Текст книги "Ненужная невеста (СИ)"

Автор книги: Эльга С.

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

Глава 26

Отпускайте идиотов и клоунов из своей жизни.

Цирк должен гастролировать.

Фаина Раневская

Меня куда-то несли на руках, крепко прижимая к груди, а я все также закрывала глаза ладонями, потому что чувствовала резкую боль. Когда же это пройдёт?!

Наш путь закончился в какой-то комнате. Видела бы – осмотрелась непременно! Всё-таки отсутствие зрения сильно напрягало, держа все мышцы в тонусе и не давая расслабиться ни на минуту.

Усадили аккуратно на колени к тому мужчине, что нёс меня и даже что-то ободряющее шептал. Вроде глупости какие-то – всё будет хорошо, лекарь вылечит мои глазки, боль пройдёт, но эти слова снимали напряжение и даже как-то помогали, успокаивали немного.

Прошло минут десять по моим внутренним часам, когда в комнату вошёл ещё один человек. Вежливо представился мне императорским лекарем, сказал, что не первый раз видит меня после похищения. Назвал нелестными словами, что находились здесь мужчин, что не могут сберечь здоровье одной единственной девушке, ну и об их умственных качествах пару фраз вставил.

Поводив руками вдоль тела, словно делая осмотр на расстоянии, сообщил что повреждений нет. Я, кстати, почувствовала тепло, исходящее от его рук, а когда он держал у моих глаз – даже горячо стало!

– Вот и всё! Можете медленно открывать глаза. Лёгкое раздражение сейчас пройдёт.

Заморгала ресницами и осмотрелась вокруг: небольшая гостиная в светлых тонах с очень богатой отделкой резьбой и дорогими тканями. Передо мной пожилой мужчина с добрыми, но очень уж внимательными и цепкими глазами. Это императорский лекарь, определила для себя, которого сразу и поблагодарила за лечение.

Потом увидела рыжего мужчину, обаятельного без сомнения и хитрого, как вся семейка лисиц вместе взятых. Тот с любопытством меня рассматривал, как редкую и очень ценную зверюшку. И только потом перевела взгляд на беловолосого красавчика, что держал меня в своих объятиях, усадив к себе на колени.

Попыталась сползти с колен, всё же поза весьма интимная – не пустил! Ладно, сижу и молчу дальше. Рассматриваю всех, кто в комнате с любопытством и небольшой опаской, но наличие лекаря всё упрощает – становится спокойнее. Вроде потому его и не отправляют из комнаты, хоть свою роль он не только выполнил, но и звиздюлей раздал рядом сидящим.

Тишину в комнате прервал рыжий:

– Марина, ты как в комнате оказалась?

От того, что меня назвали совсем другим именем в душе шевельнулось что-то тёплое. Вроде как узнавание? Да, это оно! Меня зовут именно Марина, а не Белла!

– Не знаю. Очнулась в кресле – голова болит, всё как в тумане и руки привязаны к подлокотникам так, что не пошевелить совсем.

– А почему связали, знаешь?

– Нет. Чарльз сказал, что меня кто-то плохой похитил, а он спас и будет защищать.

– А кто похитил, говорил? – Какая-то женщина приказала, но её имени он не назвал. Слышала только как они спорили и ругались. Чарльз рассказал, что я ей дорогу перешла – у меня появился какой-то очень знатный и богатый жених, которого эта женщина хотела не для себя, а для кого-то другого. Вот только для кого, он так и не успел рассказать – в комнату ворвались.

– Какой-то жених? – зашипел мужчина, у которого сидела на коленях.

– Цыц! Не лезь! – прикрикнул на блондина Рыжик и продолжил задавать мне вопросы, – Что ещё говорил граф Барановский?

– Он сумасшедший и у него явно синдром Адели, – посмотрела на лекаря, чтобы подтвердить свою догадку у специалиста, но тот продолжал меня слушать с непроницаемым лицом, – Он одержим мной и любовью ко мне. Рассказал, что убил моих родителей каким-то непонятным редким артефактом, когда они мешали нам пожениться. А потом и своих родителей убил, заперев их в комнатах, потому как те были против брака с бедной графиней.

