Текст книги "Развод. Сын для попаданки (СИ)"

Автор книги: Елена Белильщикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

Глава 20

Флоран посмотрел на Ивэна почти в испуге. Как тогда, когда Бэзил решал оставить малыша не на нянек, а на него. И он смотрел огромными перепуганными глазами, понятия не имея, чем развлекать ребенка. Цепенел при нем, как идиот, только и умея, что рассказывать какие-то нелепые сказки при свече. Вот и сейчас… Не знал, как повести себя, когда глаза Ивэна заблестели от подступивших слез. Флоран не выдержал, приподнялся на коленях, и его кулак впечатался в подлокотник кресла. Горячий нрав не спрятать, он и не подумал, что может напугать ребенка.

– Да на площадь тех слуг нужно и плетей всыпать! Чтобы не болтали всякой ерунды о своем короле! Не пугали тебя! – прорычал Флоран, а потом опустил взгляд. – Ты не виноват ни в чем, малыш… Это я дурак. Я думал, что если стану королем, то и одному неплохо, и не нужна никакая семья. Я очень сильно ошибся. И теперь, когда ты подрастешь, ты, наверняка, захочешь… бросить меня в темницу, да?

Флоран положил голову на подлокотник кресла щекой, глядя на Ивэна снизу-вверх, как побитый пес, приползший к хозяину. В своем возрасте он, наверно, не понимал, что значила эта пауза. Не темница ждала Флорана, если Ивэн займет трон, а казнь за все его интриги.

Ивэн вздрогнул всем телом и всхлипнул от страха, когда Флоран замахнулся кулаком. И вжался в кресло, решив, что тот сейчас набросится на него.

– Не бей меня, пожалуйста! – слабо пропищал Ивэн, чувствуя, как слезы уже начинают течь по щекам.

Флоран всегда говорил, что он будущий король и должен быть сильным мальчиком. Но пока Ивэн чувствовал себя слабым и потерянным.

– А разве я и Лотти тебе не семья сейчас? Мы стараемся… греть тебя. Чтобы ты не грустил, – сдавленно проговорил Ивэн, не смея пошевелиться, только тихо дышал, глядя на Флорана. – И зачем тебя в темницу?

Ивэн осторожно потянулся кончиками пальцев к спутанным темным волосам Флорана. Наверное, впервые прикоснувшись к нему открыто. Хотя страх заставлял Ивэна цепенеть, ему было очень жалко грустного Флорана. Особенно когда он говорил о темнице.

Флоран вздрогнул, поднимая взгляд на Ивэна. Самому стало страшно от того, как этот ребенок запуган. Словно Флоран увидел это только сейчас. Дело рук своих. Он так сильно увлекся властью, что перестал видеть в этом мальчике маленького человека с живым и ранимым сердечком, сделал его для себя лишь фигурой в своих интригах – так было проще воспринимать его противником и конкурентом. А Ивэн не был ни тем, ни другим. Он был просто ребенком.

– Потому что я обижал тебя и Лотти. И вы не захотите быть моей семьей, – прошептал Флоран, прикрывая глаза.

Он осторожно потянулся к Ивэну, вытирая его слезы. И хотя раньше Флоран никогда не испытывал к нему жалости, когда наказывал, сейчас у него щемило сердце. От того, что даже спокойным и сломленным внушает страх.

Ивэн смотрел на Флорана во все глаза. Он уже не был ребенком, вернее, тем доверчивым ребенком, как раньше. Который тянулся к Флорану, к Луи и к другим друзьям отца без разбора, не задумываясь, что могут обидеть.

– Я не хочу тебя в темницу. И на казнь не хочу. Как шептались твои придворные, – тихо, но упрямо проговорил Ивэн.

Пока еще не чувствовал себя маленьким правителем, но отчаянно желал принимать решения по собственной воле. Казнить или миловать? Не по советам или приказам придворных. А по своему разумению.

