Текст книги "Измена. Брачное агентство попаданки (СИ)"

Автор книги: Елена Белильщикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 8

Приоткрыв дверь на щель, Генри подсмотрел за Дженни. Она сидела на краешке кровати, держа за руку спящую Фиону. Малышка уже выглядела абсолютно здоровой. Ушла бледность, на щеках проступил здоровый румянец. Но конечно же, он не хотел отпускать их! И словно в ответ, за стенами замка громыхнуло, полил дождь.

Закрыв тихо дверь, Генри побрел по темным коридорам. Их освещали лишь сполохи молний, за окнами шумело, но среди этого он вдруг явственно услышал шорох и шаги. Кто-то из слуг? Нахмурившись, Генри бесшумно двинулся на звук. Пальцы привычно поджались-распрямились, уже хотелось зажечь боевой пульсар. Мало ли, кто решил забраться в замок, пробравшись мимо охраны, а у него здесь ребенок!

Завернув за угол, Генри увидел крадущегося и озирающегося по сторонам молодого мужчину. Уж точно не из прислуги! Одно движение – и Генри налетел на него со спины, хватая за плечо, толкая лопатками на стену. Над его ладонью вспыхнул яркий огонек, и в его серебристом свете он узнал это лицо с тонкими, хищными, чуть острыми чертами.

– Адриан? – в шоке выдохнул Генри

***

Уж никогда не думал Адриан, что ему придется побывать в собственном замке украдкой, тайком! Проникнув туда, словно вор! Адриан так сильно перепугался за Дженни, что решил последовать за ней, несмотря на опасность. Генри, его давний враг, наверняка, умыкнул ее силой! И Адриан хотел помочь ей. И все-таки, какое это скотство, забирать женщину силой, против воли! Он скрипнул зубами, представляя, как набьет Генри морду. Да так его разукрасит, что мама родная не узнает!

Оказалось не слишком сложно вспомнить еще детские хитрости. Был у Адриана свой тайный подкоп под стеной замка, откуда он вылезал в детстве, сбегая с уроков наставника.

Адриан сумел обхитрить охрану и не попался никому на глаза. А потом проще простого. Он проникнул уже в сам замок и отправился блуждать в поисках Дженни по знакомым коридорам… Да только слишком расслабился! И не услышала шума шагов в коридоре. Вздрогнул и обернулся, шокировано уставившись на врага.

– Генри?!

Генри недобро сощурился, окидывая взглядом Адриана. Удобная темная одежда – самое то, чтобы пробраться в дом, как грабитель! Волосы намокли под дождем, тонкие черные прядки прилипли к щеке. Генри все еще не гасил маленький огонек над ладонью, и серебристые отблески плясали в темных глазах Адриана. Шокированных и будто бы слегка испуганных.

– И как же тебя занесло в мой замок? Отвечай, щенок, и лучше не зли меня! Не то пожалеешь! – строго сказал Генри, перехватывая одной рукой за одежду, желая встряхнуть, как и правда дурного щенка, который лезет, куда не просят.

Адриан сверкнул глазами так, что если бы взгляды могли убивать, Генри лежал бы распростертый у его ног. Мертвый. Но нет, Адриан лишь повис на его руке, пытаясь вывернуться изо всех сил.

– Отпусти! Ты не имеешь никакого права хватать меня вот так! – его голос прозвучал звонко… и испуганно.

Немудрено. Генри был старше его лет на пять. Крепче, крупнее, сильнее. Он напомнил молодого хищника, у которого сталь мышц перекатывается под кожей. А сам он готов без жалости разорвать. Просто выжидает.

– Я спросил, что ты делаешь в моем доме!

– Это мой дом, Генри, – рыкнул Адриан, пытаясь встать ровно, выпрямиться, а не извиваться в руках Генри. – Ты отобрал его у меня подлостью. И коварством. Но это не значит, что я тебе поддался!

