Текст книги "Его Сиятельство Бессмертный (СИ)"

Автор книги: Элиан Тарс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Света покосилась на него и тихо спросила:

– Вы вообще не сомневаетесь? Не боитесь?

– Уже нет, девочка, – улыбнулся ей граф Бессмертный, а затем сверкнул глазами и произнёс: – Я лишь с нетерпением жду момента, когда смогу обнять своего сына. Смотрите, они начинают.

Барон поднял руку к небу. С небольшим запозданием Константин сделал то же самое. Затем мужчины одновременно прижали ладони к сердцам, приветствуя противника, и поклонились.

– Раз! – громко выкрикнул наследник Завойских.

– Два! – подхватила отсчёт его сестра.

Представители старых графских родов молчали, не поддерживая эту столь любимую простолюдинами традицию.

– Три! – выкрикнули все зрители со стороны Завойских в унисон.

Дуэль началась.

Но дуэлянты даже не шелохнулись.

«Готовят заклинания», – отметил очевидное Иван Бессмертный.

– Ты зря вышел против меня, – громко усмехнулся глава рода Завойских, и тело его начал покрывать красивый водяной доспех. – Я для тебя худший противник.

Внезапно доспех из «воды», основной стихии рода Завойских, стал чёрным и вязким.Казалось, если вглядываться в него, он выглядел как пустота, бездна, Космос.

– «Тьма» – его вторая стихия? – изумлённо пробормотала Света.

Она прекрасно понимала, что противоположные стихии идеально нейтрализуют друг друга. «Огню» и «свету» Константина противостояли «вода» и «тьма».

Юная графиня напряглась. Она знала, что глава рода Завойских очень сильный воитель, далеко продвинувшийся по пути эволюции. А всем известно, что при столкновении противоположных стихий побеждает исключительно тот, кто вложит больше энергии.

Тьма может поглотить свет. Но справедливо и то, что свет может рассеять тьму.

– Тебе конец, граф! – пророкотал барон Завойский и рванул вперёд.

Вспыхнул свет, и Константин исчез.

А через миг воитель, сияющий золотым, уже стоял сбоку от огромной туши барона Завойского. Огненно-световой меч рассёк доспех из вязкой теневой воды.

Завойский захрипел и рухнул на колени.

Его доспех развеялся.

Резко крутанувшись вокруг своей оси, Константин ударил ногой по голове Завойского, будто по мячу. Барон рухнул на траву и, перевалившись на бок, распластался.

Константин поднял к небу сжатый кулак и повернулся к своей родне.

– Как я говорил, Иван, домой поедем на новой машине, – прокричал он.

– Ага! – весело ответил граф Бессмертный, но тут же изменился в лице, когда посмотрел на опешившую баронессу: – Немедленно освободите моего сына!

Не дожидаясь ответа, он зашагал к Илье. Но…

– Стой! – завизжала жена главы Завойских. – Дружина! Никто не должен узнать об этой дуэли! В бой!!! Убить их всех!!!

Глава 12

– Стоять!!! – взревел я во всю глотку. – Не то ваш барон потеряет голову.

Я ткнул широким лезвием меча, созданного из «света» и «огня», в шею своего поверженного противника. Николай Завойский в себя приходить не планировал, так что отрубить его огромную башку для меня не составит труда.

Да чего уж, от жара моего меча скоро и так начнёт запекаться его кожа.

– Ар-р-р!!! – яростно прорычала баронская жена и напряжённо завертела головой из стороны в сторону.

Смотрела то на своего мужа, то на сына, то на дружинников…

Она что, сейчас в самом деле думает пожертвовать головой своего мужика, лишь бы не платить долг? Или её настолько сильно беспокоит, что скажет общественность о внезапном поражении барона Завойского, что она может пожертвовать самим бароном Завойским?

Но дери леший эту баронессу, допустим, она верит, что её дружинники смогут убить всех нас. Как она планирует скрыть этот инцидент? Как объяснит, куда делись главы двух графских родов и её муж?

Хотя, судя по её обезумевшему взгляду, в данный момент она вообще ничего планировать не способна. Просто у одной зазнавшейся бабищи кукушка улетела от внезапного поражения.

