Текст книги "Измена. Таверна брошенных жен (СИ)"

Автор книги: Елена Белильщикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 18

Таверна еще не была открыта официально, но дверь оказалась нараспашку. Помощники Элизабет – кажется, ребята из шайки Адриана – помогали заносить какие-то коробки.

Ричард проскользнул внутрь незамеченным, посильнее надвинув на лицо глубокий капюшон плаща. Дорогая ткань была непривычной на ощупь. Он только обвыкался в Драконьем замке, иногда чувствуя себя куклой, которую дядя наряжает в шелка и бархат, чтобы выглядел под стать остальным драконам.

Ричард прошел по лестнице на верхний этаж. О, значит, разрушения были не такими уж серьезными? Оглядевшись, Ричард понял, что пострадала, по большей части, мебель и прочее убранство. А само здание не повредилось.

Заметив приоткрытую дверь, Ричард скользнул внутрь, в одну из комнат, предназначенных для гостей, но сейчас пустующих. Элизабет была одна, похоже, оставила Мартина на одного из новоприобретенных «няней». Тем лучше. Замок на двери отчетливо щелкнул, и Ричард сбросил капюшон, подходя к Элизабет со спины. Она выглядела какой-то напряженной, погруженной в себя, будто думала о чем-то. О нем? Или… об этом паршивце Адриане?

– Доброе утро, дорогая… Смотрю, постояльцев еще не принимаешь, но может, сделаешь для меня исключение?

***

Элизабет помогала мальчикам разбирать коробки и приводить таверну в порядок. Но к сожалению, тяжелые мысли не давали ей погрузиться в этот процесс полностью. У нее в голове вертелась ее последняя встреча с Адрианом. Его благородство. То, как он шепнул: «Мне важно твое счастье. Твое в первую очередь. Неважно, с кем оно будет. Со мной или с Ричардом».

Элизабет вспоминала шелковый платок на глазах и просьбу Адриана почувствовать свои желания. А потом поежилась. Что-то она слишком… хорошо чувствовала эти желания. Раз полезла с поцелуем к Адриану! Можно сказать, повесилась ему на шею, бр-р! Еще и поцелуй вышел неудачный. В том плане, что технически все было хорошо. Элизабет ощутила трепет во всем теле, но… душа ее не откликнулась. Чертово сердце все равно принадлежало Ричарду. Подлому изменнику. И… теперь Элизабет не могла спокойно смотреть ему в глаза. Ведь она тоже изменила. Пускай и в самой малости. В поцелуе! И ей хотелось признаться. Не скрывать этого.

– Ричард?! Это ты?! – удивилась Элизабет, поднимая голову. – А что ты здесь делаешь?

– Пришел навестить свою жену! – Ричард с нахальным видом встряхнул волосами, которые, распущенные, рассыпались по широким плечам. – А ты еще не соскучилась по мне, Элизабет? Ты выглядишь какой-то взволнованной.

Ричард начал подходить медленно, будто загоняя в угол. Рэнд все уши ему прожужжал об опасностях, которые подстерегают молодого наследника драконьего состояния. А значит, и его супругу тоже? Кто знает, что могло случиться в его отсутствие? Так что Ричард преодолел расстояние между нами, поддевая ее подбородок кончиками пальцев, чтобы смотрела в глаза.

«И не смела увор-рачиваться… – подумал Ричард и сам чуть не вздрогнул. – Это что еще за рычание в голове? С тех пор, как во мне начала пробуждаться драконья магия, со мной что-то творится… Или с тех пор, как нарисовался Адриан в качестве соперника? Ведь все больше было жарких вспышек, порывов. Как сейчас. Например, подхватить Элизабет под бедра, усадить на подоконник, запечатать ее губы таким поцелуем, чтобы застонала от него, не смея уворачиваться… Моя, моя, моя. А не какого-то там Адриана!»

Элизабет и правда вздрогнула и попятилась, когда Ричард вошел в полупустую комнату на этаже, где кроме них не было никого.

«Кричи, не кричи, все равно не услышит…» – мелькнула шальная мысль в голове и пропала. Элизабет сглотнула. Искренне надеясь, что от страха. Но на самом деле, у нее в горле пересохло от Ричарда. Его стройной, крепкой фигуры. Его горящего каким-то особым огнем глаз. Элизабет явственно читала в расширенных зрачках чертового дракона желание.

