Текст книги "Салейские хроники (СИ)"

Автор книги: Екатерина Гичко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 32 страниц)

Парни резко остановились, затаившись за углом. Но сидевший в беседке, видимо, всё же услышал их шаги и вскинул голову. Свет фонаря озарил торчащие в разные стороны вихры и тонкую шею.

– Наблюдаем? – предложил Орлид. – Доказательств у нас пока нет.

– Мы не сыскари, – расплылся в хищной улыбке Мадиш. – Вяжем и досматриваем. Если что, извинимся и скажем, что спутали с очень опасным преступником: лесть смягчает гнев.

Орлид кивнул. Азарт горячил кровь, и хотелось немного утереть нос Майяри, показать, что и он не лыком шит и кое-чего стоит.

Они уже хотели осторожно выскользнуть из-за угла, как за спинами раздался недовольный голос мастера Илиша.

– Эй, бездельники! Вы что здесь делаете?

Сидящий в беседе вздрогнул так же сильно, как и Мадиш с Орлидом. А затем вдруг перемахнул через перила и припустил в темноту в сторону общежитий.

– Мастер, вы его спугнули! – в сердцах бросил Мадиш и бросился за беглецом.

Что ж, душа у того явно была нечиста, раз сорвался!

– Это опасный преступник! – крикнул Орлид мастеру, чтобы тот точно препятствий не чинил, и рванул вслед за собратом по несчастью.

Невысокий и щуплый беглец чесал очень быстро, страх явно давал ему силы и скорость. Оглянувшись и сообразив, что его нагоняют, он вдруг наскочил на стену общежития для мастеров и сноровисто полез наверх, ловко цепляясь за карнизы, балконные ограждения и выступы. Выругавшийся Мадиш бросился за ним, но подоспевший чуть позже Орлид быстро обогнал лиса, всё же как птица он более сноровисто лазил по стенам.

– Стой! Не уйдёшь! – криком нагонял страх Мадиш и заодно будил всех на расстоянии версты.

Когда он вполз на черепичную крышу, Орлид уже нёсся по кровле вслед за беглецом на фоне яркого, ужасно романтичного звёздного неба. Чуть в стороне волчий месяц пересёк чей-то крылатый силуэт, и Мадиш с ужасом уставился кого-то двухголового.

– Мастер, нет! – завопил он и что есть сил припустил за Орлидом. – Орлид! Орлид!!! Мастер летит!! Прыгай с крыши!! Прыгай!!!

Орлид, бегущий на фоне луны, смешно подпрыгнул, увидел химеру и рванул по крыше огромными скачками, надеясь успеть и перехватить «опасного преступника» раньше, чем в него вцепится вредный преподаватель.

Не успел.

Злобно вереща, химера налетела на беглеца, и тот, уклоняясь от когтей, бросился на живот. И на нём поехал вниз, к краю крыши. Орлид прыгнул за ним и на пятках поскользил по гремящей черепице за преступником. Скакнув вперёд, он в самый последний момент успел схватить скатившегося с края крыши беглеца за ногу и чуть было не слетел вместе с ним. Но вздорная химера мастера всё же иногда бывала адекватной. Сцапав ученика когтями, она поднялась вверх и зашвырнула его вместе с верещащим преступником повыше.

Как только когти разжались, Орлид с рычанием потянул беглеца на себя, но тот уцепился за конёк и был готов оставить там руки, лишь бы не скатиться вновь вниз.

– А ну иди сюда! – подоспевший Мадиш схватил предполагаемого преступника за шиворот и, выбив дверцу, затащил сопротивляющегося парня под крышу вентиляционного короба.

Тот сопротивлялся так отчаянно, что всё же смог вырваться, оставив в ладони лиса меховушку с воротника, но уже на выходе из короба его перехватил Орлид. Завернув парню руку за спину, тот заставил его упасть на колени и уткнуться лицом в черепицу, а затем ещё и наступил коленом на поясницу. Где-то над головой разъярённо завопила химера, внизу зазвучали встревоженные и недовольные голоса.

– Сюда его, пока мастер не вернулся! – Мадиш помог затащить сопротивляющегося парня, и вдвоём они оттеснили его к дальней стене короба.

Вспыхнул светляк, и огонь осветил перепуганное веснушчатое лицо совсем молоденького парнишки. Щуплого, невысокого, с торчащими в разные стороны вихрами.

