Текст книги "Странный приятель – 3"

Автор книги: Егор Чекрыгин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Осмотрел шпагу… Как всегда – она была безупречна.

Переоделся в чистое белье, на случай ранения… Проверил обувь и одежду. – Обидно будет проиграть из-за столь не вовремя оторвавшейся подметки, или неудобного рукава…

Придти на место встречи раньше – означало выказать свое волнение. Хуже этого – только опоздать…

И вот, наконец, в трактире раздался характерный звук удара половника о кастрюлю, традиционно извещающего, что обед готов, и Ренки покинул трактир.

Оказалось, что не он один, пренебрег сегодня обедом. – Помимо компании оу Крааста, на довольно тесной полянке, толпилось еще немало народа. – Что ни говори, а подобное событие было зрелищем, которым нельзя пренебрегать, а времени, чтобы слух облетел окрестности, было предостаточно, так что свидетелей набралось прилично.

Один из них, в мундире полковника-артиллериста, взял на себя роль Главного, отведя место для поединка, и озвучив стандартные условия. Затем – предложил прямиться, выслушал отказы. И дал сигнал начинать.

Как и следовало ожидать – Гаант Крааст, не был полным профаном и невежей, в искусстве фехтования. Наследник древнего рода, да еще и из прямой линии Краастов, внешне вполне здоровый, и без лишней зауми в глазах – можно было даже не сомневаться, что львиную долю его обучения, составляло не корпение над манускриптами или бухгалтерскими книгами, а шпага, пистолет, протазан и любой другой, известный миру вид оружия.

Роста он был примерно как и Ренки, так что тот не мог воспользоваться своим обычным преимуществом в длине рук, а сложением – пожалуй даже как-то более кряжист и широк, что впрочем никак не сказывалось ни на его скорости, ни на гибкости.

Великолепная школа, немалый опыт… Правда опыт – скорее учебных поединков, чем реальных боев. Но чувствовалось, что поединки эти были с людьми весьма искусными, и дали Гаанту немало.

Опыт Ренки был несколько иного рода. И куда более разнообразнее. И холодная ярость, бушующая в душе у благородного оу Дарээка, не ослепляла его, но позволяла использовать этот опыт с толком. Как только он чувствовал, что противник приноравливается и начинает действовать смелее – он менял стиль, не без злорадного удовольствия, в очередной раз видя растерянность на лице своего противника.

Что еще он там видел? – Возможно – некоторую рыхлость… Сегодня, приводя себя в порядок перед дуэлью – в висящем на стене зеркале, Ренки увидел молодого мужчину, со смуглым, обжаренным зарданским солнцем и обвяленным на морских ветрах лицом. Многие годы проведенные отнюдь не в праздности, многочисленные походы с грузом на плечах, упражнения с оружием, и лазанье по мачтам, сильно укрепили его тело, сделав его жилистым и выносливым. – Ни грамма лишнего жира, или даже рыхлого мяска…

Его противник, похвастаться этим не мог. – Да, он был хорош. Он был быстр, гибок, и ловок. Его движения были точны и выверены до толщины волоска. Но спустя десять минут боя, он уже начал тяжело дышать, а по лбу потек ручеек пота… – Вчерашняя выпивка, тоже работала против него.

Потом, Ренки провалил его атаку, приемом который сам придумал для Одивии Ваксай. Его шпага словно бы сама направилась к подставленному под удар плечу, но в последний момент, Ренки отдернул ее. И это не осталось незамеченным публикой.

Подобная рана, вполне могла бы стать достойным окончанием дуэли, и то, что он не воспользовался моментом, говорило о желании убить, или серьезно покалечить противника.

И Гаант это понял, и впервые испугался по настоящему. Конечно, он не бросил шпагу, и не попросил пощады. Но движения его стали куда менее уверенными, и он начал сильнее вкладываться в удары, будто это была не шпага, а дубина или кавалерийский палаш. Уловив ритм размашистых движений, Ренки, ложной атакой заставил противника открыться, и вонзил острие своей шпаги, точно ему в сердце. – оу Гаант Краас, умер раньше, чем его тело успело упасть на землю.