– Что ты здесь забыл?

Адриан прищурился, окидывая гневным презрительным взглядом. И почти выплюнул:

– Куда ты дел Дженни? Мы еще поквитаемся с тобой и за это! Я не прощу тебе то, что ты сделал с бедной беззащитной девушкой!

Генри посмотрел немного свысока, как на неразумного ребенка, усмехнувшись своим мыслям. Тирада о подлости и коварстве явно натолкнула его на воспоминания.

– Дженни здесь. В своем доме, – с нажимом произнес Генри, глядя в глаза. – Со своим законным мужем. И тебя, мальчик, это точно не касается. Поэтому проваливай подобру-поздорову, и я, так и быть, закрою глаза на то, что ты пытался полезть под юбку чужой жене! И забрался в мой замок, как вор. Наверно, стоило бы тебя обыскать, вдруг стащил что-то, но руки марать не хочется!

Генри резко отпустил, не упустив возможность напоследок толкнуть спиной на стену. Пальцы сжались в кулак, с силой, заставляя огонек на руке схлопнуться и погаснуть. В первый момент показалось, что мужчины остались в полной темноте, но гроза разыгралась не на шутку. Молнии вспыхивали постоянно, и их отсветы играли на лицах.

Адриан тряхнул волосами, желая уничтожить Генри на месте. Он вызывал раздражение всем своим видом. А уж когда заговорил о Дженни, так, словно она его личная собственность… Адриану тем более захотелось вцепиться ему в горло.

– Я этого так не оставлю, – хрипло проговорил Адриан и сделал шаг вперед, но вместо того, чтобы напугать противника, снова получил сильный толчок в грудь и впечатался лопатками в стену.

Адриан вскинулся, но Генри по-прежнему прижимал его спиной к стене. Лопатками к грубому камню. Адриан тяжело дышал. Огонек на ладони Генри погас, но гроза и молнии сыграли роль светильника. И освещали все вокруг в полутемном коридоре.

– Я не вор! И Дженни я тебе не отдам! – голос сделался звонче, и Адриан рванулся навстречу, сжимая кулаки в ответ, будто желая первым нанести удар и закончить с этим.

– Не вор. Просто разбойник, да? – Генри дернул уголком губ в усмешке. – Знаю я, что ты пошел по кривой дорожке… после того случая. И что же ты вцепился в мою Дженни? Понравилась она тебе? Думаешь, сбежит с тобой в леса? Пора бы повзрослеть!

Адриан казался ему встрепанным птенцом. Промокшим, взъерошенным, с еще ничем не погашенным огнем глаз. Генри не удержался, чтобы не поддразнить. И потянулся к Адриану, но не для удара, а чтобы просто взъерошить ладонью волосы. В эту минуту Генри даже не воспринимал его серьезным соперником за сердце Дженни. Был уверен, что женщины слишком любят деньги и комфорт, чтобы всерьез соблазниться на оборванца больше, чем на пару ночей.

Адриан замер, когда Генри потянулся к нему. К его лицу. То ли, чтобы замахнуться и ударить, то ли… затем, чтобы унизительно, как мальчишке, взъерошить волосы?! Адриан не успел отпрянуть, когда ощутил чужие пальцы на своей щеке и лбу. И сморщившись, отбил ладонью чужую руку.

– Да что ты со мной как с ребенком?! – выдохнул Адриан и огляделся воровато вокруг.

Он решил немного обмануть. Вспомнил легенду из самой первой встречи, когда Дженни плела ему что-то про пиратский корабль. И подался вперед, с азартом глядя на Генри.

– Ты даже не знаешь, в какой опасности Дженни находится в этом доме! – вкрадчиво начал Адриан. – И если ты дашь мне что-то за это… какой-то последний подарок из дома моего отца… я расскажу тебе все, что знаю о ней!

