Текст книги "Наиль. Маг и попаданец (СИ)"

Автор книги: Эльчи Тэмир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)

Наиль хотел спорить, что призрачному зверю нужна была магия, а не он сам, но в сонном состоянии делать это было сложно, и ещё один разговор остался на потом.

Глава 28 Усатый, полосатый

День был бесконечно длинным. Наиль успел разрушить три ледяные колонны, потискать призрачного зверя под именем «Лисица-прародительница», отправить хохлатого инопланетчика домой, вычерпать до донышка свою магию, породнится с Лисье, отпраздновать и выспаться, а тот ещё не кончился – вечерние тени только залегли под деревьями.

Наилю снились сны. Их было много, и они напоминали сюжеты сказочных былин. Собственно, они и были сказками и легендами, которые рассказали ему днём рыжие амазонки.

Белая Лисица – легендарная воительница, которая основала здесь поселение и заставу. Все легенды обычно заканчиваются героической гибелью, так и здесь – в неравном бою выстояли натиск врагов. Смогли, выдержали, враг был повержен и обращен в бегство, и битва эта на долгие годы отбила желание соседей нападать на Лисье. Но род заплатил высокую цену: погиб отряд заставы, погибла Белая Лисица. Печальная судьба.

Но потом появилась легенда, что не могла Белая Лисица уйти просто так и бросить свое поселение, а обратилась призрачным зверем и синеглазо присматривает за своими детьми и потомками. Есть сказка, что все рыжие дети – потомки Белой Лисицы, и если родится где-то рыженький, значит, это кровь Прародительницы проявилась. И тянет всех таких в Лисье: то ли по правде, то ли просто поверили в сказку. Оттого-то здесь и много рыжих, но не все они друг другу родственники – половина приезжих со всего Девятиземелья.

И ещё сказочно получилось, что сложился на заставе отряд из воительниц – рыжих амазонок. Чудеса, да и только. И нет, в Лисье не только воительницы, есть и воины. И мужские отряды. Несут они свою службу на других участках границы: ниже и выше по течению реки.

То ли сны, то ли правда.

Наиль выпутался из-под вороха шуб и полушубков – рядом со стеной-печкой под ними было очень жарко. Он вспомнил, что пуст магически, и первым делом проверил уровень силы. Половина. Уже хорошо, можно выдохнуть и заняться более интересными вещами, чем тупо валяться на кроватке. Потом быстренько проверил свои способности, создавая и распуская заклинания из небогатого магического арсенала. И тут тоже всё в порядке – способности не пропали и не ухудшились.

Только смущало какое-то эхо внутри, как будто был ещё один источник магии, который нащупать не удавалось. Странно. Отчего эхо? Может, у всех так после истощения? Вопросы к знающему магу только множились.

Наиль причесал пятерней отросшие волосы. Покрутили кольцо-серьгу в ухе. Проверил, на месте ли кортик. Хотелось есть: не завтракал и не обедал же. Потому что уснул за праздничным столом.

Он направился в сторону кухни, и вдруг со двора донесся истошный девчачий вопль. Ноги сами вынесли Наиля на улицу, рука сжимала клинок. Не сразу он понял, что вопль был изумленный и радостный:

– Лисички!

Что? Лисички? Какие лисички? Наиль поперхнулся излишне свежим морозным воздухом, потеребил оглохшее ухо и нашёл глазами «лисичек». Рыжие котята, неуклюже спотыкаясь и заваливаясь на ходу, бродили по двору. Нет, не просто бродили, а шли из леса к людям – отвлекаясь на странные запахи, фыркая на холодный снег или вдруг заигрывая с соседом, цапая его за хвостик. Они были всех оттенков рыжего: от сочно апельсинового и морковного до нежно персикового. Один – в мелкий горошек, второй красовался леопардовой расцветкой, третий щеголял муаровыми разводами. Кто-то – привычно трехцветный из трех оттенков рыжего. Кто-то – полосатый. Одинаковых не было, и это выглядело забавно.

Наиля удивила ещё одна вещь: девицы радостно визжали, но не пытались взять котят в руки, а пытались их подманивать обычным «кис-кис» и кусочком еды.

