Текст книги "Замена (СИ)"

Автор книги: Елена Син

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)

Замена
Елена Син

Пролог

Неделю назад я была дома, жила спокойной жизнью, строила карьеру. А теперь стою на коленях в темном гараже и отсасываю мужу моей сестры. Как интересно может повернуться жизнь…

Из меня рвутся слезы, внутри обжигает едкой кислотой. Что я вообще тут делаю?

Алекс не дает забыть о себе. Будто знает, что мыслями я где-то далеко. И ему не нравится, что мое внимание не сосредоточено на нем полностью.

Он хватает меня за собранные в хвост волосы и сильнее натягивает на свой член. Я давлюсь и из глаз все же брызгают слезы. Задыхаюсь от огромного члена во рту и от стыда… потому что у меня между ног становится все влажнее.

Когда Алекс стал таким? Я знаю этого человека с раннего детства, и он всегда был добр и нежен ко мне. Сейчас предо мной стоит кто-то другой. Кто-то чужой и жестокий. Его взгляд на меня сверху вниз пронзает током, доминирует и пытается подчинить. Впрочем, ему это прекрасно удается…

Закрываю глаза, не желая смотреть в лицо человека, которому я давно отдала сердце и который предпочел мне мою сестру. Я сама принимаюсь сосать усерднее. Только так это можно закончить. Только так он меня отпустит.

– Тебе это нравится, Мила, – шепчет Алекс. – Признайся, ты уже намокла?

Я хватаюсь за его джинсы, ускоряюсь и чувствую, как его член еще больше увеличивается. Алекс запрокидывает голову, что-то прорычав. Хватка на моих волосах усиливается.

– Если бы я раньше знал, какая ты шлюшка, – шипит он, вновь пронзая меня темным взором, – я бы не позволил тебе уехать, не позволил бы меня бросить!

Я никогда не подозревала, что ранила его своим отъездом. Но ему и правда было больно. Раз теперь он решил на мне отыграться.

Он обхватывает мою голову обеими руками и вколачивается в меня, не давая вздохнуть. Слезы и слюни текут с подбородка, между ног пульсирует с такт загнанному с ловушку сердцу. Моя киска требует к себе внимания. Его внимания. Но я не пойду на это… Черт возьми, сегодня же уеду. Я больше никогда не смогу смотреть в глаза сестре.

– Не отпущу, – рычит Алекс, словно вновь читая мои мысли. – Больше никогда тебя не отпущу!

Он кончает, заставляя меня проглотить все до последней капли. А его слова продолжают звенеть в моих ушах.

Глава 1
Мила

За неделю до событий пролога

– Ты поднимешь эту чертову трубку или нет⁈ – вопит из соседней комнаты мой бывший.

Я злорадно усмехаюсь. Телефон просто разрывается от чьих-то звонков уже несколько минут, и я не беру только по одной причине – мелодия жутко раздражает Сережу.

Этот засранец явился в мою квартиру час назад, чтобы забрать оставшиеся вещи, и по-прежнему считает, что имеет право мне что-то высказывать? Мой телефон. Пусть орет, если ему так хочется.

– Мила!

Я, сидя за барной стойкой перед компьютером, спокойно отпиваю из чашки кофе с молоком. Без сахара. Но со сгущенкой. Вкуснятина.

Только после долгого глотка изволю отозваться.

– Чего тебе?

– Возьми чертову трубку! У меня сейчас кровь из ушей пойдет!

– Ну так вали отсюда.

Голова Сергея показалась в коридоре.

– Не смешно.

Пожимаю плечами. Мне и правда хочется, чтобы он поскорее оставил меня одну. Заявился, знаете ли, без предупреждения, еще и ключом запасным открыл. Совсем офигел. Теперь-то я ключик заберу, как и он свои вещи, а потом он может идти на все четыре стороны.

– Возьми, пожалуйста, трубку, – спокойнее просит Сережа.

Ну вот. Можно же по-человечески.