– Ты не плохой. Не всегда плохой, – поправился Ивэн быстро, выдавая свой страх перед Флораном. – Но… ты же теперь мой папочка? А значит, моя семья. Как и Лотти. Даже если обижал нас. Больше не будешь? – Ивэн поерзал и поджал босые ноги, чувствуя, как замерзает окончательно. – А еще… Будешь иногда рассказывать мне сказки и играть в зверей?

Ивэн тихонько пробормотал это, жмурясь. И почувствовал, как сильно ему хочется спать. Бессонная ночь в библиотеке с книгами не прошла даром. И он теперь даже почти не боялся Флорана. Его низкий, мелодичный голос даже убаюкивал.

– Обязательно буду, – тихо шепнул Флоран. – Ты засыпаешь, Ивэн. Я отнесу тебя в постель.

Флоран встал, подхватывая Ивэна на руки. Вроде бы принц, способный пировать и объедаться сладостями хоть каждый день, а щуплый и легкий, как птенчик. Он доверчиво прислонился к его груди, а Флоран на миг замер. Внутри защемило от тепла, которое пробивалось сквозь тонкую ночную рубашку. Живого тепла. Которое ни одна власть, ни один трон мира не могли подарить.

Флоран удобнее перехватил Ивэна и захватил со стола книжку. Ту самую, которую недавно отобрал у этого несносного мальчишки, умудрившегося перечитать все детское и добравшегося до историй, которые точно были ему не по возрасту и могли напугать! Если читать одному, но… Почему Флорану никогда в голову не приходило почитать Ивэну перед сном?

Мальчик сонно прикрыл глаза, ему не хотелось вставать. Еще и холодно было бы босиком, на каменном полу… Но Флоран будто прочитал его мысли. И подхватил его на руки, осторожно прижал к себе. Понес в его покои. А еще краем глаза Ивэн заметил, как Флоран прихватил с собой ту книгу, которую так и не разрешил ему дочитать. Там были интересные приключения разбойников. Ивэн запомнил главы, в которых они грабили корабли и убивали врагов. Может, Флоран разрешит ему дочитать книгу?

– А что было с тем волчиком? – сонно спросил Ивэн, когда Флоран уложил его в постель и прикрыл одеялом, и капризно сморщил нос. – Ты не показал мне до конца сказку… Покажи завтра вечером, ладно? Я буду ждать.

Ивэн зажмурился и представил, что позовет на «домашний театр» и маму. Лотти. Он привык называть Лотти мамой. Ей тоже понравится, как Флоран умеет говорить на разные голоса, изображая животных? Может, и Луи придет? Будет вся… его семья в сборе.

– Покажу обязательно, – улыбнулся Флоран неловко. – А пока… хочешь, почитаю тебе? Я против, чтобы ты нагружал подолгу глаза при свече. Но могу почитать тебе я. Тебе понравилась эта книжка, помню? Про повстанца, который прятался в лесу, а потом подружился с разбойниками.

Флоран присел на край кровати, поправляя детское одеяльце. Ему никогда прежде не приходилось взаимодействовать с детьми. Он будто учился всему. Но теперь… хотел учиться. Ведь так странно, сейчас Флоран чувствовал, что эта трогательная просьба показать дальше театр теней согрела его сердце гораздо больше, чем корона на голове в окружении придворных и все сокровища Алиенора.

Ивэн просиял застенчивой улыбкой, согревшись под одеялом. И часто-часто закивал, торопясь устроиться удобнее, чтобы Флоран не передумал. Он не читал ему… никогда. Даже когда Ивэн был младше и остался совсем один, без папы с мамой. И очень нуждался в заботе и поддержке Флорана, тогда ставшего его опекуном. Тогда Ивэн еще не знал, что он станет холодным, замкнутым и злым, Мальчик не спал ночами, мечтая, что когда проснется от кошмара в слезах, Флоран услышит. Придет и утешит. Этого никогда не случалось. Скорее, наоборот. Нарвавшись пару раз на строгие замечания опекуна, Ивэн замкнулся в себе и решил не показывать свои страхи. Зато сейчас… все было, как в его мечтах. И хотя мысленно он давно представлял своим отцом вернувшегося Луи, то Флоран тоже много для него значил.

