Текст книги "Никому тебя не отдам! (СИ)"

Автор книги: Елена Гринн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)

Глава 14

*Катерина*

В свою квартиру поднимаюсь с неохотой, отчетливо осознавая, что эти чувства уже испытываю не впервые. Надо же, раньше она мне так нравилась, моё гнёздышко, которое я обставляла с особой радостью и теплотой, представляя счастливую семейную жизнь. А сейчас эти стены кажутся чем-то тяготящим. Или же это из-за Макса?

Мучитель моих мыслей лежит на своей раскладушке, спиной к двери. Я, стараясь не шуметь, вешаю пиджак на вешалку. Оглядываюсь, что-то котик мой меня не встречает?!

– Бабаюшка, я вернулась! Ты где? Кис-кис, мой хороший!

– Что, с любовником куролесила?! – раздается недовольный голос с раскладушки.

– Не угадал, с двумя! – ехидно замечаю. – Надо же оторваться за все годы, пока я была верна одному единственному.

Максим хмыкает, но ничего не отвечает.

– Две недели, Макс, осталось всего две недели, – напоминаю ему в спину.

– Помню! – недовольно бурчит он.

Даже не верится – две недели и я свободная женщина. Как я распоряжусь своей свободой?! И смогу ли я быть одна? Кто знает, кто знает... Как говорит моя мама: «загад не бывает богат»!

Поэтому отбрасываю мысли о будущем и возвращаюсь к поискам кота. Но Бабай не находится ни на кухне, ни в комнате, ни на балконе. Сердце тревожно замирает от осознания, что моего кота в квартире нет.

– Максим, где Бабай?

– Без понятий. Я ж физрук, а не биолог, или кто там этих бабаев изучает.

– Макс! – подбегаю к почти бывшему мужу и ударяю его по ноге. Он резко садится на раскладушке.

– Совсем офонарела?! Да не знаю, где твой кот, может ему не понравилось с тобой жить и он сбежал от тебя на волю! Сегодня подписи приходили собирать за капремонт, ну и наверное прошмыгнул между ног, я и не заметил.

– Какая же ты сволочь, Макс!

Спешно надеваю джинсы, накидываю куртку и выскакиваю на улицу.

– Бабай! Бабай! Бабаюшка! Кис-кис-кис! – подсвечивая себе фонариком на телефоне, заглядываю под каждую припаркованную машину, под каждый куст, осматриваю деревья. Расспрашиваю случайных прохожих, показываю фотографию на телефоне, захожу в ближайшие магазинчики, но никто моего Бабая не видел.

На улице сеет мелкий противный дождь, а я все бегаю между домов, заглядывая в окошки подвалов. Когда зарядка на телефоне заканчивается, обреченно опускаюсь на ступеньки дома. Я не чувствую своих ног то ли от усталости, то ли от холода, не чувствую рук. Одежда вымокла от моих слёз и дождя. На душе пустота и сожаление, а ещё страх, что же случилось с моим котом? Он же такой пугливый и беззащитный. Вдруг его разорвали собаки, или сбила машина, или обидели злые подростки? А может он от страха убежал и потерялся, а теперь сидит где-то испуганный и голодный и думает, что я его бросила! Предала.

И во всём виноват Макс!

– Сволочь! – с этими словами залетаю в квартиру. – Собирай свои манатки и катись отсюда! Слышишь меня?!

А он спит себе! Открывает сонные глаза, осоловело хлопая ими.

– Кать, ты чё?

– Чё?! Да ничё?! Проваливай, говорю, из моей квартиры!

– С ума сошла? Ночью? Куда я пойду?!

– Мне похрен куда ты пойдешь! Просто свали из моей квартиры и жизни! – пинаю его раскладушку.

– Дура ненормальная! Из-за какого-то кошака готова живого человека на улицу выгнать. Спи ложись, Кать, полночь уже.

– Я сейчас полицию вызову!

– И что ты им скажешь? Что побеспокоила их посреди ночи, потому что поругалась с мужем?! Я твой муж и имею право здесь находиться! Или напишешь заявление о пропаже этого комка шерсти? Так три дня ещё не прошло.

– Какой же ты мерзкий, Макс, – выдыхаю. У меня нет сил сопротивляться, у меня нет сил ни на что.

