Текст книги "Сказ о Грозной воительнице и о несносном Рыжике (СИ)"

Автор книги: Екатерина Мозговая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 27 страниц)

Долго рассматривать пуговицу Демир не стал, довольно быстро определив его создателя. Артефакт в кулаке парня осыпался мелким крошевом, но это единственное, чем он выказал свои истинные эмоции.

Я так боялась, что он повернется ко мне, посмотрит в глаза. Однако, мне досталась участь лишь наблюдать, как неспешно Мир удаляется за поворот, к дальним аудиториям третьего этажа. Выражение его лица, я так и не увидела. Но странное дело, все, кто до этого еще пытались улыбаться или подмигивать ему, сейчас делали вид, что их вообще здесь нет!

Оборачиваться к друзьям было очень стыдно, особенно посмотреть в глаза Инкинии. Наверное, Рин прочел мои мысли, потому как на и без того опущенные плечи взгромоздилась его довольно не хрупкая ручонка, пытаясь меня, либо так поддержать, либо вогнать в доски пола, на манер гвоздя. Затем еще и по макушке потрепал, вздохнул и печально подметил:

– Не переживай. Если бы ты этого не сделала, была бы такой как все. А теперь он трижды подумает, прежде чем тебя обидеть или обмануть.

Я конечно с ним согласилась и даже позволила себя увести на занятия, но ком в горле уходить никуда не спешил. Мне было плохо, хотелась плакать, пожалеть себя, в конце концов! Не радовали даже бурные обсуждения в группе по поводу произошедшего возле ректората. Естественно, остальных ребят в нашу затею мы не посвящали, да и сейчас сознаваться не планировали. Но восторженные дебаты случившегося казуса, прошли как будто мимо меня. Не затронув тщеславных струн моей гордости.

* * *

Вечер я провела сидя на подоконнике в своей комнате, пытаясь догнать пальцем пробегающие по стеклу капельки дождя. Они дразнились, не спеша ловиться, и юркими рыбками, в последний момент соединяясь с какой-то новой каплей, убегали от меня с еще большим энтузиазмом. А может виной моей нерасторопности, были собственные капельки слез, стекающие по щекам к груди, теплым и солоноватым ручейком.

Мне было грустно и казалось, даже само небо опечалилось моим поступком. Нахмурило свои тучи-брови и осуждающе грохотало за окном. Его вовсю поддерживала природа, замерев в немом укоре, взирая на меня из темноты вечерних сумерек. Я и сама понимала, что поступила скверно! На какой-то момент, так себя извела, что не выдержала и, узнав координаты комнаты Мира у Ини, послала ему вестника с одним единственным словом "Прости".

И вот уже второй час сидела у приоткрытого окна в надежде, что получу хоть какой-то ответ. Пусть он даже снова будет издевательским или ироничным. Рыхт, в этот момент я была даже согласна на грубость! Но Рыжик поступил жестче. Своим молчанием он делал мое ожидание поистине невыносимым!

Наверное, я даже задремала под мерный стук дождя и далекие раскаты грома, потому что очнулась от оконного скрипа и с надеждой уставилась в ночной сумрак, желая увидеть там ответного посланника от рыжего гордеца.

Но вместо вестника, на мой подоконник приземлился другой гость. Не менее желанный, но все же, небольшая толика разочарования проскользнула в сердце. Ее я мужественно подавила, потому как ночным визитером оказался вернувшийся Триур, выполнивший свою почтовую миссию. Взяв взъерошенную и мокрую птицу, словно любимую игрушку, прижала к груди и печально вздохнув, прошептала:

– Я скучала, мой хороший, спасибо тебе за помощь.

Ворон насмешливо прищурил свои волшебные очи и, казалось, даже каркнул иронично, но мысленно ответил, что тоже очень скучал. Да и просьба ему была в радость, ведь лишний раз поиграть на нервах моего отца, для него высшее удовольствие!

Еще чуть-чуть поболтав о всяких мелочах, Триур передал мне ответное послание, которое я тут же с радостным писком открыла и стала зачитывать вслух. Просто Инки еще не было, она пошла в гости к Марисе, а мне хотелось побыть одной. Ну, а привычка читать вслух осталась у меня с детства – это придает рассказу больше красок и реальности, что ли.