– Я совсем-совсем не хочу спать! – поторопил Ивэн. – Читай скорее! Мне интересно, что случилось с тем повстанцем. Может, он и сам стал разбойником, их главарем?

Подумав, Флоран сбросил сапоги и забрался на постель поверх одеяла, садясь спиной к подушке. Так, чтобы свет одинокой свечи падал на страницы.

– Закрывай глаза и слушай, – строго, но не зло сказал Флоран, ведь не хватало еще, чтобы этот любопытный малец держался и не спал до утра.

Книжка и правда была для взрослых, Флоран успел изъять ее из детских ручонок буквально за десять страниц, как главный герой оказывался в плену одного жестокого капитана! Так что теперь приходилось импровизировать, перескакивая через строчку, убирая все жестокое и мрачное, подменяя на ходу на что-то другое. К счастью, Ивэн не замечал хитростей, а Флоран наблюдал за ним украдкой. Вспоминалось, как он говорил, что вчерашний опекун теперь его папа. И так странно было это слышать. Будто Ивэн и правда мог стать сыном… Флорана и Лотти. Его Лотти?

Ивэн завозился под одеялом, закутавшись в него так, что торчал один лишь нос. И любопытные глаза. Сон исчез, будто его и не было. Ивэн решил не слушаться Флорана и, как зачарованный, пялился на книжку, будто из нее выпрыгнет этот повстанец.

– Они же подружатся? – вдруг пискнул Ивэн, когда Флоран перевел дух.

Читал он необыкновенно интересно, играя голосом, с выражением, будто продолжал ему показывать маленький театр. Но уже не пальцами, а словами.

– Кто подружится? – не понял Флоран и моргнул.

– Ну, повстанец и капитан. Они поладят? – Ивэн вздохнул.

Он был жалостливым ребенком и не любил, когда кто-то на кого-то злился или обижался. Или грустил. Поэтому всегда старался согреть душевным теплом того, кому грустно. Ивэн надеялся, что Флоран больше не грустит, ведь он читал ему сейчас. И улыбался. Тихо, светло, когда думал, что никто не увидит этого. Значит, у Ивэна получилось помочь ему развеселиться.

***

Завтрак в королевском дворце проходил в полном молчании. Флоран, обычно подрабатывающий, по моему скромному мнению, тамадой, сейчас косился на дверь. И так торопился окончить завтрак поскорее, что глотал яства, не жуя.

– Да что с тобой такое, Флоран? – не выдержал Луи и отложил салфетку. – Куда ты так спешишь? От нас сбежать не терпится?

– Не твое дело, – процедил Флоран ледяным тоном и дернулся, будто его поймали на горячем.

Помучавшись еще пару минут, Флоран с шумом отодвинул стул. Извинился перед нами, что неголоден, и вышел. Луи переглянулся со мной и проговорил негромко:

– Кажется мне, Лотти, что Флоран и вправду что-то от нас скрывает.

– Мне это не нравится, – нахмурилась я и встала из-за стола. – Флоран умеет притягивать беду.

– Беда для Флорана обычно становится и нашей бедой, – скривился Луи, явно недовольный данным фактом. – Он же прилип к нам, как банный лист.

– Где ты таких выражений нахватался? – хохотнула я и пошла к двери. – У Остера Тринадцатого что ли?

– А давай проследим за ним, – вдруг сверкнул глазами Луи.

У меня аж дыхание перехватило.

– Флоран разозлится, если узнает, что за ним следили… – неуверенно протянула я.

Луи подошел ко мне и взял меня за руки, поворачивая лицом к себе.

– Я знаю, ты переживаешь за Флорана, – мягко шепнул он мне на ухо и отвел от лица прядку волос. – Не стыдись этого. Мы должны знать правду, что скрывает Флоран. Иначе неведение может нам навредить.

– Да, конечно. Все ради нашего общего блага, – кивнула я, все еще сомневаясь в затее Луи.