– Эй, а я тебя знаю! – изумлённо выдохнул Мадиш. – Ты со второго года боевиков. Воробей из вороньего гнезда!

Сказав в общем-то обидное прозвище, Мадиш не хотел зацепить паренька, просто вспомнил, как того звали гогочущие одноклассники. Но парень тут же насупился, зло закусил губы и, выставив вперёд голову, словно на ней рога росли, бросился на него. Лис охнул. Мальчишка хоть и мелкий, но злой и вёрткий. Кое-как скрутив его, он содрал с его спины мешок и перебросил Орлиду. Тот тут же вытащил содержимое и ликующе присвистнул.

Светляк многочисленными огоньками заиграл в драгоценном убранстве книги, и особенно жуткий огонёк почему-то вспыхнул в самом крупном камне, наверное, том самом розовом сапфире.

– Так эту книгу ты обещал Илене Рывый? – Мадиш насмешливо посмотрел на паренька, и злость на лице Воробья сменилась испугом.

– Нет-нет! – он попытался вывернуться из хватки. – Она здесь совсем ни при чём!

– Да как же! – продолжал давить Мадиш, сообразив, что нашёл способ вытянуть правду. – Мы слышали, как она своей подружке говорила, что не имеет никакого отношения к ограблению. Но, раз знает о нём, значит, имеет.

– Не имеет! Ничего вы не знаете! – упирался Воробей.

– Ну так расскажи нам, зачем ты украл дорогущую книгу из запретной секции? Хотел продать? Выменять на что-то у Рывыев их семейную реликвию? Или Илена тебе что-то рассказала, и ты соблазнился богатством?

– Всё не так! – в голосе паренька зазвучали злые слёзы. – Пусти меня! Я всё расскажу. Всё равно… – голос его надломился, – всё равно всё пропало.

Мадиш отпустил его, но присел рядом, а Орлид закрыл собой выход из короба, больше опасаясь, что сюда полезет химера. Хотя ту вряд ли остановит спина ученика.

– Я… просто хотел добиться благосклонности Илены, – даже в полумраке было видно, как вспыхнули щёки парня.

– Илены? – повторил Мадиш.

Ну… если это правда, смелость у мальчишки определённо есть. Подойти к такой красавице и гордячке, когда тебя самого шпыняют одноклассники…

– Я подумал… Чего я теряю? Не подойду, всю жизнь буду жалеть. Лучше уж сразу… отмучиться, – Воробей стыдливо посмотрел на Мадиша и Орлида. Особенно унизительно рассказывать такие подробности парням, которые пользуются успехом у девушек. – Она меня выслушала и фыркнула. Сказала, что много таких видела, кто на красоту падок. Сами на лицо смотрят, а говорить смеют лишь о возвышенных чувствах, о которых и понимания никакого не имеют. А я правда, на самом деле люблю её! – в голосе парнишки зазвучало отчаяние. – На самом деле нравится. Говорят, она высокомерная, но… но она нравится мне именно такой. Я… – тут он смутился и решил, видимо, всё же опустить некоторые подробности своего признания. – Она сказала, что раньше мужчины знали, как показать женщине искренность. Ритуал был такой, «Полное доверие». Он… – тут парнишка смутился, – из интимных.

– Серьёзно? Она так и сказала? – не очень поверил Мадиш.

Воробей робко кивнул, но поспешил защитить свою избранницу:

– Раньше ничего порочного в такой близости не было! Чести женщины ничего не угрожало, это испытание для мужчины!

– И ты поверил? – Орлид жалостливо на него посмотрел. – Скорее она хотела, чтобы ты украл книгу, из-за этого, – и показал на сапфир.

– Я уверен, что она мне не врала! В её голосе было искреннее негодование, – упёрся мальчишка. – Зачем ей эти жалкие камни? Если бы ей были нужны камни, я бы принёс ей всё, что она пожелает. Я… не очень богат. Но и не беден! И умею работать. Я бы достал для неё всё, что она захочет честным трудом. А это… – он смущённо посмотрел на книгу. – Мы бы просто посмотрели то, что нужно, и я бы вернул её на место.

– И ты предлагаешь нам поверить в это? – Мадиш насмешливо приподнял брови.

– М-да, – Орлид покачал головой и раскрыл книгу.

И снисходительная улыбка медленно стекла с его лица, уступая место полному обалдеванию. Орлид перелистнул ещё пару страниц и медленно поднял голову.

