Текст книги "Проваленная практика, или как расторгнуть помолвку (СИ)"
Автор книги: Екатерина Евгеньева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)
Глава 11
На этот раз, собираясь на отработку по зельям, я прихватила с собой осколки той злополучной чашки с ядом, еще раз похвалив себя, что взяла их. Я надеялась, что сегодня будет моя последняя штрафная отработка, так как вторая неделя подходила к концу.
Задание мое заключалось в том, чтобы раскладывать по своим местам ингредиенты для зелий и мыть рабочий инвентарь. В общем-то это было не трудно, особенно нравилось заниматься этим в те дни, когда были лекции у четверокурсников. Я выписывала себе названия ингредиентов, потом в библиотеке искала, что же можно из них приготовить. Так что теперь я была подкована больше своих одногруппников и знала рецепты зелий для быстрого и безопасного восстановления сил и лечения колотых ран, чтобы продержаться до оказания помощи лекарями.
Одним из интересующих меня сегодня мест был шкаф с хранящимися там реактивами. Прочитав и поняв практически половину библиотечного учебника для четверокурсников по ядам и противоядиям, я сделала вывод, что меня пытались отравить ядом с широким спектром действия, который при попадании в организм в любом случае бы сработал. Одними из таких отрав были так называемые парализующие яды.
Взяв металлический, немного погнутый внизу от многократного использования котелок, я поставила его на уже разожженный огонь и добавила туда определитель веществ для конкретного вида ядов. Налила немного воды и принялась ждать, когда закипит вода. План был прост – сначала по симптомам, предшествующим остановке дыхания, определить тип яда, затем подобрать к нему определяющий реагент, так как для каждого был свой. Самым сложным было не запутаться в симптомах. Так как осколок у меня был один, а проверить его можно было лишь раз, то тут мне на помощь пришел знакомый Лиззи. Парень оказался понимающим и лишних вопросов не задавал, а я сослалась на якобы произошедший несчастный случай в соседнем с нами городке. Оставленное племяннику в наследство поместье было получено нечестным путём, да и тетушка-старушка скончалась при странных обстоятельствах, а кухарка что-то слышала о том, как врачи говорили об остановке сердца, хотя ее хозяйка на него не жаловалась ни разу. Знакомый Лиззи и помог сделать узкую выборку и подсказал, как именно можно провести проверку. Все гипотетически, конечно.
И вот момент истины настал: опустив черепок в кипящую воду, я принялась считать до шестидесяти, именно столько секунд требовалось для определения. Наверное, это была одна из самых долгих минут моей жизни, не зря говорят, что течение времени относительно и зависит от того, чем именно ты занят в момент ожидания. Я ждала всего чего угодно, но не того, что увидела в итоге. Осторожно вытаскивая щипцами осколок, я ожидала увидеть синий цвет, цвет яда, останавливающего дыхание и получаемого из желез синей лягушки. Но в руках я, к своему удивлению, держала разноцветный предмет – мелькали синий, красный и даже зеленый цвета. Это была смесь сильнодействующих ядов одного спектра. Кто-то явно действовал наверняка.
Убрав следы своих изысканий и отмыв все до блеска, отправилась к себе. Осознавать, что кому-то ты мешаешь настолько сильно, тяжело. В лаборатории стоял шкаф с аналогичными обнаруженным мной ядами, он был под магической защитой четвёртого уровня, и, чтобы открыть створки, требовалась кровь поставившего защиту. Интересно, зачем хранить такой запас в академии? Можно, конечно, показывать, как выглядят колбы, студентам, практиковаться-то с ними никому не дадут. Но все это не снимало вопроса, как такие опасные вещества могли попасть к нам в дом, точнее, ко мне в питье.
За две недели моего пребывания в академии я не видела Сильвию после того случая в столовой, разве что у кафе на выходных, но всегда мне так везти не могло. Спускаясь по лестнице к своему сектору в общежитии, в коридоре я встретила её и Криса. Называть его своим женихом не хотелось даже мысленно.
– Что же ты одна? Где твой ухажёр? – Сильвия даже не потрудилась подойти ближе и говорить тише. Видимо, желание ставить всех окружающих в известность о семейных проблемах сильнее чувства такта и правил этикета.
