Текст книги "Спрячь меня в шкафу! (СИ)"
Автор книги: Элла Яковец
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)
Глава 29
Когда-то давно, еще когда мы были на первом курсе, мы с Ханной-Сью недолгое время были близкими подругами. Ну как, подругами… Нас поставили в напарницы на занятиях по тактической разведке, вот нам и пришлось взаимодействовать.
Но довольно быстро стало понятно, что не особо нам по пути. Мне было с ней скучно, а ей со мной – непонятно. Короче, дорожки разошлись, как часто бывает.
И как часто же бывает, разошлись они со скандальчиком.
Но его уже давно замяли, я даже не помню, в чем там была соль.
Ханна-Сью попала в правые руки нашей старосты Марты Шерр. А у меня появился мой гадючий клубочек. И вот тут все было как раз понятно и прозрачно. Мы с подружайками притянули друг друга, как магнитики. И были в доску свои, даже когда крысились и собачились.
Но иногда с Ханной случался какой-то непонятный мне рецидив дружеских чувств. И она подсаживалась вот так. Поболтать за жизнь и попенять мне за то, что я совсем с ней не общаюсь.
В этот раз она завела ту же шарманку.
И сначала я хотела ее отшить по-быстрому.
Но передумала.
Потому что, ну уйдет она, фыркнув всей собой. А я тут останусь крутить бесконечно в голове невеселые мысли про мое рыжее безумие. И стискивать зубы, чтобы по-тупому не расплакаться. То ли от обиды, что он лапает других телок, не успев высунуть свой член из меня. То ли… Не знаю, от чего.
В общем, я выбрала Ханну, как меньшее из зол. Слушала ее нытье, поддакивала. И смотрела, как все парни в библиотеке пялятся на новую аспирантку Бездны, которая опять разгуливала по колледжу полуголой. Бельфлер. Я вытянула шею, чтобы посмотреть, кто там с ней. А, понятно… Мартин Арьяда. Как он умудрился прийти сюда раньше меня? Мы же вместе в холле были…
– Ты меня не слушаешь! – воскликнула Ханна-Сью и грохнула книжкой по столу.
– Я слушаю, – рассеянно отозвалась я.
– Ну и о чем я только что говорила? – язвительно спросила Ханна-Сью.
– Прости, – я сделала виноватый вид. – Я отвлеклась. Рассказывай дальше…
И вскочившая, было, Ханна-Сью снова села рядом со мной.
И я даже прислушалась к тому, что она рассказывала, потому что речь наконец-то зашла о чем-то более или менее интересном. У Ханны-Сью была дилемма. Она уже второй год трахалась со своим егерем, и типа у них любовь. И даже вроде как есть планы пожениться, когда она закончить колледж. Но он егерь. И останется егерем. Так что никаких перспектив ей этот брак не сулит. А тут вдруг на горизонте замаячил один красавчик, который Ханну-Сью на Осенний бал пригласил. И сказал, конечно же, что это ничего не значит, ему просто пара нужна. Но она, Ханна-Сью, видит же, как он на нее смотрит. А вот этот красавчик как раз был куда перспективнее. Вот Ханна-Сью и встала перед сложным моральным выбором – сделать морду кирпичом и протанцевать со своим красавчиком невинно и по-дружески. Храня верность своему егерю. Или радостно броситься в пучину нового приключения. И пофиг на обещание выйти замуж за бедного и гордого Стью.
– А почему ты мне это рассказываешь, а не к Марте своей пришла? – спросила я, даже не стараясь маскировать язвительность.
– Ты дура что ли? – воскликнула Ханна-Сью так громко, что на нас опять начали оборачиваться. – Она же облико-морале! Если я только заикнусь при ней о том, что у меня в голове мысли появились, дать Крамеру на Осеннем Балу… Ой! Я же не хотела имя говорить…
– Забей, ты же сказала, что он тебя на бал пригласил, все равно все бы увидели, – махнула рукой я.
И мне натурально захотелось Ханну-Сью обнять! Она так вовремя пришла со своей проблемой! Слушаю ее и о своих делах не думаю. Хорошо-то как!
– Дори, вот ты бы дала Крамеру? – потормошила меня Ханна-Сью.
– Что?! – возмутилась я. – Конечно же, нет!