Народ вокруг замер. Дружинники Завойских, разумеется, не понимали, что им делать в этой ситуации. Они не могли пойти против приказа госпожи, но и господина подвергнуть опасности тоже не имели права.

– Баронесса Завойская, улыбнись в камеру! – В этой звенящей тишине голос графини Светланы Огневой прозвучал особенно насмешливо.

Она держала в руках свой телефон и ухмылялась.

– Ещё раз прикажешь дружинникам атаковать нас? – произнесла Света. – Наплюёшь на жизнь своего мужа, который проиграл в честной дуэли и сейчас без сознания? Сделаешь всё, лишь бы не платить ставку? По-твоему, так должны поступать достойные аристократки?

До меня не сразу дошло, что юная графиня сейчас не столько дразнит баронессу, сколько заставляет свой телефон запоминать слова. Как это называется? А! Записывает!

Но не на бересту, а в это чудо-устройство!

Поразительно! Гениально!

Юная графиня фиксирует происходящее. Не зря она говорила, что готова свидетельствовать хоть перед судом, хоть перед самим князем.

– И вы смеете говорить мне о достойных поступках? – процедила баронесса, а затем фыркнула и нервно поправила прядку волос. – Один взял моего мужа в заложники, а другая снимает видео в чужом доме без разрешения хозяев. Тоже мне, старая аристократия!

– Если мой род старый и уважаемый, это не значит, что я должна цепляться за старые традиции в ущерб логике, – парировала графиня.

И вновь повисло напряжённое молчание. Баронесса вроде поуспокоилась, но, вероятно, всё ещё думает, как избавиться и от нас, и от видеозаписи.

Я придал жару своему клинку и придавил остриё к шее барона.

– Отзови своих псов, Завойская, – холодно произнёс я. – Поигрались и хватит.

Она поморщилась, резко дёрнула рукой и проговорила:

– Дружина, без лишних действий! Просто присмотрите за нашими гостями, не доставляя им хлопот. А теперь отпусти моего мужа, граф Бессмертный!

Я хмыкнул и направил дополнительную энергию в своей огненный клинок, нанося на нём новый узор и меняя заклинание.

Меч из «огня» и «света» преобразовался в сияющий ошейник, который мгновенно сковал шею барона Николая Завойского.

Тот захрипел и застонал.

– Что ты делаешь⁈ – подалась в мою сторону его жена.

– Молчи и слушай, – осадил её я. – Это всего лишь для нашей безопасности и для гарантии того, что вы выплатите долг. Будете долго тянуть или много орать – ошейник начнёт греться. Это очень не понравится барону. Можно шрам на всю жизнь получить. Но если пошевелитесь и сделаете всё, что должны, ошейник не успеет раскалиться.

– Кха… ты… бесчестен! – прохрипел барон, придя в себя. Он хотел подняться, но замер, стоя на коленях. Я неплохо его приложил своим прошлым ударом, так что потребуется время, чтобы тело и энергетические структуры пришли в норму, и барон вновь смог бодро шевелиться.

– А ты глуп, раз тратишь драгоценные секунды на препирательства, – парировал я.

Барон захрипел ещё громче и поднялся на ноги. Затем покачнулся и снова рухнул передо мной на колени.

– Помогите мне! – рявкнул он ближайшим дружинникам.

Его подняли на ноги. Опираясь на двух своих бойцов, он хмуро посмотрел на меня и изрёк:

– Дуэль за тобой. Я отдам то, что должен – подавись!

Я тяжело вздохнул и добавил огонька ошейнику. Барон захрипел, закричал и вцепился руками в своё сияющее украшение.

А затем закричал ещё громче – снаружи ошейник был горячее, чем изнутри.

– Вежливее будь, парнишка, – со вздохом ответил я. – Проигравшим псам положено быть кроткими.

– Понял я! Понял! Извини! – заверещал он, тщетно пытаясь стянуть с себя ошейник или хотя бы активировать защитный покров – моё заклинание не давало ему возможности сконцентрироваться для управления энергией.

– На первый раз прощаю, – спокойно ответил я, снизив градус ошейника.

Барон тяжело задышал и гневно уставился на своего сына.

– Освободи Илью Бессмертного. Живо! – рыкнул он и перевёл взгляд на жену. – Вели снять люстру, вынести её и софу на улицу. А ты… – Он уставился на свою дочурку.

