Текст книги "Понять, простить, полюбить (СИ)"

Автор книги: Елена Милютина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)

– Херриэт! – начал разговор князь, – похоже, нам предстоит совершить подвиг, что бы двое молодых, прошу прощения за прямоту, идиотов, смогли разобраться со своими чувствами. Один считает, что его Предназначенная ненавидит его за гибель родителей, помогает ему только из чувства врачебного долга, и если согласится на ритуал, то только из жалости к обреченному на смерть, а потом всю жизнь будет страдать с ним. Поэтому не предлагает девушке ничего. Другая считает, что так ему противна, что он предпочитает смерть ритуалу с ней, а сама предложить себя не решается, боясь получить отказ, презрение и вызвать подозрение, что она «навязывается» человеку, которому глубоко неприятна. Пользуется его безвыходным положением. Что будем делать?

Херриэт поднесла чашку с отваром трав к губам, выпила глоток, поставили на блюдце и сказала задумчиво:

– Ты знаешь о том, что он не просто так взял на работу совершенно ненужную ему секретаршу?

– Не понимаю!

– Ярвид, твой внук уже не тот мальчик, который с восторгом смотрел тебе в рот и слушался каждого движения твоего пальца! Он вполне самостоятельно планирует и претворяет в жизнь свои планы. И он не железный, жить ему, как всем нормальным людям, хочется. Так вот, что Лина его Предназначенная, он понял еще в тот день, когда отдал приказ повесить ее отца и мать. Но он не стал пытаться завоевать ее в такой неподходящий момент. Приказ был отдан и исполнен, а коснулся ее он уже после, когда ничего не вернешь. Но он отдал приказ своим людям следить за девушкой. Более того, то, что она нашла в тайнике матери сумму, достаточную для оплаты своей учебы, а так же брата и сестры, его заслуга. Потом ему стало не до нее. Он сидел в тюремном замке, ждал приговора отца, но его верные люди продолжали следить за Мейлиной. И, как раз, когда отец его выпустил, ему сообщили, что девушка ищет работу, что бы оплатить дальнейшую учебу. И тут же заказ на секретаршу. Кто-то из доверенных мальчишек подсказал этому шпиону инквизиции Оттобрюку, что из дочери повешенного викария выйдет идеальная мстительница, и пожалуйста, Мейлина в его доме. Только вместо того, что бы шпионить, она узнает причину его мести, прощает, более того, влюбляется в своего прошлого врага. Но тут идиллия заканчивается. Арри уверен, что помогает она ему чисто из жалости, а в душе ненавидит, Лина – боится показаться навязчивой и пользующейся его безвыходным положением. Она говорила мне о твоем предложении принять участие в отборе, как она называет смотрины.

– И что, она согласна?

– Да. Я надеюсь, что она выиграет этот смотр не узнанной. А вот что делать дальше?

– Дальше я воззову к совести и долгу Арриана. Чудо свершилось, у него появилась еще одна предназначенная. Его долг – стать наследником княжества, не дать пропасть миллионам его жителей, которых без магии князя просто втопчут в землю соседи, давно зарящиеся на наши богатства. Я, конечно, дам ему время на поиски упущенной им Лины, но он ее, как понимаешь, не найдет и будет вынужден пройти ритуал со второй Предназначенной! А после пусть разбираются сами кто кого любит, кто ненавидит, без нас!

– Если только один их них вновь не выкинет что-нибудь, что не укладывается в твои распланированные рамки. Вроде этого похода мстителей, или рвотного корня в коктейле!

– Надеюсь уследить!

– Надейся! «Надежды юношей питают, отраду старцам подают»* А в целом план вполне осуществимый. Давай действовать.

– Только их надо разъединить сейчас и не давать встречаться. Пусть Арри поголодает немного, и вероятность прорыва магии без посвящения заодно снизится. Он после каждого контакта с ней по грани ходит! У меня уже сил не хватает гасить его магию, он все же намного сильнее меня!

– Тогда действуем по плану! Я увезу Мейлину завтра, все подготовим, и на смотре она появится под именем моей племянницы, Валерты Хейжвуд. А ты увози Арриана.

