Текст книги "Призрачная тайна 1 (СИ)"

Автор книги: Елена Кароль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Я ушла, из последних сил изображая стойкость и невозмутимость, которой так гордилась прежняя Лиза, и лишь в спальне, заперевшись на засов, позволила себе рухнуть на кровать и расплакаться. Было… обидно. Просто по-человечески обидно.

С одной стороны, я их понимала. Феномен не изучен. А если в один прекрасный день я забуду надеть перчатки и кого-нибудь коснусь? А если специально? А если болезнь перейдет на всё тело?

Нет, они не будут так рисковать. Не вправе.

Но как же, черт возьми, обидно!

Полежала ещё немного, чувствуя прежде всего эмоциональное опустошение от того, что в один миг от меня отказалась семья, которую я вспоминала постепенно и гораздо больше приятных моментов, чем нет (кажется, их я не помнила из принципа), задумалась и о своей.

О семье Лизы Аксеновой. У меня были свои мама и папа, а ещё старший брат и даже племянница Настёна. В нашей семье тоже было не всё гладко, родители развелись больше десяти лет назад, брат уехал во Владивосток, я была занята карьерой… Но иногда созванивались. Да…

Рвано выдохнув, отогнала ненужные здесь и сейчас воспоминания. Что было, то было. Мне надо думать о настоящем и тщательно планировать будущее, чтобы не остаться у окончательно разбитого корыта. И прав был Костя, лучше держать свои способности в тайне даже от родных.

Целее будем. И я, и они.

Успокоившись окончательно, я сходила и умылась, радуясь, что сегодня не пользовалась косметикой, так что никакая тушь не потекла и тени не размазались. Позвала Марфушу, интересуясь, когда ужин и где мне его накроют, на что горничная бесхитростно сообщила:

– Где пожелаете, барышня. Маменька ваша с сестрицей в усадьбу поехали, сказали не ждать.

Дернув бровью, зло хмыкнула, но смолчала так и рвущийся с языка сарказм.

– Надолго?

– Не сказывали.

Ясно.

– Пусть накроют в малой столовой, я уже проголодалась. И позови мне Лаврентия, хочу с ним побеседовать.

– Сию минутку, барышня.

Девушка убежала вниз выполнять мои распоряжения, я же прошла в гостиную и, взяв в руки смартфон, нашла в сети карту Рязанской губернии. Итак… Что дальше? Стоит ли мне оставаться близ Рязани или плюнуть на всё и рвануть куда глаза глядят? Что меня вообще тут держит?

Глава 16

Тщательно обдумав этот непростой вопрос, поняла, что на самом деле многое. И нет, не Волконский. О нем я, как ни странно, вспомнила в последнюю очередь. Сначала подумала о ведьме, которую поклялась найти и уничтожить. Поклялась прежде всего самой себе. Таким тварям нет места в этом мире.

Затем, как ни странно, о родных. Пускай они мне не такие уж и родные, но сегодня я виделась только с матерью и сестрой. А что думают остальные? Братья, Ольга? Мы были с ней дружны и я была бы рада просто увидеть её снова. Несмотря на отсутствие дара, а может именно поэтому, Ольга была очень душевной женщиной и я ни капли не сомневалась в том, что Коля действительно её любит. Может брак и был заключен из выгоды, но семья у них сложилась по любви. Малышей я помнила плохо, всё же последние пять лет в основном училась, но… Я их помнила. И не хотела становиться в их глазах изгоем.

Эгоистично, знаю. Но люди по природе своей эгоисты. За о-о-очень редким исключением.

При этом очень близких друзей и подруг у Апраксиной не было, скорее приятельницы и поклонники, однокурсники и просто знакомые. Лиза, несмотря на всю свою доброту, была довольно высокого о себе мнения и абы с кем не общалась. Только из выгоды. Таков уклад местной аристократии.

Я же… Понимала, что близко не подпущу к себе никого. Ведь я не Апраксина. И пускай риск сдать саму себя с потрохами максимально низок, ведь мне досталось не только тело, но и память той Лизы, а ещё всегда можно отбрехаться амнезией, не стоит забывать и о том, что я действительно бомба замедленного действия.