– Лисички сами выберут себе напарника, – пояснил старшина и привычным жестом поправил усы, пряча довольную улыбку. – Давно такого не было... Мой отец рассказывал, что у деда был свой Зверь. Не думал, что и мне выпадет шанс. – Он растроганно замолчал.

Наиль поискал глазами Прародительницу, которая принесла сюда котят. Не может же быть, что она их просто бросила и не посмотрит со стороны, как люди примут дар. Но в окружающем лесу ничего не напоминало призрачного зверя, ни одна ветка не шелохнулась. Наиль поднял голову и посмотрел вверх. На балке второго этажа башни синеглазо моргнули, розовато зевнули и встряхнули ухом, сбивая снежинки. Да, вдруг крупными хлопьями пошел снег. Красиво так.

Наиль засмотрелся на снежинки. Оказывается, он соскучился по такому привычному явлению, как снежинки, падающие с неба.

Кто-то царапуче пополз по ноге, цепляясь когтями за край штанины. Ох. Усатый-полосатый требовательно, хоть и беззвучно, раззявил беззубую пасть. Наиль подхватил нахала и поднял к глазам.

«Мя!» – потребовал пушистый. «Жрать!» – понял Наиль.

О да, собственный желудок тоже напомнил, что поужинать не мешало бы.

– Ну, пошли обедать. Я тоже голодный.

Наиль окинул взглядом двор, запоминая довольные лица девушек и старшины – тех, кого выбрали другие котята, – потом прощально кивнул Лисице. Она довольно прищурилась и медленно растаяла в воздухе. Как утром: сначала исчез хвост, потом лапы, и последней исчезла улыбка. Не, ну точно это была улыбка.

Ай. Эта мелкая пародия на тигра цапнула за палец: «Если двуногий не поторопится, то четырехлапый будет есть двуногого, понятно?»

– Понял я, понял, – ответил Наиль. Потом перехватил нахала за шкирку и, держа на вытянутой руке, сообщил: – Вот только давай без хамства? Я тебе не прислуга, ясно? Мы на равных, или ищи себе другого напарника. Так?

Полосатый потрепыхался бесполезно в воздухе, но ни цапнуть, ни вырваться не сумел и повис грустно и одновременно надменно, презрительно прищурившись. «Извиняться не буду», – говорил весь его вид. Надо же сколько гордости в этом пушистом тельце размером с кулак. Наиль одобрительно фыркнул, посадил его себе на плечо, почесал за ухом:

– То-то же... Тигруля.

Глава 29

Наиль прошел на кухню портальной башни Лисье. На плече у него, как попугай у пирата Сильвера из книги «Остров сокровищ», ехал полосатый рыжий котенок, он же Тигруля, он же лисичка, он же детеныш Прародительницы – призрачный зверь, но со вполне ощутимыми коготками, впивающимися в плечо, а также зверским аппетитом. Так же ощутимо Тигруля тянул магию, так что следовало поскорее накормить его (и себя) мясом.

На кухне всегда чего-то жарилось или варилось, грела печь, и кто-то был. Как минимум, дежурный повар. Но обычно еще кто-то ел перед дежурством, кто-то – после, кто-то просто зашел попить чайку с булочками; поэтому постоянно был накрыт стол для «полуночников» —закуски, хлеб, чистая посуда, – и что-то стояло возле горячей стены печи: чтобы любой желающий перекусить и погреться не ждал обеда-ужина по распорядку дня. Неожиданно здесь нашелся штурман, который грел спину о теплую стенку печи, а руки – о горячий бок кружки. Sbitenn – местный ягодный напиток, подогретый с медом и таежными травами – неизменно пользовался успехом в зимнее время года.

Наиль устроился за стол напротив молчаливого Вилли – будет повод поговорить, – взял чистую тарелку, заглянул в горшки и радостно ухватил один. Мясное рагу с овощами называлось ле-фро. Вчера ему оно очень понравилось, и плевать было, что это мясо местных болотных лягух. По вкусу как сочная и мягкая курица, да ещё с местными приправами и овощами, горячее – то, что надо двум голодным товарищам. Штурман чуть поморщился: он такое есть не стал несмотря на все уговоры про то, что этот деликатес подают на королевский стол, и то по праздникам. А вот Наиль ел это ле-фро с большим аппетитом.

