Текст книги "Понять, простить, полюбить (СИ)"
Автор книги: Елена Милютина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)
Глава 7
К замку подъехали уже только в половине седьмого. Принц ожидал на ступенях лестницы, заметно нервничая. Он рассчитывал приехать пораньше, что бы его появление врозь с королевской семьей не так бросалось в глаза. Но, увидев вылезающую из кареты незнакомку, сделал знак сопровождающим, что бы помогли. Один из стражников, видя, что девушке трудно сойти со ступеньки кареты в узком платье, просто обнял ее за талию и снял. Вслед за ней вылезла леди Херриэт. Тут-то Арриан и понял свою ошибку, сам подал своей будущей спутнице руку, что бы помочь подняться по ступенькам. В светлом, ярко освещенном холле оба будущих соседа по ложе смогли оценить друг друга. Превратившись из серой мышки в ослепительную красавицу Мейлина оценила восхищение в глазах шефа, и, посчитав его опасным, скромно потупила глаза. Леди Херриэт с тревогой смотрела на замершую пару. Она кашлянула, разряжая обстановку и тихо спросила:
– Арриан, вы довольны результатом? Мы старались.
– О да, Херриэт, вы превзошли все ожидания! Планам моего батюшки будет нанесен просто фантастический удар! Но этому великолепию не хватает одной детали! – Он подал знак и Морис поднес ему коробку красного бархата. Арриан открыл, бросил взгляд на содержимое, на Мейлину, и бросив странное: – Это никуда не годиться, – широкими шагами взлетел наверх, и тут же вернулся, неся уже коробку синего бархата. Он открыл ее и на свету заиграли камни. Нет, не бриллианты, хотя они тоже присутствовали в оправе, сверкали переливающиеся и мерцающие, как звезды в ночи опалы.
– Леди, вы разрешите? – Он подошел к Лине и застегнул на ее шее ожерелье с большой подвеской, на палец одел кольцо, а Херриэт вдела серьги в уши и прикрепила к волосам большой аграф в виде полумесяца. Довершил убранство изящный браслет.
– Арр, но это же…
– Достойное убранство для королевы Ночи. Поехали, а то опоздаем к намеченному времени! Леди Херриэт, я вам благодарен и хочу предложить этот билет на второе представление оперы, завтра. Состав тот же. Я бы мог пригласить вас сегодня, но у вас не было бы такого удобного места. Вторым билетом распорядитесь по своему усмотрению! Они парные! Лина, поехали!
Он помог девушке спуститься, и, подхватив на руки, буквально внес в карету. Сам сел напротив, и велел трогать. В этот раз они двинулись кортежем, впереди гвардейцы с факелами, освещая без того светлую дорогу. Затем – экипаж запряженный шестеркой вороных лошадей, и уже с королевским гербом на дверце, за ним, карета с гербом герцога Нуаре, с горничной Кирой для Мейлины и двумя лакеями для принца – герцога. Мейлина только успела всунуть Кире пакет с запасным комбинезоном из чулок и трусов, шепнув: – Запасные, на всякий случай.
В темноте кареты глаза Арриана странно светились. Мейлин вдруг почувствовала какую-то тревогу. В парадном костюме черного бархата, очень деликатно расшитом золотой нитью, в положенных ему королевских орденах поверх белоснежной рубашки, с отделанным кружевом галстуком и манжетами, он смотрелся истинным сыном короля. Невозможно было вообразить, что только день назад она останавливала ему кровотечение из артерии, и перевязывала страшные раны на запястьях. Интересно, перевязал ли кто-нибудь его сегодня, или он опять сам? Она решила нарушить приличия и тихо коснулась его запястья.
– Что, – спросил он тихо.
– Хотела спросить, перевязку сегодня делали?
– Нет, Лина, ты неподражаема! – хохотнул Арриан,– Ты едешь в карете на премьеру оперного спектакля, у тебя первый выход в свет, тебе положено сейчас дрожать, как овечий хвост, а тебя интересует, сделали ли мне перевязку!
– Ну и что? Что волнует, о том и спрашиваю!
