Текст книги "Время Листопада (СИ)"

Автор книги: Елизавета Бранник

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

– Понимаете, мне трудно что-либо для себя подобрать. А у нас в поселке и вовсе нереально.

– Почему? – повторило начальство.

– В силу особенностей… фигуры, – прошептала Злата.

Игорь Владимирович немедленно перевел внимательный взгляд на ее фигуру, Злата даже порадовалась, что на ней растянутый вкривь и вкось кардиган. Если Листопад сейчас потребует объяснить, что за особенности она имела в виду… Но он не потребовал, только кивнул. Уф!

С выбором одежды проблемы у Златы возникли лет в пятнадцать. С футболками и всяким разным трикотажем все обстояло еще туда-сюда, а удачные джинсы, юбки и брюки занашивались до дыр: то, что хорошо сидело на талии, было узко в бедрах, то, что красиво облегало попу, топорщилось на поясе. С грудью тоже были… сложности: за пару удачных вытачек на платье Злата не пожалела бы хороших денег, благо теперь они у нее были. Однако она не могла потратить на походы по отделам модной одежды долгие часы – нынче, увы, время, а не деньги были для нее неоправданной роскошью.

– Понятно, – сообщил Листопад. – Значит, то, что выбрал для вас Сергей, вам подошло.

– Ага, – вздохнула Злата, – но даже сейчас для меня это слишком дорого. Это онлайн магазин. Там почти никогда нет скидок.

– А ведь скоро день рождения Влада, – протянул Игорь Владимирович. – Будут гости. Вы тоже будете присутствовать. Вряд ли ваш… кардиган подойдет для праздника.

– Я что-нибудь придумаю, – пробормотала Злата. – Ради дня рождения…

Она устала от разговора, устала краснеть и отчитываться. С Листопадом иначе было нельзя – в его глубоких серых глазах было нечто такое, от чего Злата чувствовала себя первоклашкой «на ковре» у школьного директора. Ей оставалось только злиться про себя. «Взял бы да и отвез в хороший магазин. Сам-то небось в ателье для себя шьет!»

– Я отвезу вас в одно ателье, – сказал Листопад. – Это хорошее место, я сам там заказываю одежду. Там шьют и на мужчин, и на дам.

– Нет, Игорь Владимирович! – воскликнула Злата, тут же позабыв о своих мыслях. – Это дорого, Игорь Владимирович!

– Это дорого, – кивнул Листопад. – Это не обсуждается, Злата Алексеевна. Выберите день.

ГЛАВА 15. Золушка и феи-крестные

Игорь отлично понимал, через что пришлось пройти Злате Алексеевне. Он сам ненавидел примерки. Но только в этом маленьком, старом ателье, над дверью которого красовалась гордая вывеска «Работаем с 1949 года», на него шили нормальные костюмы и рубашки.

Листопад успел съездить в офис и вернуться в ателье, а няню еще мучили модистки. Ольга Викторовна, заведующая, ради такого клиента вышедшая в зал, подступила к Игорю со списком.

– Два платья осень-весна, джерси. Пальто, твид…

– С этим не ко мне, – покачал головой Игорь. – К девушке.

– Ваша девушка, – шутливо попеняла ему Ольга, – слишком уж скромничает. Второй час ничего добиться не можем.

– Это не моя девушка, – сказал Листопад. – Это моя няня… то есть, няня Влада.

– А, – невозмутимо изрекла заведующая, – понятно. Сделаем по-другому. Покажу ей молодежный каталог одного хорошего дома, зима-осень, пусть отметит, что ей нравится. Девочки-дизайнеры набросают капсульный гардероб на ближайший сезон, а ваша… няня посмотрит.

Игорь с облегчением кивнул.

– Прекрасная фигурка у девушки. Редкое удовольствие шить на такую. Вы видели этих современных девочек? Непонятно, то ли «она», то ли «он».

Игорь опять кивнул. Он был полностью согласен с Ольгой.

Злата Алексеевна вышла из ателье бледная, понурая.

– Вы голодны, – сказал Игорь, посмотрев ей в лицо. – Я тоже. Я знаю одно местечко неподалеку…

Они проехали несколько кварталов. Злата зашла за ним в ресторан и остановилась на пороге:

– Игорь Владимирович, тут дорого.

Листопад с удивлением огляделся. Он часто ужинал в «Пиетете», особенно не один.

– А что вы предлагаете?

– Вы пельмени любите?