– К-конечно, я волнуюсь, – начала Элизабет откровенно врать. – Таверну открывать скоро. А ничего не готово. Может, ты это… к мальчикам пойдешь вниз? Они там лавки деревянные таскают. Работа как раз для тебя, Ричард!

«У тебя ж сила есть, ума не надо», – мрачно закончила в своей голове Элизабет.

В эту секунду пальцы Ричарда подхватили ее подбородок и ее дыхание сбилось. Элизабет поняла, что долго врать ему не получится. Почувствует, гад чешуйчатый! Придется рассказать правду. Может, ей самой легче станет?

– Ты так переживаешь из-за лавок? Неужели это из-за таверны у тебя так колотится сердце? – Ричард улыбался одними уголками губ, и в этой улыбке было одно коварство, тронь – обожжешься.

Его ладонь скользнула по девичьей шее. Медленно, будто смакуя касание. Медленно, словно раньше не замечал, какая она тонкая, с какой нежной кожей. За время разлуки все изменилось, даже если прошло немного времени. Не только у Элизабет. Ричард касался теперь так, словно даже кончики пальцев стали чувствительнее, когда он скользнул ими по трепещущей по коже ниточке пульса. Ричард резко выдохнул. Похоже, сам не думал, что так соскучился. Зато ощутил это сполна, когда опустил ладонь напротив сердца Элизабет, второй рукой медленно скользнув на талию.

– Ричард? – голос предательски сорвался от желания. – Что ты творишь, Ричард?

Но тело ее предало. Элизабет со стоном потянулась к мужу. Ее руки обвили его шею, прижимая ближе. Элизабет с ужасом поняла, что тоже соскучилась. Соскучилась по вкусу губ Ричарда, по крепким рукам, которые, подхватывая вверх, относили в кровать.

– Нам нельзя, Ричард, – простонала Элизабет, прикрывая глаза. – Сюда могут зайти. И ты… ты предатель! Ты изменник, я не хочу тебя желать.

Элизабет чуть отстранилась и умоляюще заглянула Ричарду в глаза. На ее лице читалось тревожное, дремотное выражение: «Не буди мое тело, не буди мое желание, не заставляй меня снова становиться твоей, я слишком долго вырывала тебя из сердца, чтобы ты захватчиком снова поселился в нем…»

Ричард вздрогнул, словно Элизабет залепила ему пощечину.

– Я все объяснил тебе! Уже в прошлые разы. Викки что-то сделала со мной. Я не желаю больше возвращаться к этому! – отрезал Ричард, но так и не отпустил, лишь сильнее прижал за талию к себе, чтобы прижаться горячими губами к уху. – Что же насчет «нельзя»… Что же мне нельзя сделать со своей женой? Нельзя целовать тебя здесь, в нашем доме? Нельзя опрокинуть на постель и ласкать так, чтобы ты срывала голос? Хороший способ, чтобы ты уже не могла мне дерзить… Особенно если ты сама этого хочешь. Ты ведь все еще хочешь… меня?

Ричард провел губами по шее Элизабет, оставляя горячие, бесстыдные поцелуи. И сам не понял, как сделал эту проклятую паузу. Он ожидал, что Элизабет вспылит, заорет, что после случая с Викки Ричард не имеет права ревновать к Адриану, но… Его взгляд внимательно скользнул по лицу Элизабет. А все тело напряглось, как у подобравшегося хищника. В карих глазах Элизабет было что-то непонятное. И Ричард догадался, что о чем-то не знает.

Элизабет замерла, как вспугнутая птичка, в лапах у хищника. И выдала себя тем, что отвела глаза. Она нервно заерзала, пытаясь вырваться из рук Ричарда. Но он стиснул ее сильнее.

– Я хочу тебя, Ричард, – тихо-тихо проговорила Элизабет, по-прежнему не поднимая глаз. – Но нам нужно поговорить.

Ричард нахмурился. Но не стал отпускать ее. Все так же обнимал ее. Хотя ласка и нежность сменились жесткостью пальцев. Тело Ричарда напряглось.

– О чем, Элизабет?

Элизабет нервно облизнула губы.

– Насчет Адриана. Я… Мы… ну… это… – Элизабет так и не смогла с первого раза сказать правду.