Услышав эти слова Рыжик выглянул из комнаты и отправил кого-то в поместье Барановских провести расследование и сразу же доложить о результатах.

– А что с ним стало? – уточнила у блондина, – Меня ослепила вспышка и ничего не видела.

– Не стоит над этим задумываться, Марина, – ответил мне вернувшийся Рыжик, – Он больше тебя не будет преследовать!

– А вы кто, следователь?

Лицо мужчины перекосилось от количества эмоций разом:

– Умеешь же ты одним вопросом выбить из человека дух! Даже я так не могу сделать! – восхитился Рыжик, – Ты меня не помнишь?

– Нет. А должна?

Тот кивнул головой и представился:

– Я Филипп, связан с Тайной канцелярией и занимаюсь сложными делами.

– А вы кто? – повернула голову к мужчине, что нежно обнимал меня, не выпуская из объятий.

– А это твой настоящий жених, Константин, который очень знатный, очень богатый и приближен к власти Императора, – вздохнул Филипп, явно пытаясь разобраться в ситуации.

Лекарь сдавленно хихикнул, похоже только его одного забавляла вся ситуация.

– Но почему пропала память? – развел руками следователь по особо сложным делам, обращаясь к лекарю.

– Скорее всего побочное действие артефакта подчинения, с помощью которого увели Марину с бала-маскарада подальше от гостей. Его нашли?

Рыжий согласно кивнул:

– Он почти наполовину разряжен, а значит его часто использовали. Осталось найти его хозяина.

– Действие такого артефакта носит непродолжительное действие, но имеет побочные эффекты, как например, потеря памяти, – уточнил уже для меня лекарь, – Скоро память восстановится полностью, а сейчас, наверное, возвращается маленькими кусочками?

– Я помню, что такое «синдром Адели», правда не помню откуда; помню такое название как «Керчинский вестник», скорее всего с ним связано много воспоминаний; ещё Чарльз говорил, что «маги могут всё!», но наличие самой магии мне кажется чем-то волшебным и нереальным. Хотя, вот вы же лечили меня магией?

– Да, леди, – подтвердил тот.

Всё, что говорили в здесь в комнате было правильным и я это ощущала своей внутренней интуицией.

– Я чувствую внутри себя, что вы говорите правду.

– Это ваша магия, – уточнил лекарь, – Древняя кровь, доставшаяся от предков.

– Я магиня?

– Да, леди.

– И вы все маги?

– Все люди, в ком течет древняя кровь имеют магию, но она очень разная. Внешне проявляется только у женщин разными цветами волос, у мужчин же явно не выражена, – прочитал для меня краткую лекцию мужчина.

– Марина, а ты помнишь, чем занималась последнюю неделю? Нет? – уточнил Филипп, а когда отрицательно покачала головой, просветил меня сам, – Ты готовилась восстановить Императорскую Школу Магии и вступить в должность директора.

– Нет! – возразила смело, – Должность ректора! И не Школа Магии, а Академия магии! Вспомнила! А разве ректорами становятся не красивые неженатые мужчины?!

– О-у-у-у! – мне в плечо уткнулся лоб моего блондинистого жениха, – Только не начинай снова!

Филипп откровенно ржал, как конь, лекарь тихо хихикал, а Константин крепче прижимал к себе.

Попрощавшись с лекарем и отправив его заниматься своими делами, Филипп клятвенно пообещал, что я выпью успокоительную настойку и лягу отдыхать.

– А что это за артефакт подчинения? И как вы меня нашли? – всё же решила ещё вопросы позадавать, на всякий случай, но нас прервали. Ибо в комнату ворвались сразу три вихря юбок или, скорее, смерча из тканей и оборок: красный, розово-сиреневый и нежно-изумрудный.

Розово-сиреневая природная аномалия сразу же кинулась ко мне проверяя на целостность и адекватное состояние. Правда, слегка покосившись на Рыжика, сидящего рядом в кресле. Сейчас казалось, что такие посиделки у нас бывают частенько.

– Всё в порядке, леди, – кивнул мой жених всей компании и указал кивком на стоящий рядом диванчик.

– Марина, ты как?! Я испугалась, когда узнала, что ты ушла с Чарльзом – он же ненормальный псих! – не сдерживая своих эмоций говорила девушка, так беспокоившаяся обо мне.

