Текст книги "Хорошая, плохая, грешная 2 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

Глава 16

Проснувшись утром и какое-то время ещё полежав на кровати с закрытыми глазами, я далеко не сразу поняла, что не так. А когда открыла, то увидела, что лежу одна. Ириана в комнате не было.

Сморщив нос, когда поняла, что меня это искренне расстроило, сначала села, обнаруживая, что раздета до нижнего белья, и изумилась тому, что умудрилась проспать всё самое интересное, а потом заметила на тумбочке справа славную чайную розу и записку под ней.

«Доброе утро, Эви. Прости, что не дождался твоего пробуждения, необходимо уделить внимание работе. Не стал будить, тебе надо нормально выспаться. Сьюзен и Наю я предупредил, захочешь позавтракать или пообедать, они организуют. С отцом Хорхе насчет горничной поговорю, можешь не волноваться. Если не получится прийти вечером, сообщи, как будешь знать точно. Люблю. Целую. Ириан».

Люблю. Целую. Ириан…

Повторив это про себя несколько раз, поняла, что улыбаюсь как дурочка, после чего зажмурилась, обняла себя руками, глубоко вдохнула и шумно выдохнула.

Я тоже, Ир. Я тоже!

Ну а потом, я быстро привела себя в порядок, умывшись, одевшись и причесавшись. Обулась, прихватила сумочку, куда убрала записку, захватила цветок, чтобы не завял, и спустилась вниз, первым делом взяв курс на кухню.

Время было уже ближе к десяти, я действительно умудрилась разоспаться, но чувствовала себя очень хорошо, словно и не было той оглушающей усталости вчера вечером. За ночь мой резерв восстановился полностью и, как мне показалось, стал ещё больше. Об этом я пока предпочла сильно не задумываться, но уже решив для себя, что обязательно обсужу это с Ирианом. Надо понять, что происходит и почему.

– Доброе утро, – поздоровалась первая, когда вошла на кухню, где хлопотала приятная полноватая женщина лет сорока с румяным лицом и лучистыми карими глазами.

– Доброе утро, госпожа Эвирейл, – отозвалась она, поворачиваясь ко мне и широко улыбаясь. – Меня зовут Сьюзен, преподобный Ириан нанял меня кухаркой. Желаете позавтракать?

– Да, очень. Скажите, куда можно поставить цветок?

– Секундочку… – у меня забрали розу и жестом ненавязчиво, но уверенно предложили пройти на выход. – Располагайтесь пока в столовой, госпожа Эвирейл, я сейчас накрою.

По тону женщины сообразив, что вариант «быстро позавтракать на кухне» не предусмотрен, я не стала спорить и прошла именно в столовую. Садиться за пустой стол сразу не стала, пройдя к приоткрытым дверям, которые вели на задний двор, и полюбовалась тем, как стал выглядеть Аэши. Уже не мальчонка, а самый настоящий подросток выше меня ростом! Ещё стройный, но уже не хилый. Уже горделиво расставивший свои веточки и расправивший листочки навстречу солнцу. Настоящий красавчик!

Обернулась, когда различила легкий шум за спиной, и увидела миловидную темноволосую девушку лет шестнадцати. Она вошла в комнату с подносом, но заметив меня, первым делом коротко присела и доброжелательно произнесла:

– Доброе утро, мисс. Меня зовут Ная и я служу у преподобного Ириана горничной. Присаживайтесь, пожалуйста. Всё свежее и очень вкусное. Матушка старалась.

В последнем я даже не усомнилась, уже успев оценить мастерство Сьюзен в прошлые разы, когда она готовила для нас ужины. Да и завтраки тоже. Сегодня это была овсяная каша с медом и оладьи, а так же ароматный чай с вареньем, что я с удовольствием съела и выпила.

Всё это время я была в столовой одна, Ная вышла сразу, как только накрыла, но когда я поела, то первым делом прошла на кухню, поблагодарила обеих женщин за трапезу и предупредила:

– Мне пора по делам. Хорошего дня.

После чего, не задерживаясь, отправилась в нужные торговые ряды и первым делом закупилась текстилем для спальни и ванной комнаты. И только-только вошла в лавку, где торговали коврами, прикидывая, каких размеров и какой расцветки хочу ковры, как колокольчик за спиной тренькнул снова и в лавку вошел ещё один покупатель.