Парафраз Глеба Глинки из оды М. Ломоносова.

Глава 13

Мейлина

На следующий день рано утром Херриэт увлекла Мейлину за покупками всего необходимого для ее преображения. Сначала долго уговаривали мадам Дидор сшить корсет, делающий фигуру более толстой. Однако большая сумма и обещание рассказать в будущем, зачем это необходимо, сломили сопротивление портнихи. В новом корсете грудь, под которую была подложен хлопок, стала казаться больше и аппетитно вылезала из декольте нового платья, впрочем, довольно скромного. Талии вообще не было видно, и, вместо тонкой, как тростиночка Лины появилась невысокая пышечка, так как рост стал казаться ниже из-за туфель без каблуков. Платья по новой фигуре заказали, их обещали доставить послезавтра. Довершил преображение парик из черных волос, который подбирали в постижерной мастерской особо тщательно, так, что бы он плотно сел не только на голову, но и на обкрученные вокруг головы собственные волосы, обрезать которые было нельзя. Форма головы тоже изменилась, а лоб стал ниже. Довершили картину магические линзы, делающие глаза карими. Такие предметы считались косметическими приспособлениями и не препятствовали отбору, в отличие от магических иллюзий.

Так что после всех преображений узнать Мейлину было невозможно. Место звонкой, тонкой девушки – блондинки заняла приземистая, пышногрудая, широкобедрая толстушка – брюнетка. Узколобая, с непропорционально большой головой с копной черных волос. Выезжать решили сразу же после доставки платьев и аксессуаров к ним. Лина решила не примерять готовые одежды, решив, что небольшие погрешности в посадке по фигуре только подчеркнут некоторую нелепость кандидатки. Так что завтрашний день решили отдыхать. Херриэт предупредила Лину, что теперь ее будут звать именем ее племянницы, Валерты Хейжвуд. Завтра весь день она будет звать ее только так, что бы та привыкла. К вечеру стала ужасно чесаться голова под париком, Лина ужаснулась, что ей придется носить его больше месяца. Херриэт успокоила ее, что с ними поедет верная Кира, посвященная в тайну преображения Лины, она и будет помогать хозяйке мыть голову и делать на парике разные прически, соблюдая строжайшую секретность и не подпуская к ней никого чужого. А надевать маскарад сейчас нет смысла. По дороге они заедут в монастырь, где ее племянница готовится к постригу в монахини, вот оттуда она выйдет уже преображенная, что бы сопровождающие экипаж гвардейцы князя приняли ее за другого человека. А Лина якобы останется в монастыре, учиться у пожилой лекарки, травницы, известной на всю страну.

Платья доставили вовремя, погрузили в багажную карету. Можно было ехать, но отъезд задержал неожиданный визит Симона, брата Мейлины. Он явился неожиданно, пришлось переговорить, тем более, она уезжала на несколько месяцев, нехорошо было не проститься!

Брат был настроен воинственно. Сразу напомнил сестре, что он единственный мужчина в доме, чем неожиданно резко настроил ее против себя.

– И что ты, единственный мужчина, хочешь мне сказать?– так же воинственно спросила Лина неприятным голосом.

– Я хочу услышать объяснения, сестра, почему ты согласилась работать на убийцу наших родителей? Нет, я понял бы это, если бы ты приняла это предложение с целью отомстить, и стала бы, как договаривался с тобой мистер Оттобрюк снабжать его сведениями, но ты отказалась! Объясни мне свое поведение!

– Значит, дорогой брат, ты не понимаешь, почему я пошла работать к этому человеку? А какими деньгами была оплачена твоя учеба на весь срок обучения в семинарии? А учеба Мэв? Ты этим не интересовался? Так вот, ваши занятия оплачены в долг, а я его отрабатываю. Никто не предложил мне лучших условий. Ты бы предпочел, что бы я приняла предложение старого развратника, от которого уже сбежала третья девушка, даже не дождавшись заработка? Или уехала в дальний угол страны, не имея возможности учиться самой, подтирать грязь и мыть зады у кучи шавок одной престарелой леди? И все это за гроши! Если уж ты вообразил себя мужчиной, то почему бы тебе не подумать об оплате учебы самому? Тогда бы твои упреки я бы еще выслушала. Не стыдно?

