Текст книги "Сказ о Грозной воительнице и о несносном Рыжике (СИ)"

Автор книги: Екатерина Мозговая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 27 страниц)

ГЛАВА 7
Итоги дня

Сначала решили посетить лечебное крыло, потому как Рин и Мариса пострадали достаточно сильно. У тролля были изрядные ожоги на руках, немудрено, ведь от Одиночки он оттаскивал гадов голыми руками. За что я зауважала его еще больше – очень самоотверженно и смело с его стороны, так бороться за незнакомую, в общем-то, сирину. Посредник вовсе выглядела плачевно и почти теряла сознание. Мало того, что ожоги были практически везде, благо хоть яд гнильней, помимо прочих прелестей, лишает чувствительности – ей хотя бы не больно! Так она еще и нахлебалась всякой гадости, так что да, медпункт был в приоритете! Тем более что сейчас часовой перерыв перед следующим занятием – время, как говорится, есть.

Доковыляв до нужного здания, мы попали в заботливые руки здешних магов… И о чудо! Они не глумились и не издевались над бедными студентами, а быстро и качественно оказывали первую помощь. Даже меня подлатали, хотя мне сначала и казалось, что я цела. Но таки нет, нога, послужившая оружием в борьбе с нежитью, распухла и покраснела. Туфлю с нее снять оказалось и вовсе проблематичным занятием. На время даже чувствительность вернулась, позволив мне ощутить всю прелесть ожога!

Нет, я, конечно, пыталась сдерживать свой темперамент и не материться как… Рин, а он это делал столь виртуозно, что я бы его уже точно не затмила, но шипела не хуже кошки, которую пытаются дергать за усы.

Целитель, а он был молодым сирином, лишь улыбнулся понимающе и наложил обезболивающее заклинание посильней. Еще и разъяснил для меня:

– Потерпи, яд гнильней на редкость устойчив к магии. Однако непоправимого вреда нет, сейчас минут пятнадцать еще пожжет, а потом и следа не останется.

Успокоенная его пояснениями, прилегла на кушетку и смежила веки. Вид, конечно, мы с командой имели тот еще… и наше гордое шествие до лечебного крыла вызвало ажиотаж. Но меня он не трогал. Я, конечно, понимаю, что выгляжу сейчас ужасно… Вот уж точно, как будто чего неприличного в этой канаве делала, но так устала, что сил на стыд и стеснение просто не осталось!

Спустя обговоренный срок ожоги действительно исчезли практически полностью. Оставив на память о себе лишь легкую припухлость, которую, уверил целитель, снимет тугая повязка, обмотавшая мою ступню. Навестив Рина и Марису – им еще предстояло поваляться минут двадцать, решила все же доковылять до общежития и переодеться. Договорившись встретиться на Дипломатии, (о да, лучшее, что они смогли придумать – это поставить Дипломатию после практического занятия по Нежитеведению! Может быть там нас будут учить, как учтиво и тактично обсуждать садистскую фантазию декана факультета некромантии!) распрощалась с ребятами и удалилась восвояси.

Все время, пока добиралась до общежития, старалась не обращать внимания на изумленные, а то и насмешливые взгляды (да-да, народ, это ты еще не видел, как у меня на каблуке кисть весит, а сама нога в зловонных внутренностях гнильня измазана). Лишь, как мантру, повторяла себе под нос: "Душ, душ, душ". Смыть с себя весь сей ужас хотелось невыносимо. Чтобы не истерить, старательно гнала мысли о том, в чем я испачкана, прочь! В конце концов, можно подумать, у них практики никогда не было. Правда, может раз мы особенные, то только нас так экстравагантно с нежитью знакомят, а все остальные изучают ее лишь на картинках? Да ну, нет! Если бы дела обстояли так, то процентов восемьдесят выпускающихся магов уже бы съели!