Посылаю ему ухмылку и медленно беру телефон. Но сразу напрягаюсь, увидев, что звонит младшая сестра. Вечная заноза в моей заднице. Пусть и любимая, но колючая-я-я…

– Привет, Катюш.

– Привет, слушай, ты не хочешь приехать?

Опешила, не зная, что ответить. В родной город я не возвращалась уже семь лет, с окончания школы. Катя всегда говорила, что приняла мой выбор и не настаивала на возвращении. С чего бы тогда сейчас такой вопрос?

– А что? Что-то случилось? Родители?..

– Да нет, они в порядке. Ну только состарились уже очень, сама знаешь.

– И что?

– В общем, Мил, ты же помнишь, что я беременна?

– Конечно.

– Я только что вышла от гинеколога и… Короче, у меня тут некоторые осложнения обнаружились. Врач сказала, что мне понадобится помощь. Мама с папой уже не в том возрасте, а кроме тебя мне больше попросить некого.

– Боже, надеюсь, ничего серьезного? Алекс знает?

– Пока нет, я ему дома скажу. Но ты не волнуйся. С ребенком все будет нормально, просто мне сейчас нельзя напрягаться. Ни физически, ни морально. Прописали полный релакс. А у нас дом… ну… большой.

– Я помню.

Бизнес Алекса начал приносить хороший доход пару лет назад, и теперь они живут в большом частном доме. Катя обожает в нем жить и ненавидит его убирать. А пускать чужих, вроде рабочих клининговых служб, она категорически отказывается.

– Мне очень нужна помощь по хозяйству, – вздыхает сестра. – Понимаю, у тебя работа и живешь ты далеко. Мне не хочется тебя напрягать, но, как я уже сказала, больше обратиться мне не к кому.

– Я все понимаю.

Кидаю взгляд на экран компьютера. Видимо, проект, над которым работаю уже полгода, придется немного отложить. И надо будет отпроситься у начальства…

Черт, это все действительно не очень удобно. Но у Катьки никогда не было близких друзей, на которых она могла бы положиться, так что не бросать же ее.

– Я приеду, Катюш, не переживай. Сейчас возьму билет на самолет и завтра буду у вас. Только, ты это…

– Чего?

– Не забудь предупредить Алекса, ладно?

Катя усмехается.

– Да ладно тебе! Можем и сюрприз ему устроить. Он ведь и твой друг детства, он обрадуется, что ты вернулась.

Я в этом не так уж уверена. За все эти годы он ни разу не попросил у Кати телефон, чтобы поговорить со мной. Наша связь и дружба оборвались очень давно. А теперь мне придется какое-то время жить в его доме. Да уж, неловко…

Ну ничего, мы ведь там будем не одни, а с Катей. Да и она упоминала, что почти все время Алекс проводит на работе. Уверена, все будет не так страшно, как мне сейчас кажется.

Попрощавшись с сестрой, я приступаю к поиску подходящего билета и пишу начальнику.

– Куда-то уезжаешь?

Вскинула голову и только сейчас вспомнила, что Сережа еще здесь.

– Ага.

– Куда?

– Не твое дело.

– Мил…

– Вижу, ты собрался. – Я киваю на дверь. – Выметайся.

– Слушай. – Он тяжело вздыхает и проводит рукой по густым темным волосам. Когда-то и я обожала зарываться в них пальцами, а потом узнала, что этим занимались и другие девушки. – Я не хочу расставаться на такой ноте.

– Правда? И что же ты предлагаешь? Остаться друзьями?

– А можно?

– Пошел на хер из моей квартиры.

Сережа морщится. Закидывает спортивную сумку на плечо и идет к двери.

– Это одна из причин, знаешь? – говорит он. – Ты выглядишь, как сказочная фея, да и ведешь себя соответственно. Но иногда в тебе проскакивает что-то… темное. Непонятное. Мне это никогда не нравилось. Это знатно усложняло жизнь, ты в курсе? Я всегда боялся не оправдать твоих ожиданий. И в подарках, и в словах, и в поступках. Даже в сексе.

