Текст книги "Призрачная кровь 6 (СИ)"

Автор книги: Елена Шатилова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 13

Сначала меня немного напугало сообщение, что я буду под охраной. Не видя в этом необходимости, по крайней мере сейчас, решила, что скорей всего Сотников придумал причину приставить ко мне надзор. Вряд ли он меня в чём-то подозревал, хотя и это нельзя исключать, скорей причина в личных мотивах. Зная, с кем я контактирую, он мог узнать о возможных путях утечки информации, если таковая будет. Работа у него такая, за всеми следить и всех подозревать.

Я специально не следила за окружением, но реально не увидела и намёка на надзор, даже позавидовала таким способностям. Хотя, если здраво рассудить, о своих я мало что знаю, со мной просто некому поделиться наблюдением.

В моё отсутствие в академии абсолютно ничего не произошло. Занятия на полигоне провели без меня. Ахмед поработал с мастерами по ремонту и обговорил все нюансы, также сделал детальный заказ на оборудование и мебель.

Рокотов со смешком рассказывал, что мастер, делясь историями про свою жизнь, поведал, что шесты для занятий они брали в одной из провинций Китая. И когда Юрий Андреевич предложил их заказать, был ошарашен – это же практически на другом конце света! С этого момента он принял всерьёз мои слова про возможности академии и не стал себя сдерживать. Заказ был затратным и местами странный. Но мы работаем на престиж, а на нём не экономят.

Само развитие школы должно происходить в несколько этапов. Вначале завершить ремонт. Потом работа с экспериментальной группой, формирование плана занятий и подгонка под учебный процесс. А только затем набор групп для обучения. Дай Бог к середине следующего учебного года начнёт полноценно функционировать. Даже такие сроки для мастера показались фантастически быстрыми.

Поэтому с занятиями решили не тянуть, а начать, когда будет готово половое покрытие. Тем более первые занятия будут больше ознакомительные. Мастер Ахмед со всей серьёзностью отнёсся к разговорам о школе, поэтому решил внести немного теории.

Проблема возникла откуда не ждали. Камилла Семёновна вновь решила, что посягают на её занятия по хореографии, только утряслась проблема со спортзалом и вот опять. Пришлось сводить учителей, пусть сами разбираются.

Идя с очередной беседы и обдумывая кого включить в группу по восточным единоборствам, поняла, что устала. Вот прямо хочется лечь, и чтобы никто не трогал сутки, а лучше неделю. Почему-то вспомнилась Стелла. Я действительно много на себя беру, поэтому все думают, что я железная, и скорей всего даже не задумываются, каково мне.

А может, послать всё, взять себе лабораторию при академическом полигоне и копошиться со своими структурами? Мысль показалась настолько здравой, что начала её обдумывать. Села на скамейку и закрыла глаза. Когда я погрузилась в иллюзию новой жизни, даже заулыбалась, так там было хорошо.

Послышались тихие шаги, я не стала открывать глаза. Они остановились рядом. Когда кто-то сел на мою скамейку и я услышала знакомое дыхание, сразу поняла кто это. Эрик.

– Добрый вечер, Настя!

Я повернула голову и открыла глаза. Невольно улыбнулась, красивое лицо парня тоже озарила улыбка.

– Хотел поговорить, – я кивнула, пусть. – Мне было трудно принять это решение, но я не буду просить рассмотреть мою кандидатуру на роль твоего жениха, – парень сжал губы и посмотрел в сторону, спустя пару секунд вернул на меня взгляд. Глаза сощурены, губы напряжены. – Ты уже испытываешь чувства к Михаилу, не хочу мешать.

Пристальный взгляд, он явно искал во мне сомнение. Не стала ещё раз говорить, что никогда не давала ему надежды, да и не нужна я ему…

– Сердцу не прикажешь. Как Миша говорит, я единственная девушка, которую он видит рядом с собой через долгие годы. Так получилось, что и я другого мужчину не представляю рядом. Поверь, любви между нами сейчас нет, но крепкое основание мы уже поставили, – надеюсь, он поймёт к чему я это говорю.