Я так замерзла и устала, что даже горячая ванная не помогает. Максим вместе со своей раскладушкой уходит спать на кухню, боясь попасть под мою горячую руку. Но мне уже всё равно – завернувшись в одеяло, проваливаюсь в беспокойный сон. Снятся мне какие-то коты, которых я перебираю, пытаясь найти своего, но они ни капли не отличаются от Бабая, и я окончательно запутываюсь.

Просыпаюсь совершенно разбитая с полным осознанием, что мои ночные поиски не прошли даром – я простыла. Но оставаться дома наедине с Максом я не хочу, да и хватит уже прохлаждаться, надо на работу.

Выпив пакетик противопростудного порошка, быстренько одеваюсь в первую попавшуюся одежду поудобнее и выбегаю из дома. Завязав посильнее шарф, бегу в сторону остановки, но меня окликают:

– Катя!

Оборачиваюсь, с удивлением замечая стоящего около своей машины Кирилла. Подхожу к нему. Тот улыбается и открывает мне пассажирскую дверь.

– Доброе утро! Не откажешь мне в маленькой просьбе подвезти тебя до работы?

– Доброе утро. Неожиданно, но спасибо, – залезаю в машину. Кирилл захлопывает дверь и, обойдя машину, садится за руль.

– Что-то случилось? – обеспокоенно оглядывает меня.

– Плохо выгляжу? – невесело усмехаюсь.

Кирилл наклоняется и целует меня в лоб.

– Катюш, да у тебя температура.

– Знаю, я уже выпила противопростудное. Скоро должно подействовать. Поехали, а то опоздаем.

– С ума сошла? Тебе лежать нужно, а не работать!

– Нет, Кирилл, дома я не останусь, – выдыхаю. Не сдержав эмоций, кипящих на душе, жалобно всхлипываю и принимаюсь реветь. – Он кота моего выгнал... Бабай пропал... я вчера до ночи искала... вот и промерзла... какая же я дура! Знала ведь, что Максим ненавидит котов!... Надо было подождать немного! А теперь Бабай из-за меня где-то один… А он и так только из приюта…

Кирилл обнимает меня, успокаивающе поглаживая по спине.

– Ну-ну, успокойся, Катюш, найдем мы твоего кота. Напечатаем листовки, расклеим, может, кто его видел... – Кирилл замолкает. – ...Бабай?! Хм... а ему подходит. Катюш, – Кирилл легонько отстраняет меня. Берет свой телефон с подставки на приборной панели и копается в нем. – Он?!

С фотографии на меня смотрит вполне себе здоровый и довольный жизнью Бабай, развалившийся в кресле.

– Он! – воплю на весь салон. – Где ты его нашел?

– Вчера из твоего двора выезжал, а он у мусорных баков сидел. Грустный такой, тут еще дождь начал накрапывать, ну я решил, что возьму с собой, а сегодня распечатаю фотку и расклею объявление, может хозяин увидит и заберет кота. А оказывается хозяйка ты... вот так судьба. Так, – Кирилл отдает мне телефон и поворачивается к рулю. Заводит машину и выруливает, выезжая из двора. Поворачивает, только вот не в сторону офиса.

– А куда мы едем?!

– Ко мне! Не хочешь дома отлеживаться, значит будешь лечиться у меня. Заодно кота своего увидишь, – улыбается Кирилл. – Расслабься, Катюш, Серёгу я предупрежу, проблем не будет.

Может это и не совсем правильно, может я должна почувствовать себя неловко, но я ничего такого не чувствую, я решаю послушаться мужчину и расслабиться, к тому же порошок совсем не помогает, меня потрясывает, несмотря на включенный Кириллом на обогрев кондиционер. Мужчина постоянно поглядывает на меня, как мне кажется обеспокоенно.

То ли от внутреннего успокоения, то ли от температуры я умудряюсь задремать в кресле, и пропускаю момент, когда мы останавливаемся. Просыпаюсь только когда Кирилл пытается вытащить меня на руках из салона. Уверяю его, что прекрасно могу дойти сама, и вылезаю из машины.

Квартира Кирилла находится в хорошем районе, в большом элитном доме, огороженным забором, на пятом этаже. Мужчина открывает дверь, пропуская меня вперед.

– Бабаюшка! – откинув сумку, подхватываю встречающего нас кота на руки, прижимая к себе. Бабай тут же принимается тереться об меня мордой, громко мурча.

– Так, Катюш, давай-ка раздевайся, прими душ, только не очень горячий и в постельку. Возьми в шкафу что хочешь из моих вещей, а я доскочу до аптеки и вернусь.