– Но почему ты отказалась сотрудничать со Стивеном?

– Ах вот откуда все эти упреки! Твоему драгоценному Стивену не следовало лгать о великой милости со стороны его конторы оплатить вашу учебу, когда это было уже прописано в трудовом соглашении, и он об этом хорошо знал. А так же не считать попытки тискать меня и лезть под юбку, пока никто не видит, приятным дополнением к нашему соглашению. Не знал?

– Он, он говорил наоборот, что твой шеф приглашает тебя в театры, оплачивает дорогущие туалеты, что я должен думать?

– О том, что твоя сестра честная женщина. А не лить на меня ушаты грязи. Если я пошла в театр по приказу человека, платящего мне зарплату, значит, это ему надо было. А если у меня билет в ложу «Б», и нет денег на соответствующий туалет, то он и оплатил его, так как это был его приказ. А вовсе не желание доставить мне удовольствие. Хватит, Симон. Я не хочу с тобой ругаться перед отъездом.

– Ты уезжаешь⁇ С ним⁇

– Я еду в княжество Маунтвинд. С леди Херриэт Нуаре, помогать ей устраивать отбор невест для моего шефа. Отказаться не могу, на мне долг. И, кроме того, что бы ты успокоился, в традициях княжества вступать в брак девственниками, как невесте, так и жениху, поэтому моя работа здесь наиболее безопасна из всех. Тебе ясно? Так что давай прощаться, иначе мы не успеем доехать засветло до намеченного места ночлега. До свидания, брат. Присмотри за Мэв, что бы училась и не гуляла, а я как-нибудь сама свои проблемы решу!

Она обняла брата, и, не слушая его запоздалых извинений, выпроводила его вон. Херриэт уже ждала ее в карете. Мейлина уселась, карета тронулась. Путешествие началось.

Арриан.

Ее голос, спрашивающий деда, что делать, ее руки на спине, нежно касающиеся крыльев, которые с каждым ее прикосновением он чувствовал все лучше и лучше. И невозможность сделать шаг навстречу, сгрести девушку в охапку, и целовать, целовать, пока у обоих не кончатся силы. Да, только целовать, потому что пойти дальше можно только на алтаре Ветра в княжестве. Только так он примет всю силу своей магии, свои крылья и станет Князем – винглордом, тем, кем он был рожден. Господи, с этой пыткой не сравняться ни раскаленное железо, ни двадцать лет жизни с постоянной болью в груди, которую он пытался заглушить тренировками и медитацией. Да, он избавился от пожизненного ношения корсета, тренированные мышцы держали не хуже, но от своей природы, от своей судьбы не уйдешь. А для благоприятного исхода ему нужна эта девочка, искренне его ненавидящая, причем заслуженно. Интересно, если бы он почувствовал в ней Предназначенную до рокового приказа, отдал бы он его? Скорее всего, отдал. Об отце. Пепел матери, вместе с обгорелым остатком черного пера, который он хранил у себя в специальном ларце, а кусочек того пера – под портретом матери в медальоне на груди, не дали бы его природе мстителя поступить иначе. Но он пощадил бы ее мать. Брат вернул медальон, как только он вышел из Тюремного замка. Не взять было нельзя. И теперь он жег чувством невыполненного долга, не доведенной до конца мести. Именно этот долг не позволит его магии уничтожить его, а превратит в чудовище, не имеющего других чувств, кроме ненависти, других целей, кроме исполнения МЕСТИ. Причем, жертвами падут все, хотя бы косвенно причастные к трагедии. И отец, и дед, и остатки семьи этой девочки, Мейлины. Кроме нее. Потому, что именно ее он не сможет убить. Именно она может уничтожить монстра, в которого он превратиться. А если успеть довести месть до конца, раньше, чем проснется магия? Всего-то убить двух и так дышащих на ладан стариков! Просто прийти и убить. Уже имеющихся сил хватит, что бы пройти в их обиталище, или приблизиться к ним, когда они опять будут наслаждаться зрелищем очередной расправы с инакомыслящими. Интересно, сочтет ли тогда магия долг мести выполненным и просто, без затей, убьет его, как слабака?