– Мне не повезло. Ты единственная девушка, которую в данный момент я действительно готов рассмотреть на роль невесты. Но бороться не имеет смысла.

– Перестань делить на достойных и недостойных. Попробуй хоть раз просто влюбиться, – я хмыкнула. – Не отдаться страсти с очередной податливой особой, а дать часть себя, подарить эмоции. Чувства, Эрик. Нормальным девушкам нужен ты, а не красивое лицо и титул, – вот честно, уже не знала, как с ним разговаривать, чтобы не перейти на издёвки. Ловила себя на мысли, что хочется высказать всю правду в лицо, чтобы корёжило так, как его мамашу от моего вида.

– Меня никто не интересует. Даже ничего не шевелится, глядя на этих овец, – парень поводил рукой в районе груди, а на лице появилось отвращение.

– О, я нашла выход! – сыграла на лице озарение, Эрик оживился. – Ты же когда со шлюхами занимаешься сексом, явно что-то шевелится. Выбери себе жену из них! – он начал меня злить.

Такого лица у парня я никогда не видела. Он не знал, что ответить. Но я уже не могла остановиться.

– Я поняла, в чём твоя главная проблема. Ты ненавидишь женщин. Для тебя существует только овцы и шлюхи, которыми ты пользуешься. А нет, ещё такие как я, которых ты не знаешь, куда определить.

– Не стоит…

– Помолчи, – сказала спокойно, прямо как Сотников недавно. – То, что я тебе говорю, ни от кого не услышишь. Ты просто не умеешь любить, поэтому реально достойные женщины тебя не привлекают, они тебе непонятны. Ты ищешь ту, которая покажет тебя в лучшем свете, но не готов дать даже кусочка себя. Каждая вторая девушка – чья-то мечта, но у тебя её нет, одна лишь цель. Мне нужна та, что умножит мой род… – передразнила я Эрика.

– Ты жестока, – парень, не скрывая, злился, аж ноздри раздул.

– А ты бездушный чурбан, – я ударила его в грудь. – Найди в себе силы посмотреть по сторонам и увидеть, почувствовать ту, которая рядом… Влюбись наконец-то! – я не заметила, как слёзы покатились из глаз.

– Настя, ты что⁈ – Эрик сидел с округлившимися глазами. – Почему ты плачешь? – столько настоящих эмоций я никогда у него не видела.

– Потому что ты болван, сухарь… – высказавшись, я начала успокаиваться.

Парень неожиданно рассмеялся, но в смехе чувствовались нотки истерики. Невольно сопоставила его с Мишей, он не позволил бы себе такого, да и не невозможно было представить с ним такого разговора.

– Когда я увидел, как ты смотришь на Михаила и он на тебя, то впервые испытал ревность. Да, и до этого я видел влюблённых, они казались мне смешными. Но тогда это коснулось меня. Я действительно считал, несмотря на твой возраст, что влюблён и в дальнейшем даже представлял наши отношения. А сейчас, выслушав тебя, понял, что не понимаю, что такое любовь, – Эрик был реально в замешательстве, даже на меня не смотрел.

– Не помню, где читала, но есть одно очень чёткое и понятное определение для любви: хотеть касаться… Когда так хочется прикоснуться к человеку, что изнываешь от этого желания. Обнять, прижаться к груди, коснуться губ… – поняла, что говорю лишнее. Но наш разговор заставил думать о Мише, и я сильно заскучала.

Эрик на меня долго смотрел, но взгляд был какой-то отсутствующий.

– А ведь были девушки в моей жизни, которых хотелось просто обнять, несмотря на овечий взгляд, – парень рассмеялся, очень грустно. У меня появилась надежда, что своими речами я немного его встряхнула и он реально что-то поймёт.

– Мне надо идти, – я встала.

Эрик поднялся следом.

– Не надо меня провожать, – сказала почти приказным тоном. – Дружбы у нас не получается, сам понимаешь, поэтому ограничимся мимолётными разговорами при встрече, – совсем отталкивать его не хотелось, но ограничить общение необходимо.

Парень опустил глаза.