– Не понимаю, о ком ты, – я попыталась пройти мимо них, но мне не дали. На этот раз Крис подошел ко мне почти вплотную, разделяя меня и зло сверкающую глазами родственницу.
– Что за ухажёр, Силь? – Крис вроде спрашивал у неё, но смотрел в это время на меня.
– Ты разве не в курсе? Она по вечерам встречается с этим, не помню его имя, с красноволосым, – ох, сколько же яда было в её голосе, хватило бы на целую мензурку.
– Вас это не касается, – я обошла Криса и пошла дальше. Чем меньше контактов с ними, тем лучше для меня. – Обоих.
Крис молча пошёл за мной, так и оставив Сильвию растеряно стоять посреди коридора.
– Может, расскажешь? – он поравнялся со мной, и теперь я видела его профиль краем глаза. Немного растрёпанные волосы, уставшие глаза не спавшего человека и какая-то грусть, вернее, полное отсутствие радости отражались на лице.
– Интересуешься моей личной жизнью?
– Интересуюсь тем, чем живёт моя невеста. С кем общается, с кем дружит, чем занимается по вечерам, – голос его был спокоен, а сам он казался безразличным, но что-то мне подсказывало, что все это напускное.
– С каких это пор? – я даже остановилась, пропуская его вперёд.
Крис лишь пожал плечами и пошёл дальше, замедляя шаг. И как мне все это понимать?
– Он занимается со мной тренировками. Мы с Алексом проходим ускоренную программу обучения.
– Так хочешь выиграть спор?
– А ты так хочешь, чтобы я проиграла?
Незаметно для меня мы спустились по лестнице, прошли коридор, а теперь стояли около входа в мою комнату и смотрели друг на друга в упор. От его взгляда сердце бешено колотилось, руки сами с собой сцепились на груди в защитном жесте. Внезапно все перестало иметь значение: и стычка с сестрой, и осколок кружки в кармане моего сарафана. Крис резко приблизился ко мне и, нежно обхватив ладонями моё лицо, поцеловал. Его прикосновение было нежно и трепетно, словно боясь спугнуть, он медленно приблизился, не отрывая губ, и между нами, наверное, не осталось и сантиметра свободного пространства. Я только вошла во вкус, отвечая ему взаимностью, как внезапно все закончилась.
Оторвавшись от меня, Крис немного отошел, и я услышала лишь одно слово, прежде чем позорно скрыться за своей дверью, – «хочу».
Лежа в теплой постели и слушая песнь осеннего ветра за окном, я пыталась осознать свои эмоции от произошедшего. То, что мне понравилось, было вне сомнений, я не ожидала от него такой нежности. Вернее, я совсем и не ждала поцелуя, а то, что он вышел таким спонтанным, придавало происходящему определенный шарм. Хотела бы я повторить? Безусловно. А вот думать о том, почему же мне понравилось и почему я хочу еще, не хотелось совсем.
После этого момента что-то незримо поменялось, но я не могла определить, что именно. Дни стали похожи друг на друга. После лекций я делала домашние задания, встречалась с подругами и занималась своими делами, а по вечерам меня ждали тренировки с Алексом. Понемногу я начинала набирать форму, стала выносливей, и фигура заметно изменилась. Утренние упражнения больше не вызывали приступов усталости и желания снести кого-нибудь порывом ветра, да и стихией я стала управлять намного лучше. Благодаря Алексу, который за эти несколько месяцев стал одним из моих близких друзей, теперь я могла одной рукой управлять воздушными потоками, а другой метать огненные шары, небольшие, но всё же. Так что в перспективе я действительно могла хотя бы попытаться победить Криса. С ним у нас установился нейтралитет, поцелуй мы не обсуждали, но и не сближались друг с другом, так же держась на расстоянии. Иногда он приходил на мои вечерние занятия с Алексом. Парни незаметно для меня нашли общий язык, поэтому время от времени тренировали меня вдвоём. Как ни странно, Алекс даже не спрашивал, почему Крис присоединился к нашей компании, а я не давала никаких пояснений.
