Текст книги "Приключения графини (СИ)"

Автор книги: Елена Пучкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

Глава 19. Библиотека

Перед сном я планировала наведаться в дворцовую библиотеку. Интересно было посмотреть, так ли она уникальна, как рассказывал отец. И если получится, узнать о маге-хранителе Павла Непредсказуемого.

Отец неохотно вспоминал про службу в Карплезире. Возможно, он знал мага, которого назначили охранять артефакты. Но кто он и что с ним стало мне неизвестно.

Старый дух черной книги был уверен, что артефакт забрал хранитель. Так же, как я была уверена в том, что его провели. Но может ли существовать вероятность, что маг-хранитель действительно сам лично забрал Морункэтль?

Библиотека радовала глаз. Просторное помещение с высокими потолками, светлой мебелью и большими окнами идеально подходило для чтения. Стены украшены растительным орнаментом бирюзового цвета на молочном фоне. Для удобства читающих стояли широкие столы и стулья со спинкой, уютные кресла и софы. Но особенно радовали, притягивая взор, ряды длинных стеллажей, заставленные книгами сверху до низу. Настоящее богатство.

На софе около окна с книжкой в руках сидела девушка в алом платье, подкрашенная, эффектно причесанная и надушенная. Девушка была не из простых, скорей всего дочка помещика или виконта. Увидев меня, она скривилась от недовольства. Переносить свой визит на следующий день я не собиралась. Если у неё намечалось свидание, то придется ей найти себе другой укромный уголок.

Настроение у меня было паршивым после перепалки с Дареном. Молча, я прошла мимо неё к стеллажам. Четырехаршинная деревянная лестница стояла поодаль.

Мамзель встала и, обмахиваясь веером, тоже подошла к стеллажам. При этом она пыталась донести до меня свое крайнее недовольство. Она резко выдыхала, цыкала, и весьма яростно обмахивалась веером, так что её челка взлетала надо лбом.

По правилам этикета мы должны быть представлены друг другу, прежде чем сможем общаться. Первой заговаривает та, что ниже статусом. То есть она.

Пока я изучала тематику собранных книг, девушка подошла достаточно близко, чтобы рассмотреть на мне ажурный медный пояс, украшенный сапфирами. Сапфиры имели право носить дворяне с титулом не ниже графского.

Недовольство дворянки буквально застряло у неё в горле вместе с воздухом. Она закашлялась, неуклюже поклонилась и покинула библиотеку.

Уроком будет. В следующий раз для свиданий пусть ищет более подходящее место.

Весь первый ряд стеллажей был забит разного рода любовными романами, сказками, балладами и мифами. Второй ряд содержал более серьезную литературу, в том числе научную. Вместо того, чтобы сосредоточиться на поиске хранителя, я не удержалась от соблазна заглянуть в лекарские учебники. Год издания стоял 5340. Совсем свежее издание. Может содержать нечто новое, чего я не изучала.

Устроившись за лакированным столом на мягком удобном стуле, я принялась пролистывать приглянувшиеся книги. В основном это были книги по лекарскому делу, биологии и три тома биографий известных людей империи. Тома с биографией я принесла для очистки совести. Ведь для начала я собиралась приятно провести время. Я любила читать. В более спокойные времена могла провести за книгой целый день.

Книги по лекарскому делу, к сожалению, содержали общие данные. Авторы книг еще раз подтвердили, что знания Вирганы отставали от достижений ученых и лекарей Мона. В столице Мона, Арении, десять лет назад были сделаны мировые открытия, связанные с кровообращением и строением внутренних органов человека. Профессор Мо Маниту тайком проводил вскрытие трупов, что и позволило ученому совершить прорыв в ли́карстве. Общественностью Мона инициатива ученого лекаря поначалу была воспринята негативно. Состоялся народный суд, где приверженцы всяческих религий обвиняли Мо Маниту в совершении смертного греха. Но на счастье ученого, нашлись лекари и ученые, которые выступили в защиту Маниту. В результате суд разрешил ученому дальнейшие изыскания.