– Д-да, в общем.

– Тут есть маленькая пельменная, тоже недешевая, – воодушевившись, продолжила няня. – Там домашние пельмени, разные. Я люблю маленькие, крошечные. Хотите, отведу вас туда? Нет, нет, – сказала она, когда он собирался нажать на автомобильный ключ, – только пешком. Аппетит нужно нагуливать.

Они свернули в недавно разбитый посреди бульвара цветник, обошли фонтан, нырнули в арку не спеша двинулись по тихой улочке. Игорь и не знал, что в городе есть такие милые, сонные места, с ажурными решетками на входах во дворики, уголками зелени и велосипедными звонками.

– Мы когда-то здесь жили, во-о-он там, – Злата Алексеевна показала пальцем на аккуратный двухэтажный домик.

Рука и голос ее задрожали. Игорь сделал вид, что ничего не заметил.

– Ваши родители?

– Мама. Семь лет назад. Мне было четырнадцать. Папа умер раньше, через пять лет после моего рождения. Он погиб. А у мамы было больное сердце. Так странно, Игорь Владимирович.

– Что странно? – от обыденных слов няни Листопад на миг потерял самообладание.

Он так и не научился говорить вслух об Аниной смерти. А эта юная девушка, почти девочка, по словам Галины Тимофеевны, много лет жила практически одна, со своим горем и противостоянием невзгодам жизни.

– Странно, что мы идем тут, с вами. Знаете, бывают иногда такие ситуации: все-все привычное… и вдруг что-то невероятное. Как вы, – няня смутилась и покраснела. – Мы пришли.

Игорь вспомнил это место. Он ходил сюда школьником, после тренировок по ушу.

– Тут было кафе, раньше, – сказал он. – Кафе-мороженое.

– Да? – удивилась Злата. – Наверное, очень давно. Я сюда с детства хожу. Тут очень вкусно, по-домашнему, – сказала няня, усаживаясь за столик, – но дорого. Я только со стипендии могу… – она опять смутилась, – и теперь, конечно, с зарплаты. Вот это закажите. И двойную сметану. Каждому. Двойную.

Листопад второй раз с легкой руки Златы Алексеевны наелся так, что стало трудно дышать. Назад они шли молча, каждый в своих мыслях, но Игорю это молчание тягостным не казалось. Злата, подняв по дороге пару каштанов в колючей зеленой шкурке, сказала:

– Владушке, на поделки.

И вдруг охнула, схватилась за плечо, виновато объяснила:

– Резко нагнулась.

Сергей, которому Игорь собирался устроить головомойку, словно почувствовав неладное (у него это было с детства – способность чувствовать, когда от брата собиралось «прилететь»), умотал куда-то на ночь с друзьями. Листопад-средний даже почувствовал облегчение – не хотелось портить такой спокойный день. Но, видимо, все же сглазил.

Он проснулся ночью то ли от шороха, то ли от вздоха. У его кровати в свете луны стоял Владушка, маленький и серьезный. Игорь застыл, наблюдая за сыном – раньше Влад иногда ходил во сне. Но мальчик сказал:

– Пап, пойдем. Там тетя Злата, – голос Влада прозвучал вполне осмысленно.

– Что? – Игорь сел на постели.

– Она плачет и не просыпается. Она вся мокрая. И стонет. Я попить хотел, позвал, она не пришла. Я пошел к ней, потом к тебе пошел.

Листопад не выдержал, чертыхнулся. Только бы не грипп. Он схватил Влада за руку, отвел его в комнату. Его поразило то, как спокойно сын семенил рядом с ним по темному коридору, словно и не было никогда той многолетней, так пугающей Игоря патологической боязни темноты. Как Влад дошел к нему в спальню?

Игорь ворвался в комнату няни, включил свет. Няня металась по кровати, но понятно было, что поглаживанием плечика в этот раз дело не обойдется.

– Злата, Злата, вам плохо?

Листопад положил руку на лоб девушки. Нет, она не была горячей, наоборот, холодной и мокрой. Волосы надо лбом слиплись в сосульки.

– Так, врача, срочно, – пробормотал Игорь, щелкая в телефоне, который он машинально прихватил из спальни.

– Не надо, – прохрипела вдруг девушка. – Просто… плечо болит. Это… простуда… уже давно. Я помажу…

Игорь смотрел на нее, покусывая губы. Няня закрыла глаза.

– Пока приедут, – сказал Листопад.