Мельком отметив, что это респектабельный мужчина лет сорока, может даже чистокровный оборотень, меньше всего я ожидала, что он подойдет прямиком ко мне и обратится:

– Мисс Миардо…

Развернувшись к нему всем корпусом, чуть приподняла брови. Сама я точно его не знала, память на лица у меня была может и не идеальной, но хорошей. Но ни вчера, ни в дни, когда я торговала в лавке Шнурха, я его не видела. Не того уровня дядечка. Скорее ближе к лордам. Впрочем…

– Позвольте представиться, – произнёс он, мимолетно улыбнувшись. – Сантьяго Арейхос.

Вот те раз!

Даже не пытаясь скрыть своего удивления, кивнула. Не стала лгать, что приятно и всё такое, предпочтя изучить мужчину внимательнее. Высокий, где-то метр-девяносто. Крепкий, подтянутый. Лицо гладко выбрито, глаза карие, в желтизну. Цепкие. Волосы русые, коротко стриженые. Одет в стильный прогулочный костюм горчичного цвета с белой рубашкой в голубую клетку, и тонкий галстук-шнурок с вычурным зажимом. Широкие брови, тяжелый подбородок, черты лица мужественно-грубоватые, но с отчетливым налетом жестокости. Опасный тип…

– Эвирейл Миардо, – произнесла, хотя прекрасно знала, что для него это не секрет. – Чем обязана вашему вниманию, господин Арейхос?

– Знаете… – он пристально изучил прежде всего моё лицо, уделив максимум внимания глазам и почему-то губам, – разговор не на пять минут. Как насчет того, чтобы выпить по чашечке кофе в ближайшей кофейне?

Мысленно скривившись, потому что планировала совершенно иное, тем не менее кивнула. Игнорировать такого влиятельного типа, как Арейхос, не стоило.

Вместе мы вышли из лавки и оборотень указал на кофейню, которая располагалась на углу. Сама я там ещё не была, но возражать не стала, и мы направились именно туда. Пока шли – молчали. Столик выбрал Арейхос, причем чуть ли не центральный, тем самым давая понять, что ему скрывать нечего, и он может быть даже выставляет нашу встречу напоказ.

Время близилось уже к полудню, но я была ещё не голодна, так что, когда к нам подошла официантка, то заказала лишь кофе с молоком и сахаром, без десерта. Сомневаюсь, что мне будет комфортно есть в такой компании. Арейхос тоже решил ограничиться лишь кружкой кофе, но, в отличие от меня, взял черный, а когда нам принесли его буквально через три минуты, то сначала отпил, словно снимая пробу, кивнул сам себе и пристально уставился на меня. Сама я к кофе ещё не притронулась, догадываясь, что сейчас услышу такое, отчего оно точно пойдет не в то горло.

И не ошиблась.

Но начал Арейхос издалека…

– Как вам наш город, мисс Миардо?

– Очень славный, – произнесла, не покривив душой.

– Слышал, вы купили дом…

– Слухи не лгут.

– А ещё вы встречаетесь с инквизитором…

– Всё верно, – кивнула и улыбнулась мимолетно. – Преподобный Ириан уже сделал мне предложение и назвал своей невестой. Замечательный мужчина. Умный, чуткий… сильный. – Я посмотрела оборотню в глаза. Каждое моё слово было произнесено со смыслом и я видела, что он это понимал. – А почему вы всем этим интересуетесь, господин Арейхос?

– Чтобы понимать обстановку в городе, мисс Миардо, – кривовато усмехнулся оборотень. – Я тут узнал, что вы, оказывается, внучка лорда Арбиваля Диктрейна…

И снова пристальный взгляд с немым вопросом в глазах.

– Слышала такое, – улыбнулась мимолетно. – Увы, доказать это невозможно. Сюда я ехала именно из-за письма лорда Диктрейна, в котором он информировал меня, что является отцом моей матери, но когда приехала, он был уже мертв. Так что нет ни единой возможности установить четкое кровное родство. Я не претендую на наследство, тем более у лорда остался законный сын. В первую очередь было интересно повидаться с дедом, но сейчас… К чему вы об этом заговорили?

– К тому, что Даниэль – не сын Арбиваля, – цинично хмыкнул Арейхос. – И у меня есть тому доказательства. А значит, именно вы – единственная наследница земель и многомиллионного состояния Диктрейна. Что вы скажете на это?