Ну, то есть, Крамер был довольно симпатичным, конечно. Но я не фанат тупых спортсменов-амбалов с бицухой больше моей головы. Но для Ханны-Сью он в самый раз…
– Ты дура что ли? – снова спросила Ханна-Сью. – Если бы ты на моем месте была, дала бы?
– Сама ты дура! – я показала бывшей подруге язык. – Вот сама-то понимаешь, о чем спрашиваешь? Если я тебе скажу сейчас, что да, дала бы, ты что, бросишься перед ним ноги раскидывать и кричать: “Крамер, трахни меня?” А если он окажется мудаком, ты потом мне разборки придешь наводить? Не-не-не, давай как-нибудь без таких провокационных вопросов…
– Дори, ну мне правда нужен совет, – вздохнула Ханна-Сью. – А прикинь, я дам Крамеру, но ничего не выйдет. А Стью узнает и бросит меня, потому что я шлюха.
– Мне бы твои проблемы… – пробормотала я, подумав, что не дала бы ни Крамеру, ни, тем более, Стью.
В этот момент в библиотеке случилось небольшое смятение, потому что Бельфлер и Арьяда устроили целое шоу из своего выхода. Они вышли обнявшись. И Арьяда лапал аспирантку за задницу. Еще раз всем продемонстрировав, что трусы на ней сегодня есть. Но что они вот вообще ничего не скрывают.
Она что, с ним трахается уже?
Вот уж кому явно в голову не приходят моральные дилеммы…
– Ты меня не слушаешь! – снова повторила Ханна-Сью.
– Я слушаю, – вздохнула я. – Просто отвлеклась на этих…
Я кивнула в сторону хлопнувшей двери библиотеки.
– Арьяда придурок, – изрекла Ханна. – Терпеть его не могу.
– Слушай, а с кем Марта собирается на бал? – спросила я, вдруг вспомнив, что у меня был один вопрос, который пока еще так и остался без ответа.
– А тебе зачем? – тут же подозрительно окрысилась Ханна-Сью.
– Ну… просто, – я пожала плечами. – Любопытно, вот и все.
– А если расскажу, то ты своим змеючкам не разболтаешь? – шепотом спросила меня бывшая подруга.
Глава 30
“Ну вот я теперь знаю ответ на свой животрепещущий вопрос, и что?” – думала я, топая по коридору в сторону своей комнаты. В надежде, что Квентин и мои подружайки там уже закончили свои игрища и разошлись. Ну или хотя бы с ними снова можно просто общаться, а не наблюдать как они засовывают друг дружке в рот языки.
“Или уже совсем даже не языки, – подумала я ехидно. – И вовсе даже не в рот”.
Ханна-Сью ломалась вообще недолго, видать ей и самой хотелось разболтать секрет Марты хоть кому-нибудь.
Так что, когда я клятвенно ее заверила, что тайна сия уйдет со мной в могилу, она тут же выпалила, что за тип запал на нашу старосту.
– Алекс Вернер, – сделав большие глаза, выпалила Ханна-Сью.
А я в ответ сделала большие глаза тоже. И изобразила удивление.
Хотя нет, я на самом деле удивилась.
Алекс Вернер был из того типа парней, про которых вообще нельзя подумать, что они могут хотеть кого-то трахнуть. Алекс Вернер был председателем Студенческой Лиги Индевора, а еще главой самого престижного тайного студенческого общества Индевора. И еще чего-то председателем. И каким-то общественным представителем. И что-то там еще. В общем, он был прямо очень, очень публичной личностью и активистом. С горящими энтузиазмом глазами.
И мне реально было как-то сложно даже представить, как он предлагаем Марте пойти потрахаться в лаборантскую во время Осеннего бала.
Потрахаться… Да блин, рядом с ним вообще было трудно представить это слово!
Он должен был… ну я не знаю. Официально предложить взаимно-приятное соитие.
“Хи-хи, совокупление!” – подсказал внутренний голос.
“Коитус!”
“Акт полового сношения”.
“Взаимопроникающий контакт половыми органами!”
В голове вспыхивали эпитеты, один другого канцеляритнее, и я как-то даже повеселела.