Не отставал от него и Тигруля, противореча законам физики и рекламе, что «желудок у котенка меньше наперстка». Ага, сейчас. У этого котенка он точно с ведро. И магическому зверю чихать на законы физики, когда у него есть бесконечные законы магии. И если б не тот факт, что Тигруля именно магический зверь, а не обычный, «шерстяной», то Наиль бы не то что побрезговал, но трижды подумал, пускать ли животное «с грязными лапами» на стол и разрешать ли ему есть с ним из одной миски. Котенок охотно ел только то, что Наиль клал себе в тарелку и не пытался лезть в другие горшки. И казалось, что это не из серии «воспитанный кот» и не про «повторять за хозяином» – никакой он ему не хозяин, – а вполне циничное: «Значит, эта еда как минимум съедобна, а как максимум – безопасна, то есть не отравлена».

Наиль хмыкнул своим мыслям по поводу Тигрули. Он ничуть не обманывался мимимишным видом котенка и тем, что зверь редкий, магический, легендарный, и отчетливо видел, кого выбрали себе в «друзья» рыжие «лисички» —тех, кто был сильнее остальных в магическом плане. Чистый расчет и никаких влюбленностей с их стороны. Хотя, конечно, пограничники заставы были очень счастливы, и Наиль не собирался портить это их счастье своим пессимистичным взглядом. С другой стороны, и магических зверей он тоже понимал: не повезло им родится магическими в местах с безмагическим потоком, вот и приходится выживать кто как может.

Наевшись, Наиль отложил ложку и наполнил кружку сбитнем. Не спеша запивая сытный полдник горячим напитком, он наблюдал, как Тигруля, уже тоже совсем сытый, всё же не оставил еду на тарелке, а запихнул в себя то, что осталось, и только потом задремал тут же, не отходя от посуды, видимо, чтобы не пропустить ужин.

Наиль задумчиво посмотрел на штурмана. Вопросов было много, но главный он задать не решился и начал издалека:

– Вилл, расскажи, что это были за галлюцинации? Красные лягушки размером с собаку.

– Красные лягушки? Нет, это были не лягушки. Я отбивался от стаи волков. И должен сказать, что в той ситуации ты проснулся очень вовремя и действовал толково. Я один бы не отбился, их было слишком много.

– А потом?

– А потом ты отключился и не застал эффектное появление стражниц. Отряд среагировал на магическую пальбу и прибыл к месту нашей схватки. Они помогли разогнать оставшихся волков и добраться сюда, в башню. И вот тут ты стал чудить…

– Мне снилось… – Наиль смутился, – мне снилось, что мы телепортировались на корабль… А там эти желтожопые развратники… И весь экипаж и капитан… Хм… «Посогласию…» Бред какой-то приснился… Я думал, что спасаю корабль… И магическую сферу… Она злилась…

– Сфера? – уточнил Вилл.

– Да, магическая сфера корабля… Ей не нравились эти пришельцы, она злилась. И я тоже разозлился. Но швырять боевые заклинания было не разумно, и…

– И? – Штурману действительно было интересно. Он видел, как Наиль чудил в реальности, но что ему снилось, не знал.

– И я придумал игру: строить башни. Чьи выше – тот выиграл. А кто проиграет – уходит с корабля. И с планеты тоже.

– И ты выиграл, – добродушно усмехнулся Вилли.

– Да, выиграл, – твердо сказал Наиль.

Пусть в реальности ему было стыдно за то, что получилось, но он выиграл. Пришельцы отправились домой, корабль и сфера на нём оказались спасены. Может, Наиль весь мир спас. Кто знает? Во сне ему казалось, что так и было: мир он спас и чувствовал за это гордость. Утром ему пришлось краснеть за содеянное, но это того стоило.

Но это все так странно.

– У меня какие-то раздвоенные чувства. Мне стыдно, но я знаю, что сделал все правильно. Я… во сне… Это были просто башни из оранжевого песка, и я не понимаю, почему они такие… э-э-э… неприличные получились. И почему оказались изо льда и здесь, в Лисье. И где корабль?

– Корабль… – Штурман задумчиво набивал трубку табаком. – Бриг в Харибах вместе со всем экипажем и капитаном.

– Они в порядке? – нетерпеливо спросил Наиль. Неужели есть новости про пиратов?