– Это нужно было обсуждать, когда мы были вместе. Ты же выбрал трахаться на стороне с кем-то более понятным и удобным. Всего хорошего.

Он хочет еще что-то сказать, но встречает мой тяжелый взгляд и молча выходит за дверь.

Наконец-то свободна. Я не признавалась ему, чтобы не ранить, но житье с ним в последнее время стало для меня бременем. Я не хочу парня, который бы холил и лелеял меня. Тем более, делая это, чтобы загладить чувство собственной вины из-за измен.

Мне нужен союзник, партнер и любовник. Кто-то, кто понимал бы меня, а не пытался бы избежать сложного разговора. Это не решает проблем. И наше расставание это лишь доказало.

Телефон опять звонит. Черт, начальник.

Либо я отпрошусь на удаленную работу, либо придется увольняться. И все мои труды насмарку…

Ну нет. Разобьюсь в лепешку, но уговорю его. В моей жизни бывали испытания и посерьезнее.

Глава 2
Мила

Со слов Кати я знаю, что ее жизнь изменилась и теперь сильно отличается от того, что было, когда я семь лет назад под покровом ночи вышла из дома и отправилась на вокзал в полном одиночестве и с разбитым сердцем.

Но одно дело – слышать про все эти изменения на словах, и другое – видеть воочию.

Город разросся. Теперь на его окраине выстроен большой красивый район с особняками в европейском стиле, и я, стоя перед одним из них в своих оборванных джинсах и футболке, наверняка смотрюсь, как попрошайка.

Мне жутко неловко смотреть на этот дом вживую. На фотках все смотрелось более приглушенно что ли.

Три этажа белого камня, блестящая на солнце черепица, изумрудная лужайка и аккуратная дорожка, ведущая от идеально ровной дороги к тяжелой двери из массива дерева.

Моя сестра живет тут. Моя Катька. Та самая, которая пересиливала себя и подбирала собачьи какашки только за тем, чтобы спрятать их у меня под одеялом. Та самая, которая однажды от моего имени отправила валентинки всей футбольной команде нашей школы и позвала их в одно место и время. Они все пришли, поглазели друг на друга и решили, что это я над ними так подшутила. Им не показалось это смешным. Они распустили про меня ужасные слухи и на несколько месяцев я стала в школе изгоем.

Катя делала еще много всякого разного, чтобы попортить мне нервы. Я даже помню, как причитала, что боженька ее покарает за это. Ну вот. Покарал. Богатым, красивым мужем.

А я вот живу в съемной однушке, работаю шесть дней в неделю и только что рассталась с парнем. Карма, детка. Точнее, доказательство, что ее нифига не существует. Либо я знатно нагрешила в прошлой жизни…

Ладно уж. Я не могу сказать, что живу прям несчастливо, так что и завидовать тут нечему. Подхватываю свой небольшой чемоданчик и подхожу к двери. Не успеваю позвонить, как та раскрывается и в объятия ко мне падает Катя.

С приличным уже пузом на седьмом месяце, с идеальной укладкой и свежим макияжем. И как она не приняла меня за чучело?

– Ну наконец-то! Проходи!

– У вас тут очень красиво.

– Естессно! – хмыкает Катя, забирая у меня джинсовку и кидая ее на пол. Отругать сестру не успеваю, она уже тащит меня на кухню. – Гляди, я сама приготовила!

При этих словах желудок рефлекторно сжимается. Сколько раз я пробовала ее творения… Столько же раз родители были близки к вызову неотложки.

На большом мраморном островке стоят несколько блюд явно не отечественной кухни. Я строю извиняющуюся гримасу.

– Ой, я так объелась в самолете, Катюш. Давай я потом попробую?

– Но я так старалась, – надувается Катя. – У плиты стояла два часа!