– Успокойся, сделали. Лично пригласил замкового лекаря, передал все твои медикаменты, он был очень доволен и лечением и их подбором! Так что можешь гордиться, раны заживают.
– Хорошо, так что же меня все-таки ожидает?
– Смотреть оперу, там либретто очень знаковое, потом прочтешь, Перед спектаклем смотреть в зал, слегка надменно, снисходительно отвечать на приветствия, Если отец попросит тебя представить, то будешь представлена королю. В обморок не падай. Если отец все-таки решится на задуманный им спектакль, хотя я его предостерегал от этого, то не обращай ни на кого внимания. Ты моя спутница, а значит, окружающие предупреждены о последствиях. Вук и Морис будут в помещении ложи, так что от совсем нахальных посетителей тебя защитят, если меня не будет на месте. Вроде все. Выше голову, приехали. И последнее, если будут намеки на наши отношения, смело говори, что Его Высочество своим принципам изменять не собирается, ясно? Приехали, сейчас будут более-менее ясны намерения отца!
Карета миновала затор перед въездом в театр. На ругательства кучеров, вынужденных уступать дорогу карете с королевским гербом, гвардейцы не сочли нужным отвечать. Подъехали к самому парадному подъезду, чуть ли не вовнутрь. Встречал сам директор театра, низко кланяясь. На вопрос, в какую ложу направляется бывший наследник, принц молча вытащил из кармана билеты в ложу «Б», и вопрос был исчерпан. Капельдинер, отвечающий за королевские ложи, А, Б, и В, проводил их в еще пустой холл, предназначенный только для зрителей, имеющих билеты именно туда, принял плащи, подошедшая особа женского пола тихо спросила у Лины, не хотела бы она «попудрить носик», до начала еще минут 40, а потом целый акт – около часа. Лина подумала и согласилась. Служительница позвала Киру, уже расположившуюся в аванложе, та прибежала с чемоданчиком, и они отправились в роскошную уборную «для дам». Когда вернулись, в холле народу прибыло. Приехал король с братом Арриана, Арлинном, правда, в этот раз представляться ему не пришлось, так как он поспешил встретить какого-то важного гостя, и ушел еще до появления Мейлины. Но потом в зал вошел высокий, темноволосый мужик лет под 60, с хищным, напоминающим ястребиный, профилем, одетый в черное, с большой орденской цепью на плечах. Он шагнул к Арриану, и обнял его.
– Слава богу, ты хоть немного отъелся, внук! Я к тебе с неплохими вестями, извини, раньше не сообщал, не знал, что учудит твой отец. Думал, тебя спасать придеться! А все обошлось! Это даже хорошо, что он тебя из наследников убрал, теперь я тебя заберу без помех. Этот балабол Арлинн никогда меня не устраивал! Не таким должен быть крылатый князь!
– Дед, ты куда торопишься? Я вообще пока не крылатый, да и стану ли, большой вопрос!
– Станешь, если отцу не поддашься, станешь! Завтра поговорим!
Лина так и стояла, не зная, подходить ли к группе в углу зала, или подождать приглашения. Арриан стоял задумавшись, и не обращал на нее внимание. Инициативу проявил Арлинн. Как истинный бабник, он не мог пропустить появление Мейлины.
– Кто же вы, прелестная незнакомка…– начал он подкатывать к Лине, но тут отмер Арриан, быстро подойдя к ней, взял за руку, подвел к своему деду.
– Дед разреши представить тебе мою спутницу, леди Мейлину Ордани. Мейлина, перед тобой Великий князь Маунтвинда Его Величество Ярвид, мой дед. А этот невежливый юнец, пристающий к незнакомой даме – мой младший брат, Арлинн.
Мейлина, как положено, присела в реверансе.
– И где вас откопал мой угрюмый внук?– Дед-князь смотрел на Мейлину доброжелательно.
– Впрочем, я предлагаю тебе, внук, отвести очаровательную спутницу в ложу, что бы избежать неприятных минут в самом начале спектакля, не того, что на сцене, а того, что от великого ума приготовил нам всем мой не совсем умный зять. Впрочем, я сам вполне могу это сделать, если разрешишь. Так будет лучше. Только не устраивай скандала сразу же, здесь надо действовать тоньше.