Под такие невеселые мысли добралась, наконец, до входа в общежитие, отворила дверь и столкнулась с выходившей из нее блондинкой… Ну почему именно с ней-то? С той самой, которую вчера прижимал к себе вредный рыжий котяра! Она окинула меня с ног до головы и очень злорадно усмехнулась. Ведь узнала, наверняка, узнала! Ввязываться в перепалку не хотелось. Все же, когда твоя противница выглядит так, словно собралась на бал, а не на обед (в воздушном голубом платье, с уложенными волосами и идеальным макияжем, а ты будто только что у большой дороги милостыню просила в компании гнильня – самооценка немного сбоит! Ага, самую малость!). Вот и мне захотелось, подобно тем же рыхтовым слизнякам, свернуться кольцом и истаять под ее презрительным взглядом. Но я девочка сильная, взяла себя в руки, расправила плечи в подранном свитере и с вызовом поинтересовалась:

– Чего застыла на проходе?

Блондинка вскинула белесую бровь (а брови вот у нее и некрасивые! Слишком ровные и вульгарные, нет никакой тебе закругленности или хотя бы угловатости, как у нормальных бровей), и ответила:

– Не знала, что к нам учиться уже и замарашек пускают, – ну, конечно, это было сказано ехидно, прямо сейчас помру от смеха. Правда свита, сопровождающая блонди, в лице двух подружек довольно захихикала. Но недалеким людям и недалекий юмор!

– Не знала, что ты подрабатываешь местным консьержем… Ну и как, место прибыльное? Дверь тогда придержи, ладно? Ты, главное, улыбайся и помни – клиент всегда прав!

После чего, уже не обращая на них никакого внимания, последовала по лестнице к родимой двери под номером 161. Повторив привычную процедуру по копированию руны Авин, открыла ее и прошлепала в комнату. Инкиния уже была здесь и до моего прихода старательно корпела над каким-то талмудом, выписывая из него что-то в тетрадь. Увидав же меня, поначалу спокойное, сосредоточенное лицо соседки стремительно побледнело. Брови взметнулись вверх, словно две перепуганные пташки с нашего подоконника, ну и рот приоткрылся, тоже старательно демонстрируя высшую степень изумления. Вдоволь наудивлявшись, Ини воскликнула:

– Лия, что с тобой приключилось? – искренняя тревога немного остудила мой мрачный настрой, но погасить его полностью не смогла.

– Гнильни со мной приключились, Ини. Самые отвратительные, ядовитые, вонючие гнильни. А сейчас мне нужно уединиться с душем, у меня, видишь ли, стресс, и я слегка…. – тут я замялась, старательно подбирая подходящее слово, – неадекватна.

Затем стремительно подошла к шкафу, достала оттуда свое огромное полотенце и с независимым видом прошагала в ванну – снимать стресс!

Под теплым, ласкающим водным потоком и душистым жидким мылом, мир стал немного красочней. Картинку лишь портила стычка в холе общежития. Ну как у меня получается сталкиваться с теми, кого видеть хочется меньше всего? Хотя с другой стороны, это мне еще повезло, что поблизости Демирин не отирался. Предстать в таком виде перед рыжим паяцем, все равно, что голой ночью по подворотням бегать – то еще испытание!

Закончив отмываться от практики по Нежитеведению и кратко пересказав свои злоключения переживающей Инке, помчалась на следующую пару. От занятий нашу несчастную группу никто не освобождал. Мне в лазарете так и сказали: "Руки целы? Значит, записывать сможешь. Свободна." Я лишь угрюмо подумала, что в следующий раз эту оплошность можно будет и исправить. Что они мне тогда скажут? Наверное, что-то типа: "В сознании? Ну, так прекрасно, и так запомнишь!"

Добралась до третьего корпуса. О, чудо! Без приключений, испытаний и прочих радостей, которые меня подстерегали в РАМИиЗ. Да, даже аудитория уже была открыта и в ней обретались мрачные нелюди – мои одногруппнички. К слову, Марисы еще не было, и я бросила взволнованный взгляд на тролля. Тот истолковал его верно и посвятил меня в причину ее отсутствия:

– Осталась в лечебнице, пожгла сильно горло, быстро подлатать не успели, ей ведь больше всех досталось. Там же и Эрик с Кенниари отлеживаются.

