Текст книги "Непреодолимые обстоятельства (СИ)"
Автор книги: Елена Добрынина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 7. Маленькое черное платье
Дато позвонил на следующий день. Как бы там ни было, как бы не было высмеяно желание Рустема узнать что-то о конкретной персоне, выяснить информацию для друга не составило труда. И вот уже Рус сидел все на той же кровати отеля, читал смс, дублирующую всю информацию о Булке и заметил вдруг, что отчего-то как дурак улыбается.
Эта «блаженная» улыбка и напугала, и рассмешила его. Теперь он знал, что Булка – это вовсе не Булка, а Ольга Иванова, москвичка, 25 лет от роду из простой, рабочей семьи. Отца ее на этом свете не было уже пять лет, а мать работала парикмахером в рядовом салоне в том же районе, где они и проживали в двухкомнатной квартире. Ее родители Лельки получили в конце семидесятых годов от завода, где и трудился глава семейства. Кроме Ольги у Ивановых была еще старшая дочь Татьяна, которая проживала отдельно в однушке, оставшейся от бабушки, и имела шестилетнего сына Вадима. Мужа у сестры не было.
Да уж, молодец Дато, не только информацию с ресепшн фитнес-центра взял, а еще и у ребят из полиции запросил. Как ни крути, Дато его выручил, пусть и подкалывал по-дружески. Выяснив все детали, Рустем задумался. Стоит ли ему вообще приближаться к Булке? Ведь, пока она даже не знала, что он следил за ней некоторое время. А вдруг его внимание ей не интересно. Или может, Булка влюблена или в отношениях. Эта мысль почему-то разозлила. Словно ему не 32, а 16 и он – прыщавый подросток, который боится отказа. С тех пор прошло много лет и в своей жизни Рустем почти не получал отказов от женщин. Совсем не получал. Исключением была Элеонора, но и отношения с ней были совершенно не стандартные и развивались в совершенно не типичном для Руса сценарии. Когда-то она сама остановила его, установила дистанцию между ними. Но, признаться честно, Рустема это не сильно и расстроило. Сейчас же хотелось поражать воображение Булки, одарить ее вниманием. И страх быть отвергнутым больно отозвался в душе. А так бывает только в одном случае: если ты не просто добиваешься женщину ради спортивного интереса, а влюблен в нее.
***
Прошло уже две недели с тех пор, как Лелька случайно повстречала Красавчика в фитнесе. Она так больше и не увидела Руса и это безумно огорчало. Настроение у нее все чаще было тревожным, она стала обидчивой и нервной. Мама негодовала, поражаясь изменениям, происходящим с дочерью:
– Господи, жила себе нормально, нет же, начала худеть. Я тебе говорила, Лелька, твоя диета до добра не доведет! То ревешь как белуга, то смеешься как истеричка, то грустная, словно помер кто. А все эти листья салата как будто опыляют чем-то. Мало того, что твои авокадо стоят как кило вырезки, так еще прямо на глазах ты мегерой становишься!
Но Лелька пропускала матушкины нападки мимо ушей. Она видела в зеркале похудевшую себя, в гамаках ей больше не было плохо, и Элеонора даже подбадривала Лельку и хвалила за старание. А еще ее гардероб требовал срочного обновления. Мечта о самокате сама собой укатилась на задний план, уступая место задачам насущным – требовалась срочная вылазка по магазинам.
В пятницу после работы они с Катькой отправились в ближайший крупный ТЦ недалеко от их района. Катюха, с умным видом расхаживая между рядов одежды, поучительно высказывала Лельке:
– Надо брать то, что модно. Только так ты сможешь предстать перед своим Красавчиком во всеоружии. А сейчас моден оверсайз. – Подруга подцепила плечики с бесформенным нечто и покрутила, старательно рассматривая. – Например, это.
– О нет, Катя! Это я не надену. Я лет пять отходила в огромных балахонах. Я хочу что-то элегантное и красивое.