– Ты открывал её? – напряжённо спросил он Воробья.

– Что? Нет! – парнишка сердито насупился. – Я хотел, чтобы мы вместе с Иленой сели, посмотрели ритуал, а затем я прямо под луной доказал бы ей, что совершенно честен и серьёзен.

Мадиш на корточках подобрался к собрату по несчастью и заглянул в книгу.

И вытаращил глаза.

– Боги… – губы его искривились. Он опасливо пролистнул страницу и очумело посмотрел на Орлида. – Парень, – на Воробья он взглянул с откровенным сочувствием, – как там ваш ритуал назывался?

– «Полное доверие», – реакция парней насторожила Воробья, и он опасливо подобрался.

– Так… – Мадиш принялся лихорадочно листать. – Тёмные, да как так… можно… с мужчиной… Слушай, тут оглавления нет? У меня дрожь в коленках от этих картинок. А вот она! Не перелистывай, хватит этого ужаса!!!

Орлид и Мадиш замерли, рассматривая иллюстрацию, а затем одновременно посмотрели на Воробья.

– Тебе лучше посмотреть, – сказал лис.

– Нет, я хотел…

– Слушай, книгу мы всё равно заберём, – вкрадчиво заговорил Орлид, – и вместе с Иленой ты её не посмотришь. Взгляни сейчас, чтобы понимать, с какой девицей связаться хотел.

– Да вы…

Мадиш молча развернул книгу и сунул её под нос Воробью. Тот бросил на страницы взгляд и уже не смог оторвать его. Даже моргать перестал, побелел так, что и в полумраке стало заметно, и невольно отстранился, вжимаясь в стену. Лис захлопнул книгу, а парень продолжил, не мигая, смотреть на её сияющую обложку.

– Не, ну я слышал о таком, – даже Мадиш был смущён. – Госпожа и… ну… и! – он многозначительно поднял брови.

– Что-то я теперь действительно сомневаюсь, что госпожа… – Орлид смущённо кашлянул и решил опустить обращение. – Что Илена действительно хотела, чтобы книгу украли. Скорее просто решила отмахнуться от ухажёра и не думала, что он найдёт смелость залезть в закрытый фонд.

– Но выходит, что она обо всём этом знает! – Мадиш возмущённо постучал по обложке. – Слушай, а если она действительно собиралась заманить тебя в свои сети? – он с ужасом посмотрел на перепуганного Воробья. – Какой страшной участи ты избежал! Я себя прям посланником благих богов чувствую!

Они опять уставились на книгу.

– Может, сжечь? – предложил Орлид.

Никто из присутствующих не хотел сохранять эти знания.

– Скажем, что мастер Илиш случайно в огонь скинул, только драгоценный оклад и получилось спасти, – развил мысль Мадиш. – Её ж главная ценность в металле и камнях! И…

Он осёкся, услышав шорох.

– Так…

– Боги, мастер! – Орлид, за спиной которого появился голый мастер Илиш, схватился за сердце. – Я так умру скоро!

Мастер осмотрел их всех и презрительно приподнял бровь.

– Опасный преступник? – спросил он, глядя на Воробья. Потом увидел книгу и кое-что понял: – А-а-а-а, так это по делу библиотеки? Ну-ка…

Он требовательно протянул руку, и Мадиш, не мешкая, протянул книгу и распахнул глаза пошире, чтобы не пропустить ни единой эмоции на лице учителя.

Мастер владел собой куда лучше. У него только мышцы закаменели, и он с очень сложным, нечитаемым выражением взглянул на растерянного Воробья.

– Мастер, его обманула коварная хищница! – горячо вступился за парня Мадиш. Мужская солидарность не позволяла оставить другого мужчину в такой щекотливой ситуации.

– Я… не знал… – едва смог выдавить парнишка.

Мастер пролистал книгу почти до конца, затем опять посмотрел на парней и тихо произнёс:

– Скажем, что я случайно уронил книгу в огонь. Только оклад и удалось спасти, ясно?

– Конечно! – горячо поддержал учителя Мадиш.

Хотя его немного и ужаснуло, как одинаково они с учителем мыслят.

– Вас троих я накажу, чтобы не было никаких подозрений. Надеюсь, мы хорошо поняли друг друга?

– Мастер, – Мадиш был прям растроган, – конечно, мы поняли. Мы же мужчины!