Та вздрогнула и съёжилась. Барон гневно выдохнул и повернулся в мою сторону:

– Я накажу её и предоставлю видео, как и обговорено. Идёт?

– Идёт, – легко ответил я.

У меня не было особого желания задерживаться здесь дольше. К тому же я всегда разграничивал наказание и издевательства. Пороть девку прямо здесь, на глазах у гостей, слуг и дружинников, жестоко. Пусть занимается воспитанием дочки наедине. Ей этого хватит.

Но всё же барон сейчас дал маху, пообещав отправить видео. Некоторые на моём месте могли бы это видео всем знакомым показать.

– Теперь насчёт машины, – проговорил барон, а затем как-то криво ухмыльнулся, – идём, граф Бессмертный, покажу тебе.

Я кинул взгляд на своих родственников. С Ильи сняли кандалы, и его мать тут же крепко обняла сына. Иван стоял рядом с ними и умилялся. Затем, поддавшись порыву, тоже обнял сына и жену.

Графиня Огнева была там же и требовала от Завойских вернуть одежду Илье или предоставить новую.

Ладно, пусть разбираются, а я взгляну на карету.

Вместе с Николаем Завойским и парой его дружинников мы прошли по мощёной дорожке до огромного отдельно стоящего здания. Внутри было несколько красивых сияющих машин, среди которых выделялся чёрный громила на шести гигантских колёсах.

Мне он сразу приглянулся.

И, о чудо, мы направились прямо к нему.

– Ты хотел автомобиль, на котором не стыдно ездить представителям графского рода, – проговорил Завойский, положив ладонь на высокий бампер этой техно-магической зверюги. – Вот – пожалуйста. Сдаётся мне, не стыдно будет.

Он ехидно улыбнулся. Что-то мне в его голосе не понравилось.

Я почувствовал приближение к нам сгустка жизни и вскоре услышал шаги. Дружинники Завойского напряглись и повернулись к распахнутым воротам гаража.

Вошедший лысый мужчина из бойцов графини Огневой склонился в поклоне и произнёс:

– Мне послала госпожа. Если граф Бессмертный не против, могу провести консультацию.

– Тц, – еле слышно цыкнул барон.

– Заходи, добрый человек, – махнул я рукой вновь прибывшему и указал на шестиколёсную техно-зверюгу. – Знаешь такую?

Лысый дружинник Огневой округлил глаза и едва ли не бегом рванул к огромной машине. Он начал ходить вокруг неё, заглядывать ей под брюхо, залез на металлический порог, чтобы заглянуть в окно, постучал по корпусу несколько раз. Он даже понюхал машину в паре мест, прежде чем попросил открыть капот.

Я наблюдал за его беготнёй, положив ладонь на металлический бок машины. Узоры сейчас не активны и читаются не столь явно, как при включённом двигателе. Однако же я могу их разглядеть.

Это впечатляюще. Узоров в несколько раз больше, чем на «Каблучке». Имеются даже защитные и атакующие структуры…

Чудо-чудное, диво-дивное…

Почему барон решил отдать мне именно её? А?

Хотя… ах вон оно что, Узор Распределения Силы уж очень толстый – предназначен для пропуска через себя огромного количества энергии.

Короче, это чудо-юдо техно-магическое жрёт больше, чем медведо-мамонт. Помню, один такой монстр сожрал за два дня посевы с четырёх полей, оставив несколько деревень без еды. В конечном итоге мы, разумеется, эту гигантскую тушу прикончили и рассказали деревенским жителям, как лучше завялить его мясо, чтобы пережить надвигающуюся зиму. Шкуру его, способную накрыть всё село, как я припомню, мы тоже крестьянам оставили – чтобы продали её и купили зерна на следующий год.

Себе-то мы хоть что-то с этого чудища оставили? Наверное, его клыки да бивни… не помню деталей. Да и вообще, когда это было? Кто бился со мной бок о бок?

– Ваше благородие, завести бы машинку, послушать мотор, выхлоп посмотреть, – голос дружинника Огневой выдернул меня из воспоминаний обратно в реальность.