Катька недовольно закатила глаза:
– Все тебе не так. Послушала бы умного человека. Ты ж за модой не следишь, сидишь в своей лаборатории и только замеры делаешь, да пробы воздуха берешь. А я работаю с людьми и, поверь, вижу, как они одеваются.
Лелька прыснула:
– Да видела я, как они одеваются в фитнес-зале: все сплошь в спортивных штанах и майках.
– Ну, дура! Что с тебя взять, – пожала Катюха плечами и пошла в сторону отдела с бельем. – Как выберешь, маякни. А я поржу с твоих отсталых шмоток.
У Лельки испортилось настроение. Причем как-то слишком резко. В последнее время так часто бывало. Она не любила ругаться с Катькой, но вот это ее самомнение по любому вопросу бесило жутко.
– Кать! – Позвала она подругу. Но та надулась как мышь на крупу и с занятым видом перебирала лифчики на стойке.
Ну и пусть дуется, решила Лелька и пошла искать наряды сама, хоть ни черта в моде не понимала.
Через час Катерина, не сумев сдержать любопытства, таки заглянула в примерочную, где Лелька придирчиво рассматривала себя в зеркале. Маленькое черное платье, как легендарное от Коко Шанель, каким-то чудесным образом оставшееся от прошлых коллекций и лишённое звания оверсайз, смотрелось на Лельке обалденно. Не короткое, но и не длинное, с небольшим разрезом платье отлично облегало фигуру, делая девушку визуально еще стройнее, еще более хрупкой. Вырез лодочкой открывал тонкую девичью шейку.
– Слушай, а тебе отлично в этом платье! – Как ни в чем не бывало появилась Катька у примерочной. Когда только успела узнать, в какую именно кабинку Лелька зашла? – Но в таком не в зал ходить, а в бар в самый раз или в клуб.
Тут же Катькин мозг озарила мысль и она, округлив глаза, стала ее до подруги доносить:
– А давай, пойдем завтра в ночной клуб?
Лелька критически скривилась, но для Катьки уже не было никаких причин для отговорок. Если ей взбредет что-то в голову, то легче застрелиться, чем попытаться отказаться.
– Так, я все придумала. Завтра мы идем в клуб. И у меня как раз выходной в воскресенье. Отказы не принимаются. Я такое место знаю, огонь! Я туда уже год собираюсь, да все не с кем было. Ты ж как клуша, вечно дома сидела в пижаме и с мамкиными оладьями.
Настала очередь Лельки закатить глаза. Эта прорва когда-нибудь замолчит? За ней же не угнаться! И мертвого достанет! Проще, действительно, застрелиться, но, к счастью, в Лелькины планы это не входило. А может, и права Катька? Сколько можно сидеть дома? Да и платье теперь есть подходящее. Сколько ж лет она не выходила в свет? Не пила коктейлей, не танцевала под вибрирующую где-то в желудке музыку, не возвращалась под утро домой уставшая.
– Ладно уж, болезная! Во сколько завтра ты за мной зайдешь?
И Катька, не стесняясь, прямо в магазине сплясала то ли чечетку, то ли дикий танец папуасов, означавший только одно – она дико рада.
***
Как ни старались, вернуться из Питера Рустему с отцом удалось только к исходу второй недели. Зато всё задачи были решены, всё дела, что запланированы, сделаны. Личный водитель вёз их с аэропорта Шереметьево по платной трассе. Машина легко скользила по широкой, гладкой дороге и Рус откинул голову на подголовник. Суббота. По идее, впереди выходные и он может со спокойной совестью отдохнуть перед новой неделей. В их "зубной империи" Рус был ответственным за обеспечение клиник необходимым материалом, а также проводил всё рекламные компании вместе с отделом маркетинга. Когда же на горизонте маячило открытие нового филиала, то отец вспоминал о его первом инженерном образовании и поручал решать все технические вопросы подготовки клиник к открытию. Рустему и самому нравилось, что он в силах решить так много задач. В конце концов он понимал, что весь бизнес останется ему, поэтому не мог относиться к работе с прохладцей.