– Подарок? – Генри приподнял брови, его глаза блеснули немного озорно, все-таки Адриан был бесконечным ребенком в его глазах. – Что ж, пойдем, Адриан. Заглянем в мой кабинет? Я оставил многие вещи прежних хозяев.

Генри отошел на шаг, вытягивая руку, мол, пропускаю. А сам пошел следом. Наверняка, Адриан прекрасно ориентировался в замке, и не Генри объяснять, где находится кабинет. За окнами громыхало и лило, и он и сам был бы рад там оказаться и разжечь камин. И угораздило же Адриана лезть в чужой дом под дождем, что за срочность?

Тем временем Адриан усмехнулся, думая о том, что заманил в ловушку Генри: «Ты поддашься мне, Каэр. Поддашься».

А задумал Адриан то, что в кабинете он найдет ключи от задних ворот и черного входа в замок. И сможет пробраться ночью, уже не пролезая через подкоп и не блуждая по коридорам. А беспрепятственно проникнуть в замок и помочь Дженни сбежать вместе с Фионой.

Адриан вздохнул. С чего это он решил, что сможет перехитрить Генри, оказавшись в кабинете? И добыть ту самую шкатулку с двойным дном, где хранились ключи? Он помнил, как отец при нем их прятал. Оставалось надеяться, что она никуда не делась.

– Напоил бы меня кайесерой, раз такой благородный, – пробубнил Адриан, топая вперед, а после оглядываясь и протягивая руку. – Ты такой заботливый. Давай идти рядом, а то у меня ощущение, что ты воткнешь мне в спину кинжал, если я вдруг оступлюсь и замедлю шаг.

Генри усмехнулся, встряхнув серебристыми волосами. Они распались по плечам, а он шагнул вперед, беря на руку.

– Я не твои дружки-разбойники, Адриан, я со спины не нападаю, – бросил Генри. – Отвык ты от благородного общества. А кайесеры я тебе не налью, не уверен, что тебе уже можно. В твоем возрасте чаек разве что.

Генри вовсю издевался над тем, каким юным Адриан выглядел. Хотя понимал, что он уже не мальчишка, а молодой хищник, просто изящный, костистый, гибкий. Берущий ловкостью, а не грубой силой. Адриан изогнул бровь и крепко пожал руку Генри. Враг, не враг, а вежливость никто не отменял. Но снова вспыхнул в ответ на упоминание о возрасте.

– Ах ты чертов фалинтьер! – выругался Адриан вполголоса. – Да ты всего лет на пять старше меня! Что же ты выделываешься?! Я не виноват, что смотрюсь младше своих лет! Это я в мать пошел! Он тонкокостная была!

Адриан помнил, как отец звал мать синичкой за то, какие разноцветные платья она любила носить. А единственного наследника звал вороненком. Из-за вечно встрепанных, нестриженых волос.

К счастью, перед ними быстро оказалась нужная дверь. Генри открыл кабинет, и они очутились в комнате с массивным дубовым столом и креслами, обитыми бархатом. Генри присел на корточки перед камином, разжигая огонь.

– О, тут так красиво, – протянул Адриан, оглядываясь по сторонам.

Генри все-таки привнес нотку своего вкуса и добавил темно-зеленые бархатные портьеры. А еще сменил потрепанную серую обивку дивана на такую же изумрудную, под цвет штор.

– Так что за подарок ты хотел бы? – на лице Генри заплясали первые отсветы огня. – Я оставил большинство книг, принадлежностей для письма, прочего. Просто убрал с глаз долой.

– Я бы хотел одну шкатулку… – протянул Адриан, оглядываясь снова. – Она пуста. Резная, с птичками. Деревянная. Отец дарил ее матери на годовщину свадьбы. Но она ей не понравилась, и я часто в детстве играл с ней, захаживая в этот кабинет.