Обращался мужчина к барону Завойскому. Тот скривился и резко произнёс:

– К чему всё это⁈ Машина полностью на ходу и подходит по условиям нашего договора. Или вы отказываетесь её брать, граф? – уставился он на меня, подозрительно прищуриваясь. – В таком случае я требую, чтобы этот пункт с нашей стороны считался выполнен. Машину я предоставил.

– Отчего ж не брать? – пожал я плечами. – Возьму.

– Ваше сиятельство! – рванул ко мне дружинник Огневой. – Я должен предупредить вас насчёт этой машины!

– Она плохая?

– Нет… не в этом дело…

– Значит, хорошая – берём.

– Ваше сиятельство, пожалуйста, послушайте меня! – взмолился он.

– Давай уже, – вздохнул я. – Только по существу.

Он кивнул и зачастил:

– Конкретно эту модель я вижу впервые, названия её не знаю, но учитывая, что на руле изображён «Мамонт», полагаю, так она и называется. Я знаком с её предшественником «Медведем». Там…

– Короче, – поторопил его я.

«Медведь»? «Мамонт»? Похоже, и я угадал со сравнением.

– Так вот, – продолжил мужик. – У «Медведя» была огромная проблема – колоссальный расход ядер и биотоплива. Эта модель крупнее и, я полагаю, мощнее. Содержать её очень дорого, ваше сиятельство! ОЧЕНЬ! Но и просто так оставить пылиться – нельзя. Это стратегический ресурс. Хоть он и является собственностью рода, по закону его нельзя продавать, только передавать из рук в руки. Но, главное, по закону его необходимо поддерживать в рабочем состоянии. И в случае угрозы княжеству со стороны монстров вы будете обязаны выставить дружинников именно на этой машине в первую очередь.

Он смотрел на меня горящими глазами.

– Значит, есть ограничения во владении, – задумчиво проговорил я.

– Именно. Но, что важнее – цена обслу…

– По городу-то хоть кататься на ней не запрещено? – перебил я своего консультанта.

– Да нет вроде.

– А значит – разрешено. Берём!

– Ваше сиятельство…

– Да что ты заладил, окаянный? Ты посмотри на эту восхитительную боевую колесницу! Нравится?

– Нравится, – признался мужик.

– Ты посмотри, какие у неё колёса! Высотой с нормальную бабу! И их шесть! Да это колесница живым весом превосходит все другие телеги.

– Ну… да… – протянул он. – Однако же живой вес и внешний вид не лучшие критерии для выбора машины, и…

– Хватит! – оборвал его я. – Спасибо, что сослужил службу, замолвлю за тебя словечко перед графиней. А ты давай уже всё что нужно, – повернулся я к барону и требовательно протянул руку, – бумажки там эти ваши и тому подобное. Устраивает меня «Мамонт». Беру!

Криво ухмыляясь, он начал раздавать приказы.

Я в тот момент тоже занялся делом.

Меня очень заинтересовала крыса, которая сейчас затаилась на улице у стены гаража. Жирная такая, сочная… Не монстр – самая обычная животина.

Сделать доброе дело Завойским, что ли? Избавить дом от грызуна?

Я дистанционно создал небольшое каменное копьё и прикончил крысу. Тут же накрыл её маленькими куполом, чтобы её дух не растворился.

У неразумных созданий нет души в широком понимании этого слова. Однако же если сохранить вырвавшийся из тела дух, поднятым умертвием будет управлять гораздо проще.

Но всё равно они останутся лишь марионетками, которых можно «двигать» напрямую, как сейчас модно говорить, в «реальном времени». Ну или настроить на выполнение определённых действий в духе: «патрулируй улицу, увидишь незнакомца – атакуй».

«Печать Прикрепления».

«Печать Сложного Контроля».

«Печать Выравнивания Восприятия».

«Печать Памяти».

Закончив с Печатями, я мысленно «подсоединился» к крысе и огляделся. Я теперь видел её глазами, но из-за Выравнивания Восприятия видел так, как если бы смотрел своими собственными.

Приметив щель под крыльцом, я направил крысу туда. Пусть пока посидит.

Я отключился от крысы и почувствовал, как начала гудеть голова. Забавно… И это у умертвия?

Надо бы создать себе «Узор расщепления сознания», чтобы проще было управлять такими вот безмозглыми солдатиками, как моя крыса, и одновременно с ними собственным телом.