Зазвонил телефон и на экране всплыл номер, принадлежавший Дато. Поднимать не хотелось, потому что Рус предполагал, зачем ему звонит друг в субботу. Но, помня о том, что он обязан Дато за информацию, трубку поднять пришлось.
Дато как всегда был весел и беспечен. Он звал в клуб, не так давно открывшийся и принадлежавший их общему знакомому. Настроения ехать тусить не было, но Дато снова подкалывал, мол, он, Рус совсем голову потерял из-за какой-то крошки и теперь решил завязать с весельем и тусовками. Не то, чтобы Рустем повёлся на поддевки, он и сам понимал, что слишком часто он думает о Булке, слишком ждёт следующего утра, чтобы приехать и увидеть её в неизменных лосинах и майке на спортивной площадке. Возможно, Дато и прав, и ему действительно нужно отдохнуть от работы, пообщаться с друзьями. И потому в конце концов они сошлись на том, что вечером встретятся в клубе недалеко от Патриков.
– Не очень-то ты хотел ехать туда, судя по всему? – Заметил отец, который казалось дремал на заднем сидении и не слушал разговор сына с другом. Оказалось, показалось.
Рус пожал плечами:
– Думал отдохнуть немного после поездки, в зал сходить. Но Дато так уговаривал, что я согласился.
– Поезжай, развейся, сынок. В зал ты итак ходишь регулярно. – Рус согласно кивнул головой.
– Шамиль Давидович, куда едем? За город или на Университет?
– Завези Рустема к нему на квартиру, а меня за город, домой. – Спокойно, но властно ответил отец.
– Понял. – Водитель послушно махнул головой и принялся дальше крутить баранку.
– А завтра ждём тебя на обед. Мать будет рада. – Предупредил отец.
Вот и распланированы выходные, усмехнулся про себя Рус. Он мог, конечно, воспротивиться. Только какой в этом смысл? Отец – глава семьи, мама соскучилась по нему, Русу, все-таки они прилично отсутствовали в городе. Да и вообще, это – семья. И это – самое главное.
Дома Рус принял душ, разобрал вещи, кинул их в стирку. У него была помощница, но вещи Рустем предпочитал стирать сам. А вот уборку делегировал. Два раза в неделю к нему приходила та же женщина, что убирала в их загородном доме.
Иногда в его апартаменты с дизайнерским ремонтом в стиле брутального минимализма врывалась мама и принималась готовить для Руса. Он смеялся и ласково, благодарно целовал её в висок. Потом приходилось раздавать еду или звать Дато, который обожал стряпню матери, но отказать в "набегах" на свою холостяцкую квартиру Рустем ей не мог.
К условленному часу он был готов. Сегодня Рус был без авто, а потому вызвал такси. Деловой костюм сменился на поло белого цвета и джинсы. Надо будет сходить в барбершоп, подумал Рус, рассматривая себя в зеркало. Тонкая ткань поло отлично облегала рельеф мышц, а белый цвет выгодно подчёркивал смуглую, словно с загаром кожу. Южное солнце Родины напитало его кожу ровно, оно плескалось даже в его темно-янтарных глазах. Рустем знал, что нравится женщинам, но не был нарциссом, не привык любоваться собой. Немного парфюма, ключи, бумажник из хорошей кожи и смартфон последней модели в карман. Пиджак модного кроя на случай, если будет холодно. Вот и весь образ. Подмигнул сам себе и вышел из квартиры. Такси уже подъехало к подъезду.