– Она заказала это из ресторана, а потом залила все острым соусом, чтобы тебя подколоть.

Вздрагиваю от знакомого голоса. Того, что постоянно сопровождал меня в детстве. Рука в моей руке, глаза в глаза, доверительный шепот. Если мы с Алексом гуляли вместе, то были неразлучны. В буквальном смысле не отлипали друг от друга. Конечно, пока Катя не подросла и не начала напрашиваться везде с нами.

Алекс подходит и приобнимает меня. Не как друга, а как сестру своей жены. Это быстрое и вежливое объятие. Я успеваю вскинуть руки, полностью уверенная, что подготовилась к этому моменту. Но он явился слишком неожиданно. И он, как и этот город, тоже изменился.

Он стал выше. И шире в плечах, чем я помню. Он отстраняется, и я отмечаю все больше того, чего не было раньше. Мелкие морщинки вокруг глаз, густая щетина на щеках, темные короткие кудри в беспорядке, а глаза…

Раньше в его зрачках я любовалась своим отражением, в радужках выискивала новые оттенки зеленого, придумывая им новые названия. Теперь же Алекс отводит взгляд так быстро, что внутри меня колит иголкой.

Что ж. Наверное, не стоит удивляться. Я подозревала, что дружба наша прошла. Но он мой зять, так что нам придется какое-то время сосуществовать в этом доме.

– Рада тебя видеть, – улыбаюсь ему искренне. – Сколько же лет прошло…

– Семь, – отвечает твердо. Тут я замечаю стакан с остатками виски в его руке. Теперь Алекс смотрит на жену. – Кать, куда ты бутылку дела?

– Ну, Леша! – дует Катя губки. – Мила только приехала, а ты уже в хлам! А ну соберись. Никакой тебе бутылки, лучше давайте устроим чаепитие! Что скажешь, Мил? Расскажешь нам, как живется в столице, как у тебя с парнем твоим, м?

– Э-э… Вообще мы только что расстались.

– Ой! Ну ничего страшного, найдешь кого получше! Идем, я тебе наш задний двор покажу, там такая красивая терраса! Можно сидеть за столиком и наслаждаться закатом, закачаешься!

Она уводит меня в заднюю часть дома, и я улыбаюсь, стараясь не подать виду, как мне грустно от вида старого друга. Откуда у него морщины в двадцать пять? И почему он пьет посреди белого дня? Его отец умер от рака печени, поэтому Алекс еще в пятнадцать поклялся, что не притронется к спиртному.

Катя все-таки замечает мою фальшь.

– Не обращай внимания, Мил, – говорит тихо. – Честно говоря, раньше такого не было. Он, конечно, выпивал иногда по вечерам, но чтобы прям напиться… Вчера начал и вот до сих пор не может остановиться. Даже спать не ложился. Думаю, у него проблемы на работе, но мне он об этом ничего не рассказывает. Только тсс, я тебе ничего не говорила.

Алекс никогда не был человеком, который стал бы спиваться из-за проблем на работе. Но я молчу. Возможно, это изменилось тоже.

После экскурсии по дому, она ведет меня в спальню на третьем этаже. Я знатно напрягаюсь, когда у нее начинается одышка.

– Ты в порядке?

– Да-да, – отмахивается Катька. – Просто я быстро сейчас устаю. Во мне, кажется, растет кто-то размером с викинга. Я потому и перебралась в гостевую спальню на первом этаже, больше не надо бегать по лестнице. Леша все еще спит здесь, твоя комната будет напротив, поэтому разрешаю дергать его, если что-то понадобится.

– Круто. Кстати, а где Костик?

– Я отдала его родителям, чтобы он тут тебе не мешался.

– Да кому помешает четырехлетний ребенок? – усмехаюсь. – Ему же не годик. Я не против, если он побудет здесь.

– Можешь сама к нему ездить, если хочешь, Мил. Мне надо отдохнуть от этого бунтаря, забыла? Полный релакс.