– Сейчас сжигаем эту дрянь, а затем вы мне подробно рассказываете, кого тут обманули, и мы решаем, как это поднести хранителю библиотеки, – на пальцах мастера заплясал огонь.

***

Главный хранитель, конечно, стенал, что библиотека понесла невосполнимую утрату и что ловившим, но упустившим преступника молокососам стоило быть осторожнее. А уж такой опытный мастер, как господин Илиш, мог быть и аккуратнее. Но, после того как мастер поинтересовался, что такого было в погибшей книге, смялся и с сухой благодарностью принял драгоценные останки.

Воробей, которого звали Лѐсием, совсем пал духом. Мадиш его искренне жалел. Мало того, что сердце разбито, так ещё и по глупости в такую историю вляпался.

– Ладно тебе, не вешай нос, – похлопал он парня по плечу. – Если бы не ты, неизвестно ещё, сколько бы эта книжонка просуществовала. Сгорела – туда и дорога! Содержание у неё откровенно гаденькое.

– Просто мы не ценители, – Орлид был настроен куда благодушнее. Расследование успешно завершено, и Майяри, в отличие от хранителя библиотеки, можно сказать правду. Блеснуть, мол, и мы не бесполезны.

– И про Илену забудь. Хорошая девушка так насмехаться бы не стала, – тут Мадиш праведно негодовал. – Парень к ней с самыми искренними чувствами! Не понравился, так просто вежливо отвадь. Так нет, надо со всякой дрянью шутить, пользуясь чужой наивностью и чистотой!

– А она по характеру как раз такая… госпожа, – Орлид игриво улыбнулся.

– Прекрати, – рассердился на него Мадиш. – Вообще меня злит, что она эту кашу заварила и совершенно сухой выходит. Надо ей как-то намекнуть, что её грязные секретики теперь известны.

– Не нужно, – робко воспротивился Лесий.

– Нет надо! – Мадиш твёрдо посмотрел на него. – А если она в самом деле такая? Нужно дать понять, что ты ей точно не по зубам!

***

Первое, на что обратила внимание Илена, когда вошла в комнату, – открытое окно.

– Ты не закрыла? – удивилась Аниэ̀на.

Илена замерла на месте и подозрительно осмотрелась. Окно она точно закрывала. А мерзлячка Аниэна вообще в это время года окна не открывает. Она тщательно осмотрела украшенную милыми подушечками кровать подруги, бросила взгляд под стол, внимательно осмотрела шкаф и только после этого взглянула на свою строгую постель. И сразу увидела лист бумаги и приметила, что покрывало лежит несколько неровно.

Незаметно для подруги спустила заклинание, подождала и поняла, что никто в их отсутствие чары не наводил. И уже спокойно подошла к постели и подняла лист.

– Что это? – тут же встрепенулась тревожная Аниэна.

«Моя милостивая госпожа»

Первая строка была нещадно, но всё же не очень тщательно зачёркнута.

«Дорогая Илена.

Обращаясь к вам с самым искренним и честным признанием, я был готов к насмешке и унизительному отказу. Когда вы не ответили ни тем, ни другим и только сами возмутились, что не чувствуете искренности в моих словах, я не заподозрил вас во лжи. Я в самом деле был готов ради вас пройти…»

Дальше зачёркнуто начерно.

«…тот ритуал. Я хотел показать, как серьёзен к вам. И не ожидал, что вас совершенно не интересует моя честность.

Милосерднее было бы сразу отказать мне, чем так жестоко и унизительно насмехаться.

Мне не хочется знать, откуда вы прослышали о «таком», но, надеюсь, что впредь вы не будете насмехаться над чужими чувствами столь жестоко. Я понимаю, что вы хотели унизить меня, но кто-то другой может посчитать, что такие грязные мысли действительно витают в ваших помыслах, и ваша добродетель будет нарушена в чужих глазах.

Оставляю вам прощальный дар.

Надеюсь, никому больше не доведётся понять, что он значит.

Лесий А̀рвый»

Что? Это он посмел забраться к ним в комнату?

Илена вспомнила тощего паренька с восторженно распахнутыми глазами и торчащими во все стороны волосами и разозлённо поджала губы. О чём вообще этот жалкий щебечет?

Она рывком отдернула покрывало и замерла.

На одеяле лежали плетка и конская сбруя.