***
Лелька выплыла из комнаты в своём чудо платье. До этого она час просидела на стареньком топчане, пытаясь нанести мало-мальски яркий макияж. Удавалось плохо – рука была не слишком набита, стрелки выходили кривыми, а тени осыпались. Идеальный смокиайз, который Лелька нарисовала в своей голове рождался в муках. А потому она психовала и злилась. Даже закрыться на щеколду пришлось, чтобы ни мама, ни Танька, пришедшая к ним на субботнюю ночёвку, не издевались и не говорили под руку. Можно было дождаться Катьку, но это несло риск быть размалеванной аки индеец, вышедший на тропу войны, а вот этого Лельке не хотелось точно. И потому она пыхтела, чертыхалась и красилась, медленно, но верно приближаясь к образу из головы. В итоге растушевка теней-таки удалась и Лелька, довольная как слон, облачилась в новое платье.
Она покрутилась перед зеркалом и только потом заметила, что из кухни на неё воззрилась маман, а Танька, выглянув из соседней комнаты, замерла, открыв рот. Тот случай, когда говорят: челюсть уронила. Внутренняя Лелька в ней ликовала – все-таки не зря она жевала шпинат и сельдерей.
– Бог мой! Куда собралась-то, Ольк? – Спросила изумленная мама.
– В клуб! – С гордостью даже ответила её младшая дочь, только что испытав чувство сродни триумфу. – Ну, как вам?
Мама одобрительно кивнула и чуть ли не слезу смахнула:
– Прелесть, доча!
– Только не пей много, а то унесёт, ты ж вечно голодная бродишь. – Предостерегла сестрица.
Лелька хмыкнула. Танька, как всегда, в своем репертуаре.
В дверь позвонили, и Лелька поспешила открыть. Это на 99,9 % была Катюня.
Через секунду в их тихой квартире словно поселился ураган. Летел себе мимо через юг столицы и вдруг решил заглянуть в отдельно взятую квартиру на шестом этаже. Ураган этот звался Катька. Там, где она появлялась, сразу становилось шумно и суетно. Катька успела поохать, поржать, расцеловать маму и Таньку и даже щёлкнуть по носу Вадьку, который выглянул из комнаты, встревоженный гвалтом.
Ещё через десять минут в прихожей разразился нешуточный спор. Каждый считал, что Лельке надо изменить причёску. На этом общая мысль разделялась на множество мелких и разных, иногда даже противоположных мнений. Так, Лелька считала, что можно пойти с традиционной и любимой ею косой, мама предлагала сделать кудри, а Танька тыкала в какой-то старый журнал мод, где на картинке была изображена дама с высоким хвостом, уложенным вокруг себя этакой шапочкой, гулькой. Что-то из шестидесятых, а по-простому – древнее и не очень актуальное. Катька пошла ещё дальше и предложила высокий хвост на затылке, но непременно с накрученными в нём прядями. У Ольки закружилась голова.
– Тише! – Рявкнула она и в прихожей вдруг все смолкло. Все спорщики уставились на неё в едином порыве. Доказывая, кто из них предложил лучшую причёску, они и забыли, что вообще-то волосы Олькины и только ей решать, что с ними сделать.
– Я сделаю хвост, но накручиваться не буду. – Решилась, наконец, девушка.
Времени завивать кудри катастрофически не осталось. Махнув рукой, мама скрылась на кухне. И вовремя, оттуда как раз потянуло несколько пережаренными котлетами.
Катька поджала губы, выражая пренебрежение. Правда, ненадолго. Дуться длительное время она была не в силах.
– Делай уже и пойдём, а то время поджимает. И чего так бледно накрасилась? – Перескочила подруга на новую тему.
– Отстань, Кать, нормально я накрасилась. Не попугай же я, как… – Лелька вовремя захлопнула рот. И хорошо, что Катька, увлечённо рассматривающая себя в зеркале, даже не заметила Олькиных слов.