Быстро оглядев остальных, заметила, что не хватает Шута и Зазнайки, так вот значит, как ее зовут… Вслух же спросила:

– Что-то серьезное? – мне, правда, было не все равно. Пусть мы практически незнакомы, но все же, их я уже считала за своих и переживала соответственно.

Ответил мне оборотень, которого украшала рассеченная бровь. Края раны уже начинали затягиваться, то ли из звериной регенерации, то ли от обилия мази на оной. Но все же отметина была и свидетельствовала, что не только нам было весело.

– Кенни заработала сотрясение, – поморщился, но все же, добавил, – скрибун приложил их с Эриком об барьер. В итоге у обоих магическое истощение, а девчонка еще и головой ударилась знатно.

– Да уж… – протянула печально, – дела… Ну и как вы с ним справились, у вас ведь тоже магию блокировало, верно? – решила сменить тему, потому как новости были, мягко говоря, неприятные.

Бир из рода Шанийских Медведей, а так величают нашего мишку, снова поморщился и начал рассказ:

– Да, купол не давал использовать защитные и атакующие заклинания против нежити. Я даже перекинуться не смог. Мы так и играли бы в догонялки с тварью, если бы Эрик не придумал, расщепить землю до пылевого потока. И вместе с Кенниари не направил эту земляную воронку на скрибуна. Тот оказался не готов попасть вроде бы и воздушную, но, тем не менее, плотную ловушку. Однако перед тем как развоплотиться, все же успел достать ребят.

– Ну, зато, с заданием вы справились! – решила подбодрить и утешить Бира. Вид у него до того был угрюмым, что парня просто было жаль. Кстати, как там Стефаний Лицирн, – тут я мстительно усмехнулась, – радостно ли вас встретил?

Мишка понимающе улыбнулся и довольно отметил:

– Так вот кто его гнильнем облагодетельствовал. Почему-то я даже не удивлен…

Да, моя слава, мчится впереди меня.

Дальше стала осматривать нашу третью команду и пришла к выводу, что ребятам тоже досталось. Может, не так сильно, как нам, но спесь сбилась даже с вампирчиков! Сейчас они сидели притихшие и уже совсем не казались хищниками, довольными жизнью. Видно, ребята смекнули, что и клыкастые, могут быть съедены.

Ульсин сидел обособлено, периодически морщась, оглаживая забинтованную в локте, правую руку. Ну а гном, хоть внешне и казался самым целым, так нервно протирал стекла очков, словно сие было единственным, что отделяло его от банальной истерики!

Мои заинтересованные взгляды не выдержал первым сильф. Продолжая баюкать, словно дитя в колыбели, свою дорогую конечность, откинул серебристо-русую прядь волос со лба, как всегда смутился, но, тем не менее, начал неторопливый рассказ:

– Как вы понимаете, скорсам наши кинжалы были, что комариный укус. Сперва мы просто уклонялись от их нападок, но сил становилось все меньше… а тут еще выяснилось, что магии у нас изолировали. В общем, мы не придумали ничего лучше, как в вчетвером накинуться на одного монстра и разить его клинками, пока не найдем брешь в их защите. У нас это даже получилось, – тут он мягко улыбнулся и покосился на вампиршу.

Ну, это я так сначала подумала, а потом выяснилось, что не совсем на нее…

Тем временем, сильф продолжил:

– Удержаться на скорсе, покрытом гладким панцирем, дело не простое, но от избытка адреналина у нас это получилось. А тонкую трещинку в районе восьмого позвонка у этой нежити помог обнаружить паук Джерры. В какой-то момент он очутился на теле нежити и стал активно указывать на то место, куда стоило бить. Уж не знаю, откуда у него такая информация… Однако, после прицельного удара в эту точку, скорс осыпался прахом. Ну а мы, окрыленные удачей, перебили остальных простейших.