Ночь, все спят, только ему не до отдыха. Один роковой приказ и жизнь, можно сказать, кончена. Нет, викарий, равнодушно подписавший приговор совершенно неведомой ему женщине, подписавший даже не пролистав, не посмотрев, кому он вынесен, явно заслуживал смерти. Как и все остальные. Он не вынес ни одного приговора не виновным, кроме жены, вступившейся за мужа. Матери его Предназначенной. И теперь должен принять свою кару за этот поступок. Да, единственный, за который ему стыдно. Не за сожженных на ими же приготовленном для других костре иерархов Церкви, и других ее служителей, вынесших неправедный приговор. Своей смертью они спасли многих, осужденных ими же на казнь. Только на том костре должны были сгореть несколько десятков чьих-то отцов, матерей, братьев, сестер, детей, виновных только в том, что вовремя не осенили себя знаком, или в чем-то помешали доносителям, или кому-то потребовалось их имущество. Во время того костра его соратники освободили всех заключенных по приказу инквизиции, все они, и их семьи сбежали и нашли приют в предгорьях, куда инквизиторы боялись сунуть нос. Крылатые стражи княжества уничтожали их безо всякой пощады, поднимая вверх и сбрасывая в дальнее, глубокое ущелье. По приказу деда. Все, хватит рефлектировать. Что сделано, то сделано. Надо нести свое наказание за неправильные, непродуманные поступки. И то, что в тот роковой вечер боль в груди почти лишила его разума, его не оправдывает. Теперь он понимает, почему так болело. Крылья отреагировали на близость Мейлины. Зашевелились. Оттуда и боль. А пострадала ее мать. В душе шевельнулась надежда. Может, поговорить с девушкой, открыто, ничего не скрывая. Ведь она помогала ему, когда крылья прорывались наружу, спасла. Господи, Арр, ты дурак! Погрузился в черные мысли, не видишь ничего дальше своего носа! Она же прямо сказала, что, узнав твою историю, считает, что ты имел право на месть! Всем, даже своему отцу, а мать просто попала под разборки. Прямо так и сказала. А ты, полностью погрузился в жалость сам к себе, припустил все мимо ушей! Она же прямым текстом предложила пройти ритуал! С ней! А ты не обратил внимания, пропустил мимо ушей. Дурак! Круглый дурак. Теперь Лина думает, что это он не хочет быть с ней ближе! Надо срочно переговорить с ней! Прямо сейчас! И тут часы пробили четыре раза. Действительно, дурак. Кто в четыре утра врывается к девушке для признаний. В лучшем случае его не пустят, в худшем – он получит туфлей, или тем, что попадется под руку прямо по лбу, заслуженно. Надо дождаться утра, и чинно, спокойно попросить поговорить откровенно. Только так. Он вновь улегся в кровать. Если бы он знал, как потом он будет жалеть об этом решении! Успокоенный найденным выходом Арриан ждал утра, но переутомленный организм принял свое решение и спокойно заснул.