Грудь захлестнула горячая волна волнения. Губы сами растянулись в хищной улыбке, и Илена вновь посмотрела на письмо. И перечитала его уже с другими чувствами. Образ Лесия вдруг осветился золотом в её воспоминаниях.

Надо же, а он милый и трогательный…

– Что тут? – Аниэна взглянула на её постель и удивленно приподняла брови.

– Подарок, – почти промурлыкала Илена, – от поклонника.

Аниэна с изумлением на неё посмотрела. Она никогда не видела, чтобы подруга благосклонно реагировала на мужское внимание.

– Миленький, – пропела Илена, золотистые глаза засияли. – Ты обратила внимание, какой он хорошенький? Такой встрепанный, большеглазый. Славненький…

– Правда? – ещё больше удивилась подруга. – Тебе же он не понравился.

– Он дерзкий, – Илена прищурила глаза как кошка, готовящаяся схватить мышь. – Играть со мной вздумал, птенчик. Хорошенький какой…

***

– Не переживай, – Мадиш тащил встревоженного Лесия прочь от женского общежития. – Знаю я таких барышень. Они на самом деле ничего такого не хотят, просто упиваются тем, какие у них исключительные вкусы. А как только появляется риск, что кто-то раскроет их… ха!.. увлечения, сразу сдуваются и становятся такими противно-праведными. Так что не переживай, она теперь в твою сторону и смотреть побоится.

– Думаешь? – печально спросил Лесий. Разбитое сердце всё ещё ныло.

– Уверен. Но письмо надо было всё-таки мне писать. Я бы был с ней порезче.

– Нет-нет, не надо, – вскинулся Лесий. – Всё же я сам, по своему почину полез.

– Так дело и не в этом! Нельзя так играть чужими чувствами. Это даже я понимаю. Ладно, пошли, – Мадиш потянул его к общежитию лекарей. – Сейчас выпьешь настоечку и все твои сердечные раны заживут. И всё у тебя будешь хорошо.

***

Денёк выдался прекрасным. Ярким, солнечным и приятно-тёплым. А вот настроение у Орлида и Мадиша было не очень.

Майяри их ночными розыскными работами не впечатлилась. Она вообще прилетела в школу на драконе только после полудня и была страшно зла. Они с господином Идраем всю ночь гоняли по городу какого-то маньяка – парни завистливо вздохнули – и в итоге случайно его утопили. И виновата в гибели преступника в кои-то веки была не Майяри. Господин Идрай, когда они бежали по набережной, оторвал один из ограждающих столбов вместе с куском цепи и швырнул в убегающего оборотня. Того откинуло с набережной в реку, цепь захлестнула горло, а каменный столб потянул на дно. С водой Майяри сладить не сумела, и оставшуюся часть ночи они с господином Идраем орали друг на друга над утопленником.

– Концы в воду! – со злой насмешкой рычала Майяри.

Рассказ парней её повеселил, но они-то надеялись, что она впечатлится.

– Её-то харен сразу к серьёзным делам припахал, – завистливо протянул Мадиш. – Как только притащил в сыск.

– Так она же сама была частью серьёзного дела, – припомнил Орлид. – Харен просто её с собой таскал. За такой проблемой ещё уследи…

– Она эти «серьёзные» дела частью сама создавала! – Мадиш уже горячился.

Он хотел в запале сказать что-то ещё, но Орлид пихнул его в бок и кивнул в сторону поля. Они с некоторыми другими «везунчиками» дожидались на полигоне мастера Резвера, чтобы поступить в полное его распоряжение и отбыть полученное ночью «наказание». А на другой стороне толпились ученики боевого отделения. Парни сразу выцепили взглядами лохматого и серо-бледного Лесия. Настоечка всё же не пошла ему на пользу, и Воробей не отвечал даже на привычные, но всё равна обидные подначивания одноклассников.

Орлид и Мадиш одинаково нехорошо прищурились. После пережитого ночью, да ещё и знакомства со столь сомнительным знанием, они определённо чувствовали к Лесию дружеское расположение. И уже сделали шаг вперёд, чтобы пообщаться с новообретённым другом и потрепать зазнавшееся «вороньё», как на полигоне появилось новое лицо.

Точнее, два новых лица.