Надеюсь, мою крысу там не сожрёт какая-нибудь кошка. А то жалко будет всех усилий.

Подумав об этом, я дистанционно наложил:

«Печать Усиления».

«Печать Запроса Защиты».

«Печать Улучшенной Ментальной Связи».

Да уж… Сейчас вся крыска у меня в Печатях. Хорошо хоть она мелкая и без ядра, а значит, много энергии я не потратил.

Зато создал себе глаза и уши в доме Завойских.

О, барону как раз бумаги принесли.

– Держите, граф, – протянул он мне документы. – А это ключ от машины. Приятного пользования.

– Благодарю, – хмыкнул я. А затем озвучил пришедший мне в голову вопрос: – И откуда только у вас такое сокровище?

Барон расплылся в омерзительной улыбке, открыл было рот, чтобы сказать явно что-то едкое, да, глядя в мою маску, передумал. Лишь усмехнулся и ответил:

– Теперь уже неважно.

– Ну неважно, так неважно, – пожал плечами я.

Однако зарубку на будущее сделал, сдаётся мне, подобные стратегически важные колесницы без серьёзных связей заполучить сложно.

Из гаража тачку выгонял дружинник Светланы. Он аж засветился от счастья, когда я попросил его это сделать. Потом ещё говорил, мол, с радостью отвёз бы нас домой на этой машине, но он управляет автомобилем своей госпожи и не может доверить эту работу никому другому.

Пока мы занимались «Мамонтом», с остальными делами было покончено. Почти.

Завойские сказали, что переведут деньги в течение суток. Я настоял на том, что хочу убедиться в переводе прямо сейчас. Они замялись, попросили пару минут на обсуждения и удалились вместе со своим секундантом, бароном Порткиным, отцом баронессы Завойской.

Я не постеснялся, раскрутил ядро и запитал силой Узор Провидения. А затем сконцентрировался на баронских переговорах, которые они проводили в закрытой комнате.

В общем, не было у Завойских ста миллионов рублей на руках. Потому и ломались сперва. В итоге заняли у родственничка половину суммы и пообещали отдать в течение месяца. Когда Николай Завойский говорил это, от него веяло опасностью и решимостью.

Как я и думал, успокаиваться Завойские не собираются. А значит, не зря я им крыску в подарок оставил.

Глава 13

– Какая же удивительная машина, а! – восторженно кричал граф Иван Иванович Бессмертный, сидя за огромным рулём «Мамонта». – Высоко сижу! Далеко гляжу! Всё вижу!

Я сидел рядом с ним и усмехался. Когда мы ехали на «Каблучке», несколько раз я замечал бросаемые в нашу сторону насмешливые взгляды других водителей. Правда, большая часть этих насмешников тут же менялась в лице, увидев мою маску.

Сейчас же другие водители не могли увидеть моей маски – слишком уж высоко мы сидим. Зато я с этого своего насеста то и дело примечал, как соседние машины стараются держаться подальше от нас. Пара машин даже чуть на встречную полосу не выехали, лишь бы не проезжать близко к нашему «Мамонту».

А ещё я видел, как прохожие останавливаются и фотографируют наше техно-магическое чудо-юдо на телефоны.

– Да, – проговорил я, покосившись на Ивана, – вот это машина достойна рода Бессмертных. Хорошо, что Светлана предоставила нам водителя, и тебе не пришлось сейчас одному ехать на «Каблучке».

– Это да, – покивал Иван. – Нужно будет как следует отблагодарить Свету за всё, что она сделала для нашей семьи сегодня.

На самом деле графиня Огнева не одного водителя нам предоставила, а двух. Один сел в «Каблучок», в кузов которого мы запихнули ту роскошную люстру. А второй приехал на грузовой машине Огневых и сейчас везёт мой новый диван.

– Дядя… – послышался из-за моей спины усталый голос.

Я не сразу понял, что обращаются ко мне, так что обернулся с запозданием:

– Чего, Илья?

На заднем сиденье «Мамонта», похожем на диван, сидел второй сын главы рода Бессмертных, одетый в грязные потрёпанные одежды. Рядом с ним, уснув у сына на плече, ехала графиня Марья.

– Это… – протянул парень. – Спасибо тебе. Огромное. Если бы не ты, я бы никогда больше не обрёл свободу. Спасибо.