Дама Тиира, была в ярости. Ренки и раньше видел ее раздраженной, и даже злой. Но сейчас, она действительно была в ярости, напоминая вселившегося в тигрицу демона.

…Учитывая поток направляющихся в столицу людей, плотность населения, и желание почесать языки о персоны людей, имеющих отношение к Высшим Сферам, нечего было удивляться тому, что весть о дуэли разнеслась по городу быстрее ветра.

И уже вечером, в трактир заявился слуга в королевской ливрее, и передал оу Ренки Дарээка записку с категоричным приказом явиться во дворец дамы Тииры из рода Гии. Хотя строго говоря, сия особа не занимавшая никакой официальной должности в королевстве, не имела ни малейшего права, отменять королевский запрет на въезд в столицу опальной особы.

Впрочем – Ренки, спорить с этим даже не пытался. Однако подивился несколько нелюбезному тону, в котором была составлена эта записка, поскольку никакой вины за собой не чувствовал.

Выехал он на следующий день, с первыми лучами солнца, так что по указанному адресу явился еще до того, как хозяйка дворца изволила проснуться. Пришлось ждать.

А потом… Ренки дождался!

– …Вы отдаете себе отчет, сударь, о том что натворили? – Дама Тиира, просто кипела от ярости, но тон ее голоса был настолько ледяным, что Ренки предпочел бы наверное откровенную ругань, а то и побои. Как вести себя с разъяренными мужчинами, он имел представление, но дама в бешенстве, особенно такая как Дама Тиира, его откровенно пугала.

– Но, сударыня, я просто был обязан, как благородный человек, вступиться за честь друга. – Попытался объяснить он ей очевидное. – Ведь…

– Кем вы себя вообразили, сударь? – Бесцеремонно оборвала его объяснения дама Тиира. – Вы думаете, что вся вселенная вращается вокруг вас? Что вы не заменимы, и потому можете творить все что хотите?

В первую, вторую, третью… сотую, и последнюю очередь – вы, ЧЕЛОВЕК КОРОЛЯ!

Не благородный странствующий оу из баллад, сражающийся во имя Справедливости и Чести. И не самовластный барон, самостоятельно решающий к какому лагерю примкнуть, и под чьим Знаменем сражаться. И даже не просто офицер служащий своему Королю!

Вы – ЧЕЛОВЕК КОРОЛЯ! Приближенный к нему, осыпанный благами от его лица, исполняющий его прямые приказы! А значит – все ваши поступки и решения, рассматриваются окружающими именно с этой точки зрения, и потому должны согласовываться только с Его интересами и политикой.

– Но как бы выглядело… – Воспользовавшись тем, что дама Тиира, остановилась набрать воздуха в легкие, попробовал пойти в наступление Ренки. – Если бы я, как человек Короля, позволил бы нанести урон своей чести? Это был бы урон и чести Короля! И это бы…

– Мальчишка! – Взвизгнула дама Тиира, теряя самообладание и даже вскакивая с дивана. – Ты хоть понимаешь, в каком положении находится сейчас королевство? – Казна пуста, а на Зардаане, мы терпим одно поражение за другим. В Южных Графствах уже ходят крамольные разговоры о том, чтобы отделиться, по примеру Ореегара, а Гиидша клацают зубами, вырывая себе куски Власти и суверенитета. Кусок за куском, кусок за куском…

…Мы уговариваем, раздаем привилегии, угрожаем и льстим, чтобы хоть как-то не дать этим алчным ублюдкам, разорвать королевство на части.

Мы специально вручаем патент второго лейтенанта 19-го королевского полка, сыну лидера южных земель, чтобы держать его поближе к трону, фактически взяв заложником лояльности его отца. …И что? – Тот, кого все знают как «человека Короля» – убивает наследника графа Крааст, на самом пороге столицы! Как, по-твоему, это будет выглядеть в глазах графа, его семьи, да и всех южных оу?

– Но это была честная дуэль. – Залепетал, возражая Ренки. – Все могут подтвердить это!