"Любимейшая моя племянница!

И как же пришло тебе в голову, что мы могли позабыть о нашей птичке-синичке! Наоборот, за время, пока тебя с нами не было, твои родители так меня допекли, что твой бедный дядюшка хотел перебраться жить в фамильный склеп. Ибо отощал, изнервничался и от обитателей этого склепа особо не отличался! Да и мелькала мысль, отправиться лично за забывчивой девчонкой, которой было тяжело отписаться раньше.

Ну, раз уж ты, наконец, соизволила это сделать, оповещаю, что вскоре постараюсь к тебе вырваться. Заинтриговала ты старика всякими новоявленными тетями и специальностями.

Что-то я дал тебе слишком много воли, ведь знал же, что наворотишь дел! Но хоть одно хорошо, ты всегда оправдываешь ожидания!

И на твоего «поединщика» мне тоже очень интересно полюбоваться. Скажем так, для начала полюбоваться, а там как пойдет… Ты у меня, конечно, тот еще подарочек, но обижать свою племяшку я не позволю никому!

Фух, что-то я разнервничался, нужно будет вызвать лекаря, проверить давление, а то с таким чадом как ты и в тридцать можно постареть. Ладно, слишком много лирики ни к чему, ведь вскоре увижу тебя лично и уж тогда отведу душу, не сомневайся!

Твои родители, кстати, шлют тебе не менее пламенные приветы, чем я. Еле убедил твоего старика не мчаться к тебе на выручку прямо ночью. Будь добра, в следующий раз дозируй информацию тщательней, ты же знаешь, Лиррен, теряя контроль над ситуацией, сходит с ума. Не знаю, насколько его еще хватит, так что, возможно, в ближайшее время жди в гости еще и папочку!

За сим прощаюсь, в соседнем селе расшалились замаран-девы Вид нежити промышляющий вблизи сел. Души насильственно умерших, невинных дев. Появляются в облике обворожительной, голой красотки, и заманивают мужчин смехом. Вот только, сзади у красавицы полностью отсутствует кожа. Да и полакомиться она не прочь сластолюбцами

Нужно слегка приструнить девчонок, им там, явно, без меня скучно!

Целую, скучаю, жди!"

После того, как ознакомилась с письмом, несмотря на то, что меня там отругали, надавили на совесть и пригрозили приездом родителя, на душе все равно стало гораздо теплее.

Ложилась спать я уже более успокоенная и менее взвинченная. А когда почти уснула, почувствовала, как кто-то пушистый и теплый, трется о мою щеку. Удивленно распахнув глаза, увидела свою Файри. Огненная проказница возлежала на подушке рядом со мной, и держала в лапке маленькую записку. Проморгавшись, прочла короткое послание: "На маленьких девочек обижаться бессмысленно. Но трепещи, Воительница, ответный ход будет за мной. Спокойных снов, малыш".

Стоит ли говорить, что засыпала я, со счастливой и предвкушающей улыбкой на губах!

ГЛАВА 12
Делайте ваши ставки

Следующая неделя прошла для меня в постоянном ожидании грядущей расправы. Рыжий мститель явно дал понять, что задумал нечто в отместку. А зная Демирина, я извелась постоянно оглядываться по сторонам и проверять, не повисло ли на мне какое-нибудь вредненькое заклинание. Эринир, как самый настоящий тролль (опустим то, что он им и является!) и совсем не как друг, увидев меня, всю обвешанную защитными артефактами, ржал как… нет, не как конь. Конь это благородное животное, и сравнивать с ним этого бессовестного тролля, у меня язык не поворачивается! Так что, как обозвать Рина, в конечном итоге, я так и не решила. Но мстительно заявила, что если он не прекратит меня подкалывать, то один карамельный ангел вскоре узнает о появлении у него брутального и сильного поклонника тролльей наружности.