И так он это рассказывал… так, ну, как будто ничего из ряда вон не произошло. А у меня по мере повествования, все больше кривились губы в попытке удержать улыбку. Я мужественно с ними сражалась (мужественней, чем с гнильнями между прочим!), но все же проиграла. И в какой-то момент стала подхихикивать, а потом и в голос засмеялась, перебив неспешную речь Стесняшки. Я, правда, не хотела его перебивать! Правда! Но… но просто представила, этих разъяренных монстров (и я сейчас не о скорсах!), вооруженных кинжалами и с предводителем – пауком, бросившихся на беззащитную нежить. Разя ее несметным количеством ударов, словно маньяки подвернувшуюся жертву. Я даже, как будто, услышала крики Джерриного питомца "Бей его, салаги!!!" В общем, на месте нежити, от таких вояк я бы бежала без оглядки!

Наверное, у меня слишком богатая мимика, ну или смех оказался заразителен… Потому что через какое-то мгновение, хохотали уже все! Выплескивая нервное перенапряжение, страх, усталость и кучу других негативных эмоций, владевшими нами после прошедшей пары.

Смеялись мы долго, но когда, наконец, нервное веселье отпустило, я, утирая глаза, все же спросила:

– Да смешно… если бы не было так грустно. Только у меня сложилось ощущение, что нам здесь не очень рады?

Ответил мне гном. Как выяснилось в дальнейшем, звали нашего Отличника – Грун Породный. Так вот, этот самый Породный и резюмировал:

– Полностью с вами согласен. Я пришел к тем же самым выводам, сирина Лианель.

От такого официального тона непроизвольно скривилась, ну точно Отличник! Ладно, будем исправлять!

– Перестань, пара по дипломатии, еще не началась… – увидев, что парень не понял моей претензии, пояснила, – успеем еще навыкаться на занятии. Мы теперь не чужие люди, так что официоз ни к чему, зови Лией или просто Ли.

Отличник смутился, хотел было возразить, но, заметив мои вмиг нахмурившиеся брови, решил, что лучше не связываться. В самом деле, кто его знает, кто страшнее скорс или я?

– И в свете открывшегося знания, – продолжила вслух рассуждать я, – что мы теперь с этим самым знанием будем делать?

– Может быть, расскажем куратору, он же предлагал обращаться с возникшими трудностями к нему, – выдвинула идею Подлиза. Без своей зазнаистой лидерши она чувствовала себя неуверенно. От этого голос ее звучал тихо, руки подрагивали, а взгляд был уже далек от того, который она корчила ранее.

Идея поддержки не вызвала, все же жаловаться, да еще и в первый учебный день… Мы пока и трудностей-то настоящих хлебнуть не успели.

– Это конечно идея, но беда в том, что жаловаться нам особо не на что… Педагог открытым текстом не говорил, что лучше бы мы сами по-тихому испарились. Да и проведенное занятие он всегда может вписать в рамки экспериментальной программы. Валдек же нам рассказывал, что единого учебного плана для нас нет. Так что, у таких недовольных, как Стефаний Лицирн, развязаны руки: что хочу, то и ворочу, как говорится. Предлагаю на фоне повышенной нелюбви к нам объединить усилия и сплотиться. Смотрите сами, поодиночке нас легче всего извести и наградить отчислительными листами. А потом развести руками в мнимом сожалении, вещая: "Ах, как жаль, но специальность изобретателей себя не оправдала." Короче, предлагаю объединить усилия и, при случае, помогать друг другу, так у нас будет больше шансов не вылететь до первой сессии. Ну, а там уже, глядишь, и смирятся с нашим существованием. Особенно, если кому из нас удастся продемонстрировать свое новшество.

Не встретив протеста со стороны ребят, уже хотела усесться за парту рядом с тролликом, как сзади меня послышались одинокие хлопки, выражающие хиленькие, но овации. Оглянувшись, недоуменно уставилась, на входящего в класс эльфа, скорее всего преподавателя по пресловутой дипломатии. Который очень не дипломатично, мало того, что подслушивал наш разговор, так еще и не постеснялся это продемонстрировать. Он еще и прокомментировать не поленился:

– Браво, сирина! Ставлю вам отлично по практике на тему "Тактика проведения переговоров, нацеленная на обретение союзников".

Не смогла не уточнить:

– А вам не кажется, что тема немного далека от вашего предмета?