– Да, ты права, так будет лучше, – развернулся и ушёл не прощаясь. Задело…

Я тоже не стала задерживаться. Как не странно эмоциональные качели нашего разговора взбодрили, и хандра прошла. Мысли о тихой лаборатории отступили, глупая идея, мне просто не дадут её воплотить. У дверей выстроится очередь из желающих пообщаться, и опять всё вернётся на круги своя.

А сейчас всё-таки разберём случившееся.

Что мы имеем? Отойдя немного и войдя в ритм неспешного шага, как всегда, начала анализировать. Эрик оказался настолько сложным объектом, что я не справилась. Пробить его броню, а верней исправить то, что ему внушали с детства, тем самым изуродовав видение мира, а прежде всего отношение к женщинам, я не могу. Здесь нужна добровольная психологическая проработка, а не безумные идеи. Они не для него, а для нормальных людей.

Вероника – бедная влюблённая, девочка – княгиня, благородная, утончённая, может по-настоящему украсить любой род, а я её толкнула к этому прынцу-болвану. Стоит ли заводить с ней разговор, и очернять парня? Нет, конечно, это только усилит интерес, ведь первые её мысли предсказуемы – Настя влюбилась, значит, надо бороться за внимание Эрика.

Хотя не исключено, что прынц может включить мозги и начать смотреть по сторонам и даже культивировать в себе нормального мужчину. Но одно я точно не буду делать – это толкать Веронику к нему. Если она начнёт сомневаться, просто направлю в другую сторону.

А теперь к моим проблемам. Гормоны начали топить мой мозг, – я отчётливо почувствовала это при разговоре с Эриком. Улыбнулась. Что ж, я вступила в пору взросления и теперь имею право на подростковые выходки и усмирять их не собираюсь, хочу насладиться этой порой. Главное, не подпортить отношения с Мишей.

С мыслями о парне вернулась в квартиру, девчонки ещё чаёвничали. Ира продолжала страдать, ведь Дмитрий уехал, а Саша её успокаивала, рассказывая всякие истории. Здесь всё без изменений и по-особому тепло. Решила тоже выпить чашечку чая с пирогами и послушать болтовню.

Всё стабильно. Александра готовится к свадьбе, определились с местом торжества, разрабатывают меню, уже заказали платье. Девушка стала склонять заказать и мне. Я отнекивалась, потом привела такой довод, что от меня отстали: к свадьбе я могу вырасти во все стороны и платье пойдёт на выброс, так что куплю готовое.

Невестка согласилась, ведь за месяц я выросла на пять сантиметров и прибавила в окружности на размер.

Устав от болтовни ушла к себе. Нужно отвлечься от академической работы и сходить на полигон. Жаль, что при каждом входе туда приходится заново собирать свою боевую команду. Хорошо бы иметь возможность их где-нибудь оставлять. Я могу, конечно, сделать закрытый загон и даже больше, типа большого каменного ангара. Поместить тварей, запитав капсулы на чёрные кристаллы и оставить их в статичном состоянии.

Но дело в том, что полигон или его смотритель, не нацелен на моё обживание, ему нужна динамика, а значит, постоянные действие и смена обстановки. И, может статься, так, что я потрачу на обустройство несколько часов, а полигон выпустит или убьёт тварей. А ещё может пройти волна и обновить всю локацию. Кстати, я же не проверяла портальные точки, может, их уже нет.

Когда я зашла на полигон, то горестно вздохнула. Как в воду глядела – я оказалась в новой локации. Чёрная абсолютно ровная пустыня. Я бы, может, и сказала бесконечная, но не видела горизонта, так как очень низко стелился серый туман, закрывающий обзор. Было ощущение, что мрачные облака клубятся у самой поверхности земли. Поздно поняла, что на локации я не одна, просто стою спиной к противнику. Чертыхнувшись мысленно, надела призрачную броню, уйдя в невидимость, и тут же обернулась.

Предосторожность была излишней, так как за мной, как и в самом начале обучения был энергетический барьер. А вот оттого, что я увидела за щитом, мурашки поползли по спине, и ноги стали ватными.