И пришла среди себя к выводу, что Марта и Алекс – идеальная пара. Хотя за будущее нашего факультета, конечно, страшновато становится. Эти двое, объединившись, заставят всех саламандр ходить строем. И напишут циркуляры и инструкции для всего, даже для хождения в туалет.
“Кстати, туалет!” – я поравнялась с дверью, обозначенной изящным женским силуэтом и бездумно туда завернула. Спонтанно захотелось помыть руки и побрызгать холодной водичкой себе в лицо. Я прошла к раковине, включила воду. Посмотрела на себя в зеркало.
– Все будет хорошо, Дороти, – сказала я шепотом самой себе.
И тут мое внимание привлек звук, напоминающий громкий всхлип. Или что-то среднее между всхлипом и стоном.
Я медленно повернулась на каблуках в сторону внутренней двери. Она была прикрыта, но не заперта. И в голове тут же началось сражение между “Дороти, тебя это не касается!” и “Дороти, а вдруг девушке нужна моральная поддержка?!”
И как всегда бывает в таких случаях, когда я пытаюсь взрастить в себе холодное равнодушие и пройти мимо, победила та часть меня, которой было больше всех надо. Так что я решительно распахнула внутреннюю дверь туалета и открыла рот, чтобы извиниться за вторжение и спросить, не нужна ли какая-нибудь помощь.
И вот так я с раскрытым ртом в дверях и остановилась.
Потому что помощь ничья тут никому явно была не нужна.
Поскольку имел место… гм… коитус.
“Акт совокупления!” – ехидно фыркнул внутренний голос.
И вот тут бы мне как раз пискнуть: “Извините!” и оставить парочку предаваться утехам.
Но на меня напал натуральный столбняк.
Так что я стояла и смотрела.
Уперев лбом и щекой в стену и накрутив на руку обе длиннючие косы Марту Шерр самозабвенно трахал Мартин Арьяда.
Мне захотелось протереть глаза, чтобы убедиться, что мне все это не кажется. Вдруг я что-то не так поняла, а на самом деле он… ну… там… искусственное дыхание делает.
Но нет, тут вообще никаких двойных толкований быть не могло. Одной ногой Марта упиралась в унитаз, так что мне было видно вообще все.
Прямо в самых непристойных подробностях – как здоровенный член белобрысого Арьяды на всю длину погружается внутрь Марты. С соответствующими влажными звуками. Трусы Марты болтались внизу на одной лодыжке. Красная юбка скомкана жгутом на талии, форменная рубашка расстегнута полностью, лифчик стянут в сторону, передавивая ее внушительные сиськи с торчащими сосками.
Арьяда меня заметил, разумеется.
Но даже не подумал остановиться, продолжая долбить Марту с неотвратимостью отбойного молотка. А я, как завороженная, смотрела на это и не могла оторваться.
Потому что, ну… Потому что этого же просто не может быть!
Это же Марта Шерр! Староста! Ханжа и образец чопорных приличий!
И нет, это точно не было насилием, она так старательно отклячивает свою круглую спортивную задницу, как течная кошка. И издает вот эти самые всхлипы-стоны, ласкает сама себе соски, а иногда ее пальцы ныряют между ног, скользя по скользящему вперед-назад поршню члена Арьяды.
Проклятье, да они в такой позе, будто специально готовились к тому, что кто-то зайдет.
И позаботились о том, чтобы этот “некто” смог окинуть одним взглядом максимальное количество непристойных подробностей.
Сохраняя на лице все то же невозмутимое выражение, Арьяда извлек свой агрегат из Марты. Потянул за косы, как за вожжи, развернул нашу старосту лицом к себе и усадил на унитаз. И вот тут она открыла глаза и меня заметила.
И открыла рот.
Наверное, чтобы что-то сказать, но Мартин использовал его по своему усмотрению.
Так что сказать что-то у нее не получилось по техническим причинам.
А у меня, наконец-то, закончился столбняк, и я смогла пошевелиться и сдвинуться с места.
Я круто развернулась на каблуках и со всей возможной скоростью помчала из этого туалета. Сначала едва сдерживая смех. А потом, когда из туалета вслед мне раздался вопль: “Стой, Льюис!!!”, я захохотала уже в голос.
Глава 31
“Если я переживу Осенний бал, это будет настоящим чудом”, – думала я на подходе к своей комнате.