– Ладно…

– Да, еще кое-что. Врач мне посоветовала легкую физкультуру. Я буду по несколько часов в день заниматься с тренером в зале и дом будет в полном твоем распоряжении.

– Отлично. Все-таки мне не помешает пространство.

– Работа? – понимает Катя.

– Ага. Я уломала начальника на удаленку, но продолжать работать все равно придется.

– А ты просто оставляй включенным компьютер.

– Это так не работает, – улыбаюсь, проходя за ней в спальню. – В системе отображается каждый мой щелчок мышью и, если я не буду работать, в компании заметят.

– Отстой. Ну хотя бы мы с Лешкой не будем тебе мешать.

Я осматриваюсь и отмечаю, что спальня идеально чистая. Довольно просторная и красивая. У Кати всегда был бунтарский характер, но она также отличается от многих отличным вкусом.

На прикроватной тумбочке стоит ваза с белыми розами – мои любимые цветы. Постельное белье с космическим принтом – тоже то, что я люблю. И пахнет тут костром и кокосом. На подоконнике стоит диффузор с несколькими палочками.

Катя мне ласково улыбается, видя, что я подметила каждую деталь. На этот раз я обнимаю ее изо всех сил, и на секунду чувствую себя, как в далеком прошлом… как дома.

Глава 3
Алекс

– Это не лучшая идея.

Я сижу в гостиной перед большим электрическим камином, в руке пустой стакан, в котором перекатываются несколько капель золотистой жидкости.

Я и не думал, что в нашем доме такое количество алкоголя. Сколько я выпил? Кажется, я пью со вчерашнего вечера и вот уже настал сегодняшний. За окном закат, мое тело еле шевелится, но разум, сука, не дремлет. И каждая гребаная мысль о девушке, что сейчас наверху. Здесь. В моем доме.

– Что именно? – уточняет Катя, сидя на диване. Она подпиливает и так безупречные ногти. – Что сестра приехала мне помочь или то, что она остановилась именно у нас?

Даже с безмерным количеством выпивки внутри я напрягаюсь.

– На что ты намекаешь?

Катя даже не поднимает на меня глаза. Эта женщина, которую я в детстве считал младшей сестренкой, видит меня насквозь. И это жутко. Так жутко, что я впервые за сутки попойки чувствую тошноту.

– Ой, да перестань, – отмахивается жена. – Не так уж много времени прошло, Леш. Я прекрасно помню, что в юности ты был влюблен в нее, так чего сейчас притворяться? Я не ревную и не виню тебя.

– Тогда к чему такие вопросы?

– Лично меня не смущает, что она погостит у нас, но если это смущает тебя…

– Не смущает, – вырывается прежде, чем я успеваю подумать.

Замечаю ухмылку на лице Кати и понимаю, что она все прекрасно знает. Блять. Она наверняка понимает мои чувства к Миле лучше меня самого. Я-то давно заплутал где-то между разочарованием и ненавистью.

– Ты, видать, думаешь, что я все еще влюблен? – фыркаю саркастично.

– Твоя реакция говорит сама за себя.

Ее безразличный тон вызывает во мне тупое недоумение. Это из-за алкоголя? Или я действительно за все эти годы так и не узнал по-настоящему свою жену? Может, я не знал и девочку, что росла со мной?

– И тебя это не колышет? Что я могу быть влюблен в другую девушку, да еще и твою сестру?

Катя неоднозначно встряхивает плечами.

– Она слишком добросовестная, чтобы ответить на чувства зятя, даже если они существуют, так что я не беспокоюсь.

Ну да. Мила такая. Всегда такой была. Умница, красавица, с добрым и открытым сердцем. Все ее любили и уважали. Даже если она где-то спотыкалась, это быстро забывалось после тех хороших слов, что она говорила и заботливых вещей, которые она делала.

Я был первым в числе многих слепцов, поддавшихся ее чарам. А потом она меня бросила, оставив на прощание пару жалких строк. И больше никаких писем, никаких звонков, ни одной гребаной весточки от той, кого я всю жизнь на тот момент считал своей половинкой.