Генри подошел к шкафу, открывая его. Камин разгорался, сухой хворост потрескивал, и рыжие язычки пламени перекидывались на поленья. От этого в кабинете становилось светлее, уютнее. Почему-то сейчас Генри вел себя спокойно. Словно забылось, что Адриан пытался подкатывать к Дженни – и еще неизвестно, насколько успешно! Словно забылось и то, что он пробрался в замок среди ночи, как вор. Генри будто видел перед собой мальчишку, осиротевшего, одинокого, потерянного.

Генри нашел шкатулку быстро, задумчиво провел пальцами по резьбе – дубовые ветви и силуэты птиц.

– За столько времени я так и не понял, как она открывается. Шкатулка с секретом… А ломать не стал, красивая, – сказал Генри, осторожно принося ее в двух руках. – Откроешь? И забирай себе… Но сперва помнишь уговор? Ты обещал что-то рассказать.

Адриан жадно схватил шкатулку, словно ждал ее всю жизнь. И начал рассматривать, слегка потряхивая. Внутри раздалось легкое позвякивание. Значит, ключи были там. Он перебрался на шкуру возле камина и радушно поманил Генри за собой. Отец показывал Адриану, как открывать шкатулку двумя способами. Один способ – просто открыть. А второй – сделать так, чтобы выехало двойное дно с ключами. Естественно, этого Адриан делать не собирался.

– Да там ничего нет! Она пуста! – бодренько проговорил Адриан и схватил Генри за руку. – Так как насчет кайесеры? Я замерз и промок! Мог бы принести и свежую рубашку, поухаживать за гостем…

Адриан посверкивал черными ехидными глазами, не торопясь открывать шкатулку или какие-то секреты. Он хотел поиграть с Генри. Подразнить его.

Генри перехватил за запястье жестче. Когда уже не поймешь, кто кого схватил, кто стал добычей. Он наклонился к Адриану ниже. Так, что кончики длинных волос едва не мазнули по лицу.

«К черту личные границы с тем, кто вторгся в чужой дом ночью!» – фыркнул Генри про себя.

– Не думай ускользнуть. Ты должен рассказать мне про Дженни, помнишь? Я принесу сухую одежду, а ты не сбегай, прояви хоть каплю благородства. Если конечно, в вашей семейке знали, что это такое, – фыркнул Генри, отпуская.

Его взгляд то и дело возвращался к рукам Адриана. Тонким пальцам музыканта, как выражаются… или вора. Генри расслышал тихий, едва заметный звон. И это его насторожило.

Адриан нервно дернулся, когда Генри, словно разгадав его секрет, потянулся к нему. И перехватил за запястье, сжав крепко пальцы. Адриан ощутил легкий аромат хвои и полыни от волос Генри, так близко он находился возле него.

– Я не стану сбегать! – не вполне уверенно изобразил Адриан равнодушие. – Я сам пришел к тебе! В дом! По доброй воле!

Он сам бы не поверил себе. Но Генри купился. Наверное, тон был слишком сладкий?

– Конечно, я все тебе расскажу, – улыбка Адриана была ослепительной и такой же фальшивой. – Абсолютно все, что знаю, что сказала Дженни!

Но когда Генри отстранился, Адриан… даже удивился. Его благородству. Не каждый враг принесет сухую рубашку своему противнику. Этот человек удивлял. Адриан резко выдохнул и уставился блестящим взглядом ему в спину. Показалось или Генри насторожился?

Глава 9

Генри остановился уже у двери. Его ладонь напряженно замерла на ручке, даже пальцы свело до побелевших костяшек. Выставить Адриана нужно, и идиоту понятно, а не возиться! Но… Генри надеялся узнать что-то о Дженни. Что-то, что поможет найти подход к этой странной девушке, которая за один день превратилась из серой мыши в тигрицу и строптивицу.

– Сопрешь что-то и сбежишь – лично попрошу одного из лучших дознавателей Эрлая поймать тебя и засадить в самую сырую и темную камеру, – процедил Генри, не оборачиваясь. – Не повторяй судьбу своего папеньки.

