, и, самое главное, она является его женой.
Не просто герцогиней Ролтвен.
Женой Колтона. У него появилось странное чувство, что, даже живи он в рыбачьей лачуге на берегах Уэльса, где вся его жизнь зависела бы от милости моря, он все равно был бы счастлив с ней.
Странно, но мысль о счастье никогда прежде не приходила Колтону в голову. Он всегда принимал счастье как нечто принадлежащее ему по праву. Он обладал особыми преимуществами. Титулом, богатством, властью, значит… он был счастлив.
Но, поразмыслив, Колтон пришел к выводу, что это не так. Он знал слишком многих представителей своего класса, чья жизнь была бессмысленна. Они растрачивали свои состояния, много пили, сплетничали и злорадствовали и избегали самого главного, придающего нашей жизни смысл, – любви.
Колтон впервые задумался об этом, однако сосредоточиться ему мешало присутствие почти обнаженной Брианны.
– Что сделать для тебя?
– Закрой глаза, – повторила она. – И положи руки за голову.
Сейчас Колтон ради нее был готов пройти по горящим углям.
– Не вижу смысла в твоей просьбе, но ладно.
Колтон опустил глаза и взялся руками за резное изголовье кровати. Он чувствовал, как его желание становится все сильнее, а сердце готово выпрыгнуть из груди.
Брианна взобралась на кровать. Он чувствовал, как прогнулся матрас, ощутил знакомый аромат, и все его тело напряглось. Когда она склонилась над ним и, ее шелковистые волосы коснулись его обнаженной груди, Колтон застонал.
– Не двигайся, – приказала Брианна.
Колтон с трудом удержался, чтобы не схватить ее, швырнуть на кровать и овладеть этим прекрасным телом, однако любопытство остановило его. По его запястью скользнула тонкая ткань, и он с изумлением понял, что Брианна привязывает его руки к изголовью кровати. Он широко открыл глаза.
– Брианна, что, черт возьми, ты делаешь?
– Хочу, чтобы ты стал беспомощен и не сопротивлялся. – Она опустилась рядом с ним на колени и затянула узел. Нежные пальцы обхватили другое запястье, удерживая его на месте. – Хотя, конечно, ты легко мог бы освободиться, так что это скорее просто символическое действие.
Все происходящее было настоящим безумием. Никогда прежде женщина не пыталась привязать Колтона к кровати.
– Даже боюсь спрашивать, но это символ чего? – еле слышно пробормотал Колтон.
– Доверия. – Брианна дважды обмотала шелковую ленту вокруг его руки и привязала ее к столбику кровати. На ее лице было сосредоточенное выражение. – Тебе удобно?
Плечи Колтона упирались в подушки, он чувствовал себя немного глупо – привязанным к кровати, голым и возбужденным, – однако в остальном все было в порядке, и он только чуть раздраженно кивнул.
– Не могла бы ты объяснить, почему вдруг зашел разговор о доверии?
Брианна приподняла красивые брови, откинулась назад и придирчиво оглядела свою работу.
– Я доверяю тебе. Доверяю безоговорочно. Ты намного крупнее и сильнее меня, и если бы пожелал, то мог бы сделать все, что угодно, а я оказалась бы беспомощна.
– Я бы никогда не заставил тебя сделать что-то против твоей воли, – возразил Колтон, проверяя, насколько сильно были затянуты узлы. Он мог немного пошевелить руками, но не хотел запутать ленты еще сильнее и постарался лежать спокойно.
– Знаю. – Брианна с легкой улыбкой смотрела на него. – Я знаю, ты хочешь доставить мне удовольствие, а не только получить его. Это я и имела в виду. Теперь же я желаю доставить удовольствие тебе.
– Но и так это происходит всякий раз.
Невыразимо нежная улыбка Брианны стала еще загадочнее, на щеках появились маленькие ямочки.
– Да, но сегодня я все сделаю сама. Звучит привлекательно?