– Никому не интересно, что там было в действительности! – Устало ответила дама Тиира, внезапно успокаиваясь, и садясь обратно на диван. – Найдется немало ртов, готовых нашептать старому графу, свою версию событий. И можно даже не сомневаться под каким соусом, ему подадут это блюдо.

– Я готов сам поехать, и объяснить ему все! – Гордо задирая подбородок, ответил Ренки. – И если он сочтет нужным…

– Бессмысленная жертва. – Махнула рукой дама Тиира, устало опуская плечи, что напугало Ренки еще сильнее. – Но можешь не сомневаться, я принесла бы ее, коли в это был бы хоть какой-то толк. Но сейчас, это воспримут как слабость с нашей стороны, и станет только хуже.

Воистину, прав оу Риишлее, когда говорит что надо запретить дуэли. – Сколько проблем ты, мальчишка, создал, одним ударом своей шпаги!

…Кстати, сударь, если думаете что оказали услугу своим друзьям, подумайте об иных последствиях этой дуэли – теперь уж вашему приятелю Лоику Заршее, точно придется жениться на девице из рода Краастов, несмотря на то, что о его неприязни к ней, судачит весь Двор. Теперь это будет прямой приказ Короля, которого он не осмелится ослушаться. Конечно – этого будет недостаточно для искупительной жертвы – но ему придется принести ее. И не только ему…

Да и эта ваша купчиха… – Мало того, что осталась без благородного жениха, так теперь еще и ее жизнь находится под угрозой. Для Краастов, прикончить эту девицу, не сложнее чем прибить муху. Они – народ мстительный, а ее имя постоянно упоминается в разговорах об этой дуэли. Версия о том, что размолвка между двумя представителями древних благородных родов, произошла из-за некой девицы из низкого сословия, кажется всем весьма пикантной, и потому мусолится на каждом углу. Так что жизнь и благополучие этой вашей «прекрасной Одивии» теперь находятся в большой опасности.

Вот сударь – каковы результаты вашей мальчишеской выходки! Довольны?

– Но… – Растерянно пробормотал Ренки. – Что же теперь делать? Я готов…

– Кто бы сомневался! – Язвительно усмехнулась дама Тиира. – Что «вы готовы». Как все возомнившие о себе сопляки, вы конечно «готовы» сотворить любую храбрую глупость. Но не готовы, хоть немножко подумать головой, прежде чем дать волю рукам или ногам.

…А теперь, запомните сударь! Зарубите это себе на носу, напишите на руке, или наймите специального слугу, который будет держать соответствующую табличку перед вашим носом. – ВЫ, НИЧЕГО НЕ БУДЕТЕ ПРЕДПРИНИМАТЬ, ЧТОБЫ ИСПРАВИТЬ СИТУАЦИЮ!

Ни единого шага, ни малейшего движения. Даже думать об этом не смейте!

Иначе вы все запутаете, и сделаете еще хуже! Когда взрослые и серьезные люди, обдумают как надо поступать в данной ситуации – вас проинструктируют о ваших дальнейших шагах, и вот тут уж – вы послушно сделаете все что нужно, не взирая на собственное мнение о «правильном и не правильном».

Сейчас же, вам следует поехать в свой городской дом, и ближайшее время жить там. (Я хочу чтобы вы все время были у нас под рукой), Вам позволено будет выходить в город, но держитесь подальше от Двора, и вообще– воздержитесь от нанесения визитов любого рода, в дома придворных и места которые они посещают наиболее часто.

А еще – постарайтесь избегать разговоров о дуэли. Внимательно следите за своим языком, потому что вас будут пытаться поймать на слове, и выставить произошедшее в дурном свете. Если уж расспросы будут слишком назойливыми – Вы оба были пьяны, Гаант Крааст, оскорбил ваш полк, усомнившись в храбрости его солдат, и был недостаточно вежлив с вами! …В данной ситуации, чем глупее и нелепее будет причина дуэли, тем проще будет поверить в ее случайность.

Идите сударь, и постарайтесь быть благоразумным, хоть какое-то время!