– Скажу что… не понимаю, почему вы говорите об этом мне, а не полиции, – пожала плечами. – Разве с этим вопросом не должны разбираться в первую очередь официальные власти?

– Власти, – Арейхос пренебрежительно хмыкнул. – Они на стороне тех, кто больше платит, а не закона. Вот вы, вроде умная женщина…

Я иронично выгнула бровь на его «вроде». Оборотень глухо фыркнул и сам себе кивнул.

– Да-да, не самая глупая так уж точно. Но правда верите в безоговорочное торжество закона и справедливости?

– Почему нет? Иначе как жить? Во что верить?

Арейхос слегка наклонил голову и прищурился, словно обдумывал мои слова. Чуть качнул головой и посмотрел мне в глаза. Пронзительно, жестко.

– Я предлагаю вам следующее, Эвирейл. Брак.

У меня дернулся глаз.

– Взамен гарантирую, что наследство станет вашим.

М-м, вот оно что…

– Подумайте, Эвирейл. Хорошо подумайте, – ещё не угрожая, но уже весомо и настойчиво повторил Арейхос. – Я один из немногих жителей этого города, кто хоть как-то может влиять на происходящее. И лучше вам… ответить на моё предложение согласием. У вас есть неделя.

После этого он одним махом допил свой кофе, бросил на стол пару монет, что с лихвой перекрывали стоимость напитка, и ушел.

Не прозвучало ни единой угрозы, ни единого намека, что произойдет, если я не соглашусь, но я прекрасно понимала, что просто не будет. И либо меня просто похитят, свяжут и притащат к алтарю без сознания, либо сначала убьют Ириана, а потом проделают то же самое…

Ох, глупый… глупый песик!

Ты правда думаешь, что я тебе по зубам?

На миг скривившись и прикрыв ресницами отблески хаоса в своих глазах, в следующий я одним махом допила свой кофе, оставила монетку и вернулась в лавку с коврами. Ни кровожадное настроение, ни витающие где-то далеко мысли не помешали приобрести мне всё, что я хотела, попутно заказав доставку на дом, после чего взяла курс на «Корчмушку», но Шнурха там не оказалось. К счастью, Зусиль его уже видела и сразу сказала, что его взял в оборот Рвых и они ушли в лавку гоблина.

Отлично!

Дойдя до лавки минут за пятнадцать и отметив, что она открыта, я вошла внутрь и увидела там не только Шнурха и Рвыха, но и ещё парочку знакомых ребят из числа моих новых охранников. Мужики как раз пересчитывали ящики со взрывчаткой, в углу уже лежали ящики с ружьями и патроны к ним, а Шнурх как раз нёс из кладовки ящик с шахтерским минами.

– День добрый, – одним махом поприветствовала всех и доброжелательно кивнула, когда мужчины нестройным хором поздоровались со мной тоже. Сразу уточнила у Рвыха: – Что по деньгам?

– Тыщи три ещё надо, – чуть поморщился орк, а я расслышала в его тоне отчетливые виноватые нотки. – Шнурх закрывается. Продает со скидкой почти всё в полцены. Надо брать. Выгодно.

– Закрывается? – я перевела вопросительный взгляд на гоблина.

Тот насупился, но кивнул, поджимая губы.

Вот как…

– Побеседуем? – предложила, одними глазами указывая на подсобку. А остальным предложила: – Ребят, прогуляйтесь снаружи. Присмотрите, чтобы никто не зашел. Я вас позову.

– Конечно, – даже не подумал возражать Рвых и резко махнул рукой, выгоняя из лавки своих подчиненных.

Мы же со Шнурхом прошли в подсобку и я практически приказала:

– Рассказывай. Кто, почему и что дальше.

– Да чо рассказывать… – скривился Шнурх. – Молодой был, хитрожипый, ска. Думал, что умнее всех. Сотрудничал с ушастыми одно время, ять. Клепал им артефакты, жил на широкую ногу, но только там, где указали врот. Буквально на цепи, нах. Как понял, что живым не отпустят, сорвался. Имя сменил, континент… лет тридцать назад это было, как сейчас помню. Я в этом городишке чуть ли не первым поселенцем был, ска. Потом наши потихоньку подтянулись… Ну, в смысле гоблины, ять. У каждого свои скелеты по сундукам, не один я такой хитромудрый… беженец, нах. Никто никому в душу не лез, у всех разумение есть. Думал, уже и до старости тут доживу, всё ж не один год прошел, а вона чо…

– Почему сейчас? – нахмурилась.