Проснулся уже около одиннадцати. Мейлина и Херриэт уехали по делам. Дед настаивал на отъезде в княжество немедленно. Возражения и просьбы не принимались. В конце концов, князь применил свою силу, просто втолкнул его в карету и велел трогать. Возражать князю, повелителю, подкрепившему приказ импульсом силы, не прошедший посвящения винглорд не мог. Пришлось подчиниться. Вечером, измученный ездой в тряской карете, внук запросил об остановке. Не до конца зажившие карманы с крыльями нудно болели. Конечно, эта боль не шла в сравнение с прошлой, но выматывала. Дед пожалел, приказал остановиться в ближайшем городке, где нашлась подходящая гостиница. Арриан с наслаждением вылез из опостылевшей кареты, прошел в свою комнату и, не дожидаясь ужина, сел писать письмо. Отправил его с верным человеком. Осталось дождаться ответа. Наутро все повторилось. Тряская карета, садиться на коня дед запретил, но приказал купить побольше подушек, и разложить сиденья, превратив карету в большое ложе. Теперь он ехал один, без слуги, но лежа было удобнее. Вечером дед объяснил, что боится, что во время езды верхом его крылья могут распахнуться самопроизвольно, что привлечет к ним внимание, а они уехали, не поставив в известность короля. Он не хочет лишних объяснений с бывшим зятем. Так что верхом Арриан поедет после пересечения границ княжества – негоже наследнику въезжать в карете, как барышне! Пришлось терпеть. Ответ на письмо пришел через четыре дня. Неожиданный. Миз Мейлина уехала с леди Херриэт навестить ее племянницу в монастыре. Девушка засомневалась, принимать ли монашеский постриг, хочет посоветоваться с теткой. Вспомнив, что сам приказал Лине поступить в распоряжение Херриэт на время своего отсутствия, Арриан успокоился. В каком монастыре живет эта племянница, он не знал, поэтому отправил еще одно письмо, уже с просьбой переправить его лично Херриэт. Ответ застал его на границе. Леди Херриэт с племянницей выехали из монастыря, куда – неизвестно. О спутнице леди ничего неизвестно. Следы Лины потерялись. Окончательно.

Замок князя, так хорошо знакомый с детства, стоял на высокой горе со странной, ровно срезанной вершиной. Гордый и неприступный он парил в облаках, поражая своими размерами, красотой и удобством. Сюрпризы начались еще на подъезде. Преодолели на три четверти подъем на гору в виде вьющегося серпантина, окруженного террасами с разбитым на них парком, причуды одной из прошлых княгинь, родом из эльфов. И в районе поворота на второстепенную дорожку, идущую к строению, носящему название «Нижний дворец», в котором они с братом провели больше года в детстве, взгляд Арриана наткнулся на стайку богато одетых девиц. Раздалось дружное аханье, вся компания сделала дружный реверанс, и потом долго провожала кавалькаду жадными взорами, обращенными на него, Арриана.

– «Невесты, – с раздражением подумал он, – надо же, приехали уже, черт бы их побрал»!

– Собираются, – прокомментировал дед, – вот подтянуться из дальних долин и предгорий, и можно дней через пять начинать!

– Дед, если только через пять дней, тогда зачем ты меня увез так рано, не дал дождаться…

– Кого, Мейлины? У тебя было почти три месяца, что бы договориться с девушкой. Что решилось бы за два дня?

– Все, дед, все, и отбор бы не потребовался!

– А твой не очень умный отец опять стал бы кого-нибудь сватать, я знаю, он уже пригласил племянницу короля Лимерии, не такое сильное королевство, как Ализания, но тоже ничего. Он уже прислал курьера с письмом, что бы мы задержались, но я ответил, что больше не могу ждать, накопились дела, а так как ты больше не кронпринц Риодора, то я имею полное право по нашему соглашению забрать тебя в Маунтвинд, как своего наследника. А племянница, это не наследная принцесса, ей консорт не нужен, так что он вполне может подсунуть ей Арлинна. Письмо ему доставили, когда нас уже было не догнать, так что все прилично, а искать твою Мейлину тебе бы так и так не дали!

– Дед, тогда давай задержим начало смотра, я быстро, анонимно смотаюсь обратно, переговорю с Мейлиной и вернусь!

– Ага, и окажешься прямо в объятиях Лимеранской принцессы! Или кого похуже! Ты что, не понял, что я тебе только что толковал! Сейчас ты сидишь тихо, пьёшь молоко, дышишь воздухом наших гор, приходишь в себя окончательно после всех манипуляций, проводим смотр, это быстро, не то, что отборы у вас, внизу. Нас не волнует ни внешность кандидаток, ни их умения, или находчивость, только девственность, причем, истинная, уровень магической силы, и ваша совместимость. Все. Если тебе повезет и отыщется вторая Предназначенная, что не так уж и редко случается, иначе мы бы просто вымерли, особенно черные, то мы вас обручаем, и езжай, ищи Лину. Найдешь – твое счастье, договоришься – двойное. Главное, что бы к Зимнему солнцестоянию ты был здесь и прошел ритуал. Сила из тебя так и брызжет, я уже с ней справляюсь с трудом, учти это!