Покорно соглашаюсь. Кирилл уходит, а я снимаю обувь и верхнюю одежду и прохожу в квартиру. Бабай сопровождает меня, по-деловому обходя, словно показывая мне каждую комнату просторной двушки. А она у Кирилла очень даже красивая и уютная, обставленная со вкусом и удобством, что даже и не скажешь, что это холостяцкая берлога.

– Освоился ты тут я смотрю, да, Бабаюшка?!

Кот согласно муркает, с важным видом подводя меня к своим тарелкам. А я с каким-то непонятным удовольствием отмечаю, что Кирилл не только забрал кота домой, но и успел закупить ему всё необходимое для вольготной жизни. Даже корм купил тот же, каким я и кормила Бабая, совсем недешевым.

Осмотрев квартиру, решаю все же дождаться хозяина, прежде чем идти в душ. Он возвращается совсем скоро с тремя большими пакетами. В одном из них оказываются многочисленные лекарства, а в двух других продукты.

– Разберешься?! – Кирилл ставит их у дверей. – Там лимоны, мед, обязательно побольше пей чай. И ложись в кровать, можешь бельё сменить, оно в шкафу лежит. Мне на объект надо сгонять, поэтому остаться с тобой не могу. Серёгу я предупредил, тебя беспокоить никто не будет. Давай ложись и отдыхай. Бабай, оставляю Катюшу на тебя, ты за старшего!

Бабай коротко мявкает, словно отвечает Кириллу. А мужчина наклоняется и целует меня в лоб.

– Вроде холоднее стал, – задумчиво говорит, а потом коротко чмокает в нос. – Всё, давай ополоснись и ложись, я постараюсь приехать пораньше!

– Спасибо, Кирилл. Не беспокойся, иди, – я хочу, чтобы он побыстрее ушел, потому что чувствую, что я сейчас разревусь.

Давно обо мне так никто не заботился. Да что там говорить – кроме мамы, обо мне никто так не заботился! Максим, когда я болела, все больше старался оставить меня одну, якобы чтобы мне было спокойнее, а чаще заболевал следом, и я уже забивала на себя и лечила захворавшего мужа.

Закрыв за Кириллом дверь, я отношу пакеты на кухню и разбираю продукты и лекарства. А потом решаю послушаться мужчину и принять ванную, чувствуя, что порошок наконец-то подействовал и я начала потеть. В платяном шкафу в спальне находятся не очень аккуратно сложенные футболки и домашние шорты предсказуемо не глаженные (подозрительнее бы выглядели идеально выглаженные вещи).

В душе также не находятся никакие женские штучки, что заставляет меня с облегчением выдохнуть. Мысль о том, что я не первая, кого Кир привёл в свою квартиру, нереально бесит. Принимаю душ с мужским гелем, который безумной приятно пахнет Кириллом, и надеваю его чистые вещи. Хоть я не могу похвастаться маленьким размером, вещи Кирилла мне оказываются велики, и в них я даже выгляжу хрупкой девочкой.

– Ну вполне ничего. Страшно было бы, если бы его вещи оказались мне малы! – бормочу, вертясь перед зеркалом.

Сделав себе большую кружку чая с лимоном, иду в комнату. В большой комнате мебели минимально: лишь диван, который я так и не поняла, как раскладывать, стенка с полупустыми полками и стол с ноутбуком в углу. А вот в комнате обстановка более уютная: здесь и большое кресло, которое облюбовал Бабай, и огромный шкаф во всю стенку, и телевизор на стене, а огромная кровать просто впечатляет. Ставлю кружку на тумбочку и заныриваю под одеяло. Кирилл предложил поменять постель, но мне не хочется, потому что она пахнем им!

Обняв подушку, я внезапно для себя тут же проваливаюсь в сон.

Глава 15

*Кирилл*

Да уж, давно я не был на таких свиданиях, когда девушку даже поцеловать боишься, лишь бы не обидеть и не показаться навязчивым и наглым. Пришлось вести себя как подобает скромному романтику.

И черт, мне понравилось! Приятно, когда девушка не оценивает мой внешний вид, вычисляя, сколько стоят мои ботинки и часы, не показывает открытого интереса и заинтересованности как можно скорее оказаться в моей постели, чтобы хоть как-то привязать, и не пытается лезть из кожи вон, чтобы понравится. Приятно чувствовать себя мужиком, рыцарем, который добивается внимание прекрасной дамы. Приятно совершать подвиги ради нее, пусть и самые мелочные.