Надо ли говорить, что в свой мооскаавкий дом, Ренки прибыл в весьма расстроенных чувствах. – Событие, которое он уже мысленно готов был записать очередным подвигом, возложив свиток на алтарь предков, оказалось…, не пойми чем.

Но ведь он был полностью прав! Он следовал Кодексу благородного человека, не оступившись от него ни на пол шага, ни на толщину волоса. Никто, в чьем сердце живут Честь и Доблесть, никогда не станет молча слушать хулу на своих друзей. В Кодексе об этом прямо говорится, и можно привести десятки, если не сотни подтверждений из баллад и исторических трудов.

…И тем не менее – получается, что сделав все правильно, он, оу Ренки Дарээка, всех подвел, «превратив плохое в худшее».

…Но как же тогда жить дальше? – Трусливо прятаться от жизни, опасаясь что очередной твой шаг, может стать ошибкой? – Кодекс прямо предостерегает от подобного.

«Если не знаешь что делать – делай шаг вперед», «Из двух путей – выбирай тот, что ведет к смерти»*… – Кодекс благородного человека, был напичкан подобными сентенциями, и Ренки всегда следовал этим поучениям. И вот – оказался в подобном положении, без вины виноватого. Но мог ли он поступить иначе?

(*Нагло сперто из кодекса «Бусидо»).

Ренки попытался представить, как повел бы себя в подобной ситуации Готор. …И не смог. – Готор всегда умудрялся быть абсолютно непредсказуемым. То – щепетильнее жреца-отшельника, то абсолютно беспринципным, будто напрочь лишенным гордости и чувства справедливости.

При этом – Ренки понимал, что какая-то своя система моральных ценностей у него есть. И пусть, она иногда схожа с его собственными представлениями о Правильном – тем не менее, было бы большой ошибкой считать ее идентичной принятой в Тооредаане.

Однажды, еще на каторге, он попытался было разобраться во всем этом, но Готор понес такую околесицу насчет своей религии, что Ренки показалось, что он и сам в этом не очень хорошо разбирается. Даже путался в количестве собственных богов, то утверждая что их трое, то что один, а то вдруг приплетая еще множество непонятных сверхъестественных сущностей, которые, тем не менее, не были ни богами, ни демонами. А под конец – признался, что сам во все это не слишком верит, но тем не менее…

Позже, хорошенько подумав, Ренки, будучи скорее практиком, чем философом – не стал углубляться во все эти сложности, сделав для себя практический вывод, что раз даже Готор, попав в совершенно иной мир, пользуется своими представлениями о плохом и хорошем, то уж ему – оу Ренки Дарээка, тем более не следует отходить от своих принципов, находясь в собственном мире. И продолжал жить согласно Кодексу Благородного человека, религиозным правилам и обычаям своей страны.

И вот каков результат – его «правильного пути». – Одно расстройство и разачарование!

Кодекс, в таких случаях, говорил, что если ты сделал все, что от тебя требовалось – остается только принять, со спокойно душой, все последствия своих поступков, как бы тяжелы они не были. …Но в том-то и суть, что последствия падали не на его, а на головы его друзей. И что еще хуже – его действия навредили Вождю! И это уже было в высшей мере неправильно!

Три дня, Ренки провел в тяжких раздумьях. …Ну не все три дня – примерно полутора суток из них, были украдены одиночной пьянкой и тяжким похмельем. К мукам которого, добавилось еще и самобичевание за проявленную слабость. – Ведь он сейчас, можно сказать на войне, а значить должен быть собран, решителен, и готов к бою. А вместо этого – мучается от головной боли и жуткого поноса.

Самобичевание привело к раскаянию, а раскаяние – к желанию, если уж нельзя пытаться исправить создавшееся положение – просто сделать что-то полезное. Ибо деятельной натуре благородного оу Дарээка, была невыносима даже мысль, о сидении в четырех стенах своего дома, бестолково пялясь в окно, пьянствуя, или даже просто – читая романы…

…Не то чтобы он окончательно расстался со своим былым увлечением подобного рода литературой. Когда выпадал момент, он с удовольствием раскрывал томик новомодного автора, ничуть не смущаясь надуманностью сюжетов, или вопиющими ляпами в описании оружия, армейских, флотских, или придворных реалий.