Усердная работа профессора Маниту с группой ученых лекарей привела к другим открытиям. В стенах Невергейма, знаменитого лазарета и закрытой Школы лекарских наук, была изобретена анестезия. Около шести лет назад при участии химиков были изобретены шприц и капельница.

До губерний, далеких от Крашеня, анестезия и шприцы пока не дошли. Много лет строение внутренних органов человека, система кровообращения считались ересью. Лекаря за подобное мировоззрение могли заклеймить позором и лишить права лечить. Насколько я знаю, лишь пару лет назад при поддержке императора Николая Великодушного открытия Мона были узаконены. Столичный лазарет один из первых лечебных приказов[18]18
  Прикáзы – органы центрального управления в Вирганской империи, заведующие особым родом государственных дел или отдельными областями государства. Приказы назывались иначе палатами, избами и дворами


[Закрыть] ввел в практику шприцы, капельницы и анестезию. Лекарям пришлось кардинально пересмотреть свои знания и лечить по-другому.

Я отодвинула в сторону книгу по биологии. Знания, написанные от руки, были еще более отсталыми, чем в книгах по лекарскому делу.

В библиотеку вошел слуга в ливрее и принялся поджигать свечи в канделябрах, висящих на стенах, и стоящих на столах.

Тома с биографией известных людей империи были написаны мелким почерком. В начале каждого тома освещалась жизнедеятельность всех императоров и императриц Вирганы, далее шли их ближайшие родственники, которые могли наследовать трон в случае гибели семьи Мировичевских. Очередь возможных престолонаследников была очень длинная и ветвистая. К слову сказать, в одном из томов я наткнулась на описание собственной биографии, очень краткое. Мое место в очереди было тридцать восьмым, что умиляло.

Только в третьем томе я нашла информацию о служащих дворцов. Хранителем тайных сокровищ императора (именно так звучала должность) был Яков Краснов, маг III ступени, старший сын обедневшей дворянской семьи. Во время убийства Павла Непредсказуемого ему было двадцать девять лет. Чтобы в таком раннем возрасте получить такую должность, нужно быть амбициозным и иметь связи в дворцовых кругах. Ну, либо остаться последним магом из тех, что на виду. Это я про себя.

В книге указывалось, что Яков Краснов пользовался доверием старого императора. В описании также упоминается черный продолговатый кристалл с кровью императора, Огонис. Кристалл являлся магической вещью, близкой к предметам черной магии. Он защищал хранителя от духа, охраняющего артефакты. Хранитель с Огонисом на шее мог беспрепятственно забрать артефакт и уйти.

Вопрос: есть ли у Николая Огонис? Напрашивается ответ, что вряд ли. Либо он не знает его предназначение. Иначе, зачем было посылать меня и, главное, Дарена, его друга, в сокровищницу, если он знал, что без Огониса у нас могут быть серьезные проблемы с духом?

Книга была издана в 5335 году. Шесть лет назад. Дата смерти хранителя сокровищницы императора Павла не была указана. Значит, он жив и скрывается, либо участвует в заговоре и преступлении против человечества. Учитывая его амбициозную натуру, я бы поставила на второй вариант.

Сейчас Краснову около пятидесяти лет. Маг, к такому возрасту становится весьма опасным противником. Если он жив и здоров, то уже достиг уровня магистра.

Свечи на моем столе окончательно погасли, прогорев. Лакей так и не пришел их менять. Значит, уже за полночь.

Настроившись на внутреннее зрение, я разложила книги на стеллажи и отправилась в свои покои.

Престольный дворец спал. Внутреннее зрение позволяло видеть в темноте. Оно работало за счет накопленной маны и различало не отражение света от предметов, а отражение эмоций и частиц аур, оседающих и накапливающихся на всех вещах, где только бывают живые существа.

Я шла по тихим узким коридорам, прислушиваясь к звукам, доносившимся из комнат, балконов и ниш в стенах. Во дворец начали съезжаться приглашенные на бал гости. По сравнению с прошлыми балами, куда съезжалась вся Виргана, этот бал будет менее людным. Но и те дворяне, что жили в столице, жаждали примкнуть к придворным императора.

