Текст книги "Японская любовь с оттенком криминала (СИ)"

Автор книги: Елена Анохина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Эпилог

Тихоокеанский ветер, не знающий пощады и снисхождения, за семь лет отполировал их души, как морская галька. Он снес все хрупкое, наносное, ложное, обнажив прочный, неизменный сердечник. Они не ждали. Они просто жили. И в этой жизни, отдельной и цельной для каждого, не было места для других.

Для Ольги ее одиночество было не тюрьмой, а мастерской. За эти годы она поняла простую и страшную вещь: чтобы по-настоящему видеть другого человека, нужно сначала собрать воедино себя. Любой другой мужчина на ее пути оказался бы лишь тенью, эхом, грубым шрифтом Брайля, который ее пальцы, помнившие каждую черту его лица, уже не смогли бы прочесть. Она не хранила ему верность – она хранила верность той себе, которую он когда-то разбил и которую она, по камешку, собирала заново. И эта новая женщина просто не умела любить наполовину.

Для Ярослава его аскеза была не наказанием, а единственно возможной искупительной дорогой. Другие женщины были бы побегом, предательством той единственной истины, что он обрел в камере, вчитываясь в строки той самой книги. Они были бы попыткой стереть память, а ему нужно было выжить в ней, сжечь ее в себе дотла, чтобы очиститься. Он не смотрел на них, потому что искал только одно лицо – в толпе на набережной, в окне проезжающей машины, в каждом новом отчете Максима. Все остальное было шумом.

Их новая жизнь, выстроенная здесь, на краю земли, из обломков старой, не была похожа на прежнюю. Не было больше игры в кошки-мышки, яда страсти, смешанной с ненавистью. Было тихое, непоколебимое знание. Знание того, что шрам на его щеке – это и ее шрам. Что каждый ее проект, подписанный именем «Ольга», – это и его победа.

Они смотрели на простирающийся перед ними океан – темный, бескрайний, безучастный. Он был больше, чем их боль, больше, чем их ошибки, больше, чем их прощение. Он был метафорой их будущего – неизведанного, полного скрытых течений и далеких, незнакомых берегов.

И где-то там, за линией горизонта, которую они теперь видели из окон своего общего дома, лежали другие города, другие истории. Возможно, однажды до них донесется тревожный звонок из прошлого, или новая угроза бросит вызов их хрупкому миру. Возможно, тишину их вечера прервет телефонный звонок, и голос в трубке, ледяной и знакомый, произнесет: «Ярослав, нам нужно поговорить о деле».

Но это будет уже совсем другая история.

Конец