Текст книги "Академия магических искусств. Ключ"

– Гонорий, попытка похищения адептки Виданы Берг осенью в храме Черной Луны была организована Линдвормом? – уточнил Тримеер.

– Да, это мой дядя. Лорд Тримеер, о том, что именно адептка является наследницей рода, я понял, как только она стала заниматься на лечебном факультете, еще на первом курсе. И молчал об этом четыре года. Я прилетел по делам в столицу, мы столкнулись с ним неожиданно. Меня приперли к стене, и я фактически уже прощался с жизнью, но вспомнил, что девушку не выпускают с территории Академии и подумал, что Вы знаете обо всем, и ей ничего не грозит, она под присмотром. Я назвал имя, а он посмеялся надо мной, сказав, что я что-то перепутал, но отпустил, больше я Академию не покидал.

– Гонорий, прочитайте и подпишите документ. Вас сейчас сопроводят обратно, в Академию, не покидайте ее, пожалуйста, – попросил Тримеер.

– Я не самоубийца, лорд Тримеер, – признался старший лаборант, – жить хочу, адептов учить.

Затем опять хлопнула дверь, в кабинете наступила тишина. Беззвучно открылась дверь в комнатку, где сидела я, лорд Тримеер стоял на пороге:

– Видана, отправляемся домой. Ты все просмотрела, дело больше не нужно? – уточнил он. Забрав свитки, положил в сейф и запер его.

Через мгновение мы были дома и только там, магистр обнял меня и, прижав к себе, спросил:

– Ты весь допрос Гонория слышала?

– Да, я очень внимательно слушала.

– Родная моя, а ведь ты фактически об этом самом и говорила. Давай пообедаем, – предложил он, – надеюсь, за это время ничего не случится.

– Я в Академию сегодня? – уточнила, когда мы сели за стол.

– Я слух пустил, что утром, но отправимся мы с тобой вечером.

– А что, кто-то интересовался?

– Да, Рэндел спрашивал, будешь ли ты сегодня в Академии? – спокойно ответил Тримеер.

– Ольгерд, неужели причина только в Тиме, что столько усилий прикладывается? Зачем лорду Никсону нужно, чтобы ты женился? – задала я мучавший меня вопрос, – или у него есть для тебя своя кандидатура?

– Родная, ты не представляешь, как они с твоей бабушкой надоели мне с темой женитьбы, – ответил Тримеер, – да нет у Рэндела никаких кандидатур. Вот, не скажи я о леди Тримеер, то уже сегодня вечером мать начала подбирать, кого бы со мной отправить. Не бери в голову, даже если бы мы с тобой не решили все по поводу следующей недели, со мной в командировку отправилась бы моя подопечная, адептка Видана Берг. – Успокоил он меня.

– Вот заинтриговал ты всех, – улыбнулась я, – сейчас будут думу думать, это кого лорд Тримеер назвал.

– Хм, ну не скажи, – загадочно произнес он, – голову ломать только Рэндел и будет, если посчитает нужным. Вулфдар меня после допроса твоего, когда на службу возвращались, спросил, когда я собираюсь адептку в статус супруги переводить? А Янус и Клайв все по ходу разговора поняли.

– Ох уж эти оборотни и вампиры, все-то они видят и чувствуют, ничего не скроется от их нечеловеческого нюха. А Янус кто?

– Человек, маг, – спокойно ответил Тримеер, – криминалистика его стихия. Много хороших специалистов подготовил, Северуса и Леонарда к нему отправлю на лето, пусть с ними попестуется.

– А Алистера куда?

– Вместе с тобой, к Вулфдару. А в дальнейшем посмотрим, у кого из них к чему душа потянется, – улыбнулся он.

– Ольгерд, а я немного не поняла, вот дело изучала и мысль такая возникла, а какой смысл принцессу Кирстен изводить? Или это такая попытка добиться расторжения помолвки со старшим сыном императора и подсунуть другую кандидатуру?

– Пока затрудняюсь сказать, – ответил он, – информации маловато, чтобы масштабные выводы сделать. Одно знаю, в командировке сможем кое-что выяснить.