Вот сегодня я встал на час раньше обычного, чтобы заехать за Катей. А для меня ранний подъем это что ни есть самый настоящий подвиг! Была б моя воля, я б на работу к обеду приезжал.

Принимаю душ, привожу себя в порядок. На кухне меня уже ждет мой новый сосед по квартире. Познакомились мы с ним только вчера, но кажется, будто мы соседствуем вечность. Точнее, мне кажется, будто я у него тут комнату снимаю, слишком уж по-хозяйски он себя ведёт.

– И тебе доброе утро, кот, – приветствую его в ответ на мяуканье, с которым это лохматое чудо-юдо встречает меня на кухне. – Проголодался?

Кот ласково трется о ноги, пока я выдавливаю в миску корм из пакетика. И почему я не завел животину раньше? Всю жизнь у мамы в деревне были и коты, и собаки, но начавши жить один, я как-то не думал заводить себе друга. Проблема была в том, что сначала я долго мотался по съемным квартирам, но даже когда осел, домой приезжал исключительно переночевать.

Правда мой новый сосед скорее всего тоже окажется временным, не похож он на уличного бродягу, скорее почуял весну, да убежал из дома навстречу приключениям и красивым кошкам. Хотя март уже давно прошёл.

– А хозяева тебя наверняка ждут, переживают.

Кот поднимает на меня голову и жмурится, словно прекрасно понимает мои слова. Пока пью кофе, делаю ещё пару фотографий этого серого чуда. Надо будет в офисе распечатать листовки и развесить в районе, где живёт Катя.

– Поехал я на работу, – отчитываюсь перед котом, одеваясь. – Давай тут не буянь, соседей нам не пугай.

Кот коротко мяукает, а я в очередной раз дивлюсь – и какой дурак придумал, что животные глупее людей?! Этот наверняка в прошлой жизни был каким-нибудь достопочтенным уважаемым человеком.

До Катиного дома добираюсь быстро и без пробок. Паркуюсь недалеко от подъезда и занимаю выжидательную позицию. Через двадцать минут меня начинают мучить сомнения – что если я просчитался и Катя уже уехала?

Минут через тридцать я беру в руки телефон и готов уже набрать Катерину, но тут она сама является мне. Смешная такая, в куртке и до носа замотанная шарфом, с ноутбуком наперевес. Я залюбовался, что чуть не потерял её из виду.

– Катя! – окликаю.

Она оборачивается, окидывая меня удивленным взглядом.

– Доброе утро! Не откажешь мне в маленькой просьбе подвезти тебя до работы?

И она соглашается. Только вижу я, что с ней что-то не так! Щеки пышут огнем, а припухшие глаза странно поблескивают. Наклоняюсь и целую её в лоб – мама так всегда проверяла у меня температуру. Ну точно, лоб горячий! Ей же лежать надо, а не работать.

Но Катя упрямо отказывается возвращаться домой, неожиданно всхлипывает и принимается реветь, сквозь слёзы рассказывая про своего муженька-козла и какого-то кота со странным именем Бабай.

“Моему бы гостю подошло” – мелькает у меня мысль, и тут до меня доходит, что мой гость и Катин Бабай это один и тот же кот. И Катя это подтверждает!

Решение приходит в один миг.

Конечно, я не был готов к такому повороту событий, но вскоре Катя уже заходит в мою холостяцкую берлогу. Хорошо, я только в выходные вызывал клининг, хоть за свинарник, какой частенько у меня бывает, не будет стыдно.

Кот и Катя признают друг друга, и пока Катюшка тискается с ним у порога, я решаю сгонять в аптеку и за продуктами, потому что холодильник мой совсем не готов к гостям. Скупаю всё, что вижу, и лечу обратно. Честно, входя домой, надеялся увидеть её в своей майке, но она переодеваться не поспешила. Решив не беспокоить девушку, убегаю на работу. Хотя мне ужасно хочется остаться с ней, но сегодня слишком много задач и договорённостей.

Их и начинаю исполнять. Один объект, второй, кадастровый, пара поставщиков. Но первым делом звоню Зое Николаевне.

– Заинька Николаевна, мне тут наша аудитор звонила. Сказала, что до вас не дозвонилась, а Серёгу беспокоить не хочет. Её сегодня не будет в офисе, работает из дома. Да не сказала, сказала, что семейные обстоятельства.