Сходила, блин, прогуляться, пока кузен развлекается с моими подружками!
Сначала Блейз трахнул меня в туалете.
Потом я поставила подножку Бутчу, и теперь он вдвойне на меня зол.
А потом случайно увидела, как Мартин Арьяда трахает нашу старосту и кончает ей в рот.
И она видела, что я это видела.
Я нервно засмеялась, представив себя между взбешенным Бутчем с одной стороны и Мартой Шерр с бейсбольной битой – с другой.
Ах да, и еще Блейз же есть! Который как раз интересовался, как я хочу, чтобы он меня на балу трахнул.
При этой мысли картинка грядущего бала стала еще и неприличной.
Я снова рассмеялась. Еще более нервно. Уже даже почти истерически.
И совершенно бездумно распахнула дверь в свою комнату.
Испугалась на секунду, что сейчас опять увижу очередное зрелище, свидетелем которого я бы не хотела становиться.
И даже чуть было не развернулась и не выскочила в коридор.
Но тут до моего мозга дошло, что я вижу.
И это меня удивило еще больше.
В комнате был полнейший порядок. Квентин и мои подружайки чинно сидели за столиком и пили чай. С тортиком, как “медведи” какие-нибудь. И еще к ним присоединилась Вильгельмина, что было вообще совершенно и категорически немыслимо.
Мне захотелось протереть глаза. Или даже вымыть их с мылом.
Я сплю что ли? И мне снится ванильный сон моей сестры, в котором мы с ней такие сестрички-улыбашки, не-разлей-вода, как из рекламного буклета семейного магазина “Птица Хофермайера”.
Или мне тогда только показалось, что Квентин засовывал язык в рот моей подруге и лапал ее за сиськи? А остальные мои подруги ждали своей очереди?
– Дори, ну где ты ходишь?! – весело спросил Квентин, вскочил и принялся хлопотать. Пододвинул табурет, налил чай в чашку.
А я настолько обалдела, что даже позволила себя подвести к столу и усадить.
Квентин мне незаметно подмигнул и хитро улыбнулся.
Что давало мне надежду на то, что я все-таки не сошла с ума.
Или эта его ухмылка значила, что он в курсе, как я провела эти полтора часа, пока меня здесь не было?
Воображение живенько нарисовало мысленную картинку, как у меня надо лбом светится надпись: “Ханти трахнул меня в женском туалете, а потом я смотрела, как Арьяда натягивает нашу старосту на свой здоровенный член”.
“Столько букв в одной надписи не поместятся”, – ехидно прокомментировал внутренний голос.
“Это я еще не все сказала…” – мысленно вздохнула я.
– Доротея, а почему ты мне не рассказала, что у Квентина такие неприятности? – влезла в мой внутренний диалог сестра со своим строгим назидательным тоном. – Мы вообще-то могли бы и вместе ему помочь!
– Я собиралась, – неопределенно дернула плечиком я. И чтобы не ляпнуть что-то неуместное, быстро заняла рот куском торта. Откуда я знаю, что конкретно им тут Квентин наплел? Я-то была в курсе только про его пентхаус в Сити. И про то, что денег у него столько, что мне за всю жизнь, может быть, не увидеть столько, сколько он за один поход в кабак может выкинуть.
“Завтра надо будет пропустить ужин”, – подумала я, дожевывая кусок восхитительно-вкусного торта.
И он был еще более восхитителен тем, что помог мне замаскировать мое обалдение от моих же гадючек-подружек. Которые образцово себя вели, поддерживали разговор с Вильгельминой, без всяких там пошлых намеков, подколов и всего прочего привычного. Это все реально происходит?
Да что такое с ними всеми сделал этот кучерявый коротышка?!
– Дори, тебе же принесли подарок! – вдруг вспомнила Мика. А я только сейчас сфокусировалась на здоровенном букете из ирисов и каких-то белых цветочков.
А Мика торопливо сунула мне в руки коробку из тисненого картона. Повязанную серебряной лентой.
– Это же от Стефана? – Аша с любопытством вытянула шею.
Отвечать я не стала, просто открыла крышку.
И тут же ее прикрыла обратно, надеясь, что не успела покраснеть.