В один из таких дней я, как обычно, собиралась на тренировку. Стоя перед зеркалом и разглядывая свое отражение, внезапно поняла, что стала другой. От меня прежней осталась, наверное, лишь оболочка, эти изменения касались не только внешности. Я видела красивую девушку с величественной осанкой и смелым взглядом. От моей неуверенности и зажатости не осталось и следа. Я больше не опускала взгляд при виде Криса, не стеснялась его внимания, которое он оказывал мне на тренировках. Меня больше не пугала возможность нового конфликта с Сильвией, скорее, я его ждала, уже зная, как могу ей ответить. Даже на запоздалое гневное письмо отца о моем несогласованном с ним переводе на другой факультет я ответила без прежней эмоциональности и испуга перед родителем. Мне нравилась новая я, я будто заново училась жить и жить так, чтобы это приносило мне радость и удовлетворение без оглядки на мнение других. Возможно, все это было следствием моей встречи с богиней, я не знала, но её подарок – кулон – я не снимала с тех самых пор, как он оказался на мне во сне.
На медитации с мисс Магвил я тоже делала успехи: природа вокруг меня становилась все спокойнее, а мои мысли были ясными. Самой значимой стала для меня лишь одна медитация. Все началось как обычно: из её кабинета мы перенеслись сразу на уже ставший мне родным выступ скалы. Мои действия были доведены до автоматизма, и я, сев в уже знакомую позу, погрузилась в себя. Мыслей в этот раз не было абсолютно никаких, будто я попала в вакуум и меня окружает лишь пустота. Мне кажется, что прошло не более получаса, прежде чем я поняла, что пора открывать глаза. Поднявшись с земли, я подошла к краю, отмечая про себя, что тут по-прежнему ранняя осень и тепло. Море все так же манило и шептало, но теперь я воспринимала это иначе, могла контролировать, и мне больше не хотелось сделать шаг в пропасть.
Меня привлекло небольшое изменение пейзажа на той стороне. Зрение будто стало острее в несколько раз, а может, я просто мысленно перенеслась за край морской глади, но я определённо различала очертания берега другой страны. Вот небольшая пристань с развевающимся флагом с изображенным на нем драконом, вот фрегат с алыми парусами, готовый к отплытию. Я могла бы ещё многое увидеть, если бы взор не остановился на мужчине, смотрящем прямо на меня. Лицо его было смуглым, а волосы белыми как снег, он улыбался мне, а на щеке что-то блестело. Как только я осознала, что вижу, меня тут же вернуло обратно на скалу.
– Там человек, мисс Магвил, – я обернулась к преподавателю, стоящему чуть в стороне от опасного склона и ожидающему окончания урока.
– Ты хорошо потрудилась, Мари, – она подошла и приобняла меня за плечи. – Надеюсь, что ты нашла в наших занятиях то, что искала.
– Я искала покой и умиротворение. Вы правы, их я нашла. Но кто этот человек? Он реален? – я мягко освободилась от объятий учителя.
– Я думаю, что скоро ты сама все узнаешь. Мне кажется, что я не вправе вмешиваться. Знаю лишь, что все происходит по воле богини и мы не должны сопротивляться этому.
– Снова богиня, – я сжала сквозь одежду кулон, ставший на долю секунды горячим.
– Предлагаю на этом закончить наши встречи. Ты стала спокойнее, уравновешеннее, так что в дальнейших медитациях со мной ты более не нуждаешься, – профессор открыла портал, и мы вернулись в её кабинет.
– Я могу медитировать без вас? – расставаться с местом, ставшим за это время привычным и родным, не хотелось.
– Конечно. Когда захочешь уйти отсюда – представь то место, в котором ты находилась, и всё. А чтобы попасть, достаточно найти тихое место и закрыть глаза.
Я так и не поняла, зачем мы перемещались порталом, если можно было делать это намного легче, видимо, для усиления эффекта. На этой ноте наши занятия с мисс Магвил кончились, чему я была с одной стороны раздосадована, с другой рада, так как теперь у меня освобождался вечер пятницы, который я могла провести по своему усмотрению.