Зачем уколол, и сам не понял. Он вышел за дверь, чтобы минут через пять вернуться. Уже со стопкой сухой одежды под мышкой и подносом в руках. На нем были чашки с ароматным чаем на травах. Вместо столь желанной Адрианом кайесеры.

А у него свело все внутри от такой подколки. О, насмешничать Генри умел! И хотя за годы, долгие годы насмешек от других людей, болезненных уколов, ударов по гордости и самолюбию, Адриан научился держать лицо, сейчас… отчего-то захотелось заплакать. И впрямь, как мальчишке.

Адриан резко выдохнул, сцепил зубы и подумал о том, что он не позволит Генри взять верх над ним. И потянулся к шкатулке. Пальцы сами пробежались по резному узору, выдавливая нужную комбинацию. И шкатулка открылась. Не только первым, но и вторым дном. И ключи, зазвенев, упали на пол. О, как неуклюже! Черт…

– Генри?!

Как назло, открылась дверь. И вошел Генри. С сухой одеждой и чаем. А щеки Адриана вспыхнули пунцовым. Это же надо, так облажаться! Генри же все увидел… все заметил… Ой, что сейчас начнется!

Генри едва не выронил из рук поднос с чаем, когда увидел, как, блеснув в свете огня, ключи со звоном упали на мягкую шкуру. Он медленным шагом подошел ближе. Поднос был отставлен на столик рядом, от греха подальше. Стопка одежды отправилась в кресло. Генри видел, как Адриан наблюдает за ним, вспыхнув от стыда. Что ж, хотя бы не попытался схватить ключи и дать деру – уже не такой юнец, как можно было подумать.

Одним стремительным движением Генри оказался рядом, опускаясь на колено, выхватывая упавшие ключи. Они заиграли, позвякивая, в его пальцах в отблесках от камина. В глазах же появилось что-то нехорошее, хищное. Не напрасно он предупреждал не играть с огнем.

– Хотел зайти через парадный вход в следующий раз, как хозяин? – хмыкнул Генри, взвешивая связку на ладони, а затем зажимая в кулаке. – По-твоему, мне не хватило мозгов сменить замки, когда я поселился здесь?

Адриан вспыхнул, когда его поймали на горячем. Отчего-то забылся страх. Страх того, что теперь Генри хозяйничает здесь и вправе наказать за почти воровство.

– Может, уже я сменил бы замки! – дерзко выкрикнул Адриан, сверкая глазами.

– Что ты несешь, щенок?!

Адриан толкнул Генри на спину, на пушистую шкуру. Набросился на него сам, оседлав бедра, и замахнулся пощечиной по лицу.

– Не смей больше упоминать моего отца и насмешничать! – вдруг выпалил Адриан то, что жгло его изнутри уже долгое время. – Я же не говорю, что с тобой делали… во время войны, на которой ты был! Слышал, ты и в плену бывал, и чего только не произошло там с тобой!

Может, Адриан зря повторял старые слухи? Ведь никто даже не знал точно, что с Генри приключилось за время его отсутствия. Но хотелось ударить побольнее. И кажется, у Адриана это получилось?

Генри стиснул зубы. Не любил вспоминать прошлое. В Эрлае после его чудесного возвращения из очередной передряги шептались, что он сдал все, что знал, поддался врагам, вот его и отпустили. Никто не знал на самом деле, ценой каких усилий ему дался побег из лап противника.

– Ты ничего не знаешь о войне. Юнец, – фыркнул Генри презрительно. – Плен был не так страшен, как то, что происходит здесь. Там хотя бы понятно, кто враг! И не нужно ждать удара в спину от лицемерного лорда, с которым расшаркиваешься на приемах!

Выпалив это, Генри с намеком посмотрел на Адриана. Напрасно он открыл болезненную тему, слабую сторону. Генри тут же ударил по памяти его отца. Чтобы выбить из колеи. Эмоции отвлекают, правда? Ведь Генри перехватил за запястье ловко и сильно, другой рукой толкая вбок, собираясь перекатиться и взять верх.

Можно было бы ударить заклятьем… беззащитного, не одаренного или почти не одаренного – этого Генри не знал – магией. Никто не видел, никто не осудил бы. Но глядя в эти темные глаза напротив, горящие праведным жгучим гневом, он не мог играть по-грязному.

Адриан аж отшатнулся от слов Генри. Да, он повторял слухи, но без злого умысла. Просто, чтобы насолить. А в словах Генри… в ответном уколе прозвучал настоящий яд. На миг стало больно. Адриан с укором посмотрел на Генри, будто спрашивая: «Я тут при чем?»

– Ты прав, – глухо ответил Адриан, наконец, прервав тягостное молчание.

Он завозился под Генри, пытаясь вырваться. Даже настроение «подраться» прошло. Захотелось спрятаться подальше от золотистых, волчьих глаз, которые прожигали его. Какой Адриан все-таки дурак! Решил тягаться с подобным противником.

– И что же с тобой делали в плену? – попытался ответить достойно Адриан, когда Генри не отпустил. – Неужто по головке гладили? Или не только по ней? Были там красивые пленительницы?

Насмешки, насмешки… Когда они научатся говорить друг с другом иначе? Не выводя на ярость и остальные эмоции. Наверное… никогда. Враг на то и враг, чтобы навсегда остаться острым шипом в ладони. Причиняющем боль при каждом движении руки.

– Разве что плетью! Хорошо, мастер достался, следами не изуродовал! – сорвался Генри на рычание. – Не то, что…

Он осекся. Удобнее подмял под себя сильным телом. Генри был крупнее, это заметно с первого взгляда. Но чувствовалась в Адриане какая-то скрытая сила, как в диком звереныше, худощавом, поджаром, но с мышцами крепкими, будто из стали. Навалившись сверху, Генри перехватил его за горло. Пальцы легли просто как ошейник, строгий, не дернуться, но и дышать можно. Второй рукой Генри замахнулся бы, но замер на секунду, глядя в темные укоряющие глаза.

«Думаешь, можно отомстить Грэйму-старшему, врезав его сыну? – ехидно спросил у него голосок совести. – Мальчишка ничего не знает, по глазам видно. Ему никто не сказал правды, иначе не смотрел бы так пламенно, бесстыдно, чувствуя за своего отца обиду, а не позор».

Но второй мыслью было другое. Адриан в доме Дженни. Чем они там занимались, когда Генри пришел? Он лихорадочно прокрутил, не поправлял ли этот паршивец одежду или волосы, выходя к ним… И все-таки замахнулся, с досадой, резко, чтобы прогнать эти мысли. После чего Генри замер на секунду, дыхание было сбитым, волосы встрепанными. Но слепая ярость из взгляда ушла, он уже был готов отступить и успокоиться. Как забулдыга из таверны, который врезал и тут же заказал мировую, спустив пар. В конце концов, вряд ли с Дженни зашло далеко! Раньше она была таким зашуганным благочестивым мышонком.

Адриан застонал, когда Генри перехватил его за горло и сжал. Не до боли, а просто, чтобы зафиксировать. Застонал и когда ощутил резкий удар по своему лицу. Почти пощечину. Болезненную. Унизительную. Да сколько можно?! Генри играл с ним, как кошка с мышью. Не причиняя особого вреда. Но ставя на место.

– Отпусти! – отчаянно вскрикнул Адриан.

Каким-то чудом вырвавшись из рук, он поймал задумчивость в глазах напротив. Словно Генри ненадолго, мыслями, оказался где-то далеко. И не думал о нем. На секунду Адриану стало стыдно. За то, что заговорил за плен. Может, Генри думал о нем сейчас? Поэтому и отвлекся? И позволил ему вырваться? Может… в плену случилось что-то ужасное, о чем Генри и вспоминать не может?