– В порядке, – как-то односложно ответил Вилли, окончательно погрузившись в свои невеселые мысли.

Глава 30 Встреча с княжичами

Снаружи ударили в праздничный колокол и радостно прокричали:

– Едут! Едут!

– Княжичи приехали? Уже? – ворвалась на кухню кухарка.

Тут же навела шороху, заметались ещё другие помощницы и загремели посудой.

Штурман намеревался отсидеться в уголке, но настырные бабы погнали его полотенцем.

Наиль же кинулся на улицу, на ходу обуваясь в валенки и накидывая полушубок. Ему было интересно посмотреть на княжичей – братьев Элис. Какие они? Похожи на неё или не очень?

По рассказам Элис, у Князя три жены и куча детей. Семнадцать или восемнадцать? А может уже и двадцать? Много. Непривычно.

И как это иметь столько братьев и сестёр?

Он вышел во двор и посмотрел на суету.

Суету наводили амазонки, с непонятной целью бегая туда-сюда. Потеряли что-то?

Крик дозорного о том, что едут, был выкрикнут заранее. Иначе, что это за дозор, который видит только у себя под носом?

Наверняка надо подождать.

Он поймал Ласску за рукав:

– Помощь нужна? Потеряли чего?

Она весело рассмеялась и убежала.

Ладно, будем считать, что помощь не нужна. Может традиция такая? Ну там снег утрамбовать или следы замести?

Он не ушёл, вдруг помощь потребуется, а тут – он, рядом.

Минут через десять в открытые ворота влетела пятерка всадников. Охрана не иначе. Позыркали втревоженно, рассыпались по двору, а потом исчезли за башней.

Остался один, наверное, главный охранник, кинул на Наиля испытывающий взгляд, но ничего не сказал.

Наиль поёжился.

Наверное, ему лучше тоже спрятаться в доме.

По сути человек он тут чужой. Заподозрят в нём соглядатая или диверсанта. Или кто у них тут? Шпионы?

Из башни выскочил старшина – командир рыжих амазонок. Шевельнул усами, подхватил главного охранника под локоть и, что-то докладывая вполголоса, увёл внутрь.

На место главного охранника встала Ласска. Подперла бок кулаком и грозно сдвинула брови.

Наиль насмешливо фыркнул. Ласска хитро подмигнула, а потом опять нахмурила брови, изображая воеводу.

Послышался шум и во двор въехали сани. Ага, расписные, как из сказки, с ворохом меховых одеял. Сани волокла пара лошадок и сопровождали два всадника. Из саней выбрался некто бледный, даже зеленоватый. Так сказать, молодой человек блеклой наружности. На князя никак не похож. Наиль тут же разочаровался в князьях, потому что надеялся увидеть более геройских персон.

А вот лошадки его впечатлили. Раньше он их вживую не видел, и всё же понимал, что эта порода не такая, как дома.

Наши земные лошадки какие? В основном породистые. Тонконогие, изящные.

Эти же были богатырские. Выше, мощнее, пушистее... э-э-э... мех длиннее. Логично для местных лошадей, когда девять месяцев зима – холодно, а всадники сплошь богатыри в доспехах, шубах, так ещё и обвешаны амуницией – и тяжело.

Он очень хотел погладить мохнатых лошадок, но Ласска кинула предостерегающий взгляд.

Ясно. Лошадки кусаются.

А может кусаются их хозяева?

Бледный побрёл в дом, потом остановился и жадно вгляделся в Наиля. Наиль отпрянул назад от неожиданности. Этот упырь, как тот желтопузый и хохлатый пингвин, тянул с него магию.

Писец, это что вообще?

Он, неожиданно для себя, глухо зарычал. Будто кот, у которого забирают рыбу.

Бледный скривился, извиняясь, поклонился с витиеватым поклоном и расшаркиванием, ушёл в дом.

«Это не княжич», – понял Наиль. Манеры не девятиземельские.

Во двор влетела ещё пара всадников, тут же на ходу спрыгивая и приветствуя земляков.

Вот тут Наиль вздрогнул. Одного он узнал. Горин! Огромный вояка-наемник.

Его душа заметалась. Неужели княжна тоже здесь?

Он кинулся к мужчине.

– Элис здесь?