Мученически бледный Лесий вскинулся, удивлённо распахнул глаза и из просто бледного стал белым. Орлид заинтригованно вскинул брови, Мадиш напряжённо ссутулил плечи. Собравшиеся оборотни было весело загомонили, приветствуя девушек, но быстро затихли, рассмотрев, кто именно пришёл.

Первой уверенно и решительно шла гордая и прекрасная Илена. Она холодным, неприязненным взором осматривала собравшихся и чуть ли не презрительно кривила губы. Но стоило ей наконец увидеть белого как снег Лесия, как губы её изогнулись в предвкушающей улыбке, а за драгоценным блеском глаз загорелся живой огонь. За ней семенила подруга. Когда Илена направилась к Воробью, Аниэна остановилась поодаль и замерла в ожидании, нервно комкая в руках платочек.

– Чего это ей понадобилось? – Мадиш подозрительно подобрался.

– Не лезь, – осадил его Орлид.

Одноклассники Лесия сперва насмешливо зашумели, но стоило Илене бросить на них один-единственный промораживающий взгляд, и воцарилась идеальная тишина, будто мастер Резвер пришёл. Но к Лесию она повернулась с прежней улыбкой и подступила так близко, что…

– Это неприлично! – возмутился Мадиш, которого такие мелочи никогда не волновали. Сейчас же Орлиду пришлось его придержать, чтобы он не бросился разбираться с нахалкой.

– Что ты делаешь? – зашипел Орлид на товарища. – Хочешь Лесия ославить как слабака на глазах его класса? Пусть сам разбирается.

Оторопевший Воробей невольно отшатнулся от девушки, но та бесстыже прихватила его двумя пальцами за поясной ремень и резко дёрнула на себя. Под потрясённые вздохи парень упал на грудь девушки и более шевелиться не смел. Только смотрел на её улыбающееся лицо почти не моргая. Как заворожённый взглядом змеи мышонок. Илена нагло приобняла его за талию, словно имела на это какое-то право, и тихо-тихо заговорила со своей жертвой. Щёки Лесия вспыхнули, рот изумлённо приоткрылся. Илена на миг перестала говорить и скользнула взглядом по его приоткрытым губам. Облизнулась. Немного сильнее сжала пальцы на спине парня и, склонившись, зашептала что-то, почти прижимаясь к уху Лесия.

– Она его компрометирует! – возмущался Мадиш. – Нет, ты смотри, смотри, куда руки тянет!

Ладони Илены действительно поползли вниз, но замерли на поясе Лесия. Заботливо поправили выбившуюся рубашку и огладили бока парня. Стоящая в стороне Аниэна смотрела на действия подруги с отчаянием и нервно озиралась. Увы, чужих взглядов было хоть отбавляй.

Отстранившись, Илена прихватила подбородок Лесия длинными изящными пальцами и заставила его вскинуть голову. Что-то спросила и выжидающе приподняла брови. На горле Воробья судорожно дёрнулся кадык, парень облизнул пересохшие губы и что-то просипел. Илена удовлетворённо улыбнулась, поплотнее затянула шарф на шее своей жертвы и наконец отпустила Лесия на волю.

Она ещё до подруги дойти не успела, как Мадиш был уже рядом с Лесием. Схватив Воробья за локоть, лис оттащил путающегося в собственных ногах парня подальше от любопытных и пытливо спросил:

– Чего она хотела?

– Она? – Лесий всё ещё пребывал где-то далеко.

– Да не тупи ты! – рассердился Мадиш. – На кону твоя… – он замялся, – честь. Чего она хотела, эта извращенка?

Лицо Лесия стало совсем растерянным. Казалось, он был готов заплакать.

– Угрожала? – понимающе протянул лис. – А она смелая, – и с досадой посмотрел на Илену, которая с улыбкой выслушивала сбивчивую речь своей подруги и перевязывала той шарф. Просчитался он, ой просчитался…

– Н-нет, – отозвался Лесий. – Сказала… сказала, что теперь верит мне… моей естестве… ой, искренности. А ещё, что я хорошенький. Такой… – он нелепо взмахнул руками, – такой… какой ей нравится… А я так растерялся!

– Ничего, – Орлид сочувствующе похлопал его по плечу. – Любой на твоём месте растерялся бы.