Флоран такой психованный! Он явно не обрадуется, если узнает, что мы за ним следили.

Глава 21

Луи оказался мастером сыска. Мы неслышно передвигались по коридорам. Луи превосходно знал замок и расположение комнат. Но мы… начали спускаться в подземелья, а не вошли в какие-то покои.

– Что в подземельях забыл Флоран? – занервничала я.

Луи молча пожал плечами. Было видно, что он довольно сильно нервничает.

– Кажется, это была плохая идея, пойти за Флораном? – неловко улыбнулся Луи и вдруг оцепенел.

Я, идущая за ним при слабом свете свечи, ударилась о его широкую спину.

– Луи? Что случилось?

Я вмиг забыла, что нужно молчать. Соблюдать тишину, чтобы Флоран нас не засек. Мой голос звонко и немного истерично разнесся по всему подземелью.

Флоран обернулся и тихо выругался сквозь зубы. А я задрожала, обхватив себя руками. Луи не смотрел на Флорана. Так же, как и я. Перед нами, за решеткой, стояли каменные воины. И если я, попаданка, ничего не знала о них, то Луи рассказывал мне, еще давно, когда пытался обучить всем премудростям королевской жизни. Воспоминания об этом ударили мне в виски внезапно. От подземелий повеяло холодом и потусторонней магией.

Каменные воины. Древнее оружие из другого мира. Опасное, непредсказуемое. Призывать их сюда, в этот мир, умели лишь эльфы. Но даже они испугались такой силы, способной выйти из-под контроля! К тому же, говорили, мало кто выживал, связавшись с такой мощью, ведь воины брали плату магией и жизненной силой своего «хозяина». Именно, что в кавычках. Ведь самое страшное, если они перестанут подчиняться. Эта мощнейшая магическая армия была как дикий непредсказуемый зверь. То ли врагу глотку перегрызет, то ли уже неосторожному хозяину.

Небольшой серебристый кинжал, который Флоран держал в руке, выпал со звоном на пол из его разжавшихся от страха пальцев. Когда Луи бросился на него, будто зверь. Не позволяя открыть решетку и войти туда, к ним. К каменным воинам.

– Не смей! Я не позволю так рисковать собой! – зарычал Луи, хватая Флорана за воротник рубашки, и силой поволок к выходу.

– Нет! – вскричал Флоран, но никто его не послушал.

Я бежала следом за мужчинами, едва успевая попадать в широкий шаг Луи. А он рассвирепел окончательно. Мы довольно быстро одолели ступеньки подземелья, и Луи буквально зашвырнул Флорана в первые попавшиеся покои. И с треском захлопнул дверь.

– Ты что, не понимаешь как это опасно?! – в голосе Луи звучало искреннее беспокойство. – Ты совсем страх потерял, Флоран? Играешь с чужой магией! Проникаешь в другие миры, тайно, забирая оттуда такое… страшное оружие! Ты же нарушаешь закон, Флоран. Закон, который придумал Совет Амареза! Ты знаешь, чем тебе это грозит?

– Только попробуй! – Флоран будто обрел второе дыхание.

Он набросился на Луи, толкнул его к стене и замахнулся кулаком. Луи не успел отвернуться и вскоре на скуле его красовался синяк.

– Это мое дело, с какой темной и опасной магией я работаю! – Флоран тяжело дышал, пошатывался от эмоций, держась за стену. – Я делаю то, что пожелаю. То, что должен!

– Кому ты должен, Флоран? – в разговор включилась я.

Я ринулась к Флорану, и встряхнула его, вцепившись руками в плечи. Мои глаза смотрели умоляюще.

– Ты же знаешь, Фло, мне Луи рассказывал, эти воины плохо поддаются магическому контролю. Они жрут невероятно много жизненных сил и энергии у того, кто их призвал. Флоран, не нужно! Ты же убьешь себя этим…

– А тебе только этого и надо, паршивка! – Флоран резко оттолкнул меня в сторону.

Его глаза горели больным блеском. Я пошатнулась.