– Не беспокойся, дед, у меня хорошие шпионы, я подготовился, не только морально!
Князь предложил Мейлине руку, провел в ложу, усадил, спросил не нужно ли чего, посоветовал не стесняться и звать дежурящую обслугу, если что, и одной, без горничной не выходить.
– Пойду спасать Арриана, а то на него устроили охоту, совсем не к месту.
Мейлина сидела почти по центру зала, слева от нее была громадная королевская ложа, справа, за решетчатой перегородкой, начинались ложи бельэтажа. Публика постепенно заполняла зал. Дамы сияли бриллиантами, мужчины были, в основном, в темном, или в военных мундирах. Изредка мелькали красные, белые или черные облачения священников. Кира подала ей футляр с веером из темных страусовых перьев. Мейлина, помня, как еще мама упоминала о своеобразном «языке вееров», просто положила его на обитый бархатом барьер ложи, и не решилась использовать, что бы не попасть впросак. На нее наводили лорнеты и театральные бинокли. Всех интересовала неизвестная красавица в литерной ложе, явно приближенная к королевской семье. Справа раздался шорох, в соседнюю ложу вошли зрители. Мейлин очень хотелось взглянуть на соседей, но она помнила наставления и сидела неподвижно, как статуя, с надменным видом, лучше всего скрывавшим ее страх и растерянность. Арриана все не было. – «Вот злодей, затащил в театр и бросил»! – мелькали в голове нехорошие мысли.
Рядом на кресле лежала богато изданная программа спектакля. Роли, исполнители, и либретто. Лина стала ее изучать.
Суть пьесы была проста: История любви сына князя и простой девушки из предгорной деревушки. Сын князя, в детстве неловко упавший с крыши конюшни (и чего его туда понесло⁇), на охоте встретил девушку, конечно, пастушку, и влюбился. Отец княжича, обеспокоенный, что сын до двадцати лет не может выпустить крылья намерен женить его на дочери соседа, уже крылатой княжне с мерзким характером. Он надеется, что крылатые внуки примирят его народ с бескрылым наследником. Сын отказывается, ему нужна только его возлюбленная. Отец ставит условие: если у сына раскрываются крылья, то он может жениться на ком хочет, хоть на кикиморе! Сын приходит к старому отшельнику, который говорит, что крылья у него есть, просто не могут раскрыться из-за травмы. Ему может помочь только истинная любовь невинной девы. Если любимая в день солнцестояния прыгнет вслед за ним со Скалы Ветра, высоченного утеса, овеваемого всеми ветрами, крылья раскроются, и они спасутся. Если любит недостаточно, он погибнет. Юноша проводит бессонную ночь, мучаясь выбором. Он не может оценить глубину чувств своей возлюбленной, наконец, решает, что без нее ему жизнь не нужна и рискует пройти испытание. О чем и объявляет отцу. Тот в шоке приказывает запереть сына, находит девушку и предлагает ей кучу денег, богатого и знатного жениха, не только ей, но и сестрам, должности для отца и брата. Девушка отказывается. Тем временем, сосед собирает войско и грозит, что если завтра спор не будет решен в пользу его дочери, он пойдет войной на князя. Утро решающего дня, связанную девушку приводят на Скалу Ветра, и князь в последний раз спрашивает: что она выбирает: пропасть, или богатого жениха Девушка выбирает пропасть, исполняя арию – «Я и в смерти останусь ему верна». Князь отдает приказ столкнуть ее со скалы. Прибегает Княжич, которому помогли освободиться друзья. Видит падение подруги прыгает вслед за ней. Он в воздухе ловит подругу, у него открывается одно крыло, ветер подхватывает их и падение замедляется. Он молит духов ветра не дать им погибнуть. Девушка же, которой ветер развязал узлы на веревке, видит, что кончик второго крыла застрял из-за неправильно сросшихся костей, она с силой дергает его и ей удается освободить крыло полностью. Пара взлетает вверх. Народ, уже потерявший надежду, радостно приветствует влюбленных, отец в шоке уступает трон сыну, а сосед, боясь идти против воли богов, уходит. Все поют гимн о великой силе любви.
Простенько и банально. В жизни девушка выберет жизнь и жениха, а княжич женится по указу отца. И все! Чудес не бывает. Правда, говорят, что музыка гениальна. Послушаем.
Справа раздался какой-то шепот. Лина прислушалась. Зал уже заполнился, шорохи и шаги стихли и слышно было хорошо. Говорят, эффект магии зала.
– Мама, мама, ты же говорила, что наша ложа будет рядом с ложей принца Арриана, а там сидит эта фифа в неприличном платье!
– Раз говорила, значит, будет. Отец за эту ложу такие деньжищи отвалил. И не разевай рот, ишь, принца захотела!
– Так, говорят, король ему условие поставил: или женится на дочери Ализанского короля, или устраиваю отбор, и возьмешь в жены победительницу! А вдруг я отбор выиграю.
– Не мечтай! Смотри, король!
Все встали, в центральную ложу вошел король с младшим сыном, и тестем, и дал знак к началу спектакля. Вышел дирижер, взмахнул руками, полились звуки увертюры. Краем глаза она уловила движение и поняла, что уже в ложе не одна. Хитрец, вошел одновременно с отцом и братом!
– Дай програмку, – послышался шепот в ухо. Она протянула буклет. Зашуршала бумага.
– Ничего себе? – послышался шепот, – отец что, поиздеваться решил?
– Ты о чем?
– Ладно, не бери в голову, наслаждайся!
В это время, из ложи справа раздалось сдавленное «Ах!»
– Это там еще что? – шепотом у самого уха спросил Арриан.
– Твоя очередная поклонница. Мечтает выиграть отбор.
– Какой отбор⁇!!
– Невест, отец тебе устроит, если на какой-то принцессе не женишься! Оставим разговор для антракта!
На сцене поселяне и поселянки в буколическом стиле плясали и пели, празднуя день рождения дочки старосты, прелестной Мирабель. Вдруг раздались охотничьи рожки и на поляну прискакали заблудившиеся охотники. Их предводитель извинился, что они нарушили их праздник, попросил разрешения дать передохнуть лошадям. Княжича играл здоровенный мужик, стройный для тенора и обладающий сильнейшим голосом. Но тут, поприветствовать гостей вышла виновница торжества. Примадонна была облачена в «сельский» наряд, была высоковата, тощевата для сопрано, с огромными черными глазами и черными волосами. Удивительной силы и глубины голос лился без напряжения, завораживая зал, и поражая большим разнообразием технических приемов. Выход солистов состоялся и произвел впечатление. Дальше следовала сцена на опушке, с двумя дуэтами и клятвами в вечной любви. На этом акт был закончен.
– Так что там насчет отбора? – спросил Арриан, когда они вышли в аванложу, где уже были приготовлены прохладительные напитки и фрукты.
– Соседки болтали, что если ты не женишься на принцессе Ализанны, то отец устроит тебе отбор невест, и ты женишься на победительнице.
– Вот достал! Сейчас натравлю на него деда, пусть мозги вправляет! Так и не понял, что жениться мне на абы ком нельзя, да я и не женюсь. Пока не влюблюсь, но это маловероятно.
– Почему?
– Потому. Вот будем знакомы поближе, расскажу. Такими сведениями со случайным знакомыми не делятся. Опасно.
Вроде ничего особенного, но Лине стало обидно. Ей казалось, что уж ее-то нельзя считать случайной знакомой. Она отвернулась, выбирая персик помягче, стараясь скрыть обиду, но потом опомнилась. – «Мейлина, ты дура! Полтора месяца назад ты его люто ненавидела, думала, как бы опровергнуть его якобы сумасшествие и отправить на плаху! И почему он должен проникнуться к ней доверием? От того, что она перевязала ему руку и остановила кровотечение? Да, он не производит впечатления законченного злодея. Есть в нем что-то глубоко скрытое, какая-то боль, иногда кажется, что его душа изранена когда-то давно и до сих пор истекает кровью. Познакомься поближе, узнай, какие тайны он скрывает, а потом уже в эту самую душу лезь!» Успокоившись, Лина повернулась к обществу, держа в руке приглянувшийся персик и спросила, не видел ли кто фруктового ножа. Фрукт у нее забрали и тут же передали ей разрезанным на ломтики на маленькой фруктовой тарелочке. Показалось, что резал сам принц. Это отчасти примирило ее с действительностью. Аккуратно съев сочный фрукт, она собралась выйти погулять, но в этот момент в аванложу вошел князь Ярвид и передал, что король хочет видеть старшего сына и его сопровождающую.
Глава 8
– Придется идти,– вздохнул Арриан, – подавая Лине руку,– Лина, соберись.
– В обморок уже падать, или еще рано?
– Рано, я толкну, когда надо будет!
Опершись на локоть шефа, Мейлина тихо вошла в аванложу литеры А. Она была больше похожа на гостиную, с баром, буфетом, диванами, креслами и маленькими столиками. Прежде, чем войти, Арриан сжал руку Мейлины, и тихо, на ухо, сказал:
– Ничему не удивляйся в моем поведении, даже, если оно будет странным. Это для дела.
– Ты что-то задумал?
– Злодейство, очередное злодейство, и, естественно, подлость. Что еще можно от меня ожидать. Придворный реверанс помнишь? Кланяйся самым большим. Обоим.
– Что значит, обоим?
– Увидишь.
Увидела. В зале находилось сразу два короля, их Астор и Стейнброк Ализанский. Рядом сидела его дочь, Ильяса принцесса Ализанская. Во взгляде, брошенном ею на Мейлину, не читалось ничего хорошего.
Арриан отвесил малый придворный поклон, и вежливо представил Мейлину.
– Ваши Величества, разрешите вам представить мою личную помощницу и секретаря леди Мейлину Ордани.
Оба монарха вежливо кивнули, Мейлина получила возможность распрямиться. Оба монарха рассматривали девушку по-разному, Астор с доброжелательным интересом, Стейнброк откровенно враждебно.
– Не слишком ли леди красива для должности секретаря?– пробурчал ализанец.
– Как я понимаю, леди не только красива, но и знатна, – вставил слово Астор, – Ордани же младшая ветвь Норданов, не так ли?
– Совершенно верно, Ваше Величество, мы происходим от третьего сына пятого герцога, выбравшего служение Господу.
– И как же такая знатная и образованная леди пошла служить секретарем, да еще к моему старшему сыну? Если я правильно помню, ваши родители погибли во время последнего восстания?
– Да, все верно, Ваше Величество.
– Тогда зачем вы на это пошли?
– Условия, предложенные принцем Аррианом, подошли мне больше всего.
– Условия, или возможность отомстить?
– О мести в моем положении думать было бы большой глупостью. У меня на руках младшие брат и сестра, я должна обеспечить им будущее. Чего я добьюсь, сделав их сестрой государственной преступницы? Нет, я знаю свой долг, и превращаться в мстительницу не собираюсь.
– Значит, мышьяк в тарелке Арриану ожидать не стоит. Уже успокаивает.
Поймав напряженный взгляд шефа, Лина поняла, что он хочет от чего-то предостеречь ее.
– О, ваше Величество, я никогда бы не опустилась до такого примитива! Мышьяк – оружие домохозяек и ничего не понимающих в ядах индивидуумов! Позавчерашний день.
– А вы, леди, в ядах, я понимаю, разбираетесь?
– Обязана. В этом году я заканчиваю Магическую академию, лекарский факультет. А лекарь обязан разбираться в ядах. Все лекарства – яды. Только в малых дозах они лечат, в больших – убивают.
– Интересно, и чем бы такая образованная леди могла воспользоваться?
Лина бросила быстрый взгляд на Арриана, взгляд которого изменился – из настороженного стал благодушно – расслабленным, значит, она ушла от опасной темы.
– Существует много ядов, в основном растительных, которые почти не оставляют следов. И, в отличие от мышьяка, их нужно в разы меньше, для достижения эффекта. Прямо сразу я не могу назвать, какие именно. Нужно уточнить некоторые цифры в справочниках, я же не фармаколог и не токсиколог. К тому же не стоит приводить такие факты в присутствии молодых девушек. То, что яд – любимое оружие женщины подтверждено многими факторами. Так что не будем засорять юную голову ненужными фактами.
– Леди, это вы сейчас мою дочь потенциальной отравительницей назвали?– Вскинулся Стейнброк.
– О, Ваше величество, и в мыслях не было. Но, к сожалению, мысль не об убийстве, а о самоубийстве часто приходит в голову именно девушкам, и часто по совершенно пустяковому поводу. Вроде ерунда, а молодая жизнь разрушена. Так что больше я ничего не скажу на эту тему.
– Понятно. Извините, леди, присаживайтесь, пожалуйста, за такой животрепещущей темой я совсем забыл об этом. И позвольте полюбопытствовать, какую специализацию вы выбрали?
Лина опустилась на подвинутый ей стул.
– К сожалению, ее выбрали за меня. Я мечтала о психологии и психиатрии, хотела изучать движения человеческой души, но на последнем месяце обучения в прошлом году у меня открылся очень полезный дар, так называемое «видение пальцами» С таким даром только в хирургию.
– Никогда не слышал, что это такое?
– Соприкоснувшись с телом пациента я могу как бы увидеть его изнутри. Все болезни, дефекты, все. Это требует очень большого запаса сил, которого у меня пока нет, поэтому мне нужно пользоваться накопителями, или помощью мощного мага любой специализации. В будущем я смогу переводить картинку из своего мозга на специальный гладкий артефакт из особого вида кристаллов. Пока же я просто передаю ее всем, кто захочет, для этого просто надо войти со мной в контакт, кожа к коже! С таким даром дорога только в диагностику и хирургию. Нас мало, на всю нашу страну не более десятка.
– Интересно, – Астор посмотрел на сидящего неподвижно, и старающегося не пропустить ни слова из беседы Ярвида. В этот момент дверь в аванложу открылась и в комнату влетел Арлинн.
– Отец, вы меня искали? – выпалил он.
– Да, сын, останься и поддержи компанию молодежи. Твоему брату будет сложно ухаживать сразу за двумя девушками, выручай его. А нам донесли, что там проблема с каким-то механизмом сцены, пусть спокойно починят, не будем мешать. Попейте чаю, поговорите, без стариков.
– Извини, Астор, без стариков не выйдет. Я останусь здесь, что бы репутация девушек не пострадала.
От слов тестя Астора перекосило, он рассчитывал прямо на противоположенный эффект, но возразить не посмел. Арриан поднялся, подошел к портьере, заслоняющей вход в аванложу литеры Б и дал команду накрыть сладкий стол. Дежурящие Вук и Морис засуетились. Принесли чайники с кипятком и заваркой, прохладительные напитки, закуски, пирожные, конфеты, фрукты. Ильяса вдруг вспомнила, подскочила, и заявила:
– Я сегодня пробовала самые вкусные миндальные пирожные на свете! Меня угостили, а когда мне понравилось дали с собой. Сейчас Нона принесет!
Арриан и Морис переглянулись. Лучшего для исполнения их плана и представить было нельзя.
Пирожные были упакованы в элегантные коробочки с золоченым кружевом, которое смотрелось излишне роскошно. Все желающие взяли по одному. Да, вкусные, но какого-то сногсшибательного вкуса не было. Довольно приторные. У Лины попалось и вовсе непропеченное, тесто завязло в зубах, говорить в такой ситуации было сложно. Принцесса продолжала угощать Арриана, что выглядело довольно навязчиво. Тем более, на столе стояла тарелка с обожаемыми им пирожными буше, на которые он кидал жадные взгляды. Но нельзя, не по сценарию, надо есть, что дают. Он еще окинул взглядом сидящих. Взгляд принцессы светился торжеством, Скорее всего, в пирожные что-то намешано. Лина никак не могла отчистить зубы от налипшего миндального теста, и новых пирожных не брала. Хорошо, отделается малой кровью. Арлинн, еще с детства конфете предпочитавший хороший кусок мяса методично уничтожал канапе с ростбифом, чередуя с тарталетками с паштетом. На призывы Ильясы взять кусочек пирожного, флегматично попросил передать блюдо с мясной нарезкой, чем огорчил принцессу. Пора. Арриан поднялся и спросил Мориса:
– Где мой фирменный коктейль? И принеси платок, я его в нашей ложе оставил.
– Сию минуту, ваша светлость, – поклонился Морис. Лина взглянула недоуменно, обычно слуги именовали шефа старым титулом. Морис принес длинный стакан с многослойным фруктовым коктейлем. Шепнул на ухо:
– Третий слой, хочешь немедленно, пей залпом.
– Хорошо, принесите леди Мейлин что-то подобное, она никак не справится с тестом на зубах! И шепотом:– не такое зубодробительное, минут на пять, не больше!
– Будет исполнено, ваш платок, герцог! – Морис передал ему в руку сложенный платок, в который был завернут округлый предмет.В это время Ильяса пыталась накормить пирожными князя Ярвида.
– О, нет, принцесса, спасибо, но нет, миндальное тесто такое липкое, не для моих старых зубов! И много сладкого в моем возрасте нельзя!
Пока они любезничали, Арлинн посвящал все свое внимание чистке креветок, на которые он переключился, съев все мясное. Лина пыталась очистить зубы от клейкого теста. Все заняты. Арриан незаметно приблизился к столу, провел рукой с зажатым носовым платком над коробками с пирожными, один раз над той, из которой брала их принцесса, и дважды над второй. Повернулся к Лине, поймав ее недоуменный взгляд, громко спросил:
– Где коктейль для леди Ордани?
– Вот, прошу! – Морис подал искомый продукт. Принц обратился к Мейлине:
– Лина, попробуйте этот коктейль, он с кислинкой, уничтожит лишнюю сладость и поможет освободить зубы! Он подал ей коктейль, сам взял свой стакан, отсалютовал ей, и залпом проглотил содержимое. Ильяса, не могла пропустить такое переключение внимания объекта на соперницу, что-то хотела сказать Арриану, как вдруг тот позеленел, схватился за горло, и выскочил в смежное помещение.
– Вук, что-нибудь, какую-то емкость,– сдавленно вскрикнул он. Вук выкинул цветы из вазы на каминной полке, протянул принцу, которого тут же вырвало в не совсем подходящую емкость. Арриан опустился на пол, открыл платок, высыпал из круглого эластичного шарика часть порошка из него в содержимое вазы, спрятал платок в карман, вновь схватился за живот и изверг еще одну порцию содержимого желудка в ту же вазу. Замершая было компания молча наблюдала за процессом. Первый опомнился князь.
– Это отравление, всем отойти от стола! Расселись по диванам, медиков! Сотрудников безопасности!
Лина подбежала к принцу.
– Арр, что чувствуешь, что болит? Голова кружиться?
– Живот, резкая боль в животе – выдал Арриан основной симптом отравления мышьяком.
– Воды, три или четыре стакана! – потребовала Лина, – пей залпом, еще!
– Погоди, оно наружу проситься!
– Отлично! Еще стакан и выдавай все наружу! Надо удалить эту дрянь из желудка!
– Ваза полная! Морис!
– Морис, давай чистую, эту выливать не смей! Надо на анализ! Определят яд и концентрацию. Пей еще воду! И наружу!
– Отойди, что ты здесь командуешь,– отмерла принцесса, порываясь оттолкнуть Лину. Та развернулась к ней, и яростно заорала – Отойди прочь, отравительница! – Договорить не успела, ее скрутил позыв и она тоже выдала сегодняшнюю порцию еды наружу, в подставленную одним из слуг вазу.
– Леди,– обратился к ней Вук, вот вода, вам тоже не помешает очистить желудок!
Пока Мейлина жадно пила воду, Арриан умудрился всыпать порошок и в ее вазу. Но тут вновь вмешалась принцесса, она попыталась вцепиться Лине в волосы, но была оттянута в сторону, отмершим Арлинном. Он усадил ее на диван и грозно приказал:
– Ни шагу отсюда, ваше любое телодвижение будет расценено не в вашу пользу.
Ильяса только открыла рот, как в комнату влетел Астор, сопровождаемый Стейнброком.
– Что у вас происходит? Арр⁉ Что с тобой?
Лина, только что выдавшая очередную порцию наружу, оттерла лицо кружевным платком, невесть как появившемся у нее в руках, хрипло произнесла:
– Подозрение на отравление, Ваше Величество. К счастью доза была велика, и местная реакция наступила раньше, чем яд успел всосаться!
– Я распорядился перекрыть весь театр, все остаются на своих местах – доложил вошедший вслед за королями князь, – и вызвал ваших дознавателей, они, вместе с моими доверенными людьми, уже приступили к расследованию!
– Простите, Ваше Величество, – вступил в разговор подбежавший лейб-медик, произведен экспресс-анализ рвотных масс. Без сомнения, мышьяк. Так что тактика леди Ордани – большое количество воды и постоянное опорожнение желудка, самая правильная. Это может спасти жизнь. Я бы добавил еще отвар рвотного корня, что бы усилить рвоту, и после 3х-4х литров жидкости дал бы сорбент. Леди, у вас не было сорбента?
– Я в театр собиралась, а не в госпиталь, мне сорбент просто в сумочку бы не влез, даже если бы мне пришла дикая мысль, взять его с собой!
– Значит так, отвар рвотного корня сейчас принесут, пострадавших устройте поудобнее, принесите пледы, может быть озноб. Господа дознаватели, если хотите побеседовать с обоими, то можно сейчас, после рвотного корня это будет затруднительно.
Пока их обустраивали, принесли медицинские тазы, подложили под головы подушки, укрыли пледами, Лина умудрилась найти момент и спросила принца:
– Арр, живот все еще болит?
– Знаешь, нет, после третьей порции воды перестал.
– Значит, успели вывести. Как думаешь, кто?
– Принцесска, главной виновницей сделают ее. Хотя, ей воспользовались в темную. Тсс, дознаватели.
Седой человек в темном мундире, присел на низенький табурет перед принцем. Мейлина тихо попросилась в туалет Ей помогла причитающая Кира и еще один дознаватель, вернее дознавательша, в темном же мундире, но с юбкой.
Платье было жалко. Оно помялось и кое-где испачкалось. Кира достала не новый, но чистый халат огромного размера и пояснила
– Это из гримерки, после стирки, чистый. И платье сохраним, и вам лежать будет легче!
Дознавательша помогла, удивилась при виде странного предмета туалета, заменяющего и чулки и трусы, и неодобрительно покачала головой ввиду отсутствия даже бюстье. Устроив пострадавшую на диванчике, она сказала, что они задержатся здесь, что бы допросить их с принцем порознь, как требует следствие, она извиняется за непотребную обстановку, но данные нужны срочно. Выспросив о ее взаимоотношениях с принцем, о причинах ее появлении на премьере, она попросила досконально точно описать сегодняшнюю поездку в театр, особенно последний антракт и все, предшествующее отравлению. Лина описала обстановку, странный разговор о ядах, последующее чаепитие, предложение принцессы, угостить всех присутствующих пирожными, особенно, как она навязывала их присутствующим, но получилось у нее только с ней, Линой и с принцем Аррианом. Который, видимо, хотел быть галантным и не расстраивать девушку, хотя больше, насколько Лина успела узнать его вкусы, любил пирожные буше, и все время косился на тарелку с этими пирожными, но Ильяса чуть ли не с руки закармливала его своими пирожными. Дознаватель усмехнулась.
– Нет, может это мое предвзятое мнение, но мне показалось, что она ожидала какого-то особого действия на принца, нет, об отравлении я не подозревала, иначе приняла бы меры, я думала о привороте.
Потом принц заявил, что у него все зубы от этого лакомства склеились, и попросил приготовить свой любимый фруктовый коктейль. Увидев, что у Лины та же проблема, он приказал принести еще один коктейль и для нее. Лина свой пила потихоньку, стараясь незаметно очистить зубы от липкого теста, принцесса начала приставать с пирожными к князю Ярвиду, потом к принцу Арлинну они оба отказались, она надулась, и тут Арриану стало плохо. Он еле успел выбежать из зала в смежную аванложу. Лина устремилась за ним, увидела, что происходит, заподозрила отравление и велела принцу пить как можно больше воды, что бы промыть желудок от яда, а емкость с содержимым отправить на экспертизу. И тут ее скрутило саму!