Он аккуратно завел руки под плечи девушки.

– Больно, – просипела та.

– А так?

Няня кивнула. Игорь осторожно поднял ее на руки. На пороге спальни Златы стоял Владушка.

– Возьми плед, – коротко велел ему Игорь.

Сын кивнул и вбежал в комнату. На крыльце Листопад практически столкнулся с Сергеем. Тот вытаращился, отступил под требовательным взглядом брата, чуть не упал со ступенек.

– Что с ней?

– Заболела. Открой гараж.

Сергей беспрекословно подчинился. Игорь отдавал короткие распоряжения, Младший быстро их выполнял. Подбежали Владушка и тетя Галя, закутали Злату в плед. Галина Тимофеевна тихонько причитала.

– Я поведу, – нервно предложил Младший. – Ты на заднее. И держи ее, на объездной ямы после ремонта.

Игорь кивнул. Они ехали молча. Сергей не выдержал – тихо включил радио. Он поглядывал в окно заднего вида, но Листопад смотрел на Злату, отмечая, как она все больше и больше бледнеет. Няня открыла глаза.

– Как вы? – спросил Игорь.

– Очень больно. Так раньше не было.

– Потерпи́те. Уже подъезжаем.

Сергей помог им выбраться из машины, побежал вперед. Их сразу позвали к дежурному врачу, который в этот момент осматривал ребенка с подозрением на сотрясение мозга.

Игорь опустился в кресло напротив кабинета, продолжая держать Злату на руках, посадив ее на колени. Девушка улыбнулась бледными губами:

– Вы в пижаме.

Игорь только теперь понял, что на нем спортивные брюки и домашний лонгслив. И кожаные тапки.

– Настоящий джентльмен не тот, кто всегда одет по случаю, а кто сам создает случай под свой гардероб. Не помню, кто сказал.

– Если вспомните, скажите, кто, пожалуйста.

– Как вы?

– Мне легче. Тепло.

– Сейчас придет врач.

– Спать хочется.

– Не спите, – встревожился Игорь. – Лучше скажите мне… вот что… я хотел спросить давно…

– Что? – сонно спросила няня.

– Какая у вас мечта? – нашелся Листопад. – Чего вы хотите от жизни?

– Выучиться. Деньги зарабатывать.

– Да, это понятно. А потом.

– Книжки мамины издать. Еще четыре. Я последнюю дописала, но рисовать не умею. Нужен художник, хороший, детский. Это дорого.

– Про что она, эта книжка?

– Про заколдованного принца. И девушку. Она спасла его от заклятия. Они жили долго и…

– Счастливо?

– Да.

– И умерли в один день?

– Нет, просто жили.

***

И все-таки фортуна повернулась к Максу лицом. Он всегда знал, что он к нему благосклонна, а как же иначе? Ему всегда все сходило с рук. Находились люди, которых он очаровывал своим недюжинным обаянием, использовал в своих целях, а те еще и рады были. Например, Ирина. Красивая телка, уступчивая, зрелая. Подсела на Макса, как на наркотик. Он такое умел – подселять к людям в души своих бесов, особенно женщинам. Только одну он упустил, потому что сразу не понял – другая.

У Ирины было одно отличное качество, она трахалась и дружила с полезными людьми. Стоя напротив небольшого ателье на одной из самых дорогих улиц города, Макс сразу подумал об Ирине. Он благословил свою фортуну, когда увидел Злату выходящей из дверей ателье, а потом проклял, потому что навстречу ей из черного вольво вылез какой-то тип в дорогом костюме. Когда Макс опомнился и рванул через дорогу, игнорируя возмущенные гудки машин и окрики водителей, вольво уже отъехал. Он не сумел разглядеть мужика за рулем, но запомнил номер.

Ирина ответила сразу же. Еще бы. Он вторую неделю сбрасывал ее звонки, понимая, с ней только так и нужно – мучить, давать надежду и тут же ее отбирать.

– Привет, – сказал Макс. Он никогда не называл будущую мачеху по имени. – Нужна твоя помощь.

– Ах вот как? – Ирина помолчала и сказала дрогнувшим голосом: – Я думала, ты забыл обо мне… совсем.

– Я не забыл, – раздраженно откликнулся Пиманов.

– Отец сердится, ты давно у нас не был.

– Я приеду… к тебе, а не к нему… – он услышал тихий выдох женщины, – … но мне нужна твоя помощь. Пробей одну машину. Это срочно. У тебя же есть друзья в ментуре. Пусть они…

– Это касается той девушки?