– Не притворяйтесь добрыми и хорошими, – прорычал Флоран. – Что вы переживаете за мою жизнь. И ты, и Луи мечтаете, чтобы я сдох где-то в подземельях. Но нет. Не дождетесь. Я обрету силу и могущество, и вы еще пожалеете, что связались со мной и попытались встать на моем пути!

– Не трогай Лотти! – Луи снова бросился к Флорану, отталкивая его, и схватил за руку с угрозой. – Если ты не остановишься и не забудешь свои планы на каменных воинов, я… я сдам тебя Совету!

– Да я тебя убью! – вспылил Флоран, буквально выдирая руку из цепких пальцев Луи.

Флоран отшатнулся от нас, тяжело дыша. У меня закружилась голова.

– Флоран, ты сошел с ума… – прошептала я еле слышно, хватаясь за стену и отступая от Флорана ближе к Луи.

Мой муж это заметил. И прищурился. Мне не понравилось выражение его лица. Но я ничего не успела сделать. Флоран вышел из покоев, и я услышала громкое:

– Стража!

Я замерла неподвижно. Луи усмехнулся горько, трогая скулу.

– Я должен был это предвидеть, Лотти. Флоран воспользуется своим правом короля. Я же напал на короля? У него есть повод засадить меня за решетку. Или казнить. Неважно. Лотти, если… Флоран не остановится, вам с Ивэном нужно бежать. Подальше отсюда.

– Но куда? – всхлипнула я и прильнула к Луи, пользуясь тем, что забирала последние краденые минуты, пока не пришла стража.

Луи покачал головой.

– Не знаю. Если каменные воины выйдут из-под контроля, то ни в одном королевстве Алиенора не будет спокойно, тихо и мирно. Они все превратят в прах. Я не знаю, что делать, Лотти. Правда не знаю!

– Но Флоран же контролирует их, – тихо возразила я Луи.

Тот вздохнул и уткнулся лицом в мою шею, обнимая меня.

– Я надеюсь только на это. Что у него все-таки хватит сил удержать каменных воинов на привязи. Тогда угроза минимальна. И вы с Ивэном пока в безопасности. Для меня это сейчас главное.

***

Луи трясло, когда несколько крепких стражей вытолкнули его на «арену». Так он про себя называл помещение, больше похожее на круглую комнату, центр которой был усыпан песком. А вокруг повсюду были эллиптические места для зрителей. Вот только арена эта была совсем мала. Да и зрителей не наблюдалось… лишь двое присутствовали на этом представлении. Флоран и Лотти.

Луи резко отвернулся, чтобы не смотреть на побледневшую молодую женщину. В то, что Флоран с удовольствием убьет его, в этом Луи не сомневался. А вот то, что Лотти будет наблюдать за его медленной смертью… от мысли об этом бросало в жар. Перед глазами вспыхивали алые круги от ненависти к Флорану.

В висках бились воспоминания. Мысли о том, как Лотти изгибалась в постели собственного мужа, спасая никчемную жизнь Луи. И как сказала ему, что даст Флорану шанс. Сейчас одна только мысль об этом выкручивала мышцы и ломала кости. Еще до того, как на арену выпустили магических волков. Соперников Луи на сегодняшний вечер. Его убийц.

Луи вспомнил, в каком был шоке, когда ему сообщили приговор. Интересно, Лотти сама попросила у Флорана разрешения присутствовать на… вот такой извращенной казни? Или он ее заставил? К горлу подкатила тошнота. Луи уставился в песок под своими ногами. Только, чтобы не смотреть на красивую пару, сидящую на своих местах. И ожидающую начала боя.

«Неужели она меня разлюбила? – мелькнуло снова в воспаленном сознании. – Неужели предпочла мне Флорана? Нет, нельзя думать об этом. Лотти по-прежнему хочет остаться со мной. И уйти от Флорана. Ради этого я и должен одержать победу. Ради нее и малыша Ивэна».

Флоран махнул рукой стражникам. Они переглянулись, явно опасаясь выходить на арену. Хотя пока там не было ничего опасного. Только одинокая фигура Луи. Они обступили его с двух сторон, скручивая, как преступника.