В одной из этих «шумных» комнат мужчины играли в карты и курили. В другой, откуда доносились стоны и вздохи, была тайная встреча влюбленных. С балкона доносился бархатистый женский смех. За постаментом с чучелом павлина обнималась парочка. Я хотела пройти незаметно. Но женщина, вырвалась из мужских объятий и повернулась в мою сторону. В коридоре было темно. Как она меня увидела, не знаю. Но все же увидев, она подняла такой визг, что от испуга я слегка взлетела и, ускоряя свой полет, свернула к лестнице.

Если бы это произошло днем, я бы просто побежала. Наверное. Ночью же мне гораздо легче летать. Я могу это делать почти неосознанно. Как и получилось сейчас.

Оказавшись на своем четвертом этаже, я еще слышала её визг и последовавший за ним топот и голоса.

Пока все собравшиеся на визг, пытались найти объяснение, а может, успокаивали впечатлительную женщину, я успела раздеться, одеть ночнушку и забраться в постель.

Где-то через двадцать минут ко мне в дверь постучали. Чего-то подобного я и ждала. Я подожгла свечу и вместе с подсвечником отправилась открывать.

Свечи в коридоре были подожжены, освещая стоящего рядом с моей дверью гвардейца.

– Графиня, извините за поздний визит…

– Вы правы, визит очень поздний! – я подкинула недовольства в голос. Мне еще не хватало разборок с императором.

– Герцогиня Вальтерштурская уверяет, что видела в коридоре ведьму, – произнес он очень неуверенно, особенно понизив голос на слове «ведьма».

– И Вы решили, что она видела меня? – я повысила голос. – Какое это имеет ко мне отношение?

– Извините, я понимаю, Вы уже спите…

– Да, я сплю. Герцогине видимо что-то показалось. И вообще, что она делала в это время в коридоре?

Гвардеец смутился. Уж не он ли тот мужчина, с кем герцогиня обнималась в нише? Я подавила смешок. Очень уж забавная складывалась ситуация.

– Еще раз извините. Как Вы думаете, могло ли это быть приведение в таком случае?

Я усмехнулась.

– А вот это могло быть. Дворец очень старый, – я выделила слово «очень».

Гвардеец удивился и немного испугался, но постарался скрыть недостойные офицера эмоции.

– Благодарю за разъяснения, графиня. Спокойной ночи!

Глава 20. Покушение

Утром ко мне заглянула Шура и передала настоятельную рекомендацию императора явиться на завтрак в Белую столовую. Белая столовая располагалась в Георгиевском дворце. И чтобы успеть вовремя, нужно было быстро одеваться и выходить.

Шура помогла мне одеть вчерашнее распашное платье. Хотя в его одевании не было ничего сложного, у Шуры застегивать пуговички на узких рукавах киртла, управляться с бранденбурами верхнего платья выходило гораздо ловчее. К моей светлой коже и темным волосам шел цвет и фасон. На этот раз я буду выглядеть в глазах общества так, как подобает женщине. Но только женщине-магу, а не закованной в корсет жертве моды.

Прическу делать было некогда. Я попросила Шуру заплести мне косу. Шура оказалась мастерицей и сотворила настоящую красоту из моих непослушных густых волос, вплетя в косу алиссум, цветы с крошечными белыми бутонами. Получилась объемная прическа, изящная и нежная.

Я пришла в столовую перед самым приходом императора и принцессы. Длинный стол, накрытый белой скатертью, и заставленный блюдами, был заполнен придворными.

Меня встретили настороженно. С выраженным неодобрением, как моим опозданием, так и внешним видом.

Придворные были одеты богато, вычурно и неестественно. Талии многих дам были перетянуты корсетами. Мужчины были сплошь в расшитых золотом камзолах, в кипенно-белых рубашках с жабо и многоярусным кружевом на манжетах. Большинство женщин и мужчин сидели в белых париках и с напудренными лицами. Женские лица дополнительно «украшали» красные губы бантиком, добавляя кукольности.

Страсть к пудре, помаде, а также новомодным косметическим средствам, целью создания которых было сделать женщин привлекательнее и моложе, приносила прямо противоположные результаты. Многие светские дамы в тридцать лет выглядели, как старухи. Кожа их имела желтоватый оттенок, старела раньше времени, и даже покрывалась красными пятнами. Чтобы скрыть следы старости прибегали вновь и вновь к косметике.