Главбух конечно же верит, и благодарит меня за информацию. В принципе Катя не обязана отчитываться, но зная Зою Николаевну и Серёгу, надо предупредить, чтобы не было лишних вопросов и поводов для беспокойства.

День проходит как-то слишком быстро. Понимаю, что уже вечер только по пути домой.

А сегодня я лечу туда, словно на крыльях. Взлетаю на пятый этаж по лестнице, не дожидаясь лифта, открываю дверь, но… меня никто не встречает. Сначала мелькает мысль, что Катя ушла, но взгляд цепляется за куртку, висящую на вешалке.

– Катюш, я вернулся! – кричу прямо с порога, а в ответ тишина.

Скинув верхнюю одежду, заглядываю в комнату. Катя спит на моей кровати, завернувшись в одеяло, словно в кокон. А в ногах у неё дремлет Бабай. Завидев меня, он резво вскакивает и несётся на кухню.

– Сейчас, Бабай… – присаживаюсь на край кровати. – Катюш…

Она что-то бормочет в ответ.

– Ты как себя чувствуешь? Что-нибудь болит? Ты температуру мерила?

Катя сонно морщится и приоткрывает глаза.

– Мммм… всё болит. Можно я ещё посплю? Покорми, пожалуйста, Бабайку, – бормочет пряча нос под одеяло.

– Погоди-погоди, только не засыпай! Я сейчас! – тороплюсь на кухню. Щелкаю кнопку чайника. Пока он кипит, выдавливаю пакетик корма коту. Тот благодарно мурчит и принимается за еду, пока я роюсь в шкафах, доставая всё необходимое. Помню, когда я болел, мама заставляла меня много пить: делала чай с мятой, компот из сухофруктов, настой из шиповника, тёплую воду с мёдом и лимоном – что угодно, лишь бы я пил.

Делаю тоже самое: завариваю фильтр-пакет травяного сбора, купленного в аптеке, и отдельно делаю чай с мёдом и лимоном.

Катя уже успевает задремать, спрятавшись под одеялом.

– Катюш, давай попьём? – оттягиваю край одеяла.

Она недовольно бурчит, но поднимается. Даю ей в руки кружку и таблетку от температуры. Катя покорно выпивает чай, но сбор пить отказывается, морщась, словно маленькая девочка, которую заставляют пить горькое лекарство.

– Ну хоть так! – успеваю потрогать её лоб, пока она снова не прячется от меня в свою норку. А он горячий!

Ждать, пока подействует таблетка, не вариант. Помнится, мама в детстве обтирала меня водкой. Правда потом я от кого-то слышал, что так делать нельзя, но мне же помогало, и очень хорошо!

Достаю из бара водку и наливаю в стакан. С минуту думаю, а потом всё же разбавляю её водой. Вот только как я буду обтирать Катю, совершенно не думаю! Ну то есть, я конечно понимаю как, но... блин... разрешения на это я не получал.

– Катюш, мне надо температуру тебе сбить, – говорю тихо, трогая девушку через одеяло. Но она мне не отвечает. А когда стаскиваю с неё одеяло, понимаю, что она уснула.

Ладно, надеюсь, ты меня не убьешь! Это ради твоего блага!

Аккуратно выпутываю её из одеяла.

Какой же я наивный дурак! Я хорохорился, думая, что это будет просто, но оказывается совсем не просто. Мои шорты, которые и мне-то велики, слетели с неё, благополучно примостившись в ногах, а майка задралась чуть ли не до шеи, оголяя аппетитные бёдра и мягонький животик. Выдыхаю и набираю немного раствора в ладонь.

– Ты как прыщавый подросток втайне от мамки глазеющий фильмы для взрослых! – шепотом ругаю самого себя. – Женщину что ли никогда не видел? Намотай слюни на кулак и молча выполняй работу.

Но когда веду ладонью по ножке вверх к бедрам, чувствую как кровь отходит от головы прямиком в трусы. И никакие самоуговоры не помогают.

– Да что ж ты озабоченный-то такой! – бурчу себе под нос, стараясь уже действовать с закрытыми глазами, но и это не помогает. Когда касаюсь её живота в голове такие картинки вспыхивают, что даже мне стыдно становится! Приходится слегка повернуть Катю, и перейти на спину.

Девушка болеет, а ты только об одном и думаешь! Но нет, думаю, я совершенно о другом, совсем не о Катиных трусиках (не о трусах я сказал!), но организм настойчиво требует своего.