– Ты вообще кто? – кинул хмурый взгляд Горин, не отвечая на вопрос. И не узнавая.

Наиль сначала опешил.

Как так? Как он смеет? Наврал, бросил, теперь и не признаёт?!

Он уже набрал воздух в лёгкие, чтобы высказать всё, что он думает об этом идиоте, но... услышал знакомый смех за воротами. Ему сразу стало наплевать на всё и на всех, кроме Элис.

Она здесь!

Он кинулся за ворота, увернулся от хватки одного, нырнул под коня другого, перепрыгнул через куль чьей-то поклажи. За воротами оказались ещё воины и лошади. Выяснилось почему они не спешили внутрь. Некоторые из них флиртовали с рыжими амазонками и создали затор.

Он суматошно искал глазами любимое лицо.

Воины были одеты более-менее одинаково. У некоторых чуть богаче украшена верхняя одежда и оружие.

С одним кареглазым он столкнулся взглядом. Тот удивленно поднял бровь, но Наиль уже искал дальше.

Какой-то мелкий пацан, лет двенадцати, с раскосыми глазами и светлыми косами ниже пояса промчался мимо. Сердце Наиля дёрнулось следом. Косы как у Элис, но это не она. Но похож.

– Ли’тай! А коня прибрать?

Наиль кинулся на этот знакомый голос.

И нашёл её.

Элис. Улыбается. Держит под уздцы двух коней, своего и младшего брата, который сбежал искать «лисичек» – восхитительное событие, от которого настолько захватило дух, что пренебрёг обязанностями воина.

Они встретились глазами и Элис удивленно вскидывает брови.

– Ты?

Она удивлена, но рада.

Наиль счастлив, но смущён.

Элис стала чуть выше, чуть мощнее в плечах, а челюсть чуть жестче. В общем, да, она стала мужественнее. Здесь и сейчас он ни за что не спутал бы его с девчонкой. Радость встречи, будто горький мёд.

Эта встреча опять напомнила ему тот факт, что он любит нежный образ Элис, а не саму Элис. То есть не того, кто Элис есть на самом деле.

Наиль, как дурак, упрямо отказываться признавать тот факт, что Элис – не девчонка. Точнее: оборотень, которому юношей быть сейчас удобнее. Подвиги, путешествия – всё такое – вместо терема и платьев.

Он растерянно разводит руками и горько улыбается:

– Я.

«Признаюсь, я – дурак. Влюбленный дурак».

И что теперь?

– Я так рад! – Элис широко шагает к нему и крепко обнимает.

Наиль, потерявшись от обилия противоречивых эмоций, даже не пытается обнять в ответ. Элис-парень сильно смущает его своим крепким, не девчачьим, объятием.

Наиль рад, но... не рад.

Элис разжимает крепкие объятия, берёт Наиля за руку и тянет за собой:

– Надо поговорить. Пошли.

– Ли’сай, – шипит кареглазый брат. – Это не прилично...

Наиль ловит на себе заинтересованные взгляды воинов.

Амазонки же ему насмешливо подмигивают. Слышатся необидные шутки и смех.

«Ух ты, тебе оказал честь княжич. Держись, пацан. Ниссы».

Глава 31

«Ли’сай – так вот как её (его!) зовут. Только прожив в этом мире приличное время, он научился распознавать нюансы произношения слов. Вряд ли избавился от акцента, но тут его вполне принимали за северянина. Интересно, а сами северяне, жители Лисья, слышат его акцент?»

Княжич отвёл его в левое крыло дома в княжьи комнаты на втором этаже. Здесь Наиль не бывал. Но сейчас ему было не до интерьера. Мысли путались, в голове шумело, сердце билось где-то в горле.

Элис резко втянул его в комнату и задвинул задвижки на двери, будто за ними гнались. Только теперь он выдохнул, остановился, расслабляясь. Уже медленнее расстегнул ремень с мечом и уронил его на пол, застеленный шкурами, кинул сверху шапку-малахай.

Наиль смотрел, как княжич скидывает верхнюю одежду, будто сразу становясь меньше, тоньше и... нежнее. Будто вместе с бронёй снимает мужской образ. Постепенно превращаясь в Элис, нежно любимую им княжну.

«В комнате жарко натоплено или это мне жарко?»