Дарен так и не появился. Император, сев за стол, наградил меня оценивающим взглядом. По его лицу трудно было прочитать, что он думает. Он научился отлично маскировать свои эмоции и мысли. Придворным он показывал часто прямо противоположные чувства. С чем связана его скрытность, пока трудно было судить, да и не было желания копаться.

Перед тем как приступить к еде, поп прочитал короткую молитву. Вознеся хвалу Создателю и трем ближайшим его помощникам, и пожелав здоровья и благоденствия императорской семье, он сел за стол.

Сидящий напротив меня граф без конца таращился на мой амулет, который выглядывал из-под нижнего платья. Две дамы по правую руку от него пристально разглядывали меня и шепотом обменивались замечаниями. Мне не нужно было прислушиваться, чтобы знать, о чем они шептались. Высокородным дамам положено быть в теле – это раз. Ведь полнота это признак достатка. Имея приличный счет в банке, крепостных и землю, мне надлежало всем этим пользоваться – это два. Одеваться более нарядно, с размахом, носить драгоценности – это три.

Жить в лесу, перебиваясь с хлеба на воду, вдали от благ своего положения это огромное чудачество. Только не им меня судить. Они дальше своего носа не видят, их интересы замкнуты на богатые тряпки, дорогие цацки и связи. Цель их жизни хвастнуть вышеназванным и посплетничать. Чем здесь гордиться? Выказывать свое мнение моим образом жизни с их стороны – глупость и чванство.

Герцогиня Вальтерштурская, упитанная, симпатичная женщина, чуть старше меня, жаловалась, что Престольный дворец кишит привидениями. Симпатичной она мне показалась, потому что была без парика и с естественным румянцем на розовом пышущем здоровьем лице. На вопрос, что она так поздно делала в коридоре, она ответила, что ей не спалось, и она дышала воздухом.

– Теперь у нас есть маг, герцогиня. Она позаботиться обо всех привидениях Престольного дворца, – сказал император.

Сказано было в настолько пафосной высокомерной манере, что я чуть не рассмеялась.

После завтрака мне пришлось обойти все коридоры и нежилые комнаты Престольного дворца, разгоняя приведений. В качестве изгоняющего средства мною использовалась свеча и палочка ладана. Очень вонючая штука. И в данном применении бесполезная.

На первом этаже я действительно увидела душу. После смерти старого лакея, душа застряла в этом мире по известной ей одной причине. После смерти прошло две недели. Я открыла воронку-портал и отправила душу в астрал, куда она должна была уйти сама.

Можно сказать, на совесть выполнив порученную мне работу по изгнанию всех приведений дворца, я отправилась на свежий воздух. После едкого дыма от ладана прогулка мне была жизненно необходима. Нужно было подышать кислородом и подумать.

Совсем скоро должен состояться бал, на котором император официально назначит меня на должность придворного мага. Для империи, в которой больше десяти лет уничтожали людей с Даром, это значимое событие. Поворотная веха.

Хотя если принять во внимание, в связи с какими событиями стал возможен этот поворот, напрашивается вывод об отчаянном положении Вирганы. Или даже катастрофическом.

Не знаю, какую роль мне отводит император в борьбе с катастрофой. Один маг, даже пусть я стихийник-универсал, при всем желании не сможет исправить ситуацию. Если только усугубить. Усугублять мне не хотелось.

С тренировочного поля, которое было за казармой, доносились крики и звуки, которые обычно сопровождают тренировку солдат. То и дело слышались команды и вслед за ними слаженный гул голосов.

Чем ближе я подходила к казарме, тем звуки становились громче.

Став под крону одной из лип, которые были посажены вокруг корпуса казармы, я решила понаблюдать за происходящим на тренировочном поле. До поля было рукой подать.

Дарен вместе с Максом, а так же фельдфебелем Кручевым и подпоручиком Жигунцовым тренировали по отделению гвардейцев. Судя по всему, они отрабатывали тактику обороны. В левой руке солдаты держали по железному круглому щиту.