Еще бы! Мужчина скорее предпочел бы перестать дышать, чем стал бы отрицать существование подобного желания. Брианна села рядом с Колтоном, так что он чувствовал тепло ее тела, откровенный наряд почти ничего не скрывал, из-под тонкого кружева просвечивали розовые соски, золотистый пушок между ног завораживал его при каждом легком ее движении. Волосы Брианны, светлые и блестящие, падали на ее обнаженные плечи, доходили почти до талии, и Колтону ужасно хотелось прикоснуться к ним, запустить пальцы в шелковистые пряди, увидеть, как они рассыплются по постели, когда он возьмет ее.
– Ну, как? – Пальцы Брианны потянули за узел ленты, которой был связан Колтон, и она взглянула на него из-под длинных ресниц. – Колтон?
Он уже позабыл вопрос. Кажется, он даже забыл дышать и не мог отвести взгляда от руки Брианны, которой она откинула пеньюар и обнажила все свои прелести.
– Да, – охрипшим от желания голосом выдавил он. – Делай все, что хочешь.
– Я надеялась, ты это скажешь. – Брианна потянула за ленту, и прозрачное одеяние соскользнуло с ее плеч, открыв ее груди и бедра. Она встала на колени во всей своей великолепной наготе, пробежала пальцами по голой груди Колтона, коснулась напряженных мышц на его животе и остановилась там, где пульсировала напряженная плоть. Он вскрикнул и закрыл глаза, когда она нежно обхватила ее рукой и принялась поглаживать.
Брианна не останавливалась, то и дело осторожно сжимая пальцы, затем ее рука заскользила еще быстрее. Его бедра судорожно дернулись, спина выгнулась, и все тело покрылось потом.
– Пожалуй, тебе пора остановиться, или же сегодняшний вечер закончится слишком скоро, – сквозь зубы процедил Колтон.
– Тебе нравится? – Пальцы Брианны сжались чуть сильнее, но Колтону показалось, что он готов взорваться прямо сейчас.
– Нравится, – признался он.
– Тогда зачем мне останавливаться?
Он не нашелся что ответить, завороженный мерным движением ее руки.
– Ты когда-нибудь делаешь так сам?
Столь интимный вопрос застал Колтона врасплох, и он широко распахнул глаза. При виде ласкающей его Брианны он почти утратил контроль над собой.
– Что? – прорычал он.
На лице Брианны появилось задумчивое выражение, и тем не менее она продолжала свою сладкую пытку. Сейчас все внимание Колтона было сосредоточено на движении ее руки.
– Я никогда не прикасалась к себе, но знаю, некоторые женщины это делают.
Откуда она могла знать?
Это было уже слишком. Перед мысленным взором Колтона промелькнул образ Брианны, обнаженной, с залитым румянцем лицом, доводящей себя до экстаза, и он не выдержал. Последние остатки самообладания развеялись в миг, к груди прилила волна жара… и он, наконец, обмяк в своих путах.
Как, черт возьми, ей удавалось выглядеть такой невинной и в то же время намного более чувственной, чем все женщины, которых знал Колтон?
– Я бы предпочел сделать это в тебе, – ответил он. – И сделаю, если ты дашь мне пару минут.
– Милый, ты кое-что забываешь. Я прекрасно знаю, ты можешь это сделать, и даже более одного раза за малое время. Но позволь мне тебе помочь, – сладострастно прошептала Брианна.
Она прильнула к все еще лежащему на спине Колтону и поцеловала его. Это были ленивые, нежные поцелуи, и скоро от прикосновений Брианны он снова почувствовал, как нарастает его возбуждение. Волшебство продолжалось, гибкое тело льнуло к нему, сводило с ума, руки обхватили его за шею, и так они лежали, тесно прижавшись обнаженными телами друг к другу, будучи настолько близки, что в сердце Колтона что-то шевельнулось, и желание вновь стало возвращаться к нему. Брианна целовала его шею, скулы, ухо, ее дыхание было горячим и влажным, полная грудь касалась его груди. Ее соски стали напряженными, и Колтону так хотелось попробовать их на вкус, долго и страстно прикасаться к ним губами, пока Брианна не издаст тот негромкий вскрик, который он так любил.