А если родители правы и в один прекрасный момент я стану в разы опаснее? А если просто однажды не проснусь? Не справлюсь с очередной сущью или проклятой душой? Попадусь на глаза магконтролю и попаду в некромантскую ловушку? Вариантов погибнуть тьма!

Естественно, меня ни один не устраивает, и я буду биться до последнего, но шанс проиграть есть всегда. Я не всесильна, да и в принципе не вечна.

А ещё меня тревожила седьмая застава. Слишком уж опасный район. Слишком!

А я уже заявила о себе, как о лекарке. Дала людям надежду. И сбежать от проблем? О нет, не в моём стиле.

Но что в итоге?

Точно зная, что родительская усадьба расположена на северо-западе от Рязани, в максимальном отдалении от седьмой заставы, первым делом я изучила противоположный район. Уже не город, всего лишь пригород, но в целом выбрать было из чего. Деревеньки, поселки городского типа, респектабельные загородные микрорайоны… Нет, мне не нужен дом. И дорого, и мороки много. Подойдет и квартирка. Минимум четыре комнаты, на меньшее размениваться не стоит – родители не поймут. И не только родители! Если кто узнает из дворян, пойдут слухи, порочащие семью. Нет, нельзя. Как бы я сама ни считала, порочить честь семьи нельзя ни в коем случае.

О, Вишнёвка! Забавное название и от заставы не особо далеко. Была там как-то раз ещё до вселения в тело, славное местечко. И озерцо рядышком, и лесок, плавно переходящий в парковую зону. Есть гипермаркет, спортзал, салоны красоты… М-м, да, отличный район. Не дешевый, как минимум. Есть и частный сектор – бывшая деревенька, и парочка микрорайонов с высотками.

– Елизавета Андреевна, звали? – В гостиную вошел Лаврентий, к которому можно было обратиться с любым вопросом в любое время суток, и он находил элегантное решение в кратчайшие сроки, либо выполняя его сам, либо находя толкового исполнителя.

– Да. – Я жестом позвала его ближе и не стала скрывать. – Родители желают, чтобы я нашла себе отдельное жильё. Я согласна с их аргументами. Интересует район Вишнёвки, благоустроенная квартира в пределах ста квадратов, плюс-минус. Подбери мне несколько вариантов, смотреть буду сама.

– Как пожелаете, Елизавета Андреевна, – степенно произнёс семейный дворецкий и протянул мне бумаги и конверт. – Пришел ответ из РусьТелекома на запрос новой симки и распечатка абонентов. Могу я уточнить один момент?

– Да. Что такое?

– Слух о том, что ваше касание смертельно… Это правда?

– Это чушь, – скривилась и подняла руки, привлекая к ним мужское внимание. – Если я коснусь человека обнаженными пальцами, то он просто устанет. Это происходит из-за того, что мой организм больше не способен самостоятельно вырабатывать магию, но тело помнит, что такое энергетические потоки, и пытается их восполнить. Но это происходит только во время касания кожи к коже. И именно пальцами. – Я посмотрела Лаврентию в глаза и четко произнесла: – Думаешь, меня бы выпустили из клиники, будь я действительно опасна для людей?

– Безусловно, нет, – последовал абсолютно ровный ответ и неожиданно поклон. – Простите, Елизавета Андреевна, но я хотел услышать это именно от вас. Из первоисточника. Не сердитесь, пожалуйста.

– Я не сержусь, – усмехнулась грустно. – У страха глаза велики, знаю. Но для всех нас действительно будет лучше, если я буду жить отдельно. Не хочу, чтобы близкие меня боялись и жили в стрессе. Мы договорились насчет квартиры?

– Займусь этим завтра с самого утра, – заверил меня Лаврентий. – Не извольте беспокоиться.

Мужчина ушел, а я, дожидаясь, когда Марфуша позовет меня на ужин, внимательно изучала распечатки. Абонентов было на удивление много, больше сотни. Из них я более или менее помнила от силы треть. Семья, подруги, однокурсники, преподаватели. Треть не помнила совсем, видимо, совершенно случайные знакомые. Ещё треть была этаким “миражом”. Вроде бы и мелькали в памяти, но без особых подробностей.

