Текст книги "Секрет Светлячка (СИ)"

Автор книги: Елена Гуйда

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

Глава 15.2

Я старалась не дышать. Это предчувствие, просто выкручивало внутренности, суставы, ломало способность сопротивляться. Если стоять на месте – будет только хуже. Больнее.

Неужели Роуз может это все терпеть? Или она знает какой-то секрет?

В любом случае, мне ничего такого не было известно. А стоять и ждать, когда мое состояние станет для Кирая очевидным – вариант не из лучших.

– Ты тоже это слышал? – нахмурившись, спросила я, ткнув пальцем в сторону, откуда шел зов.

– Слышал что? – откровенно удивился Кир, даже головы не повернув.

– Мне бы тоже хотелось знать, – отчаянно блефовала я, цедя слова сквозь зубы и надеясь, что мое состояние не так очевидно, как мне кажется.

Но эта резкая смена тональности и темы нашего разговора, все же застала немного врасплох командира. Ровно настолько, чтобы я смогла избавиться от его хватки и направится в сторону, откуда и шел зов.

– На что было похоже хоть? – уже на ходу спросил, вмиг посерьезнев, Кир.

Очень хороший вопрос! Иметь бы хоть малейшее представление о том, что там происходит, могла бы придумать, на что это похоже.

Ветер все так же завывал в горах. В такую погоду и метель я не смогла бы услышать ничего, даже если бы прислушивалась. Но это я буду объяснять как-то потом. Может быть…

– Понятие не имею, но что-то странное! – ответила я. Меньше конкретики, меньше фактов. Больше размытости. И манипуляции. – А в какой части города, говоришь, Эрик засек аномалию?

Кирай не спешил отвечать, но по тому, как он ускорил шаг. Да в общем-то, мне и не требовалось. Правда, северная часть Горенгвиля была довольно масштабной. И где именно аномалия – требовалось еще выяснить.

Зов Жизни вели меня безошибочно. С каждым шагом от становился все сильнее и отчетливей. Ветер стихал, вьюга успокаивалась. Не сразу, еще несколько дней порывы ветра будут сметать с вершин снежинки. Но это уже не то.

Север Горенгвился был не многолюден. Дома, не выше двух этажей, казались громоздкими и тяжелыми, как вековые валуны. И такими же серыми и мрачными. Фонарей здесь тоже не наблюдалось. Мне и не требовалось, в общем. Но Кирай подбросил в воздух огненный пульсар.

Слишком яркий свет резанул по глазам, но я быстро привыкла. К тому же, так проще объяснить то, как именно простой целитель угадывает дорогу, как имперская ищейка.

Раньше я не обращала внимание на очевидное, но теперь в глаза особенно бросалось – город вымирал с севера. Всего в паре окон еще теплился огонь. Да и то, жили там потомки имперских солдат, которые ранее служили на заставе. Но и таких осталось едва несколько человек.

В темном ночном небе захлопала крыльями ночная птица. Издала какой-то странный покрякивающий звук, заставляя волосы на затылке подняться от страха. Что-то ранее я не встречала у нас здесь зимних ночных птиц.

– Кажется там… – махнув на двор между двух пустых домов, сказала я. – Слышишь? Кто-то на помощь зовет.

Вот теперь действительно слышен был хриплый тихий зов. Мне все еще невыносимо было стоять на месте. И даже не дожидаясь разрешения Кирая, я сорвалась на бег. После он точно мне устроит выволочку, но это куда меньшее наказание, чем то, что мне уготовано за бездействие.

Свет огненного пульсара довольно отчетливо освещал словно изломанную фигуру на снегу в черной луже. Даже не сразу удалось осознать – она не черная, а темно красная. И это кровь. Человек все еще подавал признаки жизни. Но судя по бульканью и совсем уж поверхностному дыханию – дело плохо.

– Естрет пуэра, – заклинание сканирования сорвалось с губ, напитанное силой, пока я еще бежала к раненому.

И в шаге от жертвы я уже получила всю нужную информацию. Мужчина, больше пятидесяти, из хронических болезней – воспаление коленных суставов, из механических повреждений: прелом таза, позвоночника, трех ребер и ключицы. Разрыв печени и легкого, сотрясение…

Уже этого вполне достаточно чтобы сделать вывод.

– Он не жилец, – прошептала я одними губами, и сразу же запустила несколько обезболивающих заклинаний.