После этого на меня уже дулся друг и не разговаривал со мной целый день, пока не стребовал клятву о не разглашении этой секретной информации. На вопрос, почему он так себя ведет и не признается Марисе, Эринир обозвал меня мелкой врединой, не знающей жизни, и посоветовал от него отстать. Я не стала упоминать, что он не менее вредный, хоть и не мелкий. И разумно свернула тему, захочет, сам расскажет!

В то, что Демир задумал нечто действительно серьезное, не верилось. Не похож он на человека, способного причинить вред девушке. Может быть, правда, я его излишне идеализирую, после той записки, принесенной Файри, но вот, кажется мне, что на подлость он не пойдет. Разыграть, утереть нос, посмеяться – возможно. Но чего-то серьезного от несносного Рыжика я не ждала.

Помимо переживаний на эту тему, все свободное время занимала учеба, учеба и еще раз она родимая! Я училась в столовой, за что была бита Богданной ее полотенцем. На переменах, периодически врезаясь в мимо проходящих студиозусов. Мне было все равно, им, естественно, нет, но это уже их проблемы. Просто, Валдек задал же нам попробовать, создать хоть одну формулу щита самостоятельно. Вот я и нахимичила маленько, не знаю, насколько все сделала правильно… Но теперь на переменах создаю огненную сферу и путешествую в чем-то, вроде хорошо выстроенной стены со всех сторон. Правда, стена при соприкосновении с незадачливым и нерасторопным людом и нелюдом еще и жжется, но я над этим работаю. К примеру, при первом столкновении у проходившего мимо эльфа загорелась туника. Ругался он тогда знатно. Но я же экспериментатор? Экспериментатор! А где, по-вашему, взять подопытный материал? Услышав такие оправдания, эльф на некоторое время завис, а затем поспешил по своим делам, предпочитая со мной не связываться!

Зато теперь мой щит, практически, доработан, и дискомфорт может причинить, лишь в виде задымления пространства. Рамиизкие студенты протестовать больше не пытаются, они вообще теперь стараются обходить меня седьмой дорогой.

Так же доставалось предметам общеобразовательным, которые я тоже использовала для личных нужд. Преподаватели таким положением дел довольны не были, выражая свое негодование в задавании всяких каверзных вопросов. Однако вскоре были разочарованы, потому как папа тратил много сил на мои знания, и сообразив, что я весьма осведомлена в их предметах, от меня отстали.

Отношения с группой у меня складывались замечательные. Рин и Мариса, конечно, были вне конкуренции, но при этом я неплохо ладила с Биром, разыгрывала комедии вместе с Эриком и обожала смущать стесняшку-сильфа. С девчонками у нас тоже все было более-менее ровно. Разве, что клыкастая любительница пауков на контакт не шла, но опечалиться по этому поводу у меня не выходило, не судьба, так не судьба.

У куратора вскоре я действительно оказалась в числе любимчиков, потому как мой исследовательский пыл не мог не найти отклика в его душе. В последнее время мы стали часто засиживаться с ним допоздна. Первопричиной этому послужило то, что однажды я поделилась с ним своим интересом к проклятой магии. Нет, конечно, не в том смысле, что хочу применять. Скорее меня беспокоит тот факт, что мы очень мало о ней знаем и, практически, не можем бороться против этой беды. "Милая киса" в лице моего преподавателя и няньки по совместительству, заключил, что лучше я буду заниматься этой темой под его присмотром. Видите ли, он опасается, что иначе, академии не поздоровится! Я не стала возражать. Под руководством, так под руководством, в конце концов – оборотень он действительно умный, и его помощь лишней не будет.

А вот противостояние с ректором за это время лишь набирало обороты. И, по-моему, приносило нам обоим мазохистское удовольствие. Начнем с того, что на нашу выходку со стеной, Волин Сейхери, на следующее утро порадовал нас смехом мары. Вы когда-нибудь просыпались под истеричный и зловещий хохот свихнувшейся нежити? Вот, и для меня это стало тем еще сюрпризом!