Я была далека от военного дела. Но если представить, что на отделение Дарена нападает ящер, то выстроенная им оборона была довольно эффективной. Солдаты собирались вместе, опускались на одно колено и закрывались со всех сторон щитами. Оставались крупные дыры между щитами. Вот если круглые щиты заменить на прямоугольные, будет гораздо лучше. Но это, думаю, Дарен и без меня знает.

Словно услышав мои мысли, он обернулся. Некогда белая рубашка его выгрязнилась и пропиталась потом. Светлые волосы спутались. Жесткое решительное выражение лица слегка смягчилось.

Я хотела помахать ему. Но передумала. Взгляд, который он бросил на меня, спрашивающий, почему я болтаюсь тут без дела, отбил этот порыв.

Действительно, зачем я сюда пришла? Прогулка затянулась. Пора возвращаться во дворец. Тем более что после обеда была назначена примерка готовых платьев для бала.

Как сказала мне придворная камеристка, выбрать достойное платье за три дня нереально. Но все же подобрала несколько нарядов и прислала старшую горничную с помощницей для примерки.

Платье из коричневого атласа с кружевами цвета топленого молока оказалось длинным и свободным в лифе. Я, было, хотела плюнуть на этот факт и отдать на ушивку, но передумала. Замучают с примерками.

На кровати осталось три платья, из которых два мне уже не нравятся. Третье меня устраивает ровно настолько, насколько вообще может устраивать удушающий корсет и длинная юбка до пят.

Меня обслуживали старшая горничная и её племянница.

– Госпожа, как же трудно с Вами – всего четыре платья подобрали! Если б Вы видели, каких прелестных нарядов лишились! Как бы чудесно они смотрелись на Вас! – сказала Апраксинья Августовна. Её призванием было находить общий язык даже с молчунами и затворниками. Она не говорила, а щебетала.

– Вы мне льстите.

– С вашей фигуркой Вы могли бы стать звездой бала! Милая моя, Вы прелестны, очаровательны. Вам нужно обязательно носить пышные юбки! Почему Вы носите эти ужасные штаны и рубашки? Кошмар!

Я попыталась стереть с лица недовольное выражение, отразившееся в овальном зеркале на стене. Я вроде как исправилась. На мне теперь исключительно платья. Но мои появления в исконно мужском костюме запомнили все и надолго.

Помощница взяла с кровати черное, отделанное изысканными тончайшими кружевами платье. Я забралась в юбку, потом еще в одну. И только потом на меня натянули верхнее.

– Машенька – очень приветливая девушка – трудолюбивая, скромная, вы можете на нее во всем положиться. Голубка, подойди поближе.

– Держи за лиф, а я буду шнуровать, – старшая горничная раздавала команды, ловко продевая кожаный шнурок в металлические петли корсета.

– Не сходится! Как жаль. Корсет маловат.

Моя грудь грозила полностью вывалиться из тугого корсета. Трудно стало вздохнуть – похоже, и впрямь маловат. На кого его шили? На девочку – подростка?

– Не расстраивайтесь, госпожа, еще два варианта в запасе. В любом случае можно будет спуститься в гардеробную и выбрать другое платье…

– Нет, еще одного похода в гардероб я не выдержу!

Она почти поддалась жалости, но потом, вспомнив свои обязанности, неодобрительно покачала головой. Если я буду одета неподобающим образом, первой на орехи получит моя прислуга.

– Ой, графиня, и прекрасно, что не подошло. Оно же Вам не идет совсем. Сразу видно: и цвет не ваш и фасон, его только на похороны одевать.

Дверь распахнулась, словно вошедший хотел застать всех присутствующих врасплох. Стоящий на пороге Дарен замялся, увидев посторонних, но потом вспомнил, что пришел в гости ко мне, и, наконец, вошел.

– На бал собираешься? – спросил он, нет, обвинил меня. Как будто на развлечение я собралась. В прошлый раз мы расстались с ним, разругавшись. И сейчас он хочет снова продолжить?!

Апраксинья Августовна всплеснула руками от такой бесстыжей невоспитанности.