– Какая тебе на хрен разница, кого это касается?! Я прошу просто пробить машину. Приезжай сегодня ко мне.

– Нет!

– Ну, не приезжай!

– Ты не понял. Не буду я ничего для тебя пробивать. Максим, ты задумал что-то плохое. Пожалуйста, давай поговорим. Давай я свожу тебя к психотерапевту. Это стало твоей навязчивой идеей. Я очень волнуюсь за тебя.

– Ты… ты… – от возмущения Макс потерял дар речи. – Ты будешь меня лечить?! Я разрешал себя лечить?! Мозг мне вправлять!

– Я же… ради тебя, – Ирина всхлипнула.

– Ради меня я прошу тебя сделать доброе дело! Но не в душу мне лезть, понятно? Пошла на хер, стерва! Сам справлюсь! Не звони мне. И не ждите меня! Не приеду!

Он отключился и постоял у байка, выравнивая дыхание. Ничего, он что-нибудь придумает. Он добьется от Златы ответа. Если надо, убьет того типа, что ходит за ней по университету. И того, к кому она так покладисто села в машину.

***

– Ого!

– Ого-го!

Злата проснулась, рывком села в кровати и только тогда открыла глаза. Игорь Владимирович предупреждал, что на день рождения Владушки приедут его кузины-близнецы. И все же Злата была поражена. Женщины казались зеркальным отражением друг друга. Злата разглядывала их в полном ошеломлении. Мало того, что они были похоже как две капли воды, Лика и Ника еще и выглядели очень смело, учитывая, что кузины были постарше Листопада-среднего лет на пятнадцать.

– Ого, – повторила одна из них, ты, что стояла справа, у самой книжной полки. – Принцесса на горошине?

– Спящая красавица? – поинтересовалась левая.

– Злата… Степанова, – заикаясь, представилась Злата.

– А, Златовласка! – хором откликнулись дамы.

Злата разглядела, что у второй, слева, в ухе было меньше колечек. И джинсы были другой фирмы, не такие рваные. И татуировка на руке изображала обернувшегося вокруг запястья дракона, а не кобру, как у правой кузины.

– Тук-тук-тук, – раздалось от двери. – Я вхожу.

Злату уже не смущало, что Игорь Владимирович по нескольку раз в день появляется у нее в комнате, да и вечером тоже: проверяет, приняла ли она лекарства, померила ли температуру, достаточно ли теплые в спальне батареи. Ее смущало, что ей достается столько заботы от очень занятого человека. Она сказала об этом Листопаду напрямую и ожидала услышать что то вроде: «Но я же ваш работодатель. Мне нужно о вас заботиться – у нас контракт. Чем дольше вы болеете, тем меньше занимаетесь с моим сыном». Но услышала нечто другое:

– Выздоравливайте, Злата. Вы нам очень нужны. Владу и… всем.

В больнице у Златы обнаружили воспаление плечевых мышц. Дежурный врач в отделении терапии покачал головой и протянул:

– Небось сарафанчики, бретелечки, плечики открытые, дэкольтэ. А на дворе осень. Эх, молодежь!

Злата кивнула, не став, разумеется, пускаться в объяснения. Она прекрасно помнила, когда простудилась: ей пришлось ходить с дэкольтэ и бретелечками в холодной квартире Макса.

– Лика, Ника, – Игорь Владимирович порывисто обнял сестер. – Познакомились уже? Наша няня, Злата Алексеевна.

– Познакомились и обязательно узнаем друг друга поближе, – кузина-с-драконом тряхнула челкой до подбородка. – Я – Ника.

– А я Лика, – отрапортовала вторая, со змеей. – Не хотели никого будить. Сразу пошли к себе, а тут… Златовласка.

– Забыл вас предупредить, – признался Листопад. – У вас две гостевых, в старом крыле. Давайте с вещами помогу.

– Давай, мелкий, – отозвалась Лика и обратилась к Злате: – Знаете, какой он в детстве худенький был, соплей перешибешь, зато сейчас – парень хоть куда.

– Ну-ну, – смущенно пробормотал Листопад. – Не слушайте их, Злата. Они вам расскажут.

– А вот и расскажем, – подхватила Ника. – И Владушке тоже. Уже взрослый такой на фотках! Вырос за год, Листопадик.

– Ждет вас со вчерашнего вечера, – сказал Игорь Владимирович. – Как вы доехали?