Циклопически огромная тварь медленно перемещалась в своём, неведомой мне цели. Таких гигантов я ещё не видела и даже не предполагала об их существовании. Как и все встреченные до этого, она отталкивала всем своим видом. Чёрная лоснящаяся шкура находила где-то свет, чтобы переливаться, хотя я предполагала, что это магическая начинка так себя проявляет. Десятки страшных щупалец колыхались под ней, едва касаясь земли. Вся её форма предполагала, что она очень быстрая несмотря на размеры и при встрече с ней уйти невозможно.

Словно под заказ чудовище повернулось, можно сказать грациозно и отсутствие головы, как таковой, несколько её не смущало. Так же как меня не успокоил всего один видимый ряд зубов, каждый размером с человека. Там в глубине черноты сто процентов есть и второй, чтобы работать, как страшная неумолимая мясорубка, когда жертва будет поймана, а она точно будет поймана.

Сглотнув противный комок в горле, я постаралась успокоиться. Понимания, зачем я здесь, у меня не было. Как убить ЭТО⁈ Я даже не предполагала, у меня и мысли не возникало атаковать, хотелось просто прокричать «выход» или убежать, сверкая пятками.

Но для чего-то же меня сюда переместили? Скорей всего, чтобы показать – и такое здесь бывает. С учётом того, что эту тварь невозможно не заметить с большого расстояния, то я к ней не приближусь и на километр, а ни то, чтобы вступить в схватку. Что я ей смогу сделать, зуб выбить? Мои привычные способы убийства её только пощекочет, а магическая защита скорей всего такая, что не пробьёт никакая ментальная атака.

На негнущихся ногах подошла к границе и осторожно поднесла руку. Барьер был намного плотней, чем прошлый, поэтому я его прекрасно видела. Для дальнейшего развития событий хватила того, что я просто коснулась его и тварь это сразу заметила, несмотря на то что между нами были сотни метров.

За молниеносным поворотом тела монстра сразу последовал энергетический удар, который за секунду закрыл, между нами, пространство. Страшный чёрный призрачный ураган врезался в барьер, который зрительно прогнулся. Включилась моя защита. Мало того, что броня аж загудела, так ещё вперёд выскочил щит, очень похожий на тот, что у меня активировался на полигоне у надзорников.

Восхищаться я не стала и, прежде чем тварь сгенерировала очередной энергетический снаряд, скомандовала выход.

Вернулась моментально, меня сразу кинуло в пот. Здесь, в реальности, страхи чувствовались сильней. Всё-таки на полигоне меня искусственно успокаивают. А это значит, что мне нужно в реальности научится контролировать свои эмоции. Надо или самой разобраться, или под благим предлогом взять пару уроков у Сотникова.

Несмотря на позднее время, а верней ночное, пошла в душ, хотелось смыть с себя липкие следы страха, а заодно обдумать увиденное.

Это был урок безопасности, или меня в очередной раз окунули в мою никчёмность? Я возомнила себя непобедимой. Гуляла спокойно с боевой группой тварей. А выходит, что я никто. Стоит нарваться на ТАКОЕ, и я не выживу. Хоть стаю других монстров имей. Плюнет разок и всех буквально разорвёт, вкатает в землю.

Ещё одно. Как-то же эта тварь охотится, – у меня начали включаться мозги. И жертву не спасает расстояние. Значит, существую методы, скорей всего приманивания, зов какой-нибудь. А вот это страшно, я могу просто не понять, что иду в пасть этому чудовищу. И ей всё равно, кого жрать, заглотит меня в числе других тварей и даже не поймёт разницы.

Так, Настя, хватит нагнетать! – пресекла я развитие паники.

Значит, работаем на усиление защиты и заодно думаем, как можно обезвредить и такого противника. Что это возможно, я не сомневалась, должен найтись способ.

Тёплая вода и спокойное обдумывание ситуации, сделали своё дело – я успокоилась. Чтобы окончательно отвлечься, стала вспоминать прошлый день и предсказуемо мысли вышли на Михаила. Захлестнули фантазии, и чтобы как-то уснуть, пришлось себя успокаивать.