Щеки ее вспыхнули алым, она часто-часто задышала, ощущая стыд перед Ричардом. Его глаза вспыхнули драконьим огнем. В последнее время это случалось в моменты сильнейших эмоций.

– Ах, Адриан? И что же вы? – прорычал Ричард, глядя в лицо. – Что же он позволил себе с тобой?

Ричард не выдержал. Подхватил бесстыдно под ягодицы, усаживая на подоконник перед собой. Так, чтобы Элизабет спиной уперлась в раму окна сбоку. Туда же он прижал ее руки, перехватив их одной ладонью и заведя над головой. Второй же нахально скользнул по платью. Их силуэты так отчетливо были видны в окне, среди белого дня. Если бы кто-то задрал голову из прохожих, застукал бы сразу. Но кажется, Элизабет не слишком стыдилась с Адрианом?

– И что же он делал с тобой? Касался тебя так же? – ладонь Ричарда скользнула по груди, опустилась властно на бедро, а он обжег дыханием губы. приблизившись вплотную. – Целовал? Или больше?

Элизабет испуганно вскрикнула, когда Ричард подхватил ее на руки. Подсадив, опустил на подоконник. Она, смутившись, заерзала. Холодный камень окна давил ей на спину. Дыхание сбивалось от стыда и возбуждения. Все-таки Ричард ей не чужой! И он прекрасно знал, где, в каком месте коснуться ее кожи, чтобы она отреагировала максимально ярко. Элизабет сдвинула бедра, уже просто молясь, чтобы не выдать желание к Ричарду.

– Да не было ничего такого! – оскорбленно прошипела Элизабет, как дикая кошка, сверкая глазами. – Что ты себе позволяешь, Ричард?!

Гнев ненадолго превозмог вину. И Элизабет вспыхнула, замахнувшись рукой с подогнутыми пальцами, чуть царапнув Ричарда по шее. Потому что он увернулся.

– И вообще, если ты был с Викки, то и мне все можно, понятно? – нагло заявила Элизабет ему, хотя планировала покаяться, а не обвинять Ричарда снова. – И не стану я тебе рассказывать ничего! Это личное!

– Все, значит? – процедил Ричард таким тоном, что самому стало немного не по себе.

О, он понимал сейчас старые сказки. Где драконы похищали красавиц, чтобы посадить на цепь, никогда не выпустить из своей пещеры… Без цепи, может, и обошелся бы. Но вот запереть где-то, чтобы Адриан больше и не взглянул, – это вполне!

Элизабет сумела вырвать руки из хватки в первый раз, но сможет ли во второй? Когда Ричард перехватил запястья, прижал вплотную к себе, закрыл ее губы своими, терзая без жалости. Так, что ее припухнут. Так, что Ричард будто оставлял на них след: моя, моя, моя!

– Так он целовал тебя? – горячо выдохнул Ричард в губы. – Как он только посмел полезть к тебе, где зажал, подкараулил у таверны и попытался соблазнить?!

Элизабет резко, прерывисто, испуганно выдохнула, когда Ричард произнес это «все» таким угрожающим тоном. По коже побежали мурашки. А потом Ричард набросился на нее, как настоящий хищник. О, больно он не делал! Лишь показывал свое превосходство… Пред невидимым противником – Адрианом.

– Нет, нет! – сорвалось с губ, прежде чем Элизабет успела сдержаться.

Это прозвучало так искренне, что Ричард даже замер, глядя на нее немного непонимающе.

– И что же было?

Элизабет гордо вскинула подбородок и проговорила правду:

– Адриан здесь ни при чем. Помнишь то, как я назвалась его невестой? Он после вашей встречи разорвал эту помолвку! Сказал, что не хочет играть с тобой и мной в игры за спиной! Хочет, чтобы все было честно! – Элизабет примолкла на полуслове.

Она прикусила губу. Было страшно продолжать и говорить правду… Может, Ричарду хватит и такого признания?

Он немного отстранился. Ну, правда, не брать же силой свою же жену! Хотя он видел, чувствовал каким-то звериным чутьем, что дело не в его поцелуях и касаниях. В глазах Элизабет был страх не за себя. А за Адриана.