– Неплохо. У вас развязку сделали, пробок меньше.

Злата хотела подняться, но на нее опять накатила слабость. Она осталась лежать в кровати, приподнявшись, обняв подушку и глядя в сумрачное небо над изголовьем кровати. Осень закончилось. Прошло время листопада. Она почти выздоровела, ее не уволили, сданы некоторые зачеты, в больнице дали справку, Николай обещал дождаться – он пока проходит медкомиссию, собирается вернуться на постоянную работу, а для их со Златой договоренности нашел себе замену. Все ведь хорошо. От чего так тревожно, тоскливо, сладко и нежно на душе?

Игорь Владимирович вернулся через несколько минут.

– Вам что-нибудь нужно?

– Нет-нет!

– Я поеду в город. Вернусь к вечеру. Мы отменили праздник в торговом центре, ограничимся домашним торжеством.

– Это не из-за меня? – встревожилась Злата.

– И да, и нет. Не вижу смысла устраивать бестолковые мероприятия. Семья – это главное. Устроимся в саду, еще не так уж холодно. Барбекю, свежий воздух. Но можем и в гостиной, если вам еще трудно.

– Нет-нет, – поспешно повторила Злата, – так хочется шашлыков!

Игорь Владимирович улыбнулся и повернулся к двери.

– У меня к вам просьба. – сказала Злата ему в спину. – Пригласите Варю и Глашу, дочек Льва Михайловича. Они с Владушкой очень подружились в последнее время.

– Хорошо, – Листопад серьезно кивнул. – Заодно и с Михалычем помирюсь. Но собаку пусть закроет.

***

Игорь спустился в столовую. Там за столом, цедя кофе, сидел Стас. Помощник встрепенулся, пожал шефу руку.

– Ну что, отменили торговый центр?

– Да, Стас. Персонал недоволен, но другого выхода нет.

– Согласен, Игорь Владимирыч, одобряю.

– Думаешь, Баул все же рискнет?

– Думаю, уже решился, – Стас серьезно кивнул. – Пошли волны по воде. В ментуре пара ребят нормальных, держим связь, они тоже… ждут. Пересядьте-ка вы, Игорь Владимирович, на вэ-эр-ку, пока, береженого бог бережет.

– Это смотря чем он захочет меня приложить. Против хорошей взрывчатки…

– Не рискнет Баул на взрывчатку, а в окно пульнуть – самое то. Были уже… прецеденты. Директора ГСК помните? Того, что тендер два года назад выиграл?

– Да, помню. И знаю, кто его заказал. Хорошо, пересяду на BMW.

– Еще кое-что, Игорь Владимирович. Помните Ирину Богучевскую, ну…?

– Отлично помню, – Игорь постарался сохранить невозмутимый тон.

– Она теперь с Баулом. Поговаривают, все серьезно, Юрчик, кажись, жениться собрался.

– Совет да любовь.

– Да уж… я вот что подумал, шеф, если она все привычки ваши…

– Ничего она обо мне не знает. Пыталась узнать, но я с ней сразу после этого и расстался. И все же, если будут какие-либо движения в моем направлении, рапортуй.

– Будет сделано, Игорь Владимирович. Дом под наблюдением, Владушку на тесты повезем с усиленной, новых ребят набираю, собеседую.

Игорь кивнул и пошел к себе. На душе было гадко. Он посмотрел в окно. Перед домом по дорожкам носились Влад, Лика и Ника. Завернувшись в плед, вышла няня, села на качели, кутаясь. Игорь смотрел на нее… долго. Почему она так быстро выздоровела? Нет, он совсем не желал ей боли и страданий. Но эти несколько дней у ее постели были самыми счастливыми за последнее время. Заставить ее продлить постельный режим? Опять говорить с ней, подавать градусник, воду приносить, подушку поправлять, прикасаться иногда случайно? Это эгоистично и по отношению к ней, и к Владу. Мальчик уже измаялся ждать, когда няня встанет на ноги. А ей нужно в университет. Из ателье звонили, пора прийти на примерку. Игорь заставил Сергея показать тот сайт, на котором нашлась для Златы подходящая одежда, заказал сертификат. Пусть Злата сама себе выберет, джинсы в ателье не сошьешь.

Бессмысленно себя обманывать, подумал Игорь, подойдя к портрету Ани.

– Ты– то знаешь. – сказал он ей. – Ну, и что мне делать? Что делать дальше?