В эту пятницу после медитации меня особенно сильно одолевали кошмары. Вроде должно было быть наоборот, но во сне я убегала от кого-то, чьего лица я не могла разглядеть. Передо мной была тропинка, причудливым узором извивающаяся между сосен, впереди я не видела ничего, кроме темноты, а сзади постоянно слышала чье-то приближающееся дыхание, пока в конце концов не показался силуэт человека. Я бежала, ежесекундно оглядываясь и пытаясь разобрать черты лица своего преследователя, но они будто бы растворялись, как только я оборачивалась. Не заметив, как на пути оказался камень, оплетенный тугими корнями деревьев, я запнулась, упала и приготовилась к тому, что сейчас меня поймают. К моему изумлению, прямо перед лицом возникли уже знакомые мне тени, скрывшие меня от преследователя. Уже погружаясь в накрывающую меня темноту, смогла разобрать их шепот. Они радовались нашей встрече, и миллионами разных голосов раздавалась эхо их слов – «наконец-то нашли», «наша», «не отпустим».
Глава 12
Утро неожиданно началось с визита Алекса. Вот уж кого не ожидала увидеть у себя.
– Не мешаю? – он несмело зашёл в комнату, держа в руках пакет, от которого исходили безумно вкусные запахи выпечки, а в руках стаканчики с кофе.
– Если ты думаешь, что теперь я тебя отпущу, то ошибаешься. Доставай скорее, что ты принёс, иначе я с ума сойду.
В итоге на завтрак у нас были практически деликатесы – по меркам студентов, конечно. Вкусный кофе с карамелью, булочки с изюмом и бутерброды с солёной рыбой, нарезанной тонкими ломтиками.
– В честь чего, кстати, – я обвела рукой стол, практически полностью заставленный тарелками, – всё это?
– Хотел провести время с подругой, чем тебе не повод? – Алекс так и излучал дружелюбие и сейчас дарил мне одну из своих фирменных улыбок.
– Рассказывай, – повод, конечно, был неплохим, но вряд ли единственным для нашей утренней встречи. Я отломила кусочек булочки и приготовилась слушать, что же всё-таки его привело ко мне в комнату в девять утра в субботу.
Вмиг став серьёзным, Алекс начал:
– Помнишь тот случай на занятиях, когда ты взяла часть моего резерва?
– Ещё бы, таким злым я тебя с тех пор и не видела. Ты что-то узнал по этому вопросу? Если честно, мне было не до этого, – я немного чувствовала вину перед ним. Всё-таки я каким-то неизвестным мне способом дотянулась до чужого резерва, а выяснять причины произошедшего приходится ему.
– Ну, основное правило, по которому обычно происходит передача магии от одного человека к другому, – это родственные связи. Так же могут делать и родственные души с благословения богини.
Я даже поперхнулась кофе, который вмиг утратил своё очарование.
– О, это точно исключено! Мы явно не родственники, а история про родственные души не про нас, – я села поудобнее на кровать, вернулась к наслаждению ещё не остывшим напитком и принялась слушать третью версию. В том, что она есть, я не сомневалась.
Алекс на миг закрыл глаза, будто собираясь с мыслями и подбирая слова, чтобы мне было понятнее. На секунду он показался таким родным и близким, будто между нами не только дружба. Не скрою, на секунду мысль о том, что мы можем быть родственными душами, посетила меня, нам ведь сразу было легко общаться, мы часто думали в одном направлении и в некотором роде из Алекса бы вышел отличный будущий муж, если бы он был свободен. Если бы был. Именно это и отрезвило меня.
– Давай расскажу сначала. Когда сила проявляет себя при первых выплесках эмоций, образуется так называемая связь между ближайшими родственниками. Дети в силу своего юного возраста не могут контролировать ни свои эмоции, ни количество силы, которую используют. В этом случае родители выступают как страховщики. Чтобы ребёнок не опустошил себя магически, они в экстренных случаях могут поделиться с ним своим резервом независимо от стихии самой силы.
– Пока всё ясно, но не понимаю, как это соотносится с нашим с тобой случаем, – кофе остыл и совсем перестал радовать, а в комнате повисло напряжение. Я будто физически ощущала, что следующее, что скажет Алекс, мне не понравится.
Он пересел ко мне ближе на кровать, хотел было взять за руку, но передумал и, глядя мне в глаза, продолжил:
– Также помимо родителей брать и делиться резервом могут братья и сёстры, в том числе двоюродные. В общем, ближайшие родственники, – он устало потёр переносицу и посмотрел на меня как-то по-новому, будто оценивая внешность.