– Испугалась, что на поединок его вызову? – тихо, с бархатистым смешком промурлыкал Ричард, проводя кончиком пальца по контуру ее губ. – Я рад, что Адриан оказался… умным мальчиком. Иначе поплатился бы за свои выходки! Так в чем же дело, Элизабет?

Ричард держался уверенно, с легкой наглой улыбкой на губах. С такой и правда вызывают соперников на поединки. Хотя… он не был уверен, что выиграл бы у бывалого разбойника. Но неважно! Сейчас Ричард хотел узнать правду. Кто ему Адриан? Друг, просто несчастно влюбленный в его жену? Или подлый враг и коварный соперник?

Элизабет прищурилась и отстранилась. В ней снова взыграл гнев. Да что он себе позволял, этот Ричард?! Элизабет ему сейчас устроит сладкую жизнь!

– Ничего я не боюсь! – голос прозвучал звонко и зло. – Лучше бы ты боялся, Ричард! Потому что не ты один можешь сходить налево! Я в честном браке себе такого не позволяла! Но сейчас же мы почти в разводе… И да! Знай, что я целовалась с Адрианом. По доброй воле! Скажу даже больше. Не он поцеловал меня! А я поцеловала его. Чтобы понять… какие у меня чувства к тебе, подлому изменнику. И к нему. К человеку, который обещал всегда меня любить, беречь и никогда не изменять мне!

Ее глаза гневно сверкали. Хотя она немного жалела, что в пылу страсти и ярости наговорила лишнего. Ричард теперь бог весть что подумает. Бр-р, не хотелось бы его уж слишком злить.

Ричард застыл, не шевелясь. Даже лицо будто превратилось в каменную маску. Только в глазах вспыхнули едва заметные искры драконьего огня.

– Сама… поцеловала его, – выдавил Ричард по слову, будто смакуя на языке каждое слово. – И что же, поняла? Или лучше мне сравнять счеты, и тогда сравнишь нас?

Последние слова Ричард выдохнул особенно яростно. И подался ближе. С такими глазами замахиваются пощечиной. Но его ладони лишь жестко зафиксировали лицо Элизабет, не давая отвернуться, даже шелохнуться. Ричард набросился с поцелуем, как захватчик, жадно, неистово, страстно. Его губы терзали ее в наказание, не давали ни секунды передышки. Ричард проводил кончиком языка по контуру губ, почти силой размыкая их. А внутри горел шальной азарт. Сделать Элизабет своей. Своей снова.

Глава 19

Элизабет по-настоящему испугалась, когда глаза Ричарда загорелись такой злостью, будто он хочет ее уничтожить. Но вместо этого он явственно показал, что просто хочет… Хочет ее.

– Нет, Ричард, нет! – простонала Элизабет, выгибаясь навстречу его сильным жестким пальцам.

Они плотно обхватили ее лицо, не давая шевелиться. Поцелуй Ричарда огнем горел на ее губах, стирая любой поцелуй Адриана, любой поцелуй другого мужчины, который мог бы быть.

Поначалу Элизабет старалась сопротивляться. Сдерживаться. Стискивать губы, не отвечать на поцелуй. Но Ричард быстро растопил ее сопротивление, и Элизабет поддалась. Ее губы так мягко прошлись по его губам, лаская, что Ричард тихо застонал. В ответ застонала и она. Прикрыв глаза, сама потянулась к нему, проводя ладонями по талии.

Ричард зарылся пальцами в волосы Элизабет, слегка сжимая на затылке, заставляя откинуть голову. Так, чтобы его губы беспрепятственно скользнули по изогнутой шее. Держа так, Ричард заглянул в лицо. Глаза горели опасным жаждущим огнем, казались черными от расширенных зрачков.

– Сравнила, Элизабет? Кто же нравится тебе больше? Твой благородный разбойник? Или подлый изменник? – ревниво и горячо прошептал Ричард.

Его губы вновь прижались к нежной коже. Ричард слегка прихватил ее зубами, провел языком – так извиняется расшалившийся звереныш, зализывая укус. Элизабет сама прижималась к нему, обнимала, и это пьянило. В голове Ричарда мелькнула шальная мысль, что может, именно так и можно заполучить и прощение, и тело, и сердце? Обратно. В руки законного хозяина.

Элизабет сдалась окончательно. Когда губы Ричарда заскользили по ее шее, а поцелуи сделались еще жарче. Еще страстней. Откинув голову, она бесстрашно заглянула в глаза Ричарду и прошептала:

– Ты! Мне нравишься ты, Ричард!