Он опустил голову и поклонился.

– Пожалуйста, – легко ответил я. – Мне это особо ничего не стоило. Но слова бы ты получше подбирал, парень. Если бы не я, твой отец в лепёшку разбился бы, но всё равно тебя бы вытащил.

– Не вытащил бы, – проворчал Илья. – Завойские говорили, что отпустят меня, только если Алёнка выйдет замуж за этого индюка Пашку. Да выйдет с огромным приданым. Это неприемлемо, дядя. – Он посмотрел на меня решительно. – Даже если бы Алёна сама согласилась ради меня, я убился бы, лишь бы сделки не было.

– Эй, не говори так, Илья! – возмущённо выпалил Иван, повернувшись к сыну.

Я глянул в лобовое стекло и ровным тоном произнёс:

– Мы сейчас жёлтую повозку на колёса намотаем. Смотри на дорогу.

Иван подпрыгнул и резко обрулил карету с надписью «такси».

– А ты, малец, жизнь цени, – изрёк я, снова обратившись к Илье. – И родителей. Не говори такое при них. Отец да мать твои – золотые люди. Можешь докучать им сколько угодно и делать глупости, но помирать из-за своих глупостей не смей.

Илья изумлённо уставился на меня.

– Костя, ты чему ребёнка учишь? – возмутился Иван. – И без твоей науки он глупости делает. А с твоего одобрения будет ещё больше чудить.

– Пусть чудит, – отозвался я, поудобнее разместившись в кресле автомобиля. – Шишки набивает, опыт получает. А опять в передрягу попадёт – вытащим.

– Костя, блин… – пробурчал Иван.

– Он в своём праве – дурью маяться, – хмыкнул я. – А ты в своём праве ему по шее дать.

Я улыбнулся под своей маской. Помню, Рюрик своими выкрутасами тоже из нас всю душу вынимал. Ну ничего ведь – в итоге Русь объединил.

Вот, правда, каких-то подробностей я вообще не помню…

С этой мыслью я ушёл в глубокую восстанавливающую медитацию.

* * *

Когда мы прибыли в имение, там нас уже ждал пир горой. Графиня заранее связалась с домом и велела готовить яства да не жалеть запасы. Благо, повод имелся достойный.

Но с пиром вышла накладка… Марья Бессмертная не знала, что у нас временно поселились Тимофей и Алла Нестеровы. Учитывая, что они скрываются, было бы неправильно сажать их за один стол со Светланой Огневой, которую графиня тоже пригласила на ужин.

Я тоже решил пир пропустить. Подустал я от шумных компаний за последние дни. Да и свою рожу без маски не стоит показывать лишний раз людям. Светлана Огнева не дала мне повода сомневаться в своей лояльности. Но, с другой стороны, и рычагов давления на неё у меня нет.

Да и вообще, соскучился я по своему кругу для медитаций.

В итоге Нестеровы ужинали отдельно, Бессмертный и Огнева отдельно, а я с двумя умертвиями отдыхал в подвале.

Сидел, значит, на круге для подзарядки и разглядывал лица Игоря и Вадима.

– Темнеть начинаете, – изрёк я.

– Простите, Хозяин. Виноваты, – ответил Игорь.

– Да ладно, – махнул я рукой. – Против естественного хода жизни и смерти сложно просто так пойти. Даже при наличии моей энергии в ваших телах… Пожалуй, нужно создать новую Печать, которая будет следить, чтобы вы сохраняли свой человеческий облик.

– А это возможно? – осторожно поинтересовался Вадим.

– Всё возможно, – кивнул я. – Хотя тебе сперва надо новые конечности пришить. Хм… сегодня волью в тебя побольше энергии, чтобы ещё сильнее замедлить естественные процессы. На пару дней точно хватит. А завтра будет решать вопрос с недостающими частями.

– Покорнейше благодарю, Хозяин, – поклонился он и указал на свои каменные «ласты утки». – Я не смею жаловаться. Но…

– Да понятно всё с тобой, – перебил его я и перевёл взгляд на Игоря.

– Так плохо выгляжу, Хозяин? – осведомился он через несколько секунд.

– Терпимо. Просто думаю над Печатью. А заодно и над тем, что тебя, вероятно, пора отправлять обратно.