– Спокойной ночи, мальчик мой, – проворковала себе под нос и закрыла глаза.

Глава 14

Утром меня опять посетили мысли о той огромной твари. Что, если мне реально нужно её убить, и надзиратель полигона не отстанет от меня, пока я этого не сделаю? И самое страшное, что я не смогу противиться и, возможно, мне опять придётся умереть или вообще не раз умирать. Здесь я реальная пешка на огромной шахматной доске, в принципе, как и в этом мире. Иду себе по игровому полю, нет, пру напролом, обхожу все комбинации. Но сдаётся мне, что ходы отчасти мои, кто-то меня направляет. И что меня ждёт в конце, только Богу известно.

Что за мысли у меня в голове? Постоянно пробивает на фатальные рассуждения.

Надо прекратить думать о глобальном, а жить здесь и сейчас. Что я в данный момент и собираюсь делать. Меня ждёт Рокотов и Ахмет. Мастер составил вводную лекцию для студентов и, как мы договорились, принёс мне на одобрение.

Мужчины ждали меня в кабинете ректора, расположившись в креслах, и, видно, беседовали. Когда я вошла, встали со своих мест, чтобы поприветствовать меня. Всё-таки жаль, что в прошлом моём мире утратили манеры и мужчины перестали открыто проявлять уважение женщинам и тем более таким малолетним, как я.

– Доброе утро, Анастасия Павловна, – поприветствовал меня Юрий Андреевич и указал на свободное кресло у стола.

Ничего не нужно было пояснять, поэтому, когда я села, сразу открыла папку с записями.

Текст был набран на машинке, удивилась, неужели он с собой приволок? Хотя я об этом направлении развития мира ничего не знаю, может, здесь существуют портативные маленькие машинки. Неважно пока, – перешла к делу.

Читая текст, я не сразу поняла, что мне конкретно не нравится. Вроде лекция, но тема вызвала диссонанс в голове. И когда я вновь вернулась в самое начало, до меня дошло. Ахмет в лучших традициях своей прошлой жизни устроил пропаганду чужой идеологии, да ещё и с эзотерическим контекстом. У меня в голове это совсем не ассоциировалась с Тибетом.

Я взяла ручку из подставки и перечеркнула текст.

– Никакой чужой идеологии, никакой чужой культуры и тем более эзотерики. Только боевая подготовка магов, – я перелистнула и перечеркнула следующий лист.

– Но позвольте! Это очень важно! – возмутился мастер. – Без вводной в идеологию, как вы выразились, я не смогу донести главное!

– Главное, здесь определяю я! – сказала очень твёрдо. Мы в России, уважаемый Ахмед ибн-Хасан аль-Касими, и я приемлю только нашу культуру. Вы сами здесь выросли и должны понимать, в чём разница.

Мастер перевёл взгляд на Рокотова, тот сидел со спокойным лицом, но я видела фамильную хитринку в глазах, он знал, что примерно так и будет. Судя по взгляду, Ахмед не смирился и скорей всего захочет меня продавить. Надо высказать Сотникову претензии, прислал сюда какого-то сектанта.

– И прошу запомнить. Если вы осмелитесь идти против меня, то я закрою школу, на каком бы этапе развития она ни находилась. Это мой проект, и работать будет по моим правилам. Надеюсь, вы усвоили? – до прямых угроз я пока не собиралась доходить, но, если что случится, вылетит отсюда с волчьим билетом.

– Да, – ответил мастер. Даже его хвалёная выдержка дала сбой, он был в бешенстве, судя по взгляду.

– Можете идти. Даю вам три дня на подготовку теории, если не будет готово, начинаем сразу практики, – я ещё та стерва, но, в глазах Юрия Андреевича, я видела восхищение. Представила такой же взгляд на лице Миши и чуть не улыбнулась.

– Разрешите идти? – Ахмед встал и удалился.

– Ох, Анастасия Павловна, мне бы вашу способность вот так безапелляционно отстаивать свои взгляды, – Рокотов не удержался и рассмеялся. Благо нас не могли слышать, а то было бы как-то некрасиво.