Элизабет прильнула ближе, забыв про гордость. Ведь и вправду соскучилась по Ричарду. Их тела терлись друг о друга, горели одним пожаром желания. Элизабет еще крепче стиснула Ричарда в объятиях и сама потянулась к его губам, чтобы поцеловать. Ее дыхание обжигало кожу Ричарда, а его ладони скользили по спине, дразня, играя. Элизабет помнила, как он покрывал поцелуями ее спину, когда они занимались любовью. Тело помнило Ричарда… и предавало свою настоящую хозяйку. Разум ее отключился.

– Не подпустишь его больше к себе? – в глазах горел азарт, когда Ричард поднял взгляд, тлеющий темным затаенным желанием. – Вернешься ко мне, Элизабет?

Он хотел помучить эту чертовку. Он хотел победить. Кончиком языка Ричард проследил пульсирующую жилку на шее, попутно спуская платье с плеча. Элизабет была нужна ему. Там, в Драконьем замке! Законной женой, с которой он будет просыпаться по утрам. Которая будет носить шелк, атлас, бархат и парчу, а не простенькое платье хозяйки таверны. Которая больше никогда не будет отваживать пьяных завсегдатаев замахом полотенца и острым словцом, а станет лишь застенчиво принимать комплименты на приемах. Ричард хотел отобрать Элизабет, забрать себе, дать то, чего она достойна! Но достоин ли он ее… или поторопил события? Этого Ричард не знал, покрывая поцелуями узкие ключицы, скользя ладонью по бедру, сминая ткань юбки.

Элизабет быстро пришла в чувство от его слов. Она гневно сверкнула глазами и уперла ему в плечи ладони. И с силой оттолкнула.

– Ах ты негодник! Так ты нарочно добивался моего прощения? Думал, признаюсь тебе в грехе, а ты, такой милый-добрый, меня с собой заберешь? Как раньше, полной своей собственностью сделаешь? Рабыней на кухне? Сейчас, разбежался! Мне неловко за мой поцелуй, и я прошу прощения за него! Но поцелуй не измена! А я не спала с Адрианом! Но после того спектакля, что ты мне устроил своими манипуляциями, еще подумаю над этим! Ты играл со мной, Ричард, и не думай, что я этого не заметила! – Элизабет все-таки сумела оттолкнуть опешившего Ричарда.

На глазах ее блестели злые слезы. Она пошла на выход, не оглядываясь, но не выдержала. И замерла.

– Элизабет!.. – услышала она свое имя тихим, раскаивающимся тоном.

Элизабет не ответила. Хотя повернуть дверную ручку так и не смогла. Словно… наивно все еще ждала чего-то. Вот только чего Элизабет могла ждать от Ричарда? Кроме новой игры в любовь. Уж никак не самой любви?

Ричард подлетел со спины, обхватывая за плечи, легонько утыкаясь носом в светло-русые волосы.

– Ну, какой рабыней? – прошептал Ричард тихонько на ухо, осторожно разворачивая к себе. – В Драконьем замке полно прислуги! Ты ни в чем не будешь нуждаться. Мы заживем так, как тебе и не снилось! Я понимаю, тебе нужно было время, чтобы все обдумать… Но может, ты уже готова простить меня? Я не тороплю, но подумай об этом.

Ричард лукаво улыбнулся, беря ладони Элизабет в свои. И поднес их к своим губам, поцелуями покрывая каждый палец. Они оба прекрасно знали правду. Элизабет почти поддалась.

***

Близился особенный вечер. Тот, когда я собиралась открыть двери таверны для всех желающих. Несколько дней упорной работы дали свой результат. Конечно, мебели в зале поубавилось, посетителей теперь можно было принимать гораздо меньше. Зато Билл подал отличную идею! Вместо стульев он и другие разбойники наскоро сколотили простые деревянные скамейки модели «доска на двух бревнышках».

Комнаты наверху, к счастью, особо и не пострадали. Так что постояльцев принимать я тоже могла.

Конечно, впереди были непростые дни. Поднять таверну не так-то просто, а составив список всего, что нужно купить заново, я пожалела, что умею писать. Лучше бы была дурочкой Викки и считала на пальцах. Пальцы закончились бы и все. Однако я верила, что со временем смогу раскрутиться.