Наиль оттаял и провёл руками по её золотым волосам. Они отросли до плеч и теперь были заплетены в короткие, но толстые косы.

– Привет. Элис, я скучал, – наконец Наиль выловил одну мысль из той мешанины слов, что путались в голове. Княжич всхлипнул и уткнулся ему в грудь, втиснувшись внутрь его расстёгнутого полушубка, обняв за пояс... и окончательно становясь Элис, той княжной, которую он любил.

– Прости-прости-прости-прости... – так знакомо она зашептала ему в ухо.

– За что?

Наиль зажмурился, отдаваясь чувствам и воспоминаниям. В тот раз она случайно обожгла ему руку, долго вот так же извинялась, но он даже не обиделся.

– За то, что не смогли тебя вытащить, – она всхлипнула. – Портал сработал, а тебя нет. Потратили все запасные кристаллы, а ты всё не приходил и не приходил... В последний миг выловили Елоу, но он не смог ничего объяснить. Говорит: все бегают, шумят, кричат, толкнули его, он в портал угодил нечаянно. – Она посмотрела на него заплаканными синими глазами. – Па пытался выяснить, но там такие сплетни ему попытались втюхать, что он ругался... – она хмыкнула, ведь от Князя такие слова слышала впервые: – Как пьяный сапожник под забором...

– Какие сплетни? – полусонно спросил Наиль, впитывая её тепло и не желая, чтобы этот момент кончался. Если бы ему кто-то рассказал про магическое сопряжение, то он бы понял, что это оно. Тот момент, когда два магических источника сливаются в один, тем самым усиливая друг друга в два-три-десять раз. Тот самый легкий и любимый магами способ получить огромную энергию не делая ничего, просто распахнув души.

Сам Наиль магически не почувствовал ничего особенного, потому что был заполнен больше чем наполовину, но княжич почувствовал. И, скорее всего знал, что делает. Использовал влюблённого новичка-мага втёмную? Можно и так сказать. Но можно ли винить иссушенного жаждой странника, что тот бросился в водопад с головой сразу, не спрашивая сначала разрешения? К тому же сам водопад в этот момент тоже был счастлив.

Она озорно сверкнула глазами:

– Сплетни, что ты альвийский агент и выкрал ализат из сокровищницы. Что тени твои братья и ты сам тень. Что ты, якобы сговорился с пиратами... и твоя мама – морская дева.

– О как. Что такое ализат и кто такие тени? – фыркнул Наиль.

Она тихо рассмеялась и стащила с него полушубок:

– То есть про пиратов и морскую деву правда?

– Ну почти... Сначала ты о себе расскажи, – смутился Наиль. Ему казалось, что у него ничего интересного не произошло, ну кроме факта телепортации в космос. Всего лишь поболтался пару дней в Харибском море, потом дюжину дней в космосе, да с десяток на планете. Подвига никакого. Что рассказывать то? – Элис, почему ты здесь? Что было до этого?

– Мне нужно вернуться в Сарагосу, а это портальная башня. Понимаешь? А что было до этого – долго рассказывать. Ладно, так и быть расскажу, но потом расскажешь ты. Падай сюда, – она потянула его вниз, где вместо ковра лежала полосатая шкура медведя. Наиль охотно растянулся на толстой шкуре, чтобы сейчас, как раньше, разговаривать друг другом, валяясь на полу, не расцепляя рук.

Это были долгие разговоры, перепрыгивали с тему на тему. И точно также прыгало восприятие Наиля. То он видел перед собой девушку княжну Элис, такую какую встретил в заточении: нежная, испуганная, но не сдающаяся. То она становилась сильнее и резче, крепче и Наилю приходилось признавать, что перед ним княжич Ли'сай. Юноша, воин. Бесстрашный и целеустремленный.