– Слушай, а как можно получить информацию по поводу роду Зархак? Они в империи всего триста лет живут, до этого семья проживала в Подлунном королевстве, и по какой-то причине бежала оттуда. Однако Изольда регулярно туда наведывается, значит, с родней отношения поддерживает, не в гостиницах же она останавливается? – объясняла я, – меня беспокоят исчезнувшие служанка и поверенный семьи Зархак. И поведение брата Амилен Зархак тоже не нравится. А кроме того, меня как-то царапает личность неизвестного человека, чьим трупом воспользовался Чарльз, чтобы инсценировать свою смерть.

– Видана, я подумаю, чем можно помочь в твоих вопросах, а сейчас во дворец и постараюсь управиться там побыстрее.

– Хорошо, а я пока пойду на кухню, мне нужно мазь для Леонарда изготовить и со всеми нашими пообщаться, – согласилась я.

* * *

– Видана! Как мы рады тебя видеть, – обрадовано заявил Бруно, как только я переступила порог кухни.

– Я тоже, рада видеть всех и потому, здесь. Вы не будете возражать, я немного поколдую? Мазь нужно изготовить для адепта из нашей группы.

– Конечно, нет, – улыбался Бруно, – пока ты колдуешь, я испеку пирог, и мы будем пить чай, а хозяин вернется, и его угостим. Тебе какие ингредиенты требуются?

– А я сейчас в ларе с травами покопаюсь и решу, – ответила я, краем глаза заметив, как за столом появился Вильям, а вверху повисли с довольными улыбками Цирцея с Гербертом, и незнакомое мне привидение.

– Я Люций, – заметив мой взгляд, пояснил он, – вот, решил познакомиться с избранницей нашего хозяина. Вы же понимаете, – мягко засеребрился он улыбкой, – мы, единственные, кто знает, что Вы дали свое согласие на брак с ним.

– И я, таким образом, выиграл пари, – произнес довольный голос, и появился Конрад, – а сейчас хочу полюбоваться над тем, как ты очередную мазь сотворишь, у моей Клариссы, ни одной ссадины не осталось.

– Понятно, – только и проговорила я, – была бы удивлена, если бы вы, господа, не в курсе были. Вас не видно, но вы везде, так да? Вильям, а что Вы делали на кухне Академии? – поинтересовалась я и начала перебирать травы в ларе.

Достала мешочек с цветками календулы, и задумчиво растирая одну головку, смотрела на нее, а затем, положив на ладонь, понюхала.

– В прошлый сезон собирали? – уточнила у Бруно.

– Ага, тем летом урожай богатый был, подойдет?

– Да, конечно. А мне можно штуки четыре яиц, свежих. Масло яичное приготовлю.

Мне тут же показали на холодный шкаф, откуда я достала яйца, положила их в кастрюлю и залив водой, отправила на плиту. Пока они варятся, подготовлю основу, решила я. И начала перетирать аккуратно в руках сухие цветки календулы.

– А я, – начал Вильям, обратив внимание, что его готовы слушать, – решил проведать Бохуса, мы с ним нередко общаемся на почве различных рецептов. Он мужик интересный, знает кухню многих королевств, вот иногда и играем в игру, кто больше рецептов вспомнит. У Бруно, – он посмотрел на повара, – Каролина есть, он по ночам от бессонницы не страдает, а Бохус бывает, мается. Вот тогда мы с ним и сидим до утра, кто кому нос утрет. Ну, судя по тому, что я услышал, скоро и у Бохуса жена появится, – печально вздохнул консультант, – и чего я по ночам делать буду, ума не приложу.

– А Вы что совсем не отдыхаете? – удивилась я.

– Хм, дело не в том, – ухмыльнулся Герберт, – понимаешь, Видана, мы не устаем. Человек, почему устает? Это не душа его устает, а тело. Ну, а мы его лишены, потому кто чем занимается. Конрад, сон леди Клариссы сторожит, мы с Цирцеей разговариваем, мне дом не положено покидать без разрешения, потому мы здесь. Вильям то в вашей Академии, то в Радогона Северного летает. У него там тоже друг есть, – поведал наш страж, – а Люций в доме тоже безвылазно обретается.