Она сдержала свое обещание и занялась с Колтоном любовью.
Когда он был готов, Брианна оседлала его бедра и опустилась вниз, медленно принимая его в свое шелковистое лоно. Впервые в жизни Колтон был заворожен выражением лица женщины, а не только испытывал наслаждение, находясь внутри ее. Движения Брианны пробуждали в нем небывалые ощущения: она обхватила его за плечи руками, а ее чуть сдвинутые брови возбуждали его не меньше, чем легкое колыхание ее груди.
Все еще привязанный к спинке кровати, Колтон ничем не мог помочь Брианне, но ему и не стоило беспокоиться. Она первой достигла своего пика. Ее губы раскрылись, гибкое тело напряглось, мышцы сжались, и она сдавленно вскрикнула.
Когда Брианна без сил упала ему на грудь, он с трудом произнес:
– Развяжи меня.
– Развяжу, когда смогу двигаться, – пробормотала она, прижимаясь к его влажному телу. – Боюсь, это произойдет лет через сто…
Колтон не удержался и хмыкнул.
– Представляю, как утром сюда зайдет служанка и обнаружит нас в этом положении. Не знаю, как я ей все объясню.
– Я попытаюсь восстановить силы раньше и освободить тебя. – Брианна подняла голову и лукаво улыбнулась. – Хотя мне ужасно хочется оставить тебя своим пленником.
Но Колтон уже и без того был ее пленником.
– Звучит заманчиво, – хрипло произнес он.
Брианна ослабила узел ленты, стягивавшей его правое запястье.
– Предупреждаю, это еще не все.
Колтон театрально вздохнул.
– Мне уже не восемнадцать лет. Сжалься надо мной.
– Обещаю, усилий больше не потребуется. – Брианна ослабила узел на другом запястье.
Ее склоненная голова и изменившийся голос заставили Колтона замолчать.
– Правда? – наконец медленно переспросил он. – Можешь представить, как ты меня заинтриговала.
Пока этот вечер был полон приятных сюрпризов.
– Надеюсь, и этот вы найдете приятным, ваша светлость.
Когда Брианна использовала его титул, это обычно означало, что она что-то задумала. Колтон внимательно посмотрел на жену.
– Я люблю тебя.
Он замер, ошеломленный.
Брианна снова прошептала:
– Я люблю тебя. Хотела сказать это раньше, но все никак не выпадало удобной минуты. Возможно, наконец-то стоит признаться.
«Я люблю тебя».
– Я знала это с той самой секунды, когда мы встретились, – продолжала она. – И я верю, что это правда. Возможно, все даже случилось до того, как нас представили друг другу. Я увидела тебя и сразу же поняла.
Господи!
– Ты что-нибудь скажешь? – Брианна смотрела на него прекрасными темно-голубыми глазами, ее губы чуть заметно дрожали.
Нет, он не мог. Колтон просто утратил дар речи. Вместо этого он обнял ее и принялся неистово целовать.
Глава 16
Вместо того чтобы обходить препятствия, время от времени стоит на них наталкиваться. В любви то же самое.
Из главы «Философия романа»
– Видимо, лорд Роберт уехал рано.
Ребекка вскинула голову, не зная, как ответить на замечание Лоретты Ньюмен. Был ли вообще в ее словах намек? Возможно, она просто пыталась таким образом начать разговор.
– Правда? – Ребекка откусила кусочек тоста.
– На рассвете. Ужасный день для поездки, вы не находите? – Миссис Ньюмен посмотрела в окно, все в каплях дождя. Утро выдалось мрачным и серым, хорошо хоть праздник уже закончился. Когда Ребекка проснулась и вышла к завтраку в огромную столовую, то узнала, что Роберт, верный своему слову, несколько часов назад уехал в Лондон, несмотря на непрестанный мелкий дождик, сочащийся из свинцовых туч.