Но все это, относилось к понятию «удовольствие», а Ренки сейчас требовалось скорее искупление.

…Что ж… Как-то раз, отправляя Ренки на учебу, Готор назвал это «полезным делом». И раз он, оу Ренки Дарээка, не может ничего сделать с окружающим миром дыбы сделать его лучше – он может сделать лучше себя.

Сначала оу Дарээка написал письма Одивии и Готору, в которых честно рассказал о своем поступке, и предупредил о возможных последствиях.

А потом, наспех собравшись – Ренки отправился в Университет.

Глава 8

– …конечно, мало приятного, но не бери в голову… – После непродолжительной паузы, заключил Готор. – Я, скорее всего, поступил бы… Ну, наверное, не совсем так же, но примерно в том же духе. А может быть и еще хуже – поиздевался бы над этим уродом вволю, и получил бы отменного вражину. Живого, а не мертвого.

…Ренки конечно мечтал услышать подобные слова о своего старшего друга и наставника… но.

Получив разрешение наконец убраться из столицы и заняться своими непосредственными обязанностями – он рванул в Фааркоон, будто за ним демоны гнались. И дело не только в возможности заниматься тем, в чем он разбирается. – Ему требовалось повиниться перед друзьями, (в первую очередь перед Готором), подробно объяснив им, в какую ситуацию они из-за него попали.

…Он ждал упреков, укоров и поучений. А вместо этого – Готор, если и не одобрил его поступок, но отнесся к произошедшему достаточно легко. И судя по лицу приятеля – сделано это было не из жалости и сочувствия – он действительно так думал.

Это было очень приятно. Однако, чувство справедливости, заставило Ренки возразить.

– Да. Но ведь я же… всех подвел. И даже навредил делу Короля!

– Ты поступил в рамках принятых в Тооредаане обычаев. – Отрицательно покачал головой Готор. – Коли дуэли разрешены – на них будут убивать.

Король, давая патент этому ушлепку, должен был учитывать такую вероятность. – Если кому-то слишком долго спускать его грешки – он оборзеет, и нарвется.

Полагаю, этот краастов родственничек, давно уже «страдал» от безнаказанности. У себе, на юге, небось звездой был …местного разлива. А тут его еще и король обхаживать начал – вот сопляк и возомнил о себе. Ну и нарвался на тебя… Вопрос закрыт!

– Но теперь наши жизни в опасности!

– Гы-гы… Насмешил! Не считая разные мелочи вроде кредонских армии и флота, за нами охотятся люди Коовада Кааса, герцогов Гиидшаа, кредонского аналога «тайной службы», и еще парочка местных банд, нанятых «доброжелателями» из фааркоонского купечества и «тайными службами» иных стран. Ну добавятся сюда еще и люди Краастов… Тем больше шансов, что в этой толчее, они друг дружке навредят больше чем нам.

А что касается Одивии… Я обеспечил ее надежной охраной. Причем, уже довольно давно. Не скажу, чтобы девчонке это сильно понравилось. Но она человек умный, и понимает, что своими успехами в делах, немало обязана близостью к нам, а через нас – и к интригам высоких сановников и даже государств. А значит, со всеми плюшками подобного положения, приходится получать и шишки.

А про твоего приятеля Лоика – и говорить нечего. – Ему Одивия давно от ворот поворот дала. За это время – либо мог бы ее забыть, либо – что-то предпринять, чтобы завоевать девичье сердце. А он все ходит да томно вздыхает… наверное потому, что проблем с родней, из-за женитьбы на купчихе, не хочет.

Уверен – где-то в глубине души, он тебе еще и благодарен будет. Потому как раньше ему упрямство не позволяло жениться. А тут – вроде как благовидный повод, это свое упрямство перебороть. …Или ты сам по той краастовой девице томишься? – Что-то помню там такое было… – Ну тогда все, что я про Лоика сказал – можешь принять на свой счет!