Упёрла руки в бока и загородила меня своим телом.

– Молодой человек, как Вам не стыдно входить в дамские покои без стука? Да к тому же, когда она переодевается?!

Дарен посмотрел на меня, обглядел от мысков до макушки, остался чем-то недоволен.

– У меня срочное дело. Мне нужно поговорить. Прямо сейчас, – сказал Дарен с нажимом.

– Какая неслыханная дерзость! – Апраксинья Августовна сдаваться не собиралась. И я была с ней малость солидарна. Были бы это покои другой девушки, он войти бы не посмел.

Дарен подошел поближе к кровати, окинул взглядом платья и выбрал темно-зеленое.

– Я помогу одеть этот ужас из кружев. Только пускай твои защитницы уйдут куда-нибудь погулять.

Лицо старшей горничной пошло пятнами.

– Извините его, Апраксинья, он не в себе. К тому же солдат. А они не приучены к манерам. Оставьте нас, пожалуйста.

Апраксинья Августовна, послав мне долгий, осуждающий и вместе с тем полный надежды взгляд, направилась к двери. Так и не дождавшись, что я передумаю, удалилась вместе с племянницей.

– Повернись, – Дарен принялся не менее ловко, чем служанка, расшнуровывать мой корсет. С объяснениями он не торопился, и я подумала, что и вовсе их не дождусь. Может, выгнать его?

Он стряхнул с меня все платья, оставив в хлопковой сорочке на тонких лямках.

– Меня пытались убить. Только что, – Дарен опустился на кровать, наблюдая снизу за моей реакцией.

– Как это случилось? – я села рядом. Мне захотелось его обнять, утешить. Только не надо забывать, он не маленький. За утешением пошел бы не ко мне. А вот за советом…

– Угадай.

– Отравленная еда?

Он кивнул, всё так же всматриваясь в моё лицо. Этот настороженный, выжидающий взгляд сопровождал его с того момента как он ворвался в мои покои. Чего же ты хочешь, Дарен?

Я положила ладонь на его ухо, так чтобы большой палец касался виска, и поймала его взгляд. Его зрачки расширились, пульс стал отчетливей и пугливей.

– Все, что окружает отравление, – приказала я.

Перед моим внутренним взором открылось скорое будущее Дарена. В зеленом сумраке его будущего плескалась красная тень смерти, рядом колыхались алые, черные, ядовито-желтые сгустки выгоды и интересов влиятельных людей. Интересов, которые трудно разрушить. Тут нужен ритуал, либо смерть. Ритуал создания второй ауры помог бы «закрыть» Дарена от убийц. Вторая аура выплетается поверх имеющейся и закрывает от магических атак. Но от нападения убийц она мало защитит.

Я закрыла глаза, тем более что в зрительном контакте отпала надобность. Иногда получается сбить след. Отвлечь роковую волю от объекта. В глубине зеленого сумрака красная тень Дарена разделилась на две: одна гораздо меньше первой, вторая – больше. Две тени будут следовать за Дареном. В момент покушения большая тень должна оторваться и утянуть за собой летальный исход. Отрываясь от носителя, тень может случайно присоединиться к неудачнику или случайной жертве. Такое бывает. Ничего с этим не поделаешь.

Я распласталась на кровати, тяжело дыша. Голова кружилась и к горлу подкатывала тошнота. От злости и отчаяния я сжимала кулаки. Я не должна вмешиваться в судьбу. Но я не могла не вмешаться. Это темная магия. Иметь с ней дело не стоит. Она очень быстро порабощает, размывая внутренние границы дозволенного.

Именно вседозволенности я всегда пыталась избежать. Потому и выбрала целительство. Хотя могла заниматься чем угодно, ведь все четыре стихии мне подвластны.

– Ну что?

Дарен склонился надо мной. Не терпится ему. А то, что я, может, совсем не хочу заниматься такими вещами, в расчет он не берет. Вынь, да положи.

– Ты перешел дорогу кому-то влиятельному. Будут пытаться еще. Исход пока не ясен. Зависит от многих людей и их поступков. Но удача, хотя нет скорее что-то неизбежное, вроде стихии, будет на твоей стороне.