Старательно откинув мысли о пестиках и тычинках, скольжу вверх по спине.

– Мммм, Кирюш... – внезапно тихо стонет Катя.

Пулей подрываюсь с кровати. Быстренько укрываю Катю одеялом и ухожу на кухню. А там открываю окно.

– Ты козел, конечно, Кирилл! – говорю сам себе, вдыхая свежий воздух, пытаясь унять пульсацию не только в сердце, но и кое-где ниже. – Не зря женщины говорят, что у вас мысли только об одном.

Через полчаса я всё таки возвращаюсь в комнату. Катя продолжает спать, а Бабай дремлет у неё в ногах. Осторожно присаживаюсь на кровать и касаюсь лба Катюши. Намного холоднее!

Катю всё таки приходится разбудить. Она уверяет, что действительно чувствует себя лучше, да и градусник подтверждает её слова, всего-то 37,7 – жить можно.

Заставляю Катюшу сходить в душ, пока собираю на стол. Готовить я откровенно не люблю и не умею, живя один предпочитаю есть в кафешках или брать готовые полуфабрикаты в магазинах, благо предложение сейчас широкое! Когда езжу к маме, получаю с собой целую сумку еды в контейнерах и неделю живу как белый человек. А потом снова кафе и полуфабрикаты.

Поэтому сейчас всё что могу: пожарить яичницу и нарезать бутерброды. Катя выходит из ванной в чистой майке. Сонно потягивается и улыбается.

– Давай-ка садись поешь, – принимаюсь хлопотать. Накладываю ей яичницу, даю хлеб и вилку, наливаю чай. Бегаю от стола к гарнитуру, пока не слышу тихое.

– Кир… – окликает меня Катерина. – Сядь со мной, пожалуйста.

Выдыхаю и опускаюсь на стул. Катя улыбается и берется за вилку.

– Мммм… вкуснее яичницы я в жизни не ела! – говорит.

– Правда?! – беру вилку и подхватываю с её тарелки кусочек. Кладу в рот… – Пьфу, Катя! Она ж соленищая!

Катерина смеется.

– Мне сейчас очень хочется солененького, так что это просто прекрасно! – она тянет руку и накрывает ладошкой мою. – Спасибо, Кирилл, обо мне так в жизни никто не заботился, кроме мамы.

– Обещаю, что это не единоразовая акция, – целую её ладошку.

Правда про обтирание водкой так и не говорю. Пусть это останется только моим секретом.

Потом мы пьём чай с конфетами и перемещаемся в спальню. Закутываю Катю в одеяло, а сам располагаюсь рядом и включаю какой-то первый попавшийся фильм. Катя быстро засыпает у меня под боком, а я еще долго любуюсь ей, в мыслях рисую мечты вот так вот каждый день засыпать с ней и просыпаться.

На работу предсказуемо просыпаю. К тому же утром слежу, чтобы Катя позавтракала, померяла температуру, выпила таблетки и снова легла отдыхать. Поэтому в офис приезжаю с опозданием. Влетаю в кабинет генерального спустя минут пятнадцать назначенного времени.

– Простите, проспал! – извиняюсь перед друзьями. – Что пропустил?

– Ты чего такой взъерошенный?! – интересуется Сергей, оглядывая меня с ног до головы. – Опять в загул ушёл?

– Лучше б в загул, честное слово! – выдыхаю. – Полночи не спал, и не из-за того, о чем ты подумал. То температуру проверял, то полотенце менял, то чай заваривал с медом от кашля.

– Ты заболел что ли? За каким фигом тогда приехал? Лежал бы себе дома! – возмущается Миронов. Есть у нас в компании такое негласное правило: заболел – отсидись дома пару-тройку дней, не заражай коллег.

– Да не я… – выпаливаю и затыкаюсь.

Серёга смотрит на меня испытывающе, Ванька заинтересованно.

– Да блин… ну да, не сдержал я слово. У меня появилась девушка! – выдыхаю.

– Случайно не наша Катерина Юрьевна?! – Миронов откидывается на спинку стула, не отрывая от меня взгляда.

– Ты откуда знаешь? – теряюсь. – Она Ваське что-то рассказала? А та тебе растрепала, да?!

– Нет, – хмыкает друг.

– А кто тебе сказал?

– Ты только что.

Иван смеётся. А я выдыхаю.