– Но я едва не погубил королевство!

– Ну, если все королевство может погибнуть всего лишь из-за дуэли двух молодых остолопов – туда ему и дорога! – Жестко ответил Готор. – Кстати, что предприняли наши «вожди» по этому поводу?

– Оу Риишлее, и герцог Моорееко, еще отсутствовали. А дама Тиира… – Несколько дней я сидел дома. Потом она велела меня сопровождать ее в поездках по домам знати… Но честно говоря – я там, по большей части, молчал как мне и велено было.

Потом был Большой Прием по случаю праздника… Дама Тиира приказала мне быть там обязательно, сказала подходить к определенным людям, и дружески разговаривать с ними о разных пустяках… Зачем – я не понял.

А потом – сказал убираться их столицы, и желательно, ближайшее время там не появляться.

…И да – Король на приеме, был со мной довольно холоден, хотя и похвалил за труды во благо Королевства… на море. Что означает, что опалу с нас сняли. …Но кажется – он тоже совсем не рад был меня видеть!

– Дама Тиира, конечно великий политик и интриганка… – Усмехнулся Готор, выслушав объяснения Реки. – Однако, ее привычка использовать людей в темную, до добра не доведет. – Как ты можешь не мешать королевским… и ее, планам, если их не знаешь? Так к каким людям она тебя подсылала?

Ренки назвал несколько имен. Среди них были, как и весьма знатные и влиятельные люди, и обычные придворные, и даже разная мелочь, что вечно толпится во Дворце, ловя крохи с королевского стола…

– Хм… – давненько я не варился в этой кухне… – Задумчиво сказал Готор. – Но кажется мне, что все эти ребята – клиенты Герцогов Гидшаа. А ты, засветившись в их обществе, вроде как дал понять, что в некотором роде, играешь на той же стороне…

Полагаю – дама Тиира задумала перессорить южные графства с Гидшаа. – Вполне разумно… в нашей плачевной ситуации. – Коли они сомневаются в том чтобы быть нашими друзьями – пусть враждуют между собой! Тогда каждый будет искать союза с Королем против своего врага, …и в этой мутной водичке, можно выловить немало вкусной рыбки.

– Ты думаешь, из-за того, что я в обществе пообщался с определенными людьми – Краасты могут поверить в то, что я могу выступить на стороне Гидшаа? – Даже оскорбился Ренки. – Они ведь знают что я Человек Короля!

– Я же сказал – это только малая часть интриги. Но большего, нам, судя по всему, сообщать и не собираются. Даме Тиире, сейчас главное – зародить сомнение в головах у Краастов, и бросить семена раздора между ними и Гидшаа. А что из этого получится…

…Но судя по тому, что в эти планы нас с тобой посвятить не сочли нужным – похоже, в эту песочницу, играть нас не пригласят. Так что – будем заниматься своими непосредственными делами, раз нет иных указаний.

Кстати, о делах – Охрану Одивии, я поручил организовать нашему Дроуту. У мужика к этому делу есть определенный талант – все-таки криминальное прошлое – прошло не зря! – Оглядываться он умеет, и опасности чует.

Я кстати, подумываю, что при наличии такого количества врагов, надо бы нам тоже своей «тайной службой» обзавестись. – Как раз Дроута можно во главе поставить – раз и талант есть, да и возраст у него уже солидный, чтобы самостоятельное дело вести.

Он конечно не оу Риишлее, ну да и мы – не Тооредаан – в высокую политику лезть не будем. Но по части отлова наемных убийц, контрабандистов, воров, разбойников, и прочего жулья – считаю, его кандидатура подходит в самый раз. – Что думаешь?

– Да. – Согласно кивнул головой Ренки. – Наверное нам надо обзаводиться чем-то подобным, а то я слышал упреки от купцов, что с тех пор как Фааркоон выделили в феодальные владения – Тайная Служба начала работать спустя рукава. А Дроут… он хитрый. …Только, что скажет на это оу Риишлее?