– Ну, что вы, дипломатия – один из первых рычагов давления в любых переговорах. Посему, советую не отказываться вам от дармовой оценки, а занять свое учебное место.

Дальше возражать было бы глупо, потому совет, а скорее требование, исполнила молча и без промедлений.

Эльф, довольно молодой и, как все представители этой расы, симпатичный (с некоторых пор, с красивым у меня ассоциируется только один кандидат – рыжий и бессовестный. Все остальные могут претендовать, лишь на звание симпатичных. Нужно срочно что-то с этим делать. Не хочу, чтобы он мне нравился, не хочу и все тут!), весело оглядел нашу разномастную команду, понимающе вздохнул и спросил:

– Что декан «чернушников» народное ругательство, закрепленное за некромантами. Наш простой люд, вообще падок на прозвища магически одаренным собратьям. Завидуют, ага!

зверствует? Не удивлен, он на совете больше всех негативно высказывался против этой идеи. Отсталый, хочу я вам сказать, человек – консерватор и ретроград. Так что да, ребятки, у него вы будете в немилости. Но не бойтесь, не все так плохо. Большинство преподавателей отнеслись к идее создания нового факультета благосклонно, а то и с повышенным энтузиазмом. Так что вам еще придется испытать не только критику, но и повышенное внимание, – он поморщился и глубокомысленно уточнил: – еще неизвестно, что из этого хуже.

Это он так нас хотел утешить? А он точно дипломат? Тем не менее, пепельно-русый эльф продолжал:

– Меня зовут Аластар Комхган, буду вести у вас, помимо Дипломатии, еще "Стратегию и тактику в защитной магии". Можете расслабиться, я отношусь к прогрессивно настроенным преподавателеям, но без фанатизма. Поэтому от вас прежде всего мне нужны знание моих предметов и адекватное поведение на занятиях. Если эти два требования будут соблюдены, по окончанию семестра мы с вами расстанемся весьма довольные друг другом… до следующих встреч.

Такое положение дел нас всех тоже вполне устраивало, поэтому занятие пролетело быстро и интересно. Мы после Нежитеведения, стали крайне неприхотливыми студентами, угу!

Дальше нас ожидала дисциплина "Тонкие плетения магических потоков. Узоры силы". А больше всего мне нравилось то, что протекать лекция будет в этой же аудитории и тащить свои побитые конечности никуда не надо. За всеми переживаниями я весьма опрометчиво позабыла про обед. Да, и когда мне было про него вспомнить, если единственным желанием во время обеденного перерыва было скорее принять душ и отмыться от остатков нежити. Это аппетита не добавляет, никак!

Однако, как выяснилось впоследствии – обед не забыл про меня! Вернее, не забыла вредная повариха-домовая, приставленная ко мне напыщенным Рыжиком, словно надсмотрщик к заключенному. Сия сиронна, явно не дождавшись меня в столовой, не поленилась исполнить свою угрозу и снова заявиться лично.

Только увидев небольшой, но решительный смерч на своей парте и выходящую из него разгневанную нечисть, я, уже предчувствуя очередную подлость мироздания, застонала и уронила голову на подставленные ладони. Видеть, а тем более слушать злобную женщину, не было никакого желания.

Но… время шло, а поучительных и колких замечаний не наблюдалось. Это заставило меня любопытно приоткрыть обзор, слегка растопырив пальцы. Реальность удивила, потому как домовая смотрела не зло, а сочувствующе… Причем, не только на меня, но и на всю нашу компанию вкупе, а затем еще и добила меня словесно:

– Ладно, болезные, сейчас организую обед с доставкой. У Богданны никто голодным ходить не будет! – после чего сие фольклорное чудо взмахнуло руками, и перед нами стали выстраиваться тарелки с ароматным грибным супом и тушеными овощами с мясом на второе. И только сейчас я сообразила, что вряд ли кто из нас успел заскочить в столовую после того-то испытания!