Аня лукаво улыбалась.

– У тебя все просто, – вздохнул Игорь.

ГЛАВА 16. Такая странная любовь

– Это тебе подарок, – почти хором сказали Варя и Глаша.

– Это котенок, – объяснила Глаша, как будто ошалевший от счастья Владушка сам не видел, кто пищит у него в руках.

– Его Пупс из парка притащил, – добавила Варя. – Ветврач сказал, что процент выживания был один к … в общем, маленький, если бы Пупсик его не согрел, не вылизал и не нянчил, – девочка с некоторым вызовом посмотрела в сторону Игоря, мол, а вы говорили.

– Тут еще, – сказала Глаша, небрежно помахивая узким конвертом, – деньги, вроде. Папа сказал, котенок – это несолидно.

Судя по лицу мальчика, он точку зрения Льва Михалыча не разделял. Игорь только вздохнул про себя: не отбирать же у счастливого сына подарок. Ему в офисе каких только котят не предлагали, и породистых, и с родословной такой, что Игорю становилось стыдно за свое, в общем-то, плебейское происхождение. А тут какой-то рыжий заморыш, спасенный вечно болтающимся по окрестностям псом. Нужно серьезно с Михалычем поговорить, очень серьезно, насчет питбуля. Ну удружили соседи, ну удружили! С другой стороны, хорошо, что Михалыч наконец-то достроил дом и перевез семью. У Владушки теперь компания.

Детвора вместе со Златой устремились в дом, устраивать найденыша. Галина Тимофеевна строго объявила, что Кузя будет жить в постирочной. Игорь только хмыкнул про себя, вспомнив свое блохастое детство: как же! Сначала переберется к Владу в комнату, потом в кровать. Нужно показать пискуна ветеринарному врачу, завтра же.

Семья утроилась вокруг деревянного стола перед домом. Пахло яблоками и прелой листвой. Еще несколько дней, и вступит в свои права зима.

Игорь занимался шашлыками и смотрел в сторону особняка.

– Идите, шеф, отдохните, – сказал Стас, становясь к мангалу. – Завтра трудный день. Мы с Катей тут похозяйничаем.

Игорь кивнул. Он пригласил всю семью личного помощника, его жена Катерина помогала тете Гале, а дети, постарше, чем Владушка, сначала делали вид, что им не интересны детские забавы, но потом с независимым видом исчезли в доме и появились уже с коптером, который сами Владу и подарили. Галина Тимофеевна отправила их на лужайку.

Вышла Злата. За ней появился Сергей. Сел за стол, кисло поздоровался с гостями. Лика и Ника сели по обе стороны от Младшего, принялись его терроризировать: обнимать и лохматить.

– Сержик, Сергуня, какой вырос.

Сергей терпел, а сам поглядывал на Злату. Насколько Игорь знал, Младший так с ней и не поговорил. К компании присоединилась горничная Алиса. Вроде хорошая девушка, но Листопада в ней что-то напрягало, он сам не знал, что. К нему подсела Лика, сказала, кивая на Злату:

– Принц, а Принц, как тебе Златовласка? Я узнавала: ни с кем не встречается, правда, парень какой-то нравится, говорит, богатый, мол, не по ней. Не ты ли, заколдованный наш?

Игорь покосился в сторону Сергея:

– Я не парень. Я отягощенный проблемами уставший… сухарь, – он вспомнил о своем последнем разговоре с нотариусом. – Я отдал распоряжения по поводу Влада, если вдруг со мной… Вы – его опекунши до совершеннолетия… если что.

– Ты чего, Игореша? – Лика напряглась. – Что-то, о чем мы должны знать?

– Проза жизни. Все под богом ходим.

– Ну если так… – сестра пристально вгляделась в его профиль.

– Сергей! – крикнул Игорь, заметив, что брат встал и направляется к дому. – Подожди.

Он подошел к брату, понизил голос, пока мимо в дом не прошла Алиса:

– Я дал тебе три дня. Прошло больше. Комментировать разговор со Златой Алексеевной не буду, он не в твою пользу. Поговори с девушкой.

– Какой ты добрый, – бросил Младший через плечо.

– Просто выполняю свое обещание.

– Не сейчас. У меня дела.