– Ами?! – неуверенно произнесла, рассматривая розоволосую куколку в миленьком платье.

Константин облегчённо выдохнул и прокомментировал:

– У Марины небольшая потеря памяти, но она восстановится в ближайшее время.

– А-а-а… – озадачилась та.

– Это твоя родная сестра Амалия, – и я улыбнулась ему в ответ.

Девушка, что была в нежно-изумрудном платье, что не совсем подходило к её ярким красным волосам, умилённо смотрела на нас. Потом, правда, также покосилась на Амалию с Филиппом, но постаралась сразу же отвести глаза, когда тот на неё посмотрел. Третья девушка, брюнетка в ярком красном платье с восхищением рассматривала все подробности этой сцены, стараясь запечатлеть как можно больше информации.

– Это леди Оливия Брэном, вы познакомились на прошлом балу, а это леди Фридерика Журавлёва…

– Нет-нет! Я не леди! Ещё не хватало в это вляпаться! Я самая обычная и мы дружим уже четыре года! – вмешалась энергичная девушка.

– Девушки, расскажите, что произошло на балу, – предложил Константин, а Амалия устроилась в кресле, оказавшись напротив Рыжика, который с неё глаз не спускал, – Может, после рассказа Марине будет легче всё вспомнить.

По итогам оказалось, что на балу я была всё время с Константином. В момент, когда его очень профессионально отвлекли, я ушла вслед за мужчиной в маске, очень похожим на Чарльза Барановского. Это и заметила Фридерика, которая приятно проводила время с Оливией болтая о девичьем. Так как она точно знала, что с Чарльзом я бы точно никуда не пошла – мы говорили о нём и самого графа раньше видела, то показывает подруге на данную странность.

Оливия сразу же понимает, что что-то не так и говорит про странную ауру у обоих. Они находят Амалию и спрашивают, куда могла пойти я вместе с мужчиной, очень похожим на Чарльза Барановского.

– Никуда! – сразу же отвечает Амалия и девчонки бьют тревогу, находя герцога и рассказывая, что произошло.

В общем, всё шло тихо и спокойно, так что гости ни о чем не догадались. Скучно даже.

Всех, кто его отвлекал, герцог сразу отправил в список допрашиваемых этим вечером лордов, а затем принялся за её поиски.

Константин задействовал всех шпионов, что находились на маскараде, но никто ничего не видел, а обыск дома ничего не дал. Пришлось вызывать Филиппа, который своим даром и нашёл её в той комнате.

В общем, Марину нашли, а девушкам сказать забыли и те, под руководством Фридерики (да, кто бы сомневался!) принялись за своё собственное расследование, которое и привело их сюда в комнату. Даже доблестные тайные агенты не смогли задержать эту пёструю стихию!

– Почему ты ушла с бала? – непонимающе спросила Амалия.

– Её увели артефактом подчинения, а потеря памяти – его побочное явление, – ответил Костя.

– Ого! А такой существует? – восхитилась Фридерика, а герцог только согласно кивнул.

– Вот только Чарльз говорил, что меня не похищал и это сделал кто-то другой. Он же меня спас! И это правда.

– Неужели ещё один артефакт? Смена личины или иллюзия? – теперь удивился и Филипп.

– Если учесть, что мы ещё нашли артефакт укрытия, что создает тишину в помещении. Именно поэтому Марину и не могли найти…

– У нас какой-то очень сильный и умный враг с большим количеством артефактов!

– И богатый, такие артефакты дорого стоят!

– И знатный, просто так пройти на бал самому и провести помощников!..

– Не враг, – уже включилась я в коллективное обсуждение, – А врагиня. Чарльз говорил, что «она расчищала дорогу к богатому и знатному жениху, но не себе, а кому-то…»

– Что ж, теперь понятны похищения Марины – её хотели устранить.

– Так я не поняла, – снова встряла Фридерика, – Чарльз то где?

Мужчины замолчали, взглядами спихивая с себя обязанность что-то отвечать. Победил, на удивление, Рыжик:

– Его нашли и обезвредили, – не стал вдаваться в подробности Константин, – Больше он не потревожит Марину!