– Да потому что дурак, стал быть врот, – скривился Шнурх. – Расслабился, перестал следить, чо делаю. В том году десяток артефактов склепал, как встарь. Убойных, ска. С изюминкой. Судя по всему, по ним и вычислили. Ты с убийцей-то как разобралась? Чисто?

– Да, вполне, – ответила задумчиво. – Значит, решил снова в бега податься… И куда?

– А хмарь его знает, – пожал плечами гоблин и как-то резко понурился. – Прикипел я к нашим. А толку? Два-три месяца – и новая тварь по следу выйдет. Не хочу вас подставлять. Я то уже, считай, жизнь, пожил. А вы… – он взмахнул рукой.

– Слушай, есть вариант, – я внимательно изучила гоблина от и до. – Ты делаешь вид, что продаешь лавку и уезжаешь. Через неделю приезжаешь с новым именем и внешностью. Ауру заглушим артефактом. Лавку продавай своим, точка хорошая, грех закрывать. Да хоть пацанам Ыржаник в наследство оставляй. Ребята перспективные, заодно будет к чему стремиться. Ставь толкового продавца, чтобы умел торговать, а не мух считал. А сам переезжай ко мне. Я дом купила на Восточной-34, бывшая аптека. Планирую открывать артефактную лавку. Там и комнаты жилые есть, и мастерских тьма. Меня сейчас интересуют именно артефакты, и что-то мне подсказывает, что тебе есть чему меня поучить. Может даже книгу какую напишешь о своих умениях, м? Если заскучаешь, найму тебя своим казначеем. Как тебе такой вариант?

– А ты чего такая добрая и смелая, ска? – с подозрением прищурился Шнурх.

– Потому что могу себе это позволить, – усмехнулась. – Ты не думай, это не благотворительность…

Шнурх гоготнул, когда понял, что я вернула ему его же шутку.

– Отработаешь каждый пенни. Сама идея как тебе? Рожей светить нигде не будешь, за прилавком стоять не придется. Я же вижу, как тебе это не по душе.

– Ох, Эви… – Шнурх покачал головой, пожевал губами, попялился в стену, поизучал потолок… но потом резко выдохнул и протянул мне узкую сухую ладонь. – По рукам. Но учти, если какая тварь остроухая снова полезет…

– То я с ней сама разберусь, – пообещала ему. – Поверь, сил хватит. Так что там, говоришь? Чего в полцены ты мне продать хочешь?

Снова расхохотавшись, тем не менее гоблин не стал брать свои слова назад, и мы быстро обсудили мои потребности и его возможности, после чего я, конечно, не выгребла всё из его закромов подчистую, но дневную выручку сделала хорошую. Заодно, наконец, обзавелась роскошным бронебойным револьвером с магически зачарованным дулом, который ему привез проверенный поставщик, и прикупила к нему удобную кобуру. Не забыла и о патронах, сразу взяв с запасом.

После этого мы договорились, что он действительно отписывает лавку пацанам, которые и впрямь были ему родня (но о-о-очень дальняя), заодно ищет толкового продавца-управляющего и сваливает в закат, делать себе новую личность и документы. Я за лавкой вполглаза присмотрю.

Встречаемся недели через две-три и если всё хорошо, то он заселяется в дом по адресу Восточная-34 в качестве управляющего всем моим, искренне надеюсь, к тому времени немалым хозяйством.

– Но если чо… – напоследок Шнурх посмотрел на меня без привычного зубоскальства, – был рад знакомству, ска. На днях от меня курьер прибежит с самым разным хламом, ять. Глянешь. Покеда.

Мы крепко обнялись…

И тут я вспомнила про вознаграждение за банду Вульфа. Черт! А ведь без Шнурха мне деньги никто не отдаст!

Тут же проговорив этот момент с гоблином, нашла в его лице горячее понимание и мы, буквально взяв ноги в руки, сгоняли до местной администрации, где, наконец, получили свои честно заработанные тыщщи.