Но это не помешало мне немного понаглеть и жалобно проговорить:

– А у нас еще трое в лазарете валяются… – работница столовой поняла меня сразу. Улыбнулась, что удивительно, довольно тепло и вновь взмахнула ладонями. А на моем столе появилась огромная тарелка с пирожками. – Там еще плат, а они такие сластены… – продолжаю наглеть. Но к тарелке пирожков, тут же добавилась тарелка с медовыми кренделями. Больше мой жадный организм ничего придумать не смог, поэтому тихо выдохнула:

– Спасибо, сиронна Богданна.

Домовая, хмыкнула и снова превратилась в склочную маленькую нечисть, каковой, собственно, и являлась.

– Ты смотри, а мы еще и вежливые слова знаем. А я все думала, что ты только воспламеняться, аки факел самопальный и умеешь!

Угу, кто бы говорил. Но, на этот раз обижаться не стала. Все же с ее стороны, действительно очень заботливый жест, накормить меня и моих одногрупников, без всяких просьб.

Поэтому еще раз очень уверенно и твердо повторила:

– Правда, большое вам спасибо.

К моей благодарности постепенно стали присоединяться и другие участники банкета, ну после того как отошли от гастрономического шока. Эринир на радостях, так вообще попытался домовую расцеловать.

От этого порыва Богданна зарделась и со словами: "Кушайте, мои хорошие, а мне идти надо, дел куча" снова испарилась в своем маленьком ветряном портале.

Дальше мы восторгались исключительно молча, хотя вру – ложки работали довольно споро и постукивали характерно, еще и кто-то чавкать умудрялся!

Оставшиеся две пары пролетели не так, чтобы быстро. Но все же время, как не пыталось медленней переставлять свои стрелки, смирилось, что вечно мариновать нас не выйдет. И в конечном итоге возвестило, мол, занятия, наконец, окончены.

И хотя мы все были безумно уставшие и мечтали поскорее очутиться каждый в своей комнате, это не помешало нам дружной гурьбой направиться в сторону лечебного крыла. В конце концов, всем хотелось увидеть выражение лиц ребят, когда мы им притащим эту гору пирожков. А особенно все предвкушали фатальную встречу Эрика с кренделями. Причем, для кого она будет фатальной, еще вопрос. Кренделям, конечно, не повезет по определению… ну, а Шуту от такого количества сладкого, может снова поплохеть. Благо за помощью далеко бегать не надо!

Солнце уже клонилось к горизонту, когда мы шествовали по парковой алее академического городка, и я с удовольствием могла насладиться своим первым закатом в РАМИиЗ. Как и предполагала ранее, шпили башен, так виртуозно копировали краски неба, что в конкурсе на лучшую маскировку, бесспорно, могли бы занять первое место. Воздух был свеж, и даже осенняя прохлада не спешила настигать легко одетых студентов, отдыхающих после своих учебных будней. Настроение было замечательным! Наша небольшая группа уже вовсю знакомилась, обменивалась шуточками и вспоминала Нежитеведение с такой гордостью, словно бравые вояки в бардовских балладах свои победы. Обмениваясь опытом и во всю хвастаясь ощущениями.

А я… я наслаждалась и смотрела на них со скрытой грустью в глазах. Сколь же многого я была лишена раньше, фактически запертая в родовом поместье. Теперь свобода пьянила, и я как никто здесь ценила каждое мгновение беззаботности и веселья.

В какой-то момент мне паказалось, будто на меня кто-то пристально смотрит. И чтобы проверить, так ли это, стала озираться по сторонам. Вскоре моя беззаботная улыбка перестала быть такой уж легкомысленной, ведь на одной из лавок сидел не кто иной, как Демирин из рода Алых Фениксов и старательно гипнотизировал меня взглядом. А я задохнулась от ощущения дежавю… Вот вроде бы точно так же он сидел здесь вчера, и блондинка опять обреталась с ним рядом.