Тут в комнату постучали и на нашу светскую беседу заглянул совсем невзрачный человек – увидишь и сразу забудешь:

– Граф и графиня Барановские мертвы, и уже давно, – отрапортовал тот Константину, но при этом многозначительно косился на лорда Филиппа. Сообщение вообще было не из приятных.

– Жаль, – сказал Филипп, постукивая пальцами по подлокотнику кресла, – Прервался целый древний род. Чарльз был в нём последним.

– Почему последним?! – возразила Амелия, – А как же его ребёнок, что ждёт Ульяна?

– Какой ребёнок? Какая Ульяна?

– Ну, как же! – не могла не встрять Фридерика, – Девушка, что он насиловал, ещё в «Керчинском вестнике» про это писали! Так она беременна?

– Да.

– И где она сейчас?

– В нашей школе работает, в городском доме. Кстати, её пытались похитить, так как у неё фигурка очень на Маринину похожа. И когда волосы под шляпку убраны, то и вовсе сёстры!

– Отлично! – обрадовался лорд Филипп, – Одной проблемой меньше! Нужно поженить их задним числом, а ребёнка признать наследником! Фридерика, вы же здесь явно за сбором информации вертитесь, организуйте завтра статью про тайную женитьбу графа Чарльза Барановского на Ульяне. Как я понимаю, она не леди?

Амалия только кивнула в знак согласия.

– Тогда нужно как можно больше романтики в статью – пусть все считают это великой и прекрасной любовью, а смерть графа спишем на благородную попытку спасти леди Марину. Никто и не удивится – такая невеста нужна всем!

– С ума сошли! – возмутилась девушка, вскакивая с диванчика, – Да такая статья не выдержит никакой критики и меня сразу же в Тайную канцелярию заберут за ложь и клевету, а папину газету закроют!

Рыжик только глаза закатил, а Оливия попыталась успокоить протестующую девицу и усадить снова на диванчик, с опаской поглядывая на Филиппа. Та же, никак не унималась, отстаивая свои права:

– Если я не леди и не из знатного рода, то это не значит, что надо мной можно издеваться…

Филипп устало потёр переносицу и попросил Константина:

– Костя, я тебя умоляю, возьми девицу к себе в Тайную канцелярию работать! Таких бойких нужно сразу к делу пристраивать, чтобы пользу приносили, а не проблемы.

Фридерика даже замолчала от неожиданности.

– Хорошо, – кивнул тот, – будете писать статьи для Тайной канцелярии! Никакой лжи, а только всё нужное для спасения Шамбалы. Устрою внештатным сотрудником, согласны?

– Я… Но… – не ожидала подобного девушка.

– Соглашайся! Это глава Тайной канцелярии! – шептала ей на ухо Оливия.

– О-о-о! – выдохнула Фридерика, – Круто! Тогда нужно придумать какие-то подробности романтические.

– Напиши, что она напомнила ему невесту, которую он раньше любил – так и познакомились. А потом влюбился и тайно женился, зная, что общество не одобрит, – посоветовала Ами.

– Можно и так, – задумалась девушка, просчитывая в уме разные варианты.

– И потом сразу нужна скандальная статья про графа Норриса с его нетрадиционной ориентацией и громким заявлением Оливии, что за такого замуж не выйдет и разрывает помолвку! – добавил

– Обалдеть! Папа будет доволен! Скандальчики! – и потерла ладошки в нетерпении.

Оливия же снова покосилась на Филиппа, но промолчала.

«Поскорее бы память восстановилась, а то совсем запуталась в ситуации и в эмоциях!»

Глава 27

Я в ужасе, а надо любить, любить, а я в ужасе.

Фаина Раневская

Просыпалась с трудом и только потому, что дышать было нечем и мне грозила смерть от недостатка кислорода в крепких мужских объятиях. Кажется, на меня ещё и ногу закинули!

– Костя, слезь с меня – я задохнусь! – прохрипела, пытаясь освободиться от удушающего захвата.

– Вспомнила?

– Вспомнила! А если бы не вспомнила? Ты бы меня сейчас напугал!