– А я не жалуюсь, у меня место любимое есть – зимняя оранжерея. Видана, а Вы в ней еще не бывали, – сказал Люций.

– Это точно, я там не была. Но побываю, – улыбнулась я привидению, – Вы мне экскурсию сделаете?

– Обязательно, покажу все цветы и даже их историю расскажу, – пообещал он.

– Вильям, а кто у Вас в Академии Радогона Северного? – любопытная адептка заинтересовалась информацией.

– А там тоже консультант есть, – ухмыльнулся Вильям, – старенький профессор, почти двести лет ему, зажился он, потому как просто человек. Хороший дед, память прекрасная, многое помнит, многое знает. Что выяснить хочет наша умненькая Видана?

– Вильям, а можно узнать, сколько раз на памяти твоего друга, там появлялась преподаватель травологии Лавиния, из Ордена плачущих?

– Как скоро ответ нужен? – неожиданно довольно спросил консультант.

– Я не тороплю, если за неделю выясните, будет хорошо, – предложила я, снимая с огня яйца, и перекладывая их в холодную воду.

– Видана, ты в следующий раз, как котенка спасешь, очередного, сюда в дом его привози, – предложил Бруно, – найдем, где приютить твоего воспитанника. А то Вильям нам рассказал о твоих кошках, интересно.

– Хорошо, – улыбнулась я.

Основа для мази была подготовлена, цветочки растерты до состояния пудры. Осталось только сделать масло яичное. Очистив яйца, достала желтки и растерла вилкой до мелких кусочков. На сковородку плеснула капельку оливкового масла и выложив растертые желтки, начала помешивать. Привидения наблюдали за мной, все разговоры закончились, при подготовке масла требуется внимательность. В какой-то момент из желтковой массы стала выделяться маслянистая жидкость, которую я начала сливать в чашку с пудрой из цветков календулы. Вот так всегда, жалко, что всего две руки – подумала я, помешивая желтки и перемешивая пудру. Манипуляции продолжались еще немного, когда желтки отдали все, что можно, я полностью переключилась на чашку с пудрой. Она была вся залита горячим яичным маслом, осторожно перемешивая, растирала, чтобы не было комочков, и шепотом произносила заговор на чистоту кожи, а когда вымешала до однородной массы, накрыла чашку крышкой. Пудра должна впитать в себя масло, набухнуть и мазь готова.

– Запах у нее приятный, – сказала Каролина, расставляя на столе чашки для чая, – Видана, а тебе нравится готовить мази и крема, да?

– Нравится, – согласилась я, – не то чтобы этим постоянно заниматься, день за днем, а вот для конкретного лица что-то сделать и видеть, как происходит процесс заживления.

– Садитесь, – позвала она нас с Бруно, – я чай разлила, мед поставила, Бруно, что ты испек?

– Я не мудрствовал больно, – улыбнулся повар, – штрудель яблочный с корицей, Видану, я уверен, нечасто им в Академии балуют.

– Нас им вообще не балуют. Честно говоря, я и пробовала его всего пару раз, дядюшка Прокоп на свой день рождения пек и нас с Тамилой угощал.

– Ну вот, а сейчас ешь, сколько душенька твоя пожелает, – обрадовался Бруно.

– А меня за свой стол пригласите? – раздался голос Тримеера от дверей кухни.

– Ну, если, хозяин Вы согласны на кухне чаю испить, – сказала Каролина, – то милости просим.

Стол тут же передвинулся от окна, ближе к центру кухни, появился еще стул и мы вчетвером уселись за стол, на который было торжественно поставлено блюдо со штруделем. Бруно нарезав его кусочками, подал каждому из нас пирог на блюдце и все приступили к трапезе.

– Потрясающе, – только и сказала я, – очень нежный, просто тает во рту. В пору к Вам, Бруно, на мастер-класс записываться, чтобы научиться его печь, а уж до такого мастерства дойти, и мечтать не приходится.