Ну а потом я с чистой совестью отправилась по своим делам дальше, а Рвых с мужиками вернулся в лавку, чтобы подбить окончательные итоги по выкупленному товару – денег я оставила с запасом.

Так как время было уже к обеду, а я всё ещё таскалась с текстилем, и сейчас до кучи ещё и с револьвером, то сначала решила наведаться домой, чтобы занести покупки, и только потом отправиться за следующими.

Дома всё было чудесно: ни Юли, ни Лукаса видно не было, а с кухни тянуло завлекательными ароматами, так что первым делом я отнесла покупки наверх и только потом заглянула на кухню, доброжелательно приветствуя Барбареллу, которая крошила овощи гигантским тесаком и что-то мурлыкала себе под нос.

– Доброго денечка, Эви, – улыбнулась-оскалилась орчанка. – Обед будет минут через тридцать, ребятишки твои обещались быть. Сама как?

– Как раз проголодалась, – улыбнулась ей в ответ. – Горничная не приходила?

– Заглядывали две малохольные, – пренебрежительно фыркнула Барб. – На три минутки хватило первую и от силы на минутку вторую. Заметь, я не выражалась. – После чего пожала плечами и вроде как озвучила очевидное: – Человечки… Тьфу!

Хмыкнув, но без осуждения, потому что малохольных нам действительно не надо, я не спешила расстраиваться. Даже если никого не найдем, первое время обойдемся своими силами.

Чай не баре!

Глава 17

Так как обед был обещан мне только через полчаса, я поднялась наверх и первым делом разобрала свои сумки, развесив-разложив одежду и отложив в сторонку то, что стоило отнести в кабинет.

Заодно задумалась о том, что пора открывать в банке счет. Наличность – это прекрасно, но совсем скоро, надеюсь, у меня её будет много и хранить честно заработанные мульёны дома элементарно опасно. В кабинете я видела сейф, но меня он не впечатлил, так что максимум, что я там буду хранить – это деньги на текущие расходы.

Пока же я присела в кресло, взяла в руки блокнот с карандашом и педантично выписала всё, что стоило приобрести после обеда: всякие там крема и мыло, одеяло с пледом, ну и внушительный перечень запасных вещей в дом Ириана.

О том, как это будет выглядеть со стороны, я старалась не думать.

И вообще, это лишь наше с ним дело! И ничье более!

Неожиданно в мою гостиную заглянула румяная Юли и, улыбаясь, позвала обедать. Как оказалось, они с Лукасом уже вернулись с покупками домой, первым делом уделив внимание закупу именно вещей для шахтеров, а после обеда так же вместе собирались пройтись по лавкам в личных интересах.

Более того, Юли уже накрыла стол в столовой и Барб носила ароматно пахнущие блюда именно туда. Лукас помогал.

Забавно, но с нами орчанка не села, да я и не настаивала, и за обедом мы обсудили с ребятами всё, что они уже успели. А успели они многое! Из всего того, что требовалось закупить для первой вылазки в горы, не хватало только палаток, но их Лукас собирался приобрести до конца дня.

– Эвирейл, – обратился он ко мне, – вы определились, с какой шахты начнём?

– Да, – кивнула. – Я помню, что ты советовал. С центральной и самой верхней. Там меньше всего мелких трещин в породе, а значит и риск обвалов минимален. Не самое богатое месторождение кристаллов, но нам сейчас главное не быстрая прибыль, а проба своих сил. Заодно присмотришься к старателям. Может кого сразу выгонишь. Мы с Юли тоже пойдем с вами, я хочу лично проконтролировать начало работ, а она пока займется добычей кристаллов из каверны, которую мы обнаружили. Не стоит с этим затягивать. Первое время расходов будет больше, чем прибыли, а мы уже серьезно потратились. Да и в артефактную лавку надо будет серьезно вложиться. Это и расходники, и инструменты, и рабочие места. В общем, будет куда потратиться. В котором часу планируешь выходить с утра?

– В шесть сбор на западной окраине.

Мысленно ужаснувшись, кивнула. Да, светает тут рано, а идти три часа. Даже немного больше, ведь мы планируем начать с верхней точки моих земель. Увы, идти придется пешком и нести груз вручную – дорог в горах нет и проходимость отвратительная. Брать лошадей элементарно опасно. Для лошадей. Это человек – такая скотина, что пролезет везде, если вопрос касается денег, а вот животные в этом плане не такие упертые.