Тем не менее я занесла в память нового телефона абсолютно всех, но сразу пометила, кто есть кто: семья, друзья, знакомые, х/з (хрензнает). Симку переставлять не стала. Смысл? Я не планирую вести активную светскую жизнь и восстанавливать общение с теми, с кем мы теперь на разных ступеньках местной иерархии. Те, с кем училась, поголовно маги. О чем с ними теперь общаться? Замуж мне нельзя, рожать тем более.

Ну, здравствуй, новая жизнь…

Криво усмехнувшись, закончила записывать в память телефона номера и сразу создала облачное хранилище, куда это всё перекинула. Подобная функция появилась совсем недавно, по мере развития местных технологий и Лиза ещё не успела им воспользоваться, всё откладывая на потом, ведь большую часть времени занимала учеба, которой Апраксина просто горела, желая стать лучшей, а в технологиях, как ни странно, разбиралась не особо хорошо. Почти так же, как я в магии.

По большому счету это была даже не её вина, просто образование тут было такое, узкое. И если магов ещё чему-то учили, но преимущественно магии, то именно девушек – буквально читать-писать-считать, не более. Упор делался на домоводство во всей его красе: рукоделие, материнство, кулинария, иное хозяйство.

И не скажу, что это было плохо!

В этой России мужчины были именно мужчинами – добытчиками, защитниками и главой в семье, а женщины – матерями и хранительницами очага. Могли работать, но в основном в качестве обслуги, уж таков удел простолюдинов. Аристократки же в большинстве своём вообще не работали. Смысл? Их содержали сначала отцы, затем мужья. Им хватало денег, чтобы становиться художницами, заводчицами каких-нибудь экзотических пород котов и собак, и просто быть матерями большого семейства. Тратить время на командование слугами, меценатство и прочие дела, доступные лишь богатым.

Крайне редко аристократки именно работали. Лиза вот планировала…

Не срослось.

Я же, судя по всему, стану типичной приживалкой. Всё к тому и идет. Ну а как ещё это назвать? Я уже вспомнила достаточно для того, чтобы понимать: нормальную работу я не найду, а на ненормальную гордость не позволит устроиться. Та самая, аристократическая.

Но выход искать надо. Без вариантов. Год, два, десять – отец будет меня содержать. А потом? А вдруг умрет? Маги тоже не вечны.

Будет ли содержать меня брат Коля? Возможно. У аристократов именно так и принято. Но вряд ли так же щедро.

Жить, пока живется, и надеяться на авось? Не в моём стиле.

Но что делать?

Я думала об этом до ужина, я думала об этом во время ужина и потом тоже думала именно об этом.

В итоге поняла, что иду сложным путем. Зачем?

Зачем, если можно пойти простым? Ха!

В самом деле, я не Лиза Апраксина, изгнанная из семьи лишенка. Я призрак! А призракам доступно куда больше…

В итоге спать легла с улыбкой и четким пониманием, что жизнь прекрасна, как ни крути, а те, кто думает иначе, просто её не крутили. При этом стоило мне только уснуть, как я рванула по городским и пригородным больницам, клиникам и лечебницам, предварительно выяснив их адреса и специализацию. Если ведьма не покинула город, она обязательно снова примется за своё. Обязательно!

Даст зацепку. След. Ниточку, по которой я найду её схрон и на этот раз уничтожу лично. Церемониться с той, кто убивает детей? Никогда.

Увы, сегодня мне не повезло. Я облетела девять мест, где так или иначе находились медицинские стационары, и даже обнаружила пятерых проклятых взрослых, но увы, это были проклятья не пиявочного типа, и с моими знаниями отследить того, кто их наложил, было невозможно.

Тем не менее я не поленилась и иссушила все пять черных сгустков, немного налажав лишь с последним мужчиной – его проклятье захватило голову и я, выдирая его из тела, кажется, слегка повредила мозг, потому что мужчина проснулся и начал истошно кричать на одной высокой ноте, глядя на меня, словно видел. Прибежали медики, вкололи ему конскую дозу успокоительного и мужчина уснул.