– В любой момент, – просиял Бруно, – вот как время у Вас будет свободное, так и приступим.

– Бруно, можно мне еще кусочек, – улыбаясь попросил Тримеер, – Видана, права. Это что-то изумительное. Сейчас я буду знать, что самые настоящие вкусности оседают на кухне, – рассмеялся он.

– Или это компания такая, в которой даже обыкновенный штрудель кажется настоящим деликатесом? – предположила я. Бруно и Каролина переглянувшись между собой, заулыбались.

– Родная, ты совершенно права, – согласился Тримеер, – в самом элитном ресторане столицы ты не получишь такого вкусного штруделя, потому что этот испекли с любовью для близких людей.

Мы еще какое-то время разговаривали, Бруно пообещал научить меня всему в поварской магии, что только душенька пожелает, чему я была очень рада. Каролина улыбалась, а привидения то и дело, вставляли свои предложения.

– Вида, пойдем собираться и отправимся в Академию. Чтобы у тебя было время отдохнуть спокойно, – решил Тримеер и мы отправились по своим комнатам, поблагодарив Бруно и Каролину за угощение. А я переложила мазь в баночку и захватила с собой.

Когда через некоторое время мы встретились в парадной и только он образовал переход, как раздался голос Герберта:

– Хозяин, леди Генриетта Амбрелиаз просит ее принять.

– Герберт, передай моей сестре, дома нет никого. Мы улетели, – и взяв меня за руку, вступил в переход, который сразу закрылся за нами.

– Я знал, что она появится, – спокойно сказал он, обнимая меня, – желания общаться с ней сейчас, нет никакого.

– Это из-за статьи, Генри разозлилась по поводу того, что у старшего брата есть наследник? – подняв на него глаза, уточнила я.

– Девочка моя, ненаглядная, что принадлежит мне, принадлежит и тебе, а придет время, будет принадлежать нашим детям. Рассчитывать откусить от моего имущества что-нибудь, крайне наивно и недальновидно. Я на чужое не зарюсь, но и свое отдавать никому не намерен, – усмехнулся он и добавил, – у меня предложение. Сейчас прилетим, ты сделай, что необходимо к завтрашнему дню и доставай кулон. Мгновение и ты дома, в Фоксвиллдж.

– Ольгерд, ты сегодня ночью не спал, тебе отдыхать нужно.

– Я знаю, но мне расставаться с тобой не хочется, – наклонившись к губам, прошептал он.

– Мне тоже, – шепчу в ответ, отвечая на поцелуй, – Ольгерд, это же сплошное безобразие, я как учиться буду, если ты перед глазами стоять будешь?

– А как всю осень училась, – счастливо улыбаясь, вопросил лорд, – так и сейчас будешь. Да нет, ты натура увлекающая, в знания уходишь с головой, я перед глазами только вечером появлюсь, как от основной деятельности освобождаться будешь.

– Я и предположить ничего подобного не могла, – отвечаю, а отвести от него глаз не могу, тону в их черном мерцании.

– Скажем так, я тоже не был, до конца, уверен, что моя хулиганистая подопечная решится выбрать меня. Твоя бабушка права, я властен, жесток и подчас невыносим, и как ты понимаешь, это так не похоже на качества сказочных принцев, о которых мечтают юные леди.

– Ольгерд, ты сам сказал, что юноши очень заблуждаются в отношении меня, я о принцах как-то и не мечтала, не успела. Ты заслонил всех и сразу, я даже не поняла когда. Северус недавно заявил Карлу при адептах нашей группы, что я старше их всех. До этого я как-то не задумывалась об этом, но после его слов, ... а ведь он прав, будучи одного возраста с ними, тем не менее, я, почему-то избегаю развлечений, общения, характерного для нашего возраста, с чем это связано?