– Если правильно ему это преподнести – поймет. – Махнул рукой Готор. – Он человек умный. Однако – параллельно, надо создать еще одну… назовет это «служба внешней разведки». …Структура, которая будет приглядывать за Литругой, и нашими окрестностями. А начальником туда, поставим Доода. В принципе, он и так уже с «окрестностями» работает. Сидя в своем трактирчике, уже неплохую паутинку сплести сумел. Бандюков да мошенников, на нашем участке дороги, вырезает под корень, потому-то купцы нынче, готовы лишний крюк сделать, лишь бы спокойно через нашу землю проехать. А сведения, которые он вызнает у этих купцов…, бывают не бесполезны… в экономическом плане! Чувствуется школа Бида, а если его еще кое-чему подучить, да поставить определенные задачи – он развернется так, что мало не покажется!

– Но зачем же нам две тайных службы? – Удивился Ренки. – Если еще существует и Тайная Служба – в смысле, настоящая!

– Всегда должно быть две, минимум. – Убежденно ответил Готор. – Чтобы друг за дружкой присматривали. Формально, у них будет разделение обязанностей. Но по сути…

…Знаю, что ты хочешь сказать! – Сделал он останавливающий жест, видя изменившееся выражение лица Ренки. – Дроут не просто наш сержант. – Он наш друг, и даже собрат! Да и Доод нам не чужой. – Но в подобных делах, когда закладываешь фундамент и создаешь каркас – личное необходимо отбросить. Чтобы созданное тобой, не развалилось, при одной лишь замене одного кирпичика другим – менее «лично преданным». … Короче – так надо! Согласен?

– Ладно. – Кивнул головой Ренки. – Ты в этом разбираешься лучше меня. …А что там с Литругой, удачная была охота?

– Нормальная. – Расплылся довольной улыбкой Готор. – Шороху на кредонцев мы за это время навели. И не без выгоды для себя! Еще немного, и мы вложенные в это дело бабки отобьем, и уже начнем получать чистую выгоду.

Теперь у нас на этом деле не три, а уже четырнадцать кораблей работают. …Хотя нет – уже опять двенадцать – кредонцы тоже без дела не сидят. Но желающих пограбить их, от этого меньше не становится.

И тут у нас с тобой, появляется новая проблема. – Нельзя упустить контроль над ситуацией!

Раньше-то – все корабли были наши. Две трети команды – тооредаанцы. Капитаны – тооредаанцы. А вот теперь – Литруга внезапно стала довольно бойким местом. На вот, почитай, что пишет оттуда оу Маб. – В гавань стали приходить какие-то левые кораблики, а то и просто – большие лодки, набитые отребьем, которое просто пышет желанием вступить в ряды пиратов! Да и на соседних островах, началось какое-то подозрительное оживление. И заметь – отнюдь не все из этих ребят, выказывают желание получить каперский патент, обязуясь взамен соблюдать наши правила. Хотя в случае чего – все придут отсиживаться за нашими пушками!

Правда пока, случаев нападения на тооредаанских купцов, со стороны «наших» пиратов, вроде бы незамечено. Но вот насчет нападений на корабли третьих стран – такие случаи уже были.

– Надо усилить гарнизон! – Категорично высказался Ренки. – И досматривать суда, приходящие на Литругу. Если корабль и команда хорошо вооружены, а патента нет – изымать корабль, а команду – за борт!

– А где возьмешь на это солдат? – Усмехнулся Готор. – А их понадобится много, потому что врагов мы такой политикой, наживем себе …океана не хватит, всех утопить. Да и не удержим мы это дело на одних штыках.

Нет, давить придется с другой стороны. – Я же тебе рассказывал, кто действительно зарабатывает на пиратстве? – Скупщики краденного, кабатчики, да сутенеры! Львиная доля «легко нажитого» оседает в их карманах.

Так что я уже подключил фааркоонских купцов. – Два раза объяснять им не пришлось… (кому пришлось – того я вежливо выгнал), и они уже готовы к работе. С нашей же стороны – необходимо обеспечить им монополию на ввоз продовольствия, вина, и удовольствий. Так что – суда будут досматриваться, но отнюдь не на предмет оружия.