Не знаю, слышал ли это Кирай, все это время находясь совсем рядом. Вероятно слышал.

– Займись им, – скомандовал офицер, уже связываясь с отрядом, и рассылая сигнальные, осветительные, и поисковые заклинания в разные стороны. От магии зазвенел сам воздух.

Я приблизилась к жертве, присела перед раненым. Пульсар опустился еще ниже, освещая лицо умирающего. И я узнала его.

Мне словно одним махом выбили весь воздух из легких. Голова пошла кругом. И в это просто невозможно было поверить:

– Льер Петренс? Льер Петренс, – запуская еще одно заклинание восстановления тканей, остановки кровотечения, еще что-то такое же энергоемкое. – Нет! Не может быть.

До тошноты, до боли в груди… Губы онемели от затрат энергии и шока. Руки затряслись. И все равно я повторяла слова, раз за разом пытаясь остановить неотвратимое.

Но все это было впустую. Просто как вода в сухой песок… Рука Кирая опустилась на мое плечо.

– Остановись, – приказал.

Послышался шорох. Что-то еще… шаги… И Кир, выкрикнув «стой!», сорвался с места, оставив меня с умирающим наставником.

Но даже это не заставило меня остановиться. Я все пыталась и пыталась…

Льер Петренс не мог так умереть. Не должен был. Я обязана его спасти!

И уже даже не задумываясь, что меня могут увидеть, а после и казнить, я закатала рукав, вытащила шпильку из отворота, но, когда уже собиралась пробить кожу, сухая и холодная, как лед, рука вцепилась в мое запястье. Довольно крепко и болезненно…

– Нет, – прохрипел льер Петренс и закашлялся.

– Я помогу. Смогу… – зачастила я, но вырвать руку не получилось.

– Крок… Крок… К-крок…

Это были его последние слова. Это было все. Последние капли жизни утекали из старичка, который стал мне хорошим другом и учителем. И я ничего не смогла сделать!

Слезы потекли по щекам. Я рыдала, беззвучно и безостановочно.

И даже крик птицы, хлопанье крыльев над головой не привлекли моего внимания. Видимо зря, потому что, когда стало понятно, что происходит нечто неладное – было уже поздно. Резкий удар в спину был неожиданным и болезненным. Я чувствовала, как кожу вспороло что-то, впиваясь в тело. Закричала, но ни отбиться, ни вырваться.

Острые когти полосовали мою спину, прижав всем весом к земле. И все что я могла увидеть – холодное, уже неживое, сильно изуродованное лицо льера Петренса, пока сознание не поглотила тьма.

Глава 16.1

Умирать не страшно. Больно, странно, с абсолютным неприятием реальности – это есть. А страха нет.

Невозможно бояться того, во что не веришь. Вот я не верила. То тонула, то снова выныривала из густой темноты встречаясь взглядом то с Роуз, то с Мэл, то с Кираем. И все они боялись. А я – нет. Мне не было страшно.

Наверное обидно. Обидно умирать, когда у тебя столько всего не сделано. Когда не выяснила, что за флаг над Старханом, не поговорила с Роуз, не нашла того, кто стал причиной смерти льера Петренса, не… столько этих «не». Возможно бесконечность.

Не хотелось сейчас думать о том, что во всем виновата Роуз. Это было так больно, что казалось разорвется сердце. Хотя… я почти умерла? Что хуже со мной может случиться уже.

Но еще, казалось очень важным поговорить с Киром. О чем? Тем для разговоров у нас могло бы быть предостаточно, если бы было больше времени. И не важно, о чем говорить с человеком, который тебе нравится по-настоящему. С таким человеком вполне можно и помолчать. Просто подержаться за руки, побыть рядом.

Но всем правит судьба. Моей жизнью она распорядилась как-то так. Нелепо распорядилась, нужно сказать. Вот совсем нелепо.

И это обидно!

По губам потекло что-то теплое, соленое, с отчетливым металлическим привкусом. Это было так неожиданно, что я не сразу поняла, что это – кровь.

– Эссеш тарим, эссеш ссамархай. Саамах, – я не сразу узнала голос Роуз. Он показался мне слабым, простуженным, а еще… еще было четкое ощущение – она в отчаянии.

И кровь… Она применяла магию крови! Боги, она там совсем рехнулась что ли? Вот совсем с ума сошла?!

Даже думать было страшно о таком сейчас. Это… неправильно опасно, ужасно. Но я была настолько обессилена, что даже отреагировать на это должным образом не получилось.