Умом я понимала, что действую откровенно топорно, не зная основ, но понадеялась на удачу и своё призрачное всемогущество и… капельку облажалась. Надеюсь, не критично.

В любом случае я была в маске и он не видел моего лица, так что если и будет рассказывать, то лишь о призраке лекарки, не более.

В монастырь я тоже заглянула, но ничего интересного там не нашла, даже видящих, перед кем можно было помелькать ради создания легенды, и отправилась на седьмую заставу, сначала заглянув на шестую. Как Волконский и обещал, он ждал меня в дежурке, при этом снова нацепив на дверь паутинку, которая сообщила ему о моём приходе.

Тц! Надо быть внимательнее. Понимаю, он сделал это не из плохих побуждений, но что если до этого додумаются и мои враги? Пока их нет (и слава богу!), но какие мои годы?

– Привет, – махнула мужчине рукой, приспуская масочку, чтобы он видел мои губы. – Как дела?

– С твоим приходом просто отлично, – последовал довольно двусмысленный ответ, пока сам Константин внимательно изучал моё лицо и фигуру. – Я уже обсудил с руководством возможность оборудования централизованного дежурного поста, который будет собирать данные со всего города и пригорода. Пока только наметки, но к этому уже давно шло, так что лишних вопросов не возникло. Предложил даже частичное финансирование проекта, что нашло горячий отклик в нужных сердцах. Думаю, к концу недели решим этот вопрос.

– Тебе денег девать некуда? – озадачилась и ляпнула, немного не подумав. Не как аристократка.

Но Волконский почему-то не удивился. Лишь усмехнулся, пожимая плечами.

– Можно и так сказать. А куда мне их девать, Лиза? Я буквально живу на заставе. С тех пор, как… – он осекся и шумно вздохнул, после чего глянул на меня чуть исподлобья. Поморщился, потер лоб, явно на что-то решаясь, и в итоге всё-таки сказал: – Три года назад я служил под Владимиром. Не знаю, в курсе ли ты, но согласно воле государя некроманты должны в обязательном порядке отслужить на заставах не менее семи лет, иначе можно схлопотать статью “за измену Родине”. Я с детства знал, что буду служить. Горел этим. Для меня это не бремя, а честь – защищать мирных граждан от проявления потустороннего. В тот раз… Подвел командир. Не поверил в мои слова, что разрыв будет мощным. А я чую их на глубинном уровне. И место, и мощь. Меня… сочли паникером. Командир не стал запрашивать усиление, заявил, что я трус, раз не способен идти в бой основным составом. Они…

Волконский вздохнул. Тяжело, протяжно. Прикрыл глаза, провел ладонью по лицу, словно силился стереть воспоминания.

– Погибло две трети состава. Просто потому, что мне не поверили. Три твари прорвались в город, там погибло ещё сто сорок жителей, пока мы их не догнали и не уничтожили. Командир предстал перед трибуналом, но отделался условным сроком и его даже с должности не сняли. – Некромант скривился. – Комиссариат заявил, что нельзя разбрасываться опытными бойцами, иначе воевать будет просто некому. Но знаешь что?

– Что? – спросила тихо, хотя Константин этого и не ощутил. Ни громкости, ни тональности моего голоса.

– Я убил его сам. – Хмыкнул, зло кривя губы. – Не открыто, нет. Просто не стал спасать, когда он подставил нас в следующий раз. Хотя мог. Мог, да… Был выбор: он или трое зеленых курсантов, присланных на замену погибшим. Я выбрал курсантов. Вот такой я мерзавец, Лиза.

– Глупости! – выкрикнула, взмахивая руками.

– Считаешь? – наклонил голову.

– Да!

– А комиссариат решил иначе.

– Почему? – нахмурилась.

– Это был мой старший брат. Наследник рода. Александр Волконский.

Растерявшись, я даже не пыталась сказать хоть что-то, ожидая продолжения, но некромант молчал. Просто смотрел на меня и молчал. Помедлив ещё немного, спросила:

– Тебя судили? Что было дальше?