– Почему ты так уверен, что я найду среди этих девиц Предназначенную?

– Я уверен в наших богах. Они не позволят угаснуть нашему роду! Все, приехали! Отдыхай, набирайся здоровья, готовься. Чем быстрее закончим смотр, тем быстрее найдешь свою Лину!

Глава 14

Дорога в Маунтвинд была долгой, но приятной. Рано утром они с Херриэт вышли из монастыря пешком, так как мужчины даже близко к стенам его не допускались, прошли к небольшой деревушке, где находился странноприимный дом для сопровождающих мужского пола. В своих доспехах и парике с линзами Лина была неузнаваема, сопровождающим Херриэт объяснила, что это ее племянница, Валерта, она раздумала принимать постриг, у нее открылся сильный магический дар, и она решилась попробовать себя на смотре невест для князя – наследника Арриана. А Мейлина решила задержаться в монастыре, что бы поучиться у матушки Лусильды, известной на весь континент травницы, отвары которой спасали людей в самой безнадежной ситуации.

Подмены никто не заметил. Низенькая, плотненькая брюнетка ни у кого не вызвала подозрений. Неприятный инцидент произошел только уже при въезде в княжество. В гостинице на самой границе их караван нагнал отряд инквизиторов во главе с самим Стивеном Оттобрюком. Они действовали якобы от имени Симона, просившего вернуть заблудшую сестру. Лина испугалась, но Херриэт спокойно ответила, что Мейлина задержалась в монастыре, желая поучиться у знаменитой травницы, а ее сопровождает племянница, которая, прежде чем принять постриг захотела посмотреть мир, с чем согласилась и мать – настоятельница. Сейчас они следуют через Маунтвинд на побережье, где отдохнут и поправят здоровье, а потом Валерта навестит семью и уже воодушевленная, примет решение о постриге. Стивен осмотрел девушку, старательно прячущуюся от мужчин, что было правильным для послушницы. Стивен высказал упрек в адрес настоятельницы, позволившей послушнице вкусить соблазнов вне монастырских стен, и посоветовал вернуться обратно. На что «Валерта» с негодованием ответила, что, не познав искушений большого мира, ее жертва господу не будет иметь столь большое значение, ежели она откажется от этих искушений добровольно, так что она просит не мешать ей. Господь, как говорит святое Писание, тоже подвергся искушению и отверг диавола. Страстно произнося свою речь, Лина слегка отвлеклась, и позволила своему голосу звучать более звонко, чем положено. Стивен насторожился, и уже хотел проверить бумаги путешественниц, но только спросил о них, как один из его солдат дернул его за рукав и показал на небо, по которому летели, казалось, большие черные птицы. Стивен чертыхнулся, пожелал дамам счастливого пути, и весь его отряд галопом понесся в сторону ближайшего леса. Херриэт улыбнулась:

– Молодцы охранники, дали сигнал на сторожевой пост! То-то инквизиторы так поспешно удрали! Испугались!

– Кого? – удивленно спросила Лина.

– Отряда черных винглордов, основы армии Маунтвинда. Это стражи границы. Князь запретил церковникам пересекать, а инквизиторам на три мили приближаться к границе княжества. Мы сейчас в нейтральной зоне. Граница вон за тем поворотом дороги, так что стражи имели формальный повод уничтожить весь отряд. Вот они и спаслись бегством. В это время подлетевшие десять человек, нет, людьми их назвать было трудно, несмотря на внешнее сходство. Десять винглордов спокойно опустились на площадь перед трактиром, где отдыхали путешественницы. Их командир, здоровяк с самыми большими черными крыльями, сложил их и убрал за спину, подошел к дамам и изящно поклонился.

– Разрешите представиться, барон Ределер, командир летучего патруля восточной дороги. Ваши спутники известили нас о появлении отряда инквизиторов, угрожавших их подопечным дамам.

– Рада встречи, Иорен, – ответила Херриэт,– обидно, что не узнаешь старых друзей.

– Простите великодушно, леди Херриэт, но положено вначале представиться по утвержденной форме.

– Прощаю. Значит, твоя очередь дежурить?

– Да, леди.