Я в ответ тоже улыбнулась.

– Есть темы, которые меня сильно волнуют. Особенно те, что противоречат моим внутренним устоям. Нужно, чтобы в моё отсутствие кто-то за ним присматривал.

– Я прочёл вчера текст и сразу понял, что вам не понравится, мне тоже не понравилось. Не беспокойтесь, я связался с Петром Михайловичем, он пришлёт помощника, и он будет исполнять любые ваши указания и, естественно, выполнять надзорные функции. Но, что касается к самой ситуации, к сожалению, или скорей к удивлению, ваши доводы принимаются серьёзней, чем мои, – ректор опять рассмеялся.

– Потому что за мной стоите вы. Одна ничего бы не могла сделать, я всего лишь слабая девушка.

Мужчина довольно вздохнул и продолжил улыбаться.

– Жду не дождусь, когда смогу назвать тебя дочерью. Михаил поделился со мной твоим ответом. Я очень рад.

– Я буду с гордостью носить фамилию Рокотова, но пока я Юсупова и у меня к вам, уважаемый господин ректор, накопились рабочие вопросы…

Осчастливила мужчину и перешла к обсуждению накопившихся дел.

* * *

Через два дня мастер Ахмет предоставил мне теорию по боевым искусствам, не отягощённую его видением мира. В этот раз я ничего не вычёркивала. Надеюсь, он всё понял и расставил приоритеты.

Рокотов тоже утвердил текст. Этот вопрос утрясли, значит, завтра, наконец-то, приступим к занятиям. Хотя я уже сомневалась, что успею до практики хоть что-то изучить.

Меньше, чем через неделю уезжает четвёртый курс. Время летит. Ещё месяц и я тоже поеду в интересное путешествие. Честно сказать, я немного боялась увидеть Чёрные путы, ведь я знаю, что там внутри. Несмотря на то, что умею сражаться с теми тварями, с большинством из них, но соваться туда нет желания.

Меня всё ещё беспокоила та тварь. Но, слава Богу, когда я зашла вчера на полигон, опять оказалась в лесу. Видно, смотритель убедился, что я не готова или реально были просто смотрины. Но я всё равно должна быть готова её убить и уже продумывала шаги.

Капсула совсем не годилась, просто не смогу охватить такой огромный объект, хотя я не пробовала смыкать её на части объекта. Неожиданно поняла, что туплю страшно. Я же знаю, что капсулировать можно внутри организма и уже обдумывала способы лечения. Но тогда решила, что это опасно. Здесь данный метод то, что нужно, ведь любое «опасно» – это способ убить или хотя бы навредить твари. Настроение поползло вверх. Сегодня же и испробую.

Всё это я успела обдумать, пока спускалась на первый этаж и надевала пальто. Неожиданно меня окрикнула секретарь ректора, и пришлось вернуться.

Пётр Михайлович позвонил и сообщил, что ждёт меня завтра. Вот же нетерпеливый. Юрий Андреевич уже не возмущался, просто сказал, что решили перенести нашу учебную неделю с надзорниками и я уеду не на день, а на восемь, Сотников не захотел уступать намеченные сутки. Вот о чём я и говорю, кидают меня по доске, словно я шахматная фигура.

Огорчило то, что я не попрощаюсь с четвёртым курсом. Меня всё же продолжала беспокоить судьба Эрика, и когда я видела его последний раз, он был не в настроении и даже заметив меня, не улыбнулся, как обычно. А вообще, хватит с ним носиться – немаленький.

Веронику я тоже давно не видела. В то время, когда она ходит в спортзал, я не могла туда ходить, а специально искать не стала. Ладно, увидимся на практике, там будет возможность пообщаться.

Я знала, зачем так торопится Пётр Михайлович, он готов добыть стихию Земли, но у меня были плохие предчувствия… очень надеялась, что мои предположения не подтвердятся.

* * *

Утром, как всегда, ждала машина с молчаливым водителем, опять был другой. Или у Сотникова разыгралась паранойя, или он решил постоянно менять мне сопровождающего по каким-то своим соображениям. Ладно, не буду вникать, просто выпью кофе и вздремну, как обычно.