Игорь встрепенулся и изумлённо уставился на меня.

– Вы хотите от меня избавиться? – выпалил он. – Пощадите, Хозяин, я…

– Что ж вы все такие болтливые, а? Я и так сегодня успел наговориться вдоволь.

– Буду молчать как рыба. Только оставьте, Хозяин.

– Да не будешь ты молчать, – усмехнулся я. – И хватит паники. Я хочу, чтобы ты был моими глазами и ушами в стане предполагаемого врага. Смекаешь?

– Хм… – задумался Игорь и понимающе кивнул. – Это можно. Я скрытник и сильно часто с другими не братался, так что отсутствие сердцебиения скрыть удастся. Если вы мне и мордашку подкрасите, то всё будет в порядке.

– Подкрасим, – кивнул я. – И дыры заштопаем.

– Тогда здорово. Полагаюсь на вас, Хозяин. Точнее, вы можете полагаться на меня! – Он показал мне большой палец.

А затем вдруг посерьёзнел и проговорил:

– Я могу задать вопрос, Хозяин?

– Ты уже его задал.

– Могу задать ещё один?

– И его тоже.

– Хозяин, и вы говорите, что не любите пустые разговоры? Хорошо, могу я задать ещё два вопроса?

– Задавай.

– Почему бы графу Бессмертного просто не отдать Корявому то, что он хочет?

– Меня? – опешил я от такой наглости.

– Нет, конечно, вас будет слишком жирно. Но, как я понял, Корявый хочет получить результат исследований? Почему бы графу Бессмертному не поднять какой-нибудь труп и не отдать это самодельное умертвие Корявому? И всё – долг оплачен.

Я усмехнулся и ответил:

– Ты задаёшь очень любопытные вопросы, Игорь. Но, думаю, лучше спрашивать напрямую у графа. Верно, Иван? Заходи, не прячься. Поужинал?

Приоткрытая дверь отворилась полностью, и на пороге моего зала показался смущающийся граф.

– Простите, я не хотел подслушивать. Шёл к вам пожелать спокойной ночи и услышал вопрос Игоря. Честно говоря, я застыл, пытаясь найти на него ответ.

– И что, нашёл? – усмехнулся, глядя на братишку снизу вверх.

– Пожалуй, – ответил он твёрдо. – Однако прежде я хочу рассказать о том, как погиб мой брат. Чтобы вы все понимали, откуда у меня не только тело, но и недостающие части с тел других людей.

Больше всех после его слов оживился, конечно же, Вадим. Иван же набрал полную грудь воздуха и поведал, что его брат присоединился к рейду на гнездо царских пушкоголовых термитов – тварей, плюющихся кислотой из огромного нароста на голове.

Собственно, патриарх гнезда практически и уничтожил весь рейд. Выжившие, но тяжелораненые бойцы отступили.

– Когда кто-то из нашего рода или наших дружинников выходит за стену, – повесив голову, продолжил Иван, – целители рода всегда идут добровольцами в группу эвакуации. Мы с Ваней вместе пошли. Среди целителей мы довольно уважаемые, так что мне доверили управлять группой. И когда пришло сообщение, что рейд разбит, я лично повёл людей на помощь выжившим. Когда мы прибыли, Костя всё ещё был жив, и я настоял на том, чтобы выживших доставили ко мне в больницу. Мы с Ваней там и остались.

Он горько вздохнул и поморщился. Воспоминания давались ему с трудом.

У меня же начала гудеть голова. Мой мозг будто бы силился родить что-то важное. Предыдущий его хозяин знал гораздо больше о том походе, нежели Иван.

Может ли быть так, что не всё столь однозначно? Что участники целого рейда стал трупами или калеками не только из-за того, что плохо подготовились к своему походу?