– Король желает говорить с тобой, – рыкнул один, когда Луи дернулся.

Вдвоем они подтолкнули его к краю арены. Флоран спустился туда, черные сапоги, идеально начищенные, с тихим шорохом ступили на чистый песок. Пока еще чистый, не обагренный кровью. Флоран придвинулся ближе к Луи, чтобы держащиеся в паре шагов стражники не услышали его шепот на ухо:

– Как только ты попросишь о пощаде, я остановлю все. Я хочу видеть, как ты умоляешь о спасении, Луи. Ах, нет. Не так. Я хочу, чтобы видела она, – с хищной усмешкой Флоран оглянулся на Лотти и потер артефакт-перстень на пальце, который едва не вибрировал в предвкушении бойни.

Луи застыл, как каменное изваяние. Он смотрел на Флорана в упор. Тяжелым, темным взглядом. В нем не читалось злости. Скорее… обреченность. Луи покорился судьбе. Он знал, что не выйдет отсюда живым. Потому что он…

– Я не попрошу о пощаде, Фло, – проговорил Луи негромко, но твердо, и гордо вздернул подбородок. – Ликуй, король. Ты добился своего. Даже интересно, почему ты не решил устроить публичную казнь и привел только свою жену? Решил, что остальные придворные слишком жалостливы и могут потерять сознание при виде крови, что прольется на арену? Или не захотел расстраивать своих верных подданных видом уже моего трупа, когда твои псы из другого мира меня растерзают?

Луи умолк ненадолго, по-прежнему прожигая мрачным взглядом Флорана. Хотел на этом закончить беседу с ним, но… не смог. Слова рвались с губ. Жестокие. Правдивые. Горячие.

– Мне жаль только одного, Флоран. Что я ненадолго поверил тебе. Поверил тебе после слов Лотти, что ты… не так плох, каким хочешь себя показать. Почему-то в памяти вертится момент… Как я сказал Лотти в темнице, что мне стоило сымитировать побег и нарваться на стражу. Чтобы они убили меня. А она так горячо вскинулась защищать тебя, о, мой король! Она сказала, что ты отучил бы меня думать о подобном. Думать о том, чтобы я сам причинил себе вред. Помню, я тогда рассмеялся и сказал Лотти: «Флоран, скорее, добьет меня, чем отучит от подобного». Но внутри… меня тронули ее слова, Флоран. Может, я даже против собственной воли поверил ей? Не тебе, Флоран. Я же знал, какая ты эгоистичная сволочь. Я поверил Лотти. Увидел на мгновение тебя… ее глазами. Знаешь, она сказала, что ты изменился. Поэтому она дала тебе шанс.

Луи снова умолк. Перевел дыхание. Горло почему-то сжималось, будто он говорил не с врагом, а с другом, неожиданно предавшим его. Но Луи хотел закончить. Ведь вполне возможно, это его последний разговор с живым человеком. Жаль, что с Лотти Флоран не даст попрощаться. Может, если Луи будет истекать кровью на арене, она спустится к нему? И у них будет несколько минут, чтобы побыть вместе и проститься? Ох, нет. Что за глупые мысли? Лотти не спустится. Не захочет. Она приняла сторону Флорана. Она будет сидеть перед ареной и любоваться тем, как его рвут на клочья адские псы. Луи стоит не забывать о ее собственной жестокости.

– Мне жаль, что я поверил Лотти, Флоран, – спокойно выдохнул Луи, складывая руки на груди. – Мне жаль, что я поверил и тебе. Ненадолго, но поверил. Я… правда переживал за тебя. Когда говорил про каменных воинов и ту опасность, которой ты подвергаешься. Я не желал тебе зла тогда, в нашу ссору. Не желаю зла и сейчас. Будь осторожен со своими маленькими игрушками. Не хочу, чтобы магические волки накинулись уже на Лотти и на тебя. Если ты не совладаешь с артефактом.