Но я не растерялась, и ответ с Одиночкой мы придумали не менее достойный. Так как она тоже владеет магией Смерти, а для друзей уже давно не секрет, что я универсал с четырьмя элементалями. В общем, нам не составило труда в предзакатный час устроить нашему свободному, а значит и завидному жениху Рандии – кастинг невест за окном. Прелестницы пели серенады, зачитывали любовные поэмы, извивались в эротичных танцах. А наша дружная компания хихикала в соседних кустах. Просто, невесты хоть и были в высшей степени дамы достойные, но уж слишком экзотичны: разной степени разложения, следовательно, и умерщвления, но это уже детали. И вообще, я считаю, что сирин ректор оказался на редкость переборчивым и капризным мужчиной! Девочки ведь так старались, а он?! Чурбан бесчувственный, только в окно и глянул. А затем раздражено задернул штору и вызвал выпускную группу некромантов на развоплощение наших милых зомби.

Мальчики с факультета магии Смерти, оказались ребятами нормальными, им было очень жаль расстроенных кандидаток. Но приказ – есть приказ, и сиринам пришлось убраться восвояси, а именно на тринадцатый полигон, оказавшийся кладбищем, где мы их и отрыли. Нас кстати не поймали, потому как операцией управлял Триур, очень качественно затирая наши с Марисой магические отпечатки.

Затем Волин Сейхери, будил нас комариным жужжанием, которое действовало на нервы не хуже, чем ухохатывающаяся мара. Мы ему ответили разведением болота по всему третьему этажу главного корпуса. Хотели даже у Стефания Лицирна, пару илизерн гнильней стащить, но не успели. Противный старикашка покидал свой бункер очень редко, а если и доводилось ему это делать, то всегда оставлял там сторожку сторожка – мелкий пакостник, с виду напоминающий чучело лохматой прямоходящей дворняги. Практически невосприимчив к магии, плюс не лишен клыков и когтей, служит для охраны. Хозяину верен беспрекословно.

А с ним мы решили без нужды не связываться. Подумав, заменили гнильней естественными обитателями болотистой местности, приманив их из леса специальным зельем. Поэтому вскоре третий этаж был залит не только слегка попахивающей жижей, но и комарья с жабами там было предостаточно!

В создании этой пасторальной картины, мне вовсю помогали мои водный и воздушный элементали. Почему вместе? Просто эта парочка, практически, постоянно неразлучна! Да и если болото мне наколдовал, мой водненький енотик Ватр, то создать воздушный купол, чтоб комарье не разлетелось, поспособствовала панда Айра.

Ватр появился в моей жизни раньше вредной пандочки, но это не помешало им при знакомстве прийти в неописуемый восторг друг от друга. Конечно, енот-клептоман и ужасно ленивая воздушная девочка в итоге приносили больше проблем, чем пользы. Но, люблю я этих пушистых прохвостов, что ж тут сделаешь! А вот с Файри у этих балагуров отношения не сложились. И маленькие негодники не упускают возможности как-нибудь ей напакостить! Однако огненная кошечка в долгу оставаться не любит и в обиду себя не дает. Да и Триур на ее стороне, а уж его заговорщики побаиваются, и лезть к ворону опасаются.

Но, как не странно, препирательства с ректором мне надоели первой. И вскоре мы с ребятами предприняли вылазку в стан врага, а именно, в преподавательский корпус с целью получения данных, о том, как с ректорской борзотой справляются они. Выводы были ожидаемы – там действительно стояла "глушилка", создающая возможность спать преподавательскому персоналу без лишних проблем.

Представителей справедливости, то есть нас такое положение дел, естественно, не устроило. Эринир в сердцах даже воскликнул:

– Рыхтовы счастливчики! Давайте взорвем эту схему, вот завтра им будет весело! – негодовал троллик.

– Угу, а потом будет весело нам, когда они все, не выспавшиеся и обозленные, заявятся на пары, – не спешила с ним согласиться Ини.

– Погодите возмущаться, друзья мои! У меня созрела идея поинтереснее, – загадочно попыталась успокоить их я.

С тех пор, мы совершили еще несколько вылазок в преподавательскую обитель, потому как установленная там защита от лишних музыкальных причуд нашего главного меломана – была качественной и сложной. Судя по всему, устанавливал ее сам сирин ректор, и понять, а уж тем более повторить нечто подобное… В общем, голову мы себе поломали знатно, но в итоге справились.