– Дары. Оба рода щедро поделившись своими дарами, ускорили взросление, да и испытания, выпавшие на твою долю, закалили характер. За прошедшую неделю, тебя дважды пытались убить. Будь ты мягкой, нежной феечкой, моя малышка, то погибла бы на полигоне или в палате, где вас застала Лавиния. Добрая девочка, скорее всего, упала бы в обморок, но не рискнула испытывать магию эльфийского королевства для спасения себя и брата, тем более, не осознавая всех последствий ее применения. Все, что ты пережила за недолгую жизнь, наложило свой отпечаток, а осенняя попытка выкрасть тебя из Храма в деревне... да, любимая, ты старше своих коллег по учебе, – пояснил он, – лет на пять.

– А ты ответишь на пару вопросов? – я неожиданно, для самой себя, осторожно взяла его лицо в свои ладони, глядя в загадочные глаза, в которых плясали смешливые искорки.

– Романтичное начало, – улыбался лорд, объятия которого стали крепче, – что хочет выяснить моя хулиганка, раз решилась на такую нежность?

– Ольгерд, о чем говорил Вулфдар в кабинете ректора, сказав, что меня нужно выдавать замуж, ты прервал его, попросив не пугать, – залившись краской, спросила хулиганка.

– А... ты об этом, – его глаза просто лучились от удовольствия, – ну, речь о том, что энергия набирается разными способами. – И замолчал, а улыбка, как у Буки, нагло слизавшей полмиски сливочного мороженого.

– И, что дальше? – уточняю я.

– Устроим маленький экзамен, – спрашивает восхитительный лорд, – или сыграем в "Угадайку"? Вот скажи, какими способами восстанавливается потраченная энергия мага?

– Питание, – начала я перечислять, – далее дыхательные упражнения, физическая нагрузка, медитация, акупунктура, .... ну, вот основные способы восстановления и накопления энергия.

– Да, это все правильно, отсутствует еще один, – он загадочно улыбается, – ты с ним познакомишься в ближайшее время, – и на мой вопросительный взгляд, поясняет, – в первую брачную ночь.

– Так вот о чем идет речь, а я подумала, что есть еще какой-то способ, магический.

– Любимая, а это тоже магия, самая настоящая, – тихо рассмеялся он, на мое несколько потрясенное лицо, – слияние тел довершает серьезный магический акт – слияние душ. Итогом, которого должно стать появление нового живого и очень важного организма – семьи.

– Магия? – переспросила я, – а почему ей тогда так легкомысленно пользуются? – Вспомнив незаконнорожденных детей императорского семейства.

– Родная моя, а я сейчас только о нас с тобой говорю, остальное пусть остается на совести тех, кто использует эту магию для достижения различных планов. Платить приходится всем и всегда, счета обнуляются только после оплаты.

Переход начал замедляться, меня нежно поцеловали и спросили:

– До вечера?

– Да, я скоро появлюсь.

Я быстро шла к жилому корпусу, ощущая, спиной, его взгляд и взявшись за дверную ручку, оглянулась. Увидев это, лорд Тримеер исчез.

* * *

В комнате зажегся светильник, скинула верхнюю одежду и прошла к столу, поприветствовать моих жителей. Это ритуал, который был создан мною, сразу как приступили к учебе на первом курсе. Кукла и глиняная сова были моими наперсниками, они выслушивали мои радостные и горестные мысли, не осуждая, и не одобряя, но маленькой девочке и этого было достаточно. А сейчас их стало больше, стеклянная сова, подарок Конрада, стояла рядом с куклой.

– Виданка, радость наша, – вредным голосом спросила глиняная сова, – а ты в курсе, что через эту стеклянную соседку за тобой тоже поглядывают?

– Ну, я догадалась, что мне ее не просто так подарили, – улыбнулась, – и вот думаю, а не благодаря ли этой красавице, мой попечитель узнал, что после применения эльфийской магии, я подняться с кресла не могла?

– Мда, ну уж если за тобой его привидения присматривать стали, то даже боюсь представить, во что ты, адептка, влезла, – судорожно вздохнув, ответила ректорская сова, – да ладно, я птичка не ревнивая, пусть конкурентка стоит, места много, всем хватит. Но чур, меня не забывать, здороваться и гладить по перышкам.