– Жаль, я надеялась встретить тебя во дворце, думала поручить тебе свою племянницу. Валерта, позволь представить тебе барона Иорена Ределера, одного из адъютантов князя. Как я понимаю, сейчас его очередь нести боевое дежурство на границе.

– Очень приятно, леди Валерта, познакомиться со столь очаровательной племянницей леди Херриэт. Вы во дворец?

– Да, у моей племянницы прорезался сильный дар, и она уже не годиться в монахини. Вот, решила принять участие в смотре.

– Такой симпатичной леди не место в монастыре, конечно, пусть попытает счастья. После наследника пытаться найти предназначенную будут еще пятеро юношей из знатных семей. В том числе мой кузен, старший сын графа Олди. Так что женихов будет много. Смотр вот-вот начнется, я думаю, ждут вас и еще двух-трех особ из дальних долин. Для вас приказано организовать воздушную переправу, если леди не испугается. Так весь путь займет два дня, вместо пяти! И еще. Нам дали сигнал, что здесь, вопреки приказу князя появился отряд инквизиторов! Это так?

– О да, были, приставали к нам, но увидев вас рванули вон в тот лесок.

– Да, как зайцы – засмеялась Мейлина.

Иорен повернулся, подозвал такого же высокого винглорда с нашивкой в виде черного орла на груди и приказал:

– Ниро, пять человек патрулировать лесок, как только высунуться на прогалину хватать, сколько сможете и в расход. В лес не лезть, крылья переломаете! И вызови еще пятерку с поста, пусть зайдут с другой стороны, там, где дорога выходит из леса.

– Ясно, мой капитан! – отрапортовал офицер и, выпустив огромные черные крылья взлетел, увлекая за собой пять крылатых солдат. Остальные, повинуясь барону отправились в стоящий отдельно сарай в сопровождении хозяина, и вытащили оттуда нечто, напоминающее садовый диван, плетеный из каких-то прутьев. Иорен лично осмотрел конструкцию, причем хозяин бегал вокруг, причитал, обижался на недоверие, и все повторял, что он следил за «переноской», как за собственными детьми.

– Дамы, – закончив осмотр, обратился к ним командир, – это ваше средство передвижения. Пять лордов донесут вас до пункта отдыха, там переночуете, а к обеду будете в Высоком замке у Его Величества. Он прибыл два дня назад с наследником. Я, к сожалению, не могу сопровождать вас, мне необходимо отогнать, и, по возможности, уничтожить инквизиторов, а то они наделают бед в мирном поселке. Но мои парни надежные и сильные, так что долетите без проблем. Ваш багаж поедет по дороге и нагонит вас через три дня. Эта переноска позволяет взять трех человек, так что можете захватить одну горничную, из самых смелых. А так же по запасному платью и немного предметов личного характера, не больше 3-х килограмм на человека. Собирайтесь, все готово!

Херриэт и Лина стали с помощью горничных стали перебирать платья. Выбрали самые простые и легкие. Кира лететь испугалась, поэтому ее место заняла Эмма, пожилая горничная Херриэт, тоже посвященная в тайну поддельной племянницы. Через полчаса сборы закончились, дамы уселись на сиденья дивана, показавшиеся Лине странными. Как пояснил Иорен, это были не подушки, а бурдюки, заполненные воздухом, что бы не увеличивать вес конструкции. Трое крылатых одели на себя особые постромки, прикрепленные к ремням, опутывающим диванчик. Дамы тоже пристегнулись особыми ремнями к спинке сидения, три пары крыльев дружно заработали и конструкция поднялась выше крон самых высоких деревьев. Двое стражников летели рядом, один вблизи переноски, один – впереди, обследовал пространство. Далеко внизу оказалась дорога, по которой уже двигались две кареты путешественниц, но они вскоре скрылись из вида.