Луи кивнул Флорану и отвернулся. На себя было уже плевать. Луи простился со своей жизнью. Но жизнь Лотти до сих пор волновала его. Он не хотел, чтобы волки причинили ей вред. Пускай звери насытятся только им. Пускай стая разорвет его, но не тронет ни Лотти, ни Флорана.

Флоран резко перехватил Луи за плечо, дергая к себе, чтобы прошипеть на ухо:

– О, ты так любишь выставить меня злодеем, Луи! А я и сейчас просто хочу тебе врезать за то, что ты творишь. Что тебе приятнее истечь кровью на глазах своей любимой Лотти, чем попросить пощады. Гордый гаденыш… Я все равно добьюсь своего. Удачи, – усмехнулся Флоран, отпуская и отворачиваясь.

Ему не нравилось упрямство Луи. Это не входило в план. Ведь Флоран… хотел покрасоваться перед Лотти. Если она уже выгораживала его перед Луи, то каким же ангелом в ее глазах стал бы тот, кто пощадил врага на арене по первому слову, по первой мольбе?

Флоран взмахнул рукой, и из перстня потянулись черные тени. Они припали к земле, приобретая звериную форму. Как раз в тот момент, когда он уже отвернулся, собираясь уходить. И помимо троих людей и волков осталась лишь стоящая в отдалении стража.

– Да начнется бой? – нехорошо улыбнулся Флоран.

Луи невольно вздрогнул, когда звери потянулись на арену по первому зову Флорана. И смирил свою гордость только ради Лотти. Луи знал, что попрощаться Флоран не даст. Но не мог… Уйти навсегда просто так. Без последнего слова. Без последней просьбы. Луи шепнул Флорану:

– Подожди!

Когда Флоран замер, удивленный его просьбой и тем, что Луи остановил его, он положил руку на его запястье. И посмотрел в глаза виновато. Будто заранее просил прощения за свою гордость. Будто говорил: «Я не могу иначе, я лучше умру, но не поддамся… тебе».

– Я знаю, ты любишь Лотти, – негромко, печально проговорил Луи, прежде чем разжать руку и отпустить Флорана. – Позаботься о ней и Ивэне, хорошо? Я знаю, я враг, и мои мольбы ничего для тебя не значат. Но всегда перед казнью выполняли последнюю просьбу приговоренного. Я больше не помеха тебе. Я попрошу об одном. Пусть Лотти и Ивэн не страдают. Доверяю их тебе.

Последние слова Луи произнес с сожалением, отпустив руку Флорана. Проблема была даже не в магических волках, не в арене. Лотти верно заметила в темнице. Луи уже не желал бороться. Он сдался заранее. Почему? Луи считал себя сосредоточием зла, досадной помехой для Флорана. А после слов Лотти про шанс для Флорана что-то надломилось. Луи перестал верить ей. И смысл жизни, смысл борьбы потерялся для него. Луи затаенно ждал, когда клыки магических волков вопьются в него, и агония его несчастливой любви к чужой жене прекратится. Луи ждал смерти, как ждут освобождения. И молился только об одном. Чтобы ни Флоран, ни Лотти не догадались об этом.

– Пускай бой начнется, – улыбнулся Луи по-больному, почти счастливой улыбкой и отступил назад, на центр арены, встречая магических волков.

Флоран молча, угрюмо сел рядом с Лотти, не глядя на нее. «Все не по плану, все не по плану», – крутилось у него в голове, как на повторе. Его темные глаза напряженно сощурились. Ведь тени на арене начали принимать очертания огромных черных зверей. Королевских волков. Они подчинялись хозяину артефакта, так что лишь от него зависело, сумет ли он вовремя их остановить. И не дать им впиться Луи в горло… Против волков у него было оружие, но что даже самый острый клинок против целой стаи?

– О нет… я не позволю тебе сдохнуть жертвой в ее глазах, – прошипел Флоран себе под нос, не думая о том, что Лотти может услышать.

И волки окружили Луи, бросаясь в атаку, но давая ему время, будто играя с добычей обманными выпадами, прощупыванием слабых сторон противника.