В коробке было белье. Жутко неприличное, прямо одного взгляда достаточно, чтобы понять, что такое можно надеть только с одной целью.
И оно было из ФИОЛЕТОВОГО кружева. С черными вставочками. И с прорезью на трусиках в стратегическом месте.
А еще сверху была записка, которая вспыхнула и испарилась сразу же, как я ее увидела. “До встречи на балу. Б.Х”.
– Ну конечно, что мог подарить медведь? – засмеялась Аша. – Конечно же, домашний халатик! Там же есть еще тапочки с пушистыми помпонами?
– Халатик? – недоуменно встрепенулась я. Ах да, блин… Магическая завеса. И если бы коробку открыл кто-то другой, то…
Я прищурилась и провела рукой перед лицом, чтобы увидеть то, что коробка показывала другим людям. Понятно. Для всех это выглядело как ворох кружева цвета сливочного пломбира. И с розовыми бантиками.
– Тебе срочно надо это примерить! – заявила Флора.
Но я снова захлопнула крышку и вскочила.
– Стой, ты куда?! – возмущенно спросила Вильгельмина. – Ты же только что пришла! И уже поздно!
– Мне надо поблагодарить… Стефана, – произнесла я, едва сдерживая яд.
Я взяла злополучную коробку под мышку и снова выскочила из комнаты.
Внутри клокотал прямо-таки океан ярости. Я вспомнила прямо сразу все вообще! И то, как он лапал этих двух наглых сучек сразу после секса со мной. И то, как он все время требует, чтобы я помалкивала и никому про нас не говорила. А сейчас это кошмарное шлюшье белье! Да это вообще уже ни в какие ворота!
Сейчас я ему все скажу!
И пофиг, что нас услышит вся мужская половина общежития. Да пусть хоть все Сити заодно слышит! Но молчать я больше не могу!
Я мчалась, как вихрь. Как неотвратимое цунами.
Неслась по опустевшим уже коридорам, не думая вообще ни о чем больше, кроме своего возмущения и ярости.
Я взлетела по лестнице, перескочив через, кажется, все вообще ступеньки.
Стук моих каблуков и стук сердца грохотали в унисон.
Пять шагов.
Три.
Один.
Я занесла кулак, чтобы постучать в дверь старосты “акул”, но дверь распахнулась. Рыжий староста расплылся в широкой улыбке. Его рука метнулась вперед, молниеносно поймав меня за запястье.
Еще секунда, и он втянул меня внутрь, потом через еще одну дверь – в душевую. Щелкнуло запирающее заклятие. И его ладонь накрыла мой рот, и ничего сказать я не успела.
Глава 32
– Вообще-то я хотел, чтобы ты мой подарок надела на бал, – прошептал Блейз мне на ухо. – Но раз уж ты здесь, то давай воспользуемся случаем…
От возмущения я чуть не закипела. У меня даже руки затряслись.
Да как вообще…
Да что он такое…
Да что он о себе возомнил?!
Я попыталась укусить его за ладонь,которой он зажимал мне рот.
А он в ответ начал целовать мою шею. А другая его рука тут же скользнула мне между ног.
Я чуть не застонала от удовольствия и обиды.
Невозможный, он совершенно невозможный!
– Не будешь кричать? – прошептал он.
И, не дожидаясь ответа, убрал руку с моего рта. А я…
А я вместо того, чтобы высказать ему все, что собиралась, пока в бешенстве мчалась по коридорам, повернулась и поцеловала его.
И он, конечно же, с готовностью ответил на мой поцелуй. А его пальцы скользили между ног, проникали внутрь, ласкали нежные лепесточки…
– Обожаю, когда ты краснеешь, моя маленькая шалунья, – прошептал Блейз, оторвавшись от моих губ.
И его ловкие пальцы начали расстегивать пуговицы на моей рубашке.
– Что ты делаешь? – прошептала я. Наконец-то у меня получилось хоть немного возмутиться.
– Хочу узнать, как на тебе будет смотреться мой подарок, – Блейз невозмутимо снял с меня рубашку, повесил ее на один из крючков на стене. И расстегнул бюстгальтер так быстро, что я даже дернуться на успела.
– Да я… – я задохнулась, не найдя, что ответить. Кроме того, мне помешала его рука, которую Блейз опять сунул мне между ног.