– Итак. Сначала мы три дня сидели в жуткой пещере, – она нахмурилась, вспоминая те дни и безуспешные попытки открыть портал. Когда хотела идти обратно к халифу, чтобы выручить друга, но Горин не пускал её, приводя логичные доводы. – Потом кристаллы кончились, но в последнюю попытку нас стало трое. Мы вытащили Елоу, он случайно угодил в портал… Елоу такой нытик, ты бы знал! Мокрицы его напугали до мокрых штанов, просился обратно в гарем, чудила. Потом пришёл проводник, принёс новости... Кра-а, – она рассерженно стукнула кулачком по полу от досады: – Ничего он не знал! В общем, в халифате всё было тихо. Потом мы долго шли подземными пещерами. Кха-кха. Мы шли, а Елоу ехал на спине Горина, ногу подвернул, недотёпа. Ладно, дошли так до портальной башни. Нытика отправили домой, а сами в Сарагосу. Там нас ждали люди Князя и новости. Новости неутешительные. Про тебя только очередные слухи. По меня – гадкие сплетни, – она сморщилась. Перевернулась на живот и подтащила поясную сумку, из неё достала кошель и высыпала на шкуру кристаллы. Наиль тоже лег на живот и стал смотреть, как её пальцы перебирают кусочки хрусталя. Хрусталь, если его подержать в руке подольше постепенно наливался золотистым светом и превращался в маленький фонарик. Фонарики она выкладывала на пол и брала следующий. Один за другим фонарики выстраивались в знакомую фигуру – созвездие Дракона. Эту фигуру он видел намного ближе, из космоса, и немного по-другому, чем её видели все остальные отсюда, с поверхности планеты. Наиль понял, что она переживает эти сплетни и не хочет про них говорить.

– А потом? – Наиль немного сдвинул пару фонариков на их более точные места.

– Потом не интересно: нам пришлось скрытно возвращаться домой. Целый месяц мы, как какие-то бродяги, топали по замерзающим болотам Актиниевого леса. Без ванны с зеркалом, горячей воды и нормальных простыней, – она насмешливо сморщила носик.

– Что тоже захотелось обратно в гарем? – шутливо спросил Наиль, но всё же напрягся. Может зря он спасал свою принцессу?

– Ни за что! – дёрнулся княжич. Да, теперь, в этот самый момент он перестал быть нежной девой. Наиль чуть отодвинулся, почувствовал, что это парень не остановится перед трудностями и, скорее всего, у него уже есть план мести. Скоро халифат пожалеет, что не отпустил пленника домой добровольно.

Княжич зло прошептал пару ругательств и с чувством сказал:

– Тебе не понять какое это мерзкое чувство беспомощности. Когда от тебя ничего не зависит! Ты... ты как вещь…

Наиль промолчал. Ему и пару муторных пару дней вполне хватило, чтобы это прочувствовать. Его держала только надежда, что спасут. Иначе бросился бы в океан топиться.

– Ты сказал месяц? – спросил Наиль отвлеченное, чтобы Ли’сай перестал сжимать кулаки. – И до этого ещё шли в пещерах.

– Угум. Потом я ещё месяц на границе торчал, в Лаоме, ожидая, когда альвийцы расторгнут договор, чтобы знать мне в какую сторону ехать: домой в терем или сдаваться принцу? Ну хоть там гостиница приличная была. Горин бою на мечах учил и прочему разному... Потом я вернулся домой... Знаешь, лучше бы не возвращался. Бабы такие стервы. В глаза улыбаются, а за глаза дерьмом поливают. На что я надеялся? Что они изменяться, если изменился я? Дурак я. Горин посоветовал амулет носить на виду... Ты бы знал, как это стыдно... нет, унизительно... нет, не подберу слово. Вот, смотри, – он вытащил из-за пазухи цепочку с кулоном в виде витого рога из желтого янтаря.

– Что он делает?

– Ничего! – разозлился Ли’сай, но тут же остыл. – Если он светится, значит, я не девственница.

– Писец, – выдохнул Наиль.

– Если почернеет – значит импотент, – зло закончил княжич.

– Шутишь? – не поверил Наиль. Что же это за бабы такие, что приходится одновременно доказывать, девичью невинность и мужскую силу. Мысли свернули на дорожку о прежнем, о своих шансах завоевать сердце красавицы. Цвет амулета означал, что в гареме Элис не тронули и что с Гориным всё также, как статус вконтакте: «все сложно». Это чуть-чуть грело, даже не смотря на то, что вот конкретно на руку и сердце княжича он не претендовал. Но вот если бы он вернул себе женский облик. Стал таким, как мама родила.