– Официальная версия: Александр погиб героем, – скривил губы Волконский. – Награжден орденом Славы первой степени посмертно. Неофициально меня отправили в своего рода ссылку. На седьмую Рязанскую заставу, где каждый год гибнет до сорока служивых. Но знаешь что?

– Что?

– За все три года, пока я служу здесь, погибло всего десять ребят.

Боже мой…

Покачав головой, потому что услышала гораздо больше, чем прозвучало, не могла не спросить:

– А твоя семья? Они тебя тоже осудили?

– Знаешь, – качнул головой, – нет. Не особо. У нас не принято выносить сор из избы, но… Сашка был тем ещё самовлюбленным засранцем. К тому же я всё равно не стал наследником, некромантам это в принципе не грозит, если помнишь законы империи. Ну а Славка на меня тем более не в обиде. Валя его практически не знала, ей только в этом году исполнилось десять, ну а мать… – Константин тяжело вздохнул, – мать его любила. Просто потому что он был её сыном.

– А отец? – спросила ещё, потому что не услышала ни слова о главе рода.

– Мы с ним не общаемся, – скупо ответил Волконский. – Были причины.

Мы помолчали ещё и Костя, видя, что я не спешу задавать новые вопросы, преувеличенно бодро шлепнул себя по коленям.

– Вернемся к теме денег. Я не нищеброд, – усмехнулся, – как ты наверняка подумала. Просто действительно не вижу смысла их тратить, пока несу службу. Кстати, уже восьмой год. Мой официальный контракт истек по осени, но я продлил его сам. Знаю, что если уйду отсюда, то ситуация сразу ухудшится в разы, да ты и сама видела, какая хтонь периодически нас посещает. Да и куда мне идти? В городские службы? Там есть кому штаны протирать. А тут я нужен. Просто нужен. Думаю, ты понимаешь, о чем я.

Я кивнула, причем действительно с пониманием, а не просто так.

– Но я снова отклонился от темы. Зарплата офицера с моим стажем порядка трехсот тысяч ежемесячно. Плюс квартальные и годовые премии в размере ста процентов. По меркам аристократов – копейки, однако мы тут вроде как не за деньги служим, а на благо Родине. Но помимо этого у меня есть своя серебряная шахта – наследство по бабкиной линии. С неё мне капает на счет порядка пяти миллионов ежемесячно, так что миллионов триста за последние пять лет накапало, как я ею владею. Наведываюсь с инспекцией раз в году, в остальное время там трудится семейный управляющий. Как-то так.

– О, так ты выгодная партия! – усмехнулась иронично, но снова он не услышал мой тон, разобрав лишь слова.

– Верно, – кивнул абсолютно серьезно и посмотрел мне в глаза. – Только любимая девушка почему-то этого никак не замечает.

Будь я в теле, наверняка бы жутко смутилась и покраснела, ведь намек был более чем прозрачен, но так лишь попыталась перевести всё в шутку.

– О? У тебя есть любимая девушка? Здорово. Повезло ей.

– Думаешь? – приподнял одну бровь. – И почему же ты так думаешь?

Подловил, зараза!

– Волконские – древний и знаменитый княжеский род, приближенный к императору, – озвучила общеизвестный всем факт. – Любой повезет, если её выберет княжич.

– Какая же ты всё-таки ершистая, – покачал головой и снова посмотрел мне в глаза. – Лиза, я о тебе говорю. Не делай вид, что не поняла. Знаешь, мне… Обидно, что ты меня не помнишь. Но может и зря я придаю так много значения тем трем встречам десятилетней давности. Вот только их я запомнил надолго. Думал, подожду, пока подрастешь… Но не успел, Нарышкин подсуетился.

Константин неприязненно скривился, даже не пытаясь делать вид, что его это не задевает.

– Да и твой отец был против, я знаю. К некромантам в принципе относятся предвзято и он не исключение. С нами сотрудничают, нас охотно используют и привлекают к самой грязной и опасной работе, но когда речь заходит о дочерях, то прячут их под семь замков или выдают за таких, как Нарышкин. Но сейчас… Лиза, – он надавил тоном и буквально впился в меня взглядом, – я прошу дать мне шанс.