– Да забудешь тебя, как же, глиняная кокетка, – улыбнулась я, – Академию закончу и с собой заберу, в библиотеке, где-нибудь поставлю, чтобы ничего лишнего не видала, но рядом была.

– Вот, ловлю на слове, – заявила довольная сова, – меня выкидывать не нужно, я еще пригожусь.

В дверь раздался стук.

– Все, птаха глиняная, занимайся своими делами или мышек отправляйся ловить, – сказала я и ответила на стук, – открыто.

– Видана, я под таким впечатлением, – в комнату вошла счастливая Тамила, – ты просто не представляешь, какие изумительные работы выставлены в Императорском художественном музее, из частной коллекции Мордераторов.

– Это же здорово, – обрадовалась я, – садись и расскажи все по порядку. Все выполнили в субботу, как запланировали? Дядюшка Прокоп, – позвала я, он появился мгновенно, оглядел нас с Тамилой и спросил:

– Чай, пироги или что посущественнее, роднули мои?

– Дядюшка, давай чай, – попросила я, – этого достаточно, скоро ужин будет.

Он исчез, чтобы через мгновение вернуться с чайником чая и, я взяла с подоконника чашки и розетку с пастилой.

– Дядюшка, ты нам компанию составишь?

– Если не помешаю, то с удовольствием послушаю ваше чириканье. Рассказывайте, как выходные провели? – весело спросил леший, удобно устраиваясь в предложенное ему кресло. Мы с Тамилой расположились рядом с ним на стульях.

– Давай, Тамила, – попросила я, – мы ждем твоего рассказа.

– Ой, – заулыбалась она, – утром, сразу после завтрака мы с Локидсом отправились в столицу, в торговые ряды. Там в магазинчиках рукоделия приобрели нитки шелковые для портрета, ткань и очень красивую раму. Представляете, ничего вычурного, гладкая дубовая рама, смотрится солидно и ничего вычурного.

– Тамила, а ты что-то вышивать будешь? – уточнил дядька Прокоп.

– Да, Локидс заказал портрет вышить, Хурина Мордерата, – неожиданно заалев, ответила сестренка.

– Очень достойное занятие, – степенно так одобрил ее леший, – и наместник, много для нашей империи добрых дел сделал. Уверен, портрет вышивать тебе будет легко, хороший он был лорд.

– А потом мы направились в книжный магазин. Вы не представляете, я такого удовольствия никогда не получала. Локидс меня в рядах с книгами по рукоделию оставил, и сказал, если мне надоест там копаться, чтобы я его нашла в рядах с книгами по финансам и ушел. Я так углубилась в книги, отобрала две большие стопки и за столик присела, начала смотреть их. В результате, не я его искала, он сам пришел. – Прыснула она со смеху, – со стопкой книг, которые решил приобрести, так и сидели, он свои смотрел, а я для себя отбирала. Ушли из магазина с сумкой книг по финансам и рукоделию.

– Слушай, а вы что по столице с тяжелыми сумками носились? – удивилась я.

– Нет, мы из магазина вышли, а к нам мужчина подошел, Локидс ему сумки отдал и попросил переправить в Академию, в его комнату. Затем мы пошли перекусить в небольшой ресторанчик, где на десерт я взяла кусочек пирога с яблоками и орехами. Сестренка, он ни в какое сравнение с твоим не идет, честно – честно. Я Локидсу рассказала, он попросил, когда у нас будут следующие посиделки, для него кусочек пирога взять, оценить твои кулинарные способности. Он не удивился. Узнав, что ты умеешь готовить, сказал, что открытий еще много ожидает. А потом мы отправились в музей. Это было что-то, – всплеснула она руками, – я просто дар речи потеряла. У каждой работы останавливалась и рассматривала, как стежки клались, цветовые переходы, в сколько ниток вышивки делались.

– А Локидс чем в этот момент занимался? – улыбаясь, спросила я.