– Не смотри так на меня, – от эмоций я соскочила с кровати и теперь нервно ходила из угла в угол, а так как размерами комната была небольшая, то чувствовала я себя диким койотом в клетке. – У меня есть отец, мачеха и сестра. Всё, на этом мои ближайшие живые родственники закончились.
Устав ходить из угла в угол, я подошла к окну, открывая его и впуская свежий воздух в комнату, развернулась и остановила свой взгляд на Алексе.
– Мы с тобой вряд ли родственные души, моя невеста – моя душа. Так что остаётся только этот вариант, Мари. Только родственники. Я перерыл массу литературы, даже встретился с дядей, как раз ехал от него в тот вечер, когда подвозил тебя до академии.
– Нет, нет, я сказала! – на последнем слове фарфоровая кружка с остывшим напитком разлетелась на куски, разукрасив тёмными брызгами стол и руки Алекса.
– Хоть не горячий, – он вытер руки салфеткой, – повезло.
– Прости. Не такое начало выходных я планировала, – я подошла к кровати и села рядом с, судя по всему, своим родственником. Он взял меня за руку, успокаивая и согревая.
Мысли в голове путались. Привычная картина мира не рушилась, но заметно пошатнулась. Как я поняла из дальнейшего с Алексом разговора, иных вариантов быть не могло, а значит, мы являлись родственниками. Какими именно, ещё предстояло узнать, но и от уже имеющейся информации голова шла кругом.
– Кто же такие мои родители? Теперь уже и не знаю. До этого момента думала, что обычные и ничем не примечательные, без скелетов в шкафу. Насколько я знаю, папа и мама были знакомы со времён академии и поженились очень рано. Отец не очень любит про неё говорить. Я видела только одно их совместное изображение.
– А мама? Что-то от неё тебе осталось? Что с ней случилось? – в голосе Алекса чувствовались забота и печаль.
– Её не стало практически сразу после моего рождения. А единственная вещь, которая мне досталась от неё как память, расплавилась, когда меня отравили, – я тут же зажала рот рукой, но было поздно. Меня слушали очень внимательно.
– Отравили? Кто? Когда? – глаза Алекса сверкали одновременно злом и беспокойством. От его причастности, от его желания помочь мне становилось спокойнее. Скрывать что-то более не имело смысла, поэтому я рассказала о случившемся в ночь моей помолвки.
– Ты помолвлена? – мне кажется, что если бы он не сидел, то точно упал бы. – Сейчас мне кажется, что я о тебе совсем ничего не знаю, а ведь мы знакомы несколько месяцев и тренируемся, между прочим, еженедельно.
– Слишком скрытная, да? – я отодвинула в сторону рукав кофты, показывая рисунок, обвивающий запястье. На секунду мне показалось, что узор стал больше и ярче и начал переходить на предплечье.
– Подожди, – Алекс взял мою руку, внимательно рассматривая узор. – Мне кажется, я уже видел похожий орнамент, но не могу вспомнить, где именно, вернее, у кого.
И тут я решилась раскрыть карты. Возможно, вместе с моим обретённым братом – думать о нём иначе после всех откровений не получалось – мы найдём способ, как разорвать ненавистную мне помолвку и узнаем, как наконец-то взять свою жизнь в свои же руки, вернее, мои. Поэтому, задержав дыхание, выпалила, пока не передумала:
– На тренировках по боевым, – и, не дожидаясь следующих вопросов, добавила: – Это Крис Вебер.
Я нервно засмеялась, потому что лицо моего собеседника в ту же секунду из удивлённого стало ещё более недоуменным.
– Погоди, это тот парень, из-за которого ты получила отработку по зельям и который ходит иногда к нам на индивидуальные тренировки?
– Там всё сложно, я даже не могу объяснить толком. Давай не будем сейчас это обсуждать, иначе я запутаюсь ещё больше.
Алекс кивнул, принимая моё нежелание делиться подробностями личной жизни, подошёл к окну и, облокотившись на подоконник, замер:
– Получается, что мы с тобой каким-то образом связаны, ты часть моей семьи или я твоей, при этом у тебя есть жених, отношения с которым вы не афишируете, а ещё тебя кто-то отравил, но ты осталась жива. Я ничего не упустил?
– Вроде нет, но если что-то ещё вспомню, то обязательно тебе расскажу, по-родственному, так сказать.