Грустно улыбнувшись, неопределенно качнула головой. Шанс на что? А ведь я даже не Апраксина…

Глава 17

Было безумно сложно даже просто продолжать разговор, но я смогла, хотя и не так, как хотел княжич.

– Дядя сказал, что мне нельзя рожать.

Волконского это почему-то не расстроило.

– Хочешь детей?

Пожала плечами, отводя взгляд в сторону.

– Можем усыновить. Не вижу проблемы.

Даже так?

– Моё касание смертельно.

– Не приукрашивай, – возразил, причем так жестко, что я вскинула на него удивленный взгляд. – Даже сущам необходимо больше тридцати секунд, чтобы выпить человека досуха. Подозреваю, что тебе понадобится намного больше времени. Или ты что-то скрываешь?

Ты не поверишь, Костя…

– Ты уже всё решил, да? – спросила вместо нового признания.

– Чего ты боишься? – спросил вместо ответа. – Лиза, я не обижу тебя.

Ох, если бы всё было так просто!

– А если… – я всё-таки решила пойти ва-банк, но оставив себе лазейку, – если я скажу, что я не Лиза. Не та Лиза, которую ты знал. Совсем не та…

– Мы все не те, кем были ещё вчера, – качнул головой Волконский. – Обстоятельства, люди, решения – они все меняют нас каждый день и час. Лиза, я вижу тебя. Более того, вижу твою душу.

С моих губ сорвался смешок, но он его не услышал, продолжая глядеть мне в глаза.

– Смерть никого не красит и не делает лучше, даже если она клиническая. Но ты… Лиза, ты прекрасна. И даже не вздумай возражать. Поняла?

На последнее его заявление я вскинула брови, а затем и вовсе расхохоталась, хотя и с легкой истеричностью. Волконский же, с легкой улыбкой дождавшись, когда я отсмеюсь, задумчиво отметил:

– Знаешь, мне кажется, я слышу отголоски твоего смеха. Так странно… Кстати, я наконец дождался обещанных тебе книг. Захвачу завтра с собой. В принципе, можем встретиться и раньше. Погуляем в парке, покормим уток на озере… Что скажешь?

– Раньше? – Я задумалась. – Не знаю. Днем я скорее всего буду занята…

И без особой охоты призналась:

– Родители решили, что я угроза их безопасности, и попросили меня съехать в течение недели.

– Съехать? – С Волконского мигом слетела только-только появившаяся расслабленность. – Куда? Почему? Я не понял.

– Руки, – фыркнула, поднимая кисти рук выше и тем самым привлекая к ним внимание. – Не знаю, кто из них решил, что я смерть во плоти, но меня поставили перед фактом. Дома мне больше не рады. Но знаешь… Я подумала, что так будет даже лучше. Слишком много у меня появилось от них секретов. Думаю поискать квартирку в Вишнёвке. Дала уже задание Лаврентию, надеюсь, завтра уже гляну хотя бы пару вариантов.

– В Вишнёвке? – Некромант иронично хмыкнул. – А знаешь, хороший вариант. Будем соседями?

Я изобразила удивление, а он охотно пояснил:

– Снимаю там квартиру. Хороший и безопасный район, и от заставы относительно недалеко. Ты ведь выбрала его по той же причине?

– Да-а… – протянула всё ещё растерянно. – У тебя есть квартира? Я думала, ты живешь на заставе.

Волконский почему-то смущенно почесал затылок и хотел было уже что-то ответить, но тут его внимание привлекли ярко замерцавшие лампочки и мужчина тут же сосредоточился на них, а секунд через десять хмуро сообщил:

– Завихрения седьмого уровня напряженности в секторе восемь.

Глянул на меня и пояснил:

– Всего девять уровней напряженности. В тот первый раз, когда ты меня спасла, был шестой.

Мгновенно вспомнив ту слоноподобную хтонь, я даже рот слегка приоткрыла от волнения, а Константин уже связывался с дежурными отрядами, просил подкрепление с соседних застав, требовал замену себе в дежурке, тем самым давая понять, что сам пойдет в оцепление, ну а я и без его указаний понимала, что тоже приму участие в зачистке.