– Будешь выглядеть восхитительно, я уверен! – касаясь губами уха прошептал он. И расстёгнутая юбка упала к моим ногам. Я осознала, что стою перед Блейзом абсолютно голая.
Краска бросилась мне в лицо.
Блейз отступил на шаг, глядя на меня блестящими глазами. Смеющимися и… и восхищенными?
У него был такой взгляд, что мне одновременно и захотелось и прикрыться, и чтобы он немедленно меня трахнул.
Всегда с ним так! Как на вулкане!
– Ну что ты ждёшь? – Блейз указал мне на коробку, которая я не заметила, когда уронила. – Надевай!
– Почему ты решил… – я снова собрала свою волю в кулак, и голос снова стал звучать хоть капельку возмущенно.
– Хочу, чтобы под своим роскошным платьем, которое тебе подарил этот лопоухий медведь, ты была моей, – рука Блейза проскользила вдоль моей талии, задержалась на соске…
У меня закружилась голова.
Теперь мне хотелось и дать ему пощечину. И бросится ему на шею.
И конечно же, я принялась натягивать вульгарные фиолетово-черные кружева.
– Эти шлюшьи чулки моему платью не подходят, – сказала я.
И в этот момент из-за двери раздался многоголосый хохот.
И до меня дошло, почему он шепчет.
Да потому что в его комнате сейчас собралась целая толпа “акул”! Пришли в гости к своему старосте и судя по звону бутылок и стаканов, нарушают сразу множество правил. Не из Максим Индевора, конечно, а просто те, за которые можно схлопотать наказание. Ну, типа распития всяких неподобающих напитков на территории общежития. И все такое.
А я тут. У него в душевой. Одетая как девица из борделя.
– Я тебе помогу, – Блейз забрал у меня из руки чулок, опустился передо мной на корточки и посмотрел снизу вверх.
И снова этот блеск в глазах! Или смеётся, или восхищается.
Я снова почувствовала, что краснею.
И одновременно с этим между ног все горело и пульсировало.
– Позволишь? – одними губами произнес Блейз, погладив мою лодыжку.
“Кошмар…” – подумала я. Но послушно стряхнула с ноги туфлю. И позволила натянуть сначала один чулок. А потом второй.
Блейз делал это медленно. Обхватывал ладонями всю ногу. А когда добирался до верха, его пальцы оказывались внутри меня.
Как будто случайно.
И все это время он, не отрываясь, смотрел на мое лицо.
– В твои акулы не вломятся? – спросила я, когда он поднялся в вертикальное положение.
– Самоубийц среди них нет, – усмехнулся Блейз. – Не могу же я позволить им увидеть тебя в таком виде.
И он развернул меня лицом к ростовому зеркалу. Да уж, кучеряво живут старосты… Мало того, что у него комната без соседей. Так еще и душевая прямо королевская. И зеркало…
Но от вида своего отражения мне снова захотелось покраснеть.
“Мой гадючий клубочек сейчас бы забрызгал все вокруг ядом”, – подумала я.
– Такой отличный вид, ммм… – Блейз протянул руку и слегка поменял положение зеркала. Теперь оно показывало нас немного снизу.
А потом подхватил одну мою ногу под колено и согнул. И я оказалась примерно в той же позе, что и Марта, которую трахал Арьяда – распахнуто буквально все. И в комплекте с этим бельем с прорезью, выглядело это…
– Эй, Ханти, ты чего там застрял? – раздался за дверью голос кого-то из “акул”.
– Мне просто срочно понадобилось в душ! – ухмыльнувшись, ответил Блейз, и его пальцы снова скользнули у меня между ног.
“Ужас, я выгляжу настоящей шлюхой…” – мысленно простонала я. При этом тело мое тут же послушно выгнулось, подаваясь навстречу пальцам Блейза.
– Если ты понимаешь, о чем я! – громко сказал мой невозможный староста, продолжая меня ласкать.
И акулы в его комнате издевательски заржали.
И сквозь их хохот я услышала негромкое “вжжжж!”
– Очень возбуждает, что они понятия не имеют, что происходит за тонкой-тонкой дверью, верно? – прошептал он, куснув меня за мочку уха.