Настроение поднялось: наконец-то я была не одна наедине со своими проблемами. Подруги, конечно, помогали, но жизненного опыта и знаний нам с ними явно не хватало. А Алекс много где был для своих лет, опять же, личные учителя другого государства могли давать такие знания, о которых мы здесь и мечтать не смели. Поэтому получить реальную помощь я могла только от него, да и новые родственные связи никогда не надо списывать со счетов. Интересно всё-таки, кем мы друг другу приходимся на самом деле.
– Знаешь, когда мы только встретились, там, у портала в академию, я почувствовал некую связь с тобой, но отмахнулся и не придал значения, это было бессмысленно в тот момент. После произошедшего на зарядке взглянул на ситуацию немного под другим углом.
– Думаешь, мой отец как-то может быть с этим связан? – предполагать, что в этом замешана мама, я не могла.
– Пока не знаю, давай выяснять, Мари.
Наш с Алексом план был прост, по крайней мере, мы знали с чего начать. Быстро сходили на обед и, пока нас никто не успел остановить, вернулись обратно в комнату. Для начала составили генеалогическое дерево. С моей стороны были папа и мама, родители отца и Сильвия. О маминых родственниках я, к сожалению, особо ничего и не знала, кроме того, что они погибли когда-то давно в схватке с дикими. У Алекса дерево было намного больше, оно ветвилось и множилось огромным количеством предков и живых родственников, как близких, так и дальних.
– Смотри, Мари, – он отметил себя, создавая вокруг несколько отходящих линий. – Мои родители, но они к тебе точно не имеют отношения, у них истинный брак, так что детей могут иметь только друг от друга.
Особенностью людей, рождённых на Драконьей земле, было наличие истинности. Они как-то находили пару, предназначенную им судьбой, и проживали с ней всю жизнь в любви. Как именно они определяли, держалось в секрете, об этом знали только жители самой Драконьей земли.
– А это кто? – я указала на круг с именем «Грегори».
– Это мой дед, а это, – он повёл пальцем по линиям до трёх имён, – мои дяди и тётя. Все живы и здоровы до сих пор.
– Наверное, здорово иметь такую большую семью. Вы дружны? – При наличии родных я таким счастьем похвастаться не могла. Будто чужие, хотя и родня.
– Сейчас да, после того как умер дед, всё пришло в норму, – голос его немного погрустнел, а плечи будто осунулись.
Я уже хотела извиниться за неудобный вопрос, всё же не все любят изливать душу недавно обретённой родне, но он продолжил:
– Он был сложным человеком. Его старший сын, мой дядя, вот он, – Алекс показал на имя «Максимилиан», – встречался в молодости с девушкой с параллельного курса и дело вроде бы шло к свадьбе, но внезапно дед резко стал выступать против их союза и всё пришлось отменить. Знаешь, дядя ведь так и не женился, представляешь, говорил, что она его истинная пара и он просто не может её предать.
– Ого! Не знала, что у истинных и так может быть. Я думала, это как признак того, что никто не сможет помешать им быть вместе.
– Ну, я тоже так думал, пока не узнал рассказ отца. Так что после смерти деда многие вздохнули с облегчением, как бы отвратительно это ни звучало.
– Повезло тебе, что ты нашёл свою истинную и никто вам не мешает в отношениях, – я тут же представила себя в роли чей-то истинной пары, и улыбка сама собой появилась на губах.
– Уверен, тебе тоже повезёт найти того самого, надо только запастись терпением. Давай вернёмся к нашей проблеме и подумаем, где же они могли встретиться? – он обвёл рукой два полотна с именами людей.
Я уже в который раз за сегодняшний день подошла к окну. Уже начало темнеть, и кое-где были видны ещё тусклые отсветы фонарей. Под одним из них я увидела уже знакомый мне силуэт Криса, а рядом раздался женский смех. Как странно мы всё-таки проводим с ним время – я с чужим женихом, он, возможно, с чьей-то невестой.
– Что разглядываешь? – Алекс немного подвинул меня, обхватив за плечи и посмотрел в ту же сторону, что и я. – Ты знаешь, мы уже довольно долго тут сидим. Предлагаю продолжить наши поиски завтра со свежей головой. К тому же скоро время ужина и надо успеть в столовую. Что думаешь?