– По крайней мере, все эти дни было солнечно. – Банальное замечание. Ребекка надеялась, что прелестная вдова просто решила немного поболтать, однако тема разговора насторожила девушку. Они сидели одни в конце длинного стола, две последние гостьи, спустившиеся к завтраку. Ребекке казалось, она проспала не больше часа, все размышляя о том, стоит ли торжествовать после чудесного поцелуя, или ему суждено стать очередным сладостно-горьким воспоминанием.
Лоретта взяла джем.
– Да, погода нас порадовала. И компания подобралась замечательная. Несмотря на молодость и отсутствие опыта в подобных делах, герцогиня постаралась на славу. В конце концов, она вышла замуж за представителя очень известной семьи. Уверена, вы согласитесь со мной, поскольку и сами стремитесь стать частью этой же семьи.
Ребекка ожидала чего угодно, но только не столь откровенного замечания. Она поспешно набила рот омлетом со сливками и сухариками, чтобы избавить себя от необходимости отвечать. Промокнув губы салфеткой, она пробормотала:
– Лорд Дэмиен станет прекрасным супругом.
– Нет. – Миссис Ньюмен покачала головой и хитро улыбнулась. – Он был бы прекрасным супругом в глазах ваших родителей. Давайте будем откровенны друг с другом. Вас интересует Роберт.
Итак, уже многие заметили ее влечение к младшему Нортфилду. Отец, Дэмиен, а теперь еще миссис Ньюмен. Кто следующий? Брианна ничего не сказала, но она была так увлечена соблазнением своего герцога.
– Уверена, вы понимаете почему, поскольку и сами влюблены в него, – как можно более невозмутимо ответила Ребекка, хотя слова Лоретты вывели ее из себя.
– Вижу, мы начали говорить как женщина с женщиной.
– Очевидно.
Лоретта молча отпила чай и отставила чашку в сторону.
– Вы не настолько наивны, как я полагала вначале. И поскольку уж мы заговорили так откровенно, я желаю вам удачи. Признаюсь, когда мы только приехали сюда, я решила, что лорд Роберт поможет мне… приятно развлечься, но потом поняла: я его не интересую. Как бы там ни было, но если судить по его поведению, думаю, у вас есть шанс добиться его. А теперь прошу меня извинить. Кажется, мой экипаж уже готов.
Ребекка изумленно посмотрела вслед Лоретте.
Ей просто необходимо было поговорить с Дэмиеном. Она поспешно встала и покинула столовую, оставив неоконченным завтрак.
Ее сердце сжалось. Ребекка не могла представить, как постучит в дверь кабинета герцога Ролтвена и как ни в чем не бывало попросит позволения поговорить с его братом. Она была уверена, что даже Брианна не беспокоит своего мужа, когда он уединяется поработать. Вполне возможно, Роберт ничего не рассказал о поцелуе. Может быть, он лишь выразил своё недовольство по поводу попыток Дэмиена женить его и забыл обо всем.
Что же ей теперь делать?
«Вы не такая, как…»
И это было очевидно. Она совершенно не похожа на опытных красавиц, с которыми привык встречаться печально известный Роберт Нортфилд. И все же его тянуло к ней. Он поцеловал ее так, как только могла втайне мечтать любая молодая женщина. До последнего вздоха Ребекка будет помнить прикосновение его теплых и нежных губ. Их поцелуй не был пламенным и страстным, у нее не перехватило дух от потрясения, однако он все же был прекрасен. Если только Ребекка не превратилась в одурманенную любовью дурочку, а в этом она была уверена, ей показалось, будто поцелуй и для Роберта имел какое-то иное значение. Было какое-то благоговение в легком прикосновении его руки к ее талии, и она могла поклясться, его лицо было искренним.
Возможно, Роберт тоже испытывал смятение, как и Ребекка, а это кое-что означало для искушенного прожигателя жизни.
Ребекка распрямила плечи.
– Я могу увидеться с герцогиней?
Дворецкий, осанистый седовласый старик, склонил голову.