Экспериментировали на своей территории, так что сегодняшнее утро встречало нас тишиной и умиротворением. Вследствие чего, мы с Инкой проспали и на пары мчались сломя голову. Марису я встретила по пути к четвертому корпусу, запаздывающую по той же причине. А Эринир и вовсе на первую пару не явился! Когда мы все же с ним встретились, он лишь развел руками и недовольно высказался:

– В этом нет моей вины, мелкая. Я же тебе говорил, что естественный шум нужно оставить! Это тебе хотелось идеальной тишины. Вот, я в этой тишине вместе с соседом и задрых беспробудным сном, – а затем тихо добавил, – тем более, мы вчера на радостях все с тем же соседом решили отметить нашу задумку, ну, и увлеклись слегка.

– Ты еще скажи, что в твоем похмелье тоже я виновата! – насупилась и грозно сложила руки на груди.

– Ой-ой, ну прям боевой воробушек, ой, не могу! Ли, как тебе не стыдно, хватит разыгрывать ревнивую женушку, заставшую муженька в подпитии. Не смеши, голова ведь раскалывается, – смеясь и постанывая, пробасил Рин.

– Значит, воробей? – специально громче, чем следовало бы, ответила я. И удовлетворенно пронаблюдала за тем, как недовольно морщится этот пропойца. – Тогда антипохмельное зелье пусть тебе кто другой сварит, а то воробью не по статусу как-то, – злорадство и шантаж – это мое, да!

Тролль обиженно засопел и буркнул:

– Ну и не надо! Мне Ини сварит, она в отличие от некоторых – девушка добрая и сострадательная.

– А я ее попрошу, и не сварит. Инкиния, между прочим, моя подруга! – начала заводиться. Это, что же получается, я, значит, не добрая и не сострадательная?!

Рин судя по всему, тоже становился все более злым, потому как даже про больную голову забыл, повысив голос:

– Вот именно, что подруга, а не собственность! Чего ты вообще ко мне прицепилась, захотел – проспал, захотел – вообще не пришел. Тебе-то какое дело? – троллик бушевал не на шутку, его пухлые губы, плотно сжались, массивный подбородок заострился. Но и мне с каждым его словом становилось все обиднее и неприятней.

– Действительно, какое мне дело, Рин? Какая разница, ну, прогулял мой друг пару у старого профессора-маразматика, у которого и так сдать нелегко, подумаешь! Какая мне будет печаль, если тебя отчислят, мне же все равно, да? – все эти вопросы, задавала уже спокойным, прохладным тоном. Ответа от Эринира ждать не стала, развернулась и направилась на следующее занятие в гордом одиночестве.

Со стороны, может показаться, что я излишне драматизирую ситуацию. Действительно, подумаешь, одну пару прогулял? Что тут такого? Вот только вся беда заключалась в том, что занятие это по Основам медитационного транса ведет декан Прорицательского факультета. Некто, Земил Камнерез – уже очень-очень старый гном. А представители этого народа и тролли, мягко говоря, не ладят. Антипатия между этими расами сложилась задолго до моего рождения, но с тех пор, кажется, передается на генетическом уровне. Аскрин, помнится, как-то рассказывал мне то ли байку, то ли правду о первоисточнике этого разлада…

Как часто водится, все случилось по пьяни. Так уж сложилось, что в один из давно минувших вечеров засиделись в одной таверне, которой наверно уже и в помине нет, банда троллей и компания гномов. Естественно, там были и другие посетители, но троллье-гномья братия преобладала. И вот сидели они себе по отдельности, отдыхали, практически, никого не трогали, не считая проходящих мимо подавальщиц. Затем рюмка за рюмкой, тост за тостом, и две компании слились в одну, словно речушки в море. Мда, в море скабрезных шуточек, пьяной удали, крепкой выпивки и убойного перегара.