– Позвала на свидание, – глаза Лесия распахнулись то ли в восхищении, то ли в ужасе. – Т-только не в парк, а в город. В таверне посидеть, в «Золотой Розе». Т-там тепло, – он вдруг зашарил по карманам, выудил перчатки и растерянно посмотрел покрывавшую их гарь и прожжённые дыры. – Ах, забыл! – он поморщился и запихал их назад. – А ещё сказала, чтобы теплее одевался.

Мадиш вновь посмотрел на подруг. Утеплённая Аниэна походила на маленькую сердитую куколку, а вот сама Илена даже о шарфе не позаботилась.

– И… – тут Лесий вспыхнул. – И ей понравилась моя смелость. А я ведь… ну, не сам, а с твоей подачи…

– Надо было всё-таки мне письмо писать! – раздражённо прорычал Мадиш. – Ты же отказался?

Лесий посмотрел на него своими ясными, широко распахнутыми глазами, и Мадиш застонал.

– Мы не может отпустить его без охраны, – решительно заявил лис Орлиду. – Это опасно! Ночь. Какая-то сомнительная таверна. Вдруг она с ним что-то сделает?

– В «Золотой Розе»? – удивился Орлид.

– Ночью? – растерянно захлопал глазами Лесий.

– «Золотая Роза» очень приличное заведение, – заметил Орлид. – Даже моя мать туда ходит.

– И мы идём днём, – добавил Лесий.

– Тем хуже! – распалялся Мадиш, который уже чувствовал ответственность за судьбу растрёпанного Воробья. – Усыпит бдительность, а потом в карету и… – он махнул рукой.

– Эй, Мадиш!

Лис вздрогнул и обернулся к окликнувшей его Илене.

– Милая Илена, – мгновенно расплылся в приятной улыбке Мадиш, – нечасто вы одариваете меня своим вниманием. Что-то случилось?

Улыбка девушки стала ещё шире, белые зубы сверкнули на солнце.

– Мадиш, – почти промурчала она, – а я ведь читаю по губам.

Дружелюбное выражение вмиг сползло с лицо парня, и он зло, одним губами выплюнул:

– Сука!

– Кобель, – без всякого стеснения громко отозвалась Илена.

***

– Что ты устроила?! – Аниэна возмущённо отчитывала подругу, пока они шли по полигону в сторону выхода. – Представляешь, какие слухи поползу по школе? А бедный Лесий! О боги, я боялась, что у него сердце остановится. Ну нельзя было пригласить его как-то иначе? Написала бы письмо, а я его отнесла бы! Так все делают.

– Мне плевать на всех, – высокомерно отозвалась Илена.

Оглянувшись, она нашла взглядом фигуру Лесия и расплылась в улыбке.

– Хорошенький…

Аниэна поёжилась. Её подруге впервые кто-то понравился. Точнее, она впервые заинтересовалась мужчиной в том самом смысле. Откровенно говоря, Аниэна была уверена, что вся эта любовь не для её здравомыслящей подруги.

– Ещё и смелый.

Аниэне так и чудился золотистый хвост, взволнованно крутящийся в воздухе.

– Он тебе просто письмо написал, – сердито напомнила она. – Причём даже не первое!

– Милая, – Илена добродушно рассмеялась, – знаешь, сколько мужчин возвращалось к женщинам нашей семьи, после того как узнавали детали ритуала?

– Да откуда?!

– Один, – Илена почти кокетливо выставила указательный пальчик и перевела его на Лесия. – Вот этот.

– И что в этом ритуале такого? – растерялась Аниэна.

– Не знаю, – с высокомерным безразличием пожала плечами подруга. – Это старая, старая семейная шутка, – она вновь улыбнулась. – О совершенно безграничном мужском доверии. Я лишь знаю, – глаза её ехидно замерцали, – что связана она с одним из моих предков. Большим любителем разного рода утех, – Илена многозначительно приподняла брови, и Аниэна вспыхнула.

– Боги, – она в ужасе прикрыла рот, – и ты… Илена, – голосок её слабо задрожал, – о тебе же пойдут некрасивые слухи. Это… – она перешла на шёпот, – это же совершенно неприлично!

– Ты даже не знаешь, о чём я, – рассмеялась Илена.

– Я знаю, что ты именно о том, – рассердилась подруга. – О том, что только между супругами… А что за доверие? – Аниэна всё же не утерпела.

Улыбка сползла с лица Илены, и она озадаченно нахмурилась, соображая, как объяснить своей совершенно невинной подруге то, что сама весьма смутно представляла из недомолвок и шуток семьи.