– Полагаю, она в прихожей, прощается с гостями, миледи.
Через несколько минут Ребекка и вправду нашла там Брианну. Тиканье часов отдавалось у нее внутри. Когда лорд Эмерсон с поклоном вышел из дома, она подождала, пока лакей запрет дверь, и обратилась к подруге с торопливой непринужденностью, как в детстве:
– Мне нужна твоя помощь, Бри.
От Брианны не укрылась настойчивость в голосе Ребекки.
– Конечно, все, что угодно, – не раздумывая, ответила она.
Ребекка рисковала, но теперь ей было уже все равно.
– Ты не могла бы побеспокоить для меня Дэмиена? Я срочно должна е ним поговорить.
Брианна удивленно приоткрыла рот.
– Конечно, если тебе это нужно.
Ребекка нервно рассмеялась:
– Прости, наверное, я говорю глупости, но скоро спустятся мои родители, и мне бы хотелось на минутку увидеть лорда Дэмиена, если это возможно.
Мгновение Брианна колебалась, словно хотела спросить, зачем Дэмиен понадобился Ребекке, но, будучи верной подругой, в конце концов, просто сказала:
– В маленьком кабинете бабушки Колтона сейчас никого нет. Это тебя устроит?
– Отлично, спасибо. – Ребекка никогда в жизни не была так напугана, поэтому испытываемое ею чувство вряд ли можно было назвать благодарностью.
Ночные раздумья заставили ее прийти к поразительным выводам. Теперь Ребекка была совершенно убеждена в том, что желает выйти замуж только по любви. И если поцелуй Роберта был лишь случайностью, она до конца дней останется несчастной.
Последовав за лакеем, которому Брианна поручила ее сопровождать, Ребекка очутилась в маленькой очаровательной комнате с изящным, обшитым деревом столиком у окна, за которым по-прежнему моросил унылый дождь, а вымокший сад казался не таким угрюмым лишь благодаря бледно-желтым стенам. Ребекка прошлась по комнате и посмотрела в окно, раздумывая, о чем она собиралась попросить.
Когда в комнату несколько минут спустя, вошел Дэмиен, Ребекка стояла неподвижно, глядя на поникшие от дождя и ветра кусты роз и мокрые изгороди. В голосе Дэмиена звучало сдержанное удивление.
– Надеюсь, вы понимаете, если ваша мать узнает, что вы пожелали увидеться со мной наедине перед отъездом, она тут же начнет планировать нашу свадьбу.
Ребекка повернулась к нему с жалким видом.
– Я как раз думала, что я должна вам это сказать.
Дэмиен подошел к ней, и на его красивом лице появилась уже знакомая ей улыбка.
– Вот в чем вся прелесть общения со шпионом. Мы знаем, о чем вы думаете, прежде чем вы сами это поймете.
Ребекка приподняла бровь.
– Вы шпион? Я думала, вы военный советник или что-то в этом роде.
– У меня много лиц. – Дэмиен жестом указал на стул. – А теперь садитесь, и мы поговорим о том, что же нам делать с моим упрямым братом.
Ребекка последовала его совету, к тому же ее ноги внезапно ослабли. Дэмиен примостился на расшитом бабочками диване – его мужественный вид никак не вязался с этим изысканным интерьером, – и вопросительно изогнул бровь.
– Итак, судя по мрачному настроению Роберта, вчера вечером все прошло неплохо.
– Что, по-вашему, означает это «неплохо? – Ребекка принялась разглаживать юбку. – Брак, его не интересует. Он ясно дал это понять.
– Моя дорогая мисс Марстон, сожалею, что мне приходится вам это говорить, но мало кто из мужчин, встав утром, понимает, что больше всего на свете хотел бы оказаться связанными с одной-единственной женщиной. Я объясню вам: такие мужчины, как Роберт, которым в общем-то не нужен наследник, у которых уже есть состояние и которого большинство женщин считают неотразимым, особенно невосприимчивы к этому. Сейчас он делает все, что пожелает, и считает себя счастливым.