Из зеркала Ивановых в прихожую смотрела долговязая и вертлявая, но довольно смазливая на мордашку девушка. Если бы ещё Катька одевалась, подчёркивая свои достоинства, а они у неё несомненно были, то вообще бы слыла красоткой. Тонкий и длинноватый, но зато ровный носик, слегка прищуренные в силу небольшой близорукости глаза, тонкие губы. Волосы Катька стригла, оставляя удлиненное каре. А вот с цветом экспериментировала нещадно. За все время их дружбы Лелька видела подругу со всеми цветами радуги на голове, даже с синими и розовыми волосами. На данный момент Катька предпочла быть блондинкой, так как вычитала, что мужчины в первую очередь обращают внимание именно на этот цвет волос. Теория не сработала, но пока Катьке не надоело, и она была светленькой.
Облегченно выдохнув, что Катька не обратила внимание на ее слова, Лелька принялась собирать хвост на затылке.
В конце концов через полчаса подруги, заливисто хохоча, вывалились из подъезда и уселись в жёлтую машину такси, которая понесла их сквозь московские пробки в самое сердце столицы – в центр, в пафосный клуб на Патриарших прудах.
Народу у клуба собралось довольно много. Люди курсировали туда и обратно, собирались группками недалеко от крылечка, которое вело внутрь старинного особняка, переделанного в танцевальное заведение. От старинного дома остался лишь фасад и это показалось Лельке грустным. Этакая проделка, а внутри полностью новое на месте навсегда утраченной эпохи. А ведь, эти стены помнят своих прежних хозяев, которые любили играть в карты в гостиной, принимать гостей или сидеть у окна и любоваться зелёным палисадником перед двухэтажным домом.
Катька толкнула Лельку в бок, отчего та подпрыгнула.
– Давай, пойдём, чего встала.
И Лелька вдруг осознала себя перед ступенями, ведущими в клуб, а не на старой московской улочке позапрошлого века. Вот правду о ней мама говорит: фантазерка и мечтательница. Вздохнув, Лелька поковыляла за ушедшей чуть вперёд подругой. Идти было сложно, на Лельке были огромные шпильки-лодочки телесного, то есть нюдового цвета, в которых удобно было только стоять. Последний раз Лелька их надевала на вручение диплома в универе и потому жутко отвыкла. Лелька про себя выругалась: хотела же надеть белые кеды, но Катька сказала, что допустит это только через свой труп. Лелька сжалилась над подружкой и пошла у той на поводу, о чем сейчас очень жалела. Но ничего не изменить, а потому очень осторожно ступала в своих туфлях по булыжной мостовой и тротуарной плитке. Внутри народу было ещё больше, несмотря на то, что клуб только-только открылся. Они вошли, миновали охрану и Лелька сразу же пошарила глазами по помещению, ища место, где можно присесть.
Катюха куда-то испарилась. Лелька только и видела, что зад удаляющейся подруги, пританцовывающий в такт музыке. Лелька встала у бетонной колонны, что поддерживала второй ярус, который словно амфитеатр опоясывал сцену и стеклянный куб на ней, в котором выплясывали практически голые девицы. Из одежды на ней были кожаные трусики и некое подобие бюстье. Высокие сапоги на огромном каблуке дополняли образ танцовщиц. Лелька зачарованно кинула взгляд на сцену, на этот стеклянный куб. Она понимала, что это их работа – танцевать и раззадоривать толпу, но всё равно никак не могла не удивляться столь откровенному наряду.
Откуда-то вдруг возникла подруга. В руках она несла два бокала с коктейлями. Судя по всему, так любимый Катькой «Апероль», поняла Лелька.
– Держи! – Катька всучила ей бокал и поправила сползающую с плеча сумку.
– Откуда ты их взяла? – Спросила Лелька, пытаясь перекричать толпу и музыку.
– Угостили. Не парься, пей.
Лелька рассмеялась. Неудивительно, Катька – такая оторвила, что коктейль – это меньшее из того, что она может достать. Лелька отпила напиток и сдвинулась чуть влево. Оперлась спиной на колонну и смотрела по сторонам.