Тем для бесед у них было предостаточно. Гномы – мастера оружейники, тролли, в большинстве своем, – наемники, это самое оружие закупающие. Короче, компания неплохо ладила, пока один из гномов не заказал Верберской самогонки для настоящих мужиков – еще одна гномья гордость, между прочим. Бородатый хотел угостить этим дорогостоящим напитком новоявленных знакомцев, а спьяну, так и вовсе чуть ли не лучших друзей, вовсю хвастая, что более крепкого напитка на Бьютоле не найти!

На что, один из троллей посмел неосмотрительно заметить (хотя тролли и осмотрительность два биполярных понятия), мол, эта самогонка по сравнению с их традиционным напитком "Сивушка-вырубилушка", что материнское молоко! Гномы, понятное дело, с таким заявлением не согласились, и начался спор. Он закономерно перерос в ругань, та, соответственно, в драку. Ну, а драка со временем в межрасовый конфликт!

С тех пор и повелось, что если в одной таверне встречаются гном и тролль, то вечер, как минимум, пройдет под лозунгом "Кто кого перепьет". А по-максимому, без стражи такие посиделки не обходятся.

Это я, конечно, отвлеклась, но с другой стороны, теперь будет понятно, почему старый прорицатель с первой встречи невзлюбил Рина. И если с нашим одногруппником тролль уживался сносно, предпочитая не общаться, то этот старый пень не постеснялся использовать свое положение, вовсю моего друга донимая и провоцируя. До сегодняшнего дня Эринир держался, прекрасно осознавая, что если вспылит, в его пользу дело не закончится!

А учеба в академии ему нужна больше, чем остальным участникам нашей группы. Потому как в его клане магически одаренные дети не в почете, и маме Рина, в итоге, поставили ультиматум. Или избавиться от первенца, оставаясь в клане с двумя младшими детьми, или катиться на все четыре стороны всем вместе. Женщина выбрала второй вариант и ради сына бросила клан со всеми его привилегиями и благами. На тот момент Рину было десять! Пережить не только изгнание, но и отказ от него отца, маленькому мальчику было нелегко. Однако, в конечном итоге, это все лишь закалило его, превратив в смелого и сильного парня. Маме же моего друга троллика, одной с тремя детьми приходилось нелегко. И для Рина учеба здесь, да еще и на таком престижном факультете – счастливый билет в жизнь. Причем, не только для него, но и для всей семьи, которой он как мог, помогал, подрабатывая после занятий, где придется.

Сейчас же своим пропуском тролль дает отличную возможность Зелину Камнерезу лишний раз потрепать ему нервы… да и мне заодно. Ведь когда я слышу, как этот старый плесневелый пенек начинает ехидно сомневаться в умственных способностях моего друга… От членовредительства меня удерживает лишь привитое с детства почтение к пожилому возрасту. Но чувствую, этого почтения надолго не хватит! Еще и этот тролль вреднючий. Какое мне, видите ли, до него дело? Да, никакого! Даже разговаривать с ним не стану, мне же все равно! От обиды настроение приобрело отметку ноль, это когда не грустно, но и не весело, полный пофигизм! А уж когда мне навстречу из ближайшего ответвления коридора показался огненноволосый гад, настроение, как в градуснике, с отметки ноль резко ушло в немаленький минус!

Вот ведь, идет, весь такой веселый, жизнерадостный, беспечный, аж противно! В черной рубашке, по краям которой были вышиты причудливые огненные знаки. Брюки в тон, подчеркивают и без того красивую мужскую фигуру. Рыжик о чем-то вовсю переговаривался со своим приятелем с косой черной челкой. Мне они часто встречались вместе, если не ошибаюсь, то зовут его Ронником.

Еще мгновенье, и Демирин замечает меня. Секундное преображение, и передо мной совершенно другой человек – сдержанный, отстраненный, высокомерный и полностью игнорирующий мое существование! И так уже целую неделю! Со мной не здороваются, не подначивают, меня просто не замечают. Сперва я делала вид, что мне все равно. Но, то и дело, раздражение прорывалось наружу, ведь мне же написал, что не обижается! Тогда, какого рыхта теперь нужно строить оскорбленную невинность? Угу, невинный Рыжик – сенсация этой осени!