Иначе никак.

Ведь кто, если не мы?

Не прошло и пяти минут, как в дежурку влетел взбудораженный маг, и Константин четко доложил обстановку, свои уже совершенные действия и планируемые. Нервно покивав, мужчина торопливо сел за пульт, впившись взглядом в свежие показатели, а некромант, молча махнув мне рукой на выход, поспешил на улицу.

Немного удивилась тому, что он не стал заходить в свою комнату и одеваться-вооружаться дополнительно, но тут Костя приглушенно произнёс:

– Лиза, маска. Прячь лицо, быстро. И давай прямиком на точку, но не в эпицентр. Там холм и ряд построек, спрячься среди них. Постарайся не привлекать к себе внимание до начала операции. Копи силы, не трать понапрасну. Скорее всего будут пострадавшие, нам понадобится твоя энергия исцеления. Если увижу, что мои опасения подтверждаются, буду звать Лекаря. Откликайся. Сама тоже контролируй этот момент. Договорились?

Выразительно кивнула, чтобы увидел, и помчалась в район восьмого сектора, который Костя показал мне на карте ещё в дежурке.

Волновалась ли? Немного.

Переживала, что не смогу помочь всем и погибнут действительно достойные ребята. Те, на ком держится спокойствие этого мира, чтобы такие, как Нарышкин жили в своё удовольствие и в ус не дули. А ведь я до сих пор толком не расспросила, что за ружья такие они используют, чтобы противостоять тварям.

Может, есть какой-то другой, более быстрый и эффективный способ? Наподобие моего иссушения, а? При этом совершенно непонятно, почему твари, обладая схожими силами, не могут навредить мне. И друг другу. Ну вот совершенно непонятно и нелогично!

Моя душа какая-то особенная?

Или всё дело в поводке, который нацепил на меня монстр?

Сказать ли о нём некроманту?

Подумав ещё, отрицательно качнула головой. Нет, слишком опасно. И да, мне слишком нравится то, как он ко мне относится. С нежностью. Черт возьми, я почти готова дать ему шанс!

Но эти тайны… Всё портят. Всё!

С этими тяжелыми мыслями я добралась до холма, где действительно шло мощное возмущение пространства и воздух плыл взволнованной рябью. Сразу увидела, что окружать его будет сложно и крайне неудобно, ведь твари поползут сверху вниз, и не без труда нашла для себя какой-то покосившийся сарай чуть в отдалении. Раньше это была ферма, остался ряд старых построек и, если честно, я не совсем понимала, почему их не снесли. Нет денег и рабочих рук? Но это же так мешает бойцам! Сущи-то могут и сквозь предметы проходить, а вот людям придется их огибать. Да и просто не видно, скрывается ли кто-то внутри или чисто. Мне-то хорошо – можно прятаться прямо в стены, выныривая лишь лицом, чтобы видеть происходящее. А вот людям…

Ладно, спрошу позже. Сейчас главное уничтожить врага!

И потекли томительные минуты ожидания. Начали подходить бойцы, пока переговаривающиеся вполголоса, но что мне понравилось – я не увидела на их лицах паники и нерешительности. Совсем наоборот. Упрямо поджатые губы, сурово сдвинутые брови.

Увидела и командира, даже двух. С ними рядом стоял и Волконский. Мужчины быстро обсудили наилучшие позиции для обороны и начали расставлять бойцов по оптимальным точкам почти в самом низу холма. Всего я насчитала около сорока пар – очень много по сравнению с тем, как было обычно, но так думала одна я. Услышала даже от одного из командиров досадливое опасение, что людей не хватит – первая застава тоже готовилась с минуты на минуту отражать атаку в своём двадцать третьем секторе, так что от них помощи не будет.

– Справимся, – более чем уверенно заявил Волконский, к чьим словам я прислушивалась с особой тщательностью. – Не впервой. Вы раздали бойцам амулеты восполнения сил?

– Всем, на кого хватило, – отозвался второй командир. – Новая партия ещё не пришла, скребли по всем сусекам.