Пока в мое тело не хлынула магия, наполняя меня силой, приводя в чувства, заживляя раны. Это больно. Это просто чертовски больно. Кажется, даже больнее, чем когда меня там убивали в темном дворе Северного Горенгвиля.

А может потому, что Роуз следовало бы применить хоть одно обезболивающее заклинание?!

Боги! Какое заклинание?! Ей никакого применять нельзя без лицензии. Что с ней вообще теперь будет?! Как можно объяснить подобное?

И магия крови! Здесь имперские ищейки на каждом шагу. Кирай совсем рядом и может узнать о ней…

Боги!

Все эти не совсем связанные между собой мысли прыгали испуганными кузнечиками. И думать как-то нормально и связно никак не получалось.

В какой-то момент боль утихла. Совсем исчезла, будто меня не выкручивало и не выламывало мгновением ранее.

И это было не мене неожиданно, чем вообще все, что со мной случалось за последние сутки.

Глаза открылись сразу. Белоснежные стены городского госпиталя стали тем еще испытанием. Но привыкла я быстро. В нос удалил запах лекарств и крока из «Горного приюта».

И тут я встретила серьезный, полный страха и волнения взгляд молчаливой, напряженной сверх всякой меры Мейтроуз. В ее темных, как и у многих южанок, да и у меня тоже, глазах еще вспыхивали серебристые искры, выдавая то, что она применяла магию. Это было так опасно и неправильно. Но что-то мне подсказывало, что она бы и дракона откопала, если бы дело касалось моей жизни и безопасности. Не то, что решилась применить магию крови в стенах целительской.

И так стало стыдно. Так невыносимо стыдно.

Ведь я засомневалась. Я раздумывала, как мне поступить, в то время как Роуз просто взяла и приняла решение исходя из того, как лучше будет мне.

Он всю свою жизнь построила вокруг меня. Моих желаний, стремлений, перспектив.

И какова моя благодарность.

– Прости, – попросила совершенно искренне я.

Конечно, она вряд ли поймет, за что именно я попросила у нее прощения, но так моя совесть будет немного чище.

– Ты так меня напугала, – непривычно мягко заговорила Роуз, поправляя мои разметавшиеся по подушке волосы, одеяло… в общем, чувствую она просто не знала куда деть руки после всех волнений.

– Как ты вообще здесь оказалась? – спросила я.

Ни слабости, ни боли я больше не чувствовала. Словно просто проснулась от страшного сна. И если бы не палата госпиталя и бледная Роуз, присевшая на край койки, то именно сном для меня все и осталось.

– Услышала Зов жизни, – вздохнула тетя.

И мне стало не по себе. Если она способна слышать Зов, то не смогла бы находиться рядом с местами, где совершались нападения. Это точно. Слишком все это.

– Твой… этот. Сказал, что на тебя напала песчаная крылатая бестия. Что вообще в этом городе происходит? – растерянно произнесла Роуз. Она, похоже, совершенно искренне ничего не понимала. И это уже настораживало меня. Сильно как-то непохоже, что под ее рукой велась организация преступлений. – Чего тебя только черти понесли туда? Мужиков здоровых, темных боевых магов не нашлось? Что девчонке без практики и мастерства делать на задании ночью?! Чего он вообще тебя за собой поволок?

– Я вообще-то целитель! Целитель отряда боевых магов! – возразила на это я.

Вполне себе живенько возразила. Все же магия крови – сильная, древняя и точно нешуточная магия. А если ты еще и богат знаниями.

– Вша ты безголовая! – вспылила Роуз. Теперь вот это точно была моя тетя. – Опасно это все. ОПА-С-НО! Что не понятно? А твой этот… командир. Ни грамма не умнее. Потащить тебя за собой. Хоть я его просила…

– Что ты делала? – нужно сказать, что вот до этой фразы мне еще было стыдно и совестно, а теперь. – О чем просила?!

– Не подвергать тебя опасности, – уклончиво ответила на это Роуз. – Пусть мужики занимаются подобными делами.

Как льер Кларенс для Мейтроуз? Или нет? Ох-хох!

Все, больше тянуть с этим разговором невозможно.

– Конечно, – скрипнув зубами, кивнула я. – Как ты? Ты ведь тоже используешь лера Кларенса, как тебе это нужно?