Старых-старых семейных шуток у них хватало.

– Подозреваю, что это нечто, сильно бьющее по мужскому самолюбию. Знаешь, когда мужчины сталкиваются с чем-то, что они не могут преодолеть и победить, они молча отступают, словно этого и не было, – Илена всегда была невысокого мнения не только о мужчинах, но и обо всех живых существах. – А Лесий не смолчал. Смелый, хорошенький… – завела она опять поднадоевшую уже песню. – О!

Она схватила Аниэну за руку, останавливая, и кивнула в сторону бегущей от ворот полигона фигурки. Род неслась как спущенная с тетивы стрела, но, увидев, что мастера ещё нет, облегчённо замедлила шаг и помахала Мадишу.

– Лилея, милая, – сладким голоском позвала девушку Илена.

Род с недоумением посмотрела на неё и остановилась.

– Можно тебя на пару мгновений?

Род смерила приторно улыбающуюся девушку подозрительным взглядом.

– А что надо? – напряжённо спросила она.

Илена кивнула в сторону уже отвернувшегося Мадиша и откровенно призналась:

– Твой друг успел мне насолить. Жажду отомстить.

Род раздражённо цокнула и расслабилась.

– Тёмные! Чего он опять натворил? – ворчливо спросила она, направляясь к ним.

– Говорит обо мне плохое парню, который мне очень нравится.

– Серьёзно? – обалдела Рода. – Мадиш?! Ах, он козёл! Рассказывай, – решительно потребовала она.

– Только я на ушко…

– Конечно! – Род тут же потянулась любопытным ухом вверх, чтобы высокой Илене было удобнее.

Та дождалась, когда Мадиш обернётся, и, приобняв Род за плечи, прижалась губами к её уху, страстно нашёптывая свои жалобы.

– Отошла от неё!!!

Полигон дрогнул от яростного вопля, и показавшийся в воротах мастер Резвер получил возможность оценить навыки одного из своих учеников.

Мадиш пролетел через тренировочное поле, перемахивая через препятствия так, словно имел крылья, меньше, чем за минуту, с рыком выдрал из рук ухмыляющейся Илены взвизгнувшую Род и вскинул её на плечо.

– Боги, неужели я выхватила лисёнка из твоей норы? – насмешливо протянула Илена.

– Даже лапы не смей к ней тянуть! – бесился Мадиш. – Она ещё ребёнок!

– Ты обалдел?!! – Род пару раз крепко приложила друга кулаками по спине.

– Ещё раз посмеешь сунуться на мою территорию, и я тебе хвост оторву! – продолжал орать Мадиш.

– Вот и ты не суйся в моё гнездо, – холодно сверкнула глазами Илена.

– Ха! Какое гнездо? Ты лиса! – обличающе ткнул Мадиш.

– Да пусти ты меня, придурок! – орала Род.

– А у меня будет гнездо, – Илена вновь насмешливо сузила глаза.

Лесий, встрёпанный Воробей, покраснел так, что Орлид перепугался и зашарил по карманам в поисках платка, а кто-то из одноклассников парня поспешил протянуть фляжку с водой. Аниэна горестно вскрикнула и ударила свою бесстыжую подругу кулачком в спину. Но та даже не пошевелилась.

– Ещё раз сунешься на мою территорию, и я научу твоего лисёнка плохому, – пообещала Илена, кивнув на сопротивляющуюся Род. – Уверена, ей очень-очень понравится то, что я ей скажу.

– Вот только подойди…

– Ша! – грозно рявкнул мастер Резвер, и ругающиеся лисы недовольно зыркнули на него. Смерили мастера взглядами, поняли, что противник не по зубам, и ограничились раздражённым фырканьем. – Теряюсь в догадках, что вы могли не поделить, – мастер тяжело посмотрел на зачинщиков скандала, – но все свои территориальные споры решайте за пределами школы. Ясно?

– Вполне, – Илена сдержанно улыбнулась.

Мадиш лишь сильнее сжал губы.

– Тогда милые девушки на выход, – мастер указал на ворота, – а ты, – он посмотрел на Мадиша, – на полосу препятствий. Нет-нет, – преподаватель поднял руку, когда лис хотел поставить Род наземь. – Пойдёшь с утяжелителем, а то, смотрю, тебе больно легко.

Мадиш лишь крепче сцепил зубы и поудобнее перехватил подругу.