Дэмиен говорил правду. Ребекка это знала, потому что именно так ей прямо сказал и сам Роберт.
– А он счастлив? – спросила она, стараясь унять дрожь в голосе.
– Если бы я так думал, то, вряд ли поставил бы себя в дурацкое положение, помогая юной леди проникнуть в окно библиотеки.
Вполне разумно, и Ребекка не смогла удержаться от смеха, то ли от радости, то ли от отчаяния, слушая бесстрастный голос Дэмиена.
– Полагаю, вы правы. Сегодня утром даже миссис Ньюмен сказала мне, что, по ее мнению, Роберт питает ко мне неподдельный интерес.
– Правда? Я даже не удивлен, так как это заметил бы любой внимательный человек. Итак, раз уж мы удостоверились в неподдельном интересе Роберта, нам стоит разработать план.
– План? – Ребекку охватил страх.
– Называйте, как хотите, только нам придется заставить его отбросить опасения и посмотреть правде в глаза. Ужасно, что мой брат упрямый глупец. Это бросает тень на нашу семью.
Весьма сомнительный комплимент, и хотя Ребекка за всю свою жизнь слышала множество красивых слов от джентльменов, сейчас она была странно тронута.
– Спасибо, – прошептала она. Дэмиен обманчиво вяло махнул рукой, но его темные глаза задумчиво блестели.
– Пока рано меня благодарить. Я еще не разработал стратегию. Надо будет подумать. Борьба с французами для меня настоящий вызов, но вынудить закоренелого холостяка просить вашей руки намного труднее. А я-то боялся, что отпуск окажется скучным. Наконец мне представилась возможность совершить подвиг.
Ребекка не смогла удержаться от улыбки.
– Роберт говорил, ему жаль Бонапарта, если против него сражаетесь вы.
– Так и есть. А теперь представьте, какой опасности подвергается мой брат. Я уже чувствую вкус победы, – мягко ответил Дэмиен.
Их поцелуй был ужасной ошибкой, но Роберт не променял бы его ни на что, на свете. Глупее мысли невозможно себе и представить. Он пришпорил лошадь. Дождь промочил его пальто, волосы, в воздухе стоял запах прелой листвы. Осень, задержавшаяся благодаря солнцу и теплому ветру, наконец-то вступила в свои права.
Когда через несколько часов Роберт прибыл в Лондон, он промок до нитки и был в таком же тягостном расположении духа, как в день смерти своего отца. Больше всего ему хотелось принять ванну, чтобы избавиться от пронизывающего ощущения холода, и забыть о случившемся.
Кроме, пожалуй, прекрасной игры Ребекки на фортепиано. Ни один человек, который разбирается в музыке, ни за что не захотел бы стереть ее выступление из памяти.
Роберт не мог забыть и саму Ребекку. Она сказала ему, что она не наивная девушка, однако искушенной женщиной ее назвать тоже пока было нельзя. Но это изменится, как только она даст согласие какому-нибудь счастливцу, который будет прикасаться к ее соблазнительному телу, целовать ее сладкие губы, сгорать от страсти в ее объятиях…
Если бы не злополучное недоразумение между ним и отцом Ребекки, мог бы он стать этим счастливцем?
Возможно.
Эта мысль настолько ужаснула Роберта, что он тут же переоделся и прямиком направился в клуб, вспоминая, как завораживающе разомкнулись нежные губы Ребекки. С каких это пор неопытные юные леди стали полны столь неотразимого очарования?
В начале десятого Роберт вошел в клуб, намереваясь немного выпить и съесть какое-нибудь горячее блюдо.
Но скоро ему стало ясно, что он слишком взвинчен, чтобы вести беседу, поэтому он, оставив ужин почти нетронутым, извинился и покинул своих изумленных друзей, которые как раз оживленно обсуждали осенние скачки.
У него еще будет время объяснить свое странное поведение. А возможно, он и не станет этого делать. Ни за чтобы Роберт не стал упоминать имя Ребекки Марстон.