Чушь. Мила оказалась такой же, как все. Как она и просила, я подтянул ее по тем предметам, которые ей труднее всего давались, и глазом моргнуть не успел, как она укатила в столицу поступать в свой драгоценный университет.

Тварь.

Они обе хороши. Как же это я так вляпался? Ах да. Старшая меня поматросила и бросила, а младшая воспользовалась моим горем, соблазнила и заделала нам общего ребенка. И кто тут идиот? Я, конечно.

– И правда, – вздыхаю пораженно. – Тут не о чем волноваться. Она поможет тебе по дому, пока твоя врачиха не подтвердит, что с тобой и малышом все в порядке, а потом свалит отсюда так же быстро, как в прошлый раз. Может даже снова не попрощается.

Катя тихо рассмеялась.

– Боже, да ты до сих пор на нее дуешься. Бука. Подумаешь, уехала?

Я всегда видел, что Катя любит Милу меньше, чем та ее. Так что нечего удивляться, что долгое время по Миле тосковал только я. Ее родители тоже как-то быстро смирились. Говорили, что гордятся ее смелостью, хвастались перед соседями, что она поступила в столичный вуз.

Чтоб их всех. Мне надо выпить.

Кое-как встаю и добредаю до бара. Тут в коридоре появляется… видение. Прекрасное и почти неуловимое, то самое, что не раз являлось мне во сне.

Мила. Мила… В нежном светлом платьишке, с распущенными золотистыми локонами – такими мягкими на ощупь, что мне казалось, будто я касался живого солнца. Она улыбается. Всегда улыбается, когда мы встречаемся взглядами. И я улыбаюсь в ответ. Как будто между нами невидимая нить, по которой льются наши мысли – невысказанные слова, смысл которых доступен лишь нам двоим.

Но сейчас она не улыбается. Я моргаю и резко осознаю, что это не сон. Это реальность, в которой солнечные локоны Милы побелели, блеска в ее взгляде на меня нет, да и платья никакого не существует. Обычная футболка и домашние спортивные штаны.

Но почему-то именно эти штаны вдруг привлекают мое внимание с такой силой, что я чуть не падаю к ногам Милы.

– Вы еще не легли? – спрашивает она немного смущенно. – Извините, ребят, я немного заработалась.

– Штаны…

Мила смотрит на меня недоуменно. Прямо как я на эти ублюдочные штаны.

Они не женские. Мужские. Откуда у нее мужские спортивки?

– Эти штаны, – выдавливаю, еле ворочая языком. – Чьи они?

Мила выгибает бровь.

– Мои, конечно. А что?

– Лгунья.

Мила хмурится. И мне это не нравится. Хочу, чтобы она улыбалась. Но только без штанов.

– Снимай.

– Что-что?

За моей спиной раздается приглушенный смех.

– Да он вдрабадан, – говорит Катя. – Извини, что прошу, Мил, не уложишь его спать? У меня нет сил тащить пьяного мужика на третий этаж.

У Милы такое лицо, будто она в ловушке.

– Ну… Необязательно же ему ложиться наверху. Пусть поспит на диване вон.

Катя пару секунд молчит, а потом качает головой.

– Звучит странно, но так он вскоре проснется и всех нас тоже поднимет на ноги. Он спокойно спит только в своей постели. Извини, Милуш.

Та поджимает губы, явно не желая со мной возиться. Я еще достаточно разумен, чтобы это понять. Это задевает. Мать твою, Мила наконец вернулась, я увидел ее впервые за семь лет и вот в каком виде предстаю перед ней. О чем я нахрен думал⁈

Пытаюсь подойти и извиниться, но спотыкаюсь и Мила не успевает меня подхватить. Перед глазами появляется моя цель и я упорно хватаюсь за нее. Гребаные штаны. Они слетают с ее ног на пол вместе со мной.