Сергей пошел к крыльцу. Игорь постоял, задумчиво глядя ему вслед. Парень, богатый. Богатый парень. Листопад обернулся – позади него стояла Злата. Девушка серьезно сказала:

– Я поговорю с Сергеем. Я помню, что вы просили. Вообще-то, у нас уже был разговор, в больнице, Сережа меня навещал… но он меня не понял. Может, сейчас поймет.

Игорь кивнул. «Сережа?»

Злата тоже пошла к дому. По дороге ее обступили дети, Влад очень волновался, что котенок не спит. Няня обещала найти для него какую-нибудь вкусную еду. Наконец, она исчезла в дверях. Потянулись минуты ожидания. Игорь не выдержал, встал и последовал за няней: он должен проконтролировать брата, тот горазд распускать руки и… вообще. В коридоре второго этажа на Листопада налетела Злата. Он поймал ее, как в тот раз, когда она схватилась за воротник его рубашки и когда он в первый раз заметил, какие у нее красивые глаза.

– Злата?

Девушка диковато посмотрела на него, словно не видя, оглянулась.

– Что случилось? – сказал Игорь, неохотно выпуская ее из рук.

– Злата! – в коридоре появился взъерошенный Сергей в расстегнутой рубашке. – Злат, черт! Ты все не так поняла!

За ним из-за угла выступила Алиса. Девушка неспеша застегивала пуговицы на груди. Лицо ее было скучающим, глаза иронично поблескивали. Злата почти прижалась к Игорю, глядя на Сергея с растерянностью и непониманием.

– Так, – сказал Игорь. – Сергей, ко мне в кабинет.

Младший подчинился, тихо ругаясь под нос и постоянно оглядываясь на Злату. Горничная, к удивлению Листопада, подошла к няне и о чем-то дружелюбно с той заговорила, Злата отвечала ей неохотно, пряча взгляд.

Сергей вошел и оставил дверь в кабинет открытой.

– Что случилось? – холодно повторил свой вопрос Игорь. – Впрочем, все и так понятно. Молчишь? Нечего сказать в свое оправдание?

– Счастлив. Да? – сквозь зубы процедил Младший.

– Я?

– Ты! Как будто я не вижу!

– Что ты видишь?

– Что ты опять… как всегда. Для себя все хочешь, да? Как будто я не замечаю. Все, все всегда у меня отбираешь.

– Что ты там бормочешь?

– И в детстве, и потом, и сейчас. Хочешь ее для себя, да? Ну, скажи! – Сергей подошел ближе и посмотрел Игорю в глаза. – Хочешь. Тебе такая нужна, верно? Тихая, скромная, красивая. Девочка, которую ты сам под себя воспитаешь. Чтобы мелкому сопли вытирала, тебя тоже… как там? Почитай мужа своего? Чтоб все ей дать, а она чтобы благодарна потом всю жизнь.

Игорь смотрел в глаза Младшему. Почему Сергей всегда казался ему незрелым, избалованным ребенком? Это не так. Вон он как умело все сформулировал. Именно так Игорь и думал. Именно такой свою будущую жену и представлял. И Злата… она молода, она не заслуживает такой жизни с «заколдованным принцем», которого очень сложно будет расколдовать: слишком глубоко проникли чары разочарования, пустой любви, которую можно в любой момент купить, нехватки эмоций и слов, которые так нужны юным девушкам.

Сергей смотрел на него с вызовом. Младший влюблен, по-настоящему. Пусть разбираются сами.

На пороге кабинета появилась няня.

– Злата Алексеевна, – суховато обратился к ней Игорь. – Своим поведением мой брат доставил вам беспокойство. Это может отразиться на вашей профессиональной деятельности. Одно ваше слово, и он здесь больше не живет. Что скажете?

– У меня нет никаких претензий к Сергею Владимировичу, – тихо сказала няня. – Произошло недоразумение.

– Уверены?

– Да.

– Злата, уедешь со мной? – голосом, полным надежды, спросил Младший. – Забудь это, пожалуйста. Не знаю, что на меня нашло. Поехали со мной.

Злата вскинула на него взгляд и твердо сказала:

– Нет.

– Тогда… желаю счастья, – бросил Сергей, выходя.

– Вы приняли правильное решение, – одобрительно сказал Игорь.

– Да, – еле слышно повторила Злата.

– Завтра у вас рабочий день, если не ошибаюсь?

– Да.

– А потом отгул?

– Да, зачет.

– Прекрасно, – Игорь кивнул. И отвернулся к окну, показывая, что разговор окончен.