В этот раз, он, правда, обошелся без объятий, и они сидели по отдельности. Но ведь это еще ничего не значит, верно? В лучах заката его образ был поистине мистичен: огненная шевелюра, причудливые тени на мужественном лице, внимательный изучающий взгляд… Что он хотел во мне увидеть? Почему вообще не отводил глаз? Вон с ним какая красотка рядом щебечет, распинается… А я что? Обычная, без макияжа, без изысканной прически – только и успела, что волосы в импровизированный узел завязать, благо длинные. А одета и вовсе неброско: черные брюки и блуза синяя. Зачем меня смущать таким откровенным вниманием? Все бы шутки шутить, рыжий комедиант… Вот только мне-то уже давно не смешно. С самой первой встречи и не смешно было, а … нет, не больно, боль бы обозначала, что он мне небезразличен, а это уже опасно. Не хочу быть еще одной победой, не хочу и не буду!

В какой-то момент мне даже померещились крылья за его спиной, и во взгляде проступило нечто такое… что заставило смутиться и первой отвести взор. А после, вообще постаралась сделать вид, словно не обратила на него внимания, и поспешила пройти дальше, держа за локоть своего большого и надежного троллика.

За эту надежность я и уцепилась, чтобы земля не поплыла от надежд, которым не суждено сбыться… Вот бы это еще кто моему сердцу доказал!

Это все закаты с их рыхтовой романтичностью на меня подействовали! И вовсе он не смотрел на меня как-то по особенному. И уж тем более, думать о нем вообще не стоит, вон, пусть со своей блонди и дальше воркует, а меня нечего всякими загадочными взглядами смущать!

Восстановить душевное равновесие получилось только возле входа в палату к нашим пострадавшим и то, лишь потому, что там происходило явно нечто незаурядное… Во-первых, был слышен задорный смех Марисы. Тролль, кстати, при этом тоже как-то радостно заулыбался, а заметив мой недоуменный взгляд, смутился, тут же насупился и недовольно буркнул: "Что?". После этого, уже многозначительно улыбалась я и внаглую подмигивала ему. Похоже, мой огромный и невозмутимый друг стал жертвой богини Асирры богиня любви

После чего Рин снова буркнул: "Да ну тебя, мелкая". О-о-о, последним он, наверное, хотел меня задеть и сбить с мысли. Но у него ничего не вышло, и в комнату я входила с многозначительной ухмылочкой, гласившей "Попался громила!" Во-вторых, мы имели возможность, уже зайдя, лицезреть, как наша высокомерная и ледяная Зазнайка, стоя на своей кровати во весь рост, разгневанно высказывалась в адрес Шута. И от гнева периодически срывалась на древне рандийское наречие изначально эльфийский язык

Вид у Кенниари был, что у разъяренной львицы, негодующей на не слишком элегантные ухаживания льва. И я даже догадываюсь, кто этот самый лев! Глаза сверкают, щеки алеют, взгляд непременно метнул бы в Эрика молнию, если бы не магическая недееспособность… В общем, эльфийка была на диво прекрасна в своем гневном образе. Куда только вся замороженность девалась?

Шут же оставался шутом – невозмутимым и веселым. А увидев, что у него и публика появилась, так и вовсе преисполнился энтузиазмом, громогласно возвестив:

– Какая женщина, нет, какая женщина! Я покорен вашей страстностью и импульсивностью! О, Кенниари Ултес, вы владычица моего сердца! – столько пафоса, столько игры… актер наслаждался ролью, вниманием публики и яростью оппонентки.

Кенни наоборот, увидев нас, смутилась и потухла как спичка, брошенная в воду. Вмиг осела на больничную постель и даже прикрылась простыней, явно пытаясь спрятаться за ней, как за занавесом в этом платовском театре.

Ситуацию опять спасла Одиночка, радостно выдав:

– Пирожки! И это все мне!

Плат с таким разделом харчей явно был не согласен! Потому с кровати подскочил первым и, безошибочно определив медовые кренделя, в наглую отобрал их у Бира, после чего перестал обращать на нас внимание!

Так собственно и состоялась встреча Эрика с кренделями… Мы даже спорить не стали и взывать к тому, что с нами можно было бы тоже поделиться. Ну, просто всем было интересно, кто в этой битве выиграет. В конечном итоге мы даже немного расстроились, потому как Шут съел все и даже не поморщился! Потом еще и пару пирожков у девчонок стащил. За что был бит Зазнайкой по наглым конечностям. А оборотень беззлобно вопросил, то что у всех нас вертелось на языке: "И куда только влезает?"