Глава 16.2

Несколько мгновений в палате была немая сцена. Я смотрела на Роуз и почему-то думала, что мне вряд ли еще удастся увидеть когда-либо ее настолько шокированной. Эта женщина всегда умела держать свои эмоции и чувства под контролем. Когда мы бежали в неизвестность из залитого кровью, полыхающего Стархана. Когда со стойкостью скалы принимала удары судьбы. И точно как скала прикрывала меня от всех ветров и невзгод.

Под ее потяжелевшим взглядом у меня внутри что-то истерически завопило, прося пощады, но… если сейчас не выяснить все, то потом будет только хуже.

– Что вы проворачивали с льером Кларенсом? – настаивала на ответе я, осознав, что сама Роуз отвечать не спешит. Голос дрогнул, но я только выше вздернула подбородок.

– Торговлю запрещенными южными зельями, – мрачно пошутила Роуз, не улыбнувшись, а скорее поморщившись. – А что ты вообще знаешь, и откуда взяла, что мы что-то проворачиваем?

Хороший какой вопрос. Подслушивала, конечно. Тут сложно не догадаться самостоятельно. А мне озвучивать очевидное не сильно хотелось.

– Слышала кое-что… – выдавила я скупое объяснение.

– Так если бы не подслушивала, то и не задавали бы идиотских вопросов, – проворчала привычно Роуз. – Надеюсь, что хоть ни с кем поделиться наблюдениями не успела?

У меня от ее вновь посуровевшего тона пересохло во рту. Что-то раскаяния преступника, оказавшегося на грани разоблачения у нее не наблюдалось совершенно.

Кажется, пора паниковать!

– Решила сначала с тобой поговорить, – уже не так самоуверенно ответила я, чувствуя себя настоящей преступницей.

Роуз оглянулась на входную дверь, поднялась с края моей кровати и, предварительно выглянув в коридор, захлопнула ее.

– Твой этот… командир, может вернуться с минуты на минуту. И так едва смогла его вытолкать, чтобы провести ритуал восстановления. Но вернется точно. Он тут над тобой, как дракон над золотом, сидел. – меня такое сравнение немного задело. На уровне подсознания, наверное. Но Роуз продолжила, и я снова сосредоточилась только на тете. – Скажу сразу, мне не нравится, как он вьется вокруг тебя. Мне вообще не нравится, что он существует в твоей жизни, но об этом мы поговорим потом, – быстро, шепотом заговорила Роуз, вернувшись на край моей кровати. – Я сейчас скажу это раз и, если ты спросишь снова – больше не повторю. Я влюблена в Отто. У нас роман. И… все непросто.

Теперь онемела я. Как просто, логично и в то же время – невозможно. Роуз? Поддалась чувствам? Кларенс? Да ну… он слишком ценит «Горный приют», чтобы рисковать нарваться на недовольство Этклонеров. А тот точно опустится до мелкой мести. И сотрет в порошок обоих, как только подозрение хоть малейшее появится…

И тут же внутренний голос зловредно зашептал: «А сама?». Разве я сама не поддаюсь чувствам, которые от меня, в случае если моя тайна будет раскрыта, оставит только пепел? Почему они не могут? Неужели не заслуживают?

Вспомнились слова Кларенса о семье и детях.

Боги…

– И долго вы планировали прятаться? Долго планировали скрывать это все от меня? – почему-то это было особенно обидно.

Со мной же Роуз могла поделиться? Неужели я настолько не заслуживаю доверия?

Ведь я не чужой человек. Не стала бы трепаться на каждом шагу, не придумала бы странной истории, в которой заподозрила эту пару в одним богам известно чем. И вообще все было бы иначе.

Все было бы не так. Возможно, и не побежала бы вслед за Кираем. Хотя, кому тут врать, я точно побежала бы за ним.

И снова противный внутренний голос крякнул ненавистное уже: «А сама?».

– Я не планировала прятаться, – вздохнула Роуз, ее плечи опустились, а в глазах мелькнула грусть. Она заговорила еще тише, но теперь в ее речи смешались и имперские и аратсийские слова. – Я вообще это все не планировала. Дома все было куда проще. Мы не имели права на семью, детей, чувства. Бесконечная преданность Жрице, богам, магии. Иногда, удовлетворение потребностей, рождение детей, которые тоже рано или поздно становились служителями. Все просто, естественно, привычно. Я думала, что и здесь у меня не будет подобной проблемы. Да и Этклонер облегчил мне жизнь в этом плане. Мужчины сами меня избегали. Но… Но как-то… Я не знаю, Элтрисс, когда и как именно это случилось. И много раз я пыталась разорвать все и забыть… Но…

По щекам Мейтроуз покатились слезы, и она не смогла больше ничего сказать. А у меня просто сжалось от боли сердце. Это было несправедливо. Неправильно и так горько.