– Ты прав, мне кажется, что от голода я стала хуже думать, а обед уже давно стал историей, – желудок со мной согласился и издал такие звуки, что не будь Алекс моим другом, мне бы стало стыдно за них.
Он отпустил меня и, даже не попрощавшись, быстро вышел из комнаты, оставив тут же свои вещи, принесённые ещё утром.
Мне ничего не оставалось, как убрать за ним, всё же друг, а ещё и тайный родственник, и последовать его совету спуститься к ужину.
В столовой по выходным, как обычно, было довольно свободно, многие уезжали домой и в гости к знакомым, как сделали мои подруги. Лиззи давно звала Деб в гости на выходные, и та наконец-то отпросилась у родителей. Я тоже была приглашена, но мачеха не захотела давать своё согласие, а отец не захотел вникать в суть спора, впрочем, как и всегда.
Выбрав тыквенный суп с беконом, гренки и виноградный сок, отправилась за один из пустующих столов у окна. Преподавателей за столом тоже было мало: мистер Армидж и мисс Магвил кивнули мне в ответ, а профессор Зельен же сделал вид, что меня не заметил.
Увлёкшись супом, который был на удивление хорош, я не сразу заметила движение около моего стола.
– Не возражаете, студентка? – ректор отодвинул стул и, не дожидаясь согласия, сел.
– Конечно, нет, но я уже собралась уходить, – отложила ложку и порадовалась, что уже почти закончила с ужином. Есть в присутствии руководства не хотелось.
– Я не задержу тебя надолго, – он сделал вид, что не заметил моих метаний между вежливостью и нежеланием общаться в свой законный выходной. – Мисс Магвил сказала, что вы закончили тренировки по медитации и теперь ты можешь делать это самостоятельно.
– Всё верно, вчера было наше последнее совместное занятие. Но это её решение, я тут не при чём.
– Она опытный преподаватель, так что здесь я ей доверяю. А как твои тренировки с Алексом? Говорят, ты делаешь успехи, – говоря это, он метнул в мою сторону небольшую огненную искру, которую я тут же развеяла воздушным потоком. Всё произошло настолько быстро, что я поняла, что именно сделала, лишь потом.
– Мистер Армидж, что вы делаете?
– А ты как думаешь? Проверяю твои навыки. Алекс молодец, ты даже не задумалась о том, что тебе надо сделать. Всё вышло автоматически, как само собой разумеющееся. Надеюсь, что с выносливостью тоже порядок.
Не стала говорить, что развитием автоматизма работы моей стихии занимался Крис, видимо, ректор не знал, что он тоже пришёл мне на помощь и тренировал меня. Теперь на меня смотрели как на одну из многих студентов и не было той снисходительности во взгляде, что я замечала раньше. И это радовало.
– Думаю, что пятнадцать кругов я смогу пробежать без проблем. Не хочу загадывать, но по крайней мере я на это надеюсь.
– Отлично! Значит, к практике готова, – ректор уже успел встать, как до меня дошёл смысл сказанного.
– Как практика? Когда?
– Так через пару дней и начинается. Я же говорил вам о дате на вводном занятии, а на прошлом ещё раз напоминал.
– Уже? – я, уже было поднявшаяся за ним, тут же села. И как я могла забыть. Хорошо хотя бы личные вещи собрала уже давно, а остальное необходимое нам выдадут непосредственно перед распределением.
Неожиданно нас привлёк шум за окном. В уже наступившей темноте было плохо видно, но, кажется, там кто-то дрался. Не сговариваясь мы с ректором выбежали на улицу прямо из столовой. Вернее, ректор-то ушёл порталом, а мне пришлось бежать через главный холл. Я не люблю драки и ругань, но сейчас меня тянуло на место событий. Почему – я поняла, когда переступила порог академии.
На улице, несмотря на прохладную погоду, было много для выходного дня студентов, а неподалёку от них стоял прибывший порталом ректор.
Да, тут было на что посмотреть. Не слушая слов ректора, пытавшегося остановить ссору, по земле, уже изрядно потрёпанные и грязные, катались давно знакомые мне парни – Алекс и Крис, обрушивая друг на друга беспощадные удары кулаками, ногами и всем, что попадётся под руку.