– Он, – сестренка сильно покраснела и опустила глаза, – наброски карандашные делал, с меня. А потом, посмеиваясь, брал за руку и вел к другой работе. Мы музей покинули, когда объявили о закрытии. Я купила несколько брошюр интересных. А ответственный за выставку, подошел к нам, оказывается, он наблюдал за тем, как я только не обнюхивала каждую вышивку, и предложил мне написать брошюру или несколько о работах, ранее не выставлявшихся.

– Ты согласись? – заинтересованно спросил леший.

– Да, я так обрадовалась. Мы вчера вернулись поздно, а сегодня снова были в музее, сразу к открытию улетели и вернулись совсем недавно. Локидс сказал, что выставка будет работать еще две недели, и мы обязательно еще на нее попадем. Ну а я пока начну вышивать портрет и потихоньку подбирать в библиотеке информацию о вышивках, по которым буду делать буклет.

– Какая ты молодец, – обрадовалась я, дядька Прокоп поддержал меня, – ты так много интересного знаешь о вышивках и работах, выполненных ею, буклеты должны получиться очень интересными.

– Локидс сказал то же самое, – сказала сестренка, – он тоже, как оказалось, много знает о художниках, картинах, сам неплохо рисует. Интересный такой, а я даже не ожидала, что адепт-финансист может думать не только о деньгах, но и искусстве.

– Очень хорошо, – сказал дядька, – видишь, какие у тебя выходные волшебные были. Настроение у нашей девочки улучшилось, улыбка засияла, прекрасно. Ну, а ты как выходные провела, – повернулся он ко мне, – хулиганка наша, чем можешь похвастаться? Читали мы на кухне, статью одну из "Дамского угодника". Ох, Видюша, держись, сейчас за тобой толпами женихи ходить начнут.

– Я даже не знаю, что и сказать вам, – заулыбалась хулиганка, – можно сказать, что выходные провела, не выходя из городского дома. Общалась с родственниками.

– Это с какими? – хитро уточнил леший, – с Тримеерами или Блэкрэдсанами? Слышал я, что адепт, который тебя на полигоне собой закрыл, твой брат троюродный, а леди Оливия теткой тебе приходится, двоюродной. Не соврали мне?

– Нет, дядюшка, не соврали. У меня сейчас пол-академии родственники, – пошутила я, – Тамила – сестренка, Шерлос и Алистер – братья, а кроме того леди Стефания и леди Оливия – тетушки, а еще и ректор, – заулыбалась я, – со дня на день ряды дядюшек пополнит. А "Дамский угодник", – пожала я плечами, – у всех свои развлечения, они тираж усиленно увеличивают. Вот такая золотая жила – интриги, скандалы, расследования...

– Какая ты у нас богатая на родственников, – засмеялся дядька Прокоп, и хитро посмотрев на Тамилу, – Тамочка, а ты россказни про колечко, что Оптий увидел, слышала?

– Да все слышали, – улыбнулась Тамила, – но никто не знает, чье оно и у кого.

– Да ладно, так уж никто и не знает, – хитро вопросил дядька, – Видюша, а ты тоже не знаешь?

– Дядюшка, а давай на эту тему не будем, – попросила я.

– Отчего ж, Бохус то сразу сказал, на чьем пальчике колечко и кто его надел, не хочешь сестренку смущать или чего?

– Дядюшка Прокоп, – с удивлением спросила его Тамила, – так Вы знаете у кого оно?

– Конечно, вот сидит рядом с тобой и бледнеет, на ее пальчике кольцо и есть. Но вот чье оно, говорить не буду. Видана, сама тебе скажет, как решится.

– Ага, – опечалилась сестренка, – она может долго не сказать, а то я ее не знаю.

– Придет время, скажу. Но не сегодня, – упорствовала я, – не обижайтесь на меня, пожалуйста.

– Но кольцо у тебя? – уточнила Тамила, и предложила, – а давай я угадаю, чье оно, разрешаешь?

– Давай, Тамила, – заулыбался леший, – сейчас все и сравним.

– Я думаю, что на твоем пальчике, – внимательно глядя на меня, сказала Тамила, – кольцо Ольгерда Тримеера, в этом случае, все встает на свои места. Ваша схожесть во взглядах, он не позволил заключить леди Амилен ни одной помолвки с тобой, а в какой-то момент просто забрал тебя на каникулах из замка. Да и его достаточно жесткая реакция на выходку Ирмы, попытку его приворожить, – пояснила она лешему.