– Я бы тебе напомнил! – и жарко и страстно поцеловал. И ещё. И ещё. Уже сбилась со счёта…

– Ты что делаешь? – почувствовала, что останавливаться он не собирается. И, похоже, тормоза отказали, а ручник сорвался.

– Я тебя вчера чуть не потерял! Ты это понимаешь?! Всё, хватит этих игр! Ты моя! – потом отстранился и подождав, пока соберу глаза в кучу, уточнил, – Ты согласна стать моей женой?

– Согласна! – вот в чём, а в этом я была уверена на сто процентов.

А дальше были поцелуи и нежность, что окутала нас хрупким коконом, срывая все запреты, снимая иллюзии и заставляя ярче гореть наши сердца!

Где-то ближе к вечеру мой дракон решил накормить голодную и уставшую женщину, что не выпускал весь день из своего логова. В результате в постель был доставлен столик с разными блюдами, которыми меня закармливали для поддержания сил, а потом радовали и моими любимыми сладостями – маленькими изящными пирожными. Вино тоже нашлось – не слишком крепкое, а приятно расслабляющее.

– И что мы будем делать дальше?

– Сегодня – быть вместе.

– А потом?

– И потом тоже.

– Я вот тут подумала, что та женщина, что хочет нас развести в разные стороны…

– О, женщина! Я плохо старался, что ты можешь ещё о чём-то думать?!

– М-м-м… – ещё поцелуи.

– Снова думаешь! – ещё поцелуи.

– Ох-х-х…

– Сократим срок помолвки и поженимся как можно быстрее.

– А-а-а…

– Вдруг ты беременна и не стоит разводить сплетни досужих кумушек о нас до свадьбы! Вспомним о приличиях.

– Ой!

– Вот тебе и «ой»!

– Странные у вас, аристократов, понятия о приличиях!

– Но тебе ведь всё понравилось?

– Мур-р-р!

– Так-то!

– Я тебя всё спросить хотела…

– О чём?

– Почему в договоре ты указал, что у меня может быть любовник с твоего разрешения, а себе прописал отсутствие любовницы?

– Ну, вроде как себя поставил в рамки, а тебе предоставил свободу выбора – чтобы не давить. Тебе бы я всё равно никого бы не разрешил завести в любовниках, а так вроде как не запретил, а предоставил выбор, видимый. А себе написал, что не будет любовниц, чтобы ты сразу рассчитывала на «полные» отношения мужа и жены. Вроде как, ты обязательно в моей постели окажешься на правах супруги для выполнения всех обязательств.

– Так это был хитрый ход, чтобы я согласилась?

– Один из них, – честно признался Костя.

– Что? – возмутилась я, – Так есть ещё и другие?

– Милая, что-то твоя активность не в том направлении движется! Давай-ка я её скорректирую! – обнял крепко и жарко, и страстно поцеловал. А потом ещё. И ещё!

Я обо всём и забыла.

Выползли мы к людям на завтрак следующего дня. Там на нас ошалелых с круглыми глазами смотрела Амалия. Энтони не было – наверное ещё вчера уехал к нашим мелким шпионам.

Сестра протянула нам газету с заголовком «Кровавый бал или Достойны ли аристократы любви?» В статье на первой полосе черным по белому рассказывалось о благородстве, что всё ещё живёт в сердце аристократов. Таким стал Чарльз Барановский, что собой заслонил невесту знатного аристократа (имя указывалось вскользь), а сам трагически погиб. Погиб, оставив молодую беременную жену, на которой недавно тайно женился по огромной любви. Так как она не аристократка, то держалось всё в тайне, но сейчас после его гибели признает ли Император ребенка наследником рода? Или род с древней кровью прервется?!

А хорошо постаралась Фри, так мастерски отвлекла внимание от меня и от недавнего скандала с этим же Чарльзом! И что теперь скажет аристократия на подобную выходку? Грядёт скандал!

– Цицерон, – обратился к дворецкому герцог, – Надо ускорить приближающуюся свадьбу. Сколько понадобится времени сыграть её как можно быстрее?

Я зарделась как помидорка.

– Примерно, три…

– Недели? – обрадовался Костя.

– Месяца!

– А ещё быстрее?

Цицерон задумался:

– Два месяца, меньше не получится.