– Ты будешь на моей стороне, – сказал Дарен тихо.

Его взгляд изучал мое лицо, волосы, шею. Ниже он опустить глаза не решился. И вернулся вновь к лицу.

– Моя овчарка умерла сегодня вместо меня.

Он полулежал надо мной. Я заметила искру, которая вспыхнула в его взгляде, когда он захотел увидеть мое тело в тонкой сорочке. Он просто запретил себе и теперь висел надо мной камнем.

– Кто заинтересован в твоей смерти? – я встала с кровати, тем более мне хотелось пить. Стакан воды немного привел в чувство и охладил.

– Многие. Только немногие попытались бы осуществить задуманное.

– И? Сам ты что думаешь?

Заведя руки на затылок, Дарен лег на кровать.

– Есть пара людей, которых надо проверить. Загляну в «Княгиню».

– Подробностями поделиться не хочешь? – я уперла руки в бока.

Он растерялся и наградил меня удивлением. Мол, зачем тебе это?

– Я тебе кто? Безгласная отвечалка? Или ты думаешь, я всем отсрочиваю смерть?

Он снова не понимал меня. И опять удивлялся.

– Убирайся!

Он медленно поднялся, и хотел было последовать совету.

– Я не хотел тебя обидеть. Что ты хочешь?

– Угадай.

– Верна, – он произнес мое имя с укоризной.

– В следующий раз даже не надейся на меня.

– Нет, так не пойдет. Я имею ввиду, не уберусь я никуда! Тебе еще платье мерить. Давай, забирайся в него.

Вот он снова распоряжается. Я скрестила руки на груди, и не думая двинуться с места.

– Хочешь подробностей? Хорошо. Расскажу. Одевайся и поворачивайся. Ну?

Я залезла в пышные юбки, натянула на грудь корсет и повернулась к нему спиной.

– В «Княгине» бывает один ублюдок. Наемник. Он много знает, и я хочу с ним перемолвиться парой слов.

– Я пойду с тобой.

– Куда?

– Сам сказал. В «Княгиню».

– Ты хоть знаешь ЧТО это за место?

– Ты мне расскажешь.

– Хорошо. Если ты так хочешь. Только потом без претензий. Я складываю с себя всю ответственность за то, что ты там увидишь или услышишь.

– Знакомые слова.

– А то.

Я усмехнулась.

Платье село идеально, словно на меня шили. Темно-зеленый атлас облегал фигуру. Нежные кружева шли по линии декольте, подчеркивая пышность груди. Отлично. Можно сказать, я отделалась малой кровью.

Перед тем как Дарен ушел, я спросила:

– Ты получил мою записку?

Он повернулся ко мне, держась за ручку приоткрытой двери.

– Записку? – он нахмурился, делая вид, что вспоминает, при этом имея такой вид, что я отвлекаю его по пустякам.

– Записку. Да. Шура сказала, что вручила тебе лично в руки.

После прогулки я озаботилась написать Дарену записку с просьбой решить вопрос с моим счетом в Дворянском банке. Понимаю, что выдавать мне крупную сумму не в интересах императора, но придется.

– Зачем тебе деньги?

Настороженность и подозрительность в его голосе мне крайне не понравилась. Я снова уперла руки в бока.

– Я что для тебя мало сделала? Почему я не заслужила доверия? И почему я должна выпрашивать деньги, которые необходимы мне? – я постаралась скрыть злость, но мне плохо удалось это.

Он опешил от моего тона.

Нет, я могла бы просто попросить и объяснить по-хорошему. Ведь я действительно не собираюсь никуда сбегать. Дарен бы дал согласие и долго тянул с разрешением. Но дело в том, что золото мне нужно уже сейчас.

– Император дал указание секретарю. Завтра сможешь снять, сколько решишь нужным. Ты довольна? – его голос был тих. Говорил он сухо и безэмоционально, так чтобы посильнее меня задеть. И ему это почти удалось.

– Довольна, – ответила я.

Одарив неприязненным взглядом, он ушел. Если он думал, что я расстроюсь, то сильно ошибся.