– Да, слышали мы об этом, – задумчиво ответил тот, – сглупила девочка, очень серьезно. А свадьба-то как состоялась?

– Да, в субботу, – подтвердила я, – на самом деле довольно красивая пара.

– А ты откуда знаешь? – оба смотрели на меня и леший, загадочно подмигнув, попросил, – рассказывай, мы ничего и никому не растрезвоним.

– Так мне рассказали, там же Регина рода была, леди Генриетта Тримеер, да леди Стефания с ректором.

– А,... ну да, ну да, – озорно блеснув глазами, леший демонстративно воззрился на глиняную сову, – понятно. Ну и хорошо, стала Ирма леди Дарнелл. Мать-то у нее, небось, возмущалась, – хитро спросил он, – есть разница, летом свадьбу сыграть или в момент, когда траур в империи и гостей не пригласишь?

– Может и возмущалась, – спокойно ответила за меня, Тамила, – но после драки, что кулаками махать, вести себя нужно было прилично. Вот она еще не знает, кто является невестой Ольгерда Тримеера, Ирма уверена, что ты его дочь.

– Девоньки, – улыбнулся леший, – шеф меня зовет, спасибо за приглашение и беседу. Видуша, ты уж пожалей Бохуса, выполни его просьбу. Сколько лет он мается, сердечный, она же для него единственный свет в окошке, – попросил он.

– Дядюшка, тебе спасибо. Я постараюсь, честно. Обещать, что все получится, не буду, но постараюсь, – ответила я.

– Ну и хорошо, мне и этого достаточно, – расцвел леший, – если постараешься, все получится.

– Видана, это он о чем? – спросила Тамила, когда дядька Прокоп исчез с пустым чайником.

– Бохус, попросил помочь с помолвкой, – помолчав, ответила я, – попробую.

– Ух, как романтично, – заулыбалась сестренка, – и кто она? Адептки будут плакать горючими слезами. По нему, сколько девушек сохнет в Академии... даже представить страшно.

– А мне страшно представить, как к ней подойти с этим вопросом, – тихо ответила я, – она же по лорду Тримееру сохнет.

– О,... ты, про Инару Салбазар говоришь, я не путаю? – изумилась Тамила.

– Нет, родная моя, не путаешь, речь именно о ней и идет.

– Видана, – она обняла меня и положила голову на плечо, – ты справишься, у тебя все получится, вот увидишь. Если ты выйдешь замуж за моего крестного, я буду самой счастливой, потому что в этом случае, мы уже никогда в жизни не потеряемся. Никогда, понимаешь.

– Сестренка, – я гладила ее по голове, – мы в любом случае не потеряемся, ты у меня одна такая. Неужели ты думаешь, что я по окончании Академии, отправлюсь своим путем и забуду тебя?

– А давай договоримся, – загадочно так произнесла Тамила, – что крестной матерью моих детей будешь ты?

– Хорошо, даже отказываться не буду, – поцеловала я сестренку в лоб.

– Ты на ужин пойдешь? – уточнила она.

– Нет, что-то не хочется. Я сейчас проверю, все ли у меня на завтра сделано и лягу отдыхать, – ответила я и мгновенно поймала улыбку в глазах Тамилы.

– Ну, хорошо, – улыбаясь, согласилась она, – тогда встретимся утром.

За Тамилой закрылась дверь. Я убрала со стола, сходила в умывальную комнату, вымыла чашки. Вернувшись, проверила выполнение домашнего задания, но скорее для очистки совести, так как все сделала еще в пятницу, до появления лорда Тримеера.

Время было, и я решилась прочитать сказку, хотя бы одну. Книга, завернутая в салфетку, притягивала к себе, властно и неумолимо. Как скажите, мои родные сказки и тайны империи под Черной Луной. Взяла в руки и книга сразу открылась, на странице был нарисован талисман "Ловец снов".