– Хорошо! Тогда на Императорском балу сделаем объявление о предстоящей свадьбе. Пока начинайте готовиться.

– Марина, ты что, беременна? – не удержалась от вопроса Ами.

В комнате все замерли, а я… пожала плечами и ещё сильнее покраснела. На что любимый мужчина, взяв мою руку поцеловал каждый пальчик и прокомментировал:

– Это сделало бы меня самым счастливым мужчиной на свете!

Потом герцог попросил прощения, но ему надо на работу! А то Филипп конечно всё понимает и потому заменяет его сейчас, но ему тоже хочется отдохнуть. Да, и сегодня нужно провернуть скандал с Оливией и Норрисом, так что до вечера буду занят!

– Цицерон, приготовь гостевую комнату, можно рядом с Амалией для леди Оливии Брэном. Как только грянет скандал она может к нам переехать в любую минуту, но скорее всего вещи пришлёт заранее.

– Интриги Императорского двора?

– Аристократы чудят по-крупному.

– Хорошо.

Когда остались с Ами вдвоём, то та сначала многозначительно помолчала, потом постреляла глазками и, наконец, спросила шёпотом:

– Ну как?

– Всё отлично! – ой, я снова покраснела! Да, что же это такое! Надо привыкнуть уже к своему новому состоянию – не девочка ведь! Над чем сама же и посмеялась, потому как в этом теле была как раз и … Ключевое слово, что до вчерашнего дня «была»! – Чем займёмся?

– Ты вчера тренировку пропустила и твой Гамбит обиделся!

– Придётся исправлять ситуацию! Тогда бегом переодеваться, потом на кухню за фруктами и галопом на тренировку! – раскомандовалась я.

– А ты сможешь?

– Э-э-э..

– Говорят, после первого раза больно, – шёпотом добавила Ами.

Я прислушалась к своему телу и ощущениям – вроде всё нормально.

– У всех по-разному бывает, – только и пожала плечами.

Сёстрам, наконец-то, удается поговорить спокойно, и Амалия рассказала, что на балу толком не пообщалась с кандидатами из-за того, что началась заварушка с похищением. Но при этом призналась, что уже вторую неделю ей приносят цветы и мелкие подарочки с милыми записками от поклонника «Ф.»

– Думаешь, Филипп? – с любопытством спросила её.

Она лишь плечами пожала:

– Возможно и он. Не навязчив, но настойчив.

– А он тебе нравится?

Ами покраснела и засмущалась.

– Что? – удивилась.

– Мы поцеловались!

– Когда успели-то?!

– Да, мы тут в коридоре случайно пересеклись, – шепнула еле слышно, разводя руками, – Само как-то получилось!

– А он тебе нравится? – полюбопытствовала о самом главном.

– Да. Вот только по поведению и отсутствию на балах скорее всего он не богат…

– Но он аристократ…

– Я тоже не богатая аристократка, – подвела итог Ами, – Как думаешь, у нас может получиться настоящая семья? Я бы хотела именно такую, по любви.

– Это только от вас зависит.

– А ты не будешь против его кандидатуры? Всё же пока ты мой опекун.

– Если ты любишь его, то я не против, – покачала головой, – Серьёзно всё обдумала? Может, ещё с ним пообщаться или попросить Энтони поставить того в неловкую ситуацию?!

– Да, Филипп сам кого хочешь поставит в неловкую ситуацию!

– Это да! – засмеялась я, – Рыжик мне нравится, но решать тебе!

– Спасибо, сестрёнка! – обняла меня неожиданно.

– А сам он что говорит? – уточнила я, а то может Ами всё напридумывала…

– Ничего! Нам не удаётся поговорить в последнее время. Видимся урывками – сама же видела, что было на балу у герцогов Смолландских, только и смогли, что смотреть друг на друга, – вздохнула немного расстроенно.

– Не переживай, у тебя ещё есть время! Не обязательно в этот сезон решать всё о помолвке. Может, лучше присмотритесь друг к другу и на осеннем объявите.

– Да, – согласилась она, – Торопиться не нужно.

Позанимались мы с нашими мальчиками замечательно! Правда для начала мне пришлось выпрашивать прощение у Гамбита, потому как реально обиделся, что не приходила на тренировки. Пришлось рассказывать ему про последний бал и похищение. Тот всё внимательно выслушал, покивал головой и простил меня!