– Мне не хватило сил спасти Костю, – со вздохом продолжил Иван. – Раны были слишком глубокие и страшные. Кислота патриарха этих тварей выжигает всё вокруг себя – и плоть, и энергетическую систему. И чем больше она уничтожает, тем мощнее становится. Одна капля способна разрастись настолько, что сожжёт всего человека, если её не убрать вовремя. Я не хотел, чтобы тело Кости было уничтожено, потому удалил покрытые кислотой части. То же самое необходимо было сделать с другими пациентами. Этот подход помог им сохранить жизнь. Ты сегодня меня спрашивал, знаю ли я, что не всё можно вылечить, и порой приходится резать? – Он грустно усмехнулся, посмотрел на меня и пожал плечами. А затем резко продолжил: – Смерть Кости я утаил от всех, кроме своих близких. Мне удалось тогда тайно перевести его в дом. А до этого нам с Ваней и нашими врачами удалось спасти остальных раненых. Правда, ценой ампутации. Ты должен понимать, что, если кислота здесь, – он указал на середину своего плеча, – то резать нужно выше. Потом можно удалить испорченную часть, но локоть к плечу не пришьёшь.

Он поджал губы и отвернулся.

– Зато можно устроить кружок кройки и шитья из обрезков, – со всей серьёзностью проговорил Игорь и, заметив недовольный взгляд Ивана, повинился: – Простите.

– Значит, для меня у вас частей нет? – догадался Вадим.

– Нет, увы, – мотнул головой Иван, а затем вымученно улыбнулся и добавил: – По крайней мере, сейчас нет. Но мы можем заказать протезы. Я знаю отличного мастера.

– Только как объяснить ему, что он делает протезы ходячему трупу? – горько проговорил Вадим.

– Не ной, – бросил я. – С тобой мы что-нибудь придумаем позже. А ты, – указал я на Ивана, – что значит это твоё «сейчас нет»? Всё-таки бывают у тебя части человеческих тел, а?

Он нахмурился и тихо спросил:

– А как бы я, по-твоему, практиковался в поднятии мёртвых, Костя? До того, как я смог поднять тебя или Фуську…

– Кого? – выпалил я.

– Прости, так звали нашего домашнего пингвина до того, как на него напал пробравшийся в дом теневой паук. В общем, до того, как я смог поднять вас двоих, я экспериментировал на шести телах в разное время. Моя больница помогает многим, а не только тем, кто может щедро заплатить. Порой мы лечим людей, у которых нет не то что денег – близких. И, увы, не всегда удаётся вылечить. Но конкретно сейчас такие пациенты у меня не лечатся. В общем, тела для экспериментов я время от времени находил в своей же больнице. Притом Корявый предлагал мне помощь. Говорил, что достанет столько тел, сколько нужно. Я отказывал ему, прекрасно понимая, что он может специально убить человека, чтобы я мог ставить на нём опыты. Я говорил, что тел мне хватает. Так вот, мы подошли к твоему вопросу, Игорь. – Он устало посмотрел на моего первого в этой новой жизни слугу, громко зевнул, извинился и продолжил: – Ты прав, в теории мы можем попросить у него тело, я проведу ритуал и, вероятно, получится его поднять. Более того, я могу просто прийти к Корявому с результатами своих исследований, но без поднятых примеров – Кости и Алексия. Этого будет достаточно, чтобы как минимум продлить срок оплаты и частично закрыть долг. Всё это возможно. Примерно такой вариант я и предполагал, до тех пор, пока не познакомился с новым Костей. И сейчас мне не хочется делиться своими исследованиями с бандитом. А если он самостоятельно сможет улучшить мои результаты? Если начнёт убивать людей, чтобы поднять умертвий с Печатью Подчинения? Я не хочу этого. И я верю, что мы можем этого избежать. Глядя на Костю, я верю, что нам проще собрать триста миллионов, закрыть долг и не иметь никаких дел с бандитом, чем давать ему в руки такие знания. Не говоря уже о том, что мои исследования – прямое доказательство того, что я занимаюсь запрещённым учением. Одно дело – интересоваться им, и совсем другое – практиковаться в нём и делать свои собственные открытия.

Он замолчал и вымученно улыбнулся.

Игорь же кивнул со всей серьёзностью и ответил:

– Благодарю за подробный рассказ. Но должен предупредить вас, Хозяин не любит, когда там много и долго разговаривают.

Иван улыбнулся ещё сильнее и сказал:

– Я терплю твоего Хозяина, и он меня потерпит. Верно ведь? – Он вопросительно посмотрел на меня.

– Верно, – хмыкнул я. – Твой ответ мне очень понравился. Но иди лучше спать, раз допускаешь такие глупые ошибки.