– Блин, Серёга! Ну как ты догадался?

– Да у тебя на морде лица всё написано. А ещё ты позвонил Заиньке и сказал, что Катерины на месте не будет. Я и подумал, а с какой стати она тебя предупредила, а не меня или Зою Николаевну?! Рассказывай давай!

– Ну так получилось. Катя тут совершенно ни причем!

– К Катерине никаких претензий и нет. Это ты у нас павлин! Только вот, Кир, сколько раз я тебя просил не устраивать брачных игр на работе! – хмурится друг.

– Да не устраивал я ничего! – возмущаюсь, хотя не очень-то сильно. Нет, наш с Катей спонтанный секс на столе в бухгалтерии останется только нашей тайной. Может и расскажем когда-нибудь детям о бурной молодости… но не раньше их совершеннолетия!

Дети… Раньше я никогда не задумывался, хочу ли я детей. Почему-то словно “дети” всегда было для меня синонимом слова “проблемы”. Но теперь я отчетливо понимаю – я хочу детей! Дочку! Маленькую куколку с пухлыми щёчками и светленькми волосиками, как у моей Катюшки.

– Чего завис?! Что там с Катериной?

И я рассказываю друзьям про то, что совершенно ничего не планировал! Про наши стычки и про то, что я старательно избегал её. А потом сам не понял, как заинтересовался. Сводил в кафе, подвез до дома, по случайности, а скорее по воле судьбы, подобрал её кота. Как Катя бегала его искала и заболела, и я пытаюсь её лечить.

– Вот скажите честно, я совсем озабоченный, да? Она лежит, болеет, с температурой, а я её телом любуюсь.

– Озабоченный, да, – улыбается Серёга. – Любовью ты озабоченный. Не переживай, это скоро пройдет.

– В смысле пройдет? Я не хочу, чтобы проходило.

– В том смысле, что озабоченность твоя пройдет. Пока у тебя стадия влюбленности и страсти. Ты в эйфории и хочешь продлить эту эйфорию еще и еще. А потом дай бог придут другие чувства, более крепкие и надежные. Этим и отличается любовь от влюбленности.

– Но страсть же останется? У вас же с Васькой все хорошо?

– Все хорошо, не переживай. Выходит, у тебя к Катерине серьезно, раз ты на нас равняешься?

– Серьезно, ребят… Сам офигеваю. Но я семью с ней хочу, домик, парочку котов, детишек тоже хоть парочку.

Серега улыбается:

– Долго же я ждал от тебя таких слов. Всё будет у тебя, Кирюх. Ты главное не повторяй моих ошибок, убедись, что именно с этой женщиной ты хочешь встретить пенсию. Знаешь, езжай-ка ты лечи свою Катерину, а мы тут с Ванькой справимся. И пока как следует не поправитесь, даже носа в офис не показывайте! Нам ваши бацилы не нужны!

Даже не думаю отговариваться – прощаюсь с друзьями. Серёга довольный как стадо слонов, ещё бы, рад, что я наконец-то думаю остепениться и перейти на его светлую сторону верных женатиков. А вот Иван задумчив. Надеюсь, это наши слова его так загрузили – Князь уже давно встречается с девушкой, но все никак не решается сделать ее своей женой. Эх, а было бы классно.

Живо представляю, как мы все дружим семьями, как потом будут дружить и наши дети. А дочка моя родится – с большим удовольствием отдам её за любого Серёгиного сына. Всю дорогу до дома в красках представляю нашу жизнь вплоть до седых трусов. Птицей взлетаю по лестнице на пятый этаж и открываю дверь. До носа доносятся странные запахи чего-то забродившего.

– Кать?! – зову осторожно.

Катюша выглядывает из кухни, растерянно осматривает меня.

– Ты почему не на работе?

– Хех, вот это претензии! Думал, что ты обрадуешься, – снимаю ветровку и подхожу к ней. Наклоняюсь и целую в лоб, с радостью отмечая, что он еле тёплый. – А ты почему не в постели?

– Я тебе сюрприз хотела сделать, – краснеет Катя, неловко поправляя мою майку на себе. А я прекрасно вижу, что она сейчас только в ней!

Кладу ладони на её спину и медленно веду вниз к ягодицам.

– Классный сюрприз, мне нравится…

– Вообще-то сюрприз ещё только поднимается…

– Ещё как поднимается!

Катя бросает взгляд вниз между нами и снова краснеет.