– Опять снабженцы подводят, – зло скривился Константин и сурово сдвинул брови. – Завтра же напишу на всех докладную. Если сегодня погибнет хотя бы один боец, из всех виновных душу вытрясу.

Оба командира напряженно переглянулись, но что примечательно – осуждать не спешили. Наоборот, я видела на их лицах суровую поддержку. Да и сама считала, что Костя прав. У нас тут между прочим не пикник, а полноценная война! И сущи не будут ждать, пока людям подвезут припасы – выпьют досуха всех, кто попадется под щупальце!

А потом пойдут в город…

Но вот пространство дрогнуло особенно мощно, мужчины синхронно опустили на глаза маговизоры и разбежались на заранее оговоренные позиции, Волконский тоже поспешил на свою точку, которая располагалась вдали от меня, а через десять секунд пошла новая рябь и пространство порвалось с жутким треском.

Я не знала, слышали ли его люди, но для себя сравнила его с натужно рвущейся тканью, которая ещё и стонала от боли. По позвоночнику прошла холодная волна потустороннего ужаса, когда я увидела размеры дыры: не меньше десяти метров в высоту и более четырех в ширину.

Сначала показались щупальца. Полупрозрачные, темные. Длинные, жирные… Их было много. Очень много. Словно к нам пыталась выбраться актиния, но никак не могла пролезть наружу сквозь слишком узкую для неё щель. Секунда, две, три…

И она протиснулась.

Это была полноценная Годзилла не менее семи метров в высоту. И ладно бы просто в высоту! Из-за того, что эти твари были шарообразными, ширина его была примерно такой же, а щупальца тянулись ещё на три-четыре метра в разные стороны, отчего складывалось впечатление, что монстр намного больше.

К тому же в отличие от мелких сущей, эта отливала пугающей маслянистой чернотой, рождая в душе здоровые опасения, что справиться с ней будет непросто.

Более того, когда этот Голиаф среди сущей вылез из разрыва, следом за ним посыпались сотни тварей помельче. Но если бы просто мелкие! Нет. Я насчитала минимум пятьдесят метровых, более семидесяти полуметровых и свыше сотни мелких, размером с баскетбольный мяч.

А нас… Нас было меньше.

Но кто сказал, что один в поле не воин?

Немного нервно разминая пальцы, я с нетерпением следила, как эта жуткая смертоносная волна скатывается с холма к подножью, где безмолвным заградительным отрядом стоят маги, готовые жизнь положить, но не позволить тварям захватить этот мир, и прикидывала, куда метнусь сама. Как минимум в гущу событий, чтобы задержать самых крупных и опасных. Благо они медлительнее своих мелких собратьев, а самая большая туша до сих пор колышется на месте, словно осматриваясь и принюхиваясь к происходящему.

И пускай у неё нет глаз, что-то мне подсказывает, что ей это не мешает.

Но вот первые, самые шустрые твари почти добрались до бойцов и на всю округу прозвучала резкая команда:

– Огонь!

Замелькали белые вспышки ружей, исчезли в магическом огне первые сущи, а я помчалась вперед, безжалостно врываясь в толпу метровых тварей и хватая обеими руками сразу десятки щупальцев, чтобы иссушить врага. Одного за другим…

И всё молча, визги умирающих сущей не в счет.

Хотя зачем молча?

Интересно, слышат ли меня монстры?

На ум словно сама собой пришла патриотическая песня, которую знала Апраксина, и я, не раздумывая ни мгновения, запела в полный голос:

Здесь птицы не поют, деревья не растут.

И только мы плечо к плечу врастаем в землю тут.

Горит и кружится планета, над нашей Родиною дым.

И значит нам нужна одна победа! Одна на всех, мы за ценой не постоим!

Я пела и пела, мой голос с каждым убитым монстром становился всё громче, пронзительнее. Сияли руки, сияло тело. Визжали монстры, но уже не могли перекричать меня. Мне даже начало казаться, что я пою под аккомпанемент невидимого оркестра: отбивали боевой ритм барабаны, слышался звон гитарных струн и пронзительный вой труб.

А может это пульс долбил в виски? Хотя какой может быть у призрака пульс?