Сверху хорошо была видна долина, вдоль которой они летели. Склоны, разбитые на террасы, на которых рос виноград, аккуратные домики под черепичными крышами, Выше по склонам на альпийских лугах паслись отары овец и стада коз. А еще выше вздымались ввысь голые каменные громады. Самые высокие были покрыты шапками вечных снегов. Долина тянулась почти прямо, без поворотов. Однако, примерно через час пути она закончилась. Разведчик вернулся, сообщив, что лежащий впереди перевал накрыт туманом, но он расставил маячки, облако небольшое, пролетят быстро, дамы не замерзнут. Действительно, они повернули налево, поднялись выше и влетели в полосу густого тумана, как ориентировались в нем носильщики, было непонятно, маяков ни видно, ни слышно не было.

– Они магические,– шепнула Лине Херриэт.

Впрочем, скоро туман поредел, выглянуло яркое солнце, носильщики снизились, и приземлили переноску на прелестном лужке, окруженном невысоким кустарником. Дамы получили возможность пройтись, размять ноги, ну и удовлетворить естественные надобности. Крылатые стражи активно перекусывали копченым мясом, запивая его энергетическим напитком из фляжек. Потом, передохнув, дамам предложили вновь занять свои места, и все повторилось, только теперь, места по бокам переноски заняли другие крылатые. Бессменным был только тот, кто летел за их спинами. Полет продолжился.

К тому времени, как солнце начало касаться самых высоких вершин, они преодолели еще один перевал, и подлетели к каменному строению, примостившемуся на склоне одной из невысоких гор. Здесь предстояло переночевать.

Внутри, несмотря на внешнюю неказистость строения было удобно. Большую общую комнату согревал большой камин, было тепло, пахло вкусной едой. Поужинали простой, но сытной пищей, дамам отвели одну уютную комнату с тремя кроватями. Эмма раздобыла теплой воды, умылись. Спали прекрасно. Тишина в горах была удивительная. Рано утром, с рассветом, их вежливо разбудили, и после завтрака помогли сесть в переноску. Поднявшись в небо, один из сопровождающих обратил внимание дам на освещенный лучами восходящего солнца замок, как бы парящий на вершине одной из гор.

– Верхний дворец, дамы, конечная цель нашего полета. На восходе он особенно красив!

Дамы выразили свое восхищение. Эта бригада переносчиков была многочисленнее и разговорчивее. Состояла не из суровых стражей, боящихся ляпнуть перед гостьями князя что-то на солдатском жаргоне, а из профессиональных курьеров и переносчиков, привычных проводить время среди вельмож, ожидая поручений. Они хорошо знали местные сплетни, и охотно ими делились. Много места в их байках занимали личности наследника и кандидаток в его Предназначенные. Для Лины, впервые посетившей княжество, пояснили, что у черных винглордов нет понятия невесты, а только Предназначенная. Подруга, жена, помощница и опора на всю жизнь. В княжестве нет и не могло быть измен, любовниц, фавориток. Единственное исключение – вдовые винглорды, и вингледи. Им не возбранялось заключать союзы по взаимной симпатии. Наследник сейчас беспокоил всех. Народ знал его, так как он много времени проводил у деда, знали и о проблемах со здоровьем, после того, как его искалечили инквизиторы. Отдавали должное его силе воли, позволившей отнюдь не безболезненными тренировками развить тело так, что он смог в результате отказаться от корсета, который прописали врачи, что бы в первые после травмы годы он смог хотя бы стоять на своих ногах. Желали ему найти свою Предназначенную, которая помогла бы раскрыться его крыльям, что бы он стал полноценным защитником жителей княжества. Много болтали и о кандидатках. Они не догадывались о роли Лины, поэтому говорили свободно, даже заключали пари. Большинство склонялись к тому, что победит дочь правителя Золотой долины, той, где находились золотые прииски. Девушка была красавица, знатна, обладала большими для женщины, хоть и белыми, крыльями, а значит, и сильной магией. Еще были поклонники у двух эльфийских принцесс, светлой и темной, не имевших крыльев, но обладающих сильной магией. Причем большинство отдавало преимущество темной. Темному лорду – темная леди. В конце концов, Лина чуть не плакала, спрашивая себя, что она здесь делает, не проще бы было просто уйти с дороги и больше не встречаться с Аррианом. Наверняка среди этих крылатых магинь и принцесс найдется для него еще одна Предназначенная. Пусть проходит с ней ритуал и будет счастлив.