Я порывисто поднялась, села и обняла тетю.

– Прости, – тихо прошептала я. – Я не знала…

В памяти всплыло счастливое лицо Мейтроуз, когда она вернулась домой на днях несколько позже, чем обычно. Могла бы и сама додуматься. Но я настолько не верила в саму возможность того, что тетя закрутит роман…

– Сама виновата. Надо было тебе все рассказать, – взяла себя в руки Роуз, одним махом стерев слезы. – Но теперь, когда ты все знаешь, может объяснишь, что вообще происходи в этом городе? И что ты от меня скрываешь, дорогуша?!

– Это довольно сложно, – прочистив горло, призналась я, отстранившись.

– Постарайся, пожалуйста, для единственной, любимой тетушки, – шмыгнув носом, строго посмотрела на меня Мейтроуз.

Ну… сама напросилась.

– Мне кажется, что в городе есть еще один маг крови. И он хочет пробить портал в Стархан. Я думаю, что там… кто-то выжил.

Это был второй раз, когда я видела шокированную Роуз. Но в этот раз она быстро взяла себя в руки, нахмурилась, и стала строже, даже жестче:

– Это такая идиотская шутка, надеюсь?

Глава 16.3

Хотелось бы сказать, что все это просто шутка, вымысел, но я просто пожала плечами и посмотрела на Роуз настолько виноватым взглядом, насколько вообще была на это способна. Как будто все произошло из-за меня.

– Мне жаль тебя разочаровывать, но не до шуток, – вздохнула я, хаотично пытаясь систематизировать разбегающиеся в разные стороны, как мыши с появлением кота, мысли.

Сейчас первый шок у Розы пройдет, и нужно будет как-то объяснить то, что я сказала. Рассказать ей о том, что творилось вокруг. Но не очень понятно, что можно рассказывать, чтобы не навредить расследованию, а также… мне было страшновато за реакцию Мейтроуз на мое признание.

– Трисс! – рявкнула тетушка так, что я подпрыгнула от неожиданности. Ох, боги!

Ну, желала правды? Хотела узнать, причастна ли ко всему Роуз? Выкручивайся, Трисс.

Я взглянула на тетю прямо, пытаясь угадать ее мысли. Судя по ее виду, она едва сдерживала эмоции и не стоило испытывать выдержку Мейтроуз. Она и в лучшие времена была слишком хрупкой.

– Подожди! Я пытаюсь понять, с чего начинать.

– Возможно, с самого начала? – обманчиво-добродушно подталкивала меня к ответу тетя. Но во взгляде что-то такое… от чего у меня мороз под кожей пошел.

Но что ты способна, Мейтроуз, чтобы достигнуть своей цели?

– Ладно… – в конце концов уже поздно выкручиваться. Если тетя виновата, то я об этом узнаю. В противном случае, вполне возможно, что Роуз мне даже поможет в расследовании. – Итак, тебе известно, как я попала в отряд имперских боевых магов. Не скажу, что это была моя мечта, но капитан Томпсон пообещал мне, что поможет вернуть тебе лицензию на работу в целительской. И… я согласилась. Сначала Кирай не очень радовался моей бесценной помощи, но все же… А вот следующее нападение было на Мел. Тебе это тоже известно. Но… когда я поймала шайру… – брови Роуз поползли вверх, но я вскинула руку. – Дослушай, потом будешь ругать. Мы вышли на пустырь почти на окраине Горенгвиля. Сама понимаешь, с шайрами не так-то просто справиться. Но эта была маловата и довольно спокойна. Даже не убила никого. Я попросила Кира сохранить ей жизнь. Вот он и открыл портал на пустыре.

Роуз пристально следила за мной. В ее глазах было что-то острое и холодное, как литая закаленная сталь. А ведь вполне возможно, что именно я своими действиями сорвала ее план и теперь так усердно признаюсь в содеянном. Будет ругать. Совершенно точно будет ругать меня.

– И? – нетерпеливо подталкивала меня продолжать тетя.