Он не слышал, как вышла няня. Обернулся, увидел, что ее уже нет в кабинете – со стоном прислонился лбом к холодному стеклу. Как же больно лишать себя иллюзий! Что с ним такое? Сначала поверил в Ангела, потом чуть не влюбился в двадцатилетнюю девчонку. Хватит, нужно возвращаться к реальности. У него за плечами маячит смерть. Малейшая ошибка – и он еще один «удачный» заказ Баула, аккуратно устраненная помеха. Бронированная машина, бронежилет под пиджаком, постоянное наблюдение – поможет ли все это, если Пиманов захочет отойти от шаблона? И этот… Максим. Стас вроде нарыл что-то про ту девушку, родственницу Пимановых из психушки. Только Игорю это уже неинтересно.

***

Николай зевнул, тряхнул головой, встал, чтобы размять ноги, прошелся по коридору, постоял у расписания. В коридоре было тихо, лишь сквозь двери аудиторий проникал гул голосов. Николая опять потянуло в сон. Где там Злата? Полпары прошло. Телефонами на зачете пользоваться было запрещено, и он не знал, какой по очереди сдает его подопечная. В коридоре появилась незнакомая девушка, встретилась с Николаем взглядом, деловито подбежала:

– Это ваша лада приора на стоянке орет? Меня вахтер попросил предупредить.

– Спасибо, – Николай кивнул. – Да, приора. Я посмотрю.

Он оглянулся на дверь аудитории и пошел к лестнице за девушкой, которая с тем же деловым видом нырнула куда-то в боковой коридор. С лестничной площадки машину было слышно очень хорошо, свою сигналку Николай с другой никогда бы не перепутал. Лишь бы никто из молокососов, недавно получивших права, не зацепил его "девочку".

Он постоял на площадке, раздумывая. Оно-то, конечно, по уму нужно было проверить машину, но под ложечкой противно посасывало. Наверху громко хлопнула дверь. Николай взвился по лестнице, пробежал через стеклянный переход, вылетел в коридор с аудиториями. Все двери были закрыты. Не стучась и не потрудившись извиниться, Николай заглянул в аудиторию, где шел зачет, оглядел ряды студентов. Златы за столами, поднятыми амфитеатром, уже не было.

Телохранитель вышел в коридор постоял, прислушиваясь, и уверенно дернул на себя дверь женского туалета. Белобрысый подонок стоял там, прижав Злату к стене. На Николая бросились его дружки. С ними он разобрался быстро: одного выволок, другого вытолкал в коридор, а дверь запер на швабру. Мажор с пирсингом шипел, словно змея. Надо отдать ему должное, дрался он умело, даже умудрился немного Николая достать. Пришлось повозиться с ним подольше. Злата стояла у стены ни жива ни мертва. Прижав парня к стене, Николай страдальчески у него спросил:

– Ну что ж тебе, тварь, неймется? Опять за свое?

Из мажора посыпались такие ругательства, что Николай поморщился и зазвездил тому оплеуху:

– Ну, при девушке! Рот тебе сейчас с мылом вымою.

– Кто ты такой? – проскрипел парень, пытаясь отодрать от горла мощную руку. – Уйди с дороги и жив останешься.

– Я тебе представляться не обязан, – усмехнулся Николай. – Ты сейчас не в том положении, чтобы тебе представлялись. А может статься, еще в худшее положение встанешь. Ты вот расскажи, зачем девушку терроризируешь. Расскажи, а я уж подумаю, что с тобой делать?

– Ты труп, понял?!

– Нет, не понял, поясни.

– Я тебя достану! Злата – моя девочка! Встанешь на пути – и ты мертвец!

– Киношек насмотрелся? Или папочка пугалкам научил? Может, пойдем со мной к ментам? Их попугаешь?

– Не докажешь! Я все равно ничего не сделал!

– А, грамотный? Тогда пойдем с моими друзьями пообщаемся. А что? Я же с твоими пообщался.

– Отпусти, все равно ничего не сделаешь.

– Я не понимаю, чего ты к девчонке прицепился, упырь?

– Я ее люблю.

Николай не сдержался, крякнул:

– Едрит-мадрид, ну кто так свою любовь выражает? Проблемы у тебя с головой, тебе никто не говорил? О, по глазам вижу, говорили. Значит так, придурок, еще раз подойдешь к Злате, сделаю тебе очень больно. Но этим дело не закончится. Тебе добавят мои друзья, а я, к твоему сведению, из них самый хлипкий. Усёк?