Но прошедшее время уже изменило Элис. Он стал жёстче, упрямее и напористее. Ни грамма сомнений и сожалений. Княжич всего лишь на пять минут вернулся в прошлое, чтобы побыть прежней. Нет, слабой девчонкой ему быть не нравилось, но нравилось, что не нужно скрывать своих мыслей и чувств перед Илиа, просто быть собой, не притворяться.

– А он точно работает? – спросил Наиль, чтобы отвлечься от нерадостных предчувствий, что возвращение своей княжны он не дождется. Останется только дружить. – Вдруг сказка про амулет – это сказка.

– Проверь, – улыбнулся Ли’сай. Он расстегнул цепочку и положил амулет на пол. Камень вдруг посерел и стал каким-то невзрачным, тусклым.

Наиль почесал макушку. Он сам тоже не та и не этот. Что проверять то? Но всё равно взял кулон в руку. Янтарь мгновенно отреагировал: побелел до молочного цвета.

– Это что значит? – прошептал Наиль. В глазах княжича заплясали смешинки и он шепнул, будто открывая великую тайну:

– Это значит, что ты русалка.

– А по правде? – обиделся Наиль на то, что развесил уши и поверил в сказки про единорогов. Ещё задело, что русалка – это кто-то женского пола. Ладно бы «русал» или как там «тритон»?

– А по правде никто не знает, – сказал Ли’сай, собрал кристаллы-фонарики в кошель и лёг на спину. – Просто Горин предложил бороться с бабами их же методами. Сами придумали – пусть сами и доказывают где правда. А меня бесит доказывать, что я не то, что они болтают! Потому я дома дольше месяца не выдержал и запросился обратно в Сарагосу. Лавис привез новости, что альвы... Лавис, это тот маг, что на санях приехал. Он умеет верхом, но ему в наших краях без магии совсем худо, пришлось с Гориным даже... – Княжич осёкся, поняв, что расслабившись, заполненный сопряженной магией по самую макушку, и заполнив все запасные кристаллы, теперь доверчиво рассказывает чужие секреты. Замолчал и чуть отодвинулся, чтобы опять закрыться наглухо магическими щитами, как учил Лавис. – Илиа, хочешь подарю амулет?

– А как же ты?

– Ну терем далеко, бабы со сплетнями тоже, – он улыбнулся. – Куплю себе новый, если понадобится. А я так и не поблагодарил тебя за своё спасение.

– Спасибо, – сказал Наиль, принимая подарок на память.

– Тебе спасибо, – не согласился Ли’сай.

Наиль поиграл кулоном, который менял свет тем сильнее, чем дальше находилась его ладонь. Потом сел и обхватил себя руками.

– Значит у тебя всё хорошо? В твоем рассказе не хватает подробностей. Что со свадьбой и той стервой магичкой и принцем? А корабли?

Элис про себя не всё рассказал, а ведь Наиль здесь только из-за неё. Да, домой вернуться не получается, но и на корабль с пиратами он не спешит. Если у нее все хорошо и его помощь ей больше не нужна… То ему просто некуда больше податься кроме пиратов. Как то надо обустраивается здесь. И попутно искать способ вернуться домой.

Ли’сай тоже сел и напрягся.

– Пойми. Я ж про тебя ничего не знаю… Верю тебе на слово. Просто верю тебе просто так. Как дурак, – он вздохнул и прижался к нему плечом.

– Почему ты не должен верить? – удивился Наиль чуть обиженно. «Я ведь столько для тебя старался». Но легкую обиду смыло прикосновение: Элис доверчиво уместил подбородок на его плече.

– Вот смотри. Появляется некто из ниоткуда. Не местный. Со странными способностями. Чего надо не понятно. Ничего в ответ за свою услугу не просит. Потом исчезает в неизвестном направлении. И появляется снова посреди леса, с мутным типом. Способности обоих не стандартны, цели не ясны.

Наиль понял, что про них со штурманам Князю уже доложили и Ли’сай про его прошлое знает больше, чем сказал в самом начале. Одно хорошо, что если бы они со штурманом были слишком подозрительными, то их бы уже давно скрутила местная служба безопасности.

– Мы здесь случайно, – сказал Наиль.

– Ой ли? – не поверил Ли’сай, уловив заминку.

– Правда случайно. Ну то есть мы сюда не планировали…