Ладно. В любом случае с нами пойдут орки и полуоборотни. Гномы опять же. Они ребята выносливые, унесут своё только так. А уж чужое – и подавно!

Завершив обед ароматным чаем и вишнёвым пирогом и не забыв попросить Юли, чтобы купила всё необходимое и в третью спальню, и в гостевые покои, чтобы в случае чего они были готовы к заселению внезапных гостей, я заглянула на кухню к Барб, чтобы лично сказать спасибо за изумительный обед и предупредить, что ужинать буду дома, после чего поднялась наверх за сумкой, но сначала взяла в руки переговорник. Активировала, дождалась, когда мне ответит Ириан, и с нескрываемым сожалением произнесла:

– Прости, сегодня увидеться не получится. Завтра выходим в горы с самого раннего утра, хочу выспаться.

– Хорошо, я всё понимаю, – заверили меня, но я всё равно расслышала в его тоне досаду. – Мы завтра тоже уезжаем на несколько дней на южный склон вместе с ротой солдат из ближайшего гарнизона. Участились нападения троллей, надо разобраться.

О-о…

– Береги себя! – выпалила прежде, чем подумала.

– Конечно, Эви, – я расслышала в его голосе улыбку. – Не беспокойся, я не один. Будь аккуратна в горах, удачи.

– Удачи… – отозвалась эхом, отключилась и в голос чертыхнулась.

Вот! Вот об этом я и беспокоилась! Что он будет рыскать по горам и долам, а я…

А я тоже буду рыскать по горам и долам! Вот!

Поджав губы, какое-то время я просто стояла, чувствуя, что очередная внезапная разлука ударила по мне сильнее, чем хотелось бы. И казалось бы, что такого? Три, максимум пять дней – и увидимся снова. Вот только… Это не просто поездка по делам. Не просто прогулка по региону.

Он будет рисковать своей жизнью! Всерьез!

А если его убьют?

Я даже пальцы в кулаки сжала от того, как начала нервничать. Зараза!

И вроде умом понимала, что он не ребенок и не беспомощный младенец, а обученный убивать опытный воин, но всё равно… Меня там не будет. Кто прикроет его спину в случае чего? Кто подаст патроны?

Отец Фейд?

Ну, как бы… верю. Но всё равно!

Там не будет меня!

И это глупый, но такой весомый аргумент…

Вздохнув, я силой запретила себе даже просто думать об этом, после чего подхватила сумочку и до самого вечера ходила из лавки в лавку, накупив кучу всего, порой даже не совсем нужного. Но мне надо, у меня стресс!

Вернувшись домой в седьмом часу с кучей пакетов и мальчишкой-носильщиком, который помог донести вторую кучу пакетов, первым делом я окончательно застелила постель, затем уделила время ванной комнате, а там и Юли ко мне заглянула, зовя на ужин. Но сначала внизу моё внимание привлекла Барб, поманив на кухню.

Заинтригованная, я прошла следом за орчанкой и увидела на кухне совсем молоденькую тощую девчонку лет тринадцати с белокурыми волосами, прикрытыми белой косынкой, и изумрудными глазищами на половину лица, какие бывают только у эльфов. Вот только ушки у неё были обычными, круглыми, а значит девочка была полукровкой.

– Здра-а-асьти, – промямлила она, пока я изучала её серое платье послушницы. – Меня Кеяра звать. Отец Хорхе сказал, что вам горничная нужна.

– Нужна, – кивнула я. – Что умеешь?

– Всё! – выпалила девчушка так быстро, что лично я сразу поняла: врёт. Под моим пристальным взглядом стушевалась, смяла подол и дрожащим голосом добавила: – Я обучаемая. Правда! Всё сделаю. В домах господ не служила, но мама, пока была жива, всему научила. По весне её… – она рвано выдохнула, – родильная лихорадка сгубила. И её, и братика. Отчим пьет. И это… – она дернула плечиком и потупилась. – Смотрит. Нехорошо. Угрожал в бордель продать. Я в церковь сбежала, в послушницы, но…

На меня посмотрели влажными оленьими глазами, где не было лжи, лишь безнадежность.

– Не моё это – служение Отцу Небесному. А жить своим умом – мала ещё. Я как услышала, что отец Ириан с отцом Хорхе о вас говорят, сразу для себя решила, что надо попробовать. И… вот.