Но сегодня Демиру просто не повезло. Вся моя злость, накопившаяся за этого время, больше не помещалась в такой худенькой мне, а требовала выхода на волю и объекта для ее излияния. Как говорится, на ловца и зверь бежит! Поэтому дальнейшее столкновение, как нас называет Инкиния, двух самых невыносимых язв РАМИиЗ, произошло полностью по моей инициативе. Намеренно пихнув Мира плечом, не стала ждать ответной реакции, предчувствуя, что меня вновь проигнорируют, ядовито заметила:

– Сирин Рыжик не только подслеповат, но еще и забывчив. В следующий раз не забывайте, пожалуйста, свою лупу, раз уж людей в упор не видите! – где-то на задворках сознания, понимаю, что играю с огнем, но его пренебрежение довело меня до ручки. Надоело ждать обещанной расправы. Если у него есть претензии, пусть выскажет их здесь и сейчас!

Такое заявление Мира, бесспорно, из образа вывело. Да и приятель его уставился на меня удивленным глазом, просто за челкой второго не видно, поэтому и степень удивления в точности обозначить не могу. Вдруг, у него второй глазик мнение первого не разделяет, не спеша удивляться моим словам! Но долго изумляться, его рыжее высочество не стал, удивленно спросив:

– Воительница, ты, что, сегодня не с той ноги встала? Или так сильно соскучилась? Грозная сирина, ты же знаешь, двери моего сердца, как и моей спальни, всегда открыты для тебя, – насмешливо приподнятая бровь и нагловатая улыбочка меня лишь раззадорила!

– Не называй меня ТАК, – практически крик! Просто уже достал, этой его "Воительницей", честное слово!

Парень прищурил свои наглые зенки, склонил голову набок и провокационно вопросил:

– Как не называть, малыш? – и ведь, знает же как, зараза рыжая!

– И так тоже не называй! Прибереги эти приторные прозвища для своих подстилок! – это я уже не говорю и не кричу – шиплю, не хуже огнезмея, подойдя к нему впритык, позабыв, как деморализует меня его близость. Зря я так сделала. Вот, как есть, зря!

Тут же бессовестные руки (хотя какой владелец, такие и руки!) этого рыжего мерзавца, сомкнулись на моей талии. На доли секунды подумалось, что меня хотят задушить, просто с местом ошиблись. Но в следующее мгновение Рыжик резко дернул опешившую меня вниз, словно в танце, заставив прогнуться в его руках. И наклонился ко мне близко-близко, так близко, что глаза зажмурились сами, ослушавшись приказа, держать битву взглядов до конца! Затем еще и прошептал, практически, в губы (а те нет, чтобы тоже плотно сжаться, вдруг взяли и слегка приоткрылись, сдаваясь без боя. Организм, что-то я не поняла, ты на чьей стороне вообще?!):

– Лия, маленькая моя, ты, никак, ревнуешь?

Все, достал! Сила хлынула непроизвольно – заклинание Воздушного кулака сорвалось с моих губ на автомате. Так я поступала со своими обидчиками прежде, когда словесные аргументы заканчивались. Демирин успел закрыться, продолжая удерживать и меня заодно, при этом взирая насмешливо и злорадно. Да, поступок мой, мягко говоря, необдуманный! Ведь если бы его от меня отшвырнуло, мне бы тоже досталось, в такой позе – сто процентом, приземлилась бы спиной об пол! В итоге, из его принужденных объятий, вырвалась уже привычным способом, ударом по коленке. И разгневано выкрикнула то, что уже устала повторять (к сожалению, себе в первую очередь):

– Я не твоя, Рыжик! И никогда ей не буду!

Демир пропустил мои восклицания мимо ушей, лишь уточнив:

– Значит, то, что ревнуешь, уже не отрицаешь? Это, бесспорно, прогресс, Воительница, – затем подумав, добавил, – знаешь, теперь наши отношения можно переводить на новый уровень!

От этого заявления весь мой боевой запал потух, словно огонь враз лишился подпитывающего его воздуха! Только ошалело и смогла уточнить:

– Это на какой еще?