Эрик же не преминул посетовать на жадных и черствых нелюдей, которые окружают маленький, растущий организм, еще и морят его голодом! Все это он говорил практически в лицо эльфийке, с самым несчастным видом заглядывая ей в глаза (ну или в рот, провожая еще один кусочек пирожка, который достался не ему!). Думаю, никого не удивило, что в конечном итоге девушка тяжело сглотнула (явно пирожок встал комом) и отдала свою порцию плату, так он ее допек!

В этот вечер мы еще долго веселились, шутили и налаживали контакт, понемногу привыкая и открываясь друг другу. Время до вечернего обхода больных, пролетело незаметно, и когда пришел врач для выписки наших одногрупрников, в палате было очень шумно и весело! Вследствие чего нас всех разогнали, в том числе и пострадавших, и мы наконец-то разбрелись кто куда.

Добравшись до комнаты, полистала на ночь конспекты, наметила план действий на завтра – предстояло еще сходить в библиотеку и забрать книги для учебы, а так же поискать литературу по иллюзиям (была у меня одна задумка, для рыжего шутника!). Да, еще ожидался поход к нашему завхозу Франи… Ух, чувствую, она по мне уже скучает! Ну, просто форму нам должны выдать, для таких вот случаев, как недавняя практика. Плюс физподготовку никто не отменял. Начнется со следующей недели – еще меньше времени на сон, изверги оставляют!

После завершения всех дел, мы еще долго лежали в своих постелях с Ини, делясь впечатлениями от академии и от прошедшего дня… Она рассказала мне, что видела сегодня брата, и он активно допытывался, откуда мы друг друга знаем. Инкиния, не видя поводов скрывать, поведала ему о шутке богини Созидания – нашем совместном проживании. На мой вопрос: "И как он отреагировал?" Она несколько минут молчала, я уж было подумала, что и уснула вовсе… Но потом задумчиво заметила, что брат хоть и удивился, но опечален сим фактом не был и всячески пытался разузнать обо мне побольше. В конечном итоге она не выдержала и сказала, чтобы он даже не думал смотреть в мою сторону! Ей совершенно не хочется терять подругу, потому что ему в одном месте неймется!

После такого откровения, я еще долго хохотала, а потом призналась, что сегодня немного обманула ее и попросила прощения, клятвенно пообещав, что на следующую вылазку возьму с собой. Даже не знаю, на каком моменте мы провалились в сон, но, тем не менее, вскоре уже посапывали аки младенцы, после такого насыщенного впечатлениями дня.

* * *

В комнате Чарчера с их последней пирушки ничего не изменилось. Да и хозяин, нельзя сказать, чтобы сильно поменялся за это время… разве что взгляд стал более серьезен и проницателен, что ли. Только вот, эта проницательность на данный момент Демирину совсем была не по душе, да и вопросы старый друг задавал неудобные. Изворачиваться перед ним не хотелось, ну а правду… правду он еще не был готов сказать даже себе.

– Вижу, ты не торопишься посвящать меня в свои сердечные дела, Феникс, – иронично заметил Чар, не дождавшись ответа от друга.

Мир скривился и буркнул:

– Какие еще сердечные дела, Чарчер? Напридумывал ты себе… Я эту девчонку два дня всего-то знаю! Просто нравится дразнить ее и смущать. Вот и все эмоции, которые она у меня вызывает, – чуть более резче, чем хотелось бы, ответил Демир.

Младший рандийский принц, издевательски усмехнулся, направив на собеседника взгляд из разряда "Да ну!" и провокационно вопросил:

– Да? Ну, тогда ты, наверное, не будешь против, если мы с феей познакомимся поближе. Мне такой типаж всегда нравился, ты же знаешь… – а дальше довольно захохотал, потому как друг метнул на него совсем недружественный взгляд! Плюс, была еще одна странность, которую Чар не преминул озвучить: