Текст книги "Тёмные дни (СИ)"

Автор книги: Екатерина Михайлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 29 страниц)

Глава 12. Закатное пламя

Небо было почти совсем темно. Новая планета надвинулась на Нибелию быстро и неотвратимо. Аттрим ещё с неделю назад полностью скрылся за Ассаимом. Таурис ещё иногда выглядывал, но уже был не в состоянии опалить поверхность планеты, как когда-то. Короткие промежутки жары и света сменялись всё более продолжительными – тьмы и прохлады.

Иногда это было на руку, но иногда так же сильно мешало. Тормозило продвижение вперёд, а значит, приближение к цели. Это раздражало. Но это была не единственная причина для раздражения в эти дни.

– Ни черта не видно. Принеси лампу, – скомандовал Вандегрид.

Он склонился над столом, пытаясь что-то рассмотреть. В его палатке, кроме стола, раскладушки и нескольких походных кресел, была также печка – на всякий случай, собственная плита, чтобы вскипятить кофе, и даже несколько картин из дома правителя. Остальную коллекцию искусства вместе с драгоценностями и раритетной мебелью Вандегрид ещё полгода назад вывез на Бета-Глорию. Он купил там дом с небольшим островом несколько лет назад, просто на всякий случай.

Один из подчинённых вернулся, неся в руке длинную лампу на солнечных батареях. Он подвесил её над столом, за которым комфортно расположились несколько мужчин.

– Итак, где мы? – спросил Вандегрид, обращаясь к своему географу.

Щуплый мужчина в очках ткнул длинным пальцем в одну из карт. Это был спутниковый снимок масштабом 1:10000. Не самый детальный, но они были в пустыне, так что снимков более мелкого масштаба пока не требовалось.

Вандегрид заглянул в карту и нахмурился. Само по себе это ровным счётом ничего ему не говорило. Очередная точка среди бескрайнего ничего. Если бы не цепочка из таких же точек, обозначавшая на карте путь паломников. Он плеснул себе в хрустальный стакан сорокалетнего виски и опустился в кресло.

– Что скажешь? – на этот раз будущий правитель всей Нибелии обращался к своему верному псу.

– Чёрт бы его побрал! – прорычал тот и хотел плюнуть, но вовремя сообразил, что он в палатке своего Господина. – М**ак хочет извести нас. Он обманул нас, Господин.

Вандегрид ничего не ответил. Он рассматривал, как лучи света преломляются в гранях стакана. Лампа начала моргать, как больной в припадке. Из-за недостатка солнечного света батареи становилось всё труднее заряжать. Надолго их не хватало. Чего не скажешь про терпение Вандегрида. Он сощурился:

– Принесите новую.

Подручный снова вышел.

– Я так не думаю, – продолжил правитель. – Разве тем самым он не подвергает опасности и тех людей, что ведёт за собой? При любом раскладе они издохнут быстрее, чем мы. Их грузовик с провизией увяз в песках – когда – три дня назад? Умора. А вчера и у второго кончилось топливо. Такими темпами они помрут от голода и жажды быстрее, чем дойдут куда-либо. Нет, дело не в этом. Он слишком умён, чтобы пытаться переиграть нас сейчас. Он прекрасно понимает, что мы лучше обеспечены и не станет так рисковать.

– Он, может, и понимает, но кроме него есть другие. Откуда мы знаем, кто у них там принимает решения? Там вроде как с дюжину этих их князьков, – хмыкнул Рорис, один из полевых командиров Вандегрида. Неплохой стратег и опытный вояка. Только вот чересчур самоуверенный и оттого часто допускающий ошибки.

– Нет. Эти дикари тупы и прямолинейны. Если бы они замышляли против нас, то не стали бы придумывать хитростей, а просто напали. Я знаю, это именно он.

Лицо Вандегрида дрогнуло и на миг исказилось гримасой ярости. Словно фарфоровая маска дала трещину и сквозь неё проглянуло настоящее лицо. Правитель с силой сжал в руке стакан, так, что пальцы побелели. Мужчины у стола молчали, опустив глаза в пол. Они все хорошо знали, что когда господин в таком состоянии, под руку ему лучше не попадаться. Также лучше ничего не говорить, чтобы не ляпнуть глупость и не навлечь на себя гнев. Всё равно они не понимали, что происходит. Никто не понимал.

– Ублюдок, – тихо и зловеще проговорил Вандегрид, – чего ты добиваешься? В чём твой план?

В палатку вошёл парень с новой лампой в руках. Все взгляды – в большинстве раздражённые и хмурые – обратились к нему. Вандегрид уставился на вошедшего невидящим взором. Он явно видел перед собой кого-то другого. Подавшись вперёд, Вандегрид прошипел:

– Почему ты водишь их по кругу?!

***

– Привал, – скомандовал Корт.

Гадрим кивнул и пошёл назад. Он оповестит Кангов и всех, кого встретит по пути. Канги передадут своим приближённым, и так далее по цепочке. Остановить столь огромную процессию так же непросто, как и заставить двигаться.

Корт вскинул голову вверх. Таурис только что скрылся за глыбой Ассаима. Теперь его не будет видно несколько часов. Несколько часов почти полной тьмы.

– Знаешь, нам не обязательно останавливаться сейчас. Люди ещё не устали, да и разглядеть что-то по-прежнему можно, – заметил Уги.

Корт вздохнул:

– Так будет лучше. Пусть сейчас подкрепятся и восстановят силы. Будем идти остаток вечера и часть ночи.

– Как скажешь.

Уги отошёл в сторону и принялся командовать разбивкой временного лагеря.

Корт опустился на песок, так и не сняв с плеч рюкзака. Он вновь поднял глаза к небу и долго смотрел на тёмный диск, из-за края которого пробивался тусклый свет – жёлто-оранжевый, быстро темневший по мере того, как Таурис всё дальше скрывался за Ассаимом.

Ещё несколько месяцев назад это была лишь небольшая клякса на небосводе. И вот она распухла, раздулась до немыслимых размеров. Захватывая сантиметр за сантиметром, чернильное пятно Ассаима расползлось по всему небесному куполу. Поглотило свет Небесных Братьев, а вместе с ним – надежду на избавление.

Солнца Нибелии потеряли господство на планете. С каждым днём они сдавали свои позиции. И всем было ясно, что скоро на небесном престоле воцарится новый правитель. Тёмный и беспощадный. Холодный и безразличный к людским жизням. Милосердные Братья часто бывали коварны и жестоки, но они также даровали жизнь. Новый властелин Нибелии – только отнимал.

Корт смотрел на темнеющее небо так долго, что заболели глаза. Он прикрыл их на минуту, а когда открыл, рядом сидела девушка. Естественно, ему не надо было смотреть, чтобы понять, кто рядом с ним. Корт всегда знал, где она и даже зачастую, что делает.

Он не мог постоянно держать Юту при себе, хоть поначалу и пытался, – она была нужна людям. Поэтому довольно быстро все его обострённые чувства сами собой настроились на неё, как радар – на нужный сигнал. Корт чувствовал и слышал её гораздо острее, чем что-либо или кого-либо ранее. Это был новый уровень его странных способностей, хоть и работало это на одной Юте.

– Последнее время ты часто смотришь на небо.

Корт повернулся к ней. Юта тоже посмотрела вверх, но быстро опустила взгляд.

– Как дела у литрасцев? – спросил Корт. – Темраз больше не делает попыток устроить бунт?

Юта усмехнулась.

– Мне пришлось использовать всё своё красноречие и Утагиру, но я убедила его «играть со всеми». А что атлурги? Надмер больше не пытался прирезать Лурна?

– Пытался. Я был вынужден развести их по разным концам лагеря. Не думал, что расположение атлургов в походном строю может стать проблемой… Оказалось, их гаты враждуют с незапамятных времён. И при первой же возможности Канги воспользовались случаем свести счёты. Мне пришлось просить Салгаира замирить этих двоих, пока у нас не началась война прямо во время похода.

Юта внимательно и обеспокоенно рассматривала лицо Корта, сверкая своими удивительными изумрудными глазами. Мужчина заставил себя улыбнуться:

– Не бери в голову. Это всё… – Корт прервался, когда к ним подошёл Джар.

На Хранителе был серый хилт, истрепавшийся по нижнему краю. И хотя солнца не было, капюшон по привычке был глубоко надвинут на лицо, так что Корт едва мог различить его черты. Был ли он хмур, обеспокоен или устал? Скорее всего, всё вместе.

Джар сел по другую сторону от Корта. Они с Ютой незаметно переглянулись. Хранитель прокашлялся:

– Итак, как наши дела? По твоему мнению, мы приближаемся к цели?

Корт взглянул на Джара со странным выражением. Но быстро отвернулся и лишь пожал плечами.

– Ты думаешь, выбранное тобой направление верно? – спросила Юта у Корта, но отчего-то снова посмотрела на Джара.

Корт помедлил.

– Думаю, да. В любом случае, иных мыслей по поводу «Дитя в колыбели» у меня нет. Если это не отсылка к мифологии атлургов, то я не знаю, что. Один из героев древности по преданию был взращен стихиями – ветром, солнцем и песчаной бурей. Они нашли его в колыбели на востоке. А когда этот герой вырос, то «победил змеебога силой первого народа». Но разве первым народом на планете не были Дети Канора? И откуда у этого героя их сила, если он сам не являлся одним из них?

– «Посчитай: семь, восемь, девять —

Качает ветер дитя в колыбели», – пробомотала Юта. – Это кажется логичным. Но что насчёт других подсказок? У тебя есть идеи, куда нам двигаться дальше?

Корт искоса глянул на Юту и долго молчал. Так долго, что она решила: он снова отмолчится. Но Корт медленно ответил:

– Есть. Но пока я до конца не уверен.

– Почему ты не расскажешь нам? – Юта наклонилась к мужчине, пытаясь заглянуть в лицо, но Корт отвернулся, сделав вид, будто не заметил.

– Корт, куда мы идём? – прямо спросил Хранитель. – Почему ты держишь нас в неведении? Ничего не рассказываешь? Разве мы не на твоей стороне? Разве не доказали свою преданность?

Ругат снова бросил на Джара неопределённый взгляд. Он поднялся на ноги и повернулся в сторону скрывшегося за планетой Тауриса. Он хмурился, но по-прежнему молчал.

– Что ты скрываешь от нас? – переняла эстафету вопросов Юта. – Почему не поделишься своими переживаниями? Почему не расскажешь, если что-то не так? – Юта давила на Корта так, как умела только она. Своим нежным беспокойством заставляя его самого желать раскрыться ей.

– Почему, да почему, – вскипел Корт. Потом немного помолчал. – Да потому… – Он со злостью пнул песок под ногами, – что последнюю неделю мы ходим кругами.

Он шумно выдохнул и рухнул на песок, словно сдувшийся шарик.

Юта ошалело посмотрела на Джара, как бы ища в нём ответа на свои вопросы. Хранитель хмурился и двигал кустистыми бровями. Через нескольуо минут он осторожно спросил:

– Это потому, что ты не знаешь, куда нам идти дальше?

Корт снова вздохнул и запустил пальцы в песок. Теперь он сидел к Джару и Юте лицом, и девушка могла видеть его выражение. Несмотря не её опасения, Корт не выглядел отчаявшимся или бессильным. Скорее, раздражённым и нетерпеливым. Он поднял горсть песка и позволил ему ссыпаться сквозь пальцы. Затем снова посмотрел на небо.

– Мы ходим кругами, потому что я жду заката.

После этих слов Юту словно прошибло током. Как она раньше не догадалась?! Это же очевидно!

– «Кто считает: раз, два, три –

В закатном пламени гори», – снова процитировала девушка строки пророчества.

Джар по-прежнему смотрел непонимающе. Он переводил взгляд с Корта на Юту и обратно.

– На Нибелии нет закатов, потому что солнца никогда не заходят за горизонт, – поспешно начала объяснять Юта. – Но, согласно пророчеству, они оба исчезнут за Ассаимом. Что, если тогда мы увидим что-то вроде заката?

Юта вопросительно посмотрела на Корта, ожидая подтверждения своей догадки. Ругат удовлетворённо кивнул. Он был похож на учителя, довольного ответом любимой ученицы.

– Но мы не увидим его, пока Таурис полностью не скроется за Ассаимом. Думаю, планета должна ещё вырасти. И когда между ней и землёй останется лишь небольшая полоса неба, тогда лучи Тауриса преломятся, подобно лучам заходящего солнца. Тогда мы и увидим «закат».

Потрясённые, лиатрасцы молчали. Теперь Юта и Джар смотрели на тёмный диск Ассаима.

– Постойте… – вдруг встрепенулся Корт и подозрительно уставился на Юту и её Хранителя, – вы двое… Вы что, сговорились, чтобы заставить меня рассказать это? Специально припёрли меня сейчас к стенке?

– Знаете, у меня там дела с лиатрасцами… Ну, такие … важные. – Юта поспешно встала, избегая взгляда Корта. – Так что мне пора.

И жрица скрылась за ближайшим барханом так быстро, что пыль не успела осесть.

Джар тоже начал подниматься и открыл было рот.

– Ну уж нет. Ты так просто не отделаешься, – заявил Корт и принялся рыться в рюкзаке. Он выудил неопрятную стопку карт, которые в разное время начертил сам. А также кучу разных бумажек с написанными на них координатами и неразборчивыми пометками. – Мне давно надо навести в них порядок. – И ехидно улыбнувшись, добавил: – И ты мне сейчас в этом поможешь.

***

По правую руку от Корта стояли Юта и Джар. По левую – Уги, Дар и Гадрим. Они забрались на самый высокий бархан, какой смогли найти, чтобы увидеть ещё одну веху на пути конца планеты.

Юта ахнула и невольно схватилась за кулон, снова висевший на шее. Атлурги хмурились. Корт молчал.

Последние лучи заходящего за Ассаим Тауриса окрашивали пустыню в золотой, алый и киноварь. Песок под ногами будто горел. Всё вокруг стало розовым и бронзовым. Кусочек неба на востоке взрывался пурпуром и фуксией с нотками янтаря. Цвета остывающей заготовки на наковальне переходили в цвета догорающих углей. Конец Милосердных Братьев был прекрасен.

Агония света была величественным и одновременно устрашающим зрелищем. Многотысячная толпа атлургов и лиатрасцев застыла в изумлении и страхе. Многие атлурги взывали к богам, причитали. Некоторые плакали. Когда бессильный Таурис протянул тонкие пальцы последних лучей к людям, Корт неосознанно вытянул навстречу руку. Хотел ли он коснуться солнечного луча? попрощаться? Когда в один миг свет померк, Корт сжал протянутую руку в кулак.

Уги упал на колени. Плач, доносившийся из лагеря, усилился. Небо быстро темнело, теряя последние оттенки золота и пурпура. Пустыня погружалась во тьму.

– Поднимайте людей, – скомандовал Корт внезапно охрипшим голосом. – Идём на восток.

Сумерки сгущались с каждой минутой. Атлурги по одному спускались вниз, к людям, чтобы выполнить поручение Корта. Последним, скользя по песку, ушёл Джар.

Только Юта по-прежнему стояла рядом, вглядываясь в опускающуюся на мир тьму. Корт не двигался. Ему некуда было торопиться. У него было время до тех пор, пока атлурги поднимут караван. Словно заворожённый, он продолжал смотреть туда, где только что исчезла за планетой последняя звезда Нибелии. Конец мира приближался. Впереди ждали только мрак и смерть.

В окутавшей мир бурой мгле, Корт ощутил в руке тепло маленькой ладошки.

Глава 13. Последняя подсказка

Корт натянул полог под углом сорок пять градусов. Вырыл под ним углубление, а из вынутого песка соорудил подобие защитного вала. Таким образом, его стоянка оказалась спрятана от ветра.

Корт сел, скрестив ноги, вытащил из рюкзака полбанки консервированной кукурузы и сухарь. Это была его первая трапеза за день.

Еду ещё вчера принесла Юта. Она знала, что у Корта нет времени охотиться, чтобы добывать себе пропитание. Последние дни Юта часто тайком носила Корту еду из оставшихся запасов лиатрасцев. Сперва Корт возмущался и спорил. Но Юта быстро осадила его, сказав, что если Корт умрёт от голода в дороге, то и те несколько тысяч человек, что он ведёт за собой, не выживут. Корт проглотил свою гордость и стал брать у жрицы еду.

Пока Корт бездумно жевал, глядя в пространство перед собой, ветер беспрестанно бил и трепал полог. Песчинки шуршали о ткань с таким звуком, будто голодный зверь скрёбся, просился к человеку в дом.

Это началось после первого заката. Одним утром, когда люди были в пути, внезапно поднялся ветер. Сперва слабый, он креп с каждым днём. Поднимал в воздух столбы песка, бросал горсти людям в лицо, забивал одежду. Это осложняло движение, но останавливаться было нельзя. Корт велел каждому путнику соорудить повязки, закрывающие лицо, в особенности рот и нос. И они продолжили путь.

А ещё, когда поднялся ветер, Корт заметил далеко позади большой столб песка. Сперва он подумал, что это ураган. Но песчаное облако не приближалось и не отдалялось. Оно следовало за ними на одном расстоянии. Тогда Корт понял, что это Вандегрид с его людьми. Видимо, когда песчаная взвесь поднялась в воздух, следить за атлургами с помощью средств наблюдения стало невозможно. Тогда Вандегрид решил сократить расстояние между ними, чтобы не потерять из виду.

Корт ждал, что атлурги начнут задавать вопросы. Он не знал, что другие Канги говорили своим людям. Пока среди атлургов Утегата всё было тихо. В любом случае, теперь это была забота Гвирна. Пусть он объясняется с людьми.

Корт тщательно вытер ложку песком и убрал обратно в рюкзак. От скудной трапезы желудок противно ныл. Лучше было вообще не есть. Он аккуратно уложил в вырытую ложбинку часть хилта. Второй он укроется сверху.

Корт не спал уже много дней, – его мучила бессонница. От этого всё вокруг казалось зыбким и нереальным, словно во сне. Всё, о чём Корт мечтал – это просто провалиться в сон без сновидений и проспать хотя бы несколько часов.

Но стоило ему устроиться в импровизированной постели, как ругат услышал быстрые лёгкие шаги, приближающиеся к лагерю. Когда Дар засунул голову за полог, Корт уже сидел, растирая лицо, чтобы хоть немного прийти в себя.

– Что случилось?

– Корт, драка! – выпалил Дар. Он был сильно взбудоражен и ждал, что Корт последует за ним. – Скорее!

Корт ругнулся и быстро выскочил из-под навеса. Ругат бежал следом за Даром, на ходу пытаясь выяснить детали:

– Большая?

– Да!

– Кто с кем?

– Кажется, кто-то из лиатрасцев напал на атлургов.

Корт снова выругался и прибавил ходу.

Он увидел заваруху издалека: их было человек двадцать. Дрались ожесточённо: кулаками, ножами, камнями. Некоторые из дерущихся были в крови. Разъярённые крики сопровождались стонами боли и, кажется, плачем.

Вокруг собралась приличная толпа, но люди держались на расстоянии, не желая попасть в мясорубку. Последние метры Корт приближался шагом, пытаясь оценить ситуацию.

– Корт! – Ругат безошибочно распознал её голос сквозь рёв и крики дерущихся. Он протиснулся навстречу Юте и схватил её, прижимая к себе.

– Что ты здесь делаешь?! Тут опасно!

Юта словно не слышала его слов:

– Корт, это лиатрасцы. Какие-то головорезы из тех банд, что наводнили город перед Концом. Они напали на семью атлургов, кажется, из-за еды.

Корт взглядом нашёл Дара и подозвал к себе.

– Уведи её отсюда.

– Но, Корт!

– Живо! – прикрикнул ругат и направился в сторону свалки.

– У одного из них оружие! Пистолет! Корт! – кричала Юта вдогонку, но Дар практически силой волок её прочь.

Корт приблизился к дерущимся. Одеты все были одинаково и с первого взгляда отличить лиатрасцев от атлургов было сложно. Корт заметил в стороне лежащего неподвижно атлурга. Возле него, пытаясь отволочь в сторону, плакала женщина.

Корт вынул из-за пазухи пистолет и несколько раз выстрелил в воздух. Некоторые из дерущихся поотскакивали в стороны, но те, кто был в самой гуще, продолжали остервенело драться.

– Разнять их! – рявкнул Корт. После чего принялся сам растаскивать тех, кто был к нему ближе.

Увидев впереди ругата, атлурги кинулись ему помогать. Вскоре драку удалось растащить. Мужчины стояли злые, запыхавшиеся, в крови. Корт обвёл всех взглядом.

– Кто зачинщик? – отчётливо и холодно спросил он.

– Это они! – тут же указал кто-то из атлургов.

Он показывал на группу молодых парней. Они держались вместе и злобно осматривались по сторонам. В руках трёх из четырёх Корт заметил оружие: ножи и дубинку.

– В чём причина? Почему напали? – спросил ругат у парней.

Они упорно молчали, наконец осознав, что оказались в меньшинстве.

– Еду! Они пытались украсть еду! Муж защищался, и они его… – сквозь громкие всхлипы выговорила женщина. Окровавленными руками она прижимала к себе тело мужчины. Тот не двигался.

– Убит? – холодея, спросил Корт.

Женщина не ответила, погружённая в своё горе. К её мужу подошёл атлург из толпы. Он опустился на корточки и прощупал пульс на сонной артерии. Затем обернулся к Корту и кивнул.

Корт шагнул к бандитам. Они теснее сбились в кучу и ощерились ножами.

– Покажи руку, – скомандовал Корт.

Трое из четырёх держали оружие. Но последний всё время прятал руки.

– Отдай мне пистолет по-хорошему, – обратился Корт к бандиту.

Глаза парня метались из стороны в сторону. Он лихорадочно пытался сообразить, что делать. И наконец решил. Он вынул руку из-за спины и направил на Корта дуло пистолета.

– Это всё вы виноваты! Мы голодаем! Почему мы должны дохнуть с голоду, когда вы едите мясо каждый день! – парень был на взводе. Рука с пистолетом дрожала.

Корт выстрелил дважды. Первым выстрелом он прострелил руку бандита, чтобы тот ненароком не пальнул в кого-нибудь. Тот с воем выронил оружие. Вторая пуля вошла в сердце. Парень мешком рухнул на песок. Его дружки отпрыгнули от него, как от прокажённого. Один из них сообразил бросить нож на землю. Другие спешно последовали его примеру.

– Не стреляй! Это он всё затеял! Это он нас подбил, мы не хотели!

Корт опустил пистолет.

– Кровь за кровь. Долг уплачен. Вы можете выметаться из лагеря и идти на все четыре стороны.

Корт кивнул атлургам, готовым выполнить его приказ, и они поволокли ещё не понимающих, что их ожидает, головорезов прочь.

Корт распорядился закопать убитого атлурга на окраине стоянки. Когда все разошлись, ругат побрёл обратно. Он чувствовал себя очень уставшим. От голода подташнивало. Корт просто хотел укутаться в хилт и рухнуть без сознания.

Большую часть дня теперь было почти совсем темно, хотя закаты продолжались. Паломники могли наблюдать их по два раза в день. Всякий раз, как Таурис опускался к земле, небо взрывалось красками. Но с каждым днём закаты становились всё короче и тусклее.

Это было единственное время, когда Корт рисковал идти. Теперь паломники двигались только по несколько часов в день утром и вечером. Время, когда планета погрузится во мрак, приближалось.

Но самым худшим было то, что атлурги остались без припасов. Несколько недель назад у одного из грузовиков кончилось топливо. Пришлось его бросить. Корт тогда велел забирать воду. Взять ещё и провизию не представлялось возможным, и её оставили.

Еду добывали в пустыне по мере движения. Но после того, как начала подниматься буря, это становилось всё труднее. Охотники почти не могли стрелять. Оставалось ставить ловушки на ящериц и змей. Каждую добытую змею делили на несколько лурдов. Люди голодали.

У лиатрасцев ещё оставались остатки сухих паёв. Это их и спасало. Юта сама следила за распределением еды среди своего народа. Но с каждым днём паи приходилось урезать. Лиатрасцы, непривычные к лишениям, сильно страдали. Больше всего людей умирало среди них.

Корт давно перестал вести подсчёт потерям. Это было и невозможно, и бессмысленно. Люди будут умирать. И чем дальше – тем больше. Он понимал это. Единственный способ остановить это – найти Город Богов. Проблема была в том, что Корт уже использовал две подсказки из трёх. И он не мог разгадать последнюю.

***

Корт собирал свой нехитрый лагерь, наблюдая за тем, как край неба начинает светлеть. Ему снова не удалось уснуть. Приходила Юта. Наверное, хотела поговорить о сегодняшнем происшествии. Корт сделал вид, что спит, и девушка ушла. Ругат не чувствовал в себе сил объясняться с ней. Он сделал то, что сделал, потому что у него не было выбора.

Корт должен был пресекать любые попытки воровства и другие преступления максимально жёстко. Люди были истощены, напуганы и оттого озлоблены. Корт не мог позволить в стане паломников беспорядки. Это могло привести к войне всех против всех и быстро окончить их поход. В такое тяжёлое время всё приходилось решать здесь и сейчас, без судов и «утегатолов». У Корта не было права на жалость и эмоции. Он должен был судить трезвой головой и делать это максимально быстро и сурово.

Корт почувствовал приближение большого числа людей и напрягся. Это не могло предвещать ничего хорошего. Впрочем, теперь ничто не предвещало ничего хорошего.

– Корт, – Впереди небольшой толпы стоял Уги. Корту хватило беглого взгляда на друга, чтобы оценить его состояние: плечи напряжены, брови нахмурены, длинные пальцы нервно перебирают складки одежды.

Корт принялся вытаскивать из песка подпорки для навеса, под которым спал.

– Вы хотите знать, что это за песчаное облако в полутаре от нас?

Уги шагнул ближе и понизил голос:

– Люди говорят… разное. Они начали собираться вместе и требовать ответов. Гвирн… эта паскуда куда-то подевалась. Я не знал, что делать.

Корт обернулся:

– Всё в порядке. Я поговорю с ними.

Корт поднялся на ближайший бархан, чтобы видеть как можно больше людей. Толпа быстро увеличивалась. Когда атлурги увидели ругата, волнение усилилось. Вопросы сыпались со всех сторон. От усталости мысли с трудом ворочались в черепной коробке. Корт старался тщательно подбирать слова, хоть никогда не был в этом мастером.

– Песчаное облако, которое вы видите в стороне – это… Нас преследуют. От самого Лиатраса.

Атлурги зашумели сильнее. Они в недоумении переглядывались, вытягивали шеи назад, пытаясь получше рассмотреть песчаный вихрь на горизонте.

– В Лиатрасе у нас есть враги, – продолжал Корт. – Они узнали о приближении Конца задолго до нас. Они обладают властью и знаниями. Многие века они охотились за жрицами Амальрис и истребляли их. Им нужен был кулон, открывающий врата Канора. Когда я выводил из Лиатраса людей, они выследили нас. И с тех пор идут по нашему следу.

Корт ненавидел лгать, но другого выхода не было. Он должен был выгородить себя, а иначе голодные и озлобленные атлурги могли убить его прямо на месте. И уже потом вспомнить о том, что без него не смогут найти Город Богов.

– Что им нужно?

– Почему они не нападают? – выкрикивали из толпы.

– Они хотят следовать за нами до самого Города Богов, чтобы затем напасть и самим занять его.

Это было ложью лишь отчасти. К тому же Корт не мог быть уверен в том, что Вандегрид выполнит уговор. Он и правда мог попытаться напасть в неожиданный момент, чтобы просто перебить атлургов.

– Атакуем их первыми! – выкрикивали из разных концов толпы.

– Мы не можем. Сейчас у них большое преимущество перед нами, – устало повторял ругат, кажется, уже в сотый раз. – Они сыты и сильны. Сейчас они с лёгкостью разобьют нас.

– Вот именно. Надо было нападать раньше! Почему мы узнаём об этом только сейчас?! – гневно выкрикнул один из атлургов.

– Правильно! Такое дело должно решаться на Утегатоле! Мы требуем слова!

– Мы не можем собирать Утегатол сейчас. У нас нет времени, нет сил. Нет… ничего нет.

Силы покидали Корта с каждой секундой. Гнев и негодование атлургов обрушились на него с неожиданной свирепостью. Корт просто не мог сопротивляться. От усталости и истощения его защитные барьеры были подорваны. В голове гудело, руки начали мелко трястись. Крики и злоба атлургов били наотмашь. Корт готов был упасть под этим натиском.

– Почему это ты решаешь! Весь народ должен решать!

– И вообще это твоя вина! Если бы ты не возился с этими белокожими, если бы не ходил в Город-за-Стеной, то они не увязались бы за нами!

– Именно! И теперь всему народу не пришлось бы улаживать твои проблемы!

– Вы не можете обвинять в этом Корта, – попытался вмешаться Уги. – Он ходил в Город-за-Стеной, чтобы добыть ценные сведения! Без этого мы вообще ничего не знали бы о спасении и погибали бы сейчас в своих лурдах!

– Хорошо спасение! Пока я вижу только погибель! Лучше бы оставались в своих домах! Хоть умирали бы, как люди!

Атлурги разъярялись всё сильнее. Им было не важно, виноват ли Корт в чём-то на самом деле, или нет. Они нашли мишень для своей злости и раздражения. Им нужен был кто-то, на ком они могли выместить скопившийся гнев. Атлурги жаждали расправы.

У Корта в голове мутилось. Он перестал понимать, что ему кричат. Только видел перед глазами искажённые злобой лица, брызжущие слюной рты, сжимающиеся кулаки. Всё повторялось. Снова и снова. День его изгнания из Лиатраса.

Всё вокруг начало кружиться. Корт хотел спуститься вниз и просто убежать, но боялся, что упадёт. И тогда голодная толпа набросится на него, как стая геен. Корт из последних сил боролся со слабостью, готовый упасть на колени. Вдруг гневные голоса стихли. Сквозь них прорезался другой голос, звонкий и властный.

Корт постарался сосредоточиться, чтобы расслышать слова.

– Извини за это, – вдруг раздалось у самого уха. – Мне пришлось улаживать дела с другими Кангами.

Это был Гвирн. Он взобрался на бархан возле Корта и скептически рассматривал его.

– Я… они… – промямлил Корт, щурясь. Перед глазами всё плыло.

Гвирн ждал, пока Корт закончит фразу. Но, поняв, что ругат больше ничего из себя не выдавит, зло отвернулся. Канг встал лицом к толпе.

– Что за чертовщина тут творится?! Вы выжили из остатков ума?! – прошипел правитель, и среди атлургов стало тихо, как в глухой пещере.

– Вы хоть понимаете, на кого напали?! Этот человек – Ругат! И он единственный, кто может спасти ваши жизни! Всё, что Корт делал и делает, было необходимо для спасения народа. Наш враг там, – Гвирн вытянул руку, указывая в сторону песчаного облака, – а не здесь. Поэтому вы успокоитесь и выкажете Корту должное уважение, как Ругату и единственному проводнику в нашем Паломничестве.

Больше того, – сквозь зубы, сдерживая эмоции, продолжал давить из себя Гвирн, – Корт не просто продолжит вести нас в Город Богов. Он возглавит нас в сражении с врагом из Города-за-Стеной.

Атлурги снова зушумели. Волна движения прошла по толпе, будто дуновение ветра. И словно песчинки, сорванные с верхушки бархана его порывом, несколько человек выступило вперёд.

– С какой стати! Мы не встанем под его командование!

– Это он навлёк на нас эту беду! Пусть он ведёт нас, если другого выхода нет, но после мы сами справимся с нашими врагами!

– Глупцы! – вскричал Гвирн. Его красивое лицо перекосило от злости.

Корт понимал, что напряжение и тяготы пути сказываются на всех, в том числе и на Канге Утегата. Но ни за что в жизни он не мог представить, что Гвирн позволит эмоциям взять над собой верх. Он наблюдал за молодым правителем с удивлением, граничащим с шоком.

Внезапно Гвирн сбежал вниз, в толпу. Люди опешили и слегка расступились перед Кангом.

– Кем вы себя возомнили? Может, богами сражений или великими героями?! Всемогущими и всесильными? – вскричал Гвирн. Но затем чуть успокоился. – Послушайте. Мы голодны, истощены, обессилены. Мы несём потери и без всяких сражений. А этот враг, – Гвирн указывал рукой в сторону, – сыт, силён и очень опасен. Никто из нас никогда не сталкивался ни с чем подобным. А вот Корт – сталкивался. Он один знает, чего ожидать, как с ними сражаться и как победить.

– И что же в них такого страшного, чего мы не видели раньше? – выкрикнули из задних рядов.