Адриан сам встряхнул себя. Хватит! Довольно жалеть Генри, он его явно не пожалел! И Адриан не такой слабак, как кажется этому негодяю! Адриан юркий, как лесной кот. И он набросился на противника, скручивая запястья Генри, снова оседлав его бедра, заставляя его не шевелиться.

– Ты не сдвинешься с места! – звонко проговорил Адриан и ответил Генри хлесткой пощечиной.

Генри дернулся, снова оказавшись под Адрианом. Недооценил, посчитал мальчишкой, юнцом неумелым, и вот, пожалуйста! Снова на исходной позиции. На лопатках на мягкой шкуре, под Адрианом, ощущая его жгучий удар. Даже не кулаком, пощечиной, будто… слишком личные воспоминания они затронули друг в друге, и хотелось ударить поунизительнее.

– Это ты мне приказывать пытаешься? – хмыкнул Генри, попробовав высвободить запястья из хватки Адриана. – Да если я использую магию, от тебя мокрого места не останется! Отстань от меня! И от Дженни тоже!

«Ох, слишком огненно прозвучало…» – мысленно одернул себя Генри.

Раньше он никогда не цеплялся за женщин. Они приходили и уходили из его жизни – точнее, из постели. Но Дженни, ставшая в одночасье такой пламенной, дерзкой и сильной, неожиданно сильно зацепила.

Адриан усмехнулся. Красиво Генри смотрелся под ним: поверженный противник, уложенный на лопатки. Его щека горела от удара. Поначалу снова стало немного жаль его. Потому что на лице Генри то и дело мелькали тени воспоминаний. Неприятные тени. Словно Адриан, именно Адриан, напоминал ему о тяжелом и сложном периоде в его жизни. Генри постоянно натыкался на его лицо и отворачивался.

– Попробуй только пикнуть насчет нее! Дженни, уверен, девушка умная. И сама в состоянии выбрать, с кем уйти или с кем остаться! – голос Адриана прозвучал огненно, а потом он услышал угрозу. – Магию ты используешь против меня?

Адриан нехорошо сощурился, глядя в упор. И размахнулся ладонью. С нее сорвались рыжие искры, и язычки пламени затанцевали вокруг. Они окутали Генри будто небольшим водоворотом огня. В котором полностью сгорела рубашка.

Он широко распахнул глаза, увидев, как с руки Адриана слетают рыжие искры. Да Генри был уверен, что перед ним пустышка, абсолютная! Боевая магия часто встречалась среди аристократов, но род Грэймов всегда был ей обделен. Впрочем, Генри уловил секундное напряжение на лице, нахмуренные черные брови под мокрой челкой, сосредоточенно поджатые губы, словно… для Адриана это было слишком тяжело. Как для мага, у которого и дара-то пара крупиц.

Впрочем, Генри не успел это обдумать. Ведь магия окутала рубашку. Адриан ясно дал понять, что мог бы навредить. Но искры даже не коснулись кожи, только начисто уничтожили ткань. Филигранно… Генри восхитился бы, не касайся это его! Ведь магия погасла, и он остался обнаженным до пояса. В свете камина были явственно видны росчерки шрамов по всей груди, по руке, один особенно глубокий и уродливый на плече.

Генри резко вскинул ладони. Их окутало слабое свечение. Генри уперся ими в грудь Адриана, чтобы магией отбросить от себя. И тут же взвился на ноги, по-настоящему взбесившись. Шрамы украшают мужчину? Возможно. Но своих он стыдился.

– Решил тягаться с сильнейшим боевым магом Эрлая? Попробуй! – прорычал Генри, взмахивая рукой.

Из центра ладони, словно плеть, выскочило серебристое щупальце магии, сверкнув в считанных сантиметрах от Адриана.