Какое-то странное чувство посетило её. Забилось тягучей тревогой в горле. Точно такое же ощущение, как и на спортивной площадке по утрам. Может, она совсем уже спятила, везде ощущая преследователей? Лелька оглянулась, ища глазами вновь слинявшую неизвестно куда Катьку, а потом подняла глаза на лестницу, ведущую на балкончики, где была VIP зона. Ноги её подкосились, ладошки моментально вспотели. Сердце забилось в горле. Прямо на лестнице, буквально в двух шагах стоял и смотрел на неё Рустем.
Глава 8. «Средь шумного бала случайно…»
Рус приехал в клуб, кивком головы поздоровался с охраной на входе и прошёл сразу на второй этаж, где располагалась VIP зона. Народу всё пребывало, и он решил сразу спрятаться в кабинке от шума и грохота музыки.
Его уже ждали Дато и Марина. Рус даже не удивился: добилась-таки своего, вцепилась в друга мёртвой хваткой. Видимо, за неимением лучшего варианта.
– О, Рус! Вот и ты! Садись, дорогой.
Рустем повесил пиджак на спинку стула и присел на мягкий диванчик напротив.
– Кто ещё будет?
– Ребята попозже подъедут. Что пить будешь? – Спросил Дато, отпивая что-то из стакана.
В кабинку заглянула девушка в форме официантки. Пить совершенно не хотелось. То ли усталость сказывалась, то ли тот факт, что утром он собирался ехать караулить Булку. Рустем для приличия заказал порцию виски со льдом и воду, и девчонка, быстро кивнув, уже через пару минут выставляла перед ним напитки.
Марина строила глазки, как будто пытаясь очаровать, не стесняясь при этом своего спутника и покровителя. И это поведение казалось Рустему тем более странным.
– И вообще, Рус, я на тебя ещё обижена, – вытянула Марина губки, отпивая своё шампанское из тонкого фужера. – Некрасиво ты поступил.
Рус улыбнулся одними уголками губ. Да уж, что и говорить, Марина – явно не та компания, в которой ему хотелось провести сегодняшний вечер.
– Что сделал мой дорогой брат? – Усмехнулся Дато, итак обо всем зная.
– Да так, – слилась Марина. Ей явно было неприятно рассказывать о своем поражении, когда Рус отправил ее домой на такси. – Пойду я лучше потанцую. Скоро Милка подъехать должна.
Марина встала и, виляя аппетитными, ничего не скажешь, бедрами, направилась прочь из кабинки.
– Ты решил с ней замутить? – Спросил Рустем, отпивая воду из бутылки.
– Почему бы и нет, пока никаких других вариантов не подвернется. Хотя я прекрасно знаю, почему она со мной: чтобы быть ближе к тебе. – Не обижаясь, а лишь констатируя факт, отметил Дато.
– Брось. Я с ней не буду.
– Что так? Зачем-то же ты на нее играл. – Ухмыльнулся друг.
– Это было от скуки. – Лениво ответил Рус.
Если так подумать, то не останься он в ресторане до утра, никогда бы не встретил на спортплощадке Булку, качающую пресс. Сам того не замечая, Рустем улыбнулся.
– Или та девчонка из фитнеса так завладела твоим разумом? – Словно прочел его мысли Дато. – Ай, только не говори мне, что неприступный Рустем влюбился. Ну, признайся же!
Беседа принимала неприятный оборот. Рус поморщился, не желая отвечать. На его удачу, у Дато зазвонил мобильник и ему пришлось прервать свой допрос.
– Да, – ответил друг, отвлекаясь. – Да, мы в VIРке. Подниметесь или встретимся внизу? Хорошо.
Дато нажал отбой и обратился к Русу:
– Ребята уже пришли. Пойду, встречу их у входа. Ты со мной или останешься здесь?
– Пожалуй, тоже спущусь. – Решил Рус.
Затеряться в толпе, всяко, проще, чем отвечать на неудобные вопросы.