Когда я приехала, меня сразу проводили на полигон. Зачем Насте отдыхать после дороги, она же железная! Почему-то сегодня меня это взбесило, возможно, рассуждения последних дней виноваты, я всё больше зацикливаюсь на глобальных событиях и последствиях для себя.

Начальник управления был один, как всегда, строг и сосредоточен. Опять бледен, но вникать смысла нет, он сам целитель.

– Доброе утро, Анастасия Павловна! Сейчас приведут объект, с ни вы и будете работать. Задача прежняя…

Он говорил, а я слышала только бесцветность голоса. Казалось, что судьба человека, скрывающемся за определением «объект», его совсем не касается, главное – достичь цели.

Высказываться не было смысла, меня или проигнорируют или просто поставят на место, что может быть чревато и повлечёт за собой изменение отношений уже к моей личности.

Привели того мужчину, у которого на прошлой попытке обнаружила чёрную кровь. Конвой ушёл, а «объект» остался стоять безучастно.

– Он под воздействием рунной структуры, но выполнять функции сможет. Чтобы вы не так остро реагировали… – Сотников посмотрел мне в глаза, – хочу пояснить. Он преступник. И не в скрытии чёрной крови дело, это только отягчающее обстоятельство. С помощью вашей разработки нам удалось раскрыть ячейку, которая действовала в одном из подразделений. Этот человек всего лишь пешка, но всё равно не стоит его жалеть. Напоследок он послужит нашему делу и частично искупит вину.

Это напоследок резануло слух. Значит, бывший надзорник уже приговорён… Да, было тяжело понимать, что этот человек, по сути, уже мёртв, но кто я чтобы судить.

– Обещайте, что он не узнает своей участи, – слёзы уже накатились на глаза.

– Хорошо, – сказал «палач». – Приступайте.

Пришлось успокаивать себя даром, иначе не могла сосредоточиться.

Проговаривая команды, я боковым взглядом следила за Петром Михайловичем и неожиданно поняла, что тот заучивает то, что я делаю, да он и до этого вёл себя так же. И, скорей всего, уже пытался с «объектом» получить дар, но что-то не получалось, поэтому вызвали меня.

Приговорённый выполнил всё идеально, просто действия были чуть приторможёнными. Матрица дара замерцала, показывая правильность сбора, и мы сделали слепки.

Я молчала, и вроде опустила глаза от переживания. На самом деле следила за начальником управления, он явно что-то взвешивал. И даже знала что. Хочет заполучить матрицу чёрной крови. Цель не известна, но и здесь могу прикинуть несколько вариантов: он подозревает, что все дары могут дать симбиоз, а другой вариант, чтобы было в наличии, на всякий случай, если удастся легализовать носителей чёрной крови в обычном обществе. Хотя не исключаю, что есть и другие варианты, я же сужу только от своего видения ситуации.

Борьба в голове мужчины длилась несколько секунд и, засунув руку в карман брюк, он что-то взял, следом открылась дверь в зал полигона и зашёл конвой. Сигнальный артефакт, скорей всего.

Безучастного мужчину увели. Вместо обычной беседы, можно сказать, по душам, Пётр Михайлович затронул всё же щекотливую тему.

– Как вы думаете, Анастасия Павловна, существует ли симбиоз даров? – хорошо, что я давно была готова к этому вопросу.

– В броне, конечно, возможно. Но что касается матриц, я уже пыталась совмещать имеющиеся у меня – безрезультатно, – ой, врушка! Но я давно владею менталистом, поэтому не заподозрит. – Сомневаюсь, что с добавлением шестого что-то изменится.

– Я вам всецело доверяю, как никому, – мужчина пристально посмотрел на меня. – Да, я очень хочу провести эксперимент и попытаться сделать симбиоз из всех даров. Соблазн велик. И я рад, что, кроме вас, ни у кого не получается вытащить матрицу. Мне иногда кажется, что вы обладаете каким-то даром… не знаю, как объяснить. Он не относится к общепринятым магическим дарам, а именно способность проводить или воплощать особые, ключевые магические процессы. И без участия вас они не могут произойти. Вы великое сокровище, данное нам Богом в такие тяжёлые времена. Понимаю, что для вас это тяжёлый путь, и вы делаете всё от вас зависящее.

– Но…

– Скорее, и… прошу вас сделать невозможное и добиться симбиоза шести даров. Я не могу раскрыть вам полностью положение дел, но они плачевные по всем фронтам. На границе участились волны, верней нападения на гарнизоны. Твари стали настолько агрессивны, что выходят даже в периоды статичности Чёрных пут. Причины выяснить не получается. Юрий Андреевич даже решил не вести на границу второй курс, а для третьего отменены практические занятия в зоне отчуждения. Он не может рисковать неподготовленными студентами. Дела в тылу тоже серьёзные. Те события на ярмарках оказались только началом. По всему сектору прокатилась волна терактов. Было запрещено оповещать население через прессу и телевидение, но слухи всё равно расползаются, много свидетелей, – Сотников продолжал вываливать на меня страшные новости, о которых я совсем не слышала. Дома почти не бываю, а здесь практически ни с кем не общаюсь.

– Хорошо, я постараюсь сделать всё, что в моих силах, – я сразу задумалась. Возможно, у меня не получался симбиоз, потому что я неправильно делала запрос ключу? Или просто упускаю какую-то ключевую деталь.

– Спасибо, Анастасия Павловна. Работать вы будете здесь.

Упс, – такой засады я не предвидела.

Я осмотрела огромную консервную банку и вздохнула.

– Кресло, стол и стопку бумаги… А ещё термос с кофе, – перечислила необходимое.

– Сейчас всё организуем, – сказал Пётр Михайлович и направился на выход.

Доставили всё быстро, видно, готовы были к моему заточению. Молчаливые сотрудники поставили мебель, куда я указала, и удалились. Вернулся начальник и уточнил, что мне ещё необходимо.

– Обещайте, что за мной не будут следить.

– Обещаю. Будет полная блокировка. Я вам оставлю артефакт, и если что-то понадобиться, то просто нажмите сюда, – на стол лёг предмет, похожий на медальон, и даже короткая цепочка присутствовала.

Я кивнула. Но сто процентов доверять не буду, натура у меня такая, а верней я слишком много имею секретов, чтобы рисковать.

Сотников ушёл, а я налила кофе и, сделав глоток, задумалась. Если у меня получится сделать то, что просит начальник, то это будет ещё один прорыв, ведь в итоге у меня может получиться мой бывший дар – Созидатель. Он напорядок сильней отдельных даров и позволит генерировать энергию извне, а не ограничиваться внутренними ресурсами. Единственное, что мне непонятно, Пётр Михайлович решил не давать в общее пользование два последних дара, а новая матрица, при положительном исходе, не будет без них работать. Значит, у него задача усилить только своих людей.

Ладно, думать в этом направлении нет смысла, работать надо.

Отставила пустую кружку и, пододвинув бумагу, взяла ручку. С чего начнём? Жаль, что я не могу заглянуть на полигон и поэкспериментировать с запросами, может, и вышло что-нибудь. Рассмотрела бы готовую матрицу и имитировала несколько дней бурную деятельность, подгоняя результат – не впервой.

Но сейчас придётся всё ручками и мозгами, я не исключала обман или какие-то третьи силы. Вдруг кто-нибудь способен взломать защиту полигона и сейчас наблюдает за мной. Или Сотников настолько хитёр, что вообще может скрывать особые технологии и в этом самом артефакте скрыта видеокамера, записывающая мою работу. Ага, паранойя разыгралась. Не удивительно, с такой-то жизнью.

Всё, Настя, работать!

Как только сосредоточилась, то проснулся интерес. Достала матрицу Целителя и стала рассматривать, ища точки сопряжения. Проблема в том, что, зная строение даров, так как в своё время изучала их, я никогда не задумывалась о механике симбиоза. Даже никогда не доставала симбиотическую матрицу, надобности не было. Да никто у нас не доставал. Стала сомневаться, что это возможно, сейчас и не проверишь.