Вот честно! Умный очень аргамак – не животное, а настоящий друг: и выслушает, и поддержит.

Тренировку нам конюх Хорс устроил не самую легкую, ведь уже в эту субботу предстоит Императорская охота и он хочет, чтобы мы не только отлично держались в седле, но и с долгой скачкой справились и небольшими препятствиями.

Лошадки то наши справятся, а вот мы долго ли продержимся при сильной скачке или при прыжках через препятствия?! А в лесу может быть любая ситуация – там, на сколько известно Хорсу, и речки есть с крутыми берегами, и озеро, и горы небольшие. Местность рельефная, а не поле да лес, где по ровной дороге скакать нужно.

Мы наставлениям вняли и усиленно тренировались. Гамбит с Топазом нас слушались и такие развлечения им нравились. Конюх даже нашу охрану к делу подключил – то перекладину подержать, чтобы мы перепрыгивали, то из кустов выскочить и напугать лошадь, то узкие коридоры между щитов составляли… Не знаю, к чему он нас готовил, но мне казалось, что не на Императорскую охоту едем, а на скачки по пересеченной местности с элементами конкура и джигитовки.

Возвращались в свои комнаты почти ползком, но Хорс был доволен, а охрана знатно развлеклась за наш счёт. При чём я точно видела, что они ставки делают между собой и «бьют по рукам»!

За ужином Костя ничего не стал рассказывать о произошедшем скандале, а ведь нам девочкам нужны подробности! В итоги только посмеялся над нашим любопытством и сказал, что всё из газеты узнаем завтра. Официальную версию произошедшего, так точно!

– Это нечестно! – возмутилась я и состроила умоляющие глазки (примерно, как у кота из известного мультика), – Уже сейчас хочется знать последние сплетни этого села! То есть столицы!

– На что меня поцеловали, накормили ужином и утащили в логово к дракону, чья постель была усыпана лепестками белых роз. На утро, конечно, выпустили на завтрак, но под присмотром!

Бонусом получила газету для чтения, в которой в красках рассказывалось о разрыве помолвки герцогини Оливии Брэном и графа Норриса. Оказывается, прибывшая невеста с подругой навести жениха, решив сделать ему сюрприз! (Кажется мне, что девчонки знали кого и в каком виде застанут, но храбро шли! Горжусь!) Сюрприз удался!

Графа со своим любовником они застали даже не в постели, а в рабочем кабинете, куда вошли леди. Судя по подробностям, которые описывались, второй «леди» были Фридерика, хотя её имя и не называлось в целях сохранения доброго имени невинной девушки! (Которая в срочном порядке отбыла на курорт лечить нервы!) Зато Оливия громко выразилась о разрыве помолвки с извращенцем, что недостоин леди из высшего общества!

Сегодня вся Керчь, а завтра и вся Шамбала будут пересказывать друг другу пикантные подробности этого скандала. И как вы думаете, кто получит больше осуждения? Правильно, невеста! О том, что раструбила о разрыве помолвки и о её причинах, а вовсе не о том, что граф имеет любовника. В общем, вот такое лицемерие.

Цицерон мимоходом сообщил, что вчера приходила личная горничная леди Брэном и оставила пару чемоданов с вещами. Так сказать – на всякий случай. Зная крутой нрав герцогини Кольцовской, девушка может оказаться на улице в любой момент.

Можно только поражаться такой материнской любви и заботе!

После завтрака в гости «по делу» заглянула Владлена, которая привезла наряды к Императорскому балу и увезла свежие сплетни с последнего прошедшего. Пришлось ей первой сообщить, что свадьба переносится на более ранний срок и та, как и предполагала, схватилась за голову. Ведь кроме свадебного платья она ещё и шьет свадебный наряд герцога и платье для Ами, для Энтони, для Фри и её семьи, для себя и… Ещё же других заказов полно! В общем, забот теперь у неё выше головы!

К вечеру заглянула в гости Фридерика, которая по секрету (только мне и Ами) рассказала, как всё на самом деле было. Но мы же могилы – мы никому-никому не расскажем таких ужасных подробностей! Заболтались мы знатно, так что она и на ужин у нас осталась.