– Так. Погоди, – притормозила я её. – Так тебе отец Хорхе сам сказал, что мне горничная нужна, или ты подслушала чужой разговор?

Девчонка враз покраснела всем лицом и добела прикусила губу. Потупилась и промямлила:

– Подслушала.

Поня-я-ятно…

Придирчиво изучив девчонку ещё раз, скептично посмотрела на Барб, которая стояла насупившись, и спросила прежде всего у неё:

– Что скажешь?

– Характер есть. Научить не проблема. Но решать вам.

Ну, конечно. Кто бы сомневался!

– Кеяра, сколько тебе лет?

– Четырнадцать.

– Родня помимо отчима есть?

– Нет, – она мотнула головой. – Меня мамка по молодости от кого-то из местных нагуляла, но так и не сказала, от кого. Она у меня красивая была…

Девочка невесело усмехнулась, но с каким-то нездоровым пониманием, что красота в её случае не плюс, а минус.

– Злые люди говорили даже, что от лорда Диктрейна, она в то время у него в доме работала. Но разве б он не признал, если бы это было действительно так? Разве б нам пришлось жить в бараке на южной окраине? – в голосе Кеяры прозвучала злость и отчаяние, а в глазах мелькнула застарелая боль.

И я как-то сразу рассмотрела и чрезмерную худобу, и мелкий рост, и натруженные ладони…

– Успокойся, – я вскинула руку, видя, что для неё это чрезмерно личное и обида до сих пор грызет. – Давай так. Вижу, Барб ты не испугалась, да и в целом смелая девочка. Если такая же обучаемая и прилежная, то сработаемся. Запомни главное: не трепаться о том, что происходит в доме; не воровать; не дурить; в постель к Лукасу не лезть; и главное – слушаться меня и Барб. С этим понятно?

– Да!

– Очень хорошо, – кивнула, видя, что девчонка действительно готова вкалывать и слушаться. – Жить будешь здесь, в доме есть свободная комната для прислуги. Платить буду пятьдесят песо в месяц. Если появится отчим и будет угрожать – сразу говоришь мне, разберусь. Если кто другой вздумает приставать – говоришь мне, разберусь. Если какая-то тварь начнет предлагать деньги за то, чтобы шпионила за мной и рассказывала ему, что происходит в доме – соглашаешься, а потом говоришь мне. Разберусь. Это понятно?

– Да-а… – немного растерялась Кеяра, но потом часто-часто закивала. – Да, я всё поняла. Всё-всё!

– Очень хорошо. Сейчас у меня по плану ужин, потом вместе сходим в церковь и я предупрежу отца Хорхе, что ты будешь жить и работать у меня. Надо поставить его в известность. Заодно заберешь вещи, какие есть.

– Спасибо вам. Огромное спасибо! Я не подведу!

Кивнула ей, принимая благодарность, после чего посмотрела на Барб, которая выглядела особенно задумчивой, и попросила:

– Научишь девочку всему, что требуется?

– Не сомневайся, ска! – моментально встрепенулась кухарка.

– Вот последнему не обязательно, – проворчала, глянув с укором, на что орчанка развела руками, виновато улыбаясь. Мол, само! – Ладно, верю. Накрывайте ужин.

Не став задерживаться на кухне, я прошла в столовую, где сразу предупредила Лукаса и Юли о том, что нашлась кандидатка в горничные. Пока на испытательный срок, всё-таки без опыта, да и ребенок фактически, но пусть будут в курсе. Заодно в двух словах пересказала её историю, чтобы понимали, откуда и почему. И если вдруг на горизонте замаячит отчим, чтобы не терялись и принимали меры.

– А может убить его? Ну, превентивно? – тихонько предложила Юли, причем даже не смутившись, когда я посмотрела на неё с укором. И что примечательно, Лукас в этот момент отрывисто кивнул.

Вот же… компашка маньяков на мою голову!

– Никого мы убивать не будем, – произнесла строго. – Пока… И вообще, вы всё купили на завтра? Не окажется такого, что элементарные спички и соль забыли?

На меня дружно посмотрели с ответным укором, но я даже и не подумала проникнуться. Вообще-то соль – штука нужная! Особенно в кашу!