– Я блины поставила! – отчаянно восклицает.

Блины?! Икаю от неожиданности и принимаюсь хохотать, уткнувшись ей в плечо. Катя тоже не выдерживает и начинает смеяться. Обнимаю её, прижимая к себе.

– Катюшка моя, – шепчу ей в ухо. – Какая же ты…

– Какая? – шепчет в ответ.

– Самая лучшая!

Катя вскидывает на меня взгляд. Что там Серёга говорил… пенсию встретить? Да! Хочу встретить пенсию с ней!

Наклоняюсь и целую Катю, а ладони возвращаю туда, где они остановились, прямо на крепких, слегка полноватых бёдрах, просто идеальных – есть за что схватиться! Слегка подтягиваю майку вверх и вот уже скольжу по нежной коже. А в груди просто цунами восторга! Какая же она! Мягкая, теплая, словно булочка, а сейчас ещё и пахнет дрожжевым тестом, просто мечта, а не женщина.

А целоваться вот совершенно не умеет! Словно боится сделать что-то не то. Поэтому не чувствуя от неё сопротивления, беру всё в свои руки.

Через несколько мгновений мы оказываемся на моей кровати, которую Катя аккуратно застелила, да ещё и бельё поменяла.

– Мне досталась богиня! – вырывается у меня.

Катя смущенно хихикает, но тут же охает и выгибается от моих ласк.

– Кииир, – стонет, когда я целую её грудь. Зацеловываю мягкий животик, спускаясь ниже. Завидев меня между своих бедёр, Катя снова краснеет. Господи, да муженек её кажется не баловал совсем, на моей памяти даже девушки моложе её так не робели в моей постели!

Но ничего, моя хорошая, я тебя всему научу!

– Кирюш… пожалуйста… – стонет Катя в ответ на мои ласки. – Хочу тебя…

Упрашивать меня не приходится. Подтягиваюсь вверх, устраиваясь поудобнее. Катя снова стонет, принимая меня. А у меня просто сносит голову. Уже не в силах сдерживаться, двигаюсь быстро, чувствуя, как уже готов кончить. Но дамы вперёд! Слегка замедляюсь, а потом снова ускоряюсь, играя с ней. Катя вздрагивает и впивается ноготками мне в спину. Неожиданно теряю контроль и не сдерживаюсь, изливаясь прямо в неё.

Сперва меня окутывает страх, а потом… ощущение правильности. Да, мы с ней это совсем не обсуждали, но я уверен в своих чувствах! И ребенок будет только в радость. Но что насчет Кати?!

– Катюш… прости… я от тебя просто крышей поехал!

– Всё в порядке, – улыбается Катя, гладя меня по щеке. – Я… – запинается. – У меня сейчас безопасные дни.

– Но ты всё равно знай, что я тебя люблю и готов нести ответственность, – выдыхаю и только потом соображаю. Я только что признался ей в любви!

Я признался женщине в любви! Вот так вот быстро! Первый! Охренеть не встать!

Капец, Кирилл, ты реально встрял по самые помидоры!

Катя улыбается и целует меня. Осторожно елозит, выбираясь из-под меня.

– Я в душ, и меня ждёт тесто.

– Чур блины печь буду я! Научишь?! – отбрасывая назойливые мысли о том, что Катя ничего не ответила на моё признание, а теперь словно бежит, пытаюсь сделать вид, что всё в порядке.

– Научу, – Катя снова меня целует и убегает.

Поднимаюсь с кровати. Всё хорошо! Секс был просто потрясный, мы с Катей словно два пазлика подходим друг к другу идеально. Ну а то, что она не ответила взаимностью, это можно понять. Катя ещё не разведена, и торопиться не хочет! Она же сама говорила!

Решаю больше никак не смущать свою Катюшку, достаю ей чистую майку, более плотную, чтобы уже не смущать самого себя, и шорты. Вешаю на дверную ручку ванной комнаты и стучу:

– Катюнь, возьми одежду на ручке.

Сам же ухожу в комнату. Когда Катя выходит из ванной, туда заныриваю уже я. Быстренько принимаю душ и выхожу. Катя на кухне осторожно перемешивает тесто.

– Сейчас ещё разок поднимется и будем жарить. Ты с чем любишь: со сметаной, медом или вареньем?

– Со всем, но со сметаной больше всего! А вот блинчики люблю с мёдом или вареньем вишневым, а ёще завернутые с творогом.