Зато не успел он закончиться, как в дверь особняка постучали и на пороге оказалась Оливия. Вернее, уже госпожа Оливия Селивёрстова, так как мать изгнала её из рода за публичный скандал.

Видок у неё был – закачаешься! Причёска растрёпана, глаза заплаканы, эмоции в раздрае! Все девочки кинулись её утешать и увели в новую комнату. Туда же Цицерон отправил вина, закусок и много-много пирожных, что для девичьих разговоров – самое оно! Лучше ничего не подойдёт.

Хотя поведение герцогини было ожидаемо и предсказуемо, но меньше боли от предательства родителей не стало. Оливия была сильно подавлена, но это не помешало Фридерике вызнать все подробности произошедшего в герцогском поместье. Статья для Тайной канцелярии сама себя не напишет!

Уезжала Фри поздно, и как поняла, направлялась совсем не домой, а в типографию. Ей статью надо закончить, а значит завтра Керчь ждёт новое потрясение. Мы с ней ещё успели поболтать о том, как разбрасываются древней кровью известные рода и стоит ли вообще красить волосы? Или смело ходить, указывая всем на принадлежность к Древней крови и мозоля аристократом глаза?!

Поспорили, конечно, знатно и даже чуть не подрались в какой-то момент. Шучу. Но предпосылки были! Ибо… не все такие закалённые к общественному мнению как Фридерика и другая девушка может просто не выдержать. Сами понимаете.

Уже утром, когда дракон выпустил меня из своего логова на завтрак и встретившись с девочками, оценила новую статью в «Керчинском вестнике» про изгнание из рода старшей дочери, что не угодила матери. Фридерика, как ударница-трудовик настрочила новую скандальную историю про всех отреченных с древней кровью и одну известную нам, в частности.

После девушки занимались тем, что снова утешали Оливку, как ласково называла её Фридерика, и придумывали новый план на жизнь. Работа у нее будет в Тайной канцелярии, как и обещал Константин, а вот жильём надо обзавестись. Пока будет вливаться в новый коллектив поживет здесь, а потом уже и о своём угле задумается. Ведь благодаря предусмотрительности, ей удалось сохранить немного украшений, которые можно продать для этого. И что самое главное – она теперь сама хозяйка своей судьбы!

Настраивали Оливку в два голоса, четыре руки и с поддержкой большого блюда маленьких пирожных.

На обед приезжал Энтони, сказал, что Ульяна в шоке после известия о смерти Чарльза и не знает, что ей делать?! И нужен ли ребенку этот титул и большие проблемы, что к нему прилагаются?

– Энтони, попробуй объяснить ей, что ребенок по крови является единственным наследником, а так как Император уже своё слово сказал, то так и будет. Без вариантов. Но пусть она не беспокоится – никто её дёргать не будет сейчас и что-то требовать, тем более. Пусть расслабится! И Костя сказал, что Император ей назначил содержание как вдове, так что она обеспечена и может даже не работать.

– Она не уйдёт из школы – ей там спокойно и безопасно, – нахмурился Энтони с заботой о девушке.

Мы даже переглянулись всем женским составом – не показалось ли нам? Но нет! Оливка, кстати, нам подмигнула и пожала плечиками. И вот зная её особенную магию что думать то?…

Энтони ещё поделился рассказами как продвигаются дела у юных кадетов: сколько новых учеников, как привыкают к распорядку дня и к учителям.

– Госпожу Жанну дети просто обожают! – восхитился парень, – А её дочку уже приняли в свои ряды и успели натворить пару дел. Дети! Нянюшка смеётся, Герасим бушует для вида, но тоже доволен их проказами.

– Я рада, что в ней не ошиблась!

Ещё несколько женщин поселились там постоянно, занимаясь готовкой, уборкой и стиркой. Одна, кстати, пришла с ребенком, и мы предположили, что он бастард, потому что та явно скрывается и ничего не говорит! Но вы же понимаете, что в Школе Шпионов сложно что-то утаить – все ну очень наблюдательные и любопытные. Скоро уже кто-нибудь вычислит и род, и отца, и причины опасений матери.