Они вышли из кабинки, оставив там свои вещи. Все равно возвращаться. Спускаясь по кованной лестнице, Рус вдруг заметил у колонны стройную девушку с длинными волосами, забранными в высокий хвост. Он успел подумать, разглядывая ее со спины, что после знакомства с Булкой слишком часто стал обращать внимание на женские волосы. Девушка была хороша. Маленькое черное платье выгодно подчеркивало стройную фигурку. А каскад русых волос приковывал к себе взгляд.
Словно почувствовав, что ее рассматривают, девушка обернулась, и он узнал ее – ту, мысль о которой не давала ему покоя больше месяца; ту, которую он планировал увидеть завтра утром на спортивной площадке. Прямо посреди ночного клуба собственной персоной стояла и смотрела на него во все глаза Булка.
Вокруг грохотала музыка, отзываясь толчками где-то под диафрагмой, вокруг были люди, но всё это словно перестало существовать в один миг, как только глаза двоих встретились. И Рус вдруг понял, как соскучился по этой девчонке. Странное открытие. Странное и пугающее. Об этом однозначно нужно было подумать, но сейчас он смотрел на Булку и вдруг понял: как он рад, что поддался на уговоры Дато и приехал в клуб. Так, что даже улыбается сейчас как дурак, глядя на неё.
Булка его тоже узнала, он понял это по ошарашенному виду. Три шага, и он возле неё. Улыбнулся обворожительно, как только он один умел. Не сдержался, приблизился к ней на опасное расстояние. Так давно хотел вдохнуть её запах, почувствовать её энергетику. Раньше, ведь, наблюдал только издали, если не считать встречи в фитнес-центре, когда ей было плохо.
Улыбнулся довольно – он не ошибся, она пахла невероятно.
– Привет! – Шепнул на самое ухо. – Какими судьбами здесь?
Несмотря на грохочущую музыку, она прекрасно услышала. По спине побежали мурашки, а ноги подкосились. Лишь усилием воли Лелька не выронила из руки бокал.
– Привет. – Выдавила, сглотнув комок в горле. Она с трудом соображала – слишком неожиданная вышла встреча. – С подругой приехала потанцевать.
– Здесь шумно, может быть, выйдем на улицу? – Предложил Рус и улыбнулся чуть насмешливо. – Подышим воздухом?
Лелька словно впала в ступор. Она не понимала, как себя вести, и с трудом вообще держалась на ногах. Все мысли о Красавчике, которые она успела передумать за эти две недели, сейчас роем кружились в ее голове. Как он оказался здесь? Как так вышло, что они приехали в один клуб, ведь в Москве их сотни? Все эти вопросы вдруг сменились дикой радостью от осознания, что он мало того, что был без девушки, так еще и подошел к ней. Как не мечтала о встрече с Аполлоном, такой встречи она себе точно не представляла.
От предложения Лелька отказаться не смогла. Мужчина из её грёз с невероятными янтарными глазами сейчас предлагал ей выйти вместе на улицу, чтобы поговорить. Могла бы она отказаться? Да её сердце сейчас плясало чечётку от счастья, от восторга, что он сам обратил на неё внимание! Неужто, это взаимно?
Лелька кивнула, глядя ему в глаза, как под гипнозом. Она больше не слышала грохота музыки, не видела, что Катька, спешащая к ней с танцпола, замерла, разинув рот. Не заметила она и то, что высокая, стройная блондинка рядом с тем самым обладателем Ягуара во все глаза пялится на неё – смотрит оценивающе, прищурив глаза.
Лелька была счастлива. Рус подал ей руку и, развернувшись, уверенно повёл девушку через людской поток прямо к выходу. Катька бесшумно присвистнула, но, увидев на лестнице сына своего работодателя, всё поняла. Пожав плечами, подруга развернулась и отправилась танцевать. В конце концов, Лелька – большая девочка и может сама решить – идти ей с малознакомым мужиком или нет, пусть даже он и красив, аки греческий бог.