Но все будет честно и справедливо – любой мешок муки или крупы ввезенный на остров, будет облагаться девяностопроцентным налогом …э-э-э… на постройку защитных сооружений и покупку пушек. (С какой стати, мы им будем свою артиллерию дарить?). Надо будет поговорить кое с кем из «капитанского совета», пообещать поделиться выручкой – они это тоже одобрят.

Но фааркоонцам, мы потом будем процентов пятьдесят возвращать… либо за счет скупки награбленного, (а где еще это можно будет продать?), либо еще как-нибудь… Механизмы надо еще прорабатывать.

Когда полностью поставим население островов в зависимость от своих поставок и добьемся того, чтобы продать добычу было можно только у нас – вот тогда и начнем диктовать свои условия.

…Однако сейчас, у нас есть дело поважнее. – Пленных накопилось уже достаточно. Надо бы подумать, как их можно будет обменять на наших людей.

Признаться – раньше я подумывал с этим вопросам к оу Риишлее обратиться. – В жизни не поверю, что у него нет каких-нибудь выходов на кредонские власти.

Но тут вдруг выяснилось, что наша дорогая Одивия, может нам в этом деле помочь. – Оказывается, она пыталась найти и выкупить из плена своего отца. Так что вышла на нужных людей. Правда – судьбу отца проследить, так и не смогла. Но поделиться контактами может.

И что самое интересное – эти контакты, проживают в одном городишке, всего в трех сотнях верст от старой Мооскаа! Так что можем заодно и там оглядеться… Может чего интересного увидим. Ну, что скажешь?

– Увы, но путь в легендарные земли Старой Империи, оказался не так уж короток и прям. – Для начала – пришлось зайти на Литругу, и задержаться там почти на две недели. Готор творил politiku, Ренки добросовестно пытался у него учиться. Хотя наука интриг, намеков, и закулисных бесед, давалась ему необыкновенно тяжело. …Не лежала душа Ренки, к подобному занятию. – То ли дело открытый бой, в пороховом дыму и со шпагой в руке… А все эти улыбки и пьянки с отребьем, которому хочется скорее дать пинка, чем заверения «в дружбе и приязни».

Так что, для успокоения души – пока Готор, шептался о чем-то с «капитанами» и появившимся на Литруге купцами, Ренки посвящал свободное время отбору команд на новые корабли, довольно тесно познакомившись с самыми разным «образцами» пиратов.

Как ни странно – коренных литругцев, среди них было уже не так много. – Стоило только вести что «старые добрые времена возвращаются», разнестись над морями – на остров прибыла целая толпа, алчущих легкой наживы людей.

Тут были и явные авантюристы-искатели приключений, и дезертиры, и разбойники всех сортов, и беглецы от закона, долгов или мести. Иные – были людьми благородными с приставкой «оу» перед именем, а другие – нищетой, своего имени даже не имеющие и обходящиеся взамен этого кличкой. Одни – едва ли не щеголяли дипломами Университетов, другие не могли написать свое имя. Нищие в лохмотьях – и разодетые в пух и прах. Прекрасно владеющие оружием, и уверенные что их жажда быстро разбогатеть – сильнее любого оружия… Опытные мореходы, и абсолютно сухопутные крысы. – Кого только не было в этом, как его называл Готор – зверинце.

Однако – большинство из тех кто пришел наниматься на пиратские суда, были обычными моряками или рыбаками, решившими «подзаработать» тесаком и мушкетом, коли выпала такая возможность.

Это был словно бы особый народ. – Морской!

Они где-то, когда-то родились, на каком-то берегу. Но уже с детских лет, были отданы юнгами «в обучение» на корабли, и с тех пор – фактически на них и жили.

Жили – передвигаясь из порта в порт, переходили с одного корабля на другой – добровольно и не очень. Плавали по всем морям, годами не видя родины, а подчас, кажется и забыв, где она, эта Родина, находится. Родиной для них была корабельная палуба, а подданство свое они определяли по флагу на мачте.