Я бы и с радостью, но так скребло в горле, как песка наелась. То ли от усталости, так и потому, что совсем недавно я умирала и впервые в жизни издала Зов жизни, то ли из-за того, что убивали меня в ветреную, снежную и в то же время морозную погоду, и я совершенно обычно простудилась. Интересно, вообще это возможно?

Собиралась спросить у Мейтроуз, но натолкнулась на ее ледяной взгляд и вспомнила о том, что вообще сдаю ей имперские тайны, а вскоре должен появиться Кирай. И тогда неизвестно, смогу ли вообще что-нибудь еще рассказать кому-то.

– Он открыл портал в Мертвые земли, – продолжила свой не очень связный рассказ я. Перед глазами словно снова была та же пустыня с черным песком, высокие каменные стены и… – Я видела флаг над Старханом. Я точно видела, как он развевался прямо над городом. Зеленый, как молодая трава, – вздохнула, просто потому что не хватало уже воздуха, и голова шла кругом от эмоций, усталости… от всего этого. Но я упорно перевела взор на Роуз. Мне жизненно важно было видеть ее глаза, понимать, насколько она вообще ко всему причастна. – Он был новый. И мне кажется, что… там кто-то остался жив. И находился там все это время.

Наверное, если тетя знала о том, что я ей сейчас рассказывала, она просто гениальная актриса. Так невероятно сыграть удивление, шок, неверие, боль еще нужно уметь. А ведь она мгновенно побледнела так, что мне на миг показалось, что теперь в помощи будет нуждаться уже она. Стоит позвать льера Петренса…

И именно в этот момент мне вспомнилось самое главное из того, что произошло недавно – он умер. Погиб из-за нападения песчаной бестии, которой в Горенгвиле в принципе никогда не должно быть. Я видела его умирающим, видела, как жизнь покидала его тело.

Комната начала расплываться куда раньше, чем я поняла, что расплакалась. Мой дорогой наставник, маг, который столько сил и терпения положил на воспитание меня как целителя.

Как невероятно больно из-за этого. Но буду оплакивать его потом.

– Маги, открывавшие порталы в Мертвые земли – целители, – нервно вытерев слезы с лица, продолжила свой рассказ я. – Но делали они это не по собственному желанию. Кто-то овладел их сознанием и использовал их. В Горенгвиле нет ни одного ментала. А вот магов крови достаточно, как оказалось. И пробраться в сознание другого человека и взять его под контроль – не так и сложно. К тому же менталы оставляют следы на магическом фоне, а вот маги крови – нет. Все что нужно – капля крови мага. И… я считала…

Договорить почему-то не удавалось. Но Мэйтроуз хорошо меня знала. Да и вообще очень хорошо умела угадывать чужие мысли.

– Ты, конечно, подумала, что это моих рук дело.

Мейтроуз озвучила свои догадки таким тоном, что мне стало не по себе. Но этот разговор зашел слишком далеко, чтобы уже выкручиваться и лгать.

– Вариантов было не так много, – глухо призналась я. – К тому же ты сама сказала, что готова сделать все, чтобы вернуться домой.

– Но ведь не убить, Трисс. Не убить! – вскинулась она и перешла на крик. – Боги… это невероятно просто. Неужели я так плохо тебя воспитала? Неужели так плохо относилась к тебе, что дала хоть малейший повод заподозрить меня? Трисс!

Мне стало действительно очень стыдно за свои предположения. Сейчас они казались мне и бессмысленными, глупыми, неправильными.

– Прости меня, – пробормотала я себе под нос не решаясь поднять взгляд. – Сама понимаешь, у меня было предположение, двое подозреваемых, один из которых я сама… сложно не поверить, что это возможно. Особенно, если тебе было известно о Стархане…

– Мне не было известно… мне ничего не было известно, Трисс, – я взглянула на тетю и оцепенела. В ее глазах льдом застыли разочарование и боль. – Мне нужно подышать свежим воздухом.

Но едва я рот открыла, чтобы ее остановить, просто прервала меня скинув руку, словно больше не могла слушать. А может, и не могла.

Она тяжело поднялась на ноги, сгорбилась, словно состарилась сразу на несколько лет. И ушла, оставив меня наедине со своими мыслями. Я корила себя за то, что даже позволила себе так думать о Роуз. Стоило сразу с ней поговорить. Почему я не сделала этого? Проклятие. Не потеряла ли я по этим подозрениям самого родного человека в мире?