Рыжий интриган, заговорщицки мне подмигнул, но таки соизволил ответить:

– Думаю, нам пора заявить о себе публике, – затем, как будто мысленно для себя что-то решив, добавил, – да, определенно, пора! – и столько ожидания и нетерпения было в этих словах…

В общем, поплохело мне заранее!

– Ты о чем, Демирин? – уже спокойно, хотя нет, очень даже обеспокоенно, уточнила. Затем еще и напомнила, на то вдруг он с утра головой где-нибудь стукнулся и бредит? – Никаких нас нет… и быть не может.

Но, что ему мои доводы? Для этого "недонелюдя" существует только два мнения: свое и неправильное! Поэтому он закономерно меня не услышал:

– Ладно, Ли, удачного дня. Не волнуйся, оповещением общественности займусь сам.

Затем меня быстро чмокнули в щеку (от абсурдности происходящего даже смутиться забыла!), и пошли дальше по своим делам, возобновив прерванную мной беседу.

А я, выйдя из прострации, на подкашивающихся ногах побрела на следующую лекцию, предчувствуя, что вляпалась во что-то сомнительное, но пока не понимаю, во что!

К слову, до конца учебного дня мы с Эриниром помирились. Дуться на троллика, когда он несколько часов напролет корчит тебе умильные морды, просто невозможно!

А ночью я засыпала с тревожными ощущениями и долго ворочалась, пытаясь понять, что он имел в виду? Ну не объявит же он меня своей невестой, в конце концов?! Хотя от этого клоуна всего можно ожидать, назвал же он меня своей дамой сердца и корчит теперь из себя отверженного поклонника!

Так и не придумав, что меня ожидает завтра, все же провалилась в муторный сон, в котором наряженная в белое платье, улепетывала от рыжиковских поклонниц. Те же неслись за мной, словно стража за незадачливым вором, умудрившимся раздобыть кошелек не последнего человека в городе! Причем, лидировала в этой гонке, почему-то не блонди, а наша небезызвестная завхозша Франи. Бежать она умудрялась, держа в руках тот злополучный четырехуровневый бутерброд и подбадривала своих товарок, наверное, чем-то воодушевляющим, но чем, с ее набитым ртом, понять было невозможно!

Проснулась я после таких приключений в холодном поту, когда за окном только забрезжил рассвет, и без всяких ректорских будильников! Ини рядом еще вовсю умильно посапывала, подложив обе ладошки под щеку. Мне же уже было не до сна, ощущение грядущих неприятностей обострилось до предела!

Поэтому на пары я выходила из общежития, как на битву – собранная и настороженная. На все вопросы Ини: "Что происходит?", либо отмалчивалась, либо огрызалась: "Брат твой, происходит. Инка отстань!". Подруга пробовала надуться, но видя, что на поджатые губы я не реагирую, отказалась от этой идеи! Странности начались практически сразу после моего выхода на улицу. Весь проходящий мимо люд и нелюд мне подмигивал, тыкал пальцами, кивал как старой знакомой, улыбался, или словесно подбадривал на манер: "Воительница – не подведи!", "Грозная дева – вперед!". Находились правда и такие, причем не малая, если не большая доля, которые комментировали куда более негативно: "Слабачка", "Не видать тебе победы, пигалица!" и еще куча всего, что и озвучивать не хочется. Сказать, что я не понимала, что происходит, значит соврать. Нет, конечно, для полной ясности картины происходящего деталей мне не хватало. Но вот, в том, кто все это устроил, сомнений не было!

До аудитории добралась в рекордные сроки, подгоняемая то похвалой, то шпильками, не хуже, чем провинившаяся кошка – веником. Влетела в открытую дверь и от переизбытка чувств, так по ней шандарахнула, что казалось, это были последние минуты ее жизни. Но видно, я не первая и возможно не последняя истеричка, попадавшаяся на ее пути, потому как дверь, на всю мою изрядно увеличенною силу злобой, отреагировала лишь вялыми покачиваниями, словно не одобрительно поводя головой и бурча: "Ходят тут некоторые…"