Как бы то ни было, ужин нам накрыли быстро, сам ужин был просто великолепен, о чём я не поленилась уведомить Барб лично, а потом поманила за собой Кеяру и мы отправились в церковь.

Пока шли, я на всякий случай уточнила, что у Кеяры вообще есть из одежды и обуви, не нуждается ли она в чем-то слишком остро, на что девушка ответила нехотя, но честно:

– Из дома ушла в старом платье, оно только на тряпки годилось. В церкви одели, но так… две смены белья, два вот таких платья. Чулки и ботинки.

Мне предъявили не самые ужасные, но уже стоптанные башмаки, причем даже не девчачьи.

– Кофта есть, косынка запасная.

Кош-мар!

– Вернёмся домой, напомни мне дать тебе авансом десять песо, купишь себе два нормальных платья и обувь, – произнесла я строго. – Заодно постельное в свою комнату. Если не ошибаюсь, там ничего нет. Расческу, ленты, сумочку… но это уже сама решай, что надо. Если денег не хватит – скажешь.

– Хорошо, – слегка растерялась Кеяра, но потом несколько раз кивнула. – Да, спасибо!

Ну а потом мы дошли до церкви, я нашла в библиотеке отца Хорхе, предъявила ему смутившуюся Кеяру и заявила, что девочка меня устраивает и я её беру.

– Работы в доме не сильно много, так что большой нагрузки не будет, – заверила я мужчину, когда он взглянул на Кеяру с сомнением. – Главное, что она хочет этого сама.

– Ну что ж… – протянул отец Хорхе, – если вас обеих это устраивает, то отговаривать не буду. Но если вдруг случится размолвка, – Кеяре достался очередной внимательный взгляд, – ты всегда можешь вернуться. Мы не откажем ни в крове, ни в утешении.

– Спасибо, – с легкой дрожью в голосе произнесла девушка и порывисто подалась вперед, крепко обнимая священника. – Спасибо вам огромное! Я вам очень-очень за всё благодарна! Очень-очень!

Мягко улыбнувшись, отец Хорхе погладил девочку по голове и она, звучно всхлипнув, извинилась и убежала собирать вещи. Я же, задержавшись в библиотеке, не могла не спросить:

– Отец Хорхе, а что вы знаете о ситуации на южных склонах и троллях? Что там происходит?

– Знаю немного, – качнул головой мужчина, чуть нахмурившись. – Давно уже такого не было, лет тридцать. До нас дошли слухи уже о четвертом нападении с конца весны. Два раза на фермы налет был, один раз на крупную шахту, где не только шахтеров всех перебили, но и почти всю охрану. Сейчас опять на ферму напали. И ладно бы действовали привычными методами, но нет – вырезают всех без разбора, порой с особой жестокостью. Слышал я… – он поморщился и пожевал губами, – что некоторые племена поклоняются демоническим тварям и те требуют кровавых жертвоприношений. Судя по всему, это племя пошло именно таким путем. И принимать меры необходимо быстро и жесткие.

Это точно!

Нахмурившись и в очередной раз подумав, как сильно Ириан рискует жизнью, участвуя именно в таких облавах, в итоге лишь вздохнула, коротко поблагодарила священника за беседу, дождалась Кеяру, которая пришла ко мне со своими пожитками, просто свернутыми в узел, и мы отправились домой.

Дома, убедившись, что в её будущей комнате есть шкаф, тумбочка и кровать, но на кровати лишь матрас и даже подушки нет, я заглянула в комнату Барб и обозначила проблему, попросив решить её завтра. И сама бы занялась, но нас не будет целый день и скорее всего вернёмся поздно.

– Не кипишуй, ять! Всё решаемо, ска, – успокоила меня орчанка и проплыла чинной баржей до ближайшей кладовки, откуда за раз притащила и одеяло с подушкой, и ворох полотенец, и ещё всякого разного, где угадывались наволочка с пододеяльником в задорный синий цветочек, и даже лоскутный плед. Вручила всю эту кучу растерявшейся Кеяре и заявила: – Вот, нах. Как знала, прихватила из своих запасов. Держи, цыплёночек. Обживайся, ять. Завтра с утреца пробежимся по рынку и заглянем к доне моей старшей, у неё своя лавка женского барахла. Подберем чегось, стал быть врот. А пока марш мыться и спать!