А пока в голове было, какие самые простенькие, дешевые блюда можно подавать в первые дни, чтобы не слишком тратиться на припасы. Но при этом вкусные, чтобы приманить посетителей! Хорошо, что парни из шайки Адриана прекрасно охотились. Они всегда были готовы притащить пару тушек оракалов за то, чтобы я потом угостила вкусно приготовленной дичью. А перед открытием таверны один из разбойников даже смотался к морю, притащив мне несколько крупных рыбин.

Накануне я сама сходила в лес, и друзья Адриана научили меня, как разбираться в грибах, так что ароматный грибной гуляш был обеспечен. И все это почти без трат! Я даже вспомнила старые рассказы о том, как выживали по деревням в голодные годы. Так что, возвращаясь из леса, обнесла одуванчиковую полянку, нарвав целую корзину желтеньких цветочков. Они пошли на ароматное варенье солнечно-желтого цвета, листья – на салаты, которые прекрасно подойдут к дичи.

Хотя от таких приготовлений голова шла кругом, а ноги гудели, настроение у меня было приподнятое. Пока беда не пришла, откуда не ждали. И вот теперь я сидела за стойкой, с грустным видом водя пальцем по трещине, которая образовалась на ней в ту ночь, когда Ричард мне изменил.

– Эй, чего кислая такая? Деп-мр-р-рессия? – промурлыкал Оникс, запрыгивая рядом со мной на стойку и потягиваясь.

– Чего?

– Болячка такая, – он махнул лапой. – С хандрой постоянной.

– Да не больная я! – обиженно буркнула я, мне было не до кошачьего юмора. – Просто не знаю, что делать. У меня всегда были девчонки-помощницы. Они помогали крутиться на кухне, разносить заказы по столикам. А теперь уволились и не хотят тут работать. Как я одна справлюсь со всем этим?

Я вздохнула, окидывая взглядом зал. Сейчас он был пустым. Только за дальним столом сидели три моих верных охранника. Они перебрасывались в кости. К счастью, не в человеческие, а в игральные, а то мало ли, чего от этих драконов можно ждать!

– А чего это одна? – нагло заявил Оникс, проследив за моим взглядом. – Вон, рабов припаши!

– Я против рабства! – шикнула я на кота.

Вот обязательно орать на всю таверну? Мне, между прочим, до сих пор неловко за эти варварские обычаи! Из-за которых эти ребята торчали здесь в карауле и днем, и ночью. Куда менее совестливый Оникс махнул лапой.

– Зато я за хорошую выручку!

Оникс устремился к столу, за которым сидели драконы, первым. Пришлось поспешить за ним! А то этот котяра точно бессовестно припашет парней, пригрозив, что нажалуемся хозяину, а им плетей всыплют. Ну, или как там рабов наказывают?

– Ребята, а подработать не хотите? – максимально бодрым голоском спросила я, останавливаясь у стола.

– Что делать нужно, леди Элизабет? Мы с радостью послужим госпоже! – самый молодой из драконов с готовностью вскочил на ноги.

Он схватился за рукоять меча. С выражением лица: «Только скажите, кому навалять!»

– Подносы таскать, – сладенько улыбнулась я. – И гостям улыбаться. Гостьям в особенности. Мои помощницы боятся теперь здесь работать. После той магической вспышки.

– Нам что, как девкам, между столами шастать и тарелки подавать?! – возмутился другой дракон.

Все трое воззрились на меня так, словно я предложила им дружненько пойти на панель на Улицу Слез и зарабатывать телом с богатыми красотками.

– Не хотите – не надо! А я-то думала после удачного вечера устроить вам маленький праздник за счет заведения… – я отмахнулась, лукаво притушив взгляд ресницами.

Оникс зашипел, путаясь у меня под ногами. Я выразительно на него посмотрела. Женское коварство еще и не таких ломало! Оникс вздохнул и тряхнул башкой, явно не веря в мою затею. Мы поплелись обратно к стойке. Ме-едленно. Ведь уже через три шага в спину донеслось:

– Мы в деле!

– Вот и молодцы! – с ехидной мордой оглянулся Оникс. – Платья и передники разрешаем